Дело № 44г-109/19

Судья: Ромашкина И.В. 

Суд апелляционной инстанции: 

ФИО1, ФИО2, Колесникова Т.Н.

Докладчик судья Колесникова Т.Н.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 № 173

президиума Московского областного суда

г. Красногорск, Московская область 10 апреля 2019 г. 

Президиум Московского областного суда в составе:

председательствующего Харламова А.С.,

членов президиума Виноградова В.Г., Мязина А.М., Соловьева С.В., Лащ С.И.,

при секретаре Кузнецовой В.С., 

рассмотрел гражданское дело по иску АО «КБ «ДельтаКредит» к ФИО3 о взыскании задолженности по кредитному договору, обращении взыскания на заложенное имущество,

по кассационной жалобе ФИО3 на решение Королевского городского суда Московской области от 14 августа 2017 г. и апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 18 июля 2018 г. 

Заслушав доклад судьи Московского областного суда Фетисовой Е.С., 

УСТАНОВИЛ:

АО «КБ «ДельтаКредит» (далее – Банк) обратилось в суд с иском к ФИО3 о взыскании задолженности по кредитному договору в размере 

<

данные изъяты> руб., включая сумму невозвращенного основного долга в размере 

<

данные изъяты> руб., сумму начисленных и неуплаченных процентов 15 008,38 руб., обращении взыскания на заложенное имущество – квартиру, расположенную по адресу: 

<

данные изъяты>, установив ее начальную продажную цену в размере 

<

данные изъяты> руб., взыскании расходов по оплате госпошлины 23 847, 92 руб., услуг представителя – 25 000 руб., услуг по оценке – 5 000 руб. 

В обоснование требований истец ссылался на то, что 20 декабря 2012 г. сторонами заключен кредитный договор, в соответствии с которым Банк предоставил ответчику кредит в сумме 

<

данные изъяты> руб. сроком на 242 месяца. Кредит предоставлен для приобретения квартиры, расположенной по указанному выше адресу, и обеспечен ипотекой этой квартиры. Права кредитора в отношении заложенного имущества удостоверены закладной.

Кредитным договором предусмотрена обязанность ответчика заключить в пользу Банка договор страхования рисков утраты и повреждения квартиры, прекращения или ограничения права собственности на квартиру, причинения вреда жизни и потери трудоспособности ответчика, а также обязанность своевременно продлевать срок действия договора страхования вплоть до полного исполнения всех обязательств по кредитному договору.

20 декабря 2012 г. ФИО3 заключил договор страхования с ООО «ВТБ Страхование». Однако ответчик перестал исполнять надлежащим образом свои обязательства по оплате страховых взносов по указанному договору страхования, что привело к его расторжению.

Пунктом 4.4.1 кредитного договора предусмотрено право Банка потребовать полного досрочного исполнения обязательств по кредитному договору в случае ненадлежащего исполнения ответчиком взятых на себя обязательств. Банк потребовал от заемщика досрочно возвратить кредит, однако ответчик это требование не выполнил.

ФИО3 иск не признал.

Решением Королёвского городского суда Московской области от 14 августа 2017 года исковые требования удовлетворены.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 18 июля 2018 г. решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО3 просит об отмене принятых по делу судебных постановлений.

По запросу судьи от 18 февраля 2019 г. дело истребовано в кассационную инстанцию и определением судьи Московского областного суда Шиян Л.Н. от 27 марта 2019 г. вместе с кассационной жалобой передано для рассмотрения по существу в президиум Московского областного суда.

Проверив материалы дела, обсудив доводы, изложенные в жалобе, президиум находит, что имеются основания, предусмотренные законом для отмены апелляционного определения.

В соответствии со ст. 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального и процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Президиум находит, что такие нарушения норм права были допущены судами первой и апелляционной инстанций и выразились в следующем.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 20 декабря 2012 г. между АО «КБ «ДельтаКредит» и ФИО3 заключен кредитный договор № 

<

данные изъяты> на сумму 

<

данные изъяты> руб. сроком на 242 месяца для приобретения квартиры, расположенной по адресу: 

<

данные изъяты>.

