Дело №2 –27/2025 

76RS0008-01-2024-001131-39 

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

17 марта 2025 года г. Переславль-Залесский 

Переславский районный суд Ярославской области в составе председательствующего судьи Бородиной М.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания Посохиным С.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ООО «Газпром Трансгаз Ухта», ПАО «Газпром», администрации Переславль-Залесского муниципального округа о возмещении убытков, взыскании судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ответчикам, с учетом уточнений, сделанных в ходе судебного разбирательства, просит взыскать с надлежащего ответчика убытки, причиненные сносом нежилого здания (бани) в размере 1789000 рублей, убытки, причиненные уменьшением рыночной стоимости земельного участка с кадастровым номером 

<

номер скрыт> в размере 194580 рублей, расходы по уплате государственной пошлины 12738,9 рублей.

Требования мотивированы тем, что ФИО1 на основании договора купли-продажи земельного участка от 

<

дата скрыта>, на праве собственности принадлежит земельный участок с кадастровым номером 

<

номер скрыт> категория земель: земли населенных пунктов, для индивидуальной жилой застройки площадью 1 000 кв. метров по адресу: 

<

адрес скрыт>. На основании договора 

<

номер скрыт> от 

<

дата скрыта> с 

<

#>14 на земельном участке ФИО1 с кадастровым номером 

<

номер скрыт> по адресу: 

<

адрес скрыт>, была построена каркасное здание - баня 6x6 м площадью 30,1 кв. метров. Стоимость договора составила 574 450 руб. Баня был застрахована в СО АО «ВСК» - страховой полис 

<

номер скрыт> от 

<

дата скрыта> на сумму 700 000 руб. Вступившим в законную силу решением Переславского районного суда Ярославской области от 

<

дата скрыта> по делу 

<

номер скрыт> исковые требования ООО «Газпром трансгаз Ухта» к ФИО1 удовлетворены. ФИО1 обязали снести за своей счет строение (баню), расположенное в зоне минимально допустимых расстояний магистрального газопровода «Грязовец-КГМО» на земельном участке с кадастровым номером 

<

номер скрыт> по адресу: 

<

адрес скрыт>.

В соответствии с постановлением об окончании исполнительного производства от 

<

дата скрыта> решение суда о сносе бани было исполнено в июле 2016 года. В настоящее время истица считает, что вправе взыскать с надлежащего ответчика: органа местного самоуправления или с эксплуатирующей газопровод организации (собственника газопровода «Грязовец-КГМО»), убытки, причиненные ей сносом бани и уменьшением рыночной стоимости земельного участка. В соответствии с п. 11 Обзора судебной практики по спорам, связанным с возведением зданий и сооружений в охранных зонах трубопроводов и в границах минимальных расстояний до магистральных или промышленных трубопроводов, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ от 23.06.2021 года, - «в случае сноса на основании решения суда, принятого до 4 августа 2018 г., здания, сооружения, объекта незавершенного строительства, возведенного в границах минимальных расстояний до магистрального или промышленного трубопровода, лицо, которое не знало и не могло знать о действии соответствующих ограничений в отношении принадлежащего ему земельного участка, имеет право на возмещение убытков собственником такого трубопровода или органом государственной власти, органом местного самоуправления за счет соответствующей казны. Полагала, что у администрации г.о. г.Переславль-Залесский Ярославской области имелись сведения о трассе прохождения магистрального нефтепровода по территории района с момента его введения в эксплуатацию. Однако. публичный доступ к сведениям об охранной зоне и о границах минимальных расстояний до нефтепровода обеспечен не был, в документах, выданных ФИО1 в отношении земельного участка с кадастровым номером 

<

номер скрыт>, каких-либо сведений о наличии ограничений в его использовании не имелось и не имеется до настоящего времени. Соответственно, ФИО1 не знала и не могла знать о том, что принадлежащий ей земельный участок с кадастровым номером 

<

номер скрыт> полностью входит в зону минимальных расстояний от оси магистрального газопровода.

На основании заключения эксперта 

<

#>16 в состав убытков, подлежащих взысканию в пользу истца, подлежит включению стоимость нежилого здания бани 1834000 рублей, а также разница между рыночной стоимостью земельного участка 

<

номер скрыт> без учета ограничений прав на застройку земельного участка, установленных в связи с его нахождением в границах минимальных расстояний до нефтепровода, и рыночной стоимостью земельного участка с учетом этих ограничений, в размере 194580 рублей (345920-151340). Поскольку причиной сноса здания бани и уменьшения стоимости земельного участка явился газопровод «Грязовец-КГМО», то, возможно, надлежащими ответчиками по делу являются эксплуатирующая организация ООО «Газпром трансгаз Ухта» или собственник ПАО «Газпром».

