Дело № 2-324/2017 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

04 октября 2017 года Великий Новгород

Новгородский районный суд Новгородской области в составе:

председательствующего судьи Шибанова К.Б., 

при секретаре Иванове К.В.,

с участием представителя истца ФИО1 - ФИО2, ответчика ФИО3, представителя ответчика ФИО3 – ФИО4, представителя третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, АО «Газпром газораспределение Великий Новгород» ФИО5, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО3 об устранении препятствий в пользовании земельным участком, взыскании компенсации морального вреда, судебных расходов,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3 (с учетом последующего уточнения исковых требований) об обязании убрать расположенные на принадлежащем истцу земельном участке с кадастровым номером № бетонный блок, часть стены жилого дома, надземный и подземный участки газопровода, а также забор, взыскании компенсации морального вреда в размере 10 000 руб. В обоснование заявленных требований истец указала на то, что является собственником земельного участка с кадастровым номером №. Согласно акту выноса в натуру границ земельного участка, стена принадлежащего ответчику ФИО3 жилого дома находится на меже, а свес крыши данного дома нависает над принадлежащим истцу земельным участком на 

<

данные изъяты>, в связи с чем снег и иные осадки с крыши дома попадают на данный участок. Кроме того, на земельном участке истца располагаются труба газопровода, бетонный блок и ограждение. Расположением принадлежащих ФИО3 объектов на земельном участке ФИО1 нарушаются права последней по владению, пользованию и распоряжению данным участком. Незаконными действиями ответчика истцу ФИО1 причинен моральный вред, размер денежной компенсации которого оценивается последней в 10 000 руб.

Определением судьи от ДД.ММ.ГГГГ года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено АО «Газпром газораспределение Великий Новгород». 

Истец ФИО1, надлежащим образом извещенная о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явилась, о причинах неявки суду не сообщила. Суд, руководствуясь ч. 3 ст. 167 ГПК РФ, счел возможным рассмотреть дело в отсутствие истца. 

Представитель истца ФИО1 - ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме по мотивам и основаниям, приведенным в исковом заявлении, в дополнение пояснив, что вывод о принадлежности деревянного ограждения (забора), установленного на земельном участке истца, ответчику ФИО3, был сделан в связи с тем, что ФИО3 препятствовала ФИО1 в демонтаже данного ограждения. 

Ответчик ФИО3 и ее представитель ФИО4 в судебном заседании иск не признали в связи с тем, что действиями ФИО3 права и законные интересы истца ФИО1 не нарушены. 

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, АО «Газпром газораспределение Великий Новгород» ФИО5 в судебном заседании отнес разрешение вопроса относительно обоснованности заявленных исковых требований на усмотрение суда, пояснив, что в случае необходимости переноса трубопровода системы газоснабжения имеется техническая возможность его прокладки как вдоль противоположной границы земельного участка, для чего потребуется обеспечить новое технологическое присоединение, так и по прямой линии от места существующего технологического присоединения. 

Выслушав участвующих в судебном заседании лиц, заслушав пояснения эксперта, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам. 

Согласно ст. 35 Конституции Российской Федерации право частной собственности охраняется законом. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда.

В соответствии с п. 1 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц (п. 2 ст. 209 ГК РФ).

В соответствии с требованиями ст. 12 ГК РФ, п. 1 ст. 60 Земельного кодекса Российской Федерации (далее - ЗК РФ) собственник земельного участка имеет право на защиту своих нарушенных прав. Нарушенное право на земельный участок подлежит восстановлению в случаях: признания судом недействительным акта исполнительного органа государственной власти или акта органа местного самоуправления, повлекших за собой нарушение права на земельный участок; самовольного занятия земельного участка; в иных случаях, предусмотренных законом.

Согласно ст. 301, 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В силу п. 2 ст. 62 ЗК РФ на основании решения суда лицо, виновное в нарушении прав собственников земельных участков, землепользователей, землевладельцев и арендаторов земельных участков, может быть принуждено к исполнению обязанности в натуре (восстановлению плодородия почв, восстановлению земельных участков в прежних границах, возведению снесенных зданий, строений, сооружений или сносу незаконно возведенных зданий, строений, сооружений, восстановлению межевых и информационных знаков, устранению других земельных правонарушений и исполнению возникших обязательств.

