УИД 27RS0(№)-63

(№)

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

4 октября 2024 года г. Комсомольск-на-Амуре

Центральный районный суд (адрес) в составе председательствующего судьи Ильченко А.С., 

при секретаре судебного заседания Васильевой Д.И., 

с участием помощника прокурора (адрес) ФИО1,

истца ФИО2, ее представителя – адвоката Зазубриной Ю.Н., действующей на основании ордера (№) от (дата), 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Краевая клиническая больница» имени профессора О.В. Владимирцева, министерству имущества (адрес), министерству здравоохранения (адрес) о взыскании компенсации морального вреда

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 обратилась в суд с иском к КГБУЗ «Краевая клиническая больница» имени профессора О.В. Владимирцева о взыскании компенсации морального вреда, ссылаясь на то, что (дата) в учреждении ответчика заведующим ортопедическим отделением ФИО3 ей была проведена операция – протезирование тазобедренного сустава, диспластической коксатроз справа 3 степени. После операции у нее появился выраженный отек правой ноги, она перестала чувствовать ногу, начала ощущать сильную боль в тазобедренном суставе, боль в ягодице. После операции прошел год, но ее состояние ухудшилось, самостоятельно передвигаться она уже не может. Полагает, что операция была проведена ненадлежащим образом, в результате чего причинен вред здоровью, она не может самостоятельно передвигаться, так же ей установлен диагноз – повреждение седалищного нерва, невропатия, повреждение перешло на вторую ногу. Она употребляла сильнодействующий препарат «Трамадол», который ей не помогал. Полагает, что медицинская помощь ей оказана ненадлежащим образом, что привело к ухудшению ее состояния здоровья, причинило физически и нравственные страдания. Будучи женщиной в полном расцвете сил, она привыкла гулять, работать, помогать своим детям, участвовать в социальной жизни, однако, после операции она прикована к кровати, передвигается только при помощи ходунков, не может жить полноценной жизнью как ранее, самостоятельно себя обслуживать не может, нуждается в посторонней помощи родственников, которые помогают ей не только готовить и убираться, но и выполнять гигиенические процедуры. Обращаясь в суд, истец просила взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в сумме 4 000 000 рублей.

Определением судьи от (дата) к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечены министерство здравоохранения (адрес), ФИО4, АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед».

Определением судьи от (дата) к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечены ФИО5, ФИО6, ФИО7, в качестве соответчика привлечено министерство имущества (адрес). 

Определением суда, занесенным в протокол судебного заседания от (дата), к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, на стороне ответчика привлечено КГКУЗ «Городская больница (№)» министерства здравоохранения (адрес). 

Определением суда, занесенным в протокол судебного заседания от (дата), министерство здравоохранения (адрес) исключено и числа третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, и привлечено к участию в деле в качестве соответчика. 

В судебном заседании истец ФИО2 настаивала на исковых требованиях, просила их удовлетворить, дополнительно пояснила, что поступила на операцию по направлению врача-ортопеда, который установил, что у нее разрушается сустав и необходима его замена. При этом, лекарственный препарат трамадол, который ей выписал ревматолог в июле 2022 года до операции она не употребляла, начала его принимать только после операции из-за сильных болей. Повреждение нерва возникло у нее именно после операции по установлению протеза. Полагает, что операцию врач провел ей не правильно, он слишком сильно отодвинул ногу во время операции и повредил нерв. В больнице на стационарном лечении она пролежала более положенного срока, выписали ее с отеком ноги, который длительное время не спадал. Передвигаться самостоятельно после операции она вообще не могла. Во время ее пребывания в неврологическом отделении КГКУЗ «ККБ» во второй раз, никакого лечения ей фактически не проводили, не хотели устанавливать диагноз и только после ее настояний была приглашена профессор ФИО8, которая и поставила ей диагноз «комплексный регионарный болевой синдром вследствие повреждения нерва тип 2 с вегетативным фазамоторным самотрапогенным полинервапотия с поражением нижних конечностей». Некачественное оказание медицинской помощи в реабилитационном отделении выразилось в том, что к ней плохо относились, не мерили давление, мне осматривали. 

В ходе судебного заседания представитель истца –адвокат Зазубрина Ю.Н., действующая на основании ордера (№) от (дата), поддержала доводы истца, просила исковые требования удовлетворить.

Представитель ответчика КГБУЗ «Краевая клиническая больница» имени профессора О.В. Владимирцева в судебном заседании участия не принимал, о месте и времени рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом. 

