Р Е Ш Е Н И Е

 № 7-13/2021

6 апреля 2021 года Санкт-Петербург

Судья 1-го Западного окружного военного суда (ул. Кирочная, 35А, литер «А») ФИО1, при помощнике судьи Ерохиной А.А., с участием лица, привлеченного к административной ответственности, ФИО3 и его защитника Свечникова С.Ю., рассмотрел жалобу ФИО3 на постановление судьи 224 гарнизонного военного суда от 2 февраля 2021 года, согласно которому 

<

данные изъяты>

ФИО3 

М.Ю., 

<

данные изъяты> 

за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст.12.8 КоАП РФ, подвергнут административному штрафу в размере 30 000 рублей с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 10 месяцев,

у с т а н о в и л :

Согласно постановлению судьи гарнизонного военного суда ФИО3 привлечен к административной ответственности за правонарушение, связанное с управлением транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, при отсутствии в его действиях признаков уголовно наказуемого деяния, совершенное при следующих обстоятельствах.

В 5 часов 50 минут ДД.ММ.ГГГГ ФИО3, двигаясь по 

<

адрес>, в нарушение требований п. 2.7 Правил дорожного движения управлял автомобилем 

<

данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, в состоянии алкогольного опьянения.

После прохождения ФИО3 медицинского освидетельствования на состояние опьянения инспектор ДПС ГИБДД составил протокол серии 

<

адрес> об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.8 КоАП РФ.

В своей жалобе ФИО3 выражает несогласие с постановлением судьи гарнизонного военного суда и просит его отменить как незаконное и необоснованное, вынесенное с нарушением норм материального и процессуального права, а дело об административном правонарушении возвратить в гарнизонный военный суд на новое рассмотрение.

При этом в жалобе ФИО3 отмечается, что рассмотрение дела в гарнизонном военном суде всесторонним, полным и объективным не является. Суд оставил без внимания заявление его о том, что автомобилем 

<

данные изъяты> он не управлял.

В ходе судебного разбирательства не были устранены противоречия в показаниях допрошенных сотрудников полиции ФИО7 и ФИО8, а также военнослужащего ФИО9. Кроме того, суд не вызвал и не допросил ФИО2, который фактически управлял указанным транспортным средством.

Также ФИО3 в своей жалобе подвергает сомнению достоверность показаний сотрудников полиции ФИО7 и ФИО8, которые в темное время суток при неудовлетворительном искусственном освещении на значительном удалении от автомобиля могли ошибиться в определении того, кто являлся водителем автомобиля.

Оформленный инспектором протокол об административном правонарушении ФИО3 считает недопустимым доказательством, поскольку он составлен с нарушениями требований ч. 2 ст. 28.2 КоАП РФ без указания места следования автомобиля, направления движения и населенного пункта.

Как утверждает ФИО3, ему не была предоставлена возможность присутствовать при составлении указанного протокола и давать объяснения по обстоятельствам дела. Доказательств надлежащего его извещения о месте и дате составления протокола в материалах дела не имеется.

Кроме того, ФИО3 в жалобе утверждает, что имеющаяся в материалах дела видеозапись фиксации процессуальных действий допустимым доказательством не является, так как не отвечает требованиям статьи 26.11 КоАП РФ, разъяснениям, данным в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 июня 2019 года № 20, не может обеспечить визуальную идентификацию объектов и участников процессуальных действий и не способна заменить присутствие понятых.

В судебном заседании окружного военного суда ФИО3 и его защитник Свечников поддержали доводы жалобы и просили постановление судьи гарнизонного военного суда отменить, пояснив при этом, что, помимо протокола об административном правонарушении и видеозаписи фиксации процессуальных действий, недопустимым доказательством также является акт медицинского освидетельствования на состояние опьянения, поскольку данный акт составлен и само освидетельствование проведено с нарушением установленного порядка и медицинским работником, не имеющим достаточной квалификации и полномочий для производства медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Также ФИО3 заявил, что автомобилем управлял не он, а его друг ФИО2, и это обстоятельство он скрыл от сотрудников полиции, желая помочь другу избежать административной ответственности.

Рассмотрев материалы дела и доводы жалобы ФИО3, нахожу постановление судьи законным и обоснованным.

Согласно пункту 2.7 Правил дорожного движения водителю запрещено управлять транспортным средством в состоянии опьянения (алкогольного, наркотического или иного).

Частью 1 статьи 12.8 КоАП РФ за управление транспортным средством водителем, находящимся в состоянии опьянения, при отсутствии в его действиях уголовно наказуемого деяния, установлена административная ответственность.

Факт управления ФИО3 транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения в нарушение пункта 2.7 Правил дорожного движения установлен протоколом об административном правонарушении серии 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, составленным по результатам медицинского освидетельствования его на состояние опьянения, согласно которому установлено, что в 5 часов 50 минут ДД.ММ.ГГГГ ФИО3, двигаясь по 

<

адрес> в нарушение требований п. 2.7 Правил дорожного движения управлял автомобилем 

<

данные изъяты>, в состоянии алкогольного опьянения.

Протокол об административном правонарушении в соответствии со ст.26.2 КоАП РФ является доказательством по делу об административном правонарушении, устанавливающим фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Вопреки доводам ФИО3, нарушений закона при оформлении протокола об административном правонарушении инспектором ДПС ГИБДД допущено не было. Все необходимые сведения, предусмотренные ч.2 ст.28.2 КоАП РФ, в данном протоколе приведены.

Выводы судьи 224 гарнизонного военного суда о совершении ФИО3 административного правонарушения, связанного с управлением транспортным средством в состоянии опьянения, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и полностью подтверждаются, помимо протокола об административном правонарушении, другими исследованными в судебном заседании доказательствами:

- протоколом об отстранении от управления транспортным средством серии №, в котором с использованием видеозаписи зафиксировано, что в 5 часов 50 минут ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 управлял транспортным средством – автомобилем 

<

данные изъяты>, с признаками алкогольного опьянения – запахом алкоголя изо рта, нарушением речи и поведением, не соответствующим обстановке;

- актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения серии 

<

адрес> с приложенным к нему чек-тестом, из которых следует, что в 6 часов 35 минут ДД.ММ.ГГГГ у ФИО3 после проведения освидетельствования с использованием видеозаписи и с применением технических средств обнаружения алкоголя установлено состояние алкогольного опьянения в связи с выявленным в выдыхаемом им воздухе 0,512 мг/л этилового спирта;

- протоколом о направлении на медицинское освидетельствование на состояние алкогольного опьянения серии 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому, в связи с несогласием ФИО3 с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и наличием достаточных оснований полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения ввиду обнаруженных у него признаков опьянения – запаха алкоголя изо рта, нарушения речи и поведения, не соответствующего обстановке, он направлен на медицинское освидетельствование на состояние опьянения;

- актом медицинского освидетельствования на состояние опьянения № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у ФИО3 установлено состояние опьянения в связи с выявленным в выдыхаемом им воздухе паров этилового спирта, соответственно, 0,56 мг/л при первом и 0,53 мг/л при повторном исследовании.

Кроме того, установленные по делу обстоятельства подтвердили допрошенные в судебном заседании сотрудники полиции ФИО7 и ФИО8.

Оснований сомневаться в объективности и достоверности их показаний у суда не имелось, поскольку причины оговора ими ФИО3 в ходе судебного разбирательства не установлены. Не приведены такие причины и в самой жалобе ФИО3.

Существенных противоречий в показаниях сотрудников полиции, влияющих на их допустимость и достоверность, не усматривается.

Действия инспектора ДПС ГИБДД и медицинского работника, проводившего медицинское освидетельствование ФИО3, как и их квалификация, полностью соответствуют требованиям, установленным Правилами освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утвержденными постановлением Правительства РФ от 26 июня 2008 года № 475 (ред. от 10 сентября 2016 года), согласно которым водитель транспортного средства подлежит направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения при отказе от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, при несогласии с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, при наличии достаточных оснований полагать, что водитель транспортного средства находится в состоянии опьянения и отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Таким образом, возникшие у инспектора ДПС ГИБДД подозрения в том, что ФИО3 находится в состоянии опьянения в связи с запахом алкоголя изо рта, нарушением речи и поведением, не соответствующим обстановке, при несогласии его с результатами освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, в соответствии с критериями, установленными Порядком проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения (алкогольного, наркотического или иного токсического), утвержденным приказом Министерства здравоохранения РФ от 18 декабря 2015 года № 933н (ред. от 25 марта 2019 года), давали сотруднику полиции основания для направления ФИО3 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения. Тем более, что в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения ФИО3 собственноручно исполнил запись о согласии пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Объективных доказательств, опровергающих результаты медицинского освидетельствования, в деле не имеется. Не оспаривает эти результаты и сам ФИО3.

Всем исследованным в судебном заседании доказательствам, как и показаниям допрошенных свидетелей, судом дана надлежащая оценка.

На основании исследованных в судебном заседании доказательств, в том числе протокола об административном правонарушении и акта медицинского освидетельствования на состояние опьянения, суд пришел к правильному выводу о виновности ФИО3 в совершении административного правонарушения.

Оснований считать нарушенными процедуру медицинского освидетельствования на состояние опьянения, порядка составления акта медицинского освидетельствования, не имеется. Не соблюдение требований названного Порядка проведения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, утвержденного приказом Министерства здравоохранения РФ от 18 декабря 2015 года № 933н, не усматривается.

Доводы жалобы ФИО3 состоятельными не являются. 

Из материалов дела следует, что ФИО3 дал обязательство явиться в отдел ГИБДД для участия в оформлении протокола об административном правонарушении в 10 часов ДД.ММ.ГГГГ, однако не прибыл по неизвестным причинам (л.д.9). В этой связи протокол об административном правонарушении составлен без его участия на законных основаниях.

Принимая во внимание производство видеозаписи процессуальных действий с участием ФИО3, отсутствие при этом понятых в соответствии с ч. 6 ст. 25.7 КоАП РФ закону не противоречит. Нарушений при производстве видеозаписи, препятствующих обеспечению визуальной идентификации объектов и участников процессуальных действий, вопреки доводам жалобы, не усматривается.

Таким образом, оснований сомневаться в правомерности медицинского освидетельствования и составления протокола об административном правонарушении у судьи гарнизонного военного суда не имелось.

Данная судьей в обжалованном постановлении критическая оценка объяснениям ФИО3, не заявлявшего при отстранении его от управления транспортным средством о том, что автомобилем он не управлял, и показаниям свидетеля ФИО9, спавшего на заднем сидении во время остановки автомобиля сотрудниками полиции, является обоснованной, поскольку изложенные ими обстоятельства дела противоречат собранным и исследованным в суде доказательствам, в том числе видеозаписи производства процессуальных действий.

Заявление ФИО3 о том, что автомобилем управлял не он, а ФИО2 является несостоятельным, поскольку противоречит показаниям ФИО14 и ФИО15 – очевидцев правонарушения, видевших как ФИО3 покидал автомобиль с места водителя. Ходатайств о вызове в суд для допроса ФИО2 не заявлял, оставив этот вопрос на усмотрение суда.

Таким образом, вина ФИО3 в совершении административного правонарушения установлена и доказана.

Учитывая, что медицинское заключение о нахождении ФИО3 в состоянии опьянения было даноонано ными лицами допущено не былоства 

<

данные изъяты> закону не противоречит.ственности и, поскольку непосредственно после его задержания на основании данных технических средств обнаружения алкоголя, медицинское заключение является обоснованным, а привлечение ФИО2 к административной ответственности – правомерным.

Нарушение права ФИО3 на защиту из дела также не усматривается. Он принял участие в судебном заседании и реализовал свои процессуальные права в полном объеме, без каких-либо ограничений.

Дело рассмотрено с достаточной полнотой и тщательностью, выводы суда в оценке исследованных доказательств являются правильными и достаточно мотивированными.

Нарушений норм материального и процессуального закона при рассмотрении дела об административном правонарушении не допущено.

Действия ФИО3, связанные с управлением транспортным средством в состоянии опьянения, при отсутствии в его действиях признаков уголовно наказуемого деяния, по ч.1 ст.12.8 КоАП РФ судом квалифицированы правильно.

Назначенное ФИО3 административное наказание определено с учётом характера совершённого им административного правонарушения и данных о личности, находится в пределах санкции ч.1 ст.12.8 КоАП РФ и несправедливым не является.

Правильно, в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 4.3 КоАП РФ, судом признано отягчающим наказание обстоятельством совершение ФИО3 административного правонарушения в период, когда он считался подвергнутым административному наказанию в соответствии со статьей 4.6 КоАП РФ за совершение однородного административного правонарушения. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.29.10, 30.6 и п.1 ч.1 ст.30.7 КоАП РФ 

р е ш и л :

Постановление судьи 224 гарнизонного военного суда от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО3 оставить без изменения, а его жалобу на это постановление – без удовлетворения.

Копия верна:

Судья 1-го Западного окружного

военного суда

ФИО1