В силу статей 68, 70 ЗК РФ формирование земельного участка происходит посредством землеустройства и кадастрового учета.

В соответствии с частью 1 статьи 39 Федерального закона от 24.07.2007 N 221-ФЗ «О кадастровой деятельности» местоположение границ земельных участков подлежит в установленном настоящим Федеральным законом порядке обязательному согласованию (далее - согласование местоположения границ) с лицами, указанными в части 3 настоящей статьи (далее - заинтересованные лица), в случае, если в результате кадастровых работ уточнено местоположение границ земельного участка, в отношении которого выполнялись соответствующие кадастровые работы, или уточнено местоположение границ смежных с ним земельных участков, сведения о которых внесены в Единый государственный реестр недвижимости.

В силу части 3 статьи 39 указанного Федерального закона согласование местоположения границ проводится с лицами, обладающими смежными земельными участками на праве собственности, пожизненного наследуемого владения, постоянного (бессрочного) пользования или аренды. 

Споры, не урегулированные в результате согласования местоположения границ, после оформления акта согласования границ разрешаются в судебном порядке (часть 5 статьи 40 Федерального закона от 24.07.2007 N 221-ФЗ «О кадастровой деятельности», статья 64 ЗК РФ).

Пунктами 9.1, 9.2 Инструкции по межеванию земель, утвержденной Роскомземом 08 апреля 1996 года, установление границ земельного участка производят на местности в присутствии представителя районной, городской (поселковой) или сельской администрации, собственников, владельцев или пользователей размежевываемого и смежных с ним земельных участков или их представителей, полномочия которых удостоверяются доверенностями, выданными в установленном порядке.

Результаты установления и согласования границ оформляются актом, который подписывается собственниками, владельцами, пользователями размежевываемого и смежных с ним земельных участков (или их представителями), городской (поселковой) или сельской администрацией и инженером - землеустроителем - производителем работ. Акт утверждается комитетом по земельным ресурсам и землеустройству района (города).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.п. 45, 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 10/24 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в силу статей 304, 305 ГК РФ иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение. Такой иск подлежит удовлетворению и в том случае, когда истец докажет, что имеется реальная угроза нарушения его права собственности или законного владения со стороны ответчика.

Иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению независимо от того, на своем или чужом земельном участке либо ином объекте недвижимости ответчик совершает действия (бездействие), нарушающие право истца.

Отсутствие возражений предыдущего собственника имущества против нарушений права собственности, не связанных с лишением владения, само по себе не может являться основанием для отказа в удовлетворении иска нового собственника об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения.

В судебном заседании из письменных материалов дела установлено, что истцу ФИО1 на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ года на праве собственности принадлежит земельный участок площадью 

<

данные изъяты>. с кадастровым номером №, расположенный по адресу: 

<

адрес> 

Ответчику ФИО3 на основании договора купли-продажи дома от ДД.ММ.ГГГГ года, договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ года и соглашения землевладельцев на образование двух новых земельных участков путем перераспределения земельных участков от ДД.ММ.ГГГГ года на праве собственности принадлежат смежный земельный участок площадью 

<

данные изъяты> с кадастровым номером № и находящийся на вышеуказанном земельном участке жилой дом общей площадью 

<

данные изъяты>. с кадастровым номером №, расположенные по адресу: 

<

адрес>

Границы принадлежащих сторонам земельных участков установлены в соответствии с требованиями действующего законодательства.

В представленных материалах землеустроительного дела по установлению в натуре границ земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес> имеется акт согласования границ земельного участка от ДД.ММ.ГГГГ, в соответствии с которым границы данного земельного участков были согласованы 

<

данные изъяты> являвшейся на момент проведения землеустроительных работ собственником означенного земельного участка, с владельцами смежных земельных участков, в том числе с владельцем земельного участка с кадастровым номером № ФИО3 

<

данные изъяты> 

Вышеуказанный акт согласования границ земельного участка сторонами в судебном заседании не оспаривались. 

Судом из письменных материалов дела также установлено, что в ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратился к кадастровому инженеру в целях выноса в натуру границ принадлежащего ей земельного участка с кадастровым номером № 

Согласно акту выноса в натуру границ земельного участка (без даты, без номера), закрепить точку № на местности не представилось возможным, поскольку данная точка располагается за ограждением соседнего участка с кадастровым номером № на расстоянии 

<

данные изъяты> 

В соответствии со ст. 79 ГПК РФ при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ года по делу была назначена судебная землеустроительная экспертиза.

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ года, составленному экспертом ООО «

<

данные изъяты> кадастровой ошибки при постановке на кадастровой учет, при выполнении кадастровых и землеустроительных работ в отношении земельных участков с кадастровыми номерами № не имеется. Вынос характерных точек границ земельного участка с кадастровым номером № в натуру, в том числе характерных точек границы, смежной с земельным участком с кадастровым номером № произведен в соответствии с данными о координатах характерных точек, содержащимися в Государственном кадастре недвижимости. 

Фактическая граница земельного участка с кадастровым номером № (правообладатель ФИО1) с северной стороны проходит по забору из сетки-рабицы (в точках 

<

данные изъяты>), по стене пристройки к жилому дому ФИО3 (в точках 

<

данные изъяты> по бетонной плите (в точках 

<

данные изъяты> по забору из штакетника и дощатому забору (в точках 

<

данные изъяты> Площадь данного земельного участка в фактических границах составляет 

<

данные изъяты>. 

Фактическая граница земельного участка с кадастровым номером № (правообладатель ФИО3) с южной стороны в точках 

<

данные изъяты> является смежной с земельным участком скадастровым номером № Площадь данного земельного участка в фактических границах составляет 

<

данные изъяты> 

Фактическая площадь земельного участка с кадастровым номером № на 

<

данные изъяты>м. больше площади, указанной в правоустанавливающих документах и в кадастровой выписке о земельном участке (

<

данные изъяты>.). Фактические границы данного земельного участка отличаются от данных, содержащихся в Государственном кадастре недвижимости, следующим образом: имеется отступ в точках 

<

данные изъяты> площадью 

<

данные изъяты> имеется прихват в точках 

<

данные изъяты>-

<

данные изъяты>.м.

Фактическая площадь земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты> на 

<

данные изъяты>. больше площади, указанной в правоустанавливающих документах и в кадастровой выписке о земельном участке (

<

данные изъяты> Фактические границы данного земельного участка отличаются от данных, содержащихся в Государственном кадастре недвижимости, следующим образом: имеется отступ в точках 

<

данные изъяты> площадью 

<

данные изъяты>.; имеется прихват в точках 

<

данные изъяты> площадью 

<

данные изъяты>м., а также в точках 

<

данные изъяты> площадью 

<

данные изъяты> 

Причина выявленных несоответствий состоит в нарушении границ земельных участков, допущенных собственниками при установке ограждений. 

На момент производства экспертизы фактическая смежная граница земельных участков проходит в точках 

<

данные изъяты> В точках 

<

данные изъяты> смежная граница проходит по забору из сетки-рабицы, далее в точках 

<

данные изъяты> по стене пристройки к жилому дому ФИО3, далее в точках 

<

данные изъяты> по бетонной плите, далее в точках 

<

данные изъяты> по забору из штакетника и дощатому забору.

При построении схемы, изучении координат поворотных точек и определении линии фактической смежной границы земельных участков выявлено, что имеется наложение фактической границы земельного участка с кадастровым номером №, принадлежащего ФИО3, на линию границы земельного участка с кадастровым номером №, принадлежащего ФИО1, в точках 

<

данные изъяты> площадью 

<

данные изъяты> 

Причина выявленного наложения границ – установка бетонной плиты в точках 

<

данные изъяты> и забора в точках 

<

данные изъяты> являющихся фактической границей принадлежащего ФИО3 земельного участка. В указанных точках бетонная плита и забор расположены в границах земельного участка с кадастровым номером №, принадлежащего ФИО1 

Южная стена части (

<

данные изъяты>) жилого дома 

<

адрес> располагается по границе земельного участка с кадастровым номером № что не соответствует градостроительным требованиям СП 42.13330.2011. Свод правил. Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений. Актуализированная редакция СНиП 2.07.01-89*, а также требованиям Градостроительного регламента для жилых зон Правил землепользования и застройки в Великом Новгороде.

Ограждение земельного участка с кадастровым номером №, принадлежащего ФИО3, в точках 

<

данные изъяты> установлено за пределами границ земельного участка по данным земельного кадастра, в границах соседнего земельного участка с кадастровым номером №, принадлежащего ФИО1 Длина указанного ограждения в точках 

<

данные изъяты> составляет 

<

данные изъяты> 

Бетонная плита на земельном участке с кадастровым номером №, принадлежащем ФИО3, в точках 

<

данные изъяты> расположена за пределами границ земельного участка по данным земельного кадастра, в границах соседнего земельного участка с кадастровым номером № принадлежащего ФИО1 Площадь бетонной плиты в точках 

<

данные изъяты> составляет 

<

данные изъяты> 

Таким образом, установка ограждения и размещение бетонной плиты произведено с нарушением границы земельного участка с кадастровым номером № по данным Государственного кадастра недвижимости. 

Размещение трубопровода системы газоснабжения жилого дома 

<

адрес> в точках 

<

данные изъяты> произведено за пределами границ земельного участка с кадастровым номером №, принадлежащего ФИО3, в границах соседнего земельного участка с кадастровым номером № принадлежащего ФИО1

В целях устранения имеющегося нарушения границ земельного участка с кадастровым номером № необходимо произвести демонтаж бетонной плиты в точках 

<

данные изъяты> и деревянного забора в точках 

<

данные изъяты> перенос которого экономически нецелесообразен ввиду значительного физического износа (

<

данные изъяты> 

Часть жилого дома (

<

данные изъяты>) № 

<

адрес> в соответствии с данными технического паспорта имеет тесовые наружные стены, обложенные кирпичом, в связи с чем перенос указанной части жилого дома в целях выполнения требований п. 7.1 СП 42.13330.2011. Свод правил. Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений. Актуализированная редакция СНиП 2.07.01-89* и градостроительного регламента без ущерба для ее конструктивной целостности и технического состояния невозможен. 

Вопрос о возможности переноса трубы газопровода в точках 

<

данные изъяты> за пределы границ земельного участка с кадастровым номером № может быть разрешен и осуществлен только специализированной организацией на основе проекта, и по этой причине выходит за пределы компетенции эксперта. 

Опрошенный в судебном заседании эксперт 

<

данные изъяты> заключение судебной землеустроительной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ года поддержал в полном объеме, пояснив, что бетонная плита в точках 

<

данные изъяты> представляет собой отмостку пристройки к жилому дому № 

<

адрес>, которая в указанных точках выступает за наружную стену пристройки к жилому дому и располагается в пределах земельного участка, принадлежащего истцу ФИО1 В то же время имеется техническая возможность демонтировать только данную часть бетонной плиты, не разрушая отмостку в целом. Нависанием кровли жилого дома 

<

адрес> над земельным участком с кадастровым номером № какие-либо строительные и градостроительные нормы и правила не нарушаются. Кроме того, на момент производства экспертизы пользователем земельного участка с кадастровым номером № организовано водоотведение с кровли указанного жилого дома таким образом, чтобы влага не попадала на смежный земельный участок с кадастровым номером №. При этом в целях исключения схода снега с кровли жилого дома 

<

адрес> на земельный участок с кадастровым номером № возможна установка на кровле специальных снегозадерживающих устройств. 

Также эксперт 

<

данные изъяты>. в судебном заседании поясни пояснил, что вывод относительно нарушения ФИО3 границы земельного участка с кадастровым номером № выразившегося в установке деревянного ограждения (забора) в точках 

<

данные изъяты> был сделан им в связи с тем, что в ходе осмотра территории земельных участков ФИО3 сама указала эксперту на принадлежностей последней означенного ограждения. 

Заключение судебной землеустроительной экспертизы суд признает обоснованным и принимает в качестве доказательства по делу, поскольку экспертное исследование проведено на основании материалов дела с непосредственным осмотром земельных участков с кадастровыми номерами № заключение эксперта соответствует требованиям ст. 86 ГПК РФ, дано специалистом, имеющим соответствующую квалификацию и необходимый опыт работы, выводы эксперта обоснованны, должным образом аргументированы, подтверждены им в судебном заседании, лицами, участвующими в деле, не оспорены, и сомнений у суда не вызывают.

При таких обстоятельствах, принимая во внимание, что как это следует из письменных материалов дела, в том числе из содержания вышеуказанного заключения судебной землеустроительной экспертизы, смежная граница земельных участков с кадастровыми номерами № была согласована в установленном законом порядке в ДД.ММ.ГГГГ, сведения о данной границе внесены в Государственный кадастр недвижимости (с 01 января 2017 года – в Единый государственный реестр недвижимости), результаты проведенного в ДД.ММ.ГГГГ межевания принадлежащего истцу земельного участка ответчиком в судебном заседании не оспаривались, суд приходит к выводу о том, что размещением деревянного ограждения, части надземного трубопровода системы газоснабжения и части бетонной отмостки (плиты) пристройки к жилому дому 

<

адрес> на принадлежащем истцу ФИО1 земельном участке с кадастровым номером № в отсутствие разрешения последней нарушаются права истца по владению и пользованию данным земельным участком. 

В этом отношении судом учитываются объяснений представителя истца, согласно которым ФИО3 препятствовала ФИО1 в демонтаже деревянного ограждения, установленного в границах принадлежащего истцу земельного участка, в связи с его принадлежностью ФИО3, что также не оспаривалось ответчиком ФИО3 в судебном заседании, и пояснения эксперта 

<

данные изъяты> указавшего суду на то, что в ходе проведения осмотра земельных участков с кадастровыми номерами № ФИО3 подтвердила эксперту принадлежность ей поименованного деревянного ограждения.

Таким образом, принимая во внимание сведения, представленные АО «Газпром газораспределение Великий Новгород», согласно которым прокладка газовой сети жилого дома, расположенного по адресу: 

<

адрес>, возможна по противоположной стороне земельного участка с кадастровым номером №, и объяснения представителя третьего лица АО «Газпром газораспределение Великий Новгород» 

<

данные изъяты> указавшего суду на наличие технической возможности прокладки трубы данного газопровода также и по прямой линии от места существующего технологического присоединения, то есть способом, исключающим расположение трубопровода сети газоснабжения на принадлежащем истцу земельном участке, нарушенное право истца ФИО1 подлежит восстановлению посредством возложения на ответчика ФИО3 обязанности устранить препятствия в пользовании принадлежащим ФИО1 земельным участком с кадастровым номером № путем демонтажа с территории данного земельного участка деревянного ограждения длиной 

<

данные изъяты> в точках 

<

данные изъяты> 

<

данные изъяты> части бетонной отмостки (плиты) площадью 

<

данные изъяты> определяемой по точкам 

<

данные изъяты> а также части надземного трубопровода системы газоснабжения в точках 

<

данные изъяты>

Приходя к указанному выводу, суд учитывает, что прокладка трубопровода системы газоснабжения жилого дома 

<

адрес> была осуществлена ответчиком после согласования в установленном порядке смежной границы принадлежащих сторонам земельных участков, а именно в ДД.ММ.ГГГГ года. При этом судом также принимаются во внимание разъяснения, содержащиеся в п. 48 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 10/24 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», согласно которым отсутствие возражений предыдущего собственника имущества против нарушений права собственности, не связанных с лишением владения, само по себе не может являться основанием для отказа в удовлетворении иска нового собственника об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения.

В соответствии со ст. 206 ГПК РФ при принятии решения суда, обязывающего ответчика совершить определенные действия, суд устанавливает в решении срок, в течение которого решение суда должно быть исполнено. 

Разрешая вопрос о сроке исполнения ответчиком решения суда, учитывая характер и специфику соответствующих работ, в том числе необходимость получения технических условий, подготовки проектной документации и выполнения строительно-монтажных работ по переносу надземной части трубопровода системы газоснабжения жилого дома, суд считает необходимым определить срок демонтажа деревянного ограждения длиной 

<

данные изъяты>. и части бетонной отмостки (плиты) площадью 

<

данные изъяты> продолжительностью один месяц со дня вступления решения суда в законную силу, а срок переноса надземной части трубопровода системы газоснабжения – продолжительностью десять месяцев со дня вступления решения суда в законную силу. 

Разрешая спор в части требования ФИО1 об обязании ФИО3 перенести часть стены жилого дома 

<

адрес>, суд приходит к следующим выводам. 

Как это следует из заключения судебной землеустроительной экспертизы, принадлежащий ФИО3 на праве собственности жилой дом 

<

адрес> располагается в пределах границ земельного участка с кадастровым номером №. При этом при строительстве части жилого дома (пристройки, обозначенной в техническом паспорте лит. 

<

данные изъяты>) не были соблюдены требования п. 7.1 СП 42.13330.2011. Свод правил. Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений. Актуализированная редакция СНиП 2.07.01-89* и Правил землепользования и застройки в Великом Новгороде.

В данном заключении также отмечено, что перенос названной пристройки к жилому дому невозможен без ущерба ее конструктивной целостности и техническому состоянию.

В силу п. 7.1 СП 42.13330.2016. Свод правил. Градостроительство. Планировка и застройка городских и сельских поселений. Актуализированная редакция СНиП 2.07.01-89*, утвержденного приказом Минстроя России от 30.12.2016 N 1034/пр, в районах усадебной и садово-дачной застройки расстояния от жилых строений и хозяйственных построек до границ соседнего участка следует принимать в соответствии с СП 53.13330.

Согласно п. 6.7 СП 53.13330.2011. Свод правил. Планировка и застройка территорий садоводческих (дачных) объединений граждан, здания и сооружения. Актуализированная редакция СНиП 30-02-97*, утвержденного приказом Минрегиона РФ от 30.12.2010 N 849, минимальное расстояние от жилого строения (или дома) до границы соседнего участка по санитарно-бытовым условиям должно составлять не менее 3 м. 

Аналогичные положения содержатся в Правилах землепользования и застройки в Великом Новгороде, утвержденных решением Новгородской городской Думы от 19.12.1996 № 36. 

В обоснование заявленного требования о сносе спорной пристройки к жилому дому представитель истца в судебном заседании сослался на то, что свес кровли пристройки к жилому дому располагается над принадлежащим ФИО1 земельным участком с кадастровым номером №, что обуславливает попадание влаги с кровли на территорию земельного участка истца, а также риск схода снега с кровли, в связи с чем существует опасность причинения вреда жизни и здоровью граждан. 

Вместе с тем данные доводы представителя истца, равно как и установленное несоответствие местоположения пристройки к жилому дому 

<

адрес> требованиям п. 7.1 СП 42.13330.2016, п. 6.7 СП 53.13330.2011, а также Правилам землепользования и застройки в Великом Новгороде, в части расстояния от пристройки до смежной границы земельных участков сторон, само по себе не является безусловным основанием для удовлетворения требования истца о сносе указанной пристройки. 

Так, согласно разъяснениям, содержащимися в п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 10/24 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», при рассмотрении исков об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, путем возведения ответчиком здания, строения, сооружения суд устанавливает факт соблюдения градостроительных и строительных норм и правил при строительстве соответствующего объекта.

Несоблюдение, в том числе незначительное, градостроительных и строительных норм и правил при строительстве может являться основанием для удовлетворения заявленного иска, если при этом нарушается право собственности или законное владение истца.

Как это следует из пояснений эксперта 

<

данные изъяты> данных в судебном задании, ответчиком ФИО3 организовано водоотведение с кровли жилого дома 

<

адрес> таким образом, чтобы влага не попадала на принадлежащий истцу земельный участок с кадастровым номером №. При этом в целях исключения схода снега с кровли жилого дома на земельный участок с кадастровым номером № возможна установка на крыше специальных снегозадерживающих устройств. 

Из изложенного следует, что предотвратить сход снега с кровли принадлежащего ответчику жилого дома возможно иным, нежели снос пристройки, способом. 

При таком положении, принимая во внимание, что помимо не подтвержденных в судебном заседании надлежащими средствами доказывания ссылок на наличие угрозы схода снега с крыши пристройки к жилому дому 

<

адрес> на земельный участок с кадастровым номером №, истец и его представитель не представили суду допустимых, достоверных и достаточных доказательств, свидетельствующих о том, что возведением спорной пристройки на расстоянии менее 

<

данные изъяты> от смежной границы земельных участков каким-либо образом нарушается право собственности или законное владение истца, суд не усматривает оснований для удовлетворения иска ФИО1 в части требования об обязании ответчика снести (перенести) данную пристройку. 

В этом отношении суд исходит из того, что спорное строение не препятствует истцу в пользовании земельным участком, поскольку строительство осуществлено в границах земельного участка, принадлежащего ФИО3 В свою очередь угроза безопасности, жизни и здоровью, на которую ссылается истец, должна быть реальной, основанной не только на самом факте установления нарушения градостроительных и строительных норм и правил, но и на объективном существовании риска причинения вреда, доказательств чему истцом вопреки требованиям ч. 1 ст. 56 ГПК РФ в судебном заседании не представлено. 

При этом, учитывая наличие указанного выше способа предотвращения схода снега с кровли пристройки к жилому дому, выбранный истцом способ защиты права в виде сноса пристройки в целом, во всяком случае, нельзя признать соразмерным характеру выявленных нарушений и обеспечивающим соблюдение баланса интересов сторон.

Приходя к указанному выводу, суд, вместе с тем, полагает необходимым отметить, что истец ФИО1, не заявлявшая требование о понуждении ответчика установить на кровле жилого дома жилого дома 

<

адрес> снегозадерживающие устройства, что, исходя из ч. 3 ст. 196 ГПК РФ, исключает возможность их разрешения судом при рассмотрении настоящего спора, не лишена права в последующем обратиться в суд с данным требованием к ответчику. 

Равным образом суд не усматривает предусмотренных законом оснований для удовлетворения требования истца об обязании ответчика перенести подземный участок трубопровода системы газоснабжения жилого дома 

<

адрес>, поскольку доказательств, подтверждающих то обстоятельства, что подземная часть сети газопровода располагается на принадлежащем ФИО1 земельном участке с кадастровым номером № в материалы дела не представлено. 

Не подлежит удовлетворению и требование истца о взыскании с ответчика компенсации морального вреда, поскольку в силу п. 2 ст. 1099 ГК РФ моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. 

В рассматриваемом случае право истца требовать от ответчика возмещения причиненного ущерба носит внедоговорный характер. Данные обязательства возникают между конкретными лицами - потерпевшим, который правомочен требовать возмещения причиненного вреда, и причинителем вреда, обязанным этот вред возместить. 

Соответственно, с учетом характера спорных правоотношений, право истца требовать компенсации морального вреда, причиненного нарушением правомочий собственника земельного участка, законом, в частности Гражданским Кодексом РФ и Земельным кодексом РФ, не предусмотрено. 

Как видно из материалов дела, определением суда от ДД.ММ.ГГГГ расходы по оплате стоимости проведенной по делу судебной землеустроительной экспертизы были возложены на истца ФИО1 Стоимость экспертизы составила 45 000 руб. 

Истцом ФИО1 стоимость судебной землеустроительной экспертизы была оплачена частично в сумме 23 000 руб., в связи с чем заключение эксперта вместе с заявлением о возмещении понесенных расходов в соответствии с абз. 2 ч. 2 ст. 85 ГПК РФ было направлено экспертным учреждением в суд для решения судом вопроса о возмещении данных расходов соответствующей стороной. 

Поскольку исковые требования ФИО1 об обязании ответчика освободить земельный участок с кадастровым номером № от деревянного ограждения, бетонного блока и трубопровода сети газоснабжения удовлетворены, на основании ст.ст. 85, 98, 103 ГПК РФ с ответчика ФИО3 надлежит взыскать расходы по оплате стоимости производства судебной землеустроительной экспертизы: в пользу истца ФИО1 – в размере 23 000 руб., в пользу ООО 

<

данные изъяты> - в размере 22 000 руб. 

В связи с участием эксперта ООО «

<

данные изъяты> в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ года вышеуказанным обществом заявлено ходатайство о возмещении расходов, связанных с оплатой труда эксперта, в размере 1 500 руб. 

Указанная сумма расходов, связанных с оплатой участия эксперта в судебном заседании, на основании ч. 1 ст. 96, ч. 1 ст. 98 ГПК РФ также подлежит взысканию с ответчика ФИО3 в пользу ООО «

<

данные изъяты> 

Кроме того, с ответчика ФИО3 в пользу истца ФИО1 надлежит взыскать понесенные последней расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах, поскольку факт несения вышеуказанных расходов и их размер подтверждены представленными договором об оказании юридических услуг № от ДД.ММ.ГГГГ года, заключенным между ФИО1 и ООО 

<

данные изъяты> и квитанцией № от ДД.ММ.ГГГГ года, согласно которой ФИО1 в кассу ООО «

<

данные изъяты> в счет оплаты стоимости юридических услуг были внесены денежные средства в сумме 20 000 руб. 

С учетом категории и сложности дела, а также объема фактически оказанных представителем истца юридических услуг: составление искового заявления и заявления об уточнении исковых требований, а также участие в двух судебных заседаниях, суд признает разумным и обоснованным размер вышеуказанных расходов в сумме 5 000 руб., которую и определяет к взысканию с ответчика. 

Наряду с изложенным на основании ч. 1 ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета пропорционально удовлетворенным исковым требованиям надлежит взыскать государственную пошлину, от уплаты которой истец при обращении в суд освобождена, в размере 300 руб.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 к ФИО3 – удовлетворить частично. 

Обязать ФИО3 устранить препятствия в пользовании принадлежащим ФИО1 земельным участком с кадастровым номером № по адресу: 

<

адрес> путем демонтажа в течение месяца со дня вступления решения суда в законную силу с данного земельного участка деревянного ограждения (забора) длиной 

<

данные изъяты> в точках 

<

данные изъяты> части бетонной отмостки пристройки к жилому дому площадью 

<

данные изъяты> определяемой по точкам 

<

данные изъяты> а также путем демонтажа в течение десяти месяцев со дня вступления решения суда в законную силу с данного земельного участка надземной части трубопровода системы газоснабжения жилого дома 

<

адрес> в точках 

<

данные изъяты> 

В удовлетворении исковых требований в остальной части – отказать. 

Взыскать с ФИО3 в пользу ФИО1 судебные расходы на оплату стоимости производства судебной землеустроительной экспертизы в размере 23 000 рублей и на оплату услуг представителя в размере 5 000 рублей. 

Взыскать с ФИО3 в пользу Общества с ограниченной ответственностью «

<

данные изъяты> расходы по производству судебной землеустроительной экспертизы в размере 22 000 рублей и расходы на оплату участия эксперта в судебном заседании в размере 1 500 рублей.

Взыскать с ФИО3 доход местного бюджета государственную пошлину в размере 300 рублей. 

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Новгородского областного суда через Новгородский районный суд в течение одного месяца со дня составления мотивированного решения.

Председательствующий К.Б. Шибанов

Мотивированное решение составлено 24 октября 2017 года.