дело №2-239/2025

УИД - УИД - 03RS0005-01-2024-011309-07

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 июля 2025 года город Уфа

Октябрьский районный суд города Уфы Республики Башкортостан в составе

председательствующего судьи Гибадатова У.И.

с участием старшего помощника прокурора Октябрьского района г. Уфы Сайфутдиновой Г.Р.

при секретаре Камаловой Д.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ГБУЗ РБ Городская клиническая больница № 21 г. Уфы о взыскании компенсации морального вреда, материального ущерба,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с последующим уточнением исковых требований к ГБУЗ РБ Городская клиническая больница № 21 г. Уфы о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование своих требований истец ссылается на то, что ДД.ММ.ГГГГ у истца случилась травма в быту, после чего бригадой скорой медицинской помощи его доставили в ГБУЗ Республики Башкортостан Городская клиническая больница №21 г. Уфа с диагнозом: Закрытый оскольчатый перелом надколенника со смещением отломков.

ДД.ММ.ГГГГ в 09.30 истца прооперировали. Согласно выписному эпикризу, была репозиция отломков левого надколенника. Гипсовая иммобилизация. 06 мая истца выписали согласно выписному эпикризу с улучшением. Были даны рекомендации, в том числе долечивание у ортопеда по мету жительства с ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ. истцу было назначено ортопедом-травматологом по месту жительства МСКТ левого коленного сустава, при котором выявлен: Неконсолидированный многооскольчаый перелом надколенника, окружающие ткани отечны. В структуре дистального метаэпифиза частично оссифицированиые образования до 14x13 мм.

После ряда консультаций и осмотров ортопедов-травматологом истцу было настоятельно рекомендовано повторное оперативное вмешательство, которое могут провести только за наличный расчет. Необходимость оперативного вмешательства вызвана риском его инвалидизации без такового.

В связи с вышеизложенным, полагаем, что проведенное истцу оперативное вмешательство в ГБУЗ Республики Башкортостан Городская клиническая больница №21 г. Уфа в объеме: репозиции отломков левого надколенника, не соответствует Клиническим рекомендациям, обязательным к применению на территории РФ, что в свою очередь привело в необходимости повторного оперативного вмешательства, а в его отсутствии к инвалидизации, а также привело к возникновению у него моральных страданий, выражающихся в страхе повторного оперативного вмешательства, недоверии к врачам, необходимости терпеть боль.

В связи с чем истец просит взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 рублей.

В независимости от того, в какой сфере деятельности оказываются те или иные услуги, права потребителя в указанных отношениях регулируются Законом РФ «О защите прав потребителей» № 2300-1 от 07.02.1992 (далее Закон №2300-1).

Человек, который обращается за получением платных медицинских услуг или медицинских услуг, оказываемых на безвозмездной основе по программе ОМС, является не только пациентом, но и потребителем.

Медицинская услуга, оказанная ФИО1 в ГБУЗ Республики Башкортостан Городская клиническая больница №21 г. Уфа была оказана в условиях не соответствующих санитарно-гигиеническим требованиям.

ФИО1 в ГБУЗ Республики Башкортостан Городская клиническая больница №21 г. Уфа была оказана некачественная, небезопасная медицинская услуга, имеющая существенные недостатки. Кроме прочего, было нарушено право ФИО1 на получение необходимой и достоверной информации об исполнителе услуг.

Действиями сотрудников ГБУЗ Республики Башкортостан Городская клиническая больница №21 г. Уфа истцу был причинен моральный вред, который выразился в длительном болевом синдроме, в страданиях от повторного оперативного вмешательства, длительном периоде нетрудоспособности. Все данные факты истец подтвердил (информация имеется в материалах дела).

Также действия сотрудников ГБУЗ Республики Башкортостан Городская клиническая больница №21 г. Уфа нанесли ФИО1 материальный ущерб, выражавшийся в дополнительных финансовых расходах на лечение.

На основании изложенного просит суд взыскать с ответчика

компенсацию морального вреда в размере 3 000 000 (три миллиона) рублей;

материальный ущерб в размере 406 300 рублей.

Представитель ответчика в судебном заседании исковые требования не признала, в удовлетворении иска просила отказать. В обосновании своей позиции предоставил возражения на исковое заявление, которые приобщены к материалам дела.

