№ 2-426/2019

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

9 апреля 2019 года 

г. Вологда 

Вологодский районный суд Вологодской области в составе: 

председательствующего судьи Гвоздевой Н. В., 

при секретаре Мосягиной К. Н., 

с участием представителя истца по доверенности ФИО1, 

ответчика ФИО2, 

представителя ответчиков ФИО2 и ФИО3, действующей в интересах несовершеннолетней ФИО4, по доверенности ФИО5,

представителя третьего лица - администрации Вологодского муниципального района по доверенности ФИО6, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Комитета по управлению муниципальным имуществом администрации Вологодского муниципального района Вологодской области к ФИО2, ФИО3, действующей в интересах несовершеннолетней дочери ФИО4, о признании недействительным договора передачи квартиры в собственность, применении последствий недействительности сделки, возложении обязанности передать жилое помещение по акту приема-передачи,

у с т а н о в и л:

Комитет по управлению муниципальным имуществом администрации Вологодского муниципального района обратился в суд с указанным иском, мотивируя требования тем, что на основании постановления главы Вологодского муниципального района № 462 от 31 июля 2000 года в муниципальную собственность из ведения Министерства обороны РФ был передан объект жилого фонда – жилой дом № №, расположенный в 

<

адрес>. На основании ордера № 151 от 2 ноября 1988 года, выданного начальником ГУ «1975 отделение морской инженерной службы Северного Флота», ФИО2 было предоставлено жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>, на семью, состоящую из ФИО7 (супруга), ФИО8 (сын), ФИО9 (сын) и Коледовой (в настоящее время – ФИО11) А.А. (дочь). 30 ноября 2004 года ФИО2, обладавшим в указанный период статусом военнослужащего, а также членами его семьи ФИО7, ФИО8 и ФИО9 в связи с включением его в состав кандидатов президентской программы «Государственные жилищные сертификаты» было подписано обязательство о сдаче жилого помещения, согласно которому указанные лица приняли на себя обязательство в 2-х месячный срок со дня приобретения жилого помещения посредством реализации государственного жилищного сертификата на территории г. Москвы сдать ранее предоставленное жилое помещение. Кроме того, ФИО2 и члены его семьи приняли на себя обязательство не приватизировать предоставленное им на основании ордера жилое помещение и не совершать иных действий, которые влекут или могут повлечь его отчуждение, а также не предоставлять данное помещение лицам, не являющимся членами семьи ФИО2. Дочь ФИО2 – ФИО12 не была включена ФИО2 в обязательство от 31 ноября 2004 года, несмотря на факт ее регистрации в указанном жилом помещении по состоянию на указанную дату. 21 мая 2010 года ФИО2 и членами его семьи: ФИО7, ФИО8, ФИО9 и ФИО12 повторно было подписано обязательство о сдаче жилого помещения, согласно которому указанные лица приняли на себя обязательство в 2-х месячный срок со дня приобретения жилого помещения посредством реализации государственного жилищного сертификата на территории г. Санкт-Петербурга сдать ранее предоставленное им жилое помещение. 25 июля 2014 года ФИО12 вступила в брак с Т., что повлекло изменение ее фамилии. В браке у Т. и ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ родилась дочь ФИО4, которая приходится ФИО2 внучкой. По информации, предоставленной Департаментом строительства Вологодской области в письме от 19 декабря 2018 года, 7 апреля 2010 года ФИО2 и членам его семьи был выдан государственный жилищный сертификат, который был реализован посредством приобретения жилого помещения в г. Санкт-Петербурге, которое впоследствии было отчуждено третьим лицам. В силу подписанного обязательства после приобретения данного жилого помещения у ФИО2 и членов его семьи возникла обязанность освободить и возвратить муниципальному образованию ранее предоставленную на основании ордера квартиру в 

<

адрес>, которая ими исполнена не была. Более того, 30 августа 2017 года ФИО2 и ФИО3, действующая в интересах несовершеннолетней ФИО4, обратились в ГП ВО «Вологдатехинвентаризация» с заявлением о передаче в общую долевую собственность жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, утаив при этом факт наличия ранее подписанного ими обязательства о сдаче жилого помещения. 5 октября 2017 года между ГП ВО «Вологдатехинвентаризация» и ФИО2, ФИО4 был заключен договор передачи указанного жилого помещения в собственность граждан, на основании которого 23 октября 2017 года за ФИО2 и ФИО4 было зарегистрировано право общей долевой собственности на данное жилое помещение. По состоянию на 6 февраля 2019 года в указанной квартире ответчики и иные лица не зарегистрированы. Тем самым ФИО2 и ФИО3, действующая от имени ФИО4, заведомо зная о ранее подписанном ими 21 мая 2010 года обязательстве о сдаче жилого помещения, допустили злоупотребление правом при заключении договора от 5 октября 2017 года. О факте заключения договора передачи квартиры в собственность граждан истцу стало известно 4 февраля 2019 года при непосредственном получении его копии. 

Просят суд признать договор передачи квартиры в собственность граждан от 5 октября 2017 года, заключенный между ГП ВО «Вологдатехинвентаризация» и ФИО2, ФИО4 недействительной сделкой; применить последствия недействительности сделки: прекратить право общей долевой собственности ФИО2 и ФИО4 на жилое помещение с кадастровым номером №, расположенное по адресу: 

<

адрес>, восстановить право муниципальной собственности Вологодского муниципального района на указанное жилое помещение и обязать ФИО2 и ФИО4 в месячный срок с момента вступления решения суда в законную милу передать данное жилое помещение Комитету по управлению муниципальным имуществом администрации Вологодского муниципального района по акту приема-передачи свободным от прав третьих лиц.

Определением суда от 15 февраля 2019 года в ходе подготовки дела к судебному разбирательству к участию в деле было привлечено Территориальное отделение ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны РФ.

Определением суда, занесенным в протокол судебного заседания от 12 марта 2019 года, к участию в деле в качестве третьих лиц были привлечены ФИО7, ФИО8, ФИО3, ФИО13 и ФИО9

В судебном заседании представитель истца – Комитета по управлению муниципальным имуществом администрации Вологодского муниципального района по доверенности ФИО1 исковые требования поддержала в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении. 

Ответчик ФИО2 и его представитель по доверенности ФИО5, являющийся одновременно представителем ответчика ФИО3, в судебном заседании исковые требования не признали по основаниям, изложенным в письменном отзыве на иск. Суду дополнительно пояснили, что предоставленный государственный жилищный сертификат был реализован путем приобретения жилого помещения в г. Санкт-Петербурге. В соответствии с подписанным 21 мая 2010 года обязательством ФИО2 обращался в администрацию поселения, где ему пояснили, что до письменного требования сдавать квартиру в 

<

адрес> не нужно. Считают, что подписание обязательства о сдаче жилого помещения не прекратило действия договора социального найма, действующего на основании ордера. Заявили об истечении срока исковой давности, ссылаясь на то, что о реализации жилищного сертификата администрации Вологодского муниципального района было известно. Факт передачи полномочий от администрации Вологодского муниципального района к Комитету по управлению муниципальным имуществом администрации Вологодского муниципального района не влияет на течение срока исковой давности. Указали, что несовершеннолетняя ФИО4 обязательства о сдаче жилого помещения не подписывала и имела право проживать в спорном жилом помещении в качестве члена семьи ФИО2 с правом на его последующую приватизацию.

Ответчик (третье лицо) ФИО3, действующая от имени несовершеннолетней ФИО4, в судебное заседание не явилась, действует через представителя.

Представитель третьего лица – администрации Вологодского муниципального района по доверенности ФИО6 полагал заявленные исковые требования подлежащими удовлетворению. Пояснил, что в 2017 году обязательство о сдаче жилого помещения от 21 мая 2010 года в ГП ВО «Вологдатехинвентаризация» представлено не было. От имени несовершеннолетней ФИО4 действовала ее мать ФИО3, подписавшая указанное обязательство. ФИО2 был вправе по своему выбору получить государственный сертификат и освободить квартиру, либо приватизировать спорное жилое помещение без получения сертификата. Заключение договора от 5 октября 2017 года привело к сверхнормативному предоставлению ФИО2 жилплощади. Полагал необоснованным заявление о применении срока исковой давности, указав, что до 2015 года обеспечение граждан помещениями относилось к ведению администрации сельского поселения, с 1 января 2016 года – к ведению администрации Вологодского муниципального района. Комитет по управлению муниципальным имуществом администрации Вологодского муниципального района был образован в 2012 году, то есть после подписания ФИО2 и членами его семьи обязательства о сдаче жилого помещения. О неисполнении указанного обязательства истцу стало известно в 2018 году после передачи необходимых документов от администрации сельского поселения. О реализации жилищного сертификата стало известно 25 декабря 2018 года. О факте заключения договора приватизации истцу стало известно в феврале 2019 года. 

Третьи лица ФИО8 и ФИО7 в судебное заседание не явились, заявили о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Третьи лица ФИО13 и ФИО9 в судебное заседание не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Третье лицо - Бюджетное учреждение в сфере государственной кадастровой оценки Вологодской области «Бюро кадастровой оценки и технической инвентаризации» своего представителя в судебное заседание не направило, представили отзыв на иск, в котором указали, что 18.12.2017 года ГП ВО «Вологдатехинвентаризация» реоганизоыано в форме преобразования в Бюджетное учреждение в сфере государственной кадастровой оценки Вологодской области «Бюро кадастровой оценки и технической инвентаризации». До 18.11.2018 года Бюджетное учреждение в сфере государственной кадастровой оценки Вологодской области «Бюро кадастровой оценки и технической инвентаризации» являлось организацией, уполномоченной администрацией Вологодского муниципального района на подготовку пакета документов по приватизации жилых помещений в муниципальном жилищном фонде Вологодского района Вологодской области и на заключение договоров на передачу жилых помещений в собственность граждан. 30.08.2017 в адрес Предприятия обратились ФИО14 и ФИО3, действующая от имени несовершеннолетней дочери ФИО4, с заявлением о передаче в их собственность 

<

адрес>, расположенной по адресу: 

<

адрес>. Обязанность по предоставлению сведений (информации) о наличии (отсутствии) обязательства о сдаче (передаче) жилого помещения, при подаче заявления и документов на приватизацию, лежит как на самом гражданине и членах его семьи, так и на собственнике данного жилого помещения. В связи с тем, что заявителями был представлен полный пакет документов и у Предприятия отсутствовали сведения об ограничении либо о наличии обязательства о сдаче жилого помещения, 05.10.2017 Предприятием был подготовлен договор на передачу указанной квартиры в собственность граждан. Вынесение решения по требованиям Комитета оставляют на усмотрение суда, просят рассмотреть дело в отсутствие своего представителя.

Представитель третьего лица - администрации Федотовского сельского поселения Вологодского муниципального района в судебное заседание не явился, в отзыве на иск вопрос о разрешении иска по существу оставили на усмотрение суда. Просили рассмотреть дело без участия своего представителя. 

Представители третьих лиц – отделения (территориальное, г. Вологда) ФГКУ «Западное региональное управление жилищного обеспечения» Министерства обороны РФ, Управления Росреестра по Вологодской области в судебное заседание не явились, заявили о рассмотрении дела в свое отсутствие. В отзывах оставляют принятие решения на усмотрение суда.

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 40 Конституции РФ, части 4 статьи 3 Жилищного кодекса РФ никто не может быть произвольно лишен жилища, выселен из занимаемого жилого помещения или ограничен в праве пользования им не иначе как по основаниям и в порядке, предусмотренном законом.

Из материалов дела следует, что на основании ордера № 151 от 2 ноября 1988 года, выданного начальником ГУ «1975 отделение морской инженерной службы Северного Флота», ФИО2 было предоставлено жилое помещение, расположенное по адресу: 

<

адрес>, на семью, состоящую из ФИО7, ФИО8, ФИО9 и ФИО12 

7 апреля 2010 года ФИО2, обладавшему в указанный период времени в соответствии с Федеральным законом от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ статусом военнослужащего и состоящему в должности штурмана корабля войсковой части № 39163, и членам его семьи в составе 5 человек на основании рапорта был предоставлен государственный жилищный сертификат серии № на сумму 3024000 рублей. 

Факт выдачи указанного жилищного сертификата подтверждается ответом ФКУ «Объединенная дирекция Минстроя России» от 25.03.2019 и ответчиками не оспаривается.

В связи с предоставлением государственного жилищного сертификата 21 мая 2010 года ФИО2 и членами его семьи - ФИО7, ФИО15, ФИО8 и ФИО9 в связи с включением ФИО2 в состав кандидатов президентской программы «Государственные жилищные сертификаты» было подписано обязательство о сдаче жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>.

В соответствии с условиями подписанного обязательства ФИО2 и члены его семьи приняли на себя обязанность в двухмесячный срок со дня приобретения жилого помещения посредством реализации государственного жилищного сертификата на территории 

<

адрес> сдать жилое помещение по адресу: 

<

адрес>, а также не приватизировать его и не совершать иных действий, которые влекут или могут повлечь его отчуждение, а также не предоставлять данное помещение лицам, не являющимся членами семьи ФИО2

В силу ст.ст. 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Предоставленный ФИО2 государственный жилищный сертификат № был реализован посредством приобретения по договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ жилого помещения с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>.

Право собственности ФИО2 и членов его семьи на указанное жилое помещение было зарегистрировано в ЕГРН 21 сентября 2010 года.

Таким образом, в силу подписанного обязательства о сдаче жилого помещения у ФИО2 и членов его семьи возникла обязанность освободить квартиру по адресу: 

<

адрес> после 21 ноября 2010 года, однако обязанность, связанная со сдачей данного жилого помещения, в установленный срок исполнена не была.

Кроме того, ФИО2 не было исполнено принятое на себя обязательство не приватизировать указанное жилое помещение и не совершать иных действий, которые влекут или могут повлечь его отчуждение.

Так, 25 июля 2014 года ФИО12 вступила в брак с Т., что повлекло изменение ее фамилии. В браке у Т. и ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ родилась дочь ФИО4, которая приходится ФИО2 внучкой.

30 августа 2017 года ФИО2 и ФИО3, действующая в интересах несовершеннолетней ФИО4, обратились в ГП ВО «Вологдатехинвентаризация» с заявлением о передаче в общую долевую собственность жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, утаив при этом факт наличия ранее подписанного ими обязательства о сдаче жилого помещения. 

5 октября 2017 года между ГП ВО «Вологдатехинвентаризация» и ФИО2, ФИО4 в лице представителя ФИО3 был заключен договор передачи жилого помещения в собственность граждан, на основании которого 23 октября 2017 года за ФИО2 и ФИО4 было зарегистрировано право общей долевой собственности на жилое помещение по адресу: 

<

адрес> (по ? доле за каждым).

Из содержания отзыва Управления Росреестра по Вологодской области следует, что право собственности на указанное жилое помещение (кадастровый №), 9 октября 2012 года было зарегистрировано за муниципальным образованием – Вологодский муниципальный район, 4 апреля 2014 года зарегистрирован переход права собственности к Федотовскому сельскому поселению, а 26 января 2016 года право собственности на данное помещение вновь перешло к Вологодскому муниципальному району.

Регистрация права общей долевой собственности на указанное жилое помещение повлекла прекращение права муниципальной собственности на него Вологодского муниципального района. 

На основании п.1 ст.15 Федерального закона от 27 мая 1998 года № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» (в редакции, действовавшей на момент предоставления ФИО2 государственного жилищного сертификата) государство гарантировало военнослужащим предоставление жилых помещений или выделение денежных средств на их приобретение в порядке и на условиях, которые устанавливаются федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

На основании п.14 ст.15 указанного Федерального закона обеспечение жилым помещением определенной категории военнослужащих за счет средств федерального бюджета на строительство и приобретение жилого помещения производится, в том числе, путем выдачи государственных жилищных сертификатов. Документы о сдаче жилых помещений Министерству обороны РФ (иному федеральному органу исполнительной власти, в котором федеральным законом предусмотрена военная служба) и снятии с регистрационного учета по прежнему месту жительства представляются указанными гражданами и совместно проживающими с ними членами их семей при получении жилого помещения по избранному месту жительства.

Пунктом 1 Постановления Правительства Российской Федерации от 21 марта 2006 года № 153 «О некоторых вопросах реализации подпрограммы «Выполнение государственных обязательств по обеспечению жильем категорий граждан, установленных федеральным законодательством» федеральной целевой программы «Жилище» на 2002 – 2010 годы» (в редакции, действовавшей на момент выдачи ФИО2 государственного жилищного сертификата) предусмотрено, что формой государственной финансовой поддержки обеспечения граждан жильем в рамках реализации указанной подпрограммы является предоставление им за счет средств федерального бюджета субсидии на приобретение жилья, право на получение которой удостоверяется государственным жилищным сертификатом.

Согласно п.5 указанных Правил право на получение социальной выплаты, удостоверяемой сертификатом, в рамках подпрограммы имеют, в том числе граждане, уволенные с военной службы (службы) по достижении ими предельного возраста пребывания на военной службе (службе), или по состоянию здоровья, или в связи с организационно-штатными мероприятиями, общая продолжительность военной службы которых в календарном исчислении составляет 10 лет и более, и состоящие после увольнения в списках очередников на получение жилых помещений (улучшение жилищных условий) в федеральном органе исполнительной власти.

В рамках подпрограммы получить социальную выплату, удостоверяемую сертификатом, могут граждане, отвечающие требованиям, указанным в п.5 настоящих Правил, и изъявившие такое желание (далее - граждане - участники подпрограммы) (пункт 6 Правил).

В соответствии с подп.«ж» пп.44 Правил для получения сертификата гражданин - участник подпрограммы представляет, в том числе, обязательство о сдаче (передаче) жилого помещения по форме согласно приложению № 6 (в 2 экземплярах), за исключением случаев, когда гражданин предъявит документ, подтверждающий отсутствие у него жилого помещения для постоянного проживания. В случае непредставления или неполного представления документов, указанных в п.44 Правил, сертификат не выдается.

Согласно статье 2 Закона РФ от 4 июля 1991 года № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» граждане Российской Федерации, имеющие право пользования жилыми помещениями государственного или муниципального жилищного фонда на условиях социального найма, вправе приобрести их на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации, в общую собственность либо в собственность одного лица, в том числе несовершеннолетнего, с согласия всех имеющих право на приватизацию данных жилых помещений совершеннолетних лиц и несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет.

Перечисленные правовые положения позволяют сделать вывод о том, что обязательным условием предоставления жилищного сертификата являлось освобождение ранее занимаемого жилья по договору социального найма, в противном случае предоставление финансовой поддержки за счет средств бюджета исключалось. 

Реализация права лица на получение государственного жилищного сертификата напрямую связана с дачей обязательства об освобождении занимаемого им и членами его семьи жилого помещения и прекращении договора социального найма. В случае реализации полученного государственного жилищного сертификата гражданин и члены его семьи не имеют права на бесплатную приватизацию жилого помещения.

Таким образом, подписав обязательство о сдаче жилого помещения от 21 мая 2010 года, ФИО2 и члены его семьи фактически отказались от своего права на проживание в спорном жилом помещении в случае получения государственного жилищного сертификата.

Со дня приобретения в собственность жилого помещения посредством реализации государственного жилищного сертификата ФИО2 в установленный срок обязан был выполнить условия обязательства по освобождению занимаемого жилого помещения со всеми совместно проживающими с ним членами семьи, а также не принимать мер по его приватизации.

В случае реализации полученного государственного жилищного сертификата гражданин и члены его семьи не имеют права на бесплатную приватизацию жилого помещения, поскольку их право социального найма на занимаемое жилое помещение прекращается. 

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в определении от 27 сентября 2018 года № 2292-О, требования п.14 ст.15 Федерального закона «О статусе военнослужащих» об однократном обеспечении жильем и о представлении документов об освобождении жилого помещения основаны на вытекающем из Конституции Российской Федерации принципе социальной справедливости и направлены на предотвращение необоснованного сверхнормативного предоставления военнослужащим (и членам их семей) жилищных гарантий, установленных Федеральным законом «О статусе военнослужащих», в том числе на предотвращение необоснованного сверхнормативного предоставления государственного и муниципального жилья.

Оценив в совокупности установленные по делу обстоятельства, суд приходит к выводу о том, что законных оснований для передачи спорного жилого помещения в общую долевую собственность ФИО2 и ФИО4 на момент заключения договора от 5 октября 2017 года не имелось.

При этом суд учитывает, что доводы ответчика ФИО2 и его представителя о том, что несовершеннолетняя ФИО4 не подписывала обязательство о сдаче жилого помещения и имеет право пользования спорным жилым помещением по договору социального найма жилого помещения, правового значения не имеют, поскольку по смыслу положений ст.20 ГК РФ и ст.54 СК РФ несовершеннолетние дети приобретают право на ту жилую площадь, которая определяется им в качестве места жительства соглашением родителей, однако право родителей свободного выбора места жительства для ребенка ограничено их собственным местом жительства.

Право ребенка на пользование жилым помещением является производным от права пользования данным помещением его родителей, равно как и члены семьи лица, получившего служебное жилое помещение, не приобретают самостоятельного права пользования данным помещением, а их права являются производными от права лица, получившего служебное жилье.

Положениями п.п. 30, 44, 45 Правил выпуска и реализации государственных жилищных сертификатов прямо предусмотрена обязанность по освобождению ранее занимаемых жилых помещений гражданами при предоставлении им жилых помещений с помощью субсидии.

Таким образом, поскольку обязанность освободить спорное жилое помещение возникла у ФИО2 и ФИО3 до рождения несовершеннолетней ФИО4, чье право пользования указанным помещением производно от прав ее матери ФИО3, и, как следствие от прав ее деда ФИО2, оснований для признания действительной сделки по приватизации спорной квартиры на имя ФИО4 у суда не имеется. 

Рассматриваемая ситуация сложилась вследствие того, что ФИО2 и ФИО3, действовавшая от имени несовершеннолетней ФИО4, при обращении с заявлением о приватизации спорной квартиры скрыли факт своего участия в приобретении жилого помещения за счет средств государственного жилищного сертификата и факт наличия ранее подписанного обязательства об отказе от приватизации спорной квартиры от ГП ВО «Вологдатехинвентаризация», действующего от имени администрации Вологодского муниципального района по договору на производство приватизации жилого фонда от 20 мая 2004 года.

Перечисленные обстоятельства свидетельствуют о недобросовестном поведении ответчиков при заключении сделки по передаче квартиры в собственность граждан.

В соответствии с п.1 ст.166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (п.1 ст. 167 ГК РФ).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п.1 ст.168 ГК РФ).

На основании изложенного и с учетом отсутствия законных оснований для передачи спорной квартиры в общую долевую собственность ФИО2 и ФИО4 суд приходит к выводу о признании состоявшейся 5 октября 2017 года сделки по передаче жилого помещения в собственность граждан недействительной сделкой.

При этом суд учитывает, что данный договор заключен при отсутствии к тому законных оснований и нарушает права собственника муниципального имущества, Комитета по управлению муниципальным имуществом администрации Вологодского муниципального района.

В ходе рассмотрения дела ответчик ФИО2 и представитель ответчиков заявили о применении срока исковой давности.

В соответствии с ч.2 ст.181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п.1 ст.179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. 

Комитет по управлению муниципальным имуществом администрации Вологодского муниципального района создан в качестве юридического лица решением Представительного собрания Вологодского муниципального района от 3 апреля 2012 года № 10, то есть после подписания ФИО2 и членами его семьи обязательства от 21 мая 2010 года и выдачи ему государственного жилищного сертификата.

Стороной оспариваемого договора от 5 октября 2017 года Комитет по управлению муниципальным имуществом администрации Вологодского муниципального района не являлся.

Об обстоятельствах, послуживших основанием для признания сделки недействительной, истцу стало известно из информации о выданных гражданам государственных жилищных сертификатах, представленной Департаментом строительства Вологодской области в письме от 19 декабря 2018 года № 12-10416/18, поступившем в Комитет по управлению муниципальным имуществом администрации Вологодского муниципального района 24 декабря 2018 года.

Учитывая, что истец обратился в суд в течение предусмотренного ч.2 ст.181 ГПК РФ годичного срока после получения сведений об указанных обстоятельствах, оснований для применения исковой давности суд не усматривает. 

Доводы ответчика ФИО2, а также его представителя о невыполнении истцом действий по истребованию у администрации Федотовского сельского поселения документов в отношении жилого фонда после передачи соответствующих полномочий, а также об отсутствии претензий со стороны истца по поводу приватизации спорного жилого помещения не могут являться основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований, поскольку факт бездействия указанных органов местного самоуправления не должен способствовать злоупотреблению правом со стороны ФИО2, который при подписании рапорта о включении в состав кандидатов на участие в президентской программе «Государственные жилищные сертификаты» был ознакомлен с условиями данной программы и обязался их выполнять.

Принимая во внимание, что рассматриваемый договор от 5 октября 2017 года в силу ст.168 ГК РФ является недействительной сделкой, каждая из сторон обязана возвратить другой стороне все полученное по сделке. 

На основании ст.167 ГК РФ каждая из сторон недействительной сделки обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом, при рассмотрении данного спора.

С учетом обстоятельств дела в рассматриваемом случае подлежат применению последствия недействительности сделки в виде прекращения права общей долевой собственности ФИО2 и ФИО4 на квартиру с кадастровым номером № и восстановления на данную квартиру права муниципальной собственности.

Помимо этого на ответчиков ФИО2 и ФИО3 следует возложить обязанность в течение одного месяца с момента вступления настоящего решения в законную силу передать указанную квартиру Комитету по управлению муниципальным имуществом администрации Вологодского муниципального района свободной от прав третьих лиц.

С учетом изложенных обстоятельств заявленные исковые требования подлежат удовлетворению.

На основании ч.1 ст.103 ГПК РФ взысканию с ответчиков в доход бюджета подлежит государственная пошлина, от уплаты которой истец при подаче искового заявления был освобожден.

Определением Вологодского районного суда Вологодской области от 12 февраля 2019 года приняты меры по обеспечению иска в виде запрета Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Вологодской области на совершение регистрационных действий в отношении жилого помещения (квартиры) с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>.

С учетом положений ст.144 ГПК РФ с целью обеспечения возможности исполнения настоящего решения в части совершения регистрационных действий в отношении спорного жилого помещения в связи с изменением собственника суд полагает целесообразным указать на отмену обеспечительных мер по вступлении решения суда в законную силу.

Руководствуясь ст.ст.103, 194-198 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

исковые требования Комитета по управлению муниципальным имуществом администрации Вологодского муниципального района Вологодской области удовлетворить.

Признать договор передачи 

<

адрес> в собственность граждан от 05 октября 2017 года, заключенный между Государственным предприятием Вологодской области «Вологдатехинвентаризация», действующим от имени администрации Вологодского муниципального района по договору на производство приватизации жилого фонда от 20 мая 2004 года, и ФИО2, ФИО4, от имени которой действовала ФИО3, недействительным.

Прекратить право общей долевой собственности ФИО2 и ФИО4 (доля в праве каждого по ?) на квартиру с кадастровым номером №, назначение: жилое, общей площадью 

<

данные изъяты> кв. м., расположенную по адресу: 

<

адрес>.

Восстановить право муниципальной собственности муниципального образования - Вологодский муниципальный район на квартиру с кадастровым номером №, назначение: жилое, общей площадью 

<

данные изъяты> кв. м., расположенную по адресу: 

<

адрес>.

Возложить на ФИО2, ФИО3, действующую в интересах несовершеннолетней дочери ФИО4, обязанность в течение одного месяца с момента вступления настоящего решения суда в законную силу передать Комитету по управлению муниципальным имуществом администрации Вологодского муниципального района Вологодской области по акту приема-передачи квартиру с кадастровым номером №, расположенную по адресу: 

<

адрес>, свободной от прав третьих лиц.

Взыскать с ФИО10 А,Ю., ФИО3 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 (триста) рублей 00 копеек, то есть по 150 (сто пятьдесят) рублей с каждого.

Меры по обеспечению иска в виде запрета Управлению Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Вологодской области на совершение регистрационных действий в отношении жилого помещения (квартиры) с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>, принятые на основании определения Вологодского районного суда Вологодской области от 12 февраля 2019 года, отменить по вступлению решения суда в законную силу.

Решение может быть обжаловано в Вологодский областной суд через Вологодский районный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья: подпись

Копия верна

Судья Н.В. Гвоздева

Мотивированное решение изготовлено 15.04.2019.