Судья Красько О.А. Дело № 22-5264/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Владивосток 22 декабря 2025 года

Приморский краевой суд в составе:

председательствующего – судьи Яцуценко Е.М.

при помощнике ФИО1,

с участием прокурора Рымар Д.С.,

адвоката Белова М.В., действующего в интересах обвиняемого З.., заявителя З.А.,

обвиняемого З.А. (посредством видеоконференцсвязи),

рассмотрел в открытом судебном заседании материалы дела по апелляционным жалобам адвоката Белова М.В. в интересах обвиняемого З.., заявителя З.А. на постановление Фрунзенского районного суда г. Владивостока Приморского края от 22 октября 2025 года, которым наложен арест на имущество З.А..

Заслушав доклад судьи Яцуценко Е.М., выслушав мнение адвоката Белова М.В., обвиняемого З.., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Рымар Д.С. об оставлении постановления суда без изменения, суд апелляционной инстанции,

у с т а н о в и л:

В производстве Следственного комитета Российской Федерации по Приморскому краю находится уголовное дело №12301050013000669, возбужденное 15.11.2023 по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.159 УК РФ, соединенное в одно производство с иными 15 уголовными делами, возбужденными в период с 21.07.2021 по 14.10.2025, по ч.2 ст.159 УК РФ (8 эпизодов), ч.4 ст.159 УК РФ (5 эпизодов), п. «в» ч.3 ст.286 УК РФ.

Срок предварительного следствия по данному уголовному делу продлен до 15.11.2025.

В рамках уголовного дела установлено, что З., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ.

Кроме того, в ходе предварительного следствия установлено, что не позднее 01.01.2017 З.. совместно с Ш., Гр., Зай., Лоб., Кон., Ик., и иными неустановленными лицами на территории Приморского края, под руководством З. из корыстных побуждений объединились в устойчивую преступную группу для систематического незаконного приобретения путем обмана прав на земельные участки находящиеся в введении администрации Надеждинского муниципального района Приморского края и администрации Артемовского городского округа Приморского края, распределив между собой роли, исходя из необходимости в силу имеющихся у каждого их них опыта и профессиональных навыков, и путем обмана приобрели право собственности на 19 земельных участков, причинив материальный ущерб Надеждинскому муниципальному району и Артемовскому городскому округу на общую сумму не менее 308 824 451, 19 рублей.

В связи с этим, в целях обеспечения исполнения приговора в части взыскания штрафа, других имущественных взысканий или возможной конфискации имущества, следствие обратилось в суд с ходатайством о наложении ареста на имущество З.А., а именно на: земельный участок с кадастровым номером 25:28:050027:1685, здание с кадастровым номером 25:28:050027:1885; земельный участок с кадастровым номером 25:10:010102:994; земельный участок с кадастровым номером 25:10:010102:991, ? земельного участка с кадастровым номером 25:13:020211:362; ? здания с кадастровым номером 25:13:20211:963; ? земельного участка с кадастровым номером 25:10:010801:2094; земельный участок с кадастровым номером 25:10:011300:1810; земельный участок с кадастровым номером 25:10:011903:458; земельный участок с кадастровым номером 25:10:011300:4512; земельный участок с кадастровым номером 25:10:011300:1806; ? земельного участка с кадастровым номером 25:10:000000:5914, ? земельного участка с кадастровым номером 25:10:000000:5903; земельный участок с кадастровым номером 25:10:000000:5527; земельный участок с кадастровым номером 25:28:050066:670; здание с кадастровым номером 25:28:050066:836; земельный участок с кадастровым номером 25:28:050066:490; здание с кадастровым номером 25:28:050066:870.

Постановлением Фрунзенского районного суда г. Владивостока Приморского края от 22 октября 2025 года ходатайство следователя о наложении ареста на указанное имущество З.А., - удовлетворено.

В апелляционной жалобе адвокат Белов М.В. считает постановление суда вынесено с существенными нарушениями требований ч.4 ст.7 УПК РФ. По мнению защитника, судом преждевременно сделан вывод о том, что имущество, на которое наложен арест, оформленное на имя З.А., находится в совместной собственности З.А. и ФИО2 с равными долями, приобретено в период брака ФИО4.. Данный вывод сделан судом без установления и оценки всех юридически значимых обстоятельств, касающихся оснований и условий возникновения прав собственности супругов на имущество, приобретенное в браке, в результате чего, вместо имущества З. арест был наложен на личное имущество З.А. и имущество других лиц.

Вопреки разъяснениям, изложенным в п.15 Постановления Пленума ВС РФ от 05.11.1998 N 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака», факт существования между З.А. и З. брачного договора и его условия судом не выяснялись и не исследовались. Оценка условиям брачного договора в постановлении не дана.

Обращает внимание, что 02.04.2024 между З. и З.А. заключен брачный договор, по условиям которого имущество, указанное в постановлении суда не является совместно нажитым имуществом З.А. и З. с учетом условий брачного договора принадлежит З.А., за исключением имущества, принадлежащего по состоянию на 22.10.2025 иным лицам – Тоб. в виде земельных участков с кадастровыми номерами: 25:10:011300:1806, 25:10:011300:1810, а также Шу. в виде земельного участка с кадастровым номером 25:28:050066:670 и здания с кадастровым номером 25:28:050066:836, - проданного З.А. по договорам купли-продажи, в связи с чем, право собственности З.А. на эти объекты недвижимости прекращено.

При этом, также приводит перечень, порядок, основания приобретения имущества З.А., как до брачного договора, так и после его заключения, а также перехода имущества З. в пользу З.А., со ссылками на пункты брачного договора от 02.04.2024.

Кроме того, отмечает, что в нарушение ч.1 ст.115 УПК РФ, ст.104.1 УК РФ в обжалуемом постановлении арест имущества наложен также в целях конфискации, что не предусмотрено санкцией статьи инкриминируемой З. - ч.4 ст.159 УК РФ.

Также отмечает, что, поскольку вопрос о наложении ареста рассматривался судом без участия З. и З.А., то у них отсутствовала возможность представить Брачный договор от 02.04.2024 и выписки из ЕГРН на арестованное имущество в суд первой инстанции.

При этом, подлинник брачного договора был изъят у З.. при проведении обыска, в связи с чем, на момент обращения в суд с ходатайством о наложении ареста на имущество З.А., следователю было известно о том, что данное имущество не является для З.А. совместно нажитым с З., а находится в её личной индивидуальной собственности.

Между тем, следователь данные обстоятельства суду не сообщил и Брачный договор от 02.04.2024 для исследования не предоставил, поскольку это повлияло бы на оценку принятого судом решения.

С учетом изложенного, просит постановление отменить, в удовлетворении ходатайства следователя отказать полностью.

Исследовать прилагаемые к жалобе брачный договор от 02.04.2025 и выписки из ЕГРН в отношении арестованного недвижимого имущества.

В апелляционной жалобе заявитель З.А. приводит доводы полностью аналогичные доводам изложенным в апелляционной жалобе адвокатом Беловым М.В. о незаконности решения суда, принадлежности арестованного имущества исключительно З.А., за исключением отчужденного З.А. имущества иным лицам Тоб. и Шу. путем продажи, наличию брачного договора от 02.04.2024, с приведением перечня, порядка и оснований приобретения имущества З.А., как до брачного договора, так и после его заключения, а также перехода имущества З. пользу З.А., со ссылками на пункты брачного договора. Об обстоятельствах невозможности предоставления ими суду брачного договора, а также незаконности ссылки суда о наложении ареста в целях конфискации. Об изъятии в ходе обыска следователем подлинника брачного договора, который не был им представлен суду, что повлияло бы на оценку принятого судом решения.

Кроме того, отмечает, что З.А. подозреваемой или обвиняемой по уголовному делу не является и имущественную ответственность за З. не несет, то наложение постановлением суда от 22.10.2025 на основании ч.1 ст. 115 УПК РФ ареста на имущество, принадлежащее ей на праве личной собственности, неправомерно лишает ее возможности распоряжаться этим имуществом по своему собственному усмотрению.

Доводы суда о том, что представленные документы указывают на причастность З. к совершению преступления, в данном случае правового значения не имеют и о законности постановления не свидетельствуют, поскольку арестованное имущество З.А. ни на праве личной, ни на праве общей (совместной, долевой) собственности не принадлежит (имуществом подозреваемого, обвиняемого не является), в то время, как на основании ч.1 ст.115 УПК РФ арест может быть наложен только на имущество подозреваемого, обвиняемого или лиц, несущих по закону материальную ответственность за их действия.

С учетом изложенного, просит постановление отменить, в удовлетворении ходатайства следователя отказать полностью.

Исследовать прилагаемые к жалобе брачный договор от 02.04.2024 и выписки из ЕГРН в отношении арестованного недвижимого имущества.

В дополнениях к жалобе указала, что является многодетной матерью 4 несовершеннолетних детей. После заключения под стражу З. их дети находятся на её полном иждивении, и в силу малолетнего возраста детей (самому младшему 2 месяца), она не имеет возможности выйти на работу или получать заработок иным путем. Единственным источником существования для неё и детей в настоящее время является имущество, которое перешло в её личную собственность на основании Брачного договора от 02.04.2024.

Арест данного имущества лишает её возможности распорядиться этим имуществом в интересах детей в целях их содержания, обеспечения необходимым питанием, требуемым медицинским лечением и уходом, одеждой, образованием и иными личными имущественными и неимущественными потребностями.

В свою очередь, дети не должны нести неоправданные лишения от решений следственных органов и мер прокурорского реагирования. Применяя меры процессуального воздействия к подозреваемым и обвиняемым важно соблюдать баланс между частными и публичными интересами, которые не могут идти в разрез с конституционными принципами защиты материнства и детства.

Ссылаясь на ст.38 Конституции РФ, ст.60 СК РФ, распоряжение Правительства РФ от 20.06.2017 N 1298-р «Об утверждении Концепции демографической политики Дальнего Востока на период до 2025 года». Ею получено удостоверение многодетной семьи – что указывает о признании государственной важности и ценности многодетной семьи, в связи с чем, просит суд освободить от ареста её личное имущество, посредством распоряжения которым она сможет исполнять свои родительские обязанности по надлежащему содержанию и воспитанию детей, установленные Семейным Кодексом РФ.

При этом, отмечает, что арест наложен на более чем 70 объектов недвижимости её супруга З. с высокой рыночной стоимостью, обеспечивающей исполнение требований ч.1 ст.115 УПК РФ. Она не является ни подозреваемым, ни обвиняемым по уголовному делу. В этом случае арест имущества, находящегося в её личной собственности, в том числе жилого помещения, являющегося единственным местом её с детьми проживания, является чрезмерным и неоправданно нарушает её права, как многодетной матери, а также права малолетних детей на получение от родителей содержания за счет их имущества.

С учетом изложенного, просит апелляционную жалобу удовлетворить, приобщить к делу документы свидетельства о рождении детей, удостоверение многодетной семьи, выписки из ЕГРН в отношении земельных участков с кадастровыми номерами: 25:13:020211:362; 25:10:011903:458; 25:10:011300:4512 и зданий с кадастровыми номерами: 25:13:020211:963; 25:28:050066:870, доводы в отношении которых, приведены в апелляционной жалобе.

В возражениях на апелляционные жалобы прокурор Мар. считает постановление суда законным, обоснованным, мотивированным, а жалобы не подлежащими удовлетворению. Отмечает, что брак между З. и З.А. заключен 16.07.2011. Решение суда оспаривается по причине брачного договора от 02.04.2024 и принадлежности третьим лицам объектов, на которые наложен арест. Полагает, что названные в жалобах аргументы не легитимны, поскольку арестованные объекты ранее принадлежали З. и ФИО3, приобретенные ими как в период совершения в составе организованной группы преступлений, так и в последующем. Учитывая требования ст.115 УПК РФ, полагает, что суд обоснованно, с целью объективности и всесторонности расследования уголовного дела, удовлетворил ходатайство следователя о наложении ареста.

С учетом изложенного, просит постановление о наложении ареста на имущество З.А., оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

В соответствии со ст. 389.9 УПК РФ суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

Изучив представленные материалы и доводы апелляционных жалоб, дополнений, возражений, выслушав мнение сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 115 УПК РФ для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, других имущественных взысканий или возможной конфискации имущества, указанного в ч. 1 ст. 104.1 УК РФ, следователь с согласия руководителя следственного органа возбуждает перед судом ходатайство о наложении ареста на имущество подозреваемого, обвиняемого или лиц, несущих по закону материальную ответственность за их действия. Суд рассматривает такое ходатайство в порядке, установленном ст. 165 УПК РФ.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 31 января 2011 года N 1-П, наложение ареста на имущество в рамках предварительного расследования по уголовному делу является мерой процессуального принуждения, которая может применяться как в публично-правовых целях для обеспечения возможной конфискации имущества, имущественных взысканий в виде процессуальных издержек или штрафа в качестве меры уголовного наказания, а также для сохранности имущества, относящегося к вещественным доказательствам по уголовному делу, так и в целях защиты субъективных гражданских прав лиц, потерпевших от преступления.

На основании п. 9 ч. 1 ст. 29 УПК РФ только суд, в том числе в ходе досудебного производства, правомочен принимать решения о наложении ареста на имущество.

Обжалуемое судебное решение о наложении ареста на имущество, принадлежащее З.А., основано на объективных данных, содержащихся в представленных материалах, и принято на основании обоснованного и мотивированного ходатайства должностного лица, заявленного в пределах его полномочий, по возбужденному уголовному делу, в полном соответствии с требованиями ст. ст. 115, 165 УПК РФ, регламентирующими порядок получения разрешения на производство данного следственного действия, с приведением мотивов принятого решения.

Удовлетворяя ходатайство следователя, суд учел все имеющие значение обстоятельства, в том числе, суть предъявленного З. обвинения, санкцию ч.4 ст. 159 УК РФ, исходя из которой по данному делу возможно назначение уголовного наказания в виде лишения свободы на срок до десяти лет со штрафом в размере до одного миллиона рублей или в размере заработной платы или иного дохода осуждённого за период до трех лет либо без такового и с ограничением свободы на срок до двух лет или без такового.

Как следует из представленных материалов, 15.09.2025 З. предъявлено обвинение в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Согласно материалам уголовного дела женой обвиняемого З. является - З.А., брак зарегистрирован в 2011 г., которая проживает с ним и их детьми по одному адресу: 

<

адрес>.

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости от 27.08.2025, в собственности З.А. имеется следующее недвижимое имущество: - земельный участок с кадастровым номером 25:28:050027:1685, площадью 227 +/- 5 кв.м, местоположение установленное относительно ориентира, расположенного в границах участка. Почтовый адрес ориентира: 

<

адрес>, кадастровой стоимостью 548 469, 65 рублей;

- здание с кадастровым номером 25:28:050027:1885, расположенное по адресу: 

<

адрес>, кадастровой стоимостью 10 643 630, 04 рубля;

- земельный участок с кадастровым номером 25:10:010102:994, площадью 37079 +/- 231,54 кв.м, расположенное по адресу: 

<

адрес>, кадастровой стоимостью 52 595, 07 рублей;

- земельный участок с кадастровым номером 25:10:010102:991, площадью 39841 +/- 96,42 кв. м, расположенное по адресу: 

<

адрес>, кадастровой стоимостью 56 530, 55 рублей;

- ? земельного участка с кадастровым номером 25:13:020211:362, площадью 2500 +/- 17 кв.м, местоположение установленное относительно ориентира, расположенного в границах участка. Почтовый адрес ориентира: 

<

адрес>, кадастровой стоимостью 301 880, 19 рублей;

- ? здания с кадастровым номером 25:13:20211:963, расположенное по адресу: 

<

адрес>, кадастровой стоимостью 919 955, 84 рубля;

- ? земельного участка с кадастровым номером 25:10:010801:2094, площадью 40000 +/- 1750,02 кв.м, местоположение установленное относительно ориентира, расположенного в границах участка. Почтовый адрес ориентира: 

<

адрес>, кадастровой стоимостью 129 904, 53 рублей;

- земельный участок с кадастровым номером 25:10:011300:1810, площадью 1170 +/- 12 кв.м, местоположение установленное относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Ориентир дом. Участок находится примерно в 4800 м, по направлению на северо-восток от ориентира. Почтовый адрес ориентира: 

<

адрес>, кадастровой стоимостью 388 057, 77 рублей;

- земельный участок с кадастровым номером 25:10:011903:458, площадью 16700 +/- 45 кв. м, местоположение установленное относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Ориентир дом. Участок находится примерно в 1750 м, по направлению на северо-восток от ориентира. Почтовый адрес ориентира: 

<

адрес>, кадастровой стоимостью 2 119 980, 72 рубля;

- земельный участок с кадастровым номером 25:10:011300:4512, площадью 5771 +/- 27 кв. м, местоположение, установленное относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Ориентир дом. Участок находится примерно в 4800 м, по направлению на северо-восток от ориентира. Почтовый адрес ориентира: 

<

адрес>, кадастровой стоимостью 2 068 890, 26 рублей;

- земельный участок с кадастровым номером 25:10:011300:1806, площадью 977 +/- 11кв.м, местоположение установленное относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Ориентир дом. Участок находится примерно в 4800 м, по направлению на северо-восток от ориентира. Почтовый адрес ориентира: 

<

адрес>, кадастровой стоимостью 330 281, 38 рублей;

- ? земельного участка с кадастровым номером 25:10:000000:5914, площадью 80000 +/- 99, 07кв.м, местоположение установленное относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Ориентир дом. Участок находится примерно в 1870 м, по направлению на северо-восток от ориентира. Почтовый адрес ориентира: 

<

адрес>, кадастровой стоимостью 114 400 рублей;

- ? земельного участка с кадастровым номером 25:10:000000:5903, площадью 280 008+/- 185 кв. м, местоположение, установленное относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Ориентир дом. Участок находится примерно в 895 м, по направлению на северо-восток от ориентира. Почтовый адрес ориентира: 

<

адрес>, кадастровой стоимостью 425 615, 16 рублей;

- земельный участок с кадастровым номером 25:10:000000:5527, площадью 40 000+/- 2390 кв. м, местоположение установленное относительно ориентира, расположенного в границах участка. Почтовый адрес ориентира: Контур 1 примерно в 1513 м на северо-восток, контур 2 примерно в 11628 м на северо-восток относительно ориентира - жилой дом за пределами участка, адрес ориентира: 

<

адрес>, кадастровой стоимостью 57 200 рублей;

- земельный участок с кадастровым номером 25:28:050066:670, площадью 2 000+/- 16кв.м, местоположение установленное относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Ориентир жилой дом. Участок находится примерно в 423 м, по направлению на юго-восток от ориентира. Почтовый адрес ориентира: 

<

адрес>, кадастровой стоимостью 3 378 525,37 рублей;

- здание с кадастровым номером 25:28:050066:836, площадью 28 кв. м, местоположение установленное относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Ориентир жилой дом. Участок находится примерно в 423м, по направлению на юго-восток от ориентира. Почтовый адрес ориентира: 

<

адрес>, кадастровой стоимостью 702 558,36 рублей;

- земельный участок с кадастровым номером 25:28:050066:490, площадью 2 000+/- 16 кв.м, местоположение, установленное относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Ориентир земельный участок. Участок находится примерно в 450 м, по направлению на юго-запад от ориентира. Почтовый адрес ориентира: 

<

адрес>, с/т «Лиман», участок №, кадастровой стоимостью 3 327 051,1 рубль;

- здание с кадастровым номером 25:28:050066:870, площадью 16 кв.м, местоположение установленное относительно ориентира, расположенного за пределами участка. Ориентир жилой дом. Участок находится примерно в 423м, по направлению на юго-восток от ориентира. Почтовый адрес ориентира: 

<

адрес>, кадастровой стоимостью 409 973, 06 рублей.

Принимая во внимание, что З. с 2011 года состоит в браке с З.А., данное обстоятельство свидетельствует о распространении предусмотренного главой 7 Семейного кодекса РФ режима совместной собственности супругов на нажитое ими во время брака имущество, в том числе недвижимое, независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено и оформлено.

Таким образом, все перечисленное в постановлении недвижимое имущество, в том числе оформленное на З.А., в силу факта его приобретения в период брака, считается общим имуществом супругов и фактически принадлежит, в том числе обвиняемому, что, вопреки доводам жалоб, не требует для разрешения вопроса о наложении ареста на имущество, иметь самой З.А. статус подозреваемой или обвиняемой.

Доводы апелляционных жалоб о том, что суд, разрешая ходатайство следователя, не учел наличие между супругами ФИО4. брачного договора, определяющего принадлежность арестованного имущества супруге З.А., не влияют на законность принятого судебного решения, поскольку в данном случае, как отмечено выше, арест налагался на общее имущество супругов ФИО4., которое независимо от того, на кого оно оформлено, по-прежнему находится, в том числе у обвиняемого (ч. 1 ст. 115 УПК РФ).

При этом, суд апелляционной инстанции отмечает, что наличие у супругов ФИО4. брачного договора имеет правовое значение лишь для семейных правоотношений, вытекающих из споров между ними, и не может приниматься судом по уголовному делу, как препятствие для наложения ареста на имущество обвиняемого в целях обеспечения возможных имущественных взысканий, в том числе, в виде штрафа в качестве меры уголовного наказания.

Доказательств того, что в данном случае между совместно проживающими супругами ФИО4. имел место реальный раздел имущества, и что имущество, оформленное на З.А., фактически передано ей и более не находится у обвиняемого, суду не представлено.

В соответствии со ст.115 УПК РФ, арест может быть наложен для обеспечения приговора в части гражданского иска, других имущественных взысканий, на полученное в результате преступных действий и нажитое преступным путем имущество подозреваемого, обвиняемого.

Согласно ч.2 ст. 45 СК РФ, если приговором суда установлено, что общее имущество супругов было приобретено или увеличено за счет средств, полученных одним из супругов преступным путем, взыскание может быть обращено соответственно на общее имущество супругов или на его часть.

При таких обстоятельствах, доводы авторов апелляционных жалоб о незаконности обжалуемого постановления и невозможности наложения ареста на имущество ввиду наличия брачного договора, на основании которого арестованное имущество является собственностью З.А. и третьих лиц, в части проданного им последней имущества, и обвиняемому З. не принадлежит, суд апелляционной инстанции считает несостоятельными.

При этом, доводы жалоб о том, что часть арестованного имущества продана З.А. иным лицам – Тоб. и Шу., в связи с чем, право собственности З.А. на эти объекты недвижимости прекращено, не влияют на выводы суда, изложенные в постановлении, поскольку согласно представленным материалам, право собственности на указанные участки данными лицами зарегистрировано на Шу. – 27.10.2025, на Тоб. – 22.10.2025 и 24.10.2025, то есть уже после вынесения судом постановления о наложения ареста на вышеуказанное имущество.

Таким образом, на основании представленных материалов, у суда имелись достаточные основания полагать, что в целях обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, взыскания штрафа, других имущественных взысканий или возможной конфискации имущества, которые могут быть наложены судом по результатам рассмотрения дела, необходимо наложить арест на вышеуказанное имущество З.А., удовлетворив ходатайство следователя.

Обсуждая доводы жалобы о том, что арест имущества, находящегося в её личной собственности, в том числе жилого помещения, являющегося единственным местом её с детьми проживания, является чрезмерным и неоправданно нарушает её права, как многодетной матери, а также права малолетних детей на получение от родителей содержания за счет их имущества, апелляционный суд отмечает, что налагая арест, суд ограничил лишь право З.А. на распоряжение данным имуществом, при этом, право заявителя и указанных им в жалобе лиц на владение или пользование данным жильем никоим образом ограничено не было.

Доводы жалобы о невозможности содержания детей по причине наложения ареста на имущество, ввиду отсутствия возможности распоряжения арестованным имуществом, как и ссылка заявителя на многодетность семьи, не могут быть приняты во внимание судом апелляционной инстанции, поскольку данные обстоятельства не подлежат учету при разрешении вопроса о наложении ареста на имущество в соответствии со ст.115 УПК РФ, а само по себе наложение ареста на имущество не влечет утрату права собственности на данное имущество.

Наложение ареста на имущество отменяется на основании постановления, определения лица или органа, в производстве которого находится уголовное дело, когда в применении этой меры отпадает необходимость (ч. 9 ст. 115 УПК РФ).

Таким образом, наложение ареста на имущество носит временный характер, не сопряжено с лишением собственника его имущества либо переходом права собственности к другому лицу либо государству, а вопрос о снятии ареста с жилого помещения, равно как и с другого арестованного имущества, имеющегося у супругов ФИО4. может быть впоследствии разрешен как следователем, так и судом при рассмотрении дела по существу.

Что касается доводов жалоб относительно невозможности применения к З.А. за совершенное преступление конфискации имущества, то они не могут быть приняты во внимание судом на данном этапе предварительного следствия, поскольку являются предметом рассмотрения при принятии судом итогового решения по уголовному делу, в данном случае, принятое решение суда не противоречит требованиям уголовно-процессуального закона.

Доводы жалобы о том, что З.А. и З. не уведомлялись о времени и месте рассмотрения ходатайства следователя о наложении ареста на принадлежащее З.А. имущество, в связи с чем, не могли представить суду брачный договор от 02.04.2024, следует признать не состоятельными, поскольку в соответствии со ст. 165 ч.3 УПК РФ при рассмотрении ходатайства следователя о наложении ареста на имущество вправе участвовать прокурор, следователь и дознаватель. Участие иных лиц при рассмотрении указанных ходатайств уголовно-процессуальным законом не предусмотрено.

При этом, следует отметить, что уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации устанавливает сжатые сроки рассмотрения судом ходатайства дознавателя, следователя непосредственно о наложении ареста на имущество в целях безотлагательного судебного контроля за ограничением права собственности, гарантируемого Конституцией Российской Федерации. По этой причине граждане не извещаются судом о времени и месте рассмотрения дела, и их неявка в судебное заседание не препятствует рассмотрению ходатайства дознавателя, следователя по существу. При этом лица, арест на имущество которых разрешен судом в заседании без их участия, вправе оспорить такое судебное решение, доведя до суда свою позицию относительно его правосудности. Тем самым обеспечивается последующий судебный контроль за законностью и обоснованностью такого решения с участием заинтересованных лиц.

Таким образом, проведение судебного заседания в отсутствие ФИО4. не нарушает их прав, поскольку их позиция относительно несогласия с ходатайством следователя, изложена в апелляционных жалобах, как защитника З.., так и самого заявителя З.А..

В данном случае, нарушений действующего законодательства, на которые указано в апелляционной жалобе, не допущено. Брачный договор и иные документы, приложенные к апелляционным жалобам, которые ФИО4. были лишены возможности представить в суд первой инстанции, исследованы судом апелляционной инстанции.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену постановления, либо внесение в него изменений, в том числе и по доводам апелляционных жалоб и дополнений к ним, судом апелляционной инстанции не установлено.

Постановление суда отвечает положениям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, является законным, обоснованным и мотивированным, не противоречит требованиям ст. 115 УПК РФ, а также правовой позиции Конституционного Суда РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.20, 389.28, 389.33, УПК РФ, суд апелляционной инстанции,

п о с т а н о в и л:

Постановление Фрунзенского районного суда г. Владивостока Приморского края от 22 октября 2025 года, которым наложен арест на имущество З.А., – оставить без изменения, апелляционные жалобы адвоката Белова М.В. в интересах обвиняемого З.., заявителя З.А., - без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента его провозглашения и может быть обжаловано в Девятый кассационный Суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ путем направления кассационных жалобы, представления в течение 6 месяцев со дня вынесения настоящего постановления, а лицом, содержащимся под стражей в тот же срок со дня вручения ему копии настоящего постановления.

В случае подачи кассационных жалобы, представления, стороны вправе ходатайствовать о своем участии в суде кассационной инстанции.

Председательствующий: Е.М. Яцуценко