Истец, третьи лица, представители третьих лиц на судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

Согласно части 1 статьи 6.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в судах и исполнение судебного постановления осуществляются в разумные сроки.

Разбирательство дел в судах осуществляется в сроки, установленные настоящим Кодексом. Продление этих сроков допустимо в случаях и в порядке, которые установлены настоящим Кодексом, но судопроизводство должно осуществляться в разумный срок (часть 2 настоящей статьи).

При определении разумного срока судебного разбирательства, который включает в себя период со дня поступления искового заявления или заявления в суд первой инстанции до дня принятия последнего судебного постановления по делу, учитываются такие обстоятельства, как правовая и фактическая сложность дела, поведение участников гражданского процесса, достаточность и эффективность действий суда, осуществляемых в целях своевременного рассмотрения дела, и общая продолжительность судопроизводства по делу (часть 3).

Суд принимает во внимание, что настоящее гражданское дело поступило в суд ДД.ММ.ГГГГ

Из материалов дела следует, что истцу были направлены судебные повестки по адресам указанным в исковом заявлении, также истцу были направлены телеграммы на судебные заседания.

Истец не присутствовал и не обеспечил своего представителя ни на одном из судебных заседаниях, которые проходили ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ.

Дело находится в производстве суда более 10 месяцев, истец, имея достаточно времени для изложения своей позиции по делу.

В соответствии с частью 1 статьи 35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

Действия истца, в лице представителя, по неоднократному заявлению ходатайств об отложении судебных заседаний, при изложенных обстоятельствах, квалифицируются в качестве злоупотребления своими процессуальными правами, поскольку направлены на препятствие рассмотрению настоящего гражданского дела и затягивание судебного разбирательства.

Учитывая, что реализация участниками гражданского оборота своих прав не должна нарушать прав и охраняемых законом интересов других лиц, в том числе на быстрое и правильное рассмотрение споров, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса, порядке ст. 167 ГПК РФ, поскольку полагает возможным разрешить его по имеющимся в деле доказательствам.

Сведения о времени и месте судебного разбирательства заблаговременно были размещены на официальном сайте Октябрьского районного суда Республики Башкортостан в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет".

Выслушав участников процесса, мнение старшего помощника прокурора полагавшей, что требования не подлежат удовлетворению, исследовав материалы гражданского дела, в пределах заявленных требований и представленных доказательств, проверив все юридически значимые обстоятельства по делу, суд приходит к следующему выводу.

В силу части 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом

Статьей 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В части 1 статьи 17 Конституции РФ закреплено, что в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации.

Согласно части 2 статьи 17 Конституции РФ основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения.

В соответствии со статьей 18 Конституции РФ права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием.

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно, за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (часть 1 статьи 41 Конституции РФ).

Таким образом, здоровье как неотъемлемое и неотчуждаемое благо, принадлежащее человеку от рождения и охраняемое государством. Конституция РФ относит к числу конституционно значимых ценностей, гарантируя каждому право на охрану здоровья, медицинскую и социальную помощь.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» регулирующий отношения, возникающие в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации (далее - в сфере охраны здоровья), и определяет права и обязанности человека и гражданина, отдельных групп населения в сфере охраны здоровья, гарантии реализации этих прав.

Согласно пункту 1 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Под охраной здоровья граждан подразумевается система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического) характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами, в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (ст. 2 ФЗ «Об охране здоровья»). 

В пунктах 1, 2, 5-7 статьи 4 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» отражены основные принципы охраны здоровья: I) соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; 2) приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; 5) ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; 6) доступность и качество медицинской помощи; 7) недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (пункты 3, 9 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы, в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе, в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан»).

В пункте 21 статьи 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан» определено, что качество медицинской помощи - это совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата.

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: 1) в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; 2) в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; 3) на основе клинических рекомендаций; 4) с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (часть 1 статьи 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно части 2 статьи 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов лечения) по вопросам оказания медицинской помощи, разрабатываемых и утверждаемых в соответствии с частью 2 статьи 76 этого Федерального закона, и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность, в соответствии с законодательством Российской Федерации, за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (части 2, 3 статьи 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан»).

