Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

14 июня 2018 года Каменский районный суд 

<

адрес> в составе председательствующего судьи Курилова А.Е., 

с участием истца ФИО1, его представителя – адвоката Шияновой Н.В., 

представителей ответчика ФИО2, третьего лица по делу ФИО3 – адвоката Бороденко С.В., Сибилевой Е.С.,

при секретаре Семерниковой Р.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании недействительным договора дарения, указав в обоснование своих требований, что на основании договора на передачу квартир (домов) в собственность граждан от ДД.ММ.ГГГГ ему, ФИО1, его супруге ФИО4 и сыну ФИО5 на праве общей совместной собственности принадлежала трехкомнатная квартира, общей площадью 61,8 кв.м., расположенная по адресу: 

<

адрес>, мкр. Заводской, 

<

адрес>. Договор был зарегистрирован в Каменском БТИ. В 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ года его сын ФИО5 вступил в брак и сменил фамилию на «ФИО17». С ДД.ММ.ГГГГ года его супруга ФИО4 страдала онкологическим заболеванием, перенесла 

<

данные изъяты> операции. В 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ года ей была установлена (повторно) первая группа инвалидности. ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 умерла. После ее смерти у нотариуса Каменск-Шахтинского нотариалнього округа ФИО6 заведено наследственное дело, согласно которому наследниками по закону являются он и сын ФИО7 В 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ года он стал оформлять документы на квартиру и ему стало известно, что 

<

данные изъяты> доля в праве общей долевой собственности на указанную квартиру зарегистрирована за ФИО2 на основании договора дарения, зарегистрированного в ЕГРН ДД.ММ.ГГГГ за №. Никаких сделок и договоров, направленных на отчуждение принадлежащей доли квартиры ФИО4 в силу своего состояния здоровья подписать не могла, так как находилась в состоянии, когда она не могла понимать значения своих действий и руководить ими, в последние годы жизни страдала рядом тяжелых заболеваний, которые сопровождались и стойкими нарушениями в психической сфере (выраженная слабость, головокружения, головные боли, эмоциональная лабильность, истощаемость, снижение памяти), а также заболеванием опорно-двигательного аппарата, ограничивающими её передвижение и соответственно снижающим социальную активность. Кроме того, поскольку она страдала в течение последних нескольких лет онкологическим заболеванием в тяжелой форме, ей врачом в рамках лечения в целях обезболивания были назначены наркотические препараты, в виду чего, она не могла осознавать происходящего, а тем более заключить и подписать договор. 

На основании изложенного, истец просит суд признать недействительным договор дарения, зарегистрированный в Едином государственном реестре недвижимости ДД.ММ.ГГГГ за № в отношении 

<

данные изъяты> доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, заключенный между ФИО4 и ФИО2. 

В судебном заседании истец ФИО1, его представитель – адвокат Шиянова Н.В. заявленные исковые требования поддержали, мотивируя доводами, указанными в исковом заявлении. 

В судебное заседание ответчик ФИО2, третье лицо по делу ФИО3 не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщили, об отложении дела не ходатайствовали. 

Согласно ст. 167 ГПК РФ, суд полагает возможным рассмотреть дело без участия ответчика ФИО2, третьего лица по делу ФИО3 

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2, третьего лица по делу ФИО3 – адвокат Бороденко С.В. возражала против удовлетворения исковых требований, просила в иске отказать, ссылаясь на то, что в момент заключения договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 понимала значение своих действий и руководила ими. Также истцом пропущен срок исковой давности по заявленному требованию.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 – Сибилева Е.С. возражала против удовлетворения исковых требований, просила в иске отказать. 

В судебном заседании свидетель ФИО8 суду показала, что она является участковым терапевтом Городской поликлиники № в мкр. Заводском 

<

адрес>. Она являлась лечащим врачом ФИО4 Ей был установлен диагноз «рак молочной железы». В ДД.ММ.ГГГГ году она как участковый терапевт посещала ФИО4 на дому. Об этом имеются отметки в карте амбулаторного больного. При посещении ФИО4 она с ней общалась, сознание у нее было ясное, она правильно отвечала на вопросы, затруднений в понимании не было. Ей был назначен препарат «Тромадол». 

