Судья Хижняк П.А. Дело № 22-2157/24

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Краснодар 4 апреля 2024 года

Суд апелляционной инстанции по уголовным делам Краснодарского краевого суда в составе

Председательствующего Еремеевой А.Г.

При секретаре Кобзевой Т.Ю.

С участием прокурора Челебиева А.Н.

Адвоката Леонова Р.А.

Рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционной жалобе адвоката Шиковой Ю.В. на приговор Белоглинского районного суда от 23 июня 2023 года, которым

Б.

родившаяся ..........

в ............

............

............

............

............

осуждена по п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 6 месяцам исправительных работ с удержанием 5% из заработка в доход государства.

Взыскано в пользу Е. в счет возмещения материального ущерба 25 212 рублей.

Заслушав доклад судьи Еремеевой А.Г., объяснение адвоката Леонова Р.А. по доводам жалобы, мнение прокурора Челебиева А.Н. об оставлении судебного решения без изменения, суд апелляционной инстанции

установил:

приговором суда Б. признана виновной в совершении кражи с причинением значительного ущерба гражданину при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В апелляционной жалобе адвокат Шикова Ю.В., в защиту интересов осужденной Б. просит обвинительный приговор отменить, вынести оправдательный приговор. В обоснование указывает, что выводы суда не соответствуют обстоятельствам уголовного дела, оценка доказательствам дана заведомо с обвинительным уклоном, без учета доказательств, представленных стороной защиты. Б. вменяется, что она совершила кражу способом, который невозможно реализовать на практике, спрятав кошелек в рукав пальто, при этом нарушены принципы состязательности и презумпции невиновности, суд полностью проигнорировал данное обстоятельство, а стороной обвинения не представлено доказательств обратного. Оставлены без внимания показания свидетелей Н. и А. о том, что Б. по пути из ............ из машины не выходила, Н. довез их до дома и через некоторое время приехали сотрудники полиции, поэтому у Б. не было возможности избавиться от кошелька, выбросив его в реку Меклета. Все обвинение строится на показаниях Б., зафиксированных в акте ее опроса от 30.10. 2022 года и при осмотре места возле реки от 02.11.2022 года с е участием. Б. пояснила, что объяснений, зафиксированных в акте и протоколе осмотра, она не давала, а изложенное в них не соответствуют действительности. Стороной защиты было заявлено ходатайство об исключении данных доказательств, как добытых с нарушением закона, в удовлетворении ходатайства судом необоснованно отказано. Из ответа от 10.04.2023 года ОМВД РФ по Белоглинскому району на запрос адвоката, следует, что Б. находилась в отделе полиции в период с 17:21 до 21:10, это подтверждается записью в книге регистрации посетителей отдела полиции, соответственно время опроса с 16:20 до 16:55, является ложным, поэтому однозначно можно сказать, что опрос Б. сфальсифицирован сотрудниками полиции. Однако, суд пришел к выводу, что подпись Б. делает его правдивым и законным. При этом подсудимая неоднократно заявляла, что подписала данный документ под психологическим давлением сотрудников полиции и содержащая в опросе информация не соответствует действительности. Опрос проведен в отсутствие защитника, без ведения видеозаписи, в связи с чем, доказательств добровольного признания вины и добровольности подписания объяснений подсудимой, нет. Показания понятых И. и К., участвовавших в осмотре места происшествия 2 ноября 2022 года также не доказывают виновность Б., так как являются производными от ее признательных показаний, которые могут быть положены в основу обвинения лишь при подтверждении их совокупностью имеющихся в уголовном деле доказательств. Указанные понятые часто сотрудничают с органами следствия, дознания, оперативными сотрудниками, в различных следственных и оперативно-розыскных мероприятиях, чего сами не отрицают. Все доказательства, на которых построен приговор, имеют противоречия. Так, понятые уверенно заявляли, что протокол осмотра места происшествия от 02.11.2022 года проводился Ж. и при подписании они ознакомились с протоколом. Однако, протокол составлен оперуполномоченным Д., эти обстоятельства вызывают сомнения о заполнении протокола в момент его подписания. Б. также утверждала в судебном заседании, что все расписались в чистых бланках. При расследовании дела не было принято никаких действий к розыску кошелька потерпевшей, окрестности магазина не осмотрены, обыск в жилище Б. не проводился, не было исследовано дно реки, куда якобы был выброшен кошелек, личный обыск Б. не проводился. Версия о том, что кошелек был выброшен в реку, появилась уже в отделе полиции. Также следует отказать в удовлетворении исковых требований, так как не установлена причинно-следственная связь, причастность Б. к преступлению не доказана.

В возражениях на жалобу прокурор Г. считает приговор правосудным и просит оставить его без изменения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы жалобы и возражений, выслушав стороны, суд апелляционной инстанции находит приговор подлежащим отмене по следующим основаниям.

Согласно ст. 389.15 УПК РФ основаниями для отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона и несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции.

Такие нарушения по уголовному делу допущены.

В соответствии с требованиями ст. 297 УПК РФ приговор должен быть законным, обоснованным и справедливым, и признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

В соответствии с приговором суд признал установленным, что 30.10.2022 года Б. в помещении торгового зала магазина «Мали», расположенного по адресу: ............, обнаружила на стеллаже оставленный без присмотра кошелек бирюзового цвета, принадлежащий Е., который находился в месте, известном собственнику, имеющему возможность вернуться за кошельком. Б., убрав кошелек в рукав верхней одежды, вышла из магазина вместе со своей дочерью, не осведомленной о преступных действиях, и распорядилась похищенным имуществом по своему усмотрению, причинив ущерб на общую сумму 25 212 рублей.

В судебном заседании Б. вину не признала, пояснила, что пришла в магазин «Мали» с дочерью для приобретения костюма, с собой был красный кошелек с суммой примерно 5 000 рублей, так как ранее она потратила часть денег в другом магазине. Она рассчиталась за костюм, положила его в пакет, сверху кошелек и на автомобиле отца, который их ждал у магазина, поехали в «Магнит», после этого поехали домой. Через некоторое время к ним пришли сотрудники полиции, ее долго допрашивал З., спросил: « не хочет ли она рассказать ему что-то наедине», она ответила, что нет. Тогда он предложил поехать в отдел, где проверил телефоны на предмет краденных, снял отпечатки. Дочь А. попросил выйти, а ее стал запугивать, говорил, что дочь привлекут к уголовной ответственности как соучастницу, она круглая отличница и в школе на хорошем счету, и что ей необходимо все взять на себя, а они быстро это все замнут. Он составил свою версию, она подписала, переживая за свою дочь, однако сама таких пояснений не давала. З. сказал, что нужно сделать фотографию, где она должна указать, место, куда якобы выбросила кошелек. Когда приехали на реку, З. сказал, чтобы она встала на место и указала направление, чтобы сфотографировать. Потом ее отвезли домой, она подписала пустые бланки, никаких пояснений при этом она не давала. Ей не разъяснялись права, не приглашался адвокат.

Указанные показания требовали тщательной проверки в стадии судебного разбирательства и оценки в совокупности с другими доказательствами по делу, с приведением обоснования признания доказанным не факта хищения кошелька, а доказанности вины Б. в совершении его кражи, как это согласно приговору установил суд.

Из приговора следует, что суд признал установленным, что о хищении кошелька Б. свидетельствуют показания потерпевшей Е. о том, что она в магазине «Мали» положила кошелек и жилетку с телефоном на тумбу в непосредственной близости от примерочных, но так как они были заняты, она отвлеклась и пошла в другую сторону зала. Через время, увидела, что из примерочной выходит Б. с двумя костюмами. Она также взяла один костюм и пошла на кассу, чтобы оплатить, однако не нашла кошелек на месте, где его оставила. Выбежав на улицу, она увидела людей, которые были в магазине, они показали свои вещи, разделись, кошелька у них не было. Они сказали, что запомнили женщину с дочерью, так как они «шушукались» в примерочной. В кошельке было 24 500 рублей – 4 купюры по 5 000, одна 2 000, две по 1 000 и одна 500 рулей, кошелек особой ценности не представляет.

Из показаний свидетеля Л. суд установил, что Е. и Б. знает, как покупателей магазина. В этот день в магазине было три мамы с дочками, Е. была одна, присматривала себе кофточку, когда примеряла кофту, на прилавке лежали сумка и пакеты, в руках был кошелек. В отделе одежды также находились Б. с дочерью и о чем - то шептались. На кассе Е. стала кричать, что у нее пропал кошелек, в это момент Б. рассчиталась за костюм и ушла. Е. говорила, что оставила кошелек в углу на витрине с нижним бельем, стали искать, но не нашли. Сотрудники полиции приехали сразу после звонка Е.. У В. кошелька не было, а Б. уже уехала.

Из показаний свидетеля В. суд установил, что Е. и Б. не знает, в магазине она была со своей дочерью, Б. была с дочерью, а Е. одна. Находясь в примерочной, они слышали, что рядом Б. с дочерью тихо разговаривают. Они в кассе расплатились за покупки, вышли на улицу, их догнала Е., сказала, что у нее похитили кошелек, она показала свои вещи и свой кошелек. Аналогичные показания дала свидетель М.

Из показаний свидетелей – понятых, ФИО1 и К. суд установил, что они были приглашены в качестве понятых на местность в районе реки Меклета. В ходе осмотра места происшествия 02.11.2022 года, Б. пояснила, что в конце октября 2022 года в обеденное время находилась в магазине «Мали», обнаружила на прилавке кошелек и похитила его, затем показала место, куда она выбросила кошелек со всем содержимым - денежными средствами и банковскими картами. 

Из показаний свидетеля Ж. – оперативного работника, суд установил, что проводилось оперативно-розыскное мероприятие по заявлению Е. о краже кошелька. Осматривались видеокамеры в магазине, опрашивались продавцы магазина, было видно, что Б. с дочерью садятся в автомобиль, был установлен собственник автомобиля – Н.. Б. пригласили в отдел, провели опрос в присутствии З., был составлен акт, перед началом опроса Б. разъяснялись права, она сама все прочитала и подписала. Осмотр места происшествия проведен через 1-2 дня, присутствовал ФИО2 и два понятых. Приехала также Б. на реку Меклета, он стоял в стороне и видел, как она показывала, каким образом выбросила кошелек в реку, а ФИО2 в это время заполнял бланк. Из показаний свидетеля З. суд установил, что он является оперативным сотрудником. 30.10.2022 года была получена информация из дежурной части о хищении кошелька в магазине «Мали», по указанному адресу выехали он, следователь и эксперт, видеонаблюдение отсутствовало, продавец указал приметы покупателей, находящихся в момент кражи в магазине. По видеокамерам было видно, что две женщины сели в автомобиль, установили владельца автомобиля, им оказался Н. -отец Б., он указал адрес, где она проживает. В отделе Б. была опрошена инспектором уголовного розыска, ей разъяснялись права, она расписалась, в процессе длительного разговора, Б. во всем призналась.

Из показаний свидетеля Д. суд установил, что он является работником правоохранительных органов. С его участием проводился осмотр места происшествия на реке Меклета, где Б. рукой указала направление, куда выбросила кошелек, участок был осмотрен, кошелек не нашли.

Из показаний свидетелей А. суд установил, что мама в магазине выбирала костюм, примеряла в раздевалке, на кассе оплатили покупку, затем еще зашли в «Магнит» и поехали домой, у мамы с собой был красный кошелек.

Из показаний свидетеля Н. суд установил, что 30.10.202 года он возил в магазины в ............ дочь и внучку, высадил их возле дома, они живут отдельно. Через время к нему приехали сотрудники правоохранительных органов, и он отвез дочь и внучку в отдел полиции. 

Судом в приговоре также приведены в качестве доказательств вины осужденной письменные доказательства: протоколы осмотра места происшествия, заключение эксперта о стоимости кошелька, протокол осмотра документов с фототаблицами от 17 декабря 2022 года, осмотрены документы, представленные 09 ноября 2022 года по результатам оперативно-розыскной деятельности, постановление о представлении результатов оперативно-розыскной деятельности органу дознания от 31.10.2022 года, постановление о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну, и их носителей от 21.10.2022 года, в соответствии с которым рассекречены сведения в отношении Б. по результатам ОРМ «Опрос», о признании указанных документов вещественными доказательствами.

Указанные доказательства суд посчитал достаточными для признания вины Б. и в описательно-мотивировочной части обвинительного приговора, предусматривающей приведение доказательств, на которых основаны выводы суда о виновности подсудимой, а также приведение мотивов, по которым суд отверг другие доказательства, суд указал следующее: «объем представленных и исследованных в судебном заседании доказательств в соответствии с ч. 1 ст. 88 УПК РФ суд находит достаточными для разрешения уголовного дела. Совокупность всех исследованных в судебном заседании доказательств приводит суд к достоверному выводу о совершении подсудимой Б. инкриминируемого ей преступления при изложенных в приговоре обстоятельствах.» 

Вместе с тем, с учетом всех доказательств, собранных по делу и исследованных в судебном заседании, нельзя сделать вывод, что доказательства, положенные в основу приговора, соответствуют требованиям закона, получены в установленном порядке, не противоречат друг другу. А их совокупность достаточна для принятия решения о виновности осужденной в совершении преступления.

При оценке доказательств, суд принял во внимание только представленные стороной обвинения, а доводы стороны защиты о недопустимости этих доказательств, оставил без внимания и удовлетворения.

Суд первой инстанции в качестве доказательств вины Б. сослался на протокол ее опроса и протокол осмотра места происшествия с ее участием у реки Меклета, где, по словам, Б., был выброшен кошелек. Как видно из материалов уголовного дела, данные действия выполнены без участия адвоката, без проведения видеозаписи, с использованием результатов оперативно-розыскной деятельности, не отвечающим требованиям, предъявляемым к доказательствам в соответствии с УПК РФ. Указанные доказательства обвинения, на которые сослался суд в приговоре, судом не исследованы с точки зрения законности этих действий и не получили оценки.

Вместе с тем, адвокатом обоснованно указывалось на недопустимость указанных доказательств, добытых с нарушением закона, однако игнорируя доводы адвоката, в этой части, а также о признании недопустимыми доказательствами показаний свидетелей Ж. и З., суд фактически нарушил положения ст. 15 УПК РФ, не обеспечив в полной мере соблюдение принципа состязательности и равноправия сторон, поскольку при одних и тех же обстоятельствах, отказал в удовлетворении мотивированного ходатайства стороны защиты о признании доказательств недопустимыми, нарушив, тем самым право Б. на защиту.

Кроме того, в нарушение требований п. 2 ст. 307 УПК РФ суд при вынесении итогового решения по делу проигнорировал представленные в ходе судебного следствия доказательства стороны защиты. Так, суд не принял во внимание показания свидетелей Н. о том, что после произведенных покупок, он отвез дочь Б. и внучку А. домой. Эти обстоятельства подтвердила и А., показав, что выйдя из магазина «Мали», они заехали в «Магнит» и сразу поехали домой. Данные показания свидетелей, опровергают факт нахождения Б. на берегу реки Меклета, с целью избавиться от кошелька, принадлежащего Е. Указанным обстоятельствам оценки судом в приговоре не дано. Не приведено в приговоре и мотивов, по которым суд отверг эти доказательства.

В соответствии с ч. 1, 2 ст. 88 УПК РФ каждое доказательство подлежит оценке с точки зрения относимости, допустимости, достоверности, а все собранные доказательства в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела.

Доказательства, полученные с нарушением требований Уголовно-процессуального закона в соответствии с ч. 1 ст. 75 УПК РФ являются недопустимыми. Недопустимые доказательства не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу обвинения, а также использоваться для доказывания любого из обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК РФ.

В соответствии со ст. 89 УПК РФ в процессе доказывания запрещается использование результатов оперативно-розыскной деятельности, если они не отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам уголовно-процессуальным законом.

Так, в материалах дела содержатся результаты оперативно-розыскной деятельности в отношении Б. по результатам ОРМ, постановление о рассекречивании сведений, составляющих государственную тайну и их носителей, в соответствии с которым рассекречены результаты ОРД по результатам ОРМ «Опрос» Б., в ходе которого получена оперативная информация о причастности Б. к краже кошелька.

Данные результаты ОРМ в виде «Опроса» Б. нельзя признать доказательствами по делу. Материалами дела и в судебном заседании установлено, что Е. по поводу кражи кошелька сразу обратилась в полицию 30.10.2022 года в 14 часов 55 минут, (т.1, л.д. 15), данное заявление зарегистрировано в КУСП в этот же день за № 3078 с резолюцией принять решение в порядке ст. 144-145 УПК РФ, поэтому последующие действия по проведению ОРМ не отвечают требованиям Федерального Закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» и нормам УПК, предъявляемым к доказательствам. 

Более того, как показали свидетели - оперуполномоченные Ж., З., Д., «Опрос» и показания Б. на месте происшествия в районе реки Меклета проводились без адвоката.

Между тем, в судебном заседании Б. свои пояснения, данные в ходе оперативно-розыскных мероприятий о причастности к совершению преступления, не подтвердила, также пояснила, что права ей не разъяснялись, в том числе и право пользоваться услугами адвоката, защитника ей не предоставляли, не разъяснялись положения ст. 51 Конституции РФ. Б. утверждала, что на нее оказывалось незаконное воздействие со стороны оперативных сотрудников, однако указанные обстоятельства судом не проверены и им не дана оценка в приговоре. 

В соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 6 февраля 2004 года № 44-). Недопустимо воспроизведение в ходе судебного разбирательства содержание показаний подозреваемого, обвиняемого, данных в ходе досудебного производства по уголовному делу в отсутствие защитника и не подтвержденных им в суде, путем допроса в качестве свидетеля дознавателем или следователем, проводивших дознание или предварительное следствие. 

В соответствии с ч. 2 ст. 48 Конституции и на основании п. 6 ч. 3 ст. 49 УПК РФ каждое лицо, в отношении которого проводится проверка сообщения о преступлении в порядке, предусмотренном ст. 144 УПК РФ, имеет право пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента начала осуществления процессуальных действий, затрагивающих права и свободы этого лица.

Решения Конституционного Суда Российской Федерации сохраняют свою силу, а выраженные в них правовые позиции применимы и к ситуации, когда выступающее в официальном качестве должностное лицо в ходе оперативно-розыскного мероприятия, проводит опрос гражданина, направленный на выявление фактов и обстоятельств, уличающих данного гражданина в совершении преступления, тем более если он делает заявление о совершенном преступлении. С этого момента в отношении него подлежат непосредственному действию нормы Конституции Российской Федерации, обеспечивающие в том числе предоставление квалифицированной юридической помощи (ст. 48) и право не свидетельствовать против самого себя (ч. 1 ст. 51).

Таким образом, судом первой инстанции не дано надлежащей правовой оценки законности проведения в отношении Б. оперативно-розыскных мероприятий, равно как и оценки допустимости использования в ходе производства по уголовному делу результатов оперативно-розыскной деятельности, в частности проведения опроса Б. от 30 октября 2022 года в отсутствие адвоката, без разъяснения процессуальных прав пользоваться услугами адвоката, права, предусмотренного ст. 51 Конституции Российской Федерации, не свидетельствовать против самой себя, а также протоколу осмотра места происшествия от 2 ноября 2022 года с участием Б., проведенного в отсутствие адвоката.

Таким образом, суд в нарушение требований ст. 88 УПК РФ фактически уклонился от проверки доказательств, положенных в основу приговора, на предмет их относимости, допустимости, достоверности, не проверил версию о непричастности Б. к совершению инкриминируемого преступления.

Допущенные нарушения являются существенными, повлиявшими на исход дела, поэтому приговор суда подлежит отмене с направлением дела на новое судебное рассмотрение.

В процессе нового разбирательства следует проверить доказательства, представленные, как стороной обвинения, так и стороной защиты, доводы стороны защиты о недоказанности обвинения, о достоверности или недостоверности доказательств, собранных по уголовному делу и их допустимости и достаточности, о правильности квалификации действий обвиняемой и иные доводы, приведенные адвокатом в апелляционной жалобе.

При новом рассмотрении необходимо устранить выявленные нарушения и принять законное, обоснованное и мотивированное решение.

Руководствуясь ст. ст. 389.15, 389.17, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Белоглинского районного суда Краснодарского края от 23 июня 2023 года в отношении Б. отменить.

Уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение в тот же суд, но в ином составе.

Апелляционную жалобу адвоката Шиковой Ю.В. – удовлетворить.

Меру пресечения в отношении Б. в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении – отменить.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в Четвертый кассационный суд общей юрисдикции в порядке главы 47.1 УПК РФ.

Председательствующий