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса РФ установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

В соответствии со статьей 8 Гражданского Кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная 

<

данные изъяты>, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Исходя из пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса РФ, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В соответствии с п. 1 и п. 2 ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом, в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда, должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом, с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Пунктом I Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» установлено, что права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам я нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17, 45 Конституции Российской Федерации).

Одним из способов защиты гражданских нрав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации),

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную 

<

данные изъяты>, честь и доброе имя, 

<

данные изъяты> переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно пункту 12 Постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2022 № 33 обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав, либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

В случаях, предусмотренных законом, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда (пункт 1 статьи 1070, статья 1079, статьи 1095 и 1100 ГК РФ).

В соответствии с пунктами 14, 15 Постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2022 № 33, под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной 

<

данные изъяты> распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда.

Причинение морального вреда потерпевшему, в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.

Привлечение лица, причинившего вред здоровью потерпевшего, к уголовной или административной ответственности не является обязательным условием для удовлетворения иска.

В пункте 20 Постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2022 № 33 закреплено, что моральный вред, причиненный работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, подлежит компенсации работодателем (абзац первый пункта I статьи 1068 Гражданского кодекса РФ). Осуждение или привлечение к административной ответственности работника как непосредственного причинителя вреда, прекращение в отношении его уголовного дела и (или) уголовного преследования, производства по делу об административном правонарушении не освобождают работодателя от обязанности компенсировать моральный вред, причиненный таким работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Обязанность компенсировать моральный вред, причиненный гражданином, выполняющим работу на основании гражданско-правового договора, может быть возложена на юридическое лицо или гражданина, которыми с причинителем вреда был заключен такой договор, при условии, что причинитель вреда действовал или должен был действовать по заданию данного юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ (абзац второй пункта 1 статьи 1068 ГК РФ).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований, (пункт 25 Постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2022 № 33).

В пункте 26 Постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2022 № 33 закреплено, что определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.

Согласно пункту 27 Постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2022 № 33 тяжесть, причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом, с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда, судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке, с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (п. 28 Постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2022 № 33).

В пункте 49 Постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2022 № 33 даны разъяснения о том, что требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Таким образом, право на компенсацию морального вреда возникает, при наличии, предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса РФ) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом, соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

В соответствии со статьей 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд разрешает гражданские дела на основании Конституции Российской Федерации, международных договоров Российской Федерации, федеральных конституционных законов, федеральных законов, нормативных правовых актов Президента Российской Федерации, нормативных правовых актов Правительства Российской Федерации, нормативных правовых актов федеральных органов государственной власти, конституций (уставов), законов, иных нормативных правовых актов органов государственной власти субъектов РФ, нормативных правовых актов органов местного самоуправления.

Из содержания ст.ст. 3, 11, 12 ГПК РФ в их взаимосвязи, следует, что условием предоставления судебной защиты является установление факта нарушения субъективного материального права или охраняемого законом интереса истца именно тем лицом, к которому предъявлено требование, то есть ответчиком по делу.

Согласно ч. 2 ст. 150 ГПК РФ суд имеет право принять решение согласно имеющимся в деле доказательствам.

При рассмотрении настоящего дело установлено, что ГБУЗ Республики Башкортостан Городская клиническая больница № 21 г. Уфа (ГБУЗ РБ ГКБ № 21 г. Уфа), находящаяся по адресу: 

<

адрес>, является действующим юридическим лицом, основным видом деятельности которого является деятельность больничных организаций. Учредителем учреждения является Министерство здравоохранения РБ.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, зарегистрированный в г. 

<

адрес>, находясь в г. Уфа, в ночное время, в незнакомой местности, не справился с управлением электросамоката, при падении получил травму в виде закрытого оскольчатого перелома левого надколенника со смещением отломков, в связи с чем бригадой СМП доставлен в ПДО ГБУЗ РБ ГКБ № 21 г. Уфа. После проведенных оперативного вмешательства, лечения и медицинской реабилитации, рекомендации лечащего врача, изложенные в выписном эпикризе от ДД.ММ.ГГГГ, надлежащим образом не исполнил, сведения об обращении по месту жительства в поликлинику к ортопеду на долечивание с ДД.ММ.ГГГГ не предоставил, швы снял в установленные сроки. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в рамках оперативного вмешательства в ГБУЗ РБ ГКБ № 21 г. Уфа достигнуто устранение смещения отломков надколенника: операция завершена рентген-контролем, которым установлено, что репозиция отломков надколенника достигнута, состояние отломков удовлетворительное. 

