Дело № 2-270/2020

УИД № 22RS0013-01-2019-006220-36

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

04 сентября 2020 года г. Бийск, Алтайский край

Бийский городской суд Алтайского края в составе:

председательствующего Иванниковой О.И.,

при секретаре Каковиной А.Н., 

с участием представителя истца ФИО2, представителей ответчика ФИО8, ФИО9, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО10 к обществу с ограниченной ответственностью «Фора» о взыскании суммы неосновательного обогащения,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО10 обратился в суд с настоящим иском к обществу с ограниченной ответственностью «Фора» (далее по тексту – ООО «Фора»), в котором просит взыскать с ответчика в свою пользу неосновательное обогащение в сумме 3927520 рублей 26 копеек, судебные расходы по оплате государственной пошлины – 27838 рублей.

В обоснование заявленных требований указывает, что 04 сентября 2017 года между ООО «Фора» и ФИО10 было достигнуто предварительное соглашение о продаже нежилого помещения общей площадью 413,8 кв.м., находящегося по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>

В период с 05 сентября 2017 года по 25 октября 2017 года истцом с привлечением подрядчика ООО «ППК «Прометей» был произведен комплекс работ по ремонту нежилого помещения кафе, расположенного по указанному адресу.

Стоимость выполненных работ и затрат составила 3927520 рублей 26 копеек, данная сумма была оплачена ФИО10, что подтверждается квитанциями к приходно-кассовым ордерам от 05 сентября 2017 года на сумму 2000000 рублей и от 26 октября 2017 года на сумму 1927520 рублей 26 копеек. Однако какой-либо договор во исполнение обязательств по произведению ФИО10 ремонта в спорном нежилом помещении заключен между сторонами не был, комплекс работ по ремонту помещения осуществлен с целью улучшить объект недвижимого имущества ввиду необходимости его дальнейшей покупки.

Впоследствии ООО «Фора» отказалось от заключения договора купли-продажи помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>. Таким образом, в собственность ответчика перешли неотделимые улучшения на объекте недвижимости, указанные в акте о приемке выполненных работ по договору подряда № от 05 сентября 2017 года на общую сумму 3927520 рублей 26 копеек, являющиеся неосновательным обогащением.

Ссылаясь на норму ч. 1 ст. 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ), просит удовлетворить заявленные требования. 

В судебное заседание истец ФИО10 не явился, о времени и месте судебного разбирательства извещен надлежащим образом, обратился с заявлением о рассмотрении дела в его отсутствие, что суд находит возможным. 

Представитель истца ФИО2, действующий на основании доверенности, в судебном заседании настаивал на удовлетворении исковых требований по доводам, приведенным в исковом заявлении. Дополнительно просил учесть, что стороны договора купли-продажи нежилого помещения - ФИО10 и ООО «Фора» - достигли соглашения по продаже истцу нежилого помещения по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, продавцом в счет исполнения договора перечислялись денежные средства, что подтверждается перепиской между дочерью директора и учредителя ООО «Фора» ФИО3 и сыном истца ФИО1 – ФИО7 Со стороны ответчика не поступало возражений относительно проведения ремонтных работ в помещении. 

Ходатайствовал о назначении по делу повторной строительно-технической экспертизы, ссылаясь на порочность проведенной Сибирским филиалом АО «Ростехинвентаризация-Федеральное БТИ» судебной экспертизы. В обоснование данного ходатайства просил учесть, что в нарушение требований ст. 25 Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» (далее по тексту – Федеральный закон «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ») во вводной и исследовательской частях заключения отсутствуют обязательные сведения о месте производства экспертизы, о занимаемой каждым из экспертов должности, об участниках процесса, присутствовавших при производстве судебной экспертизы. Во вводной части экспертного заключения приведен список оборудования и приборов – лазерная рулетка марки Leica DISTO А5 (цена деления 1мм) - при этом сведения о диапазоне измерения, заводском (серийном номере), о государственной поверке средства измерения отсутствуют. Выводы экспертов о невозможности определения объемов фактически выполненных электромонтажных работ и работ по монтажу вентиляционной системы недостоверные, поскольку возможность определить объемы указанных работ с применением специального оборудования (детектора скрытой электропроводки и видеоэндоскопа для инспекции труб и вентиляционных каналов) имеется. Не представляется возможным проверить достоверность выводов экспертов по первому, второму и третьему вопросам, поскольку представленных специалистам материалов, а также проведенного описания исследования в заключении экспертов недостаточно. В исследовании по четвертому вопросу в таблицах №№ 5,6 при описании аналогов приведены ссылки на закрытый (платный) интернет-ресурс. Поскольку информация об объектах – аналогах, использованная экспертами при оценке объекта исследования, была взята с закрытого (платного) интернет – ресурса, она не может быть проверена, что противоречит требованиям п. 10 Федерального стандарта оценки «Требования к отчету об оценке (ФСО № 3)». В исследовании по четвертому вопросу в таблице № 5 «Расчет стоимости объекта экспертизы сравнительным подходом по состоянию на октябрь 2017 года» экспертами не применялась корректировка на местоположение объектов аналогов относительно объекта исследования с указанием на то, что все объекты-аналоги расположены в г. Бийске, где и объект исследования. Однако отказ от применения корректировки не является аргументированным, поскольку фактор местоположения объекта исследования влияет на его стоимость. Так, объект исследования располагается в историческом центре г. Бийска, тогда как аналог № 2 – вблизи Центрального рынка по ул. Сенная, 104/1, а месторасположение аналога № 3 экспертам неизвестно, поскольку ими указан только населенный пункт – г. Бийск. Также не является аргументированным отказ от проведения корректировки при проведении исследования по четвертому вопросу в таблице № 6 «Расчет стоимости объекта экспертизы сравнительным подходом по состоянию на май 2020 года». 

Представители ответчика ООО «Фора» ФИО8, ФИО9, действующие на основании доверенностей, исковые требования не признали, ссылаясь на их необоснованность по доводам, изложенным в письменных возражениях на иск (т.1 л.д. 50-52, 63-64, т. 2 л.д. 107-109, 116-118).

В обоснование возражений представитель ответчика ФИО8 просил учесть, что договор купли-продажи между сторонами заключен не был, фактическая передача нежилого помещения по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, истцу не состоялась, а потому у ФИО10 не возникло право на проведение каких-либо работ в указанном помещении. ООО «Фора», начиная с 2017 года, несколько раз выставляло на продажу помещение по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>. Подпись на сшивке проекта договора между ООО «Фора» и ФИО10, действительно, принадлежит ФИО11, однако данный договор ею не подписан. Наличие подписи объясняется тем, что стороны намеревались заключить договор, однако не заключили его, поскольку ООО «Фора» не устроил предложенный покупателем порядок оплаты покупной цены. Данное помещение не требовало ремонта, о чем свидетельствуют представленные фототаблицы. Представленная истцом смета на выполнение работ датирована 2017 годом, в то время как в ней указаны расценки 2018 года, что свидетельствует о порочности данного доказательства. В помещении по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес> действительно, были проведены работы, однако они нанесли ущерб помещению, их нельзя отнести к улучшениям. Кроме того, ООО «Фора» в период с 2006 по 2013 

<

адрес> пом. Н-2, состояние указанного объекта ремонта не требовало. 05 сентября 2017 года супруга истца ФИО4 была принята на работу в ООО «Фора» на должность директора. Согласно трудовому договору работник ФИО4 имела право распоряжаться имуществом и средствами ООО «Фора» исключительно по предварительному согласованию с учредителем общества – ФИО5 Учредитель и директор ООО «Фора» ФИО5 после 05 сентября 2017 года находилась в отпуске с выездом из г. Бийска, только в конце октября 2017 года она посетила кафе по указанному адресу и обнаружила снятие натяжного потолка в одном из залов. В мае 2018 года ФИО6 была уволена. Расчеты по договору строительного подряда, заключенному неуполномоченным лицом, могут быть произведены, если в последующем будут одобрены заказчиком. Однако доказательства тому обстоятельству, что ФИО5 одобрила проведение работ, не представлено. 

Кроме того, в силу ст. 1109 ГК РФ к неосновательному обогащению, не подлежащему возврату, законодатель относит денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства.

Представитель ответчика ФИО9 также просил учесть, что представленная истцом смета на выполнение работ датирована 2017 годом, в то время как в ней указаны расценки 2018 года, что свидетельствует о порочности данного доказательства. Кроме того, в ней указаны объемы работ, которые фактически не могли быть выполнены в помещении по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес> Переписка между ФИО7 и ФИО3 отношения к рассматриваемому спору не имеет, поскольку в счет оплаты покупной цены денежные средства ООО «Фора» покупателем не перечислялись. 

Третьи лица ООО «Локо Алтай», ООО «ППК «Прометей» о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, представители в судебное заседание не явились, указанное обстоятельство не является препятствием к рассмотрению дела в их отсутствие. 

Выслушав пояснения участников процесса, изучив материалы дела, суд находит исковые требования подлежащими отклонению в полном объеме по следующим основаниям.

Согласно ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности, в том числе из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также вследствие неосновательного обогащения.

При разрешении спора установлены следующие фактические обстоятельства.

В соответствии с выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц (т. 1 л.д. 35-39) ООО «Фора» зарегистрировано в качестве юридического лица с 26 июля 1999 года, его директором и единственным учредителем является ФИО5 

На основании договора купли-продажи от 29 марта 1991 года ООО «Фора» на праве собственности принадлежит нежилое помещение по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес> (т. 1 л.д. 109, 110).

В обоснование заявленных требований истец указывает, что 04 сентября 2017 года между ООО «Фора» и ФИО10 было достигнуто предварительное соглашение о продаже нежилого помещения общей площадью 413,8 кв.м., находящегося по адресу: 

<

...>, пом. Н-2. В период с 05 сентября 2017 года по ДД.ММ.ГГГГ истцом с целью улучшить объект недвижимого имущества ввиду необходимости его дальнейшей покупки с привлечением подрядчика ООО «ППК «Прометей» был произведен комплекс работ по ремонту нежилого помещения кафе, расположенного по указанному адресу, стоимость которых составила 3927520 рублей 26 копеек. Впоследствии ООО «Фора» отказалось от заключения договора купли-продажи помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, в связи с чем в собственность ответчика перешли неотделимые улучшения на объекте недвижимости, указанные в акте о приемке выполненных работ по договору подряда № от 05 сентября 2017 года на общую сумму 3927520 рублей 26 копеек, являющиеся неосновательным обогащением.

Согласно копии договора купли-продажи от 04 сентября 2017 года продавец ООО «Фора» обязуется передать в собственность покупателю ФИО10, а покупатель – принять и оплатить следующее недвижимое имущество – нежилое помещение площадью 413,8 кв.м. по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, за 7000000 рублей (т. 1 л.д. 24-25).

Данный договор содержит подпись от имени покупателя ФИО10, подпись представителя продавца - ФИО5 - отсутствует, при этом, имеется подпись директора ООО «Фора» на сшивке данного договора, которая представителями ответчика не оспаривалась. 

Представители ответчика ФИО8, ФИО9 ссылались, что договор купли-продажи между сторонами заключен не был, фактическая передача нежилого помещения по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, истцу не состоялась. ООО «Фора», начиная с 2017 года, несколько раз выставляло на продажу помещение по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>. Подпись на сшивке проекта договора между ООО «Фора» и ФИО10, действительно, принадлежит ФИО11, однако данный договор ею не подписан. Наличие подписи объясняется тем, что стороны намеревались заключить договор, однако не заключили его, поскольку ООО «Фора» не устроил предложенный покупателем порядок оплаты покупной цены. 

Согласно договору подряда от 05 сентября 2017 года № заказчик ФИО10 поручает, а подрядчик ООО «ППК «Прометей» принимает на себя обязательство выполнить комплекс работ по реконструкции и ремонту помещения по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>. Цена договора составляет 3927520 рублей 26 копеек (т. 1 л.д. 5-6). Локально-сметным расчетом (т. 1 л.д. 7-14) определен комплекс работ, а согласно акту о приемке выполненных работ (т. 1 л.д. 15-23) данные работы приняты заказчиком ФИО10 Истец ФИО10 ссылается, что оплатил указанные работы ООО «ППК «Прометей», в подтверждение чему представлены копии квитанций к приходному кассовому ордеру от 05 сентября 2017 года на сумму 2000000 рублей и от 26 октября 2017 года на сумму 1927520 рублей 26 копеек (т. 1 л.д. 6, оборот).

В обоснование возражений по спору представители ответчика ссылаются, что помещение по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>2, не требовало ремонта, о чем свидетельствуют представленные фототаблицы. Представленная истцом смета на выполнение работ датирована 2017 годом, в то время как в ней указаны расценки 2018 года, что свидетельствует о порочности данного доказательства. В помещении по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>2, действительно, были проведены работы, однако они нанесли ущерб помещению, их нельзя отнести к улучшениям. 

Согласно ст.ст. 980, 984 ГК РФ действия без поручения, иного указания или заранее обещанного согласия заинтересованного лица в целях предотвращения вреда его личности или имуществу, исполнения его обязательства или в его иных непротивоправных интересах (действия в чужом интересе) должны совершаться исходя из очевидной выгоды или пользы и действительных или вероятных намерений заинтересованного лица и с необходимой по обстоятельствам дела заботливостью и осмотрительностью. Необходимые расходы и иной реальный ущерб, понесенные лицом, действовавшим в чужом интересе в соответствии с правилами, предусмотренными настоящей главой, подлежат возмещению заинтересованным лицом, за исключением расходов, которые вызваны действиями, указанными в п. 1 ст. 983 настоящего Кодекса.

В силу требований ст. 987 ГК РФ, если действия, непосредственно не направленные на обеспечение интересов другого лица, в том числе в случае, когда совершившее их лицо ошибочно предполагало, что действует в своем интересе, привели к неосновательному обогащению другого лица, применяются правила, предусмотренные главой 60 настоящего Кодекса.

В соответствии со ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 настоящего Кодекса. Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли.

Исходя из положений ст. 1102 ГК РФ, обязательства из неосновательного обогащения возникают при одновременном наличии трех условий: факта приобретения или сбережения имущества, приобретение или сбережение указанного имущества за счет другого лица, а также отсутствия правовых оснований приобретения или сбережения имущества.

Таким образом, при предъявлении требования о неосновательном обогащении истец ФИО10 должен доказать факт получения ответчиком ООО «Фора» имущества в отсутствие каких-либо обязательств. В свою очередь, ответчик ООО «Фора» должно доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, правомерность владения и удержания находящегося у него имущества в силу закона, существующего между сторонами обязательства либо наличие обстоятельств, предусмотренных ст. 1109 ГК РФ, исключающих взыскание неосновательного обогащения.

Ч.1 ст. 1105 ГК РФ установлено, что в случае невозможности возвратить в натуре неосновательно полученное или сбереженное имущество приобретатель должен возместить потерпевшему действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, если приобретатель не возместил его стоимость немедленно после того, как узнал о неосновательности обогащения. Лицо, неосновательно временно пользовавшееся чужим имуществом без намерения его приобрести либо чужими услугами, должно возместить потерпевшему то, что оно сберегло вследствие такого пользования, по цене, существовавшей во время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило.

По ходатайству стороны истца на основании определения суда от 30 декабря 2019 года по делу назначалась судебная строительно-техническая экспертиза.

Согласно экспертному заключению Сибирского филиала АО «Ростехинвентаризация – Федеральное БТИ» от 08 июня 2020 года № 4106/04022020/2-4614/2019 (т. 2 л.д. 28-92) стоимость фактически выполненных работ на объекте по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, составляет в ценах на 3 квартал 2017 года 869514 рублей, стоимость неотделимых улучшений указанного нежилого помещения в ценах на 3 квартал 2017 года составляет 420366 рублей. На основании анализа локального сметного расчета № 02-01 (т. 1 л.д. 7-14) и акта о приемке выполненных работ за октябрь 2017 года (т. 1 л.д. 15-23), сопоставлением полученных результатов экспертного осмотра объекта исследования данным согласно пояснениям сторон, фотоматериалам, предоставленным по запросу эксперта, а также при помощи проведения необходимых расчетов экспертами был установлен объем выполненных работ по ремонту помещения по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>2. Согласно результатам исследования объемы фактически выполненных работ и материалов не соответствуют объемам работ и материалов, предусмотренным в локальном сметном расчете №02-01 и акте о приемке выполненных работ. Рыночная стоимость помещения по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, по состоянию на октябрь 2017 года округленно составляет 8100000 рублей, по состоянию на май 2020 года – 7470000 рублей. Уменьшение рыночной стоимости объекта обусловлено проведением ремонтных работ. Ввиду того, что ремонтные работы не окончены, произошло снижение визуальной привлекательности объекта экспертизы для потенциального покупателя и как следствие снижение рыночной стоимости. 

Указанное заключение экспертизы признается судом допустимым доказательством при разрешении спора, поскольку оно соответствует требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГПК РФ), а также положениями Федерального закона «О государственной судебно – экспертной деятельности в РФ». 

Эксперты предупреждены об уголовной ответственности, ими даны ответы на все поставленные судом вопросы. 

Судебная строительно-техническая экспертиза проводилась экспертом ФИО12, имеющей техническое образование по специальности «Строительство», квалификацию «Магистр», имеющей удостоверение о повышении квалификации по программе «Сметное дело в строительстве», стаж в экспертной работе с 2016 года, ФИО13, имеющей среднее профессиональное образование по специальности «Земельно-имущественные отношения», квалификацию специалиста по земельно-имущественным отношениям с базовой подготовкой и квалификацию на ведение профессиональной деятельности в сфере оценки стоимости предприятия (бизнеса), стаж работы по специальности с 2012 года, стаж в экспертной работе с 2013 года. 

Выводы экспертного исследования каких-либо противоречий, неясностей, вероятностного характера не содержат.

Как следует из экспертного заключения, экспертами проводился анализ материалов дела, непосредственный осмотр объекта исследования, на основании которых дано заключение. 

Представителем истца ФИО2 заявлено ходатайство о назначении по делу повторной судебной строительно-технической экспертизы со ссылкой на порочность указанного экспертного заключения. 

Согласно требованиям ч. 2 ст. 87 ГПК РФ в связи с возникшими сомнениями в правильности или обоснованности ранее данного заключения, наличием противоречий в заключениях нескольких экспертов суд может назначить по тем же вопросам повторную экспертизу, проведение которой поручается другому эксперту или другим экспертам.

Представитель истца ссылается, что в нарушение ст. 25 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ» во вводной и исследовательской частях заключения отсутствуют обязательные сведения о месте производства экспертизы, о занимаемой каждым из экспертов должности, об участниках процесса, присутствовавших при производстве судебной экспертизы. Во вводной части экспертного заключения приведен список оборудования и приборов – лазерная рулетка марки Leica DISTO А5 (цена деления 1мм), при этом, сведения о диапазоне измерения, заводском (серийном номере), о государственной поверке средства измерения отсутствуют. 

Согласно требованиям ст. 25 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ» в заключении эксперта или комиссии экспертов в числе прочего должны быть отражены: время и место производства судебной экспертизы; сведения о государственном судебно-экспертном учреждении, об эксперте (фамилия, имя, отчество, образование, специальность, стаж работы, ученая степень и ученое звание, занимаемая должность), которым поручено производство судебной экспертизы; сведения об участниках процесса, присутствовавших при производстве судебной экспертизы. Материалы, иллюстрирующие заключение эксперта или комиссии экспертов, прилагаются к заключению и служат его составной частью. Документы, фиксирующие ход, условия и результаты исследований, хранятся в государственном судебно-экспертном учреждении. По требованию органа или лица, назначивших судебную экспертизу, указанные документы предоставляются для приобщения к делу.

В нарушение приведенного требования экспертами, действительно, в экспертном заключении не указана занимаемая должность, однако данный недочет исследования был устранен посредством опроса экспертов ФИО12 и ФИО13 в судебном заседании 24 июля 2020 года, проведенном с использованием систем видеоконференц-связи, пояснивших о том, что они состоят в штате Сибирского филиала АО «Ростехинвентаризация-Федеральное БТИ» в должности экспертов. 

В то же время вопреки доводам представителя истца ФИО2 заключение содержит указание на место производства экспертиз – 

<

...> (т. 2 л.д. 28), а также сведения о том, что при производстве экспертизы – осмотре объекта исследования по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, - 04 марта 2020 года присутствовали представитель истца ФИО10 – ФИО2, представители ответчика ООО «Фора» - ФИО14 ФИО9, ФИО8 По запросу суда экспертами представлено свидетельство о поверке лазерной рулетки марки Leica DISTO А5, которая была использована при проведении экспертизы, в которой имеются сведения о диапазоне измерения, заводском (серийном номере), о государственной поверке средства измерения. 

Представитель истца просит учесть, что выводы экспертов о невозможности определения объемов фактически выполненных электромонтажных работ и работ по монтажу вентиляционной системы недостоверные, поскольку возможность определить объемы указанных работ с применением специального оборудования (детектора скрытой электропроводки и видеоэндоскопа для инспекции труб и вентиляционных каналов) имеется. 

Между тем, согласно пояснениям экспертов в судебном заседании 24 июля 2020 года в Сибирским филиалом АО «Ростехинвентаризация-Федеральное БТИ» отсутствует специальное оборудование (детектор скрытой электропроводки и видеоэндоскоп для инспекции труб и вентиляционных каналов). В то же время установить, когда были проведены эти работы, даже с использованием специального оборудования, возможным не представляется, сами по себе выключатели указанного оборудования к неотделимым улучшениям отнести нельзя. 

Представитель истца указывает, что в исследовании по четвертому вопросу в таблицах №№ 5,6 при описании аналогов приведены ссылки на закрытый (платный) интернет-ресурс, поскольку информация об объектах – аналогах, использованная экспертами при оценке объекта исследования, была взята с закрытого (платного) интернет – ресурса, она не может быть проверена, что противоречит требованиям п. 10 Федерального стандарта оценки «Требования к отчету об оценке (ФСО № 3)».

Согласно п. 10 Федерального стандарта оценки «Требования к отчету об оценке (ФСО № 3)», утвержденного приказом Минэкономразвития России от 20 мая 2015 года № 299, в приложении к отчету об оценке должны содержаться копии документов, используемые оценщиком и устанавливающие количественные и качественные характеристики объекта оценки, в том числе правоустанавливающие и правоподтверждающие документы, а также документы технической инвентаризации, заключения экспертиз, а также другие документы по объекту оценки (при их наличии).

В приложении к экспертному исследованию, действительно, отсутствуют скрин-шоты с сайта, которые были использованы при ответе на вопрос № 4, однако указанные скрин-шоты были представлены экспертами по запросу суда и приобщены к материалам дела. 

Представитель истца, ходатайствуя о назначении по делу повторной строительно-технической экспертизы, ссылается, что в исследовании по четвертому вопросу в таблице № 5 «Расчет стоимости объекта экспертизы сравнительным подходом по состоянию на октябрь 2017 года» экспертами не применялась корректировка на местоположение объектов аналогов относительно объекта исследования с указанием на то, что все объекты-аналоги расположены в г. Бийске, где и объект исследования. Однако отказ от применения корректировки не является аргументированным, поскольку фактор местоположения объекта исследования влияет на его стоимость. Так, объект исследования располагается в историческом центре г. Бийска, тогда как аналог № 2 – вблизи Центрального рынка по ул. Сенная, 104/1, а месторасположение аналога № 3 экспертам неизвестно, поскольку ими указан только населенный пункт – г. Бийск. Также не является аргументированным отказ от проведения корректировки при проведении исследования по четвертому вопросу в таблице № 6 «Расчет стоимости объекта экспертизы сравнительным подходом по состоянию на май 2020 года». 

В судебном заседании 24 июля 2020 года эксперт ФИО13 поясняла, что корректировка на местоположение объектов аналогов не применялась. Рассматривался общий ценовой сегмент по г. Бийску, при этом, учитывалось, что от местоположения цена на объект может меняться. 

При указанных обстоятельствах в соответствии с требованиями ч. 2 ст. 87 ГПК РФ оснований для назначения по делу повторной судебной строительно-технической экспертизы не имеется, поскольку сомнений в правильности и обоснованности проведенного экспертами Сибирского филиала АО «Ростехинвентаризация-Федеральное БТИ» не имеется. 

Таким образом, анализируя представленные доказательства в совокупности по правилам, установленным ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца суммы неосновательного обогащения в связи с проведением работ по ремонту нежилого помещения по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, поскольку в связи с их проведением рыночная стоимость указанного помещения не увеличилась, а напротив – уменьшилась, а потому исковые требования ФИО10 подлежат отклонению в полном объеме. 

Доводы представителя истца ФИО2 о том, что учредитель ООО «Фора» ФИО15 не возражала против проведения ремонтных работ по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, какими-либо допустимыми доказательствами не подтверждены. 

Указание в копии письма ФИО3 в адрес ФИО16 (т. 1 л.д. 134), которые участвующими в деле лицами не являются и пояснений по сути спора не давали, о перечислении денежных средств по оплате недвижимого имущества по договору предварительной купли-продажи между ФИО1 и ФИО5, как о наличии согласия ООО «Фора» на проведение истцом работ в нежилом помещении по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, так и их последующем одобрении не свидетельствует.

В силу п. 4 ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

В данном случае ФИО10 понесены расходы на проведение работ в помещении по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, принадлежащем ООО «Фора», во исполнение несуществующего обязательства, а потому данные расходы не подлежат возмещению, в том числе, по основаниям ч. 4 ст. 1109 ГК РФ. 

В соответствии с требованиями ст. 98 ГПК РФ понесенные истцом расходы по оплате государственной пошлины в сумме 27838 рублей в связи с обращением в суд с настоящим иском возмещению в пользу ФИО10 не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО10 к обществу с ограниченной ответственностью «Фора» о взыскании суммы неосновательного обогащения отказать в полном объеме. 

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Алтайский краевой суд через Бийский городской суд Алтайского края в течение месяца со дня составления судом решения в окончательной форме. 

Судья Иванникова О.И.