Дело № 2а-1371/2019 (10RS0016-01-2019-001737-46)

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Сегежа 12 декабря 2019 года

Сегежский городской суд Республики Карелия в составе:

председательствующего судьи Скрипко Н.В.,

при секретаре Якушевой А.М., 

с участием административного истца ФИО1, 

представителя ответчика ФСИН России ФИО2, действующей на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием видеоконференц-связи административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к Федеральной службе исполнения наказания России об обязании совершить определенные действия, -

У С Т А Н О В И Л:

Истец обратился в суд по тем основаниям, что до осуждения проживал в 

<

...>, для отбывания наказания был направлен в Республику Карелия. Ранее 29 августа 2019 года решением Сегежского городского суда Республики Карелия ему было отказано в удовлетворении требования возложить на ответчика обязанность перевести его в Республику Коми для дальнейшего отбывания наказания по месту проживания его родственников – брата и племянницы. Его родители в настоящее время проживают в Нижегородской области, г. Арзамас. В связи с тем, что мама является инвалидом третьей группы, а также в силу пенсионного возраста, отсутствия финансовой возможности, не приезжает к нему на свидания, они не виделись более трех лет. В своем ответе на его заявление о переводе для дальнейшего отбывания наказания в Нижегородскую область ФСИН России ссылается на положения ст. 81 УИК РФ, что является нарушением закона, так как решениями Европейского суда по правам человека данная норма была признана несоответствующей Конвенции о защите прав человека. Истец считает, что состояние здоровья его матери является исключительным и непреодолимым препятствием для их общения, на основании изложенного просил суд установить наличие у него непреодолимых препятствий для свиданий с его мамой – ФИО3 исключительным обстоятельством для его перевода в другое ИУ, обязать ФСИН России перевести его в исправительное учреждение ГУФСИН России по Нижегородской области в течение 30 дней. 

В судебном заседании истец заявленные требования поддержал, дополнительно пояснил, что в настоящее время все его родственники, в том числе брат и племянница, переехали в Нижегородскую область, проживают там. Его мать является инвалидом, ей тяжело передвигаться из-за заболеваний суставов, в связи с чем приехать в Карелию на свидание она не может. Из-за удаленности Карелии от Нижегородской области, в среднем на одного человека на поездку к нему на свидание будет затрачено около 30 000 руб., так как кроме затрат на железнодорожные билеты, его родителям придется снимать жилье, питаться. Его родители в силу возраста не работают, живут только на пенсию. 

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании заявленные требования не признала, пояснила, что до осуждения ФИО1 был зарегистрирован по адресу: ..., паспорт гражданина РФ выдан в г. Ухте 7 мая 2014 года, осужден истец Ухтинским городским судом Республики Коми 20 июня 2016 года, ранее неоднократно судим также Ухтинским городским судом Республики Коми, мировым судьей Чибьюского судебного участка г. Ухты, в распоряжение УФСИН России по РК прибыл 21 ноября 2016 года. Ходатайство административного истца рассмотрено в установленные законом сроки, оснований для перевода в Нижегородскую область не имеется. Несогласие с содержанием ответа не свидетельствует о незаконных действиях ответчика. ФИО1 был направлен для дальнейшего отбывания наказания в Республику Карелия в связи с отсутствием возможности для размещения осужденных в исправительных учреждениях строгого режима, ранее отбывавших лишение свободы, на территории Республики Коми. Из материалов дела следует, что оснований для перевода административного истца в исправительные учреждения, расположенные на территории другого субъекта РФ, на сегодняшний момент не имеется. Иных обстоятельств, препятствующих административному истцу отбывать наказание в Республике Карелия, не установлено. Определение либо изменение конкретного места отбывания наказания в виде лишения свободы не могут быть произвольными и должны осуществляться в соответствии с требованиями закона. При этом следует учитывать законные интересы осужденных, обеспечивающие как исправление, так и сохранение, поддержку социально полезных семейных отношений. Сведений о наличии непреодолимых препятствий иметь свидания с близкими и родственниками, получать почтовые отправления, вести телефонные переговоры административным истцом не представлено, а довод истца о проживании его родственников за пределами Республики Карелия не может приниматься во внимание, поскольку ранее он проживал в Республике Коми, при рассмотрении дела 2а-833/2019 ФИО1 и его родственники ходатайствовали о переводе именно в указанный регион. Довод административного истца о нарушении его права на семейную жизнь не подтверждается материалами дела, согласно справкам семейные отношения поддерживает путем денежных переводов, посылок, почтовых отправлений. Предпочтение конкретному способу поддержания семейных отношений отдаваться не должно, следовательно, отказ в переводе в Нижегородскую область не нарушает его права на личную и семейную жизнь. Европейским судом по правам человека указывается об отдаленности более 2 000 км., доказательств возможности осуществления свиданий с родственниками за пределами региона на расстоянии 2 000 км. административным истцом не представлено. Исходя из ранее рассмотренного административного дела в действиях административного истца усматриваются признаки злоупотребления правом – фактически основной целью истца является выезд за пределы Республики Карелия, а не поддержание семейных отношений. При этом перевод в конкретный регион, вопрос наполняемости, реорганизации исправительных учреждений относится к исключительной компетенции ФСИН России, требование о переводе в конкретный регион является вмешательством в деятельность ФСИН России, что нарушает баланс интересов государства и гражданина. На основании изложенного просила в удовлетворении требований отказать. 

