Дело № 2-323/2024

УИД 14RS0016-01-2024-000328-82 

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

15 апреля 2024 г. г. Мирный 

Мирнинский районный суд Республики Саха (Якутия) в составе председательствующего судьи Николаевой В.В., при секретаре Мудаевой Г.С., с участием старшего помощника прокурора г. Мирный РС(Я) Фучежи Е.М., истца ФИО2, представителя ответчика ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора г.Мирного к Акционерной компании «АЛРОСА» (публичное акционерное общество) о возмещении морального вреда, причиненного в связи с установлением профессионального заболевания, 

у с т а н о в и л :

Прокурор города Мирный Республики Саха (Якутия) в защиту интересов ФИО2, 

<

дата> г.р., обратился в суд с иском к АК «АЛРОСА» (ПАО), которым просит взыскать с ответчика в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 1000 000 руб.

В обоснование требований указано, что в прокуратуру г. Мирного 27.02.2024 поступило обращение ФИО2 о принятии мер прокурорского реагирования и защите его прав в связи с отказом работодателя АК «АЛРОСА» (ПАО) возместить моральный вред в результате получения травмы на производстве. 19 ноября 2023 г. в 05 час.27 мин. при выполнении ремонтных работ на подземной самоходной машине ИТГП – 200 КВ (подъемнике) по замене гидроцилиндра люльки в камере самоходного оборудования на отметке – 790 м. рудника «Интернациональный» произошло самопроизвольное опускание люльки подъемника на почву выработки, в результате чего ФИО2, находящийся вблизи от места ведения работ, получил травму ноги. Согласно акту о расследовании несчастного группового случая, произошедшего 19.11.2023, 18.11.2023 в первую смену (с 00 час. 00 мин. до 08 час.00 мин.) и.о. 

<

данные изъяты> ФИО2 и 

<

данные изъяты> ФИО3 приступили к выполнению наряд – задания на отметке – 790 м. рудника 

<

данные изъяты>» по монтажу гидроцилиндра на манипуляторе (стреле) самоходной шахтной машины для монтажных работ. В ходе производства работ люлькой прижало правую стопу ФИО2, после получения травмы был доставлен в медицинский пункт рудника, а впоследствии госпитализирован в учреждение здравоохранения. Причинами несчастного случая на производстве явились отсутствие технологической карты или технической документации на выполнение работ, что явилось нарушением ст.215 ТК РФ, необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения 

<

данные изъяты> за ходом выполнения работ, соблюдением трудовой дисциплины. На основании рассмотренных материалов расследования группового несчастного случая на производстве комиссия пришла к заключению, что несчастный случай произошел при исполнении пострадавшим трудовых обязанностей в интересах работодателя. 25 января 2024 г. ФИО2 обратился к работодателю с заявлением о компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб.; 09 апреля 2024 г. работодателем было отказано в возмещении морального вреда. Исходя из этого, а также указывая, что вследствие приобретенного в результате длительного, тяжелого труда профессионального заболевания истец испытывает сильнейшие физические и нравственные страдания, связанные с утратой здоровья, необратимости наступивших последствий, причиненный моральный вред ФИО2, которое оценивается в сумме 1000 000 руб., прокурор в интересах ФИО4 обратился в суд с настоящим иском. 

Истец ФИО2, его представитель старший помощник прокурора г. Мирного Фучежи Е.М., основываясь на доводах иска, поддержала заявленные требования и настаивает на их удовлетворении; ФИО2 согласившись с доводами иска, просит в иске удовлетворить.

Представитель ответчика ФИО1, действующий по доверенности, основываясь на письменных возражениях, просит снизить размер компенсации морального вреда, указывая, что данный несчастный случай произошел, в том числе из-за неосторожности, невнимательности, поспешности самого истца, о чем установлено комиссией по расследовании несчастного случая и отражено в акте о несчастном случае от 19.11.2023 №6/23. Так, самим истцом допущены нарушения требований, привдешие к несчастному случаю, а именно: не обеспечил надлежащее руководство слесарной группой на смене при выполнении работ по демонтажу гидроцилиндра манипулятора самоходной шахтной машины для монтажных работ МТГП-200КВ, не принял необходимых мер для устранения риску случайного опускания, находящейся в неустойчивом положении люльки, не проинструктировал 

<

данные изъяты> о безопасных приемах при выполнении демонтажа гидроцилиндра. Проводил раоты по демонтажу гидроцилиндра, не проверив безопасное состояние рабочего места перед началом ведения работ, что в целом, по мнению представителя ответчика, свидетельствует о грубой неосторожности со стороны истца при проведении ремонтных работ, приведших к несчастному случаю. Ссылаясь на изложенное, а также на разъяснения в пунктах 17 и 32 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 26.01.2010 №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», просит уменьшить размер компенсации морального вреда. 

Выслушав доводы иска и возражения по нему, изучив представленные по доказательства и оценив их в совокупности, суд приходит к следующему.

Судом установлено, следует из материалов дела, что истец ФИО2 работает в структурном подразделении 

<

данные изъяты> по профессии 

<

данные изъяты>» на основании приказа о приеме на работу № от 

<

дата>, временно, на периодл отсутствия основного работника, переведен 

<

данные изъяты> на основании приказа № от 

<

дата>. трудовые отношения между ФИО2 и 

<

данные изъяты> закреплены дополнением к трудовому договору № 

<

данные изъяты> от 

<

дата> и дополнительными соглашения к указанному трудовому договору, заключенные между работником и работодателем в период с 

<

дата> г. 

Как указано в иске, 19 ноября 2023 г. в 05:27 часов при выполнении ремонтных работ на подземной машине ИТГП – 200 КВ (подъемник) по замене гидроцилиндра люльки в камере самоходного оборудования на отметке -790 м. рудника 

<

данные изъяты>» произошло самопроизвольное опускание люльки подъемника на почву выработки, в результате чего ФИО2, находившийся вблизи от места ведения работ, получил травму.

По данному факту 19 ноября 2023 г. АК «АЛРОСА» (ПАО) в адрес Ленского управления Ростехнадзора по Республике Саха (Якутия), Государственной инспекции труда в Республике Саха (Якутия), Мирнинского филиала АО «СОГАЗ», Межрайонного СО СК РФ по Республике Саха (Якутия), ГУ РО ФСС по Республике Саха (Якутия) направлено извещение о групповом несчастном случае на производстве о том, что 19 ноября 2023 г., в первую смену (с 00:00 ч. до 08:00 ч.) в 05:27 час., при выполнении ремонтных работ на подземеной самоходной машине МТГП-200КВ (подъемнике) по замене гидроцилиндра оюльки в камере ремонта самоходного оборудования (КРСО) на отметке -790 м. на руднике «Интернациональный», произошло самопроизвольное опускание люльки подъемника на почву выработки, в результате чего работник, проводивший ремонт, получил травму правой руки, а работник, находившийся вблизи от места ведения работ, получил травму левой ноги. Пострадавших двое: ФИО2 – 

<

данные изъяты> (

<

данные изъяты>), ФИО3 – слесарь по обслуживанию и ремонту оборудования (

<

данные изъяты>); предварительный диагноз: ФИО2 – 

<

данные изъяты>, ФИО3 – 

<

данные изъяты>

По итогам расследования данного несчастного случая на производстве, составлен соответствующий акт № от 

<

дата> формы Н-1. 

Данным расследованием установлено, что ФИО2, 

<

дата> г.р., 

<

данные изъяты> (стаж работы, при выполнении которой произошел несчастный случай – 

<

дата>), прошел вводный инструктаж 16 января 2018 г., первичный инструктаж на рабочем месте по профессии или виду работу, при выполнении которой произошел несчастный случай, – 20 января 2018 г., повторный инструктаж на рабочем месте или виду работу, при выполнении которой произошел несчастный случай – 18 ноября 2023 г., также прошел стажировку с 20 по 22 января 2018., обучение по охране труда по профессии или виду работу, при выполнении которой произошел несчастный случай - с 18 по 19 февраля 2023, проверку знаний требований охраны труда по профессии или виду работу, при выполнении которой произошел несчастный случай – 20 февраля 2023 г. (протокол № 23 (М), периодический медицинский осмотр – 04 апреля 2023 г., психиатрическое освидетельствование - 01 марта 2022 г.; предсменный медицинский осмотр – 18 ноября 2023 г. (пункты 5-7.3 акта).

Несчастный случай с работником ФИО2 произошел в 

<

адрес>, рудник 

<

данные изъяты>» 

<

данные изъяты> Камера обслуживания самоходного оборудования (КОСО) гор. -790 м. (пункт 8.1 акта). 

Опасные и (или) вредные факторы, оборудование, использование которого привело к травме – опасностть удара, в том числе следствие падения; опасность травмирования движущимися частями и оборудования; опасность падения груза с высоты; опасность затягивания в подвижные части машин и механизмов (пункт 8.2 акта).

Оборудованием, использование которого привело к несчастному случаю, явилась ФИО5 самоходная шахтная для монтажных работ МТГП-200КВ, год выпуска 2020, изготовленный ООО «Опытный машиностроительный завод «АвтоМаш» (пункт 8.3 акта). 

Картой специальной оценки условий труда от 21 января 2021 г., составленного ООО «ЭСГ Охрана труда» (ИНН №), на индивидуальный номер рабочего места 610 А установлен Класс условий труда – 3.1; работник ФИО2 ознакомлен с реестром профессиональный рисков на рабочем месте №40 24 июня 2022 г. (пункты 8.4 – 8.6 акта).

Пострадавший ФИО2, был обеспечен средствами индивидуальной защиты, в частности работнику выданы новые: костюм шахтера, каска, жилет сигнальный, сапоги ПВХ, термобелье, очки защитные Uvex, перчатки Мультилайт, перчатки х/б, перчатки Cerva, маска 3М, фильтры для макси. Выдача СИЗ пострадавшему произведена в количествах, предусмотренных типовыми отраслевыми нормами, произведена 03 октября 2023 г. согласно записи в личной карточке учета выдачи СИЗ (пункт 8.7 акта).

Комиссией по итогам расследования установлены обстоятельства несчастного случая на производстве, согласно которому 1 ноября 2023 г., во 2-ю смену (с 08.00 до 16:00 час.) начальником участка ОЭМУ-1 ФИО6 был выдан наряд и.о. сменного электромеханика РЭМУ-1 ФИО7. слесарю по ремонту и обслуживанию оборудования ФИО8, на демонтаж гидроцикла манипулятора люльки самоходной шахтной машины для монтажных работ МТГП-200КВ, находящейся в КОСО гор. -790 м., и на доставку его к клетевому стволу для выдачи на поверхность. При демонтаже гидроцилиндра люлька на манипуляторе не была полностью опущена на почву, находилась в наклонном, неустойчивом положении, примерно под углом 85 градусов к почве. Каких-либо специальных подставок, упоров или иных приспособлений, придающих более устойчивое положение люльке, не использовалось. Выполнявший демонтаж цилиндра ФИО3 перед началом работ, для того, чтобы люлька не упала (не опускалась), поставил отрезок обрезной доски (размеры отрезка доски 1.6 м.*0.13м.*0.04м) под люльку, уперев один конец в край люльки, а другой – в почву выработки. Данный наряд был выполнен, гидроцилиндр был демонтирован и выдан для проведения ремонта, о чем была сделана запись в книге нарядов. После выполнения наряда установленный ФИО3 отрезок доски под люлькой остался на месте в качестве опоры люльки.

18 ноября 2023 около 22:50 час. для работы в 1-ю смену (с 00:00 до 9:00 час.) 

<

данные изъяты> ФИО2, приехал на рудник «

<

данные изъяты>» на производственном рейсовом автобусе. Сразу после приезда ФИО2 прошел предсменный медицинский смотр в здравпункте административно-бытового комбината (далее - АБК) рудника «

<

данные изъяты>», после чего переоделся в рабочую спецодежду, поужинал в столовой, после чего пошел в диспетчерскую рудника, где ознакомился с газовой обстановкой в выработках родника. С 23:30 час. до 23:45 час. ФИО2, вместе с другими работниками смены в помещении нарядной 

<

данные изъяты> МСШСТ получил наряд от заместителя начальника участка РЭМУ-1 ФИО9 под роспись в книге нарядов. По наряду смене участка РЭМУ-1 под руководством ФИО2 нужно было в Камере ремонта самоходного оборудования участка 

<

данные изъяты> (далее – КРСО) на отметке -736 м. заменить переднее правое колесо на погрузочно-доставочной машине (далее – ПДМ)№1114, упорядочить навеску рукавов высокого давления на самоходной буровой установке, после чего произвести монтаж гидроцилиндра на манипуляторе (стреле) самоходной шахтной машины для монтажных работ МТГП-200КВ, находящейся в КОСО гор. -790м. При выдаче наряда ФИО9 довел до работников общие требования охраны труда при обслуживании и ремонте горной техники. Ознакомление работников смены с технологическими картами или иными нормативными документами, регламентирующими монтаж гидроцилиндра на манипуляторе машины для монтажных работ МТГП-200КВ при выдаче наряда, не проводилось. После получения наряда ФИО2 вместе с другими работниками смены пошел в ламповую рудника, где он получил шахтный индивидуальный светильник, газоанализатор и самоспасатель, после чего пошел к клетевому стволу, по которому он вместе со сменой спустился в клети на девятый горизонт (гор. -625м.). С девятого горизонта ФИО2 вместе с другими работниками доехал на машине для перевозки людей до КРСО на отм. – 736м., где примерно до 04:00 час. он руководил работами по наряду, а именно: работами по замене колеса на ПДМ, упорядочиванию рукавом высокого давления на буровой установке. Около 04:15 час. ФИО2 вместе со слесарем по ремонту и обслуживанию ФИО3. На машине для перевозки людей прибыли в КСО гор. – 790 м., где они приступили к выполнению наряда по монтажу гидроцилиндра на манипуляторе (стреле) самоходной шахтной машины для монтажных работ МТГП-200КВ. При монтаже гидроцилиндра люлька на манипуляторе не была полностью опущена на почву, находилась в наклонном, неустойчивом положении, примерно под углом 85 градусов к почве. Каких-либо специальных поставок, упоров или иных специальных приспособлений, придающих более устойчивое положение люльке, не использовалось. Под люлькой находился отрезок доски, установленный 14.11.2023 ФИО3, чтобы люлька не упала (не опустилась): один конец отрезка доски был уперт в край люльки, а другой – в почву выработки. Вначале ФИО2 с ФИО3 установили стальной «палец», фиксирующий проушину со стороны гидроцилиндра. После чего они приступили к установке «пальца», фиксирующего проушину штока гидроцилиндра. Примерно в 05:27 час. при установке «пальца», фиксирующего проушину штока гидроцилиндра, ФИО3 пришлось забивать данный «палец» с помощью кувалды. При ударе кувалдой по «пальцу» произошел резонанс конструкции люльки, вследствие чего доска «сыграла» (слетела) и упала на почву, люлька резко опустилась, при этом прижав краем правую стопу находившегося вблизи люльки ФИО10 и причинив ушиб правой руки и плеча ФИО3 Испытав болевой шок, ФИО2 закричал, попросил ФИО3 помочь ему освободить зажатую между краем люльки и почвой правую стопу. ФИО3 с помощью отрезка доски смог приподнять люльку, тем самым освободив правую стопу ФИО2, после чего ФИО3 помог ФИО2 сесть в машину для перевозки людей. Сам сел за управление машиной и доставил ФИО2 в КРСО гор. -736 м. Из КРСО РЭМУ-1 отм. -736 м. работники смены участка РЭМУ-1 по телефону сообщили диспетчеру рудника и руководству участка о произошедшем несчастном случае, после чего около 06:00 час. была организована транспортировка пострадавшего ФИО2 на поверхность. Около 06:30 час. пострадавший ФИО2 на носилках был доставлен от клетевого ствола в здравпункт рудника для осмотра и оценки состояния здоровья. Дежурный фельдшер здравпункта, осмотрев и оценив состояние здоровья ФИО2, направила его в приемный покой МЦРБ для врачебной помощи, куда он был доставлен на автомобиле скорой помощи около 07:20 час.

Согласно медицинскому заключению о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести, выданной ГБУ Республики Саха (Якутия) «Мирниснкая ЦРБ» от 20.11.2023, ФИО2 поставлен диагноз и код диагноза по МКБ-10: 

<

данные изъяты>. Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве указанное повреждение относится к категории «тяжелая».

Комиссией установлено, что причинами несчастного случая являются:

- основная: отсутствие технологической карты или другой технической документации на выполняемую работу, выразившееся в нарушении ст. 215 ТК РФ, пунктов 2.4, 3.1.6. Инструкции по охране труда и безопасности для слесаря по обслуживанию и ремонту оборудования № 

<

данные изъяты> пунктов 2.1.1, 2.1.8, 2.1.12, 2.1.16 должностной инструкции для электромеханика сменного участка 

<

данные изъяты> пункта 2.1.5 должностной инструкции заместителя начальника 

<

данные изъяты>пункта 2.52.6 должностной инструкции главного механика 

<

данные изъяты> пункта 2.27 должностной инструкции главного механика 

<

данные изъяты>

- сопутствующие: прочие причины, квалифицированные по материалам расследования несчастного случая, в том числе неосторожность, невнимательность, поспешность. Необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины, выразившееся в нарушении пункта 2.2.2 должностной инструкции заместителя начальника 

<

данные изъяты> пункта 2.1.2 должностной инструкции начальника 

<

данные изъяты> пункта 2.28 должностной инструкции главного механика 

<

данные изъяты> пункта 2.12 должностной инструкции главного инженера 

<

данные изъяты> пункта 2.24 должностной инструкции управляющего 

<

данные изъяты> пункта 2.52.1 должностной инструкции главного механика 

<

данные изъяты> пункта 3.1.25 должностной инструкции заместителя директора по ПБ-руководителя службы 

<

данные изъяты> пункта 2.26 должностной инструкции главного инженера 

<

данные изъяты>

Комиссия с учетом обстоятельств несчастного случая, установила виновных лиц допустивших нарушения требований законодательства и иных нормативных правовых актов, локальных нормативных актов, приведших к несчастному случаю. 

Так, лицами, допустившими нарушение требований охраны, установлен, в том числе ФИО2, 

<

данные изъяты>, который не обеспечил надлежащее руководство слесарной группой на смене при выполнении работ по демонтажу гидроцилиндра манипулятора самоходной шахтной машины для монтажных работ МТГП-200КВ, не принял необходимых мер для устранения риска случайного опускания находившейся в неустойчивом положении люльки, не проинструктировал ФИО8, 

<

данные изъяты>, о безопасных приемах при выполнении демонтажа гидроцилиндра, провел работы по демонтажу гидроцилиндра, не проверив безопасное состояние рабочего места перед началом ведения работ в нарушение требований ст. 215 ТК РФ, п.2.1.1, п. 2.1.8, п. 2.1.12, п. 2.1.16 должностной инструкции электромеханика сменного участка 

<

данные изъяты>, согласно которым работник обязан соблюдать требования охраны труда; сменный электромеханик обязан выдавать наряд-задание на смену, руководить работой слесарной группы непосредственно на смене; соблюдать правила техники безопасности, охраны труда; инструктировать работников, пользующихся устройствами и оборудованием о правилах их эксплуатации; не проводить работы по наряд-заданию, не выполнив проверку безопасности состояния каждого рабочего места переда началом работ. 

Иными лица, допустившими нарушение требований охрану труда, усановлены: ФИО3, 

<

данные изъяты>, ФИО9, 

<

данные изъяты>, ФИО6, 

<

данные изъяты> ФИО11, 

<

данные изъяты> ФИО12, 

<

данные изъяты> ФИО13, 

<

данные изъяты> ФИО14, 

<

данные изъяты>, Клещ А.В., 

<

данные изъяты>, ФИО15, 

<

данные изъяты>

Исходя из изложенного, руководствуясь положениями ст. 230 Трудового кодекса Российской Федерации, п. 18 Положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях, форм документов, соответствующих классификаторов, необходимых для расследования несчастных случаев на производстве», утв. Приказом Министерства труда и социальной защиты РФ от 20 апреля 2022 №223Н, учитывая содержимое собранных материалов расследования, Комиссия квалифицировала данный несчастный случай, произошедший 19 ноября 2023 г. с ФИО2, ФИО3 при исполнении пострадавшими трудовых обязанностей в интересах работодателя, как несчастный случай на производстве, подлежащий учету и регистрации в 

<

данные изъяты>_ с оформлением актов по форме Н-1 на ФИО2, ФИО3 отдельно, а также определил меры по устранению причин, способствующих наступлению несчастного случая, и сроки их исполнения.

С актом о несчастном случае на производстве № от 20.12.2023 истец ФИО2 ознакомлен 

<

дата>

Истец ФИО2 обратился в АК «АЛРОСА» (ПАО) с заявлением о возмещении морального вреда в размере 1 000 000 руб., в котором 09 февраля 2024 г. АК «АЛРОСА» (ПАО) отказала в выплате компенсации морального вреда, сославшись на то, что Коллективным договором и иными локальными нормативными актами, действующими в Компании, не регламентированы выплаты по компенсации морального вреда в случае получения работником травм в результате несчастного случая на производстве. При этом разъяснив, что Коллективным договором между АК «АЛРОСА» (ПАО) и Общественной организацией межрегиональный профессиональный союз работников АК «АЛРОСА» (ПАР) «ПРОФАЛМАЗ» на 2023-2025 г.г. (п.8.16) предусмотрены гарантии работникам, пострадавшим в результате несчастного случая на производстве. В соответствии с данным пунктом Коллективного договора, в случае получения работником травм в результате несчастного случая на производстве. Компания предоставляет компенсационную выплату, связанную с возмещением вреда здоровью работника, причиненного в результате несчастного случая на производстве, для оплаты комплекса реабилитационно-восстановительных мероприятий. Кроме того, Коллективным установлены критерии определения пределов компенсационной выплаты. 

Данное обстоятельство послужило основанием для обращения в суд с настоящим иском о возмещении морального вреда. При этом стороной истца не оспаривается акт о несчастном случае на производстве №6/23 от 20.12.2023.

Возражая против требования о компенсации морального вреда в сумме 1 000 000 руб. и заявляя об уменьшении (снижении) его размера, представитель ответчика указывает на то, что грубая неосторожность самого работника содействовала возникновению вреда, причиненного его здоровью, о чем установлено комиссией по расследованию несчастного случая на производства.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 "Обязательства вследствие причинения вреда" (статьи 1064 - 1101) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей (часть 2 статьи 7), каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены (часть 3 статьи 37), каждый имеет право на охрану здоровья (часть 1 статьи 41), каждому гарантируется право на судебную защиту (часть 1 статьи 46).

Из данных положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что каждый имеет право на справедливое и соразмерное возмещение вреда, в том числе и морального, причиненного повреждением здоровья вследствие необеспечения работодателем безопасных условий труда, а также имеет право требовать такого возмещения в судебном порядке.

Согласно части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Таким образом, никакие иные акты, за исключением федеральных законов в предусмотренных статьей 55 Конституции Российской Федерации случаях, не могут умалять и ограничивать право гражданина на полное возмещение вреда, причиненного повреждением здоровья. Соответственно, не могут ограничивать это право также и заключенные в соответствии с трудовым законодательством отраслевые соглашения и коллективные договоры.

В соответствии с частью 2 статьи 9 Трудового кодекса Российской Федерации коллективные договоры, соглашения, трудовые договоры не могут содержать условий, ограничивающих права или снижающих уровень гарантий работников по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Если такие условия включены в коллективный договор, соглашение или трудовой договор, то они не подлежат применению.

Согласно статье 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Из содержания данных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их взаимосвязи следует, что в случае спора размер компенсации морального вреда определяется судом по указанным выше критериям вне зависимости от размера, установленного соглашением сторон, и вне зависимости от имущественного ущерба, которым в случае трудового увечья или профессионального заболевания является утраченный средний заработок работника.

В силу пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 данного кодекса).

В соответствии со статьей 1064 названного кодекса вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (пункт 1).

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2).

Пунктом 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (пункт 1 статьи 1085), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (статья 1089), а также при возмещении расходов на погребение (статья 1094).

В соответствии с пунктом 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

При отсутствии вины владельца источника повышенной опасности, при наличии грубой неосторожности лица, жизни или здоровью которого причинен вред, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности (кроме случаев, когда вред причинен вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего). В этом случае размер возмещения вреда, за исключением расходов, предусмотренных абзацем третьим пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, подлежит уменьшению (абзац второй пункта 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина").

Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.) (абзац третий пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина").

В абзаце пятом пункта 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" внимание судов обращено на то, что размер возмещения вреда в силу пункта 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть уменьшен судом с учетом имущественного положения причинителя вреда - гражданина, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Таким образом, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. Если при причинении вреда жизни или здоровью гражданина имела место грубая неосторожность потерпевшего и отсутствовала вина причинителя вреда, в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, суд не вправе полностью освободить владельца источника повышенной опасности от ответственности, но размер возмещения вреда должен быть уменьшен судом. Вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться судом с учетом фактических обстоятельств дела. Соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда надлежит привести в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

В пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что вина в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

В абзаце 2 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им трудовых обязанностей, осуществляется в рамках обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний (часть восьмая статьи 216.1 Трудового кодекса Российской Федерации). Однако компенсация морального вреда в порядке обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний не предусмотрена и согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" осуществляется причинителем вреда.

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (статья 237 ТК РФ) (абзац 4 пункта 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Положения отраслевых соглашений и коллективных договоров означают лишь обязанность работодателя при наличии соответствующих оснований выплатить в бесспорном порядке компенсацию морального вреда в предусмотренном размере.

Таким образом, взыскание судом компенсации морального вреда при причинении вреда здоровью работника во время исполнения им трудовых не ограничено условиями положения и определяется исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

В соответствии с частью 2 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Из установленных обстоятельств дела следует, что причиной случившегося 19 ноября 2023 г. на гор. – 790м. рудника «

<

данные изъяты> явились, в числе прочего нарушение самим истцом, 

<

данные изъяты> требований правил техники безопасности, охраны труда при выполнении работ по монтажу гидроцилиндра на манипуляторе (стреле) самоходной шахтной машины для монтажных работ МТГП-200КВ, повлекшего резкое падение (опускание) люльки, находившейся в неустойчивом положении, на почву выработки, в результате которого краем люльки зажало правую стопу находившегося вблизи люльки ФИО2 

Таким образом, грубая неосторожность самого потерпевшего ФИО2, который в нарушении должностных обязанностей, требований правил техники безопасности, охраны труда, будучи и.о. сменным электромехаником участка РЭМУ-1, руководившим работы слесарной группы непосредственно на смене, не принял необходимых мер для устранения риска случайного опускания находившейся в неустойчивом положении люльки, не проинструктировал ФИО8, слесаря по обслуживанию и ремонту оборудования участка РЭМУ-1, о безопасных приемах при выполнении демонтажа гидроцилиндра, допустил проведение работ по демонтажу гидроцилиндра, не проверив безопасное состояние рабочего места перед началом ведения работ, содействовавшего возникновению вреда здоровью самому истцу и другому работнику.

Частью 1 статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Таким образом, обстоятельств, исключающих гражданско-правовую ответственность ответчика АК «АЛРОСА» (ПАО) вследствие смерти супруга истицы при исполнении им трудовых обязанностей не имеется. 

Стороной ответчика доказательств обратного не представлено, материалы дела не содержат таковых сведений.

Исходя из изложенного, ответчик АК «АЛРОСА (ПАО) должна нести ответственность за вред, причиненный в результате указанных действий, перед истицей.

Установлено, что истец до настоящего времени находится на листке нетрудоспособности.

Таким образом, исходя из установленных судом обстоятельств в совокупности, принимая во внимание повреждение здоровья истца при исполнении трудовых обязанностей, вследствие профессионального заболевания, полученного в период трудовой деятельности в АК «АЛРОСА» (ПАО), а также причиненных истцу нравственных страданий связанных с ампутацией пальцев ноги вследствие полученной травмы, необратимости наступивших последствий, при этом учитывая неосторожность, невнимательность и поспешность самого истца при исполнении трудовых обязанностей, которая оценивается как грубая неосторожность, повлекшего наступлению вреда здоровью самому истцу, суд считает справедливым и соразмерным определить размер причиненного истцу морального вреда в сумме 200 000 руб. 

В соответствии с ч.1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Моральный вред, хотя он и определяется судом в конкретной денежной сумме, признается законом вредом неимущественным и, следовательно, государственная пошлина должна взиматься на основании подп. 3 п. 1 ст. 333.19 НК РФ, а не в процентном отношении к сумме, определенной судом в качестве компенсации причиненного истцу морального вреда.

При данных обстоятельствах подлежит взысканию с ответчика АК «АЛРОСА» (ПАО) государственная пошлина в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации, в размере 300 руб. за требование неимущественного характера.

Исходя из изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Иск удовлетворить частично.

Взыскать с Акционерной компании «АЛРОСА» (публичное акционерное общество) в пользу ФИО2 в возмещение морального вреда, связанных с установлением профессионального заболевания, сумму в размере 200 000 руб. 

Взыскать с Акционерной компании «АЛРОСА» (публичное акционерное общество) в доход государства государственную пошлину в размере 300 руб. 

Идентификатор ФИО2: 

<

дата>.р., уроженец 

<

данные изъяты>, гражданство 

<

данные изъяты>, паспорт №, выданный 

<

дата> г. 

<

данные изъяты>, код подразделения №, проживающий по адресу: 

<

адрес>

Идентификатор АК «АЛРОСА» (ПАО): ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, местонахождения: 

<

...>.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Саха (Якутия) в течение месяца через Мирнинский районный суд Республики Саха (Якутия) со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий В.В. Николаева

Решение в окончательной форме изготовлено 08 мая 2024 г.