Ранее в ходе рассмотрения дела представитель ответчика возражал против удовлетворения исковых требований по доводам письменных возражений, в которых указано, что основанием данного иска является утверждение истца о некачественном оказании ей медицинской помощи – проведение операции, в результате которой, по ее мнению, ей был поврежден нерв, что повлекло неспособность истца к самостоятельному передвижению, наличию не купируемых болей, установление диагноза повреждение седалищного нерва, невропатии, повреждения перешли на другую ногу, операция на которой не проводилась. Вместе с тем, в медицинских картах (№), 598/2023, 6773/2023 стационарного больного ФИО2 имеются записи об оказанной ей медицинской помощи. Так, истец госпитализирована в плановом порядке в ортопедическое отделение (№) КГБУЗ «ККБ» имени профессора О.В. Владимирцева, при поступлении у нее имелись жалобы на боли в правом тазобедренном суставе, усиливающиеся при движении, невозможность нормальной походки. Из анамнеза заболевания выяснено, что со слов пациентки она считает себя больной около 2-х лет, причина заболевание ей не ясна. Она обратилась к травматологу-ортопеду КГБУЗ «ККБ» имени профессора О.В.Владимирцева, ей рекомендовано плановое тотальное эндопротезирование тазобедренного сустава. Из сопутствующих заболеваний у нее имелись гипертонической болезнью, блокада передней ветви ЛНПГ, ГМЛЖ. ХСН 1, ф.кл. 1. Хроническая железодефицитная анемия 2 (адрес) же имелись сопутствующие грубые деформирующие заболевания позвоночника (по предоставленным заключениям МРТ позвоночника от (дата) и рентгенографии позвоночника от (дата)) и тазобедренного сустава, с которыми истец находилась на длительном лечении у невролога по месту жительства. Было установлено, что истец имела выраженный болевой синдром с ограничением функции правой нижней конечности, регулярно принимала трамадол, назначенный неврологом поликлиники. Истец поступила в удовлетворительном состоянии, передвигалась с помощью посторонних на кресле-каталке и с помощью костылей, на момент обращения являлась инвали(адрес) группы. При поступлении у нее отмечалась выраженная гипотрофия и гипотония ягодичных и бедренных мышц, больше справа, длина конечностей различная, относительное укорочение справа до 2 см, выраженная наружная ротация и умеренное сгибание в правом тазобедренном суставе, сгибательно-приводящая деформация правого бедра, пальпация в проекции обоих тазобедренных суставов выявила болезненность справа, преимущественно в паховой и вертельной областях. Движения в тазобедренных суставах в положении лежа справа ограничены, сопровождаются легким хрустом, пассивно с мышечным замком, как реакцией на боль справа. По результата рентгенограммы у нее диагностирован Диспластический коксартроз справа IV Rg. Ст., слева III Rg. Ст., многоплоскостная комбинированная контрактура правого тазобедренного сустава, коксалгия справа. Истец была госпитализирована для оперативного лечения, (дата) ей проведена операция – эндопротезирование тазобедренного сустава тотальное, справа. Оперативное лечение проведено по стандарту лечения коксартроза, утвержденного приказом министерства здравоохранения Российской Федерации от (дата) (№) и стандарту от (дата) (№)н. По результатам контрольной рентгенографии после операции от (дата) установлено, что эндопротез тазобедренного сустава стабилен, положение его правильное. Функция тазобедренного сустава восстановлена. Раневой процесс завершился без воспалительных инфекционных осложнений. В раннем послеоперационном периоде у ФИО2 развилось неврологическое осложнение в виде обострения нейропатии седалищного нерва. Она была осмотрена тремя врачами-неврологами, неоднократно, ей проведены все возможные обследования и назначена нейротропная терапия неврологического заболевания с дальнейшими рекомендациями по лечению в амбулаторном режиме. ФИО2 была осмотрена заведующей неврологическим отделением (№) ФИО5 (дата), по результатам осмотра ей выдано заключение, что на момент осмотра данных за острую неврологическую патологию нет, назначена медикаментозная терапия нейропатической боли. После выписки истец не выполнила рекомендации, указанные в выписном эпикризе о наблюдении у невролога по месту жительства. В связи со сложностями получения реабилитационного лечения неврологического заболевания по месту жительства заведующим ортопедического отделения (№) ФИО3 решен вопрос о госпитализации истца на стационарное лечение в неврологическое отделение (№) КГБУЗ «Краевая клиническая больница» имени профессора О.В. Владимирцева. (дата) она была повторно госпитализирована в неврологическое отделение (№) с жалобами на боли в области правого тазобедренного сустава, периодические боли по задней поверхности бедра, голени. При поступлении она находилась в удовлетворительном состоянии, передвигалась при помощи ходунков, движения в конечностях ограничены в правом тазобедренном суставе. В неврологическом отделении ей были назначены и выполнены общие клинические анализы, инструментальные методы обследования рентгенография лёгких, по результатам которого выявлены признаки грыжи пищеводного отверстия диафрагмы, ЭКГ, выявившее умеренные изменения в миокарде. (дата) ей выполнена электромиография, по результатам которой выявлены признаки грубого аксонального поражения моторных и сенсорных волокон малоберцовых нервов с двух сторон, более грубое справа, а так же правого большеберцового нерва. (дата) истцу проведено КТ позвоночника, поясничного отдела, выявлены дегенеративные изменения поясничного отдела позвоночника, сколиотическая деформация. (дата) истец была осмотрена терапевтом, у нее диагностирована анемия лёгкой степени, хроническая инфекция мочевыводящих путей, хронический пиелонефрит в стадии умеренного обострения, гипертоническая болезнь 3 ст., 3 ст., риск 4. ХСН 1 степени. Ей проведено медикаментозное лечение: амитриптилин, омез, биоферр, прозерин, тиоктовая кислота, трамадол, пентоксифилин, сибазон, антиагреганты не назначены в виду анемии. По результатам проведенного лечения состояние истца ФИО2 оставалось без перемен, в связи чем, она была переведена в отделение медицинской реабилитации. Ей выставлен окончательный диагноз, основной: вторичная с енсо-моторная соматогенная полиневропатия прогрессирующее течение, синдромы: вялый нижний парапарез, гиперпатия нижних конечностей, фоновое заболевание: хроническая анемия, не уточненная, средней степени тяжести, сопутствующая патология: хроническая люмбалгия на фоне остеохондроза поясничного отдела позвоночника, рецидивирующее течение, фаза неполной ремиссии, слабовыраженный болевой синдром. По данным врачей и заведующей неврологического отделения (№) истец ФИО2 во время прохождения лечения предвзято относилась к медицинскому персоналу, беспочвенно придиралась по малейшему поводу. Имела рентные установки, обвиняла врача ортопеда в некачественной установке эндопротеза. (дата) она была переведена для дальнейшего лечения в отделение медицинской реабилитации, где находилась до (дата). Ей дополнительно было проведено МРТ исследование поясничного отдела позвоночника, УЗИ периферических нервов. Так же она была осмотрена нейрохирургом, профессором неврологом ФИО8 Истцу проводились реабилитационные мероприятия: медикаментозная терапия, ЛФК, массаж, физиотерапевтическое лечение, занятия с психологом. На фоне проведенного лечения болевой синдром уменьшился, походка с ходунками улучшилась. ФИО2 была выписана в удовлетворительном состоянии с рекомендациями по дальнейшей реабилитации под динамическое наблюдение невролога и терапевта по месту жительства. при выписке ей установлен заключительный диагноз, основное заболевание: вторичная полинейропатия нижних конечностей, нижний парапарез. Комплексный регионарный болевой синдром справа. В качестве фонового заболеваия указана хроническая анемия, в качестве сопутствующих – дорсопатия поясничного отдела, вне обострения, полиостеоартроз нижних конечностей. В этой связи полагает, что медицинская помощь ФИО2 оказана, в соответствии с территориальной программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на территории (адрес), оперативное лечение (эндопротезирование тазобедренного сустава) выполнено в рамках программы ВМП-ОМС – бесплатно, по стандарту лечения коксартроза, утвержденному приказом Министерства здравоохраненя Российской Федерации от (дата) и стандарту от (дата) (№)н выполнено оперативное лечение в полном объёме, без замечаний, по результатам контрольной рентгенографии после операции от (дата) эндопротез тазобедренного сустава стабилен, положение его правильное, функция тазобедренного сустава восстановлена. В послеоперационном периоде у истца развилось неврологическое осложнение, в виде обострения нейропатии седалищного нерва, в связи с чем она была осмотрена тремя врачами-неврологами, ей назначалась и проведена нейротропная терапия в послеоперационном периоде, а так же в неврологическом отделении (№), отделении медицинской реабилитации, курс восстановительного реабилитационного лечения в отделении медицинской реабилитации (медикаментозная терапия, ЛФК, массаж, физиотерапевтическое лечение, занятия с психологом), который позволил уменьшить болевой синдром, улучшилась походка с ходунками. Доводы ФИО2 о ятрогенном повреждении нервов в результате оперативного вмешательства на правом тазобедренном суставе не обоснованы. В данном случае коморбидное состояние истца не позволило достичь желаемого результата после замены тазобедренного сустава. Таким образом, имеющиеся у истца заболевания не являются последствием проведенного оперативного лечения в условиях стационара, нейропатия седалищного нерва была диагностирована у нее как минимум не позднее начала 2022 года, т.е. задолго до поступления на лечение в учреждение, в связи с указанным заболеванием она длительный период времени получала сильнодействующие обезболивающие препараты. В данном случае, истцом не представлены доказательства причинения вреда ее здоровью ответчиком, выводы о якобы допущенных нарушениях носят вероятностный характер, ничем не подтверждены. Медицинские документы напротив свидетельствуют о качественном оказании медицинских услуг, а также устанавливают отсутствие вины медицинского учреждения и причинно-следственной связи между имевшимися, по мнению истца, дефектами оказания медицинской помощи с возникшими осложнениями и моральным вредом. В обоснование морального вреда положены вероятностные утверждения истца о невозможности дальнейшей полноценной жизни. Еще до поступления к ответчику она была признана инвалидом второй группы, что само по себе ограничивает нормальную, по сравнению со здоровым человеком, жизнедеятельность. Так же истцом приведены бездоказательные, голословные утверждения об отказе врачей учреждения от ее дальнейшего лечения. 