В судебном заседании свидетель ФИО9 суду показал, что он знал ФИО4, являлся ее соседом, проживает в одном подъезде, часто был у нее в квартире. Он с ней разговаривал. Примерно за три недели до смерти она говорила смутно, не всегда понимала. В 2014 году она разговаривала, точно вспомнить о ее состоянии в ДД.ММ.ГГГГ году он не может. 

В судебном заседании свидетель ФИО10 суду показала, что она является знакомой Сибилевой Е.С., знает ее с № года. Она также знала ФИО4, была у нее дома. Знала, что она болела онкологическим заболеванием. В ДД.ММ.ГГГГ году ФИО4 была в ясном уме, она с ней разговаривала у нее дома, она сама передвигалась. От Сибилевой Е.С. она знает, что ФИО4 сама желала подарить свою долю в квартире своей внучке. 

Выслушав лиц, участвующих в деле, показания свидетелей, изучив и исследовав материалы дела, дав им оценку, суд считает необходимым в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказать по следующим основаниям. 

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ умерла ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, о чем составлена запись акта о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ в Отделе ЗАГС Администрации 

<

адрес>

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО4 с одной стороны – даритель и ФИО2 – одаряемая, был заключен договор дарения 

<

данные изъяты> доли в праве общей долевой собственности на квартиру, площадью 

<

данные изъяты> кв.м., расположенную по адресу: 

<

адрес>, мкр. Заводской, 

<

адрес>, что подтверждается копией договора дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ.

Указанный договор дарения квартиры от ДД.ММ.ГГГГ заключен в простой письменной форме, подписан ФИО4 и ФИО2 

Согласно п. 4 данного договора, стороны договора подтверждают, что не лишены дееспособности, не состоят под опекой и попечительством, не страдают заболеваниями, препятствующими осознать суть договора, а также отсутствуют обстоятельства вынуждающие заключить данный договор на крайне невыгодных для себя условиях. 

На основании данного договора дарения в Едином государственном реестре недвижимости зарегистрирован переход права собственности от дарителя ФИО4 к одаряемой ФИО2 в отношении 

<

данные изъяты> доли в праве общей долевой собственности на указанную квартиру. Согласно свидетельству о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ 

<

данные изъяты> доля в праве собственности на указанную квартиру зарегистрирована за ФИО2 

Истец полагает, что на момент подписания данного договора дарения ФИО4 находилась в таком состоянии, которое не позволяло ей правильно понимать значение своих действий и руководить ими. 

Согласно ч. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества. В случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Согласно ст. 420 ГК РФ, договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В соответствии со ст. 421 ГК РФ, граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Согласно п. 1 ст. 572 ГК РФ, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии со ст. 431 ГК РФ, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Буквальное толкование письменного договора от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО4 и ФИО2 позволяет сделать вывод о том, что между сторонами был заключен именно договор дарения. Данный договор содержит все существенные условия договора дарения, позволяет определить его предмет, волю сторон. Договор заключен в надлежащей простой письменной форме и подписан сторонами. 

В соответствии со ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным ГК РФ, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка), либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе. 

Согласно ст. 177 ГК РФ, сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

В силу ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

В силу ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Согласно ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Установление на основании имеющихся данных факта того, что лицо не способно понимать значения своих действий и руководить ими, факта наличия или отсутствия психического расстройства и его степени требует специальных познаний.

По делу по ходатайству представителя истца была назначена посмертная судебно-психиатрическая экспертиза. На разрешение экспертов были поставлены вопросы: 1. Страдала ли ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, каким-либо психическим заболеванием при подписании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, если да, то каким? 2. Находилась ли ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, при подписании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ по состоянию своего здоровья в таком состоянии, когда она не была способна понимать значение своих действий или руководить ими? Производство экспертизы было поручено экспертам ГБУ «Психоневрологический диспансер 

<

адрес>», расположенного по адресу: 

<

адрес>.

