УИД 35RS0004-01-2024-000218-38 Адм. дело №2а-204/2024

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

25 апреля 2024 г. г. Белозерск Вологодской области

Белозерский районный суд Вологодской области в составе:

судьи Михеева Н.С.,

при секретаре Войновой А.И.,

с участием административного истца ФИО1, принимавшего участие в судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи,

представителя административных ответчиков ФКУЗ МСЧ-35 ФСИН России, ФСИН России ФИО2,

рассмотрев административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к медпункту Федерального казенного учреждения «Исправительная колония №5» Управления Федеральной службы исполнения наказаний России по Вологодской области, Федеральному казенному учреждению здравоохранения Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации, Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации о признании бездействия незаконным, взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания в исправительном учреждении, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 осуждён приговором 

<

данные изъяты> г. по 

<

данные изъяты> УК РФ с назначением окончательного наказания в виде 9 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он отбывал наказание в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Вологодской области, после чего был переведен в 

<

данные изъяты>. 

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением к медицинскому пункту ФКУ ИК-5 УФСИН России по Вологодской области о признании незаконным бездействия и взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания в сумме 300 000 рублей. В обоснование административного иска указал, что в июле 2019 г. в период отбывания наказания в ФКУ ИК-17 УФСИН России по Вологодской области, он был поставлен на профилактический учет как лицо, имевшее прямой контакт с осужденным, у которого выявлена 

<

данные изъяты> Ему было рекомендовано дополнительное питание на три месяца и получение профилактических медикаментов. После перевода 28 августа 2019 г. в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Вологодской области он сообщил об этом медицинскому работнику, однако на профилактический учет его там поставили только с 1 октября 2019 г., после его неоднократных жалоб. Таким образом с 28 августа 2019 г. по 1 октября 2019 г. он не получал надлежащую профилактическую медицинскую помощь, чем нарушались его права. В 2023 г. он имел прямой контакт с осужденным К., у которого была выявлена 

<

данные изъяты>. Они вместе работали на одном объекте, жили в одном отряде, принимали пищу в одном помещении. Однако на соответствующий профилактический учет он поставлен не был, медикаменты и дополнительное питание ему рекомендовано не было. 

На стадии подготовки дела к рассмотрению определением суда от 5 апреля 2024 г. к участию в деле в качестве административных ответчиков привлечены ФКУЗ МСЧ-35 ФСИН России, так как медицинский кабинет исправительного учреждения является подразделением данного учреждений, а также ФСИН России. 

В судебном заседании административный истец ФИО1 административные исковые требования поддержал. Суду пояснил, что незаконным бездействием административных ответчиков было нарушено его право на надлежащую медицинскую помощь, в связи с чем он приобрел право на получение денежной компенсации. 

Представитель административных ответчиков ФКУЗ МСЧ-35 ФСИН России и ФСИН России ФИО2 административные исковые требования не признала. Суду пояснила, что права осужденного ФИО1 на получение надлежащей медицинской помощи нарушены не были. В 2019 г. он был поставлен в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Вологодской области на диспансерный учет как лицо, имевшее контакт с осужденном, у которого выявлена 

<

данные изъяты>, и получал дополнительное питание и необходимые медицинские препараты. В 2023 г. данный осужденный не имел прямых контактов с осужденными, 

<

данные изъяты> Оснований для признания незаконным каких-либо действий либо бездействия со стороны административных ответчиков не имеется. 

Свидетель К. суду пояснил, что он не знаком с ФИО1 В одной жилой секции с ним не проживал. Он был трудоустроен раздатчиком пищи, но с дневальными по корпусу никогда не пересекался. В столовой он употреблял пищу один, после того как все осужденные уходили. В столовой у него был свой шкафчик, которым он пользовался один. Таксофоном он не пользовался, в этом у него не было необходимости. Курилку посещал, так как курит. 

Суд, заслушав пояснения сторон, изучив материалы административного дела, допросив свидетеля, приходит к выводу о необходимости отказа в удовлетворении заявленных ФИО1 административных исковых требований по следующим основаниям. 

В силу положений ст. 218 КАС РФ гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

Согласно частям 1 и 2 ст. 10 Уголовно-исполнительного кодекса РФ, Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний. 

При исполнении наказаний осуждённым гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. 

В соответствии с ч. 1 ст. 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Как следует из разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. №47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе, право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки (в частности, части 1, 2 статьи 27.6 КоАП РФ, статьи 7, 13 Федерального закона от 26 апреля 2013 г. №67-ФЗ «О порядке отбывания административного ареста», статьи 17, 22, 23, 30, 31 Федерального закона от 15 июля 1995 г. №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», статьи 93, 99, 100 УИК РФ, пункт 2 статьи 8 Федерального закона от 24 июня 1999 г. №120-ФЗ «Об основах системы профилактики безнадзорности и правонарушений несовершеннолетних», часть 5 статьи 35.1 Федерального закона от 25 июля 2002 г. №115-ФЗ «О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации», статья 2 Федерального закона от 30 марта 1999 г. №52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» (пункт 2).

Условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий (пункт 14).

В пункте 17 разъяснено, что при рассмотрении административных дел, связанных с непредоставлением или ненадлежащим оказанием лишенному свободы лицу медицинской помощи, судам с учетом конституционного права на охрану здоровья и медицинскую помощь следует принимать во внимание законодательство об охране здоровья граждан, а также исходить из того, что качество необходимого медицинского обслуживания, предоставляемого в местах принудительного содержания, должно быть надлежащего уровня с учетом режима мест принудительного содержания и соответствовать порядкам оказания медицинской помощи, обязательным для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, и стандартам медицинской помощи (статья 41 Конституции Российской Федерации, статья 4, части 2, 4 и 7 статьи 26, часть 1 статьи 37, часть 1 статьи 80 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Суд, оценивая соответствие медицинского обслуживания лишенных свободы лиц установленным требованиям, с учетом принципов охраны здоровья граждан может принимать во внимание, в частности, доступность такого обслуживания (обеспеченность лекарственными препаратами с надлежащими сроками годности), своевременность, правильность диагностики, тождественность оказания медицинской помощи состоянию здоровья, лечебную и профилактическую направленность, последовательность, регулярность и непрерывность лечения, конфиденциальность, информированность пациента, документированность, профессиональную компетентность медицинских работников, обеспечение лишенного свободы лица техническими средствами реабилитации и услугами, предусмотренными индивидуальной программой реабилитации или абилитации инвалида (статья 4 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», часть 7 статьи 101 УИК РФ).

Как установлено частью 1 ст.41 Конституции РФ, каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений.

Статьей 101 Уголовно-исполнительного кодекса РФ установлено, что лечебно-профилактическая и санитарно-профилактическая помощь осужденным к лишению свободы организуется и предоставляется в соответствии с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений и законодательством Российской Федерации (часть 1).

Судом установлено, что ФИО1 является осужденным и в период с 23 августа 2019 г. по 4 октября 2023 г. отбывал наказание в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Вологодской области.

Медико-санитарное обслуживание осужденных, отбывающих наказание в данном исправительном учреждении, осуществляет ФКУЗ МСЧ-35 ФСИН России по Вологодской области.

Обосновывая административные исковые требования ФИО1 указал на то, что он не был своевременно поставлен на диспансерный учет по тубконтакту при прибытии в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Вологодской области в 2019 г., а также на то, что его не поставили на диспансерный учет по 

<

данные изъяты> в 2023 г. в связи с выявление 

<

данные изъяты> у осужденного К., с которым он имел прямой контакт. 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Из выписки из амбулаторной карты осужденного ФИО1 следует, что 16 июля 2019 г. он в период пребывания в ФКУ ИК-17 УФСИН России по Вологодской области, был взят на диспансерный учет с диагнозом: 

<

данные изъяты> 90 дней, дополнительное питание. 23 августа 2019 г он убыл из 

<

данные изъяты> и в этот же день прибыл в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Вологодской области. При прибытии произведен медицинский осмотр, установлен диагноз: 

<

данные изъяты> дополнительное питание. 1 октября 2019 г. произведен осмотр фельдшера, в связи с диагнозом 

<

данные изъяты> дополнительное питание (л.д.15-16).

Таким образом, доводы административного истца о том, что по прибытию в ФКУ ИК-5 УФСИН России по Вологодской области он не был поставлен на диспансерный учет и не получал необходимой профилактической медицинской помощи, являются несостоятельными. При этом суд учитывает, что какие-либо конкретный сроки проведения профилактических мероприятий в связи с контактом с лицом, у которого выявлен 

<

данные изъяты> нормативными актами не регламентирован. Кроме того, согласно медицинской справке фельдшера здравпункта №, ФИО1 проходил 

<

данные изъяты> обследование 12 ноября 2019 г., 19 мая 2020 г., 27 января 2021 г., 30 июня 2021 г., 1 декабря 2021 г., 31 мая 2022 г., 28 ноября 2022 г. и 24 мая 2023 г. (л.д.43) Каких-либо патологических изменений у него не выявлено, что свидетельствует о надлежащем проведении профилактических мероприятий в 2019 г. Таким образом, права ФИО1 на получение надлежащей медицинской помощи медицинскими работниками ФКУЗ МСЧ-35 ФСИН России нарушены не были.

Медицинской справкой фельдшера здравпункта подтверждено, что осужденному К. ДД.ММ.ГГГГ установлен диагноз: 

<

данные изъяты>

Вместе с тем, согласно справке начальника отдела социально-психологической работы с осужденными ФКУ ИК-5 УФСИН России по Вологодской области о передвижении данного осужденного, К. прибыл в исправительное учреждение 10 апреля 2023 г. и до 17 апреля 2023 г. содержался на карантине. С 17апреля 2023 г. по 26 мая 2023 г. содержался в 3 жилой секции отряда хозяйственного обслуживания, после чего был переведен в изолированную жилую камеру на третьем режимном корпусе. При этом, в одном спальном помещении с ФИО1 он не проживал, за одним столом в столовой пищу не принимал (л.д.45). Согласно справке того же должностного лица ФИО1 содержался в жилой секции №№ отряда хозяйственного обслуживания (л.д.44). 

Из справки заместителя начальника ФКУ ИК-5 УФСИН России по Вологодской области следует, что осужденный строгого режима ФИО1 с февраля по июль 2023 г. был трудоустроен в качестве дневального на режимном корпусе №№. Осужденный строгого режима К. с 17 апреля 2023 г. был трудоустроен в должности кухонного рабочего. В его должностные обязанности входит раздача пищи осужденным, содержащимся на втором режимном корпусе. Во время прихода на режимный корпус кухонного рабочего для раздачи пищи, младший инспектор выводит дневального в локальный участок для проведения уборки прилегающей территории к режимному корпусу и прогулочных двориков (л.д.46). 

Сам К. при допросе в качестве свидетеля пояснил, что с ФИО1 он вместе не проживал, по работе с ним не пересекался, пищу употреблял в столовой один, когда все уходили. 

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что ФИО1 не находился в прямом контакте с осужденным К. То обстоятельство, что они содержались в одно время в одном исправительном учреждении, не свидетельствует об их прямом контакте, требующем принятия профилактических медицинским мер. 

Таким образом, судом не выявлено нарушений прав административного истца на получение надлежащей медицинской помощи, в связи с чем заявленные им административные исковые требования удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 179,180 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

Административные исковые требования ФИО1 к медпункту ФКУ ИК-5 УФСИН России по Вологодской области ФКУЗ МСЧ-35 ФСИН России, ФСИН России о признании бездействия незаконным, взыскании компенсации за ненадлежащие условия содержания в исправительном учреждении, оставить без удовлетворения. 

Решение может быть обжаловано в Вологодский областной суд через Белозерский районный суд в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения в окончательном виде.

Мотивированное решение в окончательном виде изготовлено 14 мая 2024 г.

Судья Михеев Н.С.