31 марта 2016 г. Банком направлено ФИО3 письмо с требованием о досрочном возврате всей суммы кредита и начисленных процентов по тому основанию, что заемщиком не оплачен очередной страховой взнос по договору страхования.

Истцом представлен расчет задолженности по состоянию на 24 января 2017 г., которая определена в размере 

<

данные изъяты> руб.

Удовлетворяя иск, суд сослался на условия кредитного договора, по которым при несвоевременном внесении (перечислении) долга Банк вправе потребовать от клиента полного досрочного исполнения обязательств по договору, и пришел к выводу о том, что в течение срока действия договора заемщик систематически нарушал условия кредитного договора.

Судебная коллегия, отклоняя доводы ответчика об отсутствии у него задолженности по кредитному договору, согласилась с выводом суда об удовлетворении иска и дополнительно указала, что согласно п. 4.1.7 кредитного договора заемщик обязуется до предоставления кредита застраховать риски. Пунктом 2.1 кредитного договора предусмотрено, что кредит предоставляется заемщику при условии заключения заемщиком договора страхования, предусмотренного п. 4.1.7 настоящего договора. 

В связи с этим коллегия указала, что поскольку у ответчика возникли обязательства по уплате страховых взносов в соответствии с условиями договора страхования от 20 декабря 2012 г., наличие задолженности по выплате страховых взносов является основанием для обращения Банка с требованием о досрочном возврате денежных средств, которое ответчиком не было исполнено, и обращении взыскания на заложенное имущество.

С выводами судебных инстанций согласиться нельзя.

В соответствии с пунктом 1.4 заключенного между сторонами 20 декабря 2012 г. кредитного договора, обеспечением исполнения обязательств заемщика ФИО3 по настоящему договору являются: залог квартиры, возникающий на основании ст. 77 ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)" (п. 1.4.1), а также личное и имущественное страхование, предусмотренное пунктом 4.1.7 (п. 1.4.2) (л.д. 16).

Судом установлено, что обеспечением исполнения обязательств ответчика по кредитному договору является ипотека квартиры, расположенной по адресу: 

<

...> (л.д. 28).

Залог квартиры в силу пункта 1.4.1 обеспечивает требования кредитора по возврату суммы кредита, уплате процентов, начисленных за весь период фактического пользования, неустойки за неисполнение, просрочку исполнения или иное ненадлежащее исполнение заемщиком обязательств по кредитному договору, требования по возмещению судебных издержек, в том числе на оплату услуг представителя кредитора в суде, а также иные расходы, вызванные обращением взыскания на заложенное имущество.

Также во исполнение кредитного договора 20 декабря 2012 г. ФИО3 заключил с ООО «ВТБ Страхование» договор № 

<

данные изъяты> страхования рисков причинения вреда жизни и потери трудоспособности, рисков утраты или повреждения квартиры, а также утраты или ограничения права собственности на нее (л.л. 29–34).

Пунктом 4.1.8 кредитного договора (л.д. 20) предусмотрена обязанность заемщика своевременно продлевать срок действия договора страхования на условиях, предусмотренных п. 4.1.7 настоящего договора, до полного исполнения всех своих обязательств по настоящему договору. В случае неисполнения данной обязанности заемщик обязан уплатить кредитору штраф, предусмотренный п. 5.5 настоящего договора (5 000 руб.).

В соответствии пунктом 6.1 договора страхования после уплаты очередного годового платежа договор считается оплаченным на очередной страховой период. 

При неисполнении или ненадлежащем исполнении заемщиком обязательств, предусмотренных кредитным договором, договором страхования, договором купли-продажи квартиры, предусмотрено право кредитора потребовать полного досрочного исполнения обязательств по кредитному договору путем предъявления письменного требования о досрочном возврате суммы кредита, начисленных процентов на кредит, суммы штрафов и пеней (п. 4.4 кредитного договора).

В соответствии с пунктом 4.4.5 кредитного договора в случае неисполнения заемщиком требования кредитора о досрочном исполнении обязательств по настоящему договору в течение 15 дней с даты направления заемщику письменного требования о досрочном возврате кредита и уплате процентов на кредит, Банк вправе обратить взыскание на квартиру в порядке, предусмотренном действующим законодательством.

5 апреля 2016 г. в адрес ФИО3 ООО «ВТБ Страхование» направлено письмо с указанием на то, что срок уплаты очередного страхового взноса по договору страхования истек 20 января 2016 г., задолженность ответчика составила 17094,23 руб. ФИО3 предложено в 10-дневный срок внести указанную сумму либо страховщик будет вынужден расторгнуть договор страхования (л.д. 35).

21 марта 2016 г. Банк направил ФИО3 письмо-требование о полном досрочном возврате суммы кредита, начисленных процентов и пени, в связи с неоплатой им очередного страхового взноса/страховой премии по договору страхования № 

<

данные изъяты> (л.д. 36).

К основаниям, влекущим возникновение права кредитора требовать досрочного исполнения обязательств заемщиком, Гражданский кодекс Российской Федерации относит, в частности, нарушение заемщиком срока, установленного для возврата очередной части кредита (пункт 2 статьи 811), невыполнение предусмотренной договором обязанности по обеспечению возврата кредита, утрата (или ухудшение условий) обеспечения обязательства, за которые кредитор не отвечает (статья 813), нарушение заемщиком обязанности по обеспечению возможности для кредитора осуществлять контроль за целевым использованием суммы кредита, а также невыполнение условия о целевом использовании кредита (статья 814, пункты 1 и 2).

Согласно пункту 1 статьи 348 Гражданского кодекса Российской Федерации взыскание на заложенное имущество для удовлетворения требований залогодержателя может быть обращено в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником обеспеченного залогом обязательства.

В силу пункта 1 статьи 50 Федерального закона от 16.07.1998 N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)" залогодержатель вправе обратить взыскание на имущество, заложенное по договору об ипотеке, для удовлетворения за счет этого имущества названных в статьях 3 и 4 настоящего Федерального закона требований, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обеспеченного ипотекой обязательства, в частности неуплатой или несвоевременной уплатой суммы долга полностью или в части, если договором не предусмотрено иное.

По смыслу приведенных норм, обращение взыскания на предмет залога возможно лишь при наличии оснований для ответственности должника по основному обязательству, то есть в данном случае по кредитному договору. 

Согласно статье 54.1 Федерального закона от 16.07.1998 N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)" обращение взыскания не допускается, если допущенное должником нарушение обеспеченного залогом обязательства крайне незначительно и размер требований залогодержателя явно не соразмерен стоимости заложенного имущества. Если не доказано иное, предполагается, что нарушение обеспеченного залогом обязательства крайне незначительно и размер требований залогодержателя явно не соразмерен стоимости заложенного имущества при условии, что одновременно соблюдены следующие условия: 1) сумма неисполненного обязательства составляет менее чем пять процентов от размера стоимости заложенного имущества по договору о залоге; 2) период просрочки исполнения обязательства, обеспеченного залогом, составляет менее чем три месяца (пункт 1). 

Если договором об ипотеке не предусмотрено иное, обращение взыскания на имущество, заложенное для обеспечения обязательства, исполняемого периодическими платежами, допускается при систематическом нарушении сроков их внесения, то есть при нарушении сроков внесения платежей более чем три раза в течение 12 месяцев, предшествующих дате обращения в суд или дате направления уведомления об обращении взыскания на заложенное имущество во внесудебном порядке, даже при условии, что каждая просрочка незначительна (пункт 5).

Таким образом, действующее законодательство, не отменяя принципа обращения взыскания на предмет ипотеки только при наступлении ответственности должника за нарушение основного обязательства, содержат уточняющие правила, позволяющие определить степень нарушения основного обязательства, необходимую для предъявления требований залогодержателя.

В пункте 12 "Обзора судебной практики по гражданским делам, связанным с разрешением споров об исполнении кредитных обязательств", утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22 мая 2013 г., разъяснено, что поскольку залог выполняет функцию стимулирования должника к надлежащему исполнению основного обязательства, а целью договора залога не является переход права собственности на предмет залога от залогодателя к другому лицу (в том числе к залогодержателю), обращение взыскания на предмет залога допустимо не во всяком случае ответственности должника за нарушение обязательства, а лишь при допущенном им существенном нарушении.

Основания ответственности за нарушение обязательства установлены ст. 401 Гражданского кодекса Российской Федерации. По общему правилу, в соответствии с п. 1 ст. 401 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, не исполнившее обязательство либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Ответственность без вины наступает лишь у лиц, не исполнивших или ненадлежащим образом исполнивших обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности (п. 3 ст. 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из приведенных правовых норм следует, что для обращения взыскания на предмет залога необходимым условием является ответственность должника за допущенное существенное нарушение основного обязательства. Если обязательство не связано с осуществлением должником предпринимательской деятельности, то отсутствие вины должника в нарушении обязательства влечет невозможность обращения взыскания на заложенное имущество. Иное должно быть прямо предусмотрено законом или договором.

Таким образом, существенность нарушения обязательства должна учитываться при досрочном истребовании сумм кредита и обращении взыскания на заложенное имущество, в данном случае – на квартиру.

В заключенном между сторонами кредитном договоре от 20 декабря 2012 г. отсутствует указание на то, что кредит используется заемщиком ФИО3 в целях осуществления предпринимательской деятельности.

В силу ч. 2 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

По данному делу суд, исходя из заявленных истцом требований, при определении обстоятельств, имеющих значение для его правильного разрешения, вышеприведенные нормы права, подлежащие применению к отношениям сторон, не учел, и, соответственно, в предмет доказывания не вошли выяснение вопроса о существенности допущенного должником ФИО3 нарушения обеспеченного залогом основного обязательства (кредитного договора), а также установление основания для обращения взыскания на заложенное имущество, что связано с определением наличия или отсутствия вины ответчика в нарушении кредитного договора.

Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно разъяснял, что само по себе право заимодавца потребовать досрочного возврата всей суммы займа, предполагает учет судом фактических обстоятельств (наличия и исследования уважительных причин допущенных нарушений обязательств), а также юридических обстоятельств (периода просрочки, суммы просрочки, вины одной из сторон), что направлено на обеспечение необходимого баланса интересов обеих сторон при неисполнении или ненадлежащем исполнении заемщиком своих обязанностей по договору (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 15 января 2009 г. N 243-О-О, от 14 апреля 2009 г. N 331-О-О).

Предъявляя иск, единственным основанием для досрочного истребования с ответчика всей суммы кредита и процентов, обращения взыскания на заложенное жилое помещение, Банк указывал однократную неуплату ФИО3 страховщику в установленный срок очередного страхового взноса в размере 17 094,23 руб. 

При этом письмо-требование от 21 марта 2016 г. о досрочном истребовании сумм кредита направлено Банком ответчику раньше сообщения от 5 апреля 2016 г. в адрес ФИО3, в котором ООО «ВТБ Страхование» предлагало в 10-дневный срок внести страховой взнос 17094,23 руб. под угрозой возможного расторжения договора страхования.

В письме-требовании о досрочном возврате кредита и в исковом заявлении Банка отсутствуют ссылки на нарушение ФИО3 обязательств по возврату кредита и уплате процентов в установленные договором сроки.

Таким образом, вывод судов о систематических нарушениях заемщиком условий кредитного договора, как основания для удовлетворения иска, не мотивирован, сделан без ссылки на какие-либо доказательства.

ФИО3 при рассмотрении дела в судебных инстанциях ссылался на то, что он надлежащим образом исполняет свои обязательства по погашению кредита в соответствии с графиком, задолженность по периодическим платежам по кредиту отсутствует, что подтверждено имеющейся в деле банковской выпиской по состоянию на 9 января 2017 г. Также ответчик ссылался на отсутствие в деле доказательств расторжения договора страхования № 

<

данные изъяты>, заключенного с ООО «ВТБ Страхование» (л.д. 148–149).

Однако в нарушение статей 67, 198, пункта 6 части 1 статьи 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации данным доводам оценка судебными инстанциями не дана.

С учетом изложенного президиум находит, что допущенные судом первой инстанции и оставленные без внимания судебной коллегией нарушения норм материального и процессуального права являются существенными, они повлияли на исход дела и без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя, в связи с чем апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 18 июля 2018 г. подлежит отмене, а дело – направлению на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Руководствуясь ст. 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум 

ПОСТАНОВИЛ:

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 18 июля 2018 г. отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Председательствующий А.С. Харламов