В представленных дополнительных письменных возражениях указал, что в ходе проведенной судебной медицинской экспертизы оценки качества оказания медицинской помощи истцу каких-либо дефектов при оказании медицинской помощи, в том числе выполнения оперативного вмешательства (дата) истцу в ортопедическом отделении не установлено. Выявленные недостатки оказания медицинской помощи не повлияли на состояние истца, прямой причинно-следственной связи между проведенной операцией и развитием у истца невропатии правого большеберцового, правого малоберцового и правого седалищного нерва, а так же с состоянием ее здоровья в настоящее время, в том числе с развитием двустороннего неврологического поражения обоих нижних конечностей, не имеется. Указанные экспертами недостатки оказания медицинской помощи не состоят в причинно-следственной связи с наступившим ухудшением состоянием здоровья истца, выражаются в нарушении действующих нормативных актов в области здравоохранения: клинических рекомендаций «Коксартроз» (утв. Министерством здравоохранения РФ, 2021 г.), клинических рекомендаций «Мононевропатии» (утв. Министерством здравоохранения РФ, 2022 г.) и допущены, по мнению экспертов, исключительно в период с (дата) по (дата), при первой госпитализации истца. Таким образом, недостатки, указанные в заключении экспертов и связанные с несоблюдением клинических рекомендаций, относятся исключительно к периоду времени до (дата), то есть до вступления в силу указанных клинических рекомендаций, а потому не могут быть квалифицированы как недостатки оказания медицинской помощи, оказанной до (дата), тем более они не оказали никакого влияния на состояние здоровья истца, на качество оказания ей медицинской помощи, на результат оказания медицинской помощи. Относительно недостатка, по мнению экспертов выразившегося в превышении в ходе лечения рекомендуемого срока применения кетопрофена, следует иметь в виду, что одним из критериев качества по условиям оказания медицинской помощи в стационарных условиях и в условиях дневного стационара является назначение лекарственных препаратов с учетом инструкций по применению лекарственных препаратов, возраста пациента, пола пациента, тяжести заболевания, наличия осложнений основного заболевания (состояния) и сопутствующих заболеваний. При оказании медицинской помощи истцу применялся кетопрофен-ЭСКОМ. В инструкции по применению данного препарата (РУ № ЛП-000291, дата последнего изменения (дата), ГРЛС) отсутствует информация об ограничениях длительности применения указанного лекарственного средства. Указание этого недостатка в заключении судебной экспертизы является беспредметным, не имеет правового значения, не оспаривалось ответчиком так как назначенные учреждению в связи с этим штрафные санкции были сняты как необоснованные.

