дело № 2-1330/2024

03RS0044-01-2024-001364-33

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

17 июля 2024 года село Иглино

Иглинский межрайонный суд Республики Башкортостан в составе председательствующего судьи Сафиной Р.Р., 

с участием помощника прокурора Иглинского района Республики Башкортостан Баязитовой Р.С., 

истца ФИО1 

ответчика Р.А., ее представителя адвоката – Е.В.,

при секретаре Вагизовой А.И., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Р.А. о взыскании компенсации морального вреда, причиненного дорожно-транспортным происшествием,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Р.А. о взыскании компенсации морального вреда, причиненного дорожно-транспортным происшествием, указывая в обоснование, что она длительное время состояла в фактических брачных отношениях с Х.М. У них родились дети: сын М.Х., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, сын М.Х., ДД.ММ.ГГГГ года рождения. ДД.ММ.ГГГГ около 11 часов на 241 км 300 м автодороги Казань-Буинск –Ульяновск подъезд к г Самара на территории 

<

адрес> водитель Р.А., управляя автомобилем «Рено Сандеро», госномер Е254ХХ73, передвигаясь со стороны 

<

адрес> в сторону 

<

адрес>, выехала на полосу встречного движения, где совершила столкновение с автомобилем Daewoo Nexia, госномер М664КС102, под управлением Х.М. В результате ДТП Х.М. скончался на месте происшествия, а пассажиры автомобиля: дети и истец, которая была на 23 неделе беременности, получили телесные повреждения различной степени. Постановлением Мелекесского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело в отношении Р.А., обвиняемой по ч.3 ст. 264 УК РФ, прекращено в связи с примирением сторон. При этом была установлена вина Р.А. в ДТП, нарушившей Правила дорожного движения. На момент ДТП истец находилась на 23 недели беременности, они ждали рождение третьего ребенка, девочки, но в результате ДТП беременность прервалась. На излечении ГУЗ ЦГКБ 

<

адрес> она находилась в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, где ей была проведена лапоратомия (малое кесарево сечение). ДД.ММ.ГГГГ при поступлении в стационар она была осмотра гинекологом, по результатам осмотра у нее диагностирована 3 я беременность, 22-23 недели, прогрессирующая. ДД.ММ.ГГГГ у нее диагностирована неразвивающаяся беременность на сроке 22-23 недели, у нее началось кровотечение, по результатам УЗИ ей сообщили, что ребенок умер, необходимо кесарево сечение и извлечь плод. Истец полагает, что имеет место причинно-следственная связь между ДТП и прерыванием беременности. Она пережила и до настоящего времени переживает нравственные страдания и душевную боль в связи с гибелью ребенка, который не появился на свет, что является огромным горем и невосполнимой утратой для нее. Погиб отец ее неродившегося ребенка, получили травмы ее сыновья. В один миг оборвалась жизнь двух близких ей людей. На основании изложенного истец просит взыскать с Р.А. в пользу Е.А. в счет компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб. 

В ходе судебного заседания истец ФИО1 исковые требования поддержала, суду пояснила, что она находилась на 22-23 недели беременности, в результате ДТП беременность прервалась. Она находилась на излечении, переживала нравственные страдания в связи со случившимся. Ее эмоциональное состояние сказалось на протекании беременности, из-за чего плод перестал развиваться. Считает, что ответчик должна возместить ей моральный ущерб, причиненный ее действиями. 

Ответчик Р.А. с исковыми требованиями не согласилась, просила в их удовлетворении отказать, ссылаясь на то, что ее вины в прерывании беременности Е.А. не имеется.

Представитель ответчика Е.В. с исковыми требованиями не согласилась, просила в их удовлетворении отказать, ссылаясь на то, что заключением судебно-медицинской экспертизы, проведенной в отношении Е.А. установлена, что прерывание беременности Е.А. не состоит в причинённой следственной связи с причиненным вредом здоровью. 

Исследовав материалы гражданского дела, выслушав заключение помощника прокурора Р.С., полагавшей, что в удовлетворении исковых требований Е.А. следует отказать, поскольку не установлена причинно-следственная связь между прерыванием беременности истца и противоправными действиями ответчика, суд приходит к следующему выводу. 

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности, вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию, в иных случаях, предусмотренных законом.

В силу ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В соответствии с ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Как установлено судом, ДД.ММ.ГГГГ около 11.40 часов Р.А., управляя автомобилем «Рено Сандеро», госномер Е254ХХ73, двигаясь по автодороге «Р-241 Казань –Буинск- Ульяновк, подъезд к 

<

адрес>» 

<

адрес>» на территории 

<

адрес>, совершила обгон движущегося впереди нее автомобиля «Форд Фокус», госномер Х170АМ73, под управлением В.Ю., в процессе которого потеряла контроль над управлением автомобилем, что привело к потере его устойчивости и заносу, в результате чего произошло столкновение с движущимся во встречном направлении автомобилем «Дэу Нексия», госномер М644КС02, под управлением водителя Х.М.

В результате ДТП водитель Х.М. скончался на месте происшествия. Пассажиры автомобиля «Дэу Нексия», госномер М644КС02: ФИО1, несовершеннолетние М.Х., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, М.Х., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, получили телесные повреждения различные степени тяжести. 

Постановлением Мелекесского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело в отношении Р.А., обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст. 264 УК РФ, прекращено в связи с примирением сторон. 

Указанным судебным решением установлена вина Р.А. в нарушении требований правил дорожного движения, а именно п. 1.5, 10.1 Правил дорожного движения, предусматривающих, что участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасность для движения и не причинять вреда; водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства, дорожные и метеорологические условия, скорость движения должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. 

Обращаясь в суд с настоящим иском, истец просит взыскать с ответчика Р.А. компенсацию морального вреда в связи с тем, что на момент ДТП она находилась на 22-23 недели беременности, которую врачи были вынуждены прервать путем оперативного вмешательства, поскольку на следующий день после ДТП была диагностирована неразвивающаяся беременность. Полагает, что прерывание беременности стоит в прямой причинной следственной связи с действиями ответчика. 

В рамках уголовного дела, возбужденного в отношении Р.А. по ч.3 ст. 264 УК РФ, проведена судебно-медицинская экспертиза, проведение которой было поручено ГКУЗ «Ульяновское областное бюро судебно-медицинской экспертизы». 

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ – ДД.ММ.ГГГГ у Чугуевой (в последующем Е.А.). установлена следующие повреждения: повреждения головы (ушибленная рана лобно-височной области головы справа, подкожное кровоизлияние лобной области головы), повреждения конечностей (ушибленная рана области левого локтевого сустава, открытый перелом локтевого отростка левой локтевой кости со смешением отломков, ссадина верхней трети левой голени. 

Все перечисленные повреждения в комплексе тупой сочетанной травмы квалифицируются как причинение вреда здоровью средней тяжести.

Также, за время прохождения лечения в ГУЗ Центральная городская клиническая больница 

<

адрес> у Е.А. по результатам ультразвукового исследования от ДД.ММ.ГГГГ была установлена внутриутробная гибель плода (неразвивающаяся беременность на сроке 22-23 недели), последующим искусственным прерыванием беременности по медицинским показаниям. 

Согласно представленной медицинской карте стационарного больного, а также согласно представленному заключению эксперта от ДД.ММ.ГГГГ (судебно-медицинская экспертиза плода) у Е.А. каких-либо повреждений в области живота, повреждений органов брюшной полости, забрюшинного пространства в области живота, повреждений околоплодного яйца, плода плаценты, а также связанных с полученными травмами функциональных и морфологических повреждений, которые могли привести к антенатальной гибели плода установлено не было. 

Согласно п. 6.7 медицинских критериев определения степени тяжести вреда причиненного здоровью человека прерывание беременности – прекращение течения беременности независимо от срока, вызванное причиненным вредом здоровью, с развитием выкидыша, внутриутробной гибелью плода, преждевременными родами либо обусловившиеся необходимостью медицинского вмешательства. Прерывание беременности в результате заболеваний матери и плода должно находиться в прямой причинно-следственной связи с причиненным вредом здоровью и не должно быть обусловлено индивидуальными особенностями организма женщины и плода (заболеваниями, патологическими состояниями), которые имелись до причинения вреда здоровью. 

В данном случае прямой причинно-следственной связи прерывания беременности ФИО3 с причиненным вредом здоровью не установлено. 

Кроме того, у ФИО3 согалсно представленной медицинской карте стационарного больного № ГУЗ ЦГКБ 

<

адрес>, а также согласно представленного заключения эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (судебно-медицинская экспертиза плода) были установлены признаки акушерской патологии (краевое предлежение плаценты, признаки хронической субкомпенсированной плацентарной недостаточности, признаки хронической плацентарной гипертензии, которые могли явиться причиной гибели плода. 

Из акта судебно-гистологического исследования № плаценты от Е.А. от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что имеются массивные расслаивающие кровоизлияния в базальной пластине плаценты с обильной примесью лейкоцитов. Крупноочаговое интервальное кровоизлияние в плаценте со скудной примесью нитей фибрины, рыхлой примесью лейкоцитов. При микроскопическом исследовании плаценты выявлены признаки хронической субкомпенсированной плацентарной недостаточности, хронической плацентарной гипертензии. Стромальный отек пуповины, короткая пуповина (23 см при макроскопической исследовании). 

Из акта судебно-гистологического исследования плода женского пола № от ДД.ММ.ГГГГ № следует, что строение органов плода соответствуют сроку 23 недели. Микроскопические признаки мертворожденностей: фетальный ателектаз легкого, отрицательный индекс Кернигана, отсутствие гиалиновых мембран в легком. Десквамация рогового слоя в коже. Микроскопические признаки нарушения гемодинамики. Неравномерно выраженное венозное полнокровие внутренних органов в мелко и крупноочаговыми кровоизлияниями в миокарде, крупноочаговым кровоизлиянием в капсуле вилочковой железы, множественными мелкоочаговыми кровоизлияними корковом веществе и промежуточной зоне почек, выраженный интерстициальный отек внутренних органов. Выраженный отек и набухание вещества головного мозга с мелкими очагами некроза в белом веществе. Очагово-рассеянная вакуольная дистрофия почек, выраженный стромальный отек пуповины. 

Таким образом, исследованные по делу доказательства свидетельствуют о том, что прерывание беременности на сроке 22-23 недели не состоит в причинно-следственной связи с вредом здоровью ФИО1

Более того, из заключения экспертов следует, что плод имел признаки акушерской патологии, такие как краевое предлежение плаценты, признаки хронической субкомпенсированной плацентарной недостаточности, признаки хронической плацентарной гипертензии, которые могли явиться причиной его гибели.

Доказательств того, что психо - эмоциональное состояние ФИО1 в связи с произошедшим ДТП явилось причиной гибели плода, суду не представлено. 

С учетом изложенных обстоятельств, суд не находит оснований для возложения на законного владельца транспортного средства Р.А. ответственности по возмещению истцу компенсации морального вреда в размере 1 000 000 руб. 

При этом, истец свои требования основывала лишь причинениями противоправными действиями ответчика нравственных страданий в связи с прерыванием беременности. 

В ходе судебного заседания ФИО1 также подтвердила, что претерпела нравственные страдания в связи с гибелью ребенка, которого они ждали. 

Требований же о компенсации морального вреда в связи с полученными телесными повреждениями средней тяжести истец не заявляла. Такое обоснование заявленные требования не содержат. 

С учетом изложенного, суд полагает, что в удовлетворении заявленных требований истца следует отказать. 

Руководствуясь ст. ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

в удовлетворении исковых требования ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ИНН 

<

***>, к Р.А., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ИНН 

<

***>, о компенсации морального вреда, причиненного дорожно-транспортным происшествием, в размере 1 000 000 руб., отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Республики Башкортостан через Иглинский межрайонный суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Председательствующий Р.Р.Сафина