Согласно Заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, на основании изучения материалов гражданского дела, представленной медицинской документации, экспертная комиссия приходит к следующему выводу: ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершая ДД.ММ.ГГГГ, в течение нескольких лет, в том числе и в юридически значимый период (на момент подписания договора дарения ДД.ММ.ГГГГ) страдала тяжелой соматической патологией (гипертонической болезнью, дисциркуляторной энцефалопатией, раком молочной железы с метастазами), получала специфические и психотропные препараты, что зафиксировано в медицинской документации. Отмеченные заболевания в совокупности с пожилым возрастом подэкспертной могли оказать существенное влияние на психическое состояние ФИО4 и ее способность понимать значение своих действий и руководить ими. Однако, согласно медицинской документации, подэкспертная психиатром не осматривалась, подробно ее психическое состояние другими специалистами нигде не описывалось. По имеющимся материалам дела невозможно определить нозологическую принадлежность и степень выраженности у нее психических расстройств в юридически значимый период. Таким образом, отсутствие описания психического состояния и малоинформативность медицинских данных не позволяют всесторонне оценить динамику течения и нозологическую принадлежность психического расстройства и способность подэкспертной понимать значение своих действий и руководить ими. На основании анализа данных предоставленной документации полноценно и объективно ответить на поставленные перед экспертами вопросы не представляется возможным.

Оценив данное заключение судебной экспертизы по правилам статьи 67 ГПК РФ, в совокупности с другими доказательствами по делу, суд приходит к выводу о том, что суду не представлено достоверных и достаточных доказательств в полном мере свидетельствующих о том, что на момент заключения оспариваемого договора дарения ФИО4 не понимала значения своих действий и не могла ими руководить. 

Заключение экспертов № посмертной судебно-психиатрической экспертизы, выполненной экспертами ГБУ 

<

адрес> «Психоневрологический диспансер», является ясным, полным, определенным, не имеющим противоречий и сомнений, содержит подробное описание проведенного исследования и сделанного в его результате вывода. Вывод, сделанный экспертами, является однозначными. Оснований не доверять сообщению о невозможности дать заключение по поставленным судом вопросам не имеется. Заключение выполнено экспертами, имеющими высшее образование, являющимися врачами-психиатрами высшей категории с длительным стажем экспертной работы. 

Указанный вывод о невозможности ответить на поставленные судом вопросы сделан на основании всех представленных экспертам материалов гражданского дела, всей имеющейся медицинской документации, характеризующей состояние здоровья ФИО4, с учетом имеющихся в материалах дела показаний свидетелей. Экспертиза проведена после получения всех необходимых сведений, истребованных по ходатайству сторон. Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 Уголовного кодекса РФ за дачу заведомо ложного заключения.

Показания всех допрошенных в судебном заседании свидетелей не свидетельствуют о том, что ФИО4 на момент заключения договора дарения страдала каким-либо психическим заболеванием, не понимала значения своих действий и не могла ими руководить.

Таким образом, совокупность исследованных доказательств не позволяет сделать вывод о том, что ФИО4 при подписании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, страдала каким-либо психическим расстройством и по своему психическому состоянию не могла понимать значение своих действий либо руководить ими.

Кроме того, суд также учитывает, что само по себе наличие заболевания ФИО4 прямо и достаточно не свидетельствует о том, что она по своему психическому состоянию не способна была понимать значения своих действий либо руководить ими и совершенный договор дарения не соответствует действительному волеизъявлению по распоряжению имуществом. Кроме того, согласно указанному Заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО4 стала получать наркотические анальгетики только с 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ года, то есть после заключения спорного договора дарения. 

Суд также принимает во внимание и то обстоятельство, что при жизни ФИО4 не была признана недееспособной, вопрос о признании ее недееспособной либо ограничено дееспособной при жизни ФИО4 ее родственниками не ставился.

Согласно ст. 17 ГК РФ способность иметь гражданские права и нести обязанности (гражданская правоспособность) признается в равной мере за всеми гражданами. Правоспособность гражданина возникает в момент его рождения и прекращается смертью.

Таким образом, доводы истца о том, что ФИО4 на момент заключения договора дарения и его подписания не могла осознавать характер своих действий и руководить ими, не нашли своего объективного подтверждения в ходе судебного разбирательства. Достаточных и достоверных доказательств указанных обстоятельств суду не представлено. В обоснование своих требований суду представлены лишь устные доводы самого истца ФИО1 Данные обстоятельства являются самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований. 

На основании изложенного, исковые требования ФИО1 удовлетворению не подлежат. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным, - отказать. 

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Ростовского областного суда через Каменский районный суд 

<

адрес> в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме. 

Решение в окончательной форме принято ДД.ММ.ГГГГ.

Судья: