УЛЬЯНОВСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

73RS0001-01-2024-007080-98

Судья Казначеева М.А. Дело № 33-503/2026 (33-5760/2025)

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

город Ульяновск 03 марта 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Ульяновского областного суда в составе:

председательствующего Власовой Е.А.,

судей Тудияровой С.В., Старостиной И.М.,

при секретаре Пугачевой Е.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционные жалобы Банка ВТБ (публичное акционерное общество), публичного акционерного общества «Сбербанк России» на решение Ленинского районного суда г.Ульяновска от 14.01.2025, с учетом определения судьи того же суда об исправлении описки от 21.03.2025 в решении суда по делу №2-30/2025, которым постановлено:

исковые требования прокурора Ленинского района г.Ульяновска, действующего в интересах ФИО1, удовлетворить частично.

Признать недействительным кредитный договор от 17.07.2024, заключенный между ФИО1 и акционерным обществом «Почта Банк».

Признать недействительным кредитный договор от 17.07.2024, заключенный между ФИО1 и Банком ВТБ (публичное акционерное общество).

Признать недействительным кредитный договор от 18.07.2024, заключенный между ФИО1 и публичным акционерным обществом «Сбербанк России».

Взыскать с публичного акционерного общества «Сбербанк России» в пользу ФИО1 денежные средства 31 388 руб. 12 коп.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать в пользу бюджетного учреждения Чувашской Республики «Республиканская психиатрическая больница» Министерства здравоохранения Чувашской Республики расходы за производство судебной экспертизы с публичного акционерного общества «Сбербанк России», акционерного общества «Почта Банк», Банка ВТБ (публичное акционерное общество) в размере по 4476 руб. с каждого.

Заслушав доклад судьи Тудияровой С.В., объяснения представителей ПАО Сбербанк ФИО2, ФИО3, объяснения представителя Банк ВТБ (ПАО) ФИО4, поддержавших доводы жалобы, объяснения ФИО1, помощника прокурора Морозова О.А., возражавших против доводов жалоб, судебная коллегия

установила:

прокурор Ленинского района г.Ульяновска в интересах ФИО1 обратился в суд с иском к Банку ВТБ (публичное акционерное общество) (далее – Банк ВТБ (ПАО), акционерному обществу «Почта Банк» (далее – АО «Почта Банк»), публичному акционерному обществу «Сбербанк России» (далее – ПАО Сбербанк) о признании кредитных договоров недействительными, применении последствий недействительности сделок.

В обоснование иска указано, что истец ФИО1 признан потерпевшим по уголовному делу, возбужденному по признакам состава преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Из материалов уголовного дела следует, что в период с 17.07.2024 по 23.07.2024 ФИО1 стал жертвой мошеннических действий со стороны неизвестных лиц, которые путем обмана и злоупотребления доверием совершили хищение принадлежащих ему денежных средств, как личных, так и полученных по кредитным договорам.

По указаниям мошенника истец ФИО1 заключил следующие кредитные договоры:

- с Банком ВТБ (ПАО) от 17.07.2024 на сумму 800 000 руб.;

с АО «Почта Банк» от 17.07.2024 на сумму 630 000 руб.;

- с ПАО Сбербанк от 18.07.2024 на сумму 600 000 руб.

Кредиты были оформлены истцом путем личного обращения в отделения банков, где у него спрашивали только его паспорт, больше никаких справок не требовали.

По указаниям мошенника, данным по телефону, истец осуществил переводы личных денежных средств, а также полученных им кредитных денежных средств через банкоматы на номера банковских карт, сообщенные мошенником.

Злоумышленники, обратившиеся к нему в мессенджере «Telegram» от имени директора школы, в которой он работает, были очень убедительными, знали его анкетные данные, имели сведения о наличии у него квартиры и автомобиля. Лишь 23.07.2024, позвонив директору школы *** он узнал, что она не присылала ему никакие сообщения в мессенджере «Telegram». Тогда он понял, что стал жертвой мошенников.

Общий размер причиненного истцу материального ущерба составил 3 649 000 руб.

По постановлению следователя в рамках уголовного дела была назначена комплексная амбулаторная судебно-психиатрическая экспертиза. В соответствии с заключением экспертов ФИО1 по своему психическому состоянию не мог в полной мере понимать характер и значение совершенных в отношении него противоправных действий, мог правильно воспринимать лишь внешнюю сторону обстоятельств, имеющих значение для дела. Он не может самостоятельно и полноценно осуществлять свои процессуальные права, поэтому нуждается в обязательном участии представителя. Все проводимые манипуляции со стороны мошенников ограничивали понимание ФИО1 им характера и значения совершаемых в отношении него противоправных действий и, следовательно, ограничивали его сопротивление преступникам. Таким образом, ФИО1 находился в таком эмоциональном состоянии, которое могло оказать существенное влияние на смысловую оценку восприятия и оценку существа сделки, что, в свою очередь, привело к формированию у него заблуждения относительно существа природы такой сделки.

Кредитные договоры были заключены истцом ФИО1 с Банком ВТБ (ПАО), АО «Почта Банк», ПАО «Сбербанк» под влиянием обмана и заблуждения. Кредитные денежные средства были фактически предоставлены не истцу, а неизвестным лицам, имевшим умысел на хищение денежных средств кредитных учреждений.

Прокурор просил суд признать недействительными кредитные договоры, заключенные ФИО1 с Банком ВТБ (ПАО), с АО «Почта Банк» от 17.07.2024, с ПАО Сбербанк от 18.07.2024; применить последствия недействительности сделок, взыскав в пользу ФИО1 с Банка ВТБ (ПАО) денежные средства в сумме 800 000 руб., с АО «Почта Банк» в сумме 630 000 руб., с ПАО Сбербанк в сумме 600 000 руб.

Судом к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены директор ОГКОУ «Школа-интернат для обучающихся с ограниченными возможностями здоровья № 26***., ООО «Юридические решения».

Рассмотрев заявленные требования по существу, суд принял приведенное выше решение.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней ПАО Сбербанк просит решение суда отменить в части признания недействительным кредитного договора от 18.07.2024, взыскания с банка в пользу истца денежных средств 31 388 руб. 12 коп., судебных расходов 4476 руб., принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении заявленных к ПАО Сбербанк исковых требований.

Указывает, что по результатам проведения комплексных психолого-психиатрических экспертиз отсутствует вывод о неспособности ФИО1 понимать значение своих действий и руководить ими. Экспертиза по уголовному делу была проведена по вопросам, не связанным с оспариванием сделки на основании ст.177 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), в связи с чем экспертное заключение не может быть признано относимым доказательством по данному гражданскому делу.

Полагает, что выводы судебной психолого-психиатрической экспертизы, проведенной по данному гражданскому делу, были необоснованно переиначены судом. Психологические особенности личности не являются основанием для признания сделки недействительной. Их наличие не исключает способность лица понимать значение своих действий и руководить ими.

Выводы суда о том, что кредитный договор заключен истцом под влиянием третьих лиц, а не по собственной инициативе, и об отсутствии у истца воли на совершение сделки не подтверждены доказательствами. Факт мошеннических действий в отношении истца не подтвержден приговором суда.

Не соглашается с выводом суда о непоступлении к истцу кредитных денежных средств, поскольку он противоречит материалам дела.

При применении последствий недействительности сделки судом была необоснованно применена односторонняя реституция. Судом не были приведены доказательства недобросовестности банка при заключении кредитного договора с истцом.

Полагает, что у прокурора отсутствовали основания для предъявления иска в интересах ФИО1

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней Банк ВТБ (ПАО) просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении заявленных к нему исковых требований.

Ссылается на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, неправильное применение судом норм материального права.

Указывает, что истец заключил договор в отделении банка, получил кредитные денежные средства в кассе банка. Полагает необоснованным вывод суда об отсутствии волеизъявления истца на заключение кредитного договора. Выводы суда о неполучении истцом кредитных денежных средств и о заключении кредитного договора неустановленным лицом противоречат материалам дела.

По данному делу была проведена судебная психолого-психиатрическая экспертиза. Однако выводы экспертного заключения не содержат ответов на поставленные судом вопросы. Экспертами не сделан вывод о том, что истец при заключении кредитного договора не понимал значение своих действий и не мог руководить ими.

Полагает, что суд вышел за переделы своих полномочий, так как, не обладая специальными познаниями, выбрал нужное описание состояния истца в отсутствие заключения специалистов.

Суд необоснованно при принятии решения руководствовался выводами судебной экспертизы, проведенной в рамках уголовного дела. В материалах дела отсутствуют достоверные доказательства неспособности истца понимать значение своих действий и руководить ими в момент заключения кредитного договора. Заблуждение относительно мотивов сделки не свидетельствует о заблуждении относительно ее правовой природы.

Указывает, что в отсутствие сведений о реальных обстоятельствах заключения договора, у банка отсутствовали основания подозревать совершение в отношении истца мошеннических действий и основания для отказа в предоставлении истцу кредита.

Полагает необоснованным вывод суда о недобросовестности банка при заключении с истцом кредитного договора.

Указывает, что судом не были применены последствия недействительности сделки в виде возврата истцом банку полученных им денежных средств.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Ульяновского областного суда от 08.07.2025 решение Ленинского районного суда г.Ульяновска от 14.01.2025 отменено в части неприменения последствий недействительности кредитных договоров, заключенных с Банком ВТБ (ПАО) и ПАО Сбербанк в пользу ФИО1 В данной части принято новое решение, которым

с ФИО1 в пользу ПАО Сбербанк взысканы денежные средства 568 611 руб. 88 коп., в пользу Банка ВТБ (ПАО) денежные средства в сумме 800 000 руб. В остальной части решение суда оставлено без изменения.

Определением судебной коллегии по гражданским дела Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 12.11.2025 указанное апелляционное определение от 08.07.2025 отменено, дело направлено на новое апелляционное рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Из уведомления об уступке права требования следует, что АО «Почта Банк» на основании договора уступки права требования от 28.11.2025 уступило права требования по кредитному договору от 17.07.2024 ООО ПКО «Филберт».

В связи с чем определением судебной коллегии по гражданским делам Ульяновского областного суда от 10.02.2026 произведена замена АО «Почта Банк» на правопреемника – ООО ПКО «Филберт».

Судебная коллегия определила рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, извещенных о месте и времени судебного разбирательства надлежащим образом.

На основании ч.1 ст.327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено и из материалов дела следует, что 17.07.2024 между Банком ВТБ (ПАО) и ФИО1 заключен кредитный договор, по условиям которого банк предоставил заемщику кредит в размере 800 000 руб., на срок 84 месяца до 17.07.2031, с процентной ставкой за пользование кредитом в размере 26,08% годовых. Цель использования кредита на покупку транспортного средства и иные сопутствующие расходы.

17.07.2024 между АО «Почта Банк» и ФИО1 заключен договор потребительского кредита по программе «Потребительский кредит», по условиям которого банк предоставил заемщику кредит в размере 848 647 руб. на срок до 17.07.2031 с процентной ставкой за пользование кредитом в размере 29,90% годовых.

18.07.2024 между ПАО «Сбербанк России» и ФИО1 был заключен кредитный договор, по условиям которого банк предоставил заемщику кредит в размере 600 000 руб. на срок 60 месяцев с процентной ставкой за пользование кредитом 32,4% годовых. Цель использования кредита - на приобретение транспортного средства.

Вышеуказанные кредитные договоры были заключены в офисах банков ответчика при личном присутствии истца с помощью его телефона с введением истцом (заемщиком) простой электронной подписи в виде паролей, полученных на телефон истца в смс-сообщениях.

В обоснование заявленных требований о признании кредитных договоров недействительными прокурор, действующий в интересах истца ФИО1., сослался на то, что истец (заемщик) был введен в заблуждение неизвестным лицом. При этом прокурор одновременно ссылался на положения ст.ст.177, 178, 179 ГК РФ.

На основании заявления ФИО1, зарегистрированного в КУСП, старшим следователем СО ОМВД России по Ленинскому району г.Ульяновска 23.07.2024 было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 Уголовного кодекса Российской Федерации, по которому он признан потерпевшим. Поводом возбуждения уголовного дела явилось то, что в период времени с 17.07.2024 по 23.07.2024 неустановленное лицо, находясь в неустановленном месте, путем обмана и, злоупотребления доверием, с использованием средств мобильной связи, совершило хищение денежных средств в особо крупном размере, принадлежащих ФИО1., причинив тем самым ему материальный ущерб.

Из протокола допроса потерпевшего ФИО1 следует, что он проживает один по адресу: г***. Его жена умерла 16.04.2024. Квартира, в которой он проживает, обременена ипотекой. Остаток долга составляет около 800 000 руб. Он работает в ООО «УАЗ» в должности электромонтера и подрабатывает в должности электрика в школе. 17.07.2024 в мессенджере «Telegram» от имени директора школы ему поступило сообщение о совершении в отношении него экстремистских действий по перечислению с его банковских счетов переводов денежных средств для финансирования армии Украины, в связи с чем с ним свяжется сотрудник службы безопасности Министерства образования. В дальнейшем ему потупил телефонный звонок от мужчины, представившегося следователем ФСБ, перенаправившего его к инспектору финансового отдела банка, и настаивавшего на секретности информации. После этого в мессенджере «WhatsАрр» ему позвонил мужчина, сообщивший об оформлении от его имени кредитов в шести банках и попытках перевода денежных средств на территорию Украины. Для блокировки действий злоумышленников было необходимо быстро оформить кредиты в данных банках на те же суммы. Действуя по указаниям позвонившего ему мужчины, он оформил кредитные договоры в Банке ВТБ (ПАО), АО «Почта Банк», ПАО Сбербанк. Полученные в банках кредитные денежные средства, а также имевшиеся у него личные денежные средства в сумме 1 300 000 руб., он перевел через банкоматы на указанные ему банковские счета. 23.07.2024, позвонив директору школы ФИО5, он узнал, что она не направляла ему какие-либо сообщения в мессенджере «Telegram». Таким образом, он понял, что его обманули и похитили его денежные средства. Общий размер причиненного ему материального ущерба составил 3 649 000 руб.

На основании постановления следователя по уголовному делу экспертами государственного казенного учреждения здравоохранения «Ульяновская областная клиническая психиатрическая больница им. В.А.Копосова» проведена судебно-психиатрическая экспертиза.

Согласно заключению эксперта до апреля 2024 года ФИО1 не страдал хроническим психическим расстройством, слабоумием или болезненным расстройством психики. Примерно с середины апреля 2024 года (после смерти жены) у ФИО1 развилось расстройство адаптации в виде *** (***), которое сохраняется по настоящее время и проявляется специфической симптоматикой в виде сниженного настроения, расстройства сна, отсутствия аппетита, снижения волевого компонента. В период совершения в отношении него преступления у него обнаруживалась та же симптоматика, и по своему психическому состоянию он не мог в полной мере понимать характер и значение совершенных в отношении него противоправных действий. В период совершения в отношении него преступления он мог правильно воспринимать лишь внешнюю сторону обстоятельств, имеющих значение для дела.

С учетом выявленных психологических особенностей и стрессовой ситуации, вызванной обманом и злоупотребления его доверием неустановленными лицами, потерпевший ФИО1 мог правильно воспринимать внешнюю сторону событий (время, место, посещаемые банки, взятые кредиты, одолженные суммы денег, переведенные деньги на счета).

В исследуемый юридически значимый момент ФИО1, в силу имеющихся индивидуальных особенностей - открытости, доверительности, исполнительности, подчиняемости, а также в силу расстройства адаптации, находился в таком эмоциональном состоянии (переживания, сомнения, напряжения, усталости, выраженного беспокойства и страха), которое могло оказать существенное влияние на смысловую оценку восприятия и оценку существа сделки и привело к формированию у него заблуждения относительно существа или природы сделки.

Постановлением следователя от 23.09.2024 предварительное следствие по уголовному делу приостановлено на основании п.1 ст.208 УПК РФ.

Судом по данному гражданскому делу была назначена судебная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой было поручено экспертам бюджетного учреждения Чувашской Республики «Республиканская психиатрическая больница» Министерства здравоохранения Чувашской Республики.

Из заключения судебной экспертизы следует, что у ФИО1 предположительно обнаруживаются признаки *** *** В связи со сложностