Дело № 22-2257/2025 Судья Балуков И.С.

УИД: 33RS0012-01-2024-002166-28

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

20 ноября 2025 года г. Владимир 

Владимирский областной суд в составе:

председательствующего

Ухолова О.В.

при секретаре судебного заседания

ФИО1

с участием:

прокурора

осужденного

защитника – адвоката

Лезовой Т.В.

ФИО2

Малковой Т.Н.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Малковой Т.Н. в защиту осужденного ФИО2 на приговор Кольчугинского городского суда Владимирской области от 22 августа 2025 года, которым

ФИО2, ****, не судимый,

осужден по ч.2 ст.303 УК РФ к лишению свободы на срок 1 год с лишением права занимать должности на государственной службе в системе правоохранительных органов РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти и организационно-распорядительных полномочий, на срок 2 года. 

На основании ст.73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 1 год 6 месяцев с возложением на ФИО2 в период испытательного срока обязанностей: официально трудоустроиться и продолжать трудиться, не менять постоянного места жительства и работы без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением осужденного, являться в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденного, согласно установленному данным органом графику один раз в месяц.

Дополнительное наказание в виде лишения права занимать должности на государственной службе в системе правоохранительных органов РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти и организационно-распорядительных полномочий, постановлено исполнять реально.

Приняты решения о мере пресечения и о судьбе вещественных доказательств.

Изложив содержание судебного решения, существо апелляционной жалобы и возражений государственного обвинителя, заслушав выступления осужденного ФИО2 и его защитника – адвоката Малковой Т.Н., поддержавших доводы апелляционной жалобы, прокурора Лезовой Т.В., полагавшей об отсутствии оснований для отмены или изменения приговора суда и для удовлетворения апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции 

у с т а н о в и л:

ФИО2 признан виновным в фальсификации доказательства по уголовному делу лицом, производящим дознание, имевшем место в период с 01.03.2024 года по 30.03.2024 года в здании ОМВД по Кольчугинскому району, расположенному в г.Кольчугино Владимирской области.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней адвокат Малкова Т.Н. в защиту осужденного ФИО2 считает приговор незаконным, необоснованным и подлежащим отмене. 

Цитируя нормы УПК РФ и судебную практику Верховного Суда РФ, отмечает, что государственный обвинитель после окончания судебного следствия изменил обвинение, огласив только обвинение ФИО2 по ч.2 ст.303 УК РФ, фактически отказавшись от обвинения по ч.2 ст.292 УК РФ, но судом в резолютивной части этому обстоятельству оценка не дана, ФИО2 признан виновным только по ч.2 ст.303 УК РФ, а по ч.2 ст.292 УК РФ в этом судебном решении не вынесено никакого решения. 

Утверждает, что ФИО2 не является субъектом преступления, предусмотренного ч.2 ст.303 УК РФ, поскольку приказ №87 об исполнении им обязанностей дознавателя датирован 8 апреля 2024 года, т.е. по состоянию на 30 марта 2024 года он еще не был исполняющим обязанности дознавателя, с данным приказом ФИО2 ознакомлен не был, в должностной инструкции участкового уполномоченного полиции, которым ФИО2 являлся, не содержится обязанности осуществлять расследование уголовных дел, в связи с чем защитник полагает, что приказ об исполнении обязанностей был вынесен после выявления факта подделки в протоколе допроса подписи Потерпевший №1 Также отмечает, что уголовное дело по факту утраты Потерпевший №1 медалей к производству ФИО2 не принималось, постановление о принятии им этого уголовного дела к производству отсутствует, поэтому защитник делает вывод, что протокол допроса потерпевшего Потерпевший №1, составленный от имени ФИО2, является недопустимым доказательством по факту утраты медалей Потерпевший №1, а указание суда о том, что фактически данное уголовное дело находилось в производстве ФИО2 противоречит ст.156 УПК РФ. 

Отмечает, что судом указано, что постановлением руководителя отделения дознания от 29 февраля 2024 года уголовное дело было передано ФИО2, однако в деле имеются указания врио начальника ОД ОМВД России по Кольчугинскому району Свидетель №3 от 29 февраля 2024 года, согласно которых ей было изучено это уголовное дело и даны указания дознавателю Свидетель №2 в срок до 02.03.2024 года принять дело к своему производству и провести ряд следственных действий, содержащихся в указаниях. В этой связи защитник делает вывод, что уголовное дело по факту кражи медалей было возбуждено 29 февраля 2024 года дознавателем Свидетель №2, потом 29 февраля 2024 года его расследование было поручено ФИО2 и в этот же день вновь поручено Свидетель №2, то есть фактически лицом, производящим дознание по данному уголовному делу, являлась именно Свидетель №2, а не ФИО2

Дает критическую оценку показаниям свидетеля Свидетель №1, указывая, что, поскольку им было вынесено постановление в порядке ст.37 УПК РФ и это является оценочным критерием в показателях работы прокуратуры РФ, он является заинтересованным в исходе дела лицом.

Обращает внимание, что собранными доказательствами, в том числе и заключениями экспертиз не установлено, кем именно выполнена подпись от имени Потерпевший №1, доказательств того, что именно ФИО2 выполнил в протоколе допроса потерпевшего подписи за Потерпевший №1 не представлено, показания свидетелей **** не указывают на то, что подписи от имени **** выполнил ФИО2, обращая внимание на показания осужденного о том, что за Потерпевший №1 он в протоколе допроса не расписывался. 

Указывает, что из кабинета отделения дознания ОМВД по Кольчугинскому району Владимирской области были изъяты компьютер и принтер, по ним была проведена компьютерная судебная экспертиза, однако не установлено, с помощью каких именно компьютера и принтера изготавливался протокол допроса потерпевшего Потерпевший №1, что, по мнению защитника, также свидетельствует о недоказанности вины ФИО2 

Полагает, что ссылка суда на п.1 ч.3 ст.41 УПК РФ, якобы опровергающая доводы защиты о том, что уголовное дело по факту утраты Потерпевший №1 медалей возбуждено незаконно, и указание о том, что согласие руководителя органа дознания для принятия решения о возбуждении уголовного дела дознавателю не требуется, несостоятельны, поскольку сторона защиты имеет ввиду не согласие начальника органа дознания, а тот факт, что дознавателю Свидетель №2 никто не поручал возбуждать данное уголовное дело и не давал поручение о проведении проверки, так как материал был передан начальником органа полиции начальнику отделения дознания, а начальник отделения дознания не поручил возбуждение дела именно ****, поэтому является неустановленным то, каким образом материал проверки оказался у последней и это обстоятельство также свидетельствует о невиновности ФИО2

Полагает недоказанными мотивы инкриминируемого ФИО2 деяния, утверждая, что ФИО2 не мог быть привлечен дисциплинарной ответственности ввиду того, что он не являлся дознавателем и приказ о его назначении на должность дознавателя отсутствовал. 

Считает, что суд несостоятельно обосновал свои выводы о доказанности обвинения ФИО2 указанием на протокол осмотра детализации соединений по абонентскому номеру, используемому Потерпевший №1, приводя показания ФИО2 о том, что он звонил Потерпевший №1 с использованием и иных на него не зарегистрированных телефонных номеров, а также посредством использования сети «Интернет», что в детализации не отражается и чему оценка в приговоре не дана.

Утверждает, что обвинительный приговор построен только на первоначальных показаниях ФИО2, который их в судебном заседании не подтвердил, пояснив, что они не являлись добровольными ввиду оказанного на него следователем морального давления, что подтверждается показаниями отца осужденного в качестве свидетеля, однако суд необоснованно отверг эти доказательства стороны защиты.

Полагает, что суд незаконно не принял в приговоре решения о зачете в срок наказания времени нахождения ФИО2 под домашним арестом в период с 17 октября 2024 года по 9 апреля 2025 года и времени его задержания в период с 14 по 16 октября 2024 года.

Резюмируя доводы апелляционной жалобы, просит приговор отменить и оправдать ФИО2, признав за ним право на реабилитацию.

В мотивированных возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель считает приговор законным, обоснованным и справедливым, в связи с чем просит оставить его без изменения, а апелляционную жалобу защитника – без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, заслушав выступления осужденного, защитника и прокурора, суд апелляционной инстанции оснований к отмене приговора не усматривает, исходя при этом из следующего.

Согласно материалам уголовного дела привлечение ФИО2 к уголовной ответственности соответствует положениям Главы 23 УПК РФ.

Обвинительное заключение по уголовному делу составлено с учетом требований ст.ст.220, 221-222 УПК РФ, в нем указано существо обвинения, место, время и способ совершения преступления, его мотив и цели, перечень доказательств, подтверждающих обвинение ФИО2, а также другие обстоятельства, имеющие юридическое значение для уголовного дела, в связи с чем оснований для возвращения уголовного дела прокурору в порядке п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ у суда не имелось. 

Судебное следствие по уголовному делу в отношении ФИО2 проведено в соответствии с требованиями стст.273-291 УПК РФ. 

Нарушений требований ст.ст.14, 15, 244 УПК РФ о презумпции невиновности, состязательности и равенстве прав сторон, о соблюдении права на защиту судом не допущено.

Все представленные сторонами доказательства проверены судом в условиях состязательности сторон с соблюдением требований стст.87,88 УПК РФ путем их исследования в судебном заседании.

Всем доказательствам, приведенным в обвинительном приговоре в обоснование своих выводов о доказанности вины ФИО2 в преступлении, предусмотренном ч.2 ст.303 УК РФ, которые в полной мере отвечают требованиям закона о допустимости и относимости доказательств, суд первой инстанции дал правильную и объективную оценку, по правилам ст.88 УПК РФ сопоставив каждое доказательство с другими доказательствами, привел мотивы, о которым он принял одни доказательства и отверг другие, каждое из них оценил с точки зрения относимости и допустимости, а все собранные доказательства в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела. 

Субъективная оценка защитником в апелляционной жалобе положенных в основу приговора доказательств, отличающаяся от данной им судом, не свидетельствует о нарушении требований ст.ст.14, 15 УПК РФ. Вопреки доводам защитника какие-либо существенные неустраненные противоречия в доказательствах, вызывающие сомнения в виновности ФИО2 и требующие истолкования в его пользу, по делу отсутствуют.

Все обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73 УПК РФ, в том числе время, место и способ совершения преступления, судом установлены с приведением в приговоре мотивов принятого решения. 

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции, поскольку вопреки доводам апелляционной жалобы вина ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.303 УК РФ, объективно подтверждается исследованными в судебном заседании доказательствами стороны обвинения, содержание которых подробно приведено в обвинительном приговоре, в том числе:

- оглашенными в судебном заседании в порядке п.1 ч.1 ст.276 УПК РФ показаниями ФИО2, данными им в присутствии адвоката в ходе допросов на предварительном следствии в качестве подозреваемого и обвиняемого, согласно которым с декабря 2023 года он временно исполнял обязанности дознавателя отделения дознания ОМВД России по Кольчугинскому району, в его производстве находилось уголовное дело по факту хищения медали у Потерпевший №1, которого необходимо было допросить, однако в ходе телефонного разговора Потерпевший №1 пояснил, что прибыть на допрос он не может, поэтому ввиду невозможности его явки и окончания срока дознания он (ФИО2) решил вложить в материалы уголовного дела составленный им самим на своем рабочем месте на основе объяснений Потерпевший №1 протокол допроса последнего, лично подписав его за Потерпевший №1, впоследствии сообщив прокурору при продлении у него срока дознания, что протокол допроса подписал человек, представившийся Потерпевший №1 (т.2 л.д.8-12, 20-24, 32-33);

- оглашенными в судебном заседании в порядке п.1 ч.2 ст.281 УПК РФ показаниями потерпевшего Потерпевший №1 пояснившего в ходе допроса на предварительном следствии, что по факту хищения у него медалей он показаний 12 марта 2024 года никому не давал и не мог дать ввиду нахождения в это время в зоне СВО вплоть до 18 июля 2024 года, при этом никого не просил подписать за него какие-либо документы и никого не просил посещать отдел полиции для дачи показаний от его имени, с сотрудником полиции ФИО2 он не знаком и никогда с ним не встречался, изложенные в протоколе допроса сведения о том, что медали у него не украли, а он мог их потерять являются ложными, так как имела место именно кража у него медалей, подписи в протоколе допроса в качестве потерпевшего от 12 марта 2024 года от его имени поддельные, так как показаний ФИО2 он не давал ввиду того, что этого допроса не было (т.1 л.д.171-175, 202-205);

- оглашенными в порядке ч.1 ст.281 УПК РФ показаниями допрошенного в качестве свидетеля в ходе предварительного следствия заместителя Кольчугинского межрайонного прокурора Свидетель №1, согласно которым в ходе изучения материала доследственной проверки по факту утраты Потерпевший №1 медалей он связался с ним по телефону, Потерпевший №1 пояснил, что находится в зоне СВО, отрицал факт утери медалей, настаивал на том, что их у него похитили, через мессенджер по данному факту прислал заявление и объяснение, поэтому прокуратурой была инициирована дополнительная проверка и по ее по результатам было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 324 УК РФ, по которому 30 марта 2024 года к нему с постановлением о возбуждении ходатайства о продлении срока дознания обратился врио дознавателя ОД ОМВД России по Кольчугинскому району ФИО2, в производстве которого находилось указанное уголовное дело, сообщивший, что он признал потерпевшим и допросил в качестве потерпевшего Потерпевший №1, о чем в уголовном деле имелся соответствующий протокол допроса с подписями Потерпевший №1, составленный ФИО2, согласно которому Потерпевший №1 сообщал в ходе допроса ФИО2 о том, что факт хищения у него медалей он исключает (т.1 л.д.206-210);

- показаниями допрошенной в качестве свидетеля начальника отделения дознания ОМВД России по Кольчугинскому району Свидетель №5, пояснившей в судебном заседании, что ФИО2 был прикомандирован в отделение дознания, ему было поручено расследование уголовных дел, уголовное дело о хищении медали у **** она проверяла лично перед продлением срока дознания, в нем не было подписей в протоколе допроса Потерпевший №1 и в постановлении о признании его потерпевшим, на что ФИО2 ей пояснил, что поедет к потерпевшему и подпишет у него эти документы, однако впоследствии от заместителя Кольчугинского межрайонного прокурора ей стало известно о том, что ФИО2 подделал подписи потерпевшего в протоколе допроса и в постановлении о признании потерпевшим, а на ее вопросы о случившемся ФИО2 пояснил, что потерпевший приезжал к нему на КПП и там поставил свои подписи; 

- показаниями свидетеля Свидетель №2, пояснившей в судебном заседании, что в сентябре 2023 года она была прикомандирована к отделению дознания ОМВД России по Кольчугинскому району, в 2024 году по указанию начальника отдела дознания ей был передан материал проверки с указанием возбудить уголовное дело по факту хищения государственной награды у Потерпевший №1, она вынесла постановление о возбуждении уголовного дела, оно некоторое время находилось в ее производстве с момента возбуждения, в один из дней ею было вынесено постановление о признании Потерпевший №1 потерпевшим, но у нее не получалось связаться с ним и под роспись ознакомить его с этим документом, позднее это уголовное дело было передано для дальнейшего расследования ФИО2, после чего это уголовное дело было вновь передано ей для продолжения расследования и в нем уже находился протокол допроса Потерпевший №1 в качестве потерпевшего с подписями от его имени;

- показаниями свидетеля Свидетель №4, пояснившей в судебном заседании, что она является дознавателем ОД ОМВД России по Кольчугинскому району, в конце декабря 2023 года ФИО2 был прикомандирован в отделение дознания, в марте 2024 года она с ФИО2 поехала в прокуратуру для продления срока дознания, дело о хищении награды у **** было в производстве ФИО2, прокурор спрашивал ФИО2 о том, каким образом он допрашивал потерпевшего, впоследствии это уголовное дело было передано в ее производство, она дозвонилась до Потерпевший №1, он приехал к ней по ее вызову и она допросила его в качестве потерпевшего, в уголовном деле уже имелся протокол допроса Потерпевший №1 в качестве потерпевшего о том, что он медаль потерял сам, но Потерпевший №1 в ходе проводимого ей его допроса в качестве потерпевшего утверждал о хищении у него медали;

- показаниями в судебном заседании свидетеля Свидетель №3, исполнявшей обязанности начальника отдела дознания ОМВД России по Кольчугинскому району в период с 26 февраля по 15 марта 2024 года, согласно которым с декабря 2023 года ФИО2 был прикомандирован в отделение дознания ОМВД России по Кольчугинскому району в качестве дознавателя, в его производстве находилось уголовное дело по факту хищения медали у Потерпевший №1, которое в дальнейшем было передано для расследования дознавателю Свидетель №4, которая вызывала Потерпевший №1 на допрос в отдел полиции, последнего она видела.

Указанные положенные в основу обвинительного приговора показания объективно согласуются и с письменными доказательствами, исследованными судом первой инстанции, в том числе с:

- протоколом осмотра места происшествия от 11 июля 2024 года – кабинета заместителя Кольчугинского межрайонного прокурора, в ходе которого обнаружено уголовное дело, из которого заместителем руководителя Кольчугинского межрайонного СО СУ СК РФ по Владимирской области в ходе проведения проверки в порядке стст.144-145 УПК РФ изъяты постановление о признании в качестве потерпевшего Потерпевший №1, протокол его допроса с подписями и иные документы (т.1 л.д.87-90);

- протоколом осмотра места происшествия от 24 июля 2024 года – кабинета № 206 ОМВД России по Кольчугинскому району, в ходе которого изъят системный блок служебного компьютера ФИО2 (т.1 л.д.145-149);

- протоколом осмотра предметов от 24 октября 2024 года, согласно которому при осмотре изъятого системного блока служебного компьютера и оптического диска, являющегося приложением к заключению эксперта №882 от 20.09.2024 КРСП №142 пр-24, обнаружено, что в накопителе на жестких дисках системного блока компьютера и на оптическом диске имеются текстовые файлы, содержащие бланки заполненных от имени врио дознавателя ОД ОМВД России по Кольчугинскому району ФИО2 процессуальных документов и протоколов следственных действий (т.2 л.д.139-143);

- заключением эксперта № 862 от 5 сентября 2024 года, согласно которому подпись от имени ФИО2 в протоколе допроса Потерпевший №1 в качестве потерпевшего от 12 марта 2024, под текстом четвертой страницы документа в строке «следователь (дознаватель)», выполнена ФИО2 (т.2 л.д.158-163);

- заключением эксперта № 1029 от 31 октября 2024 года, согласно которому подписи от имени Потерпевший №1 в протоколе допроса в качестве потерпевшего от 12 марта 2024 года, оформленного от имени врио дознавателя ОД ОМВД России по Кольчугинскому районы ФИО2, выполнены не Потерпевший №1, а иным лицом (т.2 л.д.197-201);

- выпиской из приказа ОМВД России по Кольчугинскому району Владимирской области от 8 апреля 2024 года, согласно которому на ФИО2 временно возложены обязанности по должности дознавателя отделения дознания ОМВД России по Кольчугинскому району с 1 марта 2024 года на срок не более 6 месяцев (т.1 л.д.39).

- протоколом осмотра детализации соединений по абонентскому номеру, используемому Потерпевший №1 в период с 29.02.2024 по 01.04.2024, согласно которому в указанный период времени данный номер мобильного телефона использовался только в Ростовской области и среди входящих соединений имеются семь тип-соединений этого номера с абонентским номером ****, использовавшимся ФИО2, длительностью «0», все из которых совершены только 30 марта 2024 года: ****, то есть уже после обнаружения заместителем Кольчугинского межрайонного прокурора Свидетель №1 факта фальсификации доказательства – протокола допроса потерпевшего Потерпевший №1, а достоверных сведений о наличии иных соединений за период с 29.02.2024 по 01.04.2024 между абонентским номерами, использовавшими Потерпевший №1 и ФИО2, в материалах уголовного дела не имеется и сторонами суду не представлено, что подтверждает показания Потерпевший №1 о том, что с ФИО2 он не встречался, им не допрашивался и в инкриминированный осужденному период времени находился за пределами Владимирской области, принимая участие в СВО (т.2 л.д.238-240);

Подтверждается вина ФИО2 в совершении преступления, за которое он осужден, также и другими представленными суду стороной обвинения доказательствами, содержание которых подробно с изложением юридически значимых обстоятельств приведено в приговоре.

Вопреки доводам стороны защиты в основу обвинительного приговора суд обоснованно положил показания ФИО2, данные им на предварительном следствии, поскольку протоколы допросов ФИО2, содержащие эти показания, соответствуют требованиям УПК РФ. Каждое из этих следственных действий проведено следователем с участием профессионального защитника, подписи которого, а также подписи самого ФИО2 имеются в данных протоколах допроса. Замечаний на протоколы допросов ФИО2 и его защитник не подавали, содержание изложенных в них показаний ФИО2 после ознакомления с ними не оспаривали. При этом, как видно из протоколов допросов, ФИО2 перед началом допроса следователем разъяснялись предусмотренные уголовно-процессуальным законом права, в том числе и предусмотренное ст.51 Конституции РФ право не свидетельствовать против себя, он в установленном УПК РФ порядке предупреждался о том, что данные им показания могут быть использованы в качестве доказательств, в том числе и в случае его последующего отказа от этих показаний.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции в приговоре суд верно оценил показания ФИО2 в судебном заседании как способ защиты от предъявленного обвинения, поскольку они опровергаются достаточной совокупностью относимых, допустимых и достоверных доказательств, представленных стороной обвинения.

Данных, свидетельствующих о применении в ходе предварительного расследования незаконных методов ведения следствия, о влиянии сотрудников полиции и органов следствия на содержание показаний ФИО2, потерпевшего и свидетелей по результатам проверки этих утверждений стороны защиты в суде первой инстанции не установлено. 

Допрошенный в качестве свидетеля заместитель руководителя Кольчугинского МСО СУ СК России по Владимирской области **** пояснил, что при допросах ФИО2 насилие к нему не применялось, угрозы заключения под стражу не высказывались, показания давались ФИО2 добровольно.

Кроме того, суд апелляционной инстанции отмечает, что ни в ходе предварительного следствия, ни в ходе судебного разбирательства ФИО2 с какими-либо жалобами о применении к нему недозволенных методов ведения следствия в установленном законом порядке не обращался, оспариваемые им показания, как видно из протоколов допросов, ФИО2 давал в присутствии профессионального защитника, что исключает возможность применения в отношении допрашиваемого лица незаконных методов проведения расследования.

В этой связи суд отвергает доводы апелляционной жалобы о необходимости отмены приговора, мотивированные тем, что единственным доказательством вины ФИО2 являются его признательные показания, которые он дал ввиду морального давления, оказанного на него следователем в ходе расследования возбужденного в отношении него уголовного дела.

Показания допрошенного в качестве свидетеля отца осужденного – ****, пояснившего, что после задержания сына следователь **** говорил ему, что выпустит сына из-под стражи при условии дачи им признательных показаний, суд обоснованно отверг, поскольку они даны прямо заинтересованным в исходе дела лицом, приходящимся осужденному ФИО2 близким родственником. Кроме того, как видно из материалов уголовного дела, 16 октября 2024 года ФИО2 был освобожден из-под задержания в качестве подозреваемого в связи с избранием меры пресечения в виде домашнего ареста и 18 октября 2024 года, уже не находясь под стражей, он в ходе дополнительного допроса в качестве обвиняемого пояснил, что изготовил протокол допроса потерпевшего Потерпевший №1, в котором он проставил подписи от имени Потерпевший №1

Вопреки доводам адвоката отсутствие в выводах судебно-почерковедческой экспертизы сведений о том, кем именно выполнена подпись за потерпевшего Потерпевший №1 в протоколе его допроса не может свидетельствовать о невиновности ФИО2 в совершении инкриминируемого ему преступления, поскольку его вина подтверждается совокупностью исследованных судом и обоснованно положенных в основу обвинительного приговора доказательств, в том числе и вышеуказанными показаниями самого осужденного на предварительном следствии, данными в присутствии адвоката, об изготовлении им протокола допроса потерпевшего Потерпевший №1 без проведения этого следственного действия, который он лично подписал за Потерпевший №1

Вопреки утверждению автора жалобы суд верно признал допустимыми, относимыми и достоверными доказательствами показания Потерпевший №1, а также показания свидетелей Свидетель №2, Свидетель №3, Свидетель №4 и Свидетель №5, положив их в основу обвинительного приговора, поскольку они также получены в соответствии с требованиями УПК РФ, не содержат существенных противоречий и в юридически значимых обстоятельствах в целом согласуются как между собой, так и с иными доказательствами по делу. При этом и потерпевший и свидетели указали источник своей осведомленности об обстоятельствах, имеющих отношение к уголовному делу. 

Показания свидетеля Свидетель №1, данные им на стадии предварительного следствия и положенные в основу приговора, также обоснованно признаны судом первой инстанции допустимым и достоверным доказательством, поскольку они также получены в установленном законом порядке, и согласуются с показаниями потерпевшего Потерпевший №1, скриншотами электронной переписки с ним, показаниями свидетеля Свидетель №4, вышеуказанными показаниями ФИО2, данными им на предварительном следствии, и с иными доказательствами стороны обвинения. Вопреки голословным утверждениям защитника каких-либо объективных и разумных данных, позволяющих утверждать о ложности показаний свидетеля Свидетель №1 в силу, якобы, его заинтересованности в исходе дела, не имеется.

Оснований сомневаться в достоверности выводов проведенных по делу экспертиз также не имеется. Положенные в основу обвинительного приговора заключения экспертов соответствуют требованиям ст.204 УПК РФ, в них указаны все необходимые сведения, перед проведением экспертных исследований эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения в соответствии со ст.307 УК РФ. Заключения экспертов получены органом следствия в установленном законом порядке. Каких-либо сомнений, противоречий и неясностей в выводах заключения экспертов не содержат.

По результатам оценки проверенных в ходе судебного следствия показаний не установлено данных, указывающих на стремление допрошенных лиц оговорить осужденного, либо умышленно исказить известную им юридически значимую информацию. 

Показания потерпевшего и свидетелей, данные ими в ходе судебного следствия, а также их показания на предварительном следствии, которые были оглашены в судебном заседании с соблюдением требований УПК РФ, изложены в приговоре в соответствии с материалами уголовного дела и протоколом судебного заседания. 

Существенные противоречия между доказательствами, приведенными в приговоре в обоснование вывода суда о доказанности вины осужденного в инкриминируемом ему правоохранительном органом деянии, а также неустраненные судом сомнения, которые можно было бы истолковать в пользу ФИО2, по делу отсутствуют.

Позицию стороны защиты о непричастности ФИО2 к фальсификации протокола допроса Потерпевший №1 в качестве потерпевшего, аналогичную доводам апелляционной жалобы, суд первой инстанции подробно проанализировал в приговоре и обоснованно признал несостоятельной. Эти свои выводы суд первой инстанции должным образом и подробно мотивировал в приговоре, они основаны на соответствующей требованиям ст.88 УПК РФ оценке доказательств, логичны обоснованы и последовательны, в связи с чем суд апелляционной инстанции соглашается с ними. 

При таких обстоятельствах достаточных оснований для того, чтобы не согласиться с соответствующей требованиям уголовно-процессуального закона оценкой доказательств, проведенной судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Вопреки доводам стороны защиты каких-либо данных о том, что осужденный не совершал признанных доказанными судом первой инстанции действий и что его вина в содеянном не подтверждена, не имеется. 

Доводы жалобы о наличии доказательств, которые опровергают выводы суда о вине осужденного в преступлении, за которое он осужден, являются несостоятельными, основанными на собственном субъективном анализе стороной защиты проверенных судом доказательств. Фактически эти указанные в апелляционной жалобе доводы о недоказанности вины ФИО2 в совершении им как лицом, осуществляющим дознание, фальсификации протокола допроса потерпевшего Потерпевший №1 сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции в приговоре и не содержат указаний на имеющие юридическое значение факты, которые не были бы проверены в судебном заседании и не были бы учтены судом первой инстанции при вынесении решения, влияли бы на его обоснованность и законность, либо опровергали бы выводы суда первой инстанции. 

Не соглашаясь с этими доводами стороны защиты, суд апелляционной инстанции учитывает, что неустановление того, какие именно компьютер, принтер, письменные принадлежности, бумагу и т.д. использовал ФИО2 при совершении преступления, за которое он осужден, с учетом подтверждения его вины в содеянном иными исследованными в ходе судебного разбирательства уличающими осужденного доказательствами, оснований не доверять которым не имеется, не ставит под сомнение выводы суда в приговоре.

Доводы жалобы адвоката о том, что ФИО2 не является субъектом преступления, противоречат фактическим обстоятельствам дела и исследованным судом доказательствам, проверенных в судебном заседании.

Часть вторая ст. 303 УК РФ предусматривает ответственность за фальсификацию доказательств по уголовному делу лицом, производящим дознание. По смыслу уголовного закона в качестве субъекта преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 303 УК РФ, могут признаваться лица, занимающие должности либо осуществляющие полномочия дознавателя, начальника подразделения или органа дознания, следователя.

Как следует из проверенных судом доказательств, в том числе и копии приказа начальника ОМВД России по Кольчугинскому району №87 л/с от 8 апреля 2024 года, на ФИО2, занимавшего должность участкового уполномоченного полиции отделения участковых уполномоченных полиции и по делам несовершеннолетних, в связи со служебной необходимостью, вызванной большим количеством дел, по которым производится дознание, с 1 марта 2024 года временно были возложены обязанности дознавателя ОД ОМВД России по Кольчугинскому району. ФИО2 принял к своему производству как дознавателя уголовное дело по факту незаконного приобретения (хищения) неустановленным лицом государственной награды, принадлежащей Потерпевший №1, которое постановлением руководителя отделения дознания от 29 февраля 2024 года было передано ему и находилось в его производстве. По данному уголовному делу ФИО2, фактически осуществляя полномочия дознавателя (что не отрицалось стороной защиты), в ходе его расследования и совершил фальсификацию доказательства, то есть, не допрашивая потерпевшего Потерпевший №1, изготовил без проведения процедуры допроса, подписал за потерпевшего Потерпевший №1 и приобщил к материалам расследуемого им уголовного дела протокол допроса потерпевшего Потерпевший №1 с указанием в нем не соответствующих действительности показаний потерпевшего о том, что факт хищения у него медали он исключает и в полицию о пропаже медали сообщил лишь для сведения. 

Доводы стороны защиты о том, что ФИО2 не принимал к производству данное уголовное дело, чем нарушены положения ч.2 ст.156 УПК РФ, уже проверялись судом первой инстанции и получили надлежащую оценку в обжалуемом судебном решении, оснований не согласиться с которой у суда апелляционной инстанции не имеется.

Довод адвоката о том, что поскольку приказ о назначении ФИО2 на должность и.о. дознавателя с 1 марта 2024 года датирован 8 апреля 2024 года, поэтому он не может являться субъектом инкриминированного преступления, несостоятелен. Совокупностью доказательств достоверно установлено, что ФИО2 с 1 по 30 марта 2024 года был освобожден от обязанностей участкового уполномоченного полиции и временно исполнял обязанности дознавателя ОМВД России по Кольчугинскому району, что подтверждается указанным документом, показаниями свидетелей Свидетель №4, Свидетель №5, осмотренным и признанным вещественным доказательством постановлением от 29.03.2024 о возбуждении ходатайства о продлении срока дознания от имени врио дознавателя ОД ОМВД России по Кольчугинскому району ФИО2, а также показаниями самого ФИО2, данными им на стадии предварительного следствия. 

Кроме того, на что верно обратил внимание суд первой инстанции в приговоре, из текста рапортов на имя начальника ОМВД России по Кольчугинскому району следует, что ФИО2 неоднократно давал письменное согласие на исполнение обязанностей дознавателя отделения дознания этого органа полиции, в том числе и с 1 марта 2024 года. Также суд апелляционной инстанции отмечает, что сведений об обжаловании приказа №87 л/с от 8 апреля 2024 года или о его отмене в материалах уголовного дела не имеется.

Доводы адвоката о том, что ФИО2 не был ознакомлен с должностными обязанностями дознавателя, а также о том, что он был назначен на должность дознавателя с нарушением законодательства, судом первой инстанции проверялись и этим доводам также дана надлежащая оценка в приговоре, с которой суд апелляционной инстанции соглашается. 

При таких обстоятельствах ФИО2 обоснованно судом первой инстанции признан субъектом указанного преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 303 УК РФ.

Постановление о возбуждении уголовного дела по факту незаконного приобретения неустановленным лицом государственной награды – медали «За отвагу», принадлежащей Потерпевший №1, вынесено 29 февраля 2024 года правомочным лицом – врио дознавателя ОД ОМВД России по Кольчугинскому району Свидетель №2 в соответствии с п.1 ч.3 ст.41 УПК РФ и на основе указаний начальника ОД ОМВД России по Кольчугинскому району, в которых содержалось требование принять уголовное дело к своему производству и приступить к расследованию, что, вопреки позиции защитника о незаконности возбуждения уголовного дела, не свидетельствует и действующему уголовно-процессуальному законодательству не противоречит. 

Доводы адвоката о том, что врио дознавателя Свидетель №2 никто не поручал возбуждать указанное уголовное дело, противоречат положениям п.1 ч.3 ст.41 УПК РФ, согласно которым дознаватель уполномочен самостоятельно производить следственные и иные процессуальные действия и принимать процессуальные решения, поэтому в данном случае согласие руководителя органа дознания, прокурора или начальника органа полиции на возбуждение уголовного дела не требуется. 

Исходя из верно установленных судом фактических обстоятельств дела, а также из оглашенных в судебном заседании показаний ФИО2 о том, что инкриминируемые действия он совершил для исключения претензий со стороны надзирающего прокурора за допущенную при расследовании уголовного дела волокиту, мотивы и цели совершения ФИО2 преступления судом первой инстанции установлены правильно.

Вопреки утверждениям адвоката и по смыслу закона совершенное ФИО2 преступление считается оконченным с момента приобщения лицом, осуществляющим дознание, к уголовному делу сфальсифицированных доказательств и независимо от того, оказали ли они влияние на расследование или рассмотрение уголовного дела.

Действиям ФИО2 суд дал правильную юридическую оценку, верно квалифицировав их по ч.2 ст.303 УК РФ. Вопреки доводам защитника оснований для иной юридической оценки действий осужденного, а равно для его оправдания или для прекращения его уголовного преследования по реабилитирующим основаниям не имеется. 

Как видно из материалов уголовного дела, до совершения преступления, во время его совершения, а также в ходе досудебного производства и судебного разбирательства поведение ФИО2 было адекватно окружающей обстановке, он правильно воспринимал обстоятельства, имеющие значение для дела, понимал значение судебного разбирательства, логично отвечал на вопросы председательствующего и участников процесса соответственно их смыслу, активно защищался, он не состоит на учетах ни у нарколога, ни у психиатра. В этой связи суд первой инстанции обоснованно признал ФИО2 лицом, вменяемость которого сомнений не вызывает.

Наказание ФИО2 назначено в соответствии с положениями стст.6, 43, 60 УК РФ, то есть с учетом характера и степени общественной опасности совершенного им преступления, отнесенного уголовным законом к категории преступлений средней тяжести, данных о личности виновного, согласно которым он не судим, на учете у нарколога и психиатра не состоит, по месту работы и жительства характеризуется удовлетворительно, имеет устойчивые социально-семейные связи, постоянную регистрацию и место жительства, ведомственные награды, является военнообязанным, имеет родителей пенсионного возраста с хроническими заболеваниями, в браке не состоит, иждивенцев не имеет.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание осужденного, суд признал и в полной мере учел активное способствование расследованию преступления, совершение преступления впервые, наличие у виновного родителей пенсионного возраста с хроническими заболеваниями, наличие ведомственных наград, признание ФИО2 вины и раскаяние в содеянном в первоначальный период предварительного расследования.

Отягчающих наказание ФИО2 обстоятельств не установлено.

Каких-либо иных обстоятельств, подлежащих согласно закону обязательному учету, в том числе в качестве смягчающих наказание, сведения о которых имеются в деле, но оставленных судом без внимания, по настоящему делу не имеется.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время и после совершения преступления, а равно других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления и являющихся основанием для применения к ФИО2 положений ст.64 УК РФ, в том числе для назначения ему более мягкого вида наказания, нежели предусмотрено санкцией ч.2 ст.303 УК РФ, судом обоснованно не установлено.

Положения ч.1 ст.62 УК РФ при назначении наказания судом учтены, ссылка на данную норму закона в приговоре имеется.

Учитывая характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения и данные о личности ФИО2, суд пришел к правильному выводу о необходимости назначения осужденному наказания в виде лишения свободы, определив размер этого наказания в соответствии с вышеуказанными требованиями уголовного закона, обоснованно назначив дополнительное наказание в виде лишения права занимать должности на государственной службе в системе правоохранительных органов РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти и организационно-распорядительных полномочий, которое согласно санкции ч.2 ст.303 УК РФ является обязательным. 

Отсутствие достаточных оснований для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ судом в приговоре мотивировано. 

Предусмотренных законом оснований для применения положений ст.53.1 УК РФ не имеется, о чем также правильно указано в приговоре.

При этом суд первой инстанции, обоснованно приняв во внимание фактические обстоятельства уголовного дела, имеющуюся в действиях ФИО2 совокупность смягчающих наказание обстоятельств и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также все представленные ему данные о личности осужденного, пришел к правильному выводу о возможности исправления ФИО2 без реального лишения его свободы, применив положения ст.73 УК РФ об условном осуждении и возложив на осужденного с учетом его возраста и трудоспособности исполнение определенных обязанностей, подлежащих безусловному исполнению в период испытательного срока. Данное решение в приговоре судом также мотивировано надлежащим образом и соответствует требованиям закона. 

Учитывая изложенное, справедливость назначенного осужденному ФИО2 как основного, так и дополнительного наказания сомнений у суда апелляционной инстанции не вызывает. 

Назначенное осужденному наказание нельзя признать чрезмерно суровым и несправедливым, оно полностью отвечает целям исправления виновного лица, предупреждения совершения им новых преступлений, восстановления социальной справедливости, в связи с чем смягчению не подлежит.

Вопреки позиции защитника отсутствие в резолютивной части приговора указания о зачете времени задержания ФИО2 и его нахождения под домашним арестом в срок назначенного наказания согласуется с позицией Президиума Верховного Суда РФ, изложенной в Ответах на вопросы, поступившие из судов, по применению положений ст.72 УК РФ, утвержденных Постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 31 июля 2019 года, согласно которой при условном осуждении срок содержания лица под стражей до постановления приговора зачету в порядке ст.72 УК РФ не подлежит, а вопрос о зачете времени содержания под стражей, так же как и вопрос об определении вида исправительного учреждения и режима для отбывания наказания, подлежит разрешению судом в постановлении об отмене условного осуждения по основаниям, предусмотренным ч.ч.2.1 или 3 ст.74 УК РФ, либо в последующем приговоре при отмене условного осуждения по первому приговору по основаниям, предусмотренным ч.ч.4 или 5 ст.74 УК РФ.

Принятые в приговоре судом первой инстанции решения о мере пресечения и о судьбе вещественных доказательств отвечают требованиям уголовно-процессуального закона и являются правильными.

Вместе суд тем суд апелляционной инстанции считает, что приговор в отношении ФИО2 подлежит изменению, поскольку суд первой инстанции в резолютивной части приговора не указал о начале исчисления испытательного срока с момента вступления приговора в законную силу и о зачете в испытательный срок времени, прошедшего со дня провозглашения приговора, как то предусматривают нормы ч.3 ст.73 УК РФ, что требует внесения в приговор соответствующих изменений.

Кроме того, согласно ч.4 ст.47 УК РФ, в случае назначения наказания в виде лишения права заниматься определенной деятельностью в качестве дополнительного при условном осуждении его срок исчисляется с момента вступления приговора суда в законную силу.

Однако, назначив ФИО2 к лишению свободы дополнительное наказание в виде лишения права занимать должности на государственной службе в системе правоохранительных органов РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти и организационно-распорядительных полномочий, суд в нарушение указанной нормы УК РФ не указал в резолютивной части приговора дату начала срока отбывания этого дополнительного наказания. 

В этой связи суд апелляционной инстанции считает необходимым внести изменения в приговор, указав, что срок назначенного ФИО2 дополнительного наказания в виде лишения права занимать должности на государственной службе в системе правоохранительных органов РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти и организационно-распорядительных полномочий, следует исчислять с момента вступления приговора в законную силу.

Вместе с тем вносимые судом апелляционной инстанции в приговор вышеуказанные изменения не затрагивают фактических обстоятельств дела, не ставят под сомнение обоснованность выводов суда первой инстанции, не влияют на доказанность вины и квалификацию содеянного ФИО2, а также на вид и размер назначенного ему наказания. В этой связи в остальном постановленный в отношении ФИО2 приговор отмене или изменению не подлежит.

Поскольку существенных нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущих в соответствии со ст.389.15 УПК РФ отмену приговора, судом первой инстанции не допущено, апелляционная жалоба адвоката удовлетворению не подлежит.

На основании изложенного и руководствуясь стст.389.13, 389.15, 389.20, 389.28 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

п о с т а н о в и л:

приговор Кольчугинского городского суда Владимирской области от 22 августа 2025 года в отношении осужденного ФИО2 изменить.

Дополнить резолютивную часть приговора указаниями на то, что испытательный срок ФИО2 исчислять с момента вступления приговора в законную силу, в установленный ФИО2 испытательный срок засчитать время, прошедшее с момента провозглашения приговора, а срок назначенного ФИО2 дополнительного наказания в виде лишения права занимать должности на государственной службе в системе правоохранительных органов РФ, связанные с осуществлением функций представителя власти и организационно-распорядительных полномочий, исчислять с момента вступления приговора суда в законную силу.

В остальной части приговор суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу адвоката Малковой Т.Н. – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано во Второй кассационный суд общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, через Кольчугинский городской суд Владимирской области в течение 6 месяцев со дня его вынесения, а осужденным, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного постановления. 

Пропущенный по уважительной причине срок кассационного обжалования может быть восстановлен судьей Кольчугинского городского суда Владимирской области по ходатайству лица, подавшего кассационные жалобу или представление. Отказ в его восстановлении может быть обжалован в порядке, предусмотренном главой 45.1 УПК РФ. 

В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба подается непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в судебном заседании суда кассационной инстанции.

Председательствующий О.В. Ухолов