Представитель соответчика министерства здравоохранения (адрес) в судебном заседании участия не принимал, о месте и времени рассмотрения дела уведомлен в установленном законом о порядке, представил возражения, в которых указал, что к взыскание компенсации морального вреда возможно при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151,1064, 1099 и 1100 ГК РФ). При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). 

Представители соответчика министерства – имущества (адрес), а так же третьих лиц – КГКУЗ «Городская больница (№)» министерства здравоохранения (адрес), АО «Страховая компания «СОГАЗ-Мед» в судебном заседании участия не принимали, о месте и времени рассмотрения дела уведомлены в установленном законом о порядке.

Третье лицо ФИО3 в судебном заседании участия не принимал, о месте и времени рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом.

Ранее в ходе рассмотрения дела пояснил, что исковые требования заявлены не обосновано, так как резвившаяся у истца невропатия является послеоперационным осложнением и не свидетельствует о некачественно проведенной операции. Впервые ФИО2 обратилась к нему в августе 2022 года. На приеме ей было разъяснено, что у нее имеется заболевание тазобедренного сустава и нервной системы. На момент обращения необходимо было установить, что необходимо лечить в первую очередь – нервную систему или тазобедренный сустав, поэтому ее направили к нейрохирургу. Осмотрев пациента, нейрохирург дал разрешение на операцию по протезированию, но имевшиеся у него в распоряжении медицинские документы указывали на неврологические заболевания. Было принято заочное решение, что необходимо начать лечение с тазобедренного сустава. В ноябре 2022 года истец обратилась не по направлению, а в частном порядке с острыми болями, была госпитализирована. Ей перед операцией дважды проводили переливание крови. В стационаре ее подготовили к операции, хотя она это должна была сделать по месту жительства, аи только после этого приехать на плановую госпитализацию абсолютно подготовленной. Перед операцией ей подняли уровень гемоглобина, после чего прооперировали. После операции у истца проявились неврологические симптомы правой нижней конечности, и развился отек. Такой отек обусловлен поражением нервной системы корешка седалищного нерва. Как показало исследование, анатомического повреждения нерва не было. При нахождении истца на стационаре он каждый день с ней работал, проводил курсы блокад для того, чтобы снизить боль. Истец была выписана с рекомендациями по лечению по месту жительства, так же ей было предложено приехать в реабилитационный стационар. 

Третье лицо ФИО6 в ходе судебного разбирательства участия не принимала, о месте и времени рассмотрения дела уведомлена надлежащим образом.

Ранее в ходе рассмотрения дела пояснила, что является врачом-неврологом КГБУЗ «ККБ» имени профессора В.О. Владимирцева. Истец проходила стационарное лечение в неврологическом отделении больницы весной 2023 года, примерно в апреле-мае, под ее наблюдением около 5 дней. Поступила истец с выраженным болевым синдромом, ей был поставлен диагноз «невропатия правого бедренного нерва», так же у нее была выражена мышечная слабость. Истцу были назначены обезболивающими препараты и неротропные препараты для улучшение мышечных тканей. Полагает, что дефектов оказания медицинской помощи истцу допущено не было. Обезболивающие препараты истцу не назначали по причине того, чтобы улучшить функционирование нервных тканей, проведения нервных импульсов. Не возражала против назначения по делу судебной экспертизы. 

Третье лицо ФИО7 в ходе судебного разбирательства участия не принимал, о месте и времени рассмотрения дела уведомлен надлежащим образом.

Ранее в ходе рассмотрения дела пояснил, что наблюдал истца в период ее нахождения в отделении реабилитации КГКУЗ «ККБ» имени профессора О.В. Владимирцева. Все решения по поводу лечения истца принимались заведующим отделением. Он как лечащий врач, лишь вел необходимые записи и наблюдал за ходом лечения, заполнял историю болезни, продолжил лекарственную терапию. Лечение истцу было назначено стандартное, основой которого является ЛФК. Не возражал против назначения по делу судебной экспертизы. 

Третье лицо ФИО5 в предварительном судебном заседании участия не принимал, о месте и времени рассмотрения дела уведомлялась в установленном законом о порядке.

Представитель третьего лица – КГБУЗ «Городская больница (№)» министерства здравоохранения (адрес) в судебном заседании участия не принимал, о месте и времени рассмотрения дела уведомлен в установленном законом порядке.

На основании ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено в отсутствие неявившихся участников процесса, которые надлежащим образом уведомлены о месте и времени рассмотрения дела. 

Изучив материалы дела, заслушав истца, ее представителя, заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению частично, суд приходит к следующему:

В ходе судебного разбирательства из объяснений истца и материалов дела следует, что (дата) ФИО9 в плановом порядке была госпитализирована в КГБУЗ «ККБ» им. профессора О.В. Владимирцева.

Из медицинской карты стационарного больного (№) следует, что ФИО9 находилась в ортопедическом отделении больницы с (дата) по (дата) с диагнозом «диспластический коксартроз, справа III ст. многоплоскостная комбинированная контрактура правого тазобедренного сустава, коксалги справа». 

(дата) в плановом порядке истцу выполнено показанное оперативное вмешательство – «тотальное замещение правого тазобедренного сустава гибридным эндопротезом». Показаниями к оперативному вмешательству явились характер болевого синдрома, наличие функциональных нарушений в правом тазобедренном суставе и в походке, а также степень тяжести правостороннего коксартроза. Основной диагноз осложнен послеоперационной невропатией большеберцового, малоберцового нервов компрессионно-ишемического генеза. Вялый нижний правосторонний монопарез. Невропатический болевой синдром. 

(дата) ФИО2 выписана на амбулаторное лечение с рекомендациями лечения у врача невролога. При выписки имелись жалобы на преимущественно ночные невропатические боли в правой ноге с тенденцией к меньшей интенсивности. Рекомендовано продолжать занятия ЛФК, повторно приглашена на прием к неврологу, назначена патогенетическая терапия мононевралгии.

(дата) ФИО2 была госпитализирована в неврологическое отделение КГБУЗ «ККБ» им. профессора О.В. Владимирцева».

Из медицинской карты стационарного больного (№) следует, что ФИО9 находилась в неврологическое отделение с (дата) по (дата), поступила с жалобами на слабость в правой ноге, выраженную боль при прикосновении, невозможность самостоятельно передвигаться, отек правой ноги, временами непроизвольное подергивание мышц конечностей. За период стационарного лечения проводилась оценка неврологического статуса истца, в том числе оценка силы мышц нижних конечностей, глубоких рефлексов (ахиллова), а также оценка чувствительности и координационных проб. В рамках обследования выполнена стимуляционная электронейромиография с исследованием проводимости по периферическим нервам нижних конечностей с двух сторон; компьютерная томография поясничного отдела позвоночника. Проводилось лечение нейропатической боли, а также нейротропная терапия. 

(дата) ФИО2 была переведена в отделение медицинской реабилитации КГБУЗ «ККБ» им. Профессора О.В. Владимирцева. 

Из медицинской карты стационарного больного (№) следует, что ФИО9 находилась в реабилитационном отделении до (дата). За период стационарного лечения проводилась оценка неврологического статуса пациента, в том числе оценка силы мышц нижних конечностей, глубоких рефлексов (ахиллова), а также оценка чувствительности и координационных проб. В рамках обследования выполнено УЗИ седалищного нерва, МРТ поясничного отдела позвоночника. Проводилось лечение нейропатической боли, а также нейротропная терапия. Проводилась немедикаментозное лечение - ФТЛ, ЛФК, психологическое сопровождение.

Правовые, организационные и экономические основы охраны здоровья граждан определены Федеральным законом от (дата) № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации».

Здоровье - состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма (п. 1 ст. 2).

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (п.п. 3, 9 ст. 2).

В соответствии с п. 21 ст. 2 Федерального «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Согласно п. 2 ст. 19 Федерального «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Пунктом 9 ч. 5 ст. 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» предусмотрено право пациента на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч. 2 и ч. 3 ст. 98).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Из содержания искового заявления и пояснений ФИО2 следует, что основанием её обращения в суд с требованиями о компенсации морального вреда явилось, по ее мнению, некачественное оказание ответчиком медицинской помощи (нарушение методики проведения операции, неправильной тактики послеоперационного лечения и реабилитации, повлекшие развитие у нее невропатии большеберцового, малоберцового нервов и с установлением в последующем диагноза «невропатия седалищного нерва справа», а так же ухудшение состояния здоровья вцелом).

Пунктом 1 ст. 150 Гражданского кодекса РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом. 

В соответствии со ст. 12 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда является одним из способов защиты гражданских прав.

В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 ГК РФ.

В соответствии с положениями ст. 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно п. 1,2 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности гражданина подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 постановления Пленума Верховного суда РФ от (дата) (№) «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно абзацу 2 ст. 151 Гражданского кодекса РФ при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса РФ).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от (дата) (№) «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» по общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса РФ).

В пункте 25 данного Постановления Пленума Верховного Суда РФ разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Из разъяснений, изложенных в пункте 48 указанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ следует, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от (дата) № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации»).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

В ходе судебного разбирательства установлено, то АО «Страхования компания «СОГАЗ-Мед» провело целевую экспертизу качества медицинской помощи, оказанной ФИО2 в КГБУЗ «Краевая клиническая больница» имени профессора О.В. Владимирцева.

Согласно заключению (№) от (дата) в ходе проведения экспертизы выявлены нарушения оказания медицинской помощи, выразившиеся в невыполнении, несвоевременном и ненадлежащем выполнении необходимых пациенту диагностических и (или) лечебных мероприятий – не проведена вовремя инструментальная диагностика (ЭНМГ, УЗИ нерва или МРТ нерва), нарушен срок назначения препарата кетопрофен.

Для целей решения вопроса о наличии или отсутствии дефектов оказания медицинской помощи ФИО2, наличии или отсутствии причинно-следственной связи между полнотой, правильностью и своевременностью оказания медицинской помощи и наличием развившегося у истца заболевания «невропатии большеберцового, малоберцового нервов и с установлением в последующем диагноза «невропатия седалищного нерва справа» определением суда по делу была назначена судебная медицинская экспертиза, проведение которой было поручено экспертам АНО «Центральное бюро судебных экспертиз (№)» (адрес).

Согласно заключению судебной медицинской экспертизы (№)-МЭ от (дата) экспертная комиссия по результатам исследования материалов дела, представленных медицинских документов на имя ФИО2, пришла к выводам о том, что в период обследования и лечения ФИО10 в ортопедическом отделении (№) КГБУЗ «ККБ» им. проф. О.В. Владимирцева в период времени с (дата) по (дата) были допущены следующие недостатки оказания медицинской помощи: 1) на этапе диагностики: не проведена оценка выраженности болевого синдрома по визуальной аналоговой шкале; не выполнено рекомендованное неврологом (дата) исследование – ЭНМГ; 2) на этапе лечения после проведенного лечения: превышен рекомендуемый срок применения кетопрофена. Каких-либо иных недостатков и дефектов при оказании медицинской помощи, в том числе выполнения оперативного вмешательства «эндопротезирование тазобедренного сустава тотальное» (дата) ФИО2 в ортопедическом отделении (№) КГБУЗ «ККБ» им. проф. О.В. Владимирцева в период времени с (дата) по (дата) не установлено. Недостатки (в т.ч. дефекты) в период оказания ФИО2 медицинской помощи с (дата) по (дата) в неврологическом отделении (№) и в период с (дата) по (дата) в отделении медицинской реабилитации КГБУЗ «ККБ» им. проф. О.В. Владимирцева не допущены. При этом, причинно-следственной связи между оперативным вмешательством и развитием у ФИО2 невропатии правого большеберцового, правого малоберцового и правого седалищного нерва, а также с состоянием ее здоровья в настоящее время, в том числе с развитием двустороннего неврологического поражения обоих нижних конечностей, не установлено. При этом, экспертами отмечено, что указанные патологические состояния истца обусловлены наличием у нее другого заболевания, что подтверждается: отсутствием дефектов оказания медицинской помощи, в том числе выполнения оперативного вмешательства, в период стационарного лечения в ортопедическом отделении (№) КГБУЗ «ККБ» им. проф. О.В. Владимирцева в период с (дата) по (дата); характером и динамикой неврологической симптоматики: двусторонняя локализация процесса, выпадение коленного рефлекса (связанного с бедренным нервом, исходящим из поясничного нервного сплетения), наличие неврологического дефицита в нижних конечностях до выполнения оперативного вмешательства; наличием хронического, склонного к постоянному прогрессированию, дегенеративно-дистрофического заболевания позвоночника с циркулярными протрузиями дисков L1-2-3-4-5-S1, спондилоартрозом, ретролистезом L1, антелистезом L5, которое и явилось причиной указанных неврологических нарушений. 

Оценив вышеуказанные заключения медицинских экспертиз в совокупности с иными имеющимися в деле письменными доказательствами, суд приходит к выводу о том, что указанные заключения в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 ГПК РФ, поскольку согласуются между собой и с другими материалами дела, доказательства, опровергающие выводы экспертов, в судебном заседании не представлены, медицинские экспертизы проведены высококвалифицированными специалистами в соответствующих областях, обладающими значительным стажем работы, судебная медицинская экспертиза проведена лицами, которые помимо прочего были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по ст. 307 УК РФ. Заключения содержат описание проведенных исследований, выводы экспертов достаточно мотивированны, что позволяет признать вышеуказанные экспертные заключения относимыми, допустимыми и принять в качестве доказательств по настоящему гражданскому делу.

На основании изложенного суд приходит к выводу, что медицинская помощь ФИО2 в КГБУЗ «Краевая клиническая больница» имени профессора О.В. Владимирцева оказана с недостатками, не состоящими в причинно-следственной связи с наступившим ухудшением состояния здоровья истца, однако, не проведение на этапе диагностики оценки выраженности болевого синдрома, рекомендованного неврологом диагностической процедуры, и превышение срока приема назначенного лечащим врачом лекарственного препарата является нарушением требований к качеству медицинской услуги, нарушением прав в сфере охраны здоровья на получение качественного лечения. 

При этом, вопреки доводам представителя ответчика об отсутствии как прямой, так и косвенной причинно-следственной связи между проведенным истцу оперативным лечением и развывшимся осложнением, в данном случае юридическое значение имеет любые допущенные работниками медицинской организации нарушения, повлекшие причинение истцу моральных страданий, поскольку допущенные недостатки оказания медицинской помощи ограничили право ФИО9 на получение своевременного и отвечающего установленным стандартам лечения. При этом, ухудшение состояния здоровья человека вследствие ненадлежащего оказания ему медицинской помощи, в том числе по причине недостатков ее оказания (не проведение пациенту всех необходимых диагностических и лечебных мероприятий с целью возможной корректировки лечения, нарушение срока назначения лекарственных препаратов и т.п.), безусловно, причиняет пациенту дополнительные переживания и страдания, в том числе, в связи с испытываемыми болями, то есть причиняет вред, что является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Согласно ч.ч. 2,5 ст. 70 Федерального закона от (дата) № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» лечащий врач организует своевременное квалифицированное обследование и лечение пациента, предоставляет информацию о состоянии его здоровья, по требованию пациента или его законного представителя приглашает для консультаций врачей-специалистов, при необходимости созывает консилиум врачей для целей, установленных частью 4 статьи 47 названного Федерального закона (донорство органов и тканей человека и их трансплантация (пересадка). Рекомендации консультантов реализуются только по согласованию с лечащим врачом, за исключением случаев оказания экстренной медицинской помощи. Лечащий врач устанавливает диагноз, который является основанным на всестороннем обследовании пациента и составленным с использованием медицинских терминов медицинским заключением о заболевании (состоянии) пациента.

Так же суд не усматривает оснований согласиться с доводами представителя ответчика о необоснованном указании судебными экспертами в качестве недостатков оказания медицинской помощи несоблюдение клинических рекомендаций «Коксартроз» (утв. Министерством здравоохранения РФ, 2021 г.) и клинических рекомендаций «Мононевропатии» (утв. Министерством здравоохранения РФ, 2022 г.), которые до (дата) носили рекомендательный характер и не были обязательны для исполнения.

В соответствии с п. 2 ст. 79 Федерального закона от (дата) № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» медицинская организация обязана организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и на основе стандартов медицинской помощи. 

При оценке правильности оказания медицинской помощи с установлением наличия или отсутствия ее дефектов, соответствия проведенного лечебно-диагностического процесса и врачебной тактики обязательным принципам и рекомендациям актуальных нормативных правовых актов Министерства здравоохранения и нормативных документов, разработанных и утвержденных профессиональными некоммерческими организациями медицинских сообществ, судебными экспертами правомерно использованы, в том числе клинические рекомендации от 2021, 2022 года по установленным пациенту заболеваниям, ввиду их актуальности на момент оказания медицинской помощи в силу следующего:

Согласно п. 23 ч. 1 ст. 2 Федерального закона от (дата) № 323-ФЗ клинические рекомендации - документы, содержащие основанную на научных доказательствах структурированную информацию по вопросам профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, в том числе протоколы ведения (протоколы лечения) пациента, варианты медицинского вмешательства и описание последовательности действий медицинского работника с учетом течения заболевания, наличия осложнений и сопутствующих заболеваний, иных факторов, влияющих на результаты оказания медицинской помощи.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается в том числе на основе клинических рекомендаций и с учетом стандартов медицинской помощи (пункты 3 и 4 части 1 статьи 37 Федерального закона от (дата) № 323-ФЗ).

При разработке клинических рекомендаций используется многолетний опыт профессиональных участников сферы оказания медицинской помощи, они направлены на оказание содействия и улучшение оказания медицинской помощи, минимизацию негативных последствий, в связи с чем, могут и должны быть использованы в работе с пациентами, в целях реализации принятия всех возможных мер для лечения пациента и сокращения возможных негативных последствий. Критерии качества медицинской помощи, вошедшие в структуру клинических рекомендаций, утверждаются приказом Минздрава и, по сути, являются обязательными, поскольку на их основе разрабатываются регламенты экспертизы качества медицинской помощи. Критерий необязательности клинических рекомендаций к применению не освобождает медицинский персонал от обязанности оказания медицинской помощи пациенту в полном объеме, исходя из конкретных особенностей его заболевания, состояния здоровья, организма, возраста, а так же необходимости минимизировать возможные негативные последствия. 

Ссылки стороны ответчика на отсутствие ограничений длительности приема назначенного истцу препарата «кетопрофен» в инструкции по применению данного медицинского препарата отклоняются судом, поскольку опровергаются выводами двух медицинских экспертиз, представленных в материалы дела. Кроме этого, при определении тактики лечения и назначении лекарственных препаратов пациенту лечащий врач в первую очередь должен руководствоваться стандартами оказания медицинской помощи и клиническими рекомендациями, в рассматриваемом случае по рациональному использованию нестероидного противовоспалительного препарата, с учетом возраста пациента, его состояния и возможных побочных последствий при применении лекарственного препарата.

На основании изложенного, с учетом фактических обстоятельств дела, характера допущенных ответчиком недостатков при оказании истцу медицинской помощи, перенесенные в связи с указанными недостатками ФИО2 физические и нравственные страдания, выразившихся в переживаниях, неудобствах из-за имевшихся при поступлении к ответчику болей в тазобедренном суставе, с учетом отсутствия дефектов оказанной истцу медицинской помощи, причинно-следственной связи между оперативным вмешательством и развитием у ФИО2 послеоперационных осложнений и состоянием ее здоровья в настоящее время, с учетом принципов разумности и справедливости суд определяет ко взысканию в пользу истца ФИО2 компенсацию морального вреда с КГБУЗ «Краевая клиническая больница» имени профессора О.В. Владимирцева в размере 60 000 рублей, сочтя ее соразмерной компенсацией причиненных истцу физических и нравственных страданий в виду допущенных ответчиком недостатков оказания медицинской помощи.

Федеральный закон от (дата) № 7-ФЗ «О некоммерческих организациях» регламентирует особенности правового статуса бюджетного учреждения, имеющего специальную правоспособность, обладающего имущественными правами для решения задач, которые ставит перед ними учредитель - публичный собственник, участвуют в гражданском обороте в очерченных законом границах и сообразно целям своей деятельности, выступая в гражданских правоотношениях от своего имени и неся, по общему правилу, самостоятельную имущественную ответственность по своим обязательствам.

В соответствии со ст. 123.21 Гражданского кодекса РФ учреждением признается унитарная некоммерческая организация, созданная собственником для осуществления управленческих, социально-культурных или иных функций некоммерческого характера. Учредитель является собственником имущества созданного им учреждения. На имущество, закрепленное собственником за учреждением и приобретенное учреждением по иным основаниям, оно приобретает право оперативного управления в соответствии с настоящим Кодексом (пункт 1).

Учреждение отвечает по своим обязательствам находящимися в его распоряжении денежными средствами, а в случаях, установленных законом, также иным имуществом. При недостаточности указанных денежных средств или имущества субсидиарную ответственность по обязательствам учреждения в случаях, предусмотренных пунктами 4 - 6 статьи 123.22 и пунктом 2 статьи 123.23 настоящего Кодекса, несет собственник соответствующего имущества (пункт 3).

Согласно пункту 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от (дата) (№) «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» при разрешении споров о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, в которых субъектом ответственности выступают государственные или муниципальные унитарные предприятия, судам исходя из положений пункта 5 статьи 113 ГК РФ надлежит иметь в виду, что унитарные предприятия отвечают по своим обязательствам всем принадлежащим им имуществом. При этом в соответствии с пунктом 7 статьи 114 ГК РФ собственник имущества предприятия, основанного на праве хозяйственного ведения, не отвечает по обязательствам предприятия, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 3 статьи 56 ГК РФ, а собственник имущества предприятия, основанного на праве оперативного управления (казенного предприятия), в силу пункта 5 статьи 115 ГК РФ несет субсидиарную ответственность по обязательствам такого предприятия при недостаточности его имущества.

При разрешении названных споров, в которых субъектом ответственности выступают частные, государственные или муниципальные учреждения, судам исходя из абзаца первого пункта 2 статьи 120 ГК РФ следует учитывать, что учреждение может быть создано гражданином или юридическим лицом (частное учреждение) либо соответственно Российской Федерацией, субъектом Российской Федерации, муниципальным образованием (государственное или муниципальное учреждение). В соответствии с абзацем четвертым пункта 2 статьи 120 ГК РФ частное или бюджетное учреждение отвечает по своим обязательствам находящимися в его распоряжении денежными средствами. При недостаточности указанных денежных средств субсидиарную ответственность по обязательствам такого учреждения несет собственник его имущества.

Учитывая субсидиарный характер ответственности собственников имущества унитарных предприятий и учреждений (когда такая ответственность предусмотрена законом), судам следует привлекать таких собственников к участию в деле в качестве соответчиков в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 40 ГПК РФ.

В соответствии с пунктами 1.3 Устава КГБУЗ «ККБ (№)» министерства здравоохранения (адрес) (ныне КГБУЗ Краевая клиническая больница» им. профессора О.В. Владимирцева) учредителем больницы является (адрес). Министерство здравоохранения (адрес) является исполнительным органом, осуществляющим функции и полномочия учредителя. Учреждение находится в ведомственном подчинении учредителя. Собственником имущества является (адрес). Исполнительным органом, осуществляющим функции и полномочия собственника имущества, является министерство имущества (адрес).

В соответствии с подп.3 ч. 3 ст. 158, ч. 4 ст. 242.2 Бюджетного кодекса РФ и разъяснениями, данными в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от (дата) (№) «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетной системы Российской Федерации», к участию в деле необходимо привлекать также главного распорядителя бюджетных средств по ведомственной принадлежности.

При разрешении судом исковых требований о взыскании денежных средств с бюджетного учреждения вопрос о необходимости возложения субсидиарной ответственности на собственника имущества бюджетного учреждения должен учитываться в силу прямого указания закона.

Принимая во внимание вышеприведенные положения закона, суд полагает необходимым возложить на министерство здравоохранения (адрес), которое на основании пункта 4.3 Устава КГБУЗ Краевая клиническая больница» им. профессора О.В. Владимирцева осуществляет финансовое обеспечение данного учреждения (субсидий, предоставляемых из краевого бюджета; средств внебюджетных источников финансирования; доходов учреждения, полученных от осуществления приносящей доходы деятельности и приобретенное за счет этих доходов имущество; иные источники), субсидиарную ответственность по обязательствам, связанным с возмещением истцу морального вреда.

В соответствии с п.1 ст.103 ГПК РФ, п.1 ч.1 ст.333.19 НК РФ с ответчиков в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации, подлежит взысканию государственная пошлина в размере 300 рублей с каждого, от уплаты которой истец был освобожден при обращении в суд.

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО2 к краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Краевая клиническая больница» имени профессора О.В. Владимирцева, министерству имущества (адрес), министерству здравоохранения (адрес) о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Краевая клиническая больница» имени профессора О.В. Владимирцева министерства здравоохранения (адрес) (ОГРН 

<

***>) в пользу ФИО2 (паспорт 0810 (№)) компенсацию морального вреда в размере 60 000 рублей

(адрес)вого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Краевая клиническая больница» имени профессора О.В. Владимирцева министерства здравоохранения (адрес) (ОГРН 

<

***>) в доход бюджета городского округа (адрес) государственную пошлину в сумме 300 рублей.

В случае недостаточности денежных средств у краевого государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Краевая клиническая больница» имени профессора О.В. Владимирцева министерства здравоохранения (адрес) (ОГРН 

<

***>) денежные средства в недостающем размере подлежат взысканию с министерства здравоохранения (адрес) (ИНН 

<

***>).

В остальной части исковые требования оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в (адрес)вой суд через Центральный районный суд г. Комсомольска-на-Амуре в течение месяца со дня изготовления текста решения суда в окончательной форме

Судья А.С. Ильченко

Мотивированный текст решения изготовлен 18.10.2024