Решение

 в окончательной форме изготовлено 25 ноября 2019 года 

№ 2-2405/2019

УИД 51RS0003-01-2019-002939-81

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

18 ноября 2019 года город Мурманск

Ленинский районный суд города Мурманска в составе:

председательствующего судьи Засыпкиной В.А.,

при секретаре Халовой С.С.,

с участием истца ФИО2,

представителя истца ФИО3,

ответчика индивидуального предпринимателя ФИО4,

представителя ответчика ФИО5

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к индивидуальному предпринимателю ФИО4 о взыскании неустойки, защите прав потребителя,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО4 о взыскании неустойки, защите прав потребителя.

В обоснование заявленных требований указано, что 22 августа 2018 года между истцом и ответчиком заключен договор об изготовлении и установке кухонного гарнитура на сумму 78000 рублей с условием авансового платежа в размере 50000 рублей и оплаты оставшейся сумма за семь дней до установки. Свои обязательства по договору истец ФИО2 исполнила надлежащим образом.

В соответствии с условиями договора ответчик обязался изготовить мебель в течение 45 дней с момента внесения заказчиком авансового платежа и произвести установку мебели в течение семи рабочих дней. Таким образом, крайний срок установки кухонного гарнитура был 14 октября 2018 года, однако фактически мебель была установлена 21 ноября 2018 года, что подтверждается подписанным актом приема-передачи от 21 ноября 2018 года. Кроме того, при установке кухонного гарнитура были выявлены недостатки, которые не были устранены ответчиком. Таким образом, обязательства ответчика по заключенному с истцом договору исполнены ненадлежащим образом, что существенным образом нарушает права истца и причиняет ей моральный вред. 26 февраля 2019 года в адрес ответчика была направлена претензия с просьбой выплатить неустойку за нарушение срока установки кухонного гарнитура в размере 78000 рублей. На указанную претензию ответчик ответил отказом. Ссылаясь на положения Закона «О защите прав потребителей» просит взыскать с ответчика неустойку в размере 78000 рублей, моральный вред в сумме 10000 рублей, штраф в размере 50% от присужденной суммы за отказ в добровольном порядке исполнить требования потребителя.

Истец в судебном заседании заявленные исковые требования поддержала по доводам и основаниям, изложенным в исковом заявлении. Дополнительно сообщила суду, что фактически кухонный гарнитур ей привезли в конце сентября 2018 года, а в процессе его сборки было установлено, что поставленный кухонный гарнитур не соответствует ранее утвержденной спецификации, по размерам и конфигурации, полностью кухонный гарнитур после приведения его в соответствие с утвержденной спецификацией был собран 21 ноября 2018 года. Также не отрицала, что договор с ответчиком был подписан её супругом, а не ею, но обратила внимание суда, что кухонный гарнитур был заказан ею для семейного пользования, оплата производилась из совместного бюджета семьи. Указала, что просит взыскать компенсацию морального вреда, поскольку из-за сложившейся ситуации с несвоевременной установкой кухонной мебели она нервничала, в результате чего у нее пропало молоко.

Представитель истца в ходе судебного разбирательства, заявленные исковые требования поддержала в полном объеме по доводам и основания, изложенным в исковом заявлении, просила их удовлетворить в полном объеме.

Ответчик ИП ФИО4 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился, сообщил суду, что истец не является надлежащим истцом по делу, поскольку, несмотря на указание в договоре сведений об истце, как о заказчике, фактически договор подписан её супругом. Также указал, что все условия договора были им выполнены в установленные договором сроки, а тот факт, что работы по установке и сборке кухонного гарнитура были завершены в ноябре 2018 года связан с наличием претензий со стороны истца, на удовлетворение которых требовалось дополнительное время.

Представитель ответчика в судебном заседании с исковыми требованиями не согласился, привел возражения, аналогичные возражениям ответчика, просил в удовлетворении исковых требований отказать. 

Заслушав лиц, участвующих деле, допросив свидетеля, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с преамбулой Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» от 07.02.1992 № 2300-1 (далее Закон «О защите прав потребителей») настоящий Закон регулирует отношения, возникающие между потребителями и изготовителями, исполнителями, импортерами, продавцами при продаже товаров (выполнении работ, оказании услуг), устанавливает права потребителей на приобретение товаров (работ, услуг) надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение информации о товарах (работах, услугах) и об их изготовителях (исполнителях, продавцах), просвещение, государственную и общественную защиту их интересов, а также определяет механизм реализации этих прав.

При этом понятие «потребитель» раскрывается как гражданин, имеющий намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий или использующий товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности.

Судом установлено, что требования истца вытекают из заключенного с ответчиком договора об изготовлении изделия, предназначенного для личных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, в связи с чем к данным правоотношениям следует применять положения Закона «О защите прав потребителей».

В соответствии со статьей 4 Закона «О защите прав потребителей» продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), качество которого соответствует договору. При отсутствии в договоре условий о качестве товара (работы, услуги) продавец (исполнитель) обязан передать потребителю товар (выполнить работу, оказать услугу), соответствующий обычно предъявляемым требованиям и пригодный для целей, для которых товар (работа, услуга) такого рода обычно используется.

Исходя из пункта 3 статьи 730 Гражданского кодекса Российской Федерации, к отношениям по указанному договору применяются положения Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре бытового подряда (статьи 730 - 739 Гражданского кодекса Российской Федерации), общие положения Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре подряда, если иное не предусмотрено параграфом 1 главы 37 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 2 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также положения Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» в части, не урегулированной Гражданским кодексом Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Согласно статье 703 Гражданского кодекса Российской Федерации договор подряда заключается на изготовление или переработку (обработку) вещи либо на выполнение другой работы с передачей ее результата заказчику. По договору подряда, заключенному на изготовление вещи, подрядчик передает права на нее заказчику.

В силу пункта 1 статьи 730 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору бытового подряда подрядчик, осуществляющий соответствующую предпринимательскую деятельность, обязуется выполнить по заданию гражданина (заказчика) определенную работу, предназначенную удовлетворять бытовые или другие личные потребности заказчика, а заказчик обязуется принять и оплатить работу.

Статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами (пункт 1 статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Статьей 27 Закона «О защите прав потребителей» установлено, что исполнитель обязан осуществить выполнение работы (оказание услуги) в срок, установленный правилами выполнения отдельных видов работ (оказания отдельных видов услуг) или договором о выполнении работ (оказании услуг). В договоре о выполнении работ (оказании услуг) может предусматриваться срок выполнения работы (оказания услуги), если указанными правилами он не предусмотрен, а также срок меньшей продолжительности, чем срок, установленный указанными правилами.

Срок выполнения работы (оказания услуги) может определяться датой (периодом), к которой должно быть закончено выполнение работы (оказание услуги) или (и) датой (периодом), к которой исполнитель должен приступить к выполнению работы (оказанию услуги).

В силу статьи 28 вышеназванного Закона если исполнитель нарушил сроки выполнения работы (оказания услуги) - сроки начала и (или) окончания выполнения работы (оказания услуги) и (или) промежуточные сроки выполнения работы (оказания услуги) или во время выполнения работы (оказания услуги) стало очевидным, что она не будет выполнена в срок, потребитель по своему выбору вправе: назначить исполнителю новый срок; поручить выполнение работы (оказание услуги) третьим лицам за разумную цену или выполнить ее своими силами и потребовать от исполнителя возмещения понесенных расходов; потребовать уменьшения цены за выполнение работы (оказание услуги); отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги).

В случае нарушения установленных сроков выполнения работы (оказания услуги) или назначенных потребителем на основании пункта 1 настоящей статьи новых сроков исполнитель уплачивает потребителю за каждый день (час, если срок определен в часах) просрочки неустойку (пеню) в размере трех процентов цены выполнения работы (оказания услуги), а если цена выполнения работы (оказания услуги) договором о выполнении работ (оказании услуг) не определена - общей цены заказа. Договором о выполнении работ (оказании услуг) между потребителем и исполнителем может быть установлен более высокий размер неустойки (пени).

Неустойка (пеня) за нарушение сроков окончания выполнения работы (оказания услуги), ее этапа взыскивается за каждый день (час, если срок определен в часах) просрочки вплоть до окончания выполнения работы (оказания услуги), ее этапа или предъявления потребителем требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи.

Сумма взысканной потребителем неустойки (пени) не может превышать цену отдельного вида выполнения работы (оказания услуги) или общую цену заказа, если цена выполнения отдельного вида работы (оказания услуги) не определена договором о выполнении работы (оказании услуги).

Размер неустойки (пени) определяется, исходя из цены выполнения работы (оказания услуги), а если указанная цена не определена, исходя из общей цены заказа, существовавшей в том месте, в котором требование потребителя должно было быть удовлетворено исполнителем в день добровольного удовлетворения такого требования или в день вынесения судебного решения, если требование потребителя добровольно удовлетворено не было.

Требования потребителя, установленные пунктом 1 настоящей статьи, не подлежат удовлетворению, если исполнитель докажет, что нарушение сроков выполнения работы (оказания услуги) произошло вследствие непреодолимой силы или по вине потребителя.

Судом установлено, что 22 августа 2018 года между истцом ФИО2 (заказчик) и ответчиком ИП ФИО4 (исполнитель) заключен договор №, согласно условиям которого исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать работы по изготовлению кухонного гарнитура по проектам, согласованным с заказчиком, а заказчик обязуется оплатить эти работы.

Согласно пункту 2.1 договора № от 22 августа 2018 года общая стоимость заказа составляет 78000 рублей с установкой.

Заказчик производит авансовый платеж в размере 50000 рублей. Окончательный расчет по заказу производится за семь дней до установки мебели (пункт 2.2.1, 2.2.2 договора).

В силу пункта 3.1 указанного договора исполнитель обязуется изготовить мебель по договору в течение 45 дней с момента выполнения заказчиком условий договора о внесении авансового платежа. Выходными днями в целях данного договора являются субботние, воскресные и праздничные дни. Установка мебели производится исполнителем в течение 7 рабочих дней (пункт 3.2 договора).

В силу пункта 3.6 договора датой выполнения исполнителем всех обязательств по договору считается дата подписания двустороннего акта приемки-передачи мебели.

Из спецификации следует, что истцом заказан кухонный гарнитур согласно эскизу, а именно фасады: верх МДФ, пленка ПВХ, 16 мм, «жемчуг», низ МДФ, пленка ПВХ, 16 мм, «капучино»; корпус: верх ЛДСП, бежевый, кромка 2х19 мм в цвет ЛДСП; низ ЛДСП, бежевый, кромка 2х19 мм, 0,4х19 мм в цвет ЛДСП: подъемный механизм Blum Австрия HF 800х900 1 шт.; сушилка Firmax 1 шт.; столешница мрамор Аргентина № 31 1 шт.; выдвижные системы ящиков: ЛДСП «ЧФМК», 16 мм на телескопических направляющих 2 шт. под варочной поверхностью, 1 ящик «HETA BOX» (под вилки и ложки); петли: Boyard 110* - Firmax, Boyard под фальш панель 2 шт., Boyard для торцевых модулей 4 шт.; ножки 100 мм, регулируемые, пластик 24 шт.; цоколь ЛДСП бежевый или белый.

В ходе рассмотрения дела стороны подтвердили, что данная спецификация ими подписана при заключении договора.

Во исполнение условий договора 21 августа 2018 года истец перевела авансовый платеж в размере 50000 рублей, а 18 сентября 2018 года осуществлен окончательный расчет по договору от 22 августа 2018 года, ответчику наличными денежными средствами передана сумма в размере 28000 рублей.

Факт получения ответчиком денежных средств во исполнение условий договора об оплате работы подтвержден документально, ответчиком не оспаривался.

Как следует из материалов дела и пояснений истца в судебном заседании поставка готового кухонного гарнитура была осуществлена в конце сентября 2018 года. При этом в ходе рассмотрения дела истец настаивала на том, что, поставленный кухонный гарнитур, не соответствовал спецификации, подписанной сторонами в день заключения договора. 

Из пояснений сторон следует, что кухонный гарнитур был доставлен истцу28 сентября 2018 года, а собран и установлен 21 ноября 2018 года. При этом, в тот же день, 21 ноября 2019 года, сторонами был подписан акта приемки-передачи мебели, с котором истцом указано на нарушение сроков изготовления и установки кухонной мебели, а также указано на наличие недостатков и повреждений мебели (л.д. 13).

26 февраля 2019 года истцом в адрес ответчика направлена претензия, в которой ФИО2 указывает на нарушение ответчиком срока установки заказанного кухонного гарнитура и просит в течение десяти дней выплатить ей неустойку в размере 78000 рублей (л.д. 14,15).

Как следует из материалов дела и пояснений истца и её представителя указанная претензия оставлена ответчиком без удовлетворения.

Допрошенный в ходе судебного разбирательства в качестве свидетеля ФИО1 пояснил, 

<

данные изъяты>, между истцом и ответчиком был заключен договор на изготовление и установку кухонного гарнитура, при этом указанный договор подписывал он, поскольку подписание договора происходило у них дома, 

<

данные изъяты>. Обратил внимание суда, что кухонный гарнитур приобретался истцом и свидетелем для семейного и совместного использования из средств совместного бюджета. Пояснил, что переговоры касательно исполнения договора от 22 августа 2018 года велись непосредственно им и 

<

данные изъяты> (истцом). Также указал, что кухонный гарнитур был поставлен ответчиком в конце сентября 2018 года, в процессе сборки и установки выяснилось, что мебель не соответствует утвержденной спецификации, а именно не хватало фасадов, некоторые ящики не соответствовали размерам, была заказана столешница с радиусом, а по факту изготовлена прямая с закругленными углами. После устранения всех недостатков, фактически кухонный гарнитур был установлен 21 ноября 2018 года, при этом необходимость продления сроков выполнения работ по установке мебели ответчиком не оговаривалась, дополнительные соглашения по данному факту не заключались.

Судом принимаются показания указанного свидетеля в качестве доказательства по делу, поскольку они согласуются с другими представленными по делу доказательствами, у свидетеля не имеется причин для оговора ответчика, доказательств обратного ответчиком не представлено, свидетель предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. 

Таким образом, судом достоверно установлено, что в срок, согласованный сторонами, ИП ФИО4 не был установлен истцу кухонный гарнитур в комплектации, определенной договором и спецификацией, подписанной сторонами, являющейся приложением к договору. Доказательств обратного стороной ответчика, в нарушение требований ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, представлено не было. Равно как и не представлено стороной ответчика доказательств того, что между истцом и ответчиком заключались дополнительные соглашения к договору № от22 августа 2018 года, которыми продлевался срок установки кухонного гарнитура.

Кроме того, бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, лежит на продавце, что также подлежит применению к требованиям потребителя о взыскании неустойки в случае, если работа (услуга) не была выполнена в установленный договором срок. Ответчик не представил доказательств, освобождающих его от ответственности за неисполнение обязательства по своевременной установке кухонного гарнитура, каких-либо уважительных причин, свидетельствующих о невозможности установить мебель в срок, установленный в договоре, не привел.

При этом суд полагает несостоятельным довод стороны ответчика о том, что установка кухонного гарнитура была произведена позже установленного договором срока вине истца, так как в период с 28 сентября 2018 года (день поставки мебели) до 21 ноября 2018 года (день окончательной сборки мебели) ответчик переделывал элементы кухонного гарнитура в связи с претензиями истца по следующим основаниям.

В силу пункта 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора. 

Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422) (пункт 4 ст. 421 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В договоре № на изготовление и установку кухонного гарнитура, заключенном 22 августа 2018 года сторонами определены условия договора, в том числе установлена конфигурация и комплектация кухонного гарнитура, что подтверждается спецификацией, подписанной сторонами и являющейся неотъемлемой частью договора. 

В ходе рассмотрения дела ответчиком не доказано, что сторонами утверждались и подписывались иные спецификации либо схемы комплектации кухонного гарнитура, а факт поставки и установки кухонного гарнитура не соответствующего спецификации подтвержден материалами дела и показаниями свидетеля.

22 августа 2018 года сторонами подписана спецификация, которой и должен был руководствоваться ответчик при исполнении своих обязательств по договору. 

Доводы ответчика о том, что истец не имела право на предъявление указанных исковых требований поскольку, несмотря на наличие её данных в договоре № от 22 августа 2018 года, его она не заключала, фактически договор заключен супругом истца, он же и подписывал указанных договор, суд также находит несостоятельным, поскольку в ходе рассмотрения дела установлено, что истец и её супруг состоят в зарегистрированном браке, кухонный гарнитур приобретался для семейных нужд и совместного использования за счет средств совместного бюджета. Доказательств приобретения кухонного гарнитура непосредственно ФИО1 для личного пользования, стороной ответчика не представлено, а судом не добыто. 

При указанных обстоятельствах, суд полагает установленным факт несвоевременного исполнения ответчиком возложенных на него в соответствии с условиями заключенного договора обязательств по установке кухонного гарнитура, в связи с чем исковые требования ФИО2 взыскании с ответчика неустойки за нарушение срока выполнения работы являются обоснованными и подлежащим удовлетворению.

В соответствии с условиями договора № от 22 августа 2018 года срок установки мебели в течение 7 рабочих дней.

В ходе рассмотрения дела судом установлено, что поставка кухонного гарнитура осуществлена ответчиком 28 сентября 2019 года. Согласно условиям договора срок установки кухонного гарнитура составляет 7 рабочих дней, таким образом, мебель должна была быть установлена не позднее 09 октября 2018 года. Установлен кухонный гарнитур и подписан акт приемки-передачи мебели 21 ноября 2018 года.

При указанных обстоятельствах, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию неустойка, за период с 10 октября 2018 года по 21 ноября 2018 года (43 дня), исходя из следующего расчета 78000 рублей х 3% х 43 дня, что составляет 100 620 рублей.

С учетом требования пункта 5 статьи 28 Закона «О защите прав потребителей» сумма неустойки не может быть более 78000 рублей.

Таким образом, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию неустойка в размере 78000 рублей.

В пункте 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» разъяснено, что применение статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика.

Учитывая вышеизложенное, принимая во внимание характер спора и установленные действующим законодательством требования соразмерности, справедливости и соблюдения баланса интересов сторон, а также отсутствие заявления ответчика о снижении размера неустойки, суд полагает, что указанная сумма неустойки соответствует последствиям нарушенных обязательств. 

Разрешая требование о взыскании с ответчика компенсации морального вреда, суд приходит к следующему. 

В соответствии со статьей 15 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» моральный вред, причиненный потребителю вследствие нарушения изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) прав потребителя, предусмотренных законами и правовыми актами Российской Федерации, регулирующими отношения в области защиты прав потребителей, подлежит компенсации причинителем вреда при наличии его вины. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда.

Согласно разъяснениям, данным Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в пункте 45 Постановления от 28 июня 2012 года № 17, при решении судом вопроса о компенсации потребителю морального вреда достаточным условием для удовлетворения иска является установленный факт нарушения прав потребителя.

Факт нарушения прав потребителя нашел свое подтверждение в ходе судебного разбирательства.

Также в указанном пункте постановления Верховный Суд Российской Федерации разъяснил, что размер компенсации морального вреда определяется судом независимо от размера возмещения имущественного вреда, в связи с чем размер денежной компенсации, взыскиваемой в возмещение морального вреда, не может быть поставлен в зависимость от стоимости товара (работы, услуги) или суммы подлежащей взысканию неустойки. Размер присуждаемой потребителю компенсации морального вреда в каждом конкретном случае должен определяться судом с учетом характера причиненных потребителю нравственных и физических страданий исходя из принципа разумности и справедливости.

Оценив представленные истцом в обоснование данного требования доказательства, исходя из обстоятельств дела, требований разумности и справедливости, суд полагает необходимым определить размер компенсации морального вреда в сумме 1000 рублей. 

В соответствии с пунктом 6 статьи 13 Закона «О защите прав потребителей» и разъяснениями, содержащимися в пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 года № 17 «О рассмотрении судами дел по спорам о защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф в размере пятидесяти процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя, независимо от того, заявлялось ли такое требование суду.

Данная норма предусматривает обязанность суда взыскивать штраф с продавца (изготовителя) от всей суммы, присужденной судом в пользу потребителя, без конкретизации требований, которые должны учитываться при взыскании указанного штрафа.

Соответственно, и размер штрафа, и обязательность его характера установлены федеральным законодательством, а уменьшение данного размера возможно лишь в исключительных случаях по мотивированному заявлению ответчика.

Из материалов дела следует, что 26 февраля 2019 года ФИО2 направила в адрес ответчика претензию с требованием о восстановлении её нарушенных прав и выплате неустойки, которая оставлена ответчиком без удовлетворения, сумма неустойки истцу не выплачена.

Принимая во внимание, что истец обращался к ответчику с требованием о восстановлении её нарушенных прав потребителя, с ответчика подлежит взысканию штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя, размер которого составит 39500 рублей (78000+1000/50 %). 

При этом суд считает, что каких-либо исключительных обстоятельств, позволяющих применить правила статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответчиком не представлено и каких-либо действий, направленных на урегулирование спора с потребителем после подачи иска в суд, позволивших бы суду учесть степень выполнения ответчиком своих обязательств, не совершалось. 

Учитывая вышеизложенное, принимая во внимание характер спора и установленные действующим законодательством требования соразмерности, справедливости и соблюдения баланса интересов сторон, а также отсутствие заявления ответчика о снижении размера штрафа, суд считает, что подлежащий уплате штраф соразмерен последствиям нарушенного обязательства, в связи с чем оснований для его снижения у суда не имеется.

В соответствии со статьёй 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобождён при подаче искового заявления.

С ответчика в доход бюджета муниципального образования город Мурманск подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 2840 рублей (2540 рублей за требования имущественного характера о взыскании неустойки. 300 рублей – за требования неимущественного характера о взыскании компенсации морального вреда)

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО2 к индивидуальному предпринимателю ФИО4 о взыскании неустойки, защите прав потребителя – удовлетворить частично.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО4 в пользу ФИО2 неустойку в размере 78000 рублей, компенсацию морального вреда в сумме 1000 рублей, штраф в размере 39500 рублей, а всего 118 500 рублей.

В удовлетворении исковых требования о взыскании компенсации морального вреда в размере, превышающем 1000 рублей, ФИО2 – отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО4 в бюджет муниципального образования город Мурманск государственную пошлину в сумме 2840 рублей.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суда через Ленинский районный суд города Мурманска в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Судья В.А. Засыпкина