Впоследствии ФИО1 проведен ряд дополнительных медицинских исследований обращений:

- ДД.ММ.ГГГГ к врачу травматологу-ортопеду 

<

данные изъяты> (г. Уфа)

- ДД.ММ.ГГГГ к врачу травматологу-ортопеду клиники «

<

данные изъяты>» (г. 

<

адрес> 

<

данные изъяты> области);

- ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> (г. 

<

адрес> 

<

данные изъяты> области) проведено преждевременное МСКТ левого коленного сустава;

- ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> (г. 

<

адрес> 

<

данные изъяты> области) проведено дуплексного/триплексного сканирования артерий и вен верхних/ нижних конечностей (2 конечности) и Rg-графии органов грудной клетки (2 проекции);

- ДД.ММ.ГГГГ в 

<

данные изъяты> с жалобами на боли и ограничение движения в левом коленном суставе. На первичном приеме ДД.ММ.ГГГГ в Госпитале, врачом установлено:

- снижение качества жизни истца;

- появление боли в левом коленном суставе, ограничений движений в суставе;

Истец прошел серию МСКТ левого коленного сустава от ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ: КТ - признаки несросшегося оскольчатого перелома левого надколенника с расхождением костных отломков.

На представленном МСКТ от ДД.ММ.ГГГГ: КТ - признаки несросшегося оскольчатого перелома левого надколенника с значительным диастазом между костными отломками 14 мм. Поверхности костных отломков с неровными склерозированными контурами.

Поставлен клинический диагноз в госпитателе: последствия закрытого перелома левого надколенника от ДД.ММ.ГГГГ; несросшийся перелом в условиях остеосинтеза от ДД.ММ.ГГГГ Некорректно выполнен остеосинтез перелома надколенника отсутствовала анатомическая репозиция и сопоставление костных отломков, а также шовный материал, которым были ушиты окружающие перелом мягкие ткани, не обеспечивал стабильной фиксации отломков, в следствии чего перелом не сросся, и нарушена функция надколенника и коленного сустава.

По факту диагноза Истец госпитализирован в плановом порядке в Госпиталь с целью ревизии перелома и реостеосинтеза левого надколенника спицами и проволокой. В ходе повторного оперативного вмешательства в составе рубцовой ткани отмечается множество включенных в нее человеческих волос, выполнена санация зоны несросшегося перелома, рубцовая ткань с включенными в нее человеческими волосами удалена. Операция проведена без осложнений. По результатам оперативного лечения Истец был выписан из Госпиталя с положительной динамикой и рекомендациями по дальнейшему восстановлению. По истечении 5 недель после операции с учетом результатов КТ - ортез Истцу был снят. Назначены реабилитационные мероприятия. Лечение Истца в Госпитале проведено надлежащим образом, в полном объеме и в соответствии со стандартами оказания медицинской помощи.

В ходе рассмотрения дела допрошенный в качестве специалиста заведующий травматолого-ортопедическим отделением ГБУЗ РБ ГКБ № 21 г. Уфа ФИО6 показал, что в период c ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р., оказана экстренная помощь с планом экстренного оперативного лечения. Выставлен Клинический диагноз: Закрытый оскольчатый перелом левого надколенника со смещением отломков.

При поступлении: жалобы на боли в левом коленном суставе. Анамнез заболевания: со слов, травма уличная, ДД.ММ.ГГГГ упал с электросамоката. Бригадой скорой медицинской помощи ДД.ММ.ГГГГ доставлен в приемно-диагностическое отделение ГКБ № 21. 

ДД.ММ.ГГГГ принято решение об экстренном оперативном лечении пациента ФИО1 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 дано письменное Информированное добровольное согласие на медицинское вмешательство, в котором врачом-травматологом отделения травматологии и ортопедии ГБУЗ РБ «ГКБ № 21 г. Уфа ФИО8 в доступной для пациента форме разъяснены цели, методы оказания медицинской помощи, связанные с ними риски, возможные варианты медицинских вмешательств, их последствия, в т.ч. вероятность развития осложнений, а также предполагаемые результаты оказания медицинской помощи. Разъяснено право отказаться от одного или нескольких видов медицинских вмешательств, что подтверждается подписями пациента ФИО1 и врача ФИО8

До операции ФИО1 разъяснено, что при многооскольчатом характере перелома идеальное сопоставление отломков не представляется возможным. 

Поскольку ФИО1 поступил в ночное время суток, экстренная помощь и госпитализация пациента в травматологическое отделение для оперативного лечения оказаны дежурными врачом-травматологом ФИО8, экстренное оперативное - врачом-травматологом ФИО10, лечащий доктор - травматолог ФИО9

Оперирующий врач ГБУЗ РБ ГКБ № 21 г. Уфы ФИО10, пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 им проведено оперативное вмешательство (операция): Репозиция отломков левого надколенника. Выполнена обработка операционного поля, произведен дугообразный разрез, длиной до 15 см в проекции надколенника, выделение костных отломков. Без технических трудностей произведена адаптация костных отломков, фиксация полукисетными швами по ФИО2. Промывание растворами антисептиков. Послойные швы. Асептическая повязка. Гипсовая иммобилизация. Кровопотеря 40 мл.

Исход оперативного вмешательства (операции): благоприятный.

Врач-травматолог ФИО9 суду показал, что являлся лечащим врачом ФИО1, в рамках оказания медицинской помощи пациенту проведены: обследования (коагулограмма, общий (клинический) анализ крови, биохимический анализ крови, определение группы крови и резус фактора AB0 Rh 0 (I) отрицательно, рентгенография костей лицевого скелета и коленного сустава, рентгенологическое обследование); лечение (Кетопрофен, р-р для в/в и в/м введ., №10, 2 мл, Атолл 2 мл ДД.ММ.ГГГГ 6, Омепразол, капс. кишечнораствор., 10 мг, № 100 20.00 2 40 мг ДД.ММ.ГГГГ 6); медицинская реабилитация (ДД.ММ.ГГГГ Консультации врача ЛФК и физиотерапевта с назначением плана лечения). 

При выписке состояние удовлетворительное, оформлен листок нетрудоспособности. Даны рекомендации: долечивание в поликлинике у ортопеда по месту жительства с ДД.ММ.ГГГГ, хождение на костылях без опоры на левую нижнюю конечность, тутор до 3 недель, затем шарнирный ортез до 6 недель с момента операции, дозированная нагрузка, лечебная физкультуры (ЛФК), физиотерапевтическое лечение (ФТЛ), рентген контроль оперированного сегмента через 2, 4, 6 недель со дня операции, лекарственные средства: Аркоксиа, остеогенон, прадакса, явка на повторный приём к лечащему врачу через 2 месяца, эластичная компрессия нижних конечностей до полной активации пациента, перевязки, удаление швов на 15 сутки.

ДД.ММ.ГГГГ, на дату выписки, необходимость в реостеосинтезе (повторная операция) отсутствовала.

Согласно ч. 1 ст. 79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

В целях проверки доводов сторон и в целях удовлетворения заявленного ответчиком ходатайства, определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу назначена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой поручено экспертам 

<

данные изъяты>

Согласно заключению 

<

данные изъяты>, эксперты пришли к следующим выводам:

1. Ответ на вопрос: «1) Надлежащим ли образом ФИО1 в ГБУЗ РБ ГКБ № 21 г.Уфа оказана медицинская помощь в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, в том числе соблюдены ли Клинические рекомендации Министерства здравоохранения Российской Федерации «Переломы костей голени», утвержденные в 2021 году, при лечении, а именно, верно ли выбрана врачебная тактика: была ли необходимость в «ушивании» левого надколенника, либо - в установлении металлоконструкции?»

У ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, согласно представленной медицинской документации, имело место телесное повреждение в виде закрытого оскольчатого перелома левого надколенника со смещением отломков.

В связи с этим телесным повреждением ФИО1 находился на стационарном лечении в ГБУЗ РБ ГКБ № 21 г.Уфа с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, где ДД.ММ.ГГГГ ему была проведена операция в виде репозиции отломков левого надколенника (адаптация костных отломков с фиксацией полукисетными швами по ФИО2) с последующей гипсовой иммобилизацией.

После выписки из стационара ФИО1 было рекомендовано долечивание в поликлинике по месту жительства, хождение на костылях без опоры на левую нижнюю конечность, тутор до 3 недель, затем шарнирный ортез до 6 недель с момента операции, дозированная нагрузка.

Медицинская помощь ФИО1 в ГБУЗ РБ ГКБ № 21 г.Уфа в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ была оказана своевременно, правильно, согласно приказа Минздрава РФ от 12 ноября 2012 г. № 901 н «Об утверждении Порядка оказания медицинской помощи населению по профилю «травматология и ортопедия» и клинических рекомендаций «Переломы костей голени-2021-2022-2023 (17.01.2023)», утвержденных Минздравом РФ. Врачебная тактика была выбрана верно, в соответствии с характером перелома и величине смещения отломков надколенника.

2. Ответ на вопрос: «2) Имелись ли у ФИО1 в послеоперационный период, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, какие-либо осложнения (воспалительный процесс). Если да, то находятся ли они в прямой причинной связи с оказанной в ГБУЗ РБ ГКБ № 21 г. Уфа медицинской помощью, либо являются результатом невыполнения хранительного режима, выразившегося в неисполнении рекомендаций, изложенных в выписном эпикризе ГБУЗ РБ ГКБ № 21 г. Уфа от ДД.ММ.ГГГГ, в частности, перелет на самолете, передвижение на автотранспорте между городами 

<

адрес>, 

<

адрес> 

<

данные изъяты> области и г.

<

адрес>. Каковы сроки заживления перелома надколенника?»

Возможными осложнениями после операции репозиции отломков надколенника, согласно клинических рекомендаций, являются следующие: нарушение заживления раны, глубокая инфекция, patella baja (данное осложнение может быть следствием неправильного определения длины собственной связки надколенника), контрактуры (в случае ограничения сгибания показана интенсивная кинезио-, физиотерапия, при отсутствии желаемого эффекта артроскопичекий артролиз или мобилизация коленного сустава), посттравматический атрозоарт- рит (может развиться при тяжелом первичном повреждении суставного хряща, вторичных повреждениях вследствие дисконгруэнтности).

У ФИО1 после проведенной операции ДД.ММ.ГГГГ в послеоперационный период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ каких-либо осложнений, в частности воспалительного (инфекционного) характера, достоверно установлено не было.

Средние сроки сращения переломов надколенника, как правило, составляют около 1,5-2 месяцев. Вместе с тем, данные сроки могут удлиняться в связи с индивидуальными особенностями организма (состоянием костной системы), а также с несоблюдением рекомендаций лечащих врачей.

3. Ответ на вопрос: «3) Были ли обнаружены во время производства операции в 

<

данные изъяты> инородные тела, в том числе «множество человеческих волос», имеется ли этому объективное подтверждение?»

Согласно медицинской карты пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях, в условиях дневного стационара № «

<

данные изъяты>», при проведении ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ операции (ревизия перелома и реостеосинтез левого надколенника спицами и проволокой) в составе рубцовой ткани из области диастаза между костными отломками было обнаружено «множество включенных в нее человеческих волос».

Однако, в протоколе операции от ДД.ММ.ГГГГ не содержится описания точной локализации, количества, цвета, длины обнаруженных волос.

Кроме того, в представленной медицинской документации отсутствует макро- и микроскопическое исследование операционного материала (рубцовой ткани из области диастаза между костными отломками надколенника с «множеством включенных в нее человеческих волос»), а также биологическое (генетическое) исследование обнаруженных волос.

Таким образом, наличие «человеческих волос» в составе рубцовой ткани из области диастаза между костными отломками левого надколенника при производстве операции ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ не подтверждено объективными данными, т.е. достоверно не установлено.

В рамках производства судебной экспертизы экспертами изучены и описаны:

- Медицинская карта пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях, в условиях дневного стационара № ГБУЗ РБ ГКБ № 21 г. Уфа на имя ФИО1

- Медицинская карта № 

<

данные изъяты> на имя ФИО1, 

- Медицинская карта пациента, получающего медицинскую помощь в амбулаторных условиях № ООО «

<

данные изъяты>», 

- медицинские документы ФИО1 из 

<

данные изъяты>, 

- Медицинская карта пациента, получающего медицинскую помощь в стационарных условиях, в условиях дневного стационара № «

<

данные изъяты>», 

- Компьютерный диск с записью рентгенограмм, 

- копия протокола № заседания врачебной комиссии/подкомиссии ГБУЗ РБ ГКБ № 21 г. Уфа (разбор случая оказания медицинской помощи в рамках внутреннего контроля качества).

Экспертное заключение № оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Оценивая заключение судебной экспертизы, судом не усматривается в нем недостатков, вызванных необъективностью или неполнотой исследования, выводы экспертов принимаются при вынесении судебного решения.

Заключение эксперта № отвечает требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержит подробное описание произведенных исследований, выводы и мотивированные ответы на поставленные вопросы, экспертами приведены данные из имеющихся в их распоряжении медицинских документов, в заключении указаны данные о квалификации экспертов, их образовании, стаже работы. Заключение подробно, мотивированно, обоснованно, согласуется с материалами дела. Эксперты предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Каких-либо объективных фактов, позволяющих усомниться в правильности и обоснованности заключения экспертов, не установлено.

Экспертиза проведена уполномоченной организацией на основании определения суда, с соблюдением установленного процессуального порядка, лицами, обладающими специальными познаниями, для разрешения поставленных перед ними вопросов. При проведении экспертизы, экспертами были изучены все представленные сторонами материалы дела, заключение получено с соблюдением процедуры, обеспечивающей ответственность экспертов за результаты исследования, проведенный экспертный анализ основан на специальной литературе, даны ответы на все поставленные судом вопросы.

Оснований ставить под сомнение выводы, изложенные в заключение эксперта, не имеется. Из материалов дела следует, что эксперты, проводившие экспертизу, имеют высшее образование, позволяющее выполнить назначенную судом экспертизу, соответствуют предъявляемым к экспертам требованиям (статья 13 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации»). Доказательств, указывающих на недостоверность проведенной экспертизы, либо ставящих под сомнение выводы, материалы дела не содержат.

Суд, исследовав указанное заключение эксперта как достоверное, допустимое, относимое и достаточное доказательство, оснований сомневаться в объективности данного заключения у суда не имеется.

Как следует из п. 48 Постановления Пленума ВС РФ от 15.11.2022 № 33 медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи (статья 19 и части 2, 3 статьи 98 Федерального закона от 21 ноября 2011 года № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 – 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.

При определении размера компенсации морального вреда, суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (статья 151 ГК РФ).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться, с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении.

По смыслу приведенных выше нормативных положений и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации определение размера компенсации морального вреда в каждом деле носит индивидуальный характер и зависит от совокупности конкретных обстоятельств дела, подлежащих исследованию и оценке судом, и по смыслу действующего правового регулирования размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных потерпевшим физических или нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, и иных заслуживающих внимания обстоятельств конкретного дела.

При принятии решения суду надлежит оценить не только проведенное по делу исследование, но и другие доказательства, а также их совокупность.

Судом принимаются во внимание аналогичные, последовательные пояснения ответчика ГБУЗ Республики Башкортостан ГКБ №21 г. Уфа о том, что:

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в рамках оперативного вмешательства в достигнуто устранение смещения отломков надколенника, врачебная тактика выбрана верно, медицинская помощь ФИО1 оказана в соответствии с действующим законодательством. 

в послеоперационный период, с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ врачами 4 медицинских организаций признаки воспалительного процесса не зафиксированы.

Повторная операция ФИО1 в ООО «

<

данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ проведена преждевременно, до истечения установленных сроков сращения надколенника.

Заявление 3 лица – ООО «

<

данные изъяты>» о наличии в составе рубцовой ткани ФИО1 множества включенных в нее человеческих волос не нашло своего объективного подтверждения и опровергается предоставленным истцом данными медицинским карт на имя ФИО1 из 

<

данные изъяты> клиники «

<

данные изъяты>», 

<

данные изъяты>», ООО «

<

данные изъяты>».

Рассматривая довод истца о том, что ответчиком нарушено его право на получение необходимой и достоверной информации об исполнителе услуг, установлено, что в исковом заявлении не конкретизировано, какая именно, по мнению истца, отсутствует информация на официальном сайте ГБУЗ РБ ГКБ № 21 г. Уфа. 

Установлено, что ГБУЗ РБ ГКБ № 21 г. Уфа является подведомственной Министерству здравоохранения Республики Башкортостан организацией, информация на официальном сайте ГБУЗ РБ ГКБ № 21 г. Уфа в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: 

<

данные изъяты> размещена с соблюдением требований приказов Минздрава России от 30.12.2014 № 956н «Об информации, необходимой для проведения независимой оценки качества оказания услуг медицинскими организациями, и требованиях к содержанию и форме предоставления информации о деятельности медицинских организаций, размещаемой на официальных сайтах Министерства здравоохранения Российской Федерации, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления и медицинских организаций в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" (вместе с "Информацией, предоставляемой медицинскими организациями, необходимой для проведения независимой оценки качества оказания услуг медицинскими организациями") (Зарегистрировано в Минюсте России 20.02.2015 N 36153) и Министерства здравоохранения Республики Башкортостан от 28.06.2024 № 1216-А «Об официальных сайтах медицинских организаций Республики Башкортостан».

Анализ материалов, представленных истцом, указывает на отсутствие причинно-следственной связи между оказанием ГБУЗ РБ ГКБ № 21 г. Уфа медицинской помощи ФИО1, выразившейся в проведенном ДД.ММ.ГГГГ операционном вмешательстве, и повторно проведенном ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 в ООО «

<

данные изъяты>» оперативном вмешательстве.

В связи с изложенным, данные о некачественно оказанной медицинской услуги ФИО1 со стороны ответчика отсутствуют. 

Материалы дела содержат достаточные, достоверные и допустимые доказательства, опровергающие доводы истца, отраженные в исковом заявлении.

Давая оценку указанным и установленным по делу обстоятельствам, суд не усматривает причинение ответчиком нравственных страданий.

Изложенные выше обстоятельства позволяют суду прийти к выводу о том, что сотрудниками медицинского учреждения предприняты все необходимые и возможные меры, в том числе предусмотренные стандартами оказания медицинской помощи, направленные на своевременное восстановление здоровья ФИО1, сокращение периода реабилитации и восстановления функций левого надколенного сустава в полном объеме.

Вся совокупность изложенных относимых, допустимых и достоверных доказательств является достаточной, для принятия решения по настоящему делу. Достоверность и допустимость, исследованных доказательств, у суда сомнений не вызывает.

При таких обстоятельствах, оценив все собранные по делу доказательства в их совокупности, нарушений прав истца, предусмотренных действующим законодательством и гарантированных Конституцией РФ не усматривается.

Учитывая фактические обстоятельства дела, оценивая письменные материалы дела в системной взаимосвязи с нормативными положениями, в совокупности с другими доказательствами по делу - медицинскими документами, доводами исковых заявлений, представителя ответчика, третьих лиц, суд полагает, что по делу отсутствуют доказательства оказания ответчиком некачественной медицинской помощи, повлекшей за собой причинение вреда здоровью ФИО1, а также вина медицинского учреждения и его сотрудников в причинении истцу нравственных страданий в связи с перенесенными оперативными вмешательствами в ходе рассмотрения дела не установлено, в связи с чем суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований о взыскании компенсации морального вреда.

Принимая во внимание, что медицинская помощь ФИО1 оказана своевременно и правильно, врачебная тактика выбрана верно, что подтверждается как выводами экспертного заключения, так и иными материалами дела, доказательств виновных действий, как и бездействия ответчика в материалах дела не содержится, оснований для удовлетворения исковых требований судом не усматривается.

В связи с отказом в удовлетворении исковых требований, оснований к взысканию с ответчика материального ущерба у суда также не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 12, 194-198 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ГБУЗ РБ Городская клиническая больница № 21 г. Уфы о взыскании компенсации морального вреда, материального ущерба.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Башкортостан в течение месяца через Октябрьский районный суд г. Уфы Республики Башкортостан с момента вынесения решения в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено «18» июля 2025 г.

Председательствующий судья Гибадатов У.И.