Заслушав мнения сторон, исследовав письменные материалы дела, материалы административного дела № 2а-833/2019, суд приходит к следующим выводам.

По общему правилу, установленному ч. 1 ст. 73 УИК РФ, осужденные к лишению свободы отбывают наказание в исправительных учреждениях в пределах территории субъекта Российской Федерации, в котором они проживали или были осуждены. В исключительных случаях по состоянию здоровья осужденных или для обеспечения их личной безопасности либо с их согласия осужденные могут быть направлены для отбывания наказания в соответствующее исправительное учреждение, расположенное на территории другого субъекта Российской Федерации.

В соответствии с ч. 2 ст. 73 УИК РФ при отсутствии в субъекте Российской Федерации по месту жительства или по месту осуждения исправительного учреждения соответствующего вида или невозможности размещения осужденных в имеющихся исправительных учреждениях осужденные направляются по согласованию с соответствующими вышестоящими органами управления уголовно-исполнительной системы в исправительные учреждения, расположенные на территории другого субъекта Российской Федерации, в котором имеются условия для их размещения.

В соответствии с п. 3 Порядка "Направления осужденных к лишению свободы для отбывания наказания в исправительные учреждения и их перевода из одного исправительного учреждения в другое", утвержденного Приказом Минюста России от 26 января 2018 года № 17, осужденные направляются для отбывания наказания не позднее 10 дней со дня получения администрацией СИЗО УИС, исправительного учреждения, при котором создано ПФРСИ, извещения о вступлении приговора суда в законную силу. Направление осужденных осуществляется в исправительные учреждения в пределах территории субъекта Российской Федерации, в котором они проживали (были зарегистрированы по месту жительства) или были осуждены.

В исключительных случаях по состоянию здоровья или для обеспечения личной безопасности осужденных либо с их согласия осужденные могут быть направлены для отбывания наказания в соответствующее исправительное учреждение, расположенное на территории другого субъекта Российской Федерации (часть 1 статьи 73 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

Согласно п.п. 11, 13 Порядка, основанием для рассмотрения вопроса о переводе осужденных является, в том числе, заявление осужденных и (или) их родственников. Перевод по решению ФСИН России осуществляется в исправительные учреждения, расположенные на территории других субъектов Российской Федерации.

Таким образом, приведенное правовое регулирование не предполагает произвольного определения места отбывания осужденным наказания и корреспондирует положениям международных правовых актов, регламентирующих права осужденных, в частности Европейским пенитенциарным правилам (2006 г.), согласно которым заключенные должны по возможности направляться для отбытия наказания в расположенные вблизи от дома или мест социальной реабилитации пенитенциарные учреждения и которые имеют рекомендательный характер и подлежат реализации при наличии необходимых экономических и социальных возможностей (часть 4 статьи 3 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

На данное обстоятельство неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации в определениях от 28 марта 2017 г. № 562-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Украины ФИО4 на нарушение его конституционных прав частью четвертой статьи 73 и частью второй статьи 81 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации", № 599-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО5 на нарушение его конституционных прав частью четвертой статьи 73 и частью второй статьи 81 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации".

Европейский Суд по правам человека в постановлении от 7 марта 2017 г. дело "ФИО6 и другие (Polyakova and Others) против Российской Федерации" отметил, что Конвенция о защите прав человека и основных свобод не предоставляет осужденным права выбирать место отбывания наказания. Однако для того, чтобы обеспечить уважение достоинства, присущего человеческой личности, целью государств должно стать поощрение и поддержание контактов заключенных с внешним миром. Для достижения этой цели национальное законодательство должно предоставить заключенному, а при необходимости и его родственникам реальную возможность выдвигать свои требования до того, как государственные органы власти примут решение о размещении его в определенное исправительное учреждение, а также убедиться в том, что какие-либо другие их распоряжения соответствуют требованиям статьи 8 указанной конвенции (пункт 100).

Европейский Суд в указанном постановлении пришел к выводу об отсутствии в российском законодательстве требования, обязывающего ФСИН России рассматривать перед отступлением от общего правила распределения осужденных возможные последствия географического расположения исправительных учреждений на семейную жизнь заключенных и их родных, о непредоставлении реальной возможности перевода заключенного в другое место заключения на основаниях, относящихся к праву уважения семейной жизни, а также о невозможности для лица добиться судебного пересмотра решения ФСИН России в части пропорциональности его или ее заинтересованности в поддержании семейных и общественных связей. Данные обстоятельства, в свою очередь, приводят к нарушению статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (пункты 116 - 118).

С учетом приведенных правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации и Европейского Суда по правам человека к иным исключительным обстоятельствам среди прочего должна относиться невозможность заключенного поддерживать семейные связи во время тюремного заключения. (Кассационное определение Судебной коллегии по административным делам Верховного Суда Российской Федерации от 6 ноября 2019 года № 5-КА19-51)

Частью 2 ст. 64 КАС РФ закреплено, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом по ранее рассмотренному гражданскому или административному делу либо по делу, рассмотренному ранее арбитражным судом, не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении судом другого административного дела, в котором участвуют лица, в отношении которых установлены эти обстоятельства, или лица, относящиеся к категории лиц, в отношении которой установлены эти обстоятельства.

Решением Сегежского городского суда Республики Карелия от 29 августа 2019 года отказано в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФСИН России об обязании совершить определенные действия – рассмотреть по существу вопрос о переводе его в Республику Коми по месту его жительства, указанный судебный акт вступил в законную силу 1 ноября 2019 года. 

В ходе рассмотрения дела по существу установлено, что ФИО1 в связи с вступлением в законную силу приговора суда был направлен для отбывания наказания в ФКУ ИК-1 УФСИН России по РК на основании указания ФСИН России от 28 июля 2016 года № исх.-02-43007 в порядке, предусмотренном ч. 2 ст. 73 УК РФ, поскольку в Республике Коми отсутствовала возможность размещения осужденных в исправительных учреждениях строгого режима для лиц, ранее отбывавших наказание в виде лишения свободы.

До осуждения ФИО1 имел регистрацию по месту жительства по адресу: ...

Родителями ФИО1 являются Я.И.И., ХХ.ХХ.ХХ. г.р., и Я.Н.В., ХХ.ХХ.ХХ. г.р. 

Я.И.И. зарегистрирована по адресу: г. Арзамас, ..., с 23 августа 2017 года, Я.Н.В. снят с регистрационного учета в г. Ухта с 26 августа 2013 года в г. Самара, сведений о настоящей регистрации указанного лица не имеется.

Я.И.И. является инвалидом 3 группы по общему заболеванию бессрочно, что подтверждается справкой серии 

<

...> №... от 8 июня 2012 года. 

Из материалов дела следует, что Я.И.И. обращалась с заявлениями о переводе сына для дальнейшего отбывания наказания в близлежащие регионы как во ФСИН России, так и в Сегежский городской суд Республики Карелия. 

Расстояние от г. Сегежа Республики Карелия до г. Арзамаса Нижегородской области составляет 1 402 км., в соответствии с представленными сведениями переезд железнодорожным транспортом из одного населенного пункта в другой осуществляется с пересадкой. 

По сведениям ФКУ ИК-1 УФСИН России по Республике Карелия от 21 ноября 2019 года ФИО1 за период отбывания наказания в указанном учреждении с 21 ноября 2016 года по 14 ноября 2019 года длительными и краткосрочными свиданиями не пользовался, получил от Я.Н.В. 12 посылок и передач, звонил ему же 154 раза. В учетно-адресной карточке зарегистрировано 15 отправлений от Я.И.И., в журнале входящей корреспонденции зарегистрировано 8 отправлений от Я.И.И. 

В соответствии с ответом на запрос УИ ПСУ ФСИН России от 2 декабря 2019 года по информации УФСИН России по РК обстоятельств, предусмотренных ч. 2 ст. 81 УИК РФ, препятствующих дальнейшему нахождению ФИО1 в исправительном учреждении указанного территориального органа ФСИН России, не имеется. 

В ГУФСИН России по Нижегородской области функционирует 4 ИК строгого режима для осужденных, ранее отбывавших лишение свободы с общим лимитом 4 712 мест, которые по состоянию на 1 декабря 2019 года содержалось 2 869 человек (наполнено примерно на 60,1%). 

ФИО1 обратился во ФСИН России с ходатайством о переводе его в исправительное учреждение Нижегородской области для дальнейшего отбывания наказания 28 августа 2019 года, указанное обращение поступило во ФСИН России 10 сентября 2019 года. 

Ответом от 25 сентября 2019 года УИ ПСУ ФСИН России сообщает, что указанное обращение рассмотрено, в связи с отсутствием возможности для размещения в исправительных учреждениях строгого режима на территории Республики Коми, осужденных ранее отбывавших лишение свободы (по месту осуждения и проживания до ареста), ФИО1 в соответствии с ч. 2 ст. 73 УК РФ направлен для отбывания наказания в исправительное учреждение Республики Карелия. По информации УФСИН России по РК обстоятельств, предусмотренных законом, препятствующих дальнейшему нахождению осужденного в исправительном учреждении указанного территориального органа ФСИН России, не имеется, при этом ответчиком сделана ссылка на положения ст. 81 УИК РФ, в соответствии с которой осужденные к лишению свободы должны отбывать весь срок наказания, как правило, в одном исправительном учреждении. Перевод осужденного допускается в случае болезни осужденного либо для обеспечения его личной безопасности, при реорганизации или ликвидации учреждения, а также при иных исключительных обстоятельствах, препятствующих дальнейшему нахождению осужденного в данном исправительном учреждении. 

Формальные ссылки ФСИН России на ч. 4 ст. 77.7, ст. 81 УИК РФ без рассмотрения вопроса об объективной необходимости перевода административного истца для отбывания наказания в иное исправительное учреждение с точки зрения защиты его права на уважение семейной жизни и наличия соответствующей возможности, не отвечает приведенному выше толкованию действующего законодательства, в связи с чем является необоснованным. 

В соответствии с п. 62 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 27 сентября 2016 года № 36 «О некоторых вопросах применения судами Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации», суд не осуществляет проверку целесообразности оспариваемых решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих, принимаемых, совершаемых ими в пределах своего усмотрения в соответствии с компетенцией, предоставленной законом или иным нормативным правовым актом.

В соответствии с п. 1 ч. 2 ст. 227 КАС РФ надлежащим способом восстановления нарушенного права ФИО1 является возложение на административного ответчика ФСИН России обязанности рассмотреть по существу вопрос о переводе ФИО1 для отбывания наказания в исправительное учреждение по месту проживания его родственников – Нижегородской области, при этом в соответствии с правовой позицией Европейского Суда по правам человека административному ответчику следует проанализировать семейное положение осужденного, оценить степень сохранения им социально-полезных связей с родственниками и желание последних общаться с истцом и соотнести их с наличием на территории субъекта РФ по месту жительства родственников исправительных учреждений с соответствующим режимом отбывания наказания.

Помимо прочего истцом заявлены требования об установлении ответчику срока для исполнения решения суда – 30 дней. 

В соответствии с ч. 9 ст. 227 КАС РФ в случае признания решения, действия (бездействия) незаконными орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями и принявшие оспоренное решение или совершившие оспоренное действие (бездействие), обязаны устранить допущенные нарушения или препятствия к осуществлению прав, свобод и реализации законных интересов административного истца либо прав, свобод и законных интересов лиц, в интересах которых было подано соответствующее административное исковое заявление, и восстановить данные права, свободы и законные интересы указанным судом способом в установленный им срок, а также сообщить об этом в течение одного месяца со дня вступления в законную силу решения по административному делу об оспаривании решения, действия (бездействия) в суд, гражданину, в организацию, иному лицу, в отношении которых соответственно допущены нарушения, созданы препятствия.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что на ФСИН России необходимо возложить обязанность в месячный срок со дня вступления настоящего решения в законную силу сообщить ФИО1 и в Сегежский городской суд Республики Карелия об исполнении решения суда. 

Руководствуясь статьями 177 – 180 Кодекса административного судопроизводства РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить. 

Обязать Федеральную службу исполнения наказания России рассмотреть по существу вопрос о переводе ФИО1 для отбывания наказания в исправительное учреждение по месту проживания его родственников в Нижегородскую область. 

Обязать Федеральную службу исполнения наказания России в месячный срок со дня вступления решения суда в законную силу сообщить административному истцу и в Сегежский городской суд Республики Карелия об исполнении решения суда. 

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Карелия через Сегежский городской суд Республики Карелия в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Н.В. Скрипко

Решение в окончательной форме изготовлено 16 декабря 2019 года.