РЕШЕНИЕ

И

<

ФИО>1

23 октября 2023 года 

<

адрес>

Куйбышевский районный суд 

<

адрес> в составе председательствующего судьи Кучеровой А.В., при секретаре судебного заседания 

<

ФИО>3, 

с участием административного истца 

<

ФИО>2, 

с участием представителя административных ответчиков Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации, Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по 

<

адрес>, федерального казенного учреждения «Следственный изолятор 

<

номер> Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по 

<

адрес>» ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело 

<

данные изъяты> по административному исковому заявлению 

<

ФИО>2 к федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор 

<

номер> главного управления Федеральной службы исполнения наказаний России по 

<

адрес>», Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации, Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по 

<

адрес> о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

<

ФИО>2 обратился в Куйбышевский районный суд 

<

адрес> с иском к ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по 

<

адрес>, требуя взыскать в его пользу компенсацию морального вреда в размере 400 000 рублей, причиненного в результате незаконных действий (бездействий) ответчика, одиночного содержания в период с 

<

дата> по октябрь 2013 года.

В обоснование требований указано, что истец был осужден к пожизненному лишению свободы приговором Иркутского областного суда от 

<

дата>, вступившим в законную силу 

<

дата> после обжалования в кассационном порядке. В период времени с 

<

дата> по октябрь 2013 года, истец содержался в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по 

<

адрес> на основании нормы ст. 77.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, поскольку был признан потерпевшим по уголовному делу 

<

номер>, на условиях отбывания наказания в ИУ, определенном приговором суда, для участия в следственных действиях и судебном разбирательстве. Исключение составили периоды этапирования истца в 

<

адрес>, Екатеринбург, Челябинск, Омск. Около трех лет истец содержался в одиночной камере ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по 

<

адрес>. Обращения истца о содержании с кем-либо из осужденных игнорировались. Основание одиночного содержания истцу не сообщалось. При отбывании наказания в исправительном учреждении истец обратился с заявлением о предоставлении вышеуказанной информации. В ответе от 

<

дата> на обращение от 

<

дата> ответчик сообщил, что истец был размещен в режимном корпусе 

<

номер> в камере 

<

номер>, в связи с отсутствием двухместных камер для размещения осужденных к пожизненному лишению свободы. Истец полагает, что данные сведения не соответствуют действительности. Кроме того, имеется прецедентная практика по незаконному одиночному содержанию истца в ФКУ ИК-6 по 

<

адрес>. Причиненный моральный вред истец оценивает в 400 000 рублей. 

На основании определения Куйбышевского районного суда 

<

адрес> от 

<

дата> данный спор рассмотрен по правилам административного судопроизводства. 

В судебном заседании административный истец 

<

ФИО>2 заявленные требования поддержал в полном объеме, просил удовлетворить их по основаниям, изложенным в административном исковом заявлении. 

Представитель административных ответчиков Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации, Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по 

<

адрес>, федерального казенного учреждения «Следственный изолятор 

<

номер> Главного управления Федеральной службы исполнения наказаний по 

<

адрес>» ФИО1, действующая на основании доверенности, просила отказать в удовлетворении заявленных требований по основаниям, изложенным в письменных возражениях. 

Выслушав участников процесса, исследовав материалы административного дела, суд приходит к следующему.

Конституцией РФ провозглашено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства - ст. 2 Конституции РФ.

В ч. 1 ст. 20, ч. ч. 1, 2 ст. 21, ч. 1 ст. 22 Конституции РФ содержится ряд гарантий: каждый имеет право на жизнь; достоинство личности охраняется государством; никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию; каждый имеет право на свободу и личную неприкосновенность.

Согласно части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

Статьей 45 Конституции Российской Федерации закреплены государственные гарантии защиты прав и свобод (часть 1) и право каждого защищать свои права всеми не запрещенными законом способами (часть 2).

Согласно статье 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Решения и действия (или бездействие) органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений и должностных лиц могут быть обжалованы в суд.

По правилам статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

При этом под незаконными действиями (бездействием) следует понимать деяния, противоречащие законам и другим правовым актам.

Незаконными являются действия, выходящие за пределы компетенции или должностных полномочий органов и должностных лиц, или же бездействие в случаях, когда соответствующие органы либо лица отказываются от выполнения своих обязанностей.

Для наступления ответственности государства необходимо одновременное наличие следующих составляющих материальное основание такой ответственности: наступление вреда; противоправность поведения причинителя вреда (государственного органа); причинно-следственная связь между наступившим вредом и незаконным деянием; вина причинителя вреда.

Поскольку спорные правоотношения возникли до введения в действие Федеральным законом от 

<

дата> № 494-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» статьи 227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, то при разрешении настоящего дела надлежит исходить из положений ст. 151 и главы 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» Гражданского кодекса Российской Федерации, включающей помимо общих положений параграф 4 «Компенсация морального вреда». 

В силу положений пункта 1 статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 

<

дата> N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (п. 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 

<

дата> N 33).

Как разъяснено в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 

<

дата> N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В пункте 18 упомянутого выше постановления Пленума Верховного Суда РФ также разъяснено, что наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего.

В случаях, предусмотренных законом, обязанность компенсировать моральный вред может быть возложена судом на лиц, не являющихся причинителями вреда: на 

<

ФИО>1, субъект Российской Федерации, муниципальное образование - за моральный вред, причиненный в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов (статьи 1069, 1070 ГК РФ).

По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (пункт 1 статьи 1099 и пункт 1 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) (пункт 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

дата> N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

дата> N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда») разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 названного постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации).

В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

дата> N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

Как следует из вышеперечисленных норм права, компенсация морального вреда является формой гражданско-правовой ответственности, взыскание компенсации морального вреда возможно при наличии определенных условий, в том числе: установленного факта причинения вреда личным неимущественным правам либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, наличия вины второй стороны и причинно-следственной связи между наступившими последствиями и противоправным поведением ответчика.

В соответствии с подпунктом 12.1 пункта 1 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации главный распорядитель средств федерального бюджета отвечает соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств и согласно п. 3 указанной статьи выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.

В силу положений подпункта 1 пункта 3 статьи 158 Бюджетного кодекса РФ, подпункта 6 пункта 7 Положения "О Федеральной службе исполнения наказаний", утвержденного Указом Президента РФ от 

<

дата> N 1314, разъяснений пункта 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 

<

дата> N 13 "О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации", компенсация за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, взыскивается с Федеральной службы исполнения наказания, как с главного распорядителя средств федерального бюджета по ведомственной принадлежности, за счет средств казны Российской Федерации.

Согласно ст. 4 Федерального закона от 

<

дата> № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (далее - подозреваемые и обвиняемые).

В соответствии с пунктом 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

дата> 

<

номер> «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания» под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений (далее - режим мест принудительного содержания) реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе: право на личную безопасность и охрану здоровья; право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питанием, прогулки.

В соответствии с пунктом 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации нарушение условий содержания является основанием для обращения лишенных свободы лиц за судебной защитой, если они полагают, что действиями (бездействием), решениями или иными актами органов государственной власти, их территориальных органов или учреждений, должностных лиц и государственных служащих (далее - органы или учреждения, должностные лица) нарушаются или могут быть нарушены их права, свободы и законные интересы (статья 46 Конституции Российской Федерации).

Судом установлено, что 

<

ФИО>2, 

<

дата> года рождения, уроженец 

<

адрес>, осужден: 

<

дата> 

<

адрес> судом по ст. 111 ч. 3 п. «а», 209 ч.1, 30 ч. 3, 105 ч. 2 п. «е,ж,з», 105 ч. 2 п. «ж,з», 210 ч. 1, 30 ч.1, 105 ч.2 п. «ж,з», 111 ч.4, 222 ч. 3, 69 ч. 3 УК РФ к пожизненному лишению свободы с отбыванием в ИК особого режима. Приговор вступил в законную силу: 

<

дата>. 

Согласно справке по личному делу, предоставленной ФКУ ИК-6 УФСИН России по 

<

адрес>, 

<

ФИО>2 прибыл 

<

дата> в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по 

<

адрес>; прибыл 

<

дата> в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по 

<

адрес>; прибыл 

<

дата> в ФКУ ИК-2 ГУФСИН России по 

<

адрес>; прибыл 

<

дата> в ФКУ СИЗО-6 ГУФСИН России по 

<

адрес>; прибыл 

<

дата> в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по 

<

адрес>; прибыл 

<

дата> в ФКУ ИК-56 ГУФСИН России по 

<

адрес>; прибыл 01.03.2018г. в ФКУ ИК- 6 УФСИН России по 

<

адрес>.

Согласно справке начальника отдела режима и надзора ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по 

<

адрес> от 

<

дата>, 

<

ФИО>2, 

<

дата> года рождения, в период с 

<

дата> по октябрь 2013 содержался в камере 

<

номер> режимного корпуса 

<

номер>. В соответствии с нормами проектирования следственных изоляторов, установленными приказом Минюста России от 

<

дата> 

<

номер>-дсп и согласно п. 44.1. Инструкции «Об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в СИЗО и тюрьмах УИС», камеры для размещения осужденных, приговоренных к пожизненному лишению свободы, располагаются на первом этаже режимного корпуса, изолированно от остальных помещений или в отдельно стоящем здании, где ограничено движение лиц, содержащихся под стражей. В ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по 

<

адрес>, камеры для содержания осужденных к пожизненному лишению свободы расположены в отдельно стоящем режимном корпусе 

<

номер>. Учитывая, что в режимном корпусе 

<

номер> отсутствуют двухместные камеры для содержания указанной категории лиц, осужденный 

<

ФИО>2 был размещен в камеру 

<

номер> режимного корпуса 

<

номер>.

Из пояснений представителя административных ответчиков также следует, что в режимном корпусе 

<

номер> отсутствуют двухместные камеры для содержания указанной категории лиц, осужденный 

<

ФИО>2 был размещен в камеру 

<

номер> режимного корпуса 

<

номер> на общих основаниях. Камера 

<

номер> оборудована: спальным местом с размерами кровати 1,9 х 0,7 м стойка высотой 0,75 м выполненной из металлической трубы, обрамление ложа кровати из металлического уголка, заполнение - деревянное; столом и табуретом; санитарным узлом с умывальником, водоразборным краном и напольной чашей; шкафом для продуктов; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; настенным зеркалом; бачком для питьевой воды на подставке; урной для мусора; светильниками рабочего и дежурного освещения; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; кнопкой для вызова представителя администрации; штепсельной розеткой для подключения электроприборов; тазом для гигиенических целей и стирки одежды.

Из справки врио заместителя начальника учреждения следует, что камера 

<

номер> имеет площадь 7,3 кв.м. 

Как усматривается из справки врио заместителя начальника – начальника оперативного отдела ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по 

<

адрес>, установление лиц, содержавшихся в камере совместно с 

<

ФИО>2, 

<

дата> года рождения, в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по 

<

адрес> в период с 

<

дата> по октябрь 2013 года, не представляется возможным, гак как данный вид учета согласно требованиям приказа Минюста России от 

<

дата> 

<

номер>-дсп «Об утверждении Инструкции о работе учета следственных изоляторов и тюрем ФСИН России» не предусмотрен.

Из содержания справки начальника канцелярии следует, что по учетным данным канцелярии ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по 

<

адрес> за 2023 год в адрес администрации от 

<

ФИО>2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, поступили следующие заявления: ОГ-24 от 

<

дата> заявление о выдаче копии постановления об одиночном содержании в ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по 

<

адрес> (ответ 

<

ФИО>2 направлен 

<

дата> по СЭД, исх. 

<

номер>); ОГ-146 от 

<

дата> заявление о предоставлении информации по факту содержания в одиночной камере (ответ 

<

ФИО>2 направлен 

<

дата> по СЭД, исх. 

<

номер>).

Предоставить информацию по ранее поданным обращениям с 2010 по 2013 год 

<

ФИО>2, 

<

дата> года рождения, в адрес администрации учреждения не представляется возможным, так как согласно ст. 1.16 приказа МВД РФ от 

<

дата> 

<

номер> «Об утверждении Перечня документов, образующихся в деятельности органов внутренних дел, учреждений, предприятий и организаций системы Министерства внутренних дел Российской Федерации, срок хранения журналов и переписки по обращениям подозреваемых, обвиняемых и осужденных к администрации учреждения составлял 5 лет.

Между тем, в ходе судебного разбирательства стороной административных ответчиков не оспаривалось и подтверждается материалами административного дела, что административный истец был размещен в камеру 

<

номер> режимного корпуса 

<

номер>, предназначенную для содержания одного человека. 

Данное обстоятельство также подтверждается ответом ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по 

<

адрес> на обращение 

<

ФИО>2, согласно которому в соответствии с нормами проектирования следственных изоляторов, установленными приказом Минюста России от 

<

дата> 

<

номер>-дсп и согласно п. 44.1. Инструкции «Об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в СИЗО и тюрьмах УИС», камеры для размещения осужденных, приговоренных к пожизненному лишению свободы, располагаются на первом этаже режимного корпуса, изолированно от остальных помещений или в отдельно стоящем здании, где ограничено движение лиц, содержащихся под стражей. Камеры для содержания осужденных к пожизненному лишению свободы расположены в отдельно стоящем режимном корпусе 

<

номер>. Учитывая, что в режимном корпусе 

<

номер> отсутствуют двухместные камеры для содержания указанной категории лиц, осужденный 

<

ФИО>2 был размещен в камеру 

<

номер> режимного корпуса 

<

номер>, где содержался в соответствии с требованиями пункта 3 статьи 77.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации.

Разрешая возникший спор, суд обращает внимание, что в соответствии с ч. 2 ст. 10 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации при исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд в своих определениях Конституция Российской Федерации, относя принятие уголовного и уголовно-исполнительного законодательства к ведению Российской Федерации (ст. 71, п. "о"), наделила федерального законодателя полномочием предусматривать меры государственного принуждения в отношении лиц, совершивших преступления, осужденных и подвергаемых по приговору суда наказанию, существо которого, как следует из части первой ст. 43 УК РФ, состоит в предусмотренных данным Кодексом лишении или ограничении прав и свобод.

Устанавливая в рамках этих полномочий в законе меры уголовного наказания, федеральный законодатель определяет применительно к осужденным изъятия из прав и свобод в сравнении с остальными гражданами, обусловленные, в том числе особыми условиями исполнения или отбывания соответствующего вида наказания.

В соответствии с ч. 1 ст. 82 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации режим в исправительных учреждениях - установленный законом и соответствующими закону нормативными правовыми актами порядок исполнения и отбывания лишения свободы, обеспечивающий охрану и изоляцию осужденных, постоянный надзор за ними, исполнение возложенных на них обязанностей, реализацию их прав и законных интересов, личную безопасность осужденных и персонала, раздельное содержание разных категорий осужденных, различные условия содержания в зависимости от вида исправительного учреждения, назначенного судом, изменение условий отбывания наказания.

Согласно п. 44.1 приказа Минюста России от 

<

дата> N 204-дсп «Об утверждении инструкции об организации службы по обеспечению надзора за подозреваемыми, обвиняемыми и осужденными, содержащимися в СИЗО и тюрьмах УИС, камеры для размещения осужденных, приговоренных к пожизненному лишению свободы, располагаются на первом этаже режимного корпуса, изолированно от остальных помещений или в отдельно стоящем здании, где ограничено движение лиц, содержащихся под стражей.

Согласно ч. 1 ст. 127 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации, осужденные к пожизненному лишению свободы размещаются в камерах, как правило, не более чем по два человека. 

ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по 

<

адрес> образовано в 1963 году на базе тюрьмы, открытой в 1803 году, и конструктивно не предназначено для содержания такой категории осужденных, как осужденные к пожизненному лишению свободы., не имеет отдельного изолированного корпуса для их содержания. Камеры для содержания осужденных к пожизненному лишению свободы расположены в отдельно стоящем режимном корпусе N 2 четырехэтажного кирпичного здания в отдельном блоке, перекрытия железобетонные, перегородки и стены выполнены из кирпича. Транзитно-пересылочный пункт в следственном изоляторе отсутствует.

С учетом изложенного, реализация ответчиком своих полномочий по содержанию 

<

ФИО>2 в одиночной камере ФКУ СИЗО-1 ГУФСИН России по 

<

адрес>, полностью соответствует действующему законодательству и охраняемым законом целям безопасности. 

Желание административного истца содержаться совместно с иными лицами, осужденными к пожизненному лишению свободы, отсутствие возражений со стороны 

<

ФИО>4, 

<

ФИО>5, 

<

ФИО>6, допрошенных по ходатайству административного истца в качестве свидетелей, не является основанием для признания условий содержания 

<

ФИО>2 ненадлежащими.

Особенности режима отбывания пожизненного лишения свободы обусловлены общественной опасностью таких осужденных, бессрочностью наказания, в связи с чем, законодатель предусмотрел повышенные требования к обеспечению безопасности.

В частности, согласно ч. 2 ст. 80, ст. 126 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации в исправительных колониях особого режима отдельно от других осужденных отбывают наказание осужденные к пожизненному лишению свободы, а также осужденные, которым смертная казнь в порядке помилования заменена пожизненным лишением свободы.

В этой связи, оснований считать условия содержания административного истца в СИЗО-1 нарушенными в связи с его размещением в одиночной камере, у суда не имеется. 

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации применение к лицу, совершившему преступление, наказания в виде лишения свободы предполагает изменение привычного уклада жизни осужденного, его отношений с окружающими и оказание на него определенного морально-психологического воздействия, чем затрагиваются его права и свободы как гражданина и изменяется его статус как личности. Лицо, совершающее умышленное преступление, должно предполагать, что в результате оно может быть лишено свободы и ограничено в правах и свободах, то есть такое лицо сознательно обрекает себя и своих близких на ограничения, в том числе в правах на общение с членами семьи, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну (определения от 

<

дата> N 63-0, от 

<

дата> N 162-0-0, от 

<

дата> N 369-0-0).

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 

<

дата> N 24-П указано, что пожизненное лишение свободы выступает в качестве наиболее строгой из всех в настоящий момент реально возможных мер наказания за наиболее опасные виды преступлений (согласно части 1 статьи 57 Уголовного кодекса Российской Федерации - за совершение особо тяжких преступлений, посягающих на жизнь, а также за совершение особо тяжких преступлений против здоровья населения и общественной нравственности, общественной безопасности, половой неприкосновенности несовершеннолетних, не достигших четырнадцатилетнего возраста), что предполагает и наибольший комплекс ограничений прав и свобод для лиц, их совершивших.

Из правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 

<

дата> N 1397-О, также следует, что с учетом потенциальной опасности, которую представляют осужденные к пожизненному лишению свободы, законодатель вправе установить, что при отбывании наказания они должны находиться отдельно от иных категорий осужденных.

С учетом правовых позиций Конституционного Суда РФ, одиночное размещение в данном случае не является мерой взыскания, а произведено исходя из конструктивного устройства корпуса (здания) следственного изолятора, с целью обеспечения безопасности и требований законодательства о раздельном содержании различных категорий осужденных, направлено на предупреждение преступлений против личности подозреваемых и обвиняемых.

В силу части 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организаций, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности.

В соответствии с пунктом 1 части 9 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, при рассмотрении административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, суд выясняет нарушены ли права, свободы и законные интересы административного истца или лиц, в защиту прав, свобод и законных интересов которых подано соответствующее административное исковое заявление.

По смыслу приведенных норм, требования административного истца могут быть удовлетворены лишь при условии доказанности нарушения оспариваемыми решениями, действиями (бездействием) его прав и законных интересов, при этом обязанность доказывания обстоятельств нарушения прав, свобод и законных интересов оспариваемыми решениями, действиями (бездействием) должностных лиц возлагается на лицо, обратившееся в суд (часть 11 статьи 226 КАС РФ).

В соответствии со ст. 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

Вопреки доводам административного ответчика, в силу требований ст. 208 Гражданского кодекса Российской Федерации к требованиям о компенсации морального вреда не подлежит применению срок исковой давности.

Вместе с тем, при рассмотрении данного дела суд не установил вышеприведенных оснований для удовлетворения административного иска, и, в этой связи требования 

<

ФИО>7 о взыскании в его пользу компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 175 - 180 КАС РФ, суд 

РЕШИЛ:

Административные исковые требования 

<

ФИО>2 к федеральному казенному учреждению «Следственный изолятор 

<

номер> главного управления Федеральной службы исполнения наказаний России по 

<

адрес>», Федеральной службе исполнения наказаний Российской Федерации, Главному управлению Федеральной службы исполнения наказаний по 

<

адрес> о взыскании компенсации морального вреда в размере 400 000 рублей, причиненного в результате незаконных действий (бездействия), одиночного содержания в период с 

<

дата> по октябрь 2013 года - оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Иркутский областной суд через Куйбышевский районный суд 

<

адрес> в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме.

Председательствующий: А.В. Кучерова 

Мотивированный текст решения изготовлен 

<

дата> А.В. Кучерова