В судебном заседании истец ФИО1, ее представитель по доверенности ФИО2 требования поддержали в полном объеме. ФИО1 пояснила, что перед тем, как начинать строительство, обратилась в администрацию с вопросом изменения вида разрешенного использования участка, чтобы строительство было разрешено. Никаких препятствий не было. После того, как баня была построена. Оказалось, что она находится в зоне минимальных расстояний газопровода. Строить нельзя. Баней на момент сноса практически не пользовались, была новая. После сноса практически все материалы оказались непригодными к дальнейшему использованию, многое там так и лежит на участке. В компании «Терем», где заказывалась баня, свои эксклюзивные размеры материалов, нельзя докупить аналоги. Забрали и до настоящего времени используется только печь. Готовы уменьшить размер взыскиваемых убытков на ее стоимость. Представитель ФИО2 дополнил, что, скорее всего, надлежащим ответчиком является администрация, которая была извещена о наличии зон минимальных расстояний, однако, не известила жителей, не внесла сведения в публичные источники. Стоимость печи в размере 45000 рублей исключили из требований о возмещении убытков, так как она используется истицей. Разрешение на строительство бани не требовалось, поэтому истица не обращалась за ним на тот момент в администрацию, не получала ГПЗУ. Полагал, что срок исковой давности не пропущен, так как его необходимо исчислять с даты выхода Обзора судебной практики по спорам, связанным с возведением зданий и сооружений в охранных зонах трубопроводов и в границах минимальных расстояний до магистральных или промышленных трубопроводов, от 23.06.2021г.. который разъяснил право требовать возмещения убытков. В случае. Если суд посчитает, что срок пропущен, просил его восстановить.

Представитель ответчика администрации Переславль-Залесского муниципального округа по доверенности ФИО3 в судебном заседании возражала против удовлетворения иска по доводам, ранее изложенным в письменном виде (т.1 л.д.44,104, т.3 л.д.158-159). Полагала, что поведение самого собственника ФИО1 привело к причинению убытков, она после изменения вида разрешенного использования земельного участка не обеспокоилась тем, чтобы определить зоны, где можно строить, а где нельзя. Не получала ГПЗУ. При рассмотрении гражданского дела в 2015 году, где был решен вопрос о сносе, было установлено, что Газпром оповещал о том, где проходит газопровод. Земельный участок под газопроводом находится в федеральной собственности, а не в муниципальной. На тот момент зона охраны магистрального газопровода была установлена на расстоянии 25 метров в обе стороны. В 2019 году уже была установлена другая зона. Администрация подписывала документы об обозначении границ только на 25 метров. Участок истицы в данную зону не попадал. Я не вижу доказательств тому, что администрация была уведомлена об увеличении границ на большую территорию. Отсутствуют доказательства соблюдения истцом градостроительных норм при возведении этого объекта. Он был построен на свой страх и риск. Администрация не могла знать изменение размеров охранной зоны газопровода, поскольку не обладает информацией о том, где расположена ось, какой диаметр трубы, какое давление там проходит. Охранная зона линейного объекта определяется на основании этих данных. Кроме того, в ходе судебного разбирательства установлено, что ФИО1 до сих пор пользуется печью, которая была установлена в бане, двери, окна остались в ее пользовании, инженерные коммуникации. Однако, экспертом это все было включено в размер убытков.

Представитель ответчика ООО «Газпром Трансгаз Ухта» по доверенности 

<

#>6 в судебном заседании возражала против удовлетворения требований, ранее представила отзыв в письменном виде (т.1 л.д.49-51). Пояснила, что в силу закона возникают ограничения как в части охранных зон газопровода, так и в рамках зон минимальных расстояний. Представитель администрации путает эти понятия. В законодательстве существуют императивные нормы, которые указывают на существование охранных зон и зон минимальных расстояний. Администрация района информировалась об этом, в актах прописывались ограничения использования участков. В апелляционном определении по решению о сносе бани также указано о том, что обязанность по информированию выполнена в полном объеме. На всем участке ФИО1 нельзя строить. Он полностью находится в зоне минимальных расстояний. Эти зоны должны учитываться при принятии правил землепользования и застройки органом местного самоуправления, соответствующие сведения были предоставлены. 

Представитель ответчика ПАО «Газпром» в судебном заседании не участвовал, извещен надлежаще, ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие. Ранее представил письменный отзыв, в котором просил в иске отказать. Заявил о пропуске срока исковой давности обращения в суд (т.1 л.д.96-98).

Представители третьих лиц Управления Росреестра по Ярославской области, Управления муниципальной собственности администрации Переславль-Залесского муниципального округа в судебном заседании не участвовали, извещались судом надлежаще.

Заслушав участвующих в деле лиц, исследовав письменные материалы дела, суд пришел к следующим выводам.

Из материалов дела судом установлено, что ФИО1 на праве собственности принадлежит земельный участок, общей площадью 1000 кв.м, КН 

<

номер скрыт>, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для индивидуальной жилой застройки, расположенный по адресу: 

<

адрес скрыт>, на основании договора купли-продажи земельного участка от 

<

дата скрыта> (том 1, л.д.10-11,13,75-76).

Согласно договора купли-продажи от 

<

дата скрыта> продаваемый земельный участок с КН 

<

номер скрыт> расположен на землях населенных пунктов, предназначен для посадки картофеля.

На момент совершения сделки обременения в отношении земельного участка не зарегистрированы.

Ранее земельный участок принадлежал 

<

#>7 на основании Свидетельства о праве собственности на землю, владения, пользования землей 

<

номер скрыт> от 

<

дата скрыта>., выданного Глебовским сельским Советом народных депутатов Переславского района Ярославской области.

Из материалов кадастрового дела на земельный участок КН 

<

номер скрыт> следует, что 03 июля 2013г. ФИО1 обратилась в ФГБУ «ФКП Росреестра» по Ярославской области с заявлением об изменении вида разрешенного использования земельного участка, предоставив выписку из Правил землепользования и застройки Пригородного сельского поселения от 

<

дата скрыта> 

<

номер скрыт>, декларацию заинтересованного лица от 18.06.2013г., межевой план от 03.07.2013г., свидетельство о государственной регистрации права на земельный участок от 18.12.2012г.

Согласно выписки из Правил землепользования и застройки Пригородного сельского поселения от 

<

дата скрыта> 

<

номер скрыт>, земельный участок с кадастровым номером 

<

номер скрыт> расположен в зоне Ж-3 – Индивидуальная жилая застройка. Зона предназначена для низкоплотной застройки индивидуальными жилыми домами, ведения личного подсобного хозяйства, допускается размещение объектов социального и культурно-бытового обслуживания населения, преимущественно местного значения. Иных объектов согласно градостроительным регламентам. Основные виды разрешенного использования земельных участков: отдельностоящие жилые дома коттеджного типа на одну семью, блокированные жилые дома на 2 семьи для индивидуальной жилой застройки; для личного подсобного хозяйства для размещения объектов дошкольного, начального, общего и среднего (полного) общего образования. При выборе собственником земельного участка основных разрешенных видов и изменении вида разрешенного использования с «огородничества» на «вышеперечисленные виды», затрагиваются конструктивные и иные характеристики надежности и безопасности объектов недвижимости, в дальнейшем при получении разрешения на строительство необходимо будет предоставить в отдел архитектуры администрации Переславского муниципального района документы, отображающие доступ к земельному участку (проход или проезд от земельных участков общего пользования); противопожарный разрыв (противопожарное расстояние) – нормированное расстояние между зданиями, строениями и (или) сооружениями, устанавливаемое для предотвращения распространения пожара.

После принятия решения уполномоченным органом об изменении вида разрешенного использования земельного участка обременения в отношении земельного участка не были зарегистрированы.

На земельном участке с кадастровым номером 

<

номер скрыт> ФИО1 в 2014г. было выстроено нежилое строение – баня, площадью 30,1 кв.м (т.1 л.д.16-20,123-134). Баня была выстроена 

<

#>17 с которым был заключен договор подряда от 

<

дата скрыта> (т.1 л.д.26-38).

В соответствии с пунктом 3 части 17 статьи 51 Градостроительного кодекса РФ, выдача разрешения на строительство не требуется в случае строительства на земельном участке строений и сооружений вспомогательного использования, критерии отнесения к которым устанавливаются Правительством Российской Федерации.

В силу части 15 статьи 55 данного Кодекса, разрешение на ввод объекта в эксплуатацию не требуется в случае, если в соответствии с частью 17 статьи 51 настоящего Кодекса для строительства или реконструкции объекта не требуется выдача разрешения на строительство.

Исходя из совокупного анализа ныне действующих Критериев отнесения строений и сооружений к строениям и сооружениям вспомогательного использования, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 4 мая 2023 года N 703 и пункта 3 части 17 статьи 51 Градостроительного кодекса Российской Федерации, бани отнесены к хозяйственным постройкам, для строительства которых не требуется разрешение на строительство.

Таким образом, нежилое здание (баня), являясь хозяйственной постройкой, при условии если она обладает всеми признаками недвижимой вещи, также является объектом недвижимости в соответствии со статьей 130 ГК РФ, подлежащим постановке на государственный кадастровый учет.

29 июня 2015г. по заказу ФИО1 кадастровым инженером 

<

#>8 был подготовлен технический план в связи с созданием здания (бани) на участке с КН 

<

номер скрыт> (т.1 л.д.16-20).

Таким образом, на постройку бани разрешение на строительство получать в органе местного самоуправления не требовалось, как и градостроительный план земельного участка.

Решением Переславского районного суда Ярославской области от 01.09.2015г. (дело №2-495/2015) на ФИО1 возложена обязанность снести за свой счет строение (баню), расположенное в зоне минимально допустимых расстояний магистрального газопровода "Грязовец-КГМО" на земельном участке с кадастровым номером 

<

номер скрыт>, по адресу: 

<

адрес скрыт>. Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ярославского областного суда от 23.11.2015г. все поданные апелляционные жалобы оставлены без удовлетворения.

В судебном акте сделан вывод о том, что возведенная в 2014 году на земельном участке 

<

#>9 баня расположена на расстоянии 90 метров от оси газопровода «Грязовец-КГМО» фактическим диаметром 1220 мм. что ближе предусмотренных законом 175м. Газопровод построен и введен в эксплуатацию в установленном порядке в 1982году. Земельные участки приобретены правопредшественниками ФИО1 в 

<

адрес скрыт> в собственность после 1991года. 

В силу ч.2 ст.61 ГПК РФ выводы, сделанные судом в указанном судебном акте имеют преюдициальное значение при рассмотрении настоящего спора.

Постановлением судебного пристава-исполнителя Переславского РОСП УФССП России по Ярославской области от 11.07.2016г. исполнительное производство в отношении ФИО1 было окончено фактическим исполнением, баня снесена (т.1 л.д.12).

Из материалов дела судом установлено, что линейное сооружение – магистральный газопровод «Грязовец-КГМО», протяженностью 312,75 км, лит. А:1Л;А:2Л;1-1Х, принадлежит на праве собственности ПАО «Газпром».

По договору аренды имущества от 

<

дата скрыта>. указанный газопровод передан во временное владение и пользование ООО «Газпром трансгаз Ухта» на срок до 31 октября 2024г. (том 1, л.д.52-60).

Земельный участок под указанным газопроводом, общей площадью 10669 кв.м, КН 

<

номер скрыт>, предоставлен ПАО «Газпром» на основании договора аренды земельного участка, находящегося в федеральной собственности от 

<

дата скрыта>г. Участок сформирован (т.1 л.д.135-151).

Сведения о Зоне минимальных расстояний до линейного сооружения – магистральный газопровод «Грязовец –ГКМО» внесены в ЕГРН в 2024г. (реестровый номер 

<

номер скрыт>). Сведения об охранной зоне магистрального газопровода Грязовец-КГМО 28-341 (учетный номер – 

<

номер скрыт>) внесены в ЕГРН в 2019г. (т.1 л.д.61-66,81-95. Т.3 л.д.62-69). 

Истица полагает, что ее право нарушено сносом принадлежавшей ей бани, поскольку, действуя добросовестно, не могла знать об ограничениях строительства, действовавших на момент строительства.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1). При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2).

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 12 постановления от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснил, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Согласно статье 1069 названного Кодекса, вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

По своей юридической природе обязательства, возникающие в рамках гражданско-правового института возмещения вреда, в частности причиненного гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления и их должностных лиц, представляют собой правовую форму реализации гражданско-правовой ответственности, к которой привлекается причинитель вреда.

В случае сноса на основании решения суда, принятого до 4 августа 2018 г., здания, сооружения, объекта незавершенного строительства, возведенного в границах минимальных расстояний до магистрального или промышленного трубопровода, лицо, которое не знало и не могло знать о действии соответствующих ограничений в отношении принадлежащего ему земельного участка, имеет право на возмещение убытков собственником такого трубопровода или органом государственной власти, органом местного самоуправления за счет соответствующей казны (пункт 11 Обзора судебной практики по спорам, связанным с возведением зданий и сооружений в охранных зонах трубопроводов и в границах минимальных расстояний до магистральных или промышленных трубопроводов, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23 июня 2021 г.).

Положения статей 57.1 и 107 Земельного кодекса Российской Федерации, статьи 26 Федерального закона от 3 августа 2018 г. N 342-ФЗ "О внесении изменений в Градостроительный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации" не предусматривают возможности сноса объекта недвижимости, не являющегося самовольной постройкой, расположенного в границах минимальных расстояний до магистрального или промышленного трубопровода, сведения о которых внесены в ЕГРН после возведения такого объекта, без предварительного возмещения.

После 4 августа 2018 г. лицами, участвующими в деле, соглашение о возмещении по правилам, установленным Земельным кодексом Российской Федерации (в редакции Закона N342-ФЗ), не заключалось. На дату 04 августа 2018г. спорное строение (баня) было снесено, что подтверждается Постановлением судебного пристава-исполнителя.

Согласно части 41 статьи 26 Закона N 342-ФЗ, в случае сноса зданий, сооружений, объектов незавершенного строительства, возведенных, созданных в границах минимальных расстояний до магистральных или промышленных трубопроводов (газопроводов, нефтепроводов и нефтепродуктопроводов, аммиакопроводов) (за исключением зданий, сооружений, объектов незавершенного строительства, в отношении которых принято решение о сносе самовольной постройки либо решение о сносе самовольной постройки или ее приведении в соответствие с установленными требованиями (кроме случаев, если данное решение принято исключительно в связи с несоответствием указанных зданий, сооружений, объектов обязательным требованиям к количеству этажей и (или) высоте объекта) и такие решения не отменены), или приведения их параметров и (или) разрешенного использования (назначения) в соответствие с установленными ограничениями использования земельных участков в соответствии с частью 40 настоящей статьи убытки, причиненные гражданам и юридическим лицам - собственникам этих зданий, сооружений, помещений в них, объектов незавершенного строительства и определенные исходя из рыночной стоимости таких объектов недвижимого имущества и иных убытков, связанных со сносом таких объектов недвижимого имущества или приведением их параметров или разрешенного использования (назначения) в соответствие с установленными ограничениями, в том числе, упущенная выгода, возмещаются: собственниками магистральных или промышленных трубопроводов (газопроводов, нефтепроводов и нефтепродуктопроводов, аммиакопроводов), в целях предупреждения негативного воздействия которых устанавливаются минимальные расстояния до указанных трубопроводов, если земельные участки были приобретены или предоставлены и (или) здания, сооружения, объекты незавершенного строительства возведены, созданы до дня ввода в эксплуатацию соответствующего трубопровода либо после дня ввода в эксплуатацию соответствующего трубопровода при выполнении хотя бы одного из следующих условий: а) непредставление сведений о месте нахождения магистрального или промышленного трубопровода, в целях предупреждения негативного воздействия которого устанавливаются минимальные расстояния до соответствующего трубопровода, в уполномоченные орган государственной власти или орган местного самоуправления; б) наличие согласования с организацией - собственником системы газоснабжения, правообладателем магистрального или промышленного трубопровода или уполномоченными ими организациями, если будет установлено, что указанное согласование выдано с нарушением требований законодательства, действовавших на дату его выдачи (пункт 1); уполномоченными органами государственной власти, органами местного самоуправления в случаях, если здания, сооружения, объекты незавершенного строительства возведены, созданы на основании необходимых для этого согласования и (или) разрешения, выданных этими уполномоченными органами государственной власти, органами местного самоуправления, и в соответствии с ними, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 1 настоящей части (пункт 2); уполномоченными органами государственной власти, органами местного самоуправления, предоставившими земельный участок, вид разрешенного использования которого допускает строительство зданий, сооружений, или принявшими решение об изменении вида разрешенного использования земельного участка на вид разрешенного использования, предусматривающий такое строительство, в случаях, если для возведения, создания зданий, сооружений в соответствии с законодательством не требуется получения разрешения на строительство, за исключением случаев, предусмотренных пунктами 1 и 2 настоящей части (пункт 3).

Исходя из смысла указанных нормативных актов следует, что органы местного самоуправления несут гражданскую ответственность в связи со сносом строения и причинением убытков, как лица, допустившие возведение гражданами построек, при том что граждане действовали добросовестно, разумно и осмотрительно. 

До 2015 года действовавшее законодательство Российской Федерации относило охранные зоны и минимальные расстояния до объектов газоснабжения к объектам землеустройства, соответственно, ответственность за непринятие мер по своевременному внесению сведений о зонах с особыми условиями использования территорий в государственный кадастр, равно как и по осуществлению муниципального земельного контроля, повлекшее негативные последствия для истца, лежит на ответчике, как муниципальном органе. В тот период органы местного самоуправления обладали определенными возможностями в данной сфере, если не в части пресечения возведения таких построек, то в части предупреждения граждан о негативных для них последствиях такого возведения, что вытекает из природы этих органов как наиболее приближенных к населению. 

Также, с учетом приведенных норм права юридически значимым является обстоятельство: знала ли или должна ли была знать сторона истца, ФИО1, о распространении ограничений на принадлежащий ей земельный участок, в частности, имела ли она публичный доступ к таким сведениям.

Вступившим в силу решением суда по делу №2-495/2015 вывод об информированности ФИО1 об имеющихся ограничениях земельного участка не сделан. 

В межевом плане на земельный участок, подготовленном по заказу ФИО1 кадастровым инженером 

<

#>1003 июля 2013г. (до строительства бани), прямо не указано о наличии каких-либо ограничений использования участка. В заключении кадастрового инженера указано лишь, что местоположение границ земельного участка 

<

номер скрыт> соответствует результатам межевания, площадь данного участка соответствует декларированной площади, указанной в свидетельстве на данный объект. Можно предположить, что на схеме расположения земельного участка (лист 9 межевого плана), нанесенной на землеустроительный планшет, нанесен магистральный газопровод «Грязовец –ГКМО» (обозначение «Г»), однако в условных обозначениях на схеме указаны лишь граница существующего участка, граница формируемого участка, граница кадастрового квартала. Кроме того, на схеме не указан масштаб ее изображения, что не позволяет определить расстояние от участка до газопровода.

Других доказательств того, что ФИО1 было известно об ограничениях, связанных с прохождением вблизи участка магистрального газопровода, суду представлено не было.

Как пояснила сама истица, на момент приобретения участка, строительства бани, никаких информационных табличек о прохождении магистрального газопровода и связанных с этим ограничениях поблизости не было. таблички появились уже в ходе рассмотрения гражданского дела 2-495/2015. Указанные доводы не опровергнуты, напротив, и представитель ООО «Газпром Трансгаз Ухта», и представитель администрации допустили, что в какой-то момент таблички могли быть демонтированы сторонними лицами. При этом в какой именно момент, суду пояснено не было.

Таким образом, в материалы дела не были представлены доказательства, свидетельствующие о том, что истец знал или мог знать о наличии ограничений в использовании принадлежащего ей земельного участка. 

До строительства бани истица ФИО1 в установленном законом порядке изменила вид разрешенного использования участка на основной из предусмотренных для зоны Ж-3 «для индивидуального жилищного строительства. Изменения внесены на основании полученной в администрации Переславского муниципального района выписки из Правил землепользования и застройки, не предусматривающих каких-либо ограничений в строительстве, кроме обеспечения подъездных путей и соблюдения противопожарных норм.

Действуя добросовестно, с должной осмотрительностью, в соответствии с действующим на тот момент законодательством с учетом положений статьи 42 Земельного кодекса Российской Федерации, ФИО1 приступила к освоению земельного участка с кадастровым номером 

<

номер скрыт>. У ФИО1 отсутствовала обязанность обратиться к ответчику за выдачей разрешения на строительство объекта индивидуального жилищного строительства (бани).

Принимая во внимание, что до 2015 года действовавшее законодательство Российской Федерации относило охранные зоны и минимальные расстояния до объектов газоснабжения к объектам землеустройства, суд приходит к выводу, что ответственность за непринятие мер по своевременному внесению сведений о зонах с особыми условиями использования территорий в государственный кадастр, равно как и по осуществлению муниципального земельного контроля, повлекшее негативные последствия для истца, лежит на ответчике администрации Переславль-Залесского муниципального округа, как муниципальном органе.

Вступившим в силу решением суда по делу №2- 495/2015, имеющим преюдициальное значение при разрешении настоящего спора, установлено, что ООО «Газпром Трансгаз Ухта» регулярно проводилось информирование органов местного самоуправления и населения о наличии газопровода и ограничении хозяйственной деятельности в непосредственной близости от него путем письменного обращения к Главе Переславского муниципального района Ярославской области, а также путем публикаций в газете «Переславская неделя».

Доводы представителя администрации Переславль-Залесского муниципального округа об обратном являются голословными, опровергаются материалами дела.

Кроме того, выдавая в 1993г. Свидетельство о праве собственности на землю и определяя вид разрешенного использования участка «для посадки картофеля», Сельский Совет, скорее всего, принимал во внимание действовавшие на тот момент ограничения в связи с близостью магистрального газопровода. По какой причине указанные ограничения не были приняты во внимание администрацией Пригородного сельского поселения (правопреемник - администрации Переславль-Залесского муниципального округа) при разработке и принятии Правил землепользования и застройки, суду представлено не было.

Таким образом, с учетом положений пунктов 1, 2 статьи 15, статей 1064, 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснений, изложенных в пункте 11 Обзора судебной практики по спорам, связанным с возведением зданий и сооружений в охранных зонах трубопроводов и в границах минимальных расстояний до магистральных или промышленных трубопроводов, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23 июня 2021 года, установив, что в момент приобретения истцом земельного участка и строительства на нем объекта недвижимости, сведения в ЕГРН о границах охранных зон и пределов минимальных расстояний от объектов газоснабжения отсутствовали, органы местного самоуправления были уведомлены о месте нахождения магистрального газопровода и о существующих обременениях до изменения вида разрешенного использования участка КН 

<

номер скрыт>, суд приходит к выводу о наличии причинно-следственной связи между действиями (бездействием) администрации Переславль-Залесского муниципального округа и понесенными истцом убытками.

Доказательств, свидетельствующих о том, что истец знал или мог знать о действии соответствующих ограничений в отношении принадлежащего ему земельного участка, материалы дела не содержат. В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Применение указанной нормы возможно при установлении судом конкретных обстоятельств, свидетельствующих о том, что лицо действовало исключительно с намерением причинить вред другому лицу либо злоупотребило правом в иных формах. При этом добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса). Для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом должно быть подтверждено, что намерения такого лица были направлены на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей). При этом злоупотребление правом должно носить очевидный характер, а вывод о нем не должен являться следствием предположений. Из представленных в материалы дела доказательств суд не усматривает в действиях истца исключительное намерение причинить вред ответчику, либо осуществления им действий в обход закона с противоправной целью.

Кроме того, суд учитывает, что ООО "Газпром трансгаз Ухта" обязано зарегистрировать охранные зоны до 2025 года, полномочиями в области строительного надзора не наделено, соответственно, каких-либо виновных действий с их стороны, находящихся в причинно-следственной связи с причиненными убытками, судом не установлено.

Учитывая изложенное, требования к ответчикам ООО «Газпром Трансгаз Ухта», ПАО «Газпром», удовлетворению не подлежат.

В ходе судебного разбирательства для определения размера ущерба, причиненного истцу, судом по делу была назначена судебная оценочная экспертиза, производство которой было поручено эксперту 

<

#>18

Согласно выводам судебной оценочной экспертизы рыночная стоимость нежилого здания бани 6Х6, площадью 30.1 кв.м, с учетом доставки, монтажа и инженерных коммуникаций на дату оценки составляет (округленно) 1834000 рублей. Рыночная стоимость земельного с КН 

<

номер скрыт>, площадью 1000 кв.м, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для индивидуальной жилой застройки, расположенного по адресу: 

<

адрес скрыт>, без учета ограничений прав на застройку, составляет 345920 рублей. Рыночная стоимость земельного с КН 

<

номер скрыт>, площадью 1000 кв.м, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для индивидуальной жилой застройки, расположенного по адресу: 

<

адрес скрыт>, с учетом ограничений прав на застройку, составляет 151340 рублей (т.3 л.д.90-143). 

Опрошенный в судебном заседании эксперт 

<

#>11 пояснил, что в ходе проведения исследования был посчитан фундамент полностью, канализация и водопровод. Унитаз не считал, душ. Иное оборудование в бане, не считал. Это не входит в конструктив. Считаются отделка, кровля, фундамент. Еще выход выставлялся под трубу – это печь, изначально ее нужно отдельно устанавливать. Был выход трубы в вентиляцию от печки. При оценке учитывал только конструктив: крыша, окна, двери и печь. Там только печь и труба. Печь идет в комплекте согласно условий договора подряда. Место под печь оборудуется жаростойким материалом. Печь сама по себе могла быть использована после сноса бани, но труба уже вряд ли, она по высоте строения делается. В заключении сумма печи указана вместе с трубой и материалом. Сама печь отдельно рассчитана по стоимости, примерно, 35 000 рублей. Полный комплект – 80 000 рублей. Бралась печь «Ермак», это печь отечественного производства и она распространена. Пластиковые стеклопакеты уже использованы, они делаются под размер, нельзя повторно использовать. Дверь входная металлическая, ее можно использовать, но стоимость ее символическая после 12 лет эксплуатации. Само строение посчитано сравнительным методом, затратным считал канализацию, водопровод, скважину. Все затратным способом не посчитал, т.к. здания обычно берутся стандартные. Здесь строение не совсем стандартное. Это сложнее считать, чем по рынку. Затратным методом выйдет сумма другая, но отличаться будет незначительно. Сравнительным способом по рынку – это объективная цена, сравнительный метод более эффективен и актуален. По состоянию на 2015 года считал бы затратным способом по программе, стоимость из договора подряда бы не брал. Сваи простояли в земле уже 10 лет, если даже их выкручивать и выставить на продажу, как сваи они ценности не представляют. Кольца колодца тоже вряд ли кто-то возьмет, насоса нет в расчете. Весь металлопрофилпрофиль на крыше крепится саморезами к обрешетке. Когда их выкручивают, как и было при демонтаже бани, дырки остаются, попасть опять в обрешетку не получится. По назначению нельзя повторно использовать. 

В ходе судебного разбирательства, ФИО1 согласилась с доводами представителя администрации Переславль-Залесского муниципального округа, уменьшив требуемую сумма на стоимость печи для бани, которую после сноса постройки продолжает эксплуатировать в другом строении, просила взыскать 1789000 рублей. Стоимость печи была согласована сторонами в судебном заседании.

Кроме того, истица просила взыскать разницу между стоимостью участков, с учетом и без учета ограничений в строительстве, 194580 рублей (345920-151340).

Заключение эксперта 

<

#>11 признается судом допустимым доказательством, соответствующим ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не оспорено в рамках состязательного процесса в соответствии со ст. 56, 59 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Доводы представителя администрации о том, что некоторые материалы после сноса бани могут быть использованы повторно, остались в распоряжении ФИО1, опровергаются пояснениями эксперта 

<

#>11, данными в судебном заседании. Доказательств обратного суду представлено не было.

Таким образом, стоимость снесенной бани, за вычетом стоимости печи, в размере 1789000 рублей подлежит взысканию с ответчика администрации Переславль-Залесского муниципального округа в пользу истца.

Вместе с тем, суд полагает, что основания для взыскания разницы между стоимостью участков, с учетом и без учета ограничений в строительстве, отсутствуют.

Как следует из материалов дела, по договору купли-продажи от 

<

дата скрыта> истица ФИО1 приобрела земельный участок с КН 

<

номер скрыт>, предназначенный для посадки картофеля, за 150000 рублей.

В июле 2013г., спустя полгода после приобретения участка, истица обратилась в орган регистрации с заявлением об изменении вида разрешенного использования по собственной инициативе. Доказательства того, что истица приобретала участок исключительно с намерением строительства на нем, суду представлено не было, как и не подтверждено в ходе судебного разбирательства, что истицей были понесены какие-либо материальные вложения в связи с изменением вида разрешенного использования. По сути все понесенные истицей убытки были связаны со сносом бани. Истица может продолжать использовать земельный участок по тому назначению, по которому она его приобретала.

Таким образом, требования истца подлежат частичному удовлетворению. 

Ответчиками заявлено о пропуске срока исковой давности обращения в суд.

Согласно ст. 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

Согласно п. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно п. 1 ст. 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Как разъяснено в п.1,10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности", в соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Исходя из указанной нормы под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица.

Если иное не установлено законом, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 ГК РФ).

Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 56 ГПК РФ, статьи 65 АПК РФ несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности.

В ходе судебного разбирательства установлено, что Решением Переславского районного суда Ярославской области от 01.09.2015г. (дело №2-495/2015) на ФИО1 возложена обязанность снести за свой счет строение (баню), расположенное в зоне минимально допустимых расстояний магистрального газопровода "Грязовец-КГМО" на земельном участке с кадастровым номером 

<

номер скрыт>. Постановлением судебного пристава-исполнителя Переславского РОСП УФССП России по Ярославской области от 

<

дата скрыта> исполнительное производство в отношении ФИО1 было окончено фактическим исполнением, баня снесена (т.1 л.д.12).

Вместе с тем, в принятом судебном акте не была установлена вина органа местного самоуправления, ПАО «Газпром» или ООО «Газпром Трансгаз Ухта» в причиненных истице убытках. 

Обязанность по возмещению убытков, причиненных в случае сноса зданий, сооружений, объектов незавершенного строительства, возведенных, созданных в границах минимальных расстояний до магистральных или промышленных трубопроводов (газопроводов, нефтепроводов и нефтепродуктопроводов, аммиакопроводов), на законодательном уровне впервые была установлена с принятием Федерального закона от 03.08.2018 N 342-ФЗ "О внесении изменений в Градостроительный кодекс Российской Федерации и отдельные законодательные акты Российской Федерации".

И только п. 11 Обзора судебной практики по спорам, связанным с возведением зданий и сооружений в охранных зонах трубопроводов и в границах минимальных расстояний до магистральных или промышленных трубопроводов, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.06.2021, сделан вывод, что в случае сноса на основании решения суда, принятого до 04 августа 2018г., здания, сооружения, объекта незавершенного строительства, возведенного в границах минимальных расстояний до магистрального или промышленного трубопровода, лицо, которое не знало и не могло знать о действии соответствующих ограничений в отношении принадлежащего ему земельного участка, имеет право на возмещение убытков собственником такого трубопровода или органом государственной власти, органом местного самоуправления за счет соответствующей казны.

Таким образом, суд полагает, что о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите нарушенного права истицы на возмещение убытков. ФИО1 могла узнать, не ранее утверждения Президиумом Верховного Суда Российской Федерации указанного Обзора, то есть, не ранее 23.06.2021г.

В Переславский районный суд Ярославской области с исковым заявлением истица обратилась 17 июня 2024г., то есть в пределах предусмотренного законом трехлетнего срока исковой давности.

Учитывая изложенное, требования истицы к администрации Переславль-Залесского муниципального округа подлежат частичному удовлетворению, а требования к ПАО «Газпром», ООО «Газпром Трансгаз Ухта» не подлежат удовлетворению.

Согласно ст.94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся: суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам; расходы на оплату услуг представителей; связанные с рассмотрением дела почтовые расходы, понесенные сторонами; другие признанные судом необходимыми расходы. 

Согласно ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Истцом при подаче иска уплачена государственная пошлина в размере 12739 рублей (т.1 л.д. 3).

Принимая во внимание, что требования истца удовлетворены частично, с администрации Переславль-Залесского муниципального округа подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины, пропорционально размеру удовлетворенных требований, 11489 рублей (12739Х1789000/(1789000+194580)).

Руководствуясь ст.ст. 194-198, 235 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 (паспорт 

<

данные изъяты>) к администрации Переславль-Залесского муниципального округа (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о возмещении убытков, взыскании судебных расходов, удовлетворить частично.

Взыскать с администрации Переславль-Залесского муниципального округа (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1 (паспорт 

<

данные изъяты>) возмещение убытков в сумме 1789000 рублей, расходы по уплате государственной пошлины 11489 рублей. 

В остальной части требования оставить без удовлетворения.

Исковые требования ФИО1 (паспорт 

<

данные изъяты>) к ООО «Газпром Трансгаз Ухта» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), ПАО «Газпром» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о возмещении убытков, взыскании судебных расходов, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Ярославский областной суд через Переславский районный суд в течение одного месяца со дня изготовления мотивированного решения суда.

Мотивированное решение суда изготовлено 28 марта 2025г.

Судья Бородина М.В.