Дело № 2-90/2024 копия

УИД 59RS0025-01-2023-000774-36

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

«11» октября 2024 года г.Краснокамск

Краснокамский городской суд Пермского края,

в составе председательствующего судьи Плешивцева С.И., 

при секретаре Мельник Е.С.,

с участием прокурора Вшивкова Р.И.,

истцов ФИО1, ФИО17, ФИО18,

представителя истцов ФИО19,

представителей ответчиков ФИО20, ФИО21,

3-го лица ФИО23,

представителя 3-го лица ФИО24,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Краснокамского городского суда гражданское дело по иску ФИО1, ФИО17, ФИО18 к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Пермского края «Куединская центральная районная больница», государственному бюджетному учреждению здравоохранения Пермского края «Краснокамская городская больница», о взыскании компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л :

Истцы ФИО1, ФИО17, ФИО18 обратились в Краснокамский городской суд Пермского края с иском к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Пермского края «Куединская центральная районная больница» (далее ГБУЗ ПК «Куединская ЦРБ», государственному бюджетному учреждению здравоохранения Пермского края «Краснокамская городская больница» (далее ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ») о взыскании компенсации морального вреда в виде нравственных страданий в сумме 1 000 000 руб. в пользу каждого истца с каждого ответчика, в связи с допущенными дефектами оказания медицинской помощи близкому родственнику истцов ФИО16 а именно дефектами диагностики лечения, что явилось одним из способствующих факторов развития неблагоприятного исхода (смерти) ФИО16 с момента обращения к врачу-гинекологу ГБУЗ ПК «Куединская ЦРБ» вплоть до наступления её смерти. (т.1, л.д. 3-8).

Свои требования истцы мотивировали тем, что ДД.ММ.ГГГГ г. умерла ФИО16 Истцы являются близкими родственниками умершей ФИО16 (ФИО1 - её мать, ФИО17 - её отец, ФИО18 - её родная сестра). ФИО16 в ДД.ММ.ГГГГ была беременна вторым ребенком, 

<

данные изъяты>. В этот же день у ФИО16 появился 

<

данные изъяты> она находилась на приеме у участкового 

<

данные изъяты> ГБУЗ ПК «Куединская ЦРБ». 

<

данные изъяты> Н.Е. с вышеперечисленными симптомами направила её к 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты> ГБУЗ ПК «Куединская ЦРБ» был поставлен диагноз «

<

данные изъяты> назначено лечение, 

<

данные изъяты> запланирован на ДД.ММ.ГГГГ. в ГБУЗ ПК «Куединская ЦРБ». ДД.ММ.ГГГГ в связи с ухудшением самочувствия ФИО16 вызвала бригаду скорой медицинской помощи и была доставлена в ГБУЗ ПК «Куединская ЦРБ», где у неё взяли 

<

данные изъяты>, показавший положительный результат. Врачами было принято решение о госпитализации ФИО16 В этот же день бригадой скорой помощи ФИО16. была доставлена из 

<

адрес> в 

<

данные изъяты> отделение ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ». Пока ФИО16. находилась в ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ» её состояние только ухудшалось, она просила, чтобы 

<

данные изъяты>, но врачи ей отказывали. У ФИО16. было 

<

данные изъяты> врачи ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ» неохотно общались с её родственниками, уверяли, что 

<

данные изъяты> всё в порядке и ФИО16 

<

данные изъяты>. Когда ФИО16 могла позвонить родным, она 

<

данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ ФИО16 позвонила матери, сказала, что ее подключат к аппарату ИВЛ и 

<

данные изъяты>. В 

<

данные изъяты> В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ со слов врачей состояние ФИО16 ухудшалось. ДД.ММ.ГГГГ врач в телефонной беседе с родственниками сообщил, что у ФИО16 произошел 

<

данные изъяты>. Все это время истцы испытывали сильные переживания и страх за жизнь ФИО16. ДД.ММ.ГГГГ врачи констатировали смерть ФИО16. Не согласившись со своевременностью и правильностью оказания медицинской помощи ФИО16 ФИО1 обратилась с претензией в филиал ООО «Капитал МС» в Пермском крае, на основании которой была проведена мультидисциплинарная экспертиза качества медицинской помощи, оказанной ФИО16 которая выявила нарушения, допущенные врачами ГБУЗ ПК «Куединская ЦРБ». Нарушений при оказании медицинской помощи ФИО16 в ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ» не выявлено. Также по обращению ФИО1 было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 УК РФ по факту причинения смерти по неосторожности ФИО16 вследствие ненадлежащего исполнения медицинскими работниками ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ» своих профессиональных обязанностей. В рамках уголовного дела была проведена судебно-медицинская экспертиза. Эксперты пришли к выводам, что при оказании медицинской помощи этапе ГБУЗ ПК «Куединская ЦРБ» были допущены дефекты оказания медицинской помощи. Между вышеуказанными дефектами оказания медицинской помощи на этапе ГБУЗ ПК «Куединская ЦРБ» и смертью ФИО16. прямой причинно-следственной связи нет. Также были установлены дефекты оказания медицинской помощи на этапе ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ». Между вышеуказанными дефектами оказания медицинской помощи на этапе ГБУЗ ПК «Куединская ЦРБ» и смертью ФИО16. прямой причинно-следственной связи нет. Уголовное дело было прекращено в связи с отсутствием состава события преступлений. Не смотря на это истцы полагают, что допущенные дефекты оказания медицинской помощи ФИО16 ответчиком ГБУЗ ПК «Куединская ЦРБ» и ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ» послужили факторами, которые не дали возможности изменить негативный характер течения патологического процесса, приведшего к неблагоприятному исходу - смерти ФИО16 поскольку ответчиками при оказании медицинской помощи пациенту не были приняты все возможные меры для своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, выявленные дефекты оказания медицинской помощи повлияли на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, течение заболевания пациента: способствовали ухудшению состояния здоровья и повлекли неблагоприятный исход. От действий и бездействий работников ответчиков истцам, причинен моральный вред, заключающийся в выраженных физических страданиях, глубоких нравственных переживаниях, поскольку, доверяя медицинским работникам, они надеялись на правильное и своевременное оказание медицинской помощи дочери и сестре ФИО16

ДД.ММ.ГГГГ судом к участию деле в качестве третьих лиц привлечены Министерство здравоохранения 

<

адрес>, 

<

данные изъяты> ФИО22 А.А., ФИО22 В.А., 

<

данные изъяты> ФИО2 (том 1, л.д. 62 оборот, 65).

ДД.ММ.ГГГГ судом к участию деле в качестве третьих лиц привлечены медицинские работники ФИО3, ФИО4 (том 1, л.д. 142 оборот).

ДД.ММ.ГГГГ судом к участию деле в качестве третьих лиц привлечены медицинские работники ФИО5, ФИО6., ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ГБУЗ ПК «Чайковская центральная городская больница», ГБУЗ ПК «Ордена «Знака почета» 

<

адрес>вая клиническая больница» (том 2, л.д. 34).

ДД.ММ.ГГГГ судом к участию деле в качестве третьего лица привлечен Территориальный орган Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по 

<

адрес> (том 4 л.д. 81).

Истец ФИО1 в судебном заседании настаивала на удовлетворении исковых требований, указав, что она является матерью ФИО16 она, и ФИО16 проживали в одном населенном пункте – 

<

адрес>. Они общались с дочерь. Осенью ДД.ММ.ГГГГ ГБУЗ ПК «Куединская ЦРБ» несвоевременно было диагностировано заболевание 

<

данные изъяты> у её дочери ФИО16

<

данные изъяты> тесты у больных брали 2 раза в неделю, по понедельникам и средам. ФИО16 было дано направление для сдачи 

<

данные изъяты> теста на ДД.ММ.ГГГГ Её в связи со смертью дочери она испытывает нравственные страдания.

Истец ФИО17 в судебном заседании настаивал на удовлетворении исковых требований, указал, что во время болезни дочери сам находился в больнице и переживал за неё, сейчас испытывает нравственные страдания.

Истец ФИО18 в судебном заседании настаивала на удовлетворении исковых требований, указала, что она является сестрой ФИО16. Они двойняшки, они были очень дружны, она постоянно общалась с сестрой, сейчас очень переживает из-за смерти сестры.

Представитель истцов в судебном заседании поддержал заявленные требования, пояснил, что у истцов было две дочери. Доверяя медицинским работникам, мать ФИО16 надеялась на оказание правильной медицинской помощи. Истцы звонили в ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ» с целью узнать состояние дочери, общение не было информативным. Моральные страдания каждый из истцов оценил в один миллион рублей в связи с ранним уходом из жизни дочери, также существовала угроза жизни для ребенка. Бездействие медицинских работников была установлена экспертизой. В связи с дефектами оказания медицинской помощи истцы испытывают моральные страдания, так как потеряли близкого человека.

Представитель ответчика ГБУЗ ПК «Куединская ЦРБ» ФИО35 в судебном заседании возражал против удовлетворения заявленных требований, пояснила, что врачами медицинского учреждения не было совершено таких действий, которые могли бы привести к смерти пациента. ФИО16 направление для сдачи 

<

данные изъяты> теста было выдано ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты> тесты для определения заболевание 

<

данные изъяты> у больных брали в лаборатории ежедневно, кроме выходных дней. Прививать ФИО16. против 

<

данные изъяты> нельзя было, так как беременность являлась противопоказанием. После положительного экспресс теста на 

<

данные изъяты> согласно действующей маршрутизации пациентку отвезли в ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ».

Представитель ответчика ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ» ФИО34 в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований, пояснила, что истцами не представлено доказательств того, что именно сотрудниками ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ» проведено несвоевременное, некачественное лечение и допущены дефекты оказания медицинской помощи, повлекшие смерть ФИО16 При оказании медицинской помощи ФИО16 медицинские работники руководствовались нормативными документами, методическими рекомендациями, приказами Министерства здравоохранения Российской Федерации, действующими на тот момент. Уголовное дело, которое было возбуждено по данному факту прекращено в связи с отсутствием состава преступления. Причинно-следственной связи между дефектами оказания медицинской помощи в ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ» и смертью ФИО16 экспертами установлено не было. Сотрудниками ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ» были приняты все меры для надлежащего исполнения обязательств по оказанию медицинской помощи пациенту и оснований для привлечения ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ» к ответственности не имеется. В ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ» возможность назначения и проведения 

<

данные изъяты> отсутствовала, в связи с отсутствием оборудования для проведения такой диагностики.

Третье лицо ФИО8 в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных требований, пояснила, что она вела пациентку ФИО16 участвовала в междисциплинарных консилиумах, ФИО16. оказывалась вся необходимая медицинская помощь, но она, нарушала режим 

<

данные изъяты>. Пациентка постоянно находилась под наблюдением врачей. Согласно заключению экспертов, выявленный дефект оказания медицинской помощи ФИО16 стационарно в ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не явился причиной развития каких-либо заболеваний и патологических состояний в организме матери и плода, не привел к ухудшению состояния их здоровья и не повлияли на него, следовательно, в причинно-следственной связи с наступлением смерти не состоит. В ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ» возможность назначения и проведения 

<

данные изъяты> отсутствовала, в связи с отсутствием оборудования для проведения такой диагностики. Прибор для проведения 

<

данные изъяты> имеется в ГБУЗ ПК «Ордена «Знак Почета» Пермская краевая клиническая больница. Проведение исследования в данном медицинском учреждении также было невозможно, поскольку после забора крови, исследование должно проводится сразу же. 

<

данные изъяты> было проведено исходя 

<

данные изъяты>. Для проведения 

<

данные изъяты>, отсутствовали показания. 

Представитель третьего лица ГБУЗ ПК «Ордена «Знак Почета» Пермская краевая клиническая больница ФИО27 в судебном заседании вопрос по заявленным требованиям оставил на усмотрение суда, поскольку к ГБУЗ ПК «Ордена «Знак Почета» Пермская краевая клиническая больница исковые требования не заявлены. 

Третьи лица ФИО32, ФИО3, ФИО4 в судебное заседание не явились, о дате и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом, ранее в судебном заседании возражали против удовлетворения заявленных требований, поясняли, что действовали в соответствии с инструкциями, нарушений в их действиях не было (том 2 л.д. 172).

Представители третьих лиц Филиал ООО «Капитал МС» в Пермском крае, Министерства здравоохранения Пермского края в судебное заседание не явились о дате и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Третьи лица ФИО5, ФИО11, ФИО6, ФИО7, ФИО12, ФИО22 А.Х., ФИО9, ФИО10, ФИО13, ФИО14, ФИО15 в судебное заседание не явились, о дате и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

Представитель третьего лица ГБУЗ ПК «Чайковская центральная городская больница» в судебное заседание не явился, о дате и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом, просили рассмотреть дело в отсутствии представителя. 

Представитель третьего лица Территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Пермскому краю в судебное заседание не явился, о дате и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом, просили рассмотреть дело в отсутствии представителя. Направили в суд отзыв, в котором указали, что Федеральный государственный контроль осуществляется в соответствии с требованиями Федерального закона от 31.07.2020 № 248-ФЗ «О государственном контроле (надзоре) и муниципальном контроле в Российской Федерации». Основанием для проведения контрольно-надзорных мероприятий является поступление обращения гражданина в соответствии с требованиями ст.ст. 57, 58,59 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 248-ФЗ «О государственном контроле (надзоре) и муниципальном контроле в Российской Федерации». В адрес Территориального органа Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Пермскому краю обращения гр. ФИО1, ФИО17, ФИО18 в отношении ГБУЗ ПК «Куединская ЦРБ», ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ» не поступали, проверки не проводились (том 5 л.д. 1-2).

Заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, заключение прокурора, исследовав материалы настоящего гражданского дела, письменные доказательства, копию материалов уголовного дела №, медицинские амбулаторные и стационарные карты суд приходит к следующему выводу.

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на охрану здоровья (статья 41 Конституции Российской Федерации).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации).

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Согласно п.1 ст.2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (пункт 2 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В силу ст.4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» к основным принципам охраны здоровья граждан относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (чч.1,2 ст.19 Федерального закона «Об основах охраны доровья граждан в Российской Федерации»).

В п.21 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 

1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти;

2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями;

3) на основе клинических рекомендаций;

4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч.1 ст.37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч.2 ст.64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с ч.2 ст.76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч.2 и 3 ст.98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов), так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

В соответствии с ч.1 ст.64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» экспертиза качества медицинской помощи проводится в целях выявления нарушений при оказании медицинской помощи, в том числе оценки своевременности ее оказания, правильности выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, степени достижения запланированного результата.

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу п.1 ст.1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (ст. 1064 - 1101) и ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно п. 1, 2 ст.1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п.1 ст.1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Статья 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.(п.1).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.(п.2).

В пунктах 25 - 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено ли причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

В пункте 30 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации обращено внимание судов на то, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем, исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

В п. 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина» даны разъяснения о том, что по общему правилу, установленному статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина»).

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинная связь между наступившим вредом и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда. Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине. Исключения из этого правила установлены законом, в частности статьей 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации. Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда влечет наступление негативных последствий в виде физических и нравственных страданий потерпевшего. При этом закон не содержит указания на характер причинной связи (прямая или косвенная (опосредованная) причинная связь) между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим моральным вредом и не предусматривает в качестве юридически значимой для возложения на причинителя вреда обязанности возместить моральный вред только прямую причинную связь.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимыми и подлежащими доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага (в настоящем случае - право на родственные и семейные связи), при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ в ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ» умерла ФИО16, ДД.ММ.ГГГГ г.р. (том 1 л.д.26)

ФИО16 (до замужества ФИО28) является дочерью ФИО17 и ФИО1 и сестрой ФИО18 (до замужества ФИО29) (том 1 л.д. 25, 27).

Из диспансерной книжки беременной следует, что 

<

данные изъяты>

Из индивидуальной карты беременной родильницы от ДД.ММ.ГГГГ следует, что 

<

данные изъяты>.

Из медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № ФИО22 О.Ю., следует, что 

<

данные изъяты>

ФИО16. выдано направление № от ДД.ММ.ГГГГ в ГКУЗ 

<

адрес> 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ ФИО22 О.Ю. была на приеме у врача-

<

данные изъяты> Рекомендовано лечение у терапевта, мазок на 

<

данные изъяты> Явка на ДД.ММ.ГГГГ.

Из журнала обращений в акушерское отделение ДД.ММ.ГГГГ следует: ДД.ММ.ГГГГ ФИО16 (

<

данные изъяты>

Из копии амбулаторного журнала учета приема больных № ГБУЗ ПК «Куединская ЦРБ» следует, что 

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ. Жалобы: 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты>

Согласно карте вызова скорой медицинской помощи №, ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты>

Из карты вызова скорой медицинской помощи № следует, что ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты>

Из истории родов № ФИО22 О.Ю., следует, что 

- ДД.ММ.ГГГГ пациентка ФИО22 О.Ю. доставлена бригадой скорой медицинской помощи в отделение для лечения COVID-19 в ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ» с жалобами 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

Из протокола патологоанатомического вскрытия № от ДД.ММ.ГГГГ трупа ФИО22 ФИО16 установлено, что причиной смерти является 

<

данные изъяты>

В соответствии со ст. 43 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», Постановлением Правительства РФ от 1 декабря 2004 г. №715 «Об утверждении перечня социально значимых заболеваний и перечня заболеваний, представляющих опасность для окружающих» (в редакции Постановления Правительства Российской Федерации от 31 января 2020 г. №66 «О внесении изменения в перечень заболеваний, представляющих опасность для окружающих» коронавирусная инфекция (2019-пСо V) или COVID-19 включено в перечень заболеваний, представляющих опасность для окружающих, исходя из высокого уровня первичной инвалидности и смертности населения, снижения продолжительности жизни заболевших.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 2 июля 2020г. №973 «Об особенностях организации сказания медицинской помощи при угрозе распространения заболеваний, представляющих опасность для окружающих» (вступило в силу с ДД.ММ.ГГГГ) предусмотрено, что медицинская помощь пациентам при угрозе распространения заболеваний оказывается на основе клинических рекомендаций, разработанных по заболеваниям и утвержденных медицинскими профессиональными некоммерческими организациями. В случае отсутствия клинических рекомендаций медицинская помощь пациентам оказывается на основе утверждаемых Министерством здравоохранения Российской Федерация временных методических рекомендаций, содержащих информацию по вопросам профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при заболевании:

В период нахождения ФИО22 О.Ю. на лечении действовали:

- Временные методические рекомендации «Профилактика, диагностика и лечение новой коронавирусной инфеющи (COVID-19). Версия. 12» (утв. Министерством здравоохранения Российской Федерации 21 сентября 2021 г.).

- Методические рекомендации «Организация оказания медицинской помощи беременным, роженицам, родильницам и новорожденным при новой коронавирусной инфекции COVID-19. Версия 4» (утв. Министерством здравоохранения РФ 5 июля 2021 г.).

Кроме того, Приказом Министерства здравоохранения РФ от 19 марта 2020 г. № 198н «О временном порядке организации работы медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой коронавирусной инфекции COVID-19», утверждены:

- порядок взаимодействия федеральных дистанционных консультативных центров анестезиологии-реаниматологии по вопросам диагностики и лечения новой коронавирусной инфекции COVID-19 и пневмоний с дистанционными консультативными центрами анестезиологии- реаниматологии в субъектах Российской Федерации по вопросам диагностики и лечения новой коронавирусной инфекции COVID-19 и пневмоний;

- временный порядок организации оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой коронавирусной инфекции COVID-19;

- основные принципы организации медицинской помощи пациентам с острыми респираторными вирусными инфекциями среднетяжелого или тяжелого течения, тяжелыми и (или) осложненными формами гриппа и внебольничной пневмонией при подозрении на новую коронавирусную инфекцию COVID-19 в медицинских организациях и их структурных подразделениях, оказывающих медицинскую помощь в стационарных условиях;

- алгоритм действий медицинских работников; оказывающих медицинскую помощь в стационарных условиях;

- порядок организации дополнительной подготовки медицинских работников в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой коронавирусной инфекции COVID-19;

- минимальные требования к осуществлению медицинской деятельности, направленной на профилактику, диагностику и лечение новой коронавирусной инфекции COVID-19;

- порядок госпитализации в медицинские организации пациентов с установленным диагнозом новой коронавирусной инфекции COVID-19 в зависимости от степени тяжести заболевания;

- порядок выписки (перевода) из медицинской организации и критерии выздоровления пациентов с установленным диагнозом новой коронавирусной инфекции COVID-19;

- временный порядок организации проведения профилактических прививок против новой коронавирусной инфекции COVID-19.

По факту смерти ФИО16. ДД.ММ.ГГГГ было возбуждено уголовное дело № по признакам преступления, предусмотренного ч.2 ст.109 Уголовного кодекса Российской Федерации (причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей). 

В рамках уголовного дела № была проведена судебно-медицинская экспертиза материалов дела. Согласно заключению эксперта № составленному экспертами ГБУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» Министерства здравоохранения 

<

адрес>. Эксперты пришли к следующим выводам: 

<

данные изъяты>

Анализ документов показал, что при оказании медицинской помощи этапе ГБУЗ ПК «Куединская ЦРБ» были допущены следующие дефекты врачебной тактики:

- 

<

данные изъяты>

В остальном медицинская помощь в планах обследования и лечения оказаны качественно, своевременно, правильно, в полном объеме, согласно нормативным документам, диагнозы выставлены верно, беременность велась должным образом, с учетом отягощенною акушерско-гинекологического анамнеза.

Между вышеуказанными дефектами оказания медицинской помощи на этапе ГБУЗ ПК «Куединская ЦРБ» и смертью ФИО16. прямой причинно-следственной связи нет.

Анализ документов показал, что при оказании медицинской помощи на этапе ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ» были допущены следующие дефекты:

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

В остальном оказание медицинской помощи на данном этапе в плане обследования, лечения было соответствующим, своевременным, своевременно и правильно диагностировано и установлено имевшееся заболевание.

Между вышеуказанными дефектами оказания медицинской помощи на этапе оказания медицинской помощи в ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ» и смертью ФИО16 причинно-следственной связи нет.

Учитывая тяжесть состояния ФИО16 развившиеся осложнения, сопутствующие факторы риска 

<

данные изъяты>

Постановлением следователя по особо важным делам следственного отдела по городу Краснокамск следственного управления Следственного комитета России по 

<

адрес> уголовное дело № прекращено по основанию, предусмотренному п.1 ч.1ст. 24 Уголовно процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с отсутствием события преступлений, предусмотренных ч.2 ст.109 Уголовного кодекса Российской Федерации, п.«в» ч.2 ст.238 Уголовного кодекса Российской Федерации, ч. 2 ст. 293 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Филиалом ООО «Капитал Медицинское страхование в 

<

адрес>» произведена экспертиза качества медицинской помощи. Из акта экспертизы качества медицинской помощи № от ДД.ММ.ГГГГ следует, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ при оказании медицинской помощи ФИО22 О.Ю. в ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ» дефектов не выявлено. Замечаний нет. Стандарты обследования и лечения выполнены.

Министерством здравоохранения Пермского края проведена проверка по ведомственному контролю качества и безопасности медицинской деятельности ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ»

Из акта проверки по ведомственному контролю качества и безопасности медицинской деятельности Министерством здравоохранения 

<

адрес> № в отношении юридического лица ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ» следует, что 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ» направили в Министерство здравоохранения 

<

адрес> информацию о разборе случая оказания медицинской помощи пациентке ФИО16., составлен и направлен протокол разногласий к акту проверки по ведомственному контролю качества и безопасности медицинской деятельности.

Акта проверки по ведомственному контролю качества и безопасности медицинской деятельности Министерством здравоохранения 

<

адрес> № в отношении юридического лица ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ», судом не принимается в качестве доказательства, того, что ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ» медицинская помощь была оказана с дефектами, поскольку при проведении 2-х судебных медицинских заключений, указанных в данном акте дефектов не было выявлено.

По ходатайству истцов в рамках настоящего дела определением Краснокамского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ была назначена комплексная судебная медицинская экспертиза, производство которой было поручено экспертам Санкт-Петербургского государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Бюро судебно-медицинской экспертизы».

Из заключения эксперта № следует, что 

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

7. Недооценки состояния ФИО16. на этапе оказания ей медицинской помощи в ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ» не выявлено. Состояние ФИО16. за время пребывания в стационаре оценивалось как 

<

данные изъяты>

Представитель ответчика ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ» заявил ходатайство о допросе экспертов.

Экспертов в судебное заседание вызвать не удалось, в связи с отсутствием возможности проведения видеоконференц-связи.

Сторонами были представлены вопросы для экспертов, на которые они ответили в письменном виде.

На данные вопросы эксперты представили ответы, которые согласуются с выводами сделанными в заключении №

Согласно ч.3 и ч.4 ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими.

Проанализировав содержание заключения комплексной судебной медицинской экспертизы, суд приходит к выводу о том, что оно в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 25 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», является полным, ясным, содержит подробное описание проведенного исследования, мотивированные ответы на поставленные судом вопросы, последовательно, непротиворечиво и согласуется с другими доказательствами по делу.

При проведении экспертизы эксперты проанализировали и сопоставили все имеющиеся и известные исходные данные, провели исследование объективно, на базе общепринятых научных и практических данных, в пределах своей специальности, всесторонне и в полном объеме.

В обоснование сделанных выводов эксперты приводят соответствующие данные из представленных в их распоряжение материалов, и вопреки доводам ответчика указывает применимые нормативно-правовые акты.

Каких-либо объективных и допустимых доказательств, опровергающих выводы экспертизы, представлено не было.

Эксперты до начала производства экспертизы были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации, имеют необходимые для производства подобного рода экспертиз полномочия, образование, квалификацию, специальности, стаж работы. 

Каких-либо обстоятельств, позволяющих признать данное заключение комиссионной судебно-медицинской экспертизы недопустимым либо недостоверным доказательством по делу, не установлено, выводы экспертизы подтверждаются, в том числе, представленными доказательствами и не опровергнуты ответчиком, и были оценены судом в совокупности с другими доказательствами по делу.

При этом эксперт, как лицо, обладающее необходимыми специальными познаниями, самостоятельно избирает методы исследования, объем необходимых материалов, в том, числе, определяет их достаточность для формирования полных и категоричных выводов по поставленным судом вопросам.

Учитывая изложенное, суд принимает данное заключение в качестве относимого и допустимого доказательства.

Частью 1 статьи 56 ГПК РФ предусмотрено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Вместе с тем, часть 2 той же статьи возлагает на суд обязанность определить, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, и предписывает суду выносить такие обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Из содержания исковых требований ФИО1, ФИО17, ФИО18 усматривается, что основанием для их обращения в суд с требованием о компенсации морального вреда послужило, по их мнению, ненадлежащее оказание медицинской помощи их дочери и сестре ФИО16 сотрудниками ГБУЗ ПК «Куединская ЦРБ» и ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ», в результате чего наступила её смерть.

Применительно к спорным отношениям в соответствии с действующим правовым регулированием ответчики по настоящему делу ГБУЗ ПК «Куединская ЦРБ» и ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ» должны доказать отсутствие своей вины в причинении морального вреда ФИО1, ФИО17, ФИО18, то есть представить доказательства того, что медицинская помощь, оказанная ФИО16. была оказана, надлежащим образом в соответствии с установленными стандартами, методическими рекомендациями, алгоритмами и нормативами, и что медицинским учреждением были предприняты все меры для надлежащего исполнения обязательств по оказанию медицинской помощи ФИО16

В данном случае, суд, на основании пояснений сторон и исследованных в судебном заседании материалов дела, заключений экспертов, считает, что ответчиком ГБУЗ ПК «Куединская ЦРБ», который является медицинской организацией, не выполнена установленная законом обязанность по надлежащему оказанию медицинской услуги, т.е. ответчиком нарушено основополагающее право пациента на охрану здоровья, гарантированное каждому Конституцией Российской Федерации, а также допущено бездействие, в части не своевременной диагностики 

<

данные изъяты> забор биологического материала на 

<

данные изъяты> не выполнен в дни обращений и запланирован лишь на 5 день болезни, что привело к несвоевременному началу лечения.

Доводы ответчика о том, ФИО16 сама не сходила в лабораторию ДД.ММ.ГГГГ суд находит несостоятельными, поскольку медицинская документация содержит не опровергнутые ответчиком сведения о том, что забор биологического материала для исследования должен был состояться только ДД.ММ.ГГГГ.

В части невыполнения вакцинации 

<

данные изъяты> ФИО22 О.Ю., суд не усматривает нарушений со стороны ГБУЗ ПК «Куединская ЦРБ».

В то же время, ГБУЗ ПК «Куединская ЦРБ» не выполнено 

<

данные изъяты> на приеме ФИО16. врачом 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ, что было показано для определения состояния плода при наличии жалоб на 

<

данные изъяты> а также на приеме от ДД.ММ.ГГГГ ФИО22 О.Ю. был назначен препарат «

<

данные изъяты>», назначение препарата данной группе не рекомендуется (в связи с 

<

данные изъяты>

Комиссия экспертов пришла к выводу о том, что со стороны ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ» имели место такие дефекты диагностики как не назначение и не проведение 

<

данные изъяты>

Вместе с тем, при рассмотрении дела установлено, что в ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ» возможность назначения и проведения 

<

данные изъяты> отсутствовала, в связи с отсутствием оборудования для проведения такой диагностики.

Как установлено судом, назначение ФИО16. противовирусного препарата в послеродовом периоде в период лечения в ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ» не было целесообразным в связи 

<

данные изъяты> от начала болезни, вместе с тем, не свидетельствует, на о том, что со стороны ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ» имело место оказание ФИО16 медицинской помощи не в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи, порядком оказания медицинской помощи, клиническими рекомендациями, и стандартами медицинской помощи.

По данному делу юридически значимыми и подлежащими установлению с учетом правового обоснования заявленных исковых требований положениями Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации», ст.ст. 151, 1064, 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации и иных норм права, подлежащих применению к спорным отношениям, являлось выяснение обстоятельств, касающихся того, повлияли ли выявленные дефекты оказания 

Исследовав юридически значимые обстоятельства, оценив имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к выводу о доказанности факта оказания ФИО16. умершей ДД.ММ.ГГГГ медицинской помощи ненадлежащего качества ГБУЗ ПК «Куединская ЦРБ» в связи с несвоевременной постановки её диагноза, не проведения 

<

данные изъяты> и назначения медицинского препарата, непредназначенного ФИО16

Недооценки состояния ФИО16. на этапе оказания ей медицинской помощи в ГБУЗ ПК «Краснокамская горбольница» не выявлено.

Дефекты, оказания медицинской помощи ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ» не находятся в причинно-следственной связи со смертью ФИО16

Выводы экспертов, при проведении судебной экспертизы, о том, что в период лечения ФИО16 в ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ» 

<

данные изъяты> как дефекты оказания медицинской помощи не указаны.

Кроме того, поскольку в истории родов имеются сведения о 

<

данные изъяты>

Сотрудниками ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ» приняты все меры для надлежащего оказания медицинской помощи ФИО16., в связи с чем оснований для взыскания морального вреда с ГБУЗ ПК «Краснокамская ГБ» нет.

Разрешая вопрос в части взыскания компенсации морального вреда в пользу ФИО1, ФИО17, ФИО18 суд исходит из того, что медицинская помощь близкому родственнику истцов ФИО22 О.Ю. находившейся на лечении в ГБУЗ ПК «Куединская ЦРБ» была оказана с дефектами, которые не находятся в прямой причинной связи с наступлением смерти ФИО16

Однако, невыполнение ГБУЗ ПК «Куединская ЦРБ» в полном объеме лечебно-диагностических мероприятий, привели к дефектам диагностики лечения ФИО16 в результате чего, истцам ФИО1, ФИО17, ФИО18 были причинены нравственные страдания, суд приходит к выводу об удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда с ответчика ГБУЗ ПК «Куединская ЦРБ».

Определяя размер компенсации морального вреда по правилам ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает во внимание, то, что материалами дела, доказано допущенные ответчиком ГБУЗ ПК «Куединская ЦРБ», при оказании медицинской помощи ФИО16 дефектов медицинской помощи.

В пункте 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21.11.2011 N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан Российской Федерации»).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Кроме того, бремя доказывания обстоятельств, касающихся некачественного оказания истцу медицинской помощи и причинно-следственной связи между ненадлежащим оказанием медицинской помощи и наступившими последствиями возлагается также на ответчика.

Согласно пункту 49 вышеуказанного Постановления требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Ответчиком ГБУЗ ПК «Куединская ЦРБ» не представлено доказательств, подтверждающих отсутствие вины в неоказании ФИО16. медицинской помощи, соответствующей установленным порядкам и стандартам, утвержденным уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (Министерством здравоохранения Российской Федерации).

Обязанность ответчика в силу закона организовывать и осуществлять медицинскую деятельность в соответствии с законодательными и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, в том числе порядками оказания медицинской помощи, и на основе стандартов медицинской помощи, обеспечивать организацию охраны здоровья граждан: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий, приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи, доступность и качество медицинской помощи, недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

В обоснование исковых требований истцы указывала на то, что в связи со смертью дочери, сестры они испытали тяжелые нравственные страдания, до настоящего времени они не могут смириться с утратой близкого человека, потерей дочери и сестры, которая находилась в молодом возрасте. 

Вместе с тем, при определении компенсации морального вреда, суд принимает во внимание характер и степень физических и нравственных страданий, перенесенных истцами, учитывая их близкую семейную связь с ФИО16., фактические обстоятельства дела, требования разумности и справедливости, а также степень вины ответчика, учитывая, что ни один из установленных при производстве судебной экспертизы дефектов медицинской помощи в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти пациентки не состоит, смерть ФИО16. наступила в результате неблагоприятного течения и прогрессирования новой коронавирусной инфекции 

<

данные изъяты> при беременности 

<

данные изъяты>, суд приходит к выводу, что заявленная истцами сумма в размере 1 000 000 рублей каждому является чрезмерно завышенной и неразумной, и считает возможным определить размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию с ответчика ГБУЗ ПК «Куединская ЦРБ» в пользу ФИО1 в размере 400 000 рублей, в пользу ФИО17 компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей, в пользу ФИО18 компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей.

Требования истцов к ГБУЗ ПК «Краснокамская горбольница» удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь ст.ст.194-198,199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1, ФИО17, ФИО18, удовлетворить частично. 

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения Пермского края «Куединская центральная районная больница» (ОГРН 

<

данные изъяты>) в пользу ФИО1 (паспорт №, выдан ДД.ММ.ГГГГ) компенсацию морального вреда в размере 400 000 рублей.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения Пермского края «Куединская центральная районная больница» (ОГРН 

<

данные изъяты>) в пользу ФИО17 (паспорт № выдан ДД.ММ.ГГГГ) компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения Пермского края «Куединская центральная районная больница» (ОГРН 

<

данные изъяты> в пользу ФИО18 (паспорт №, выдан ДД.ММ.ГГГГ) компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей.

ФИО1, ФИО17, ФИО18 в удовлетворении исковых требований к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Пермского края «Краснокамская городская больница», отказать.

Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Краснокамский городской суд Пермского края в течение 1 месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ

Председательствующий подпись С.И.Плешивцев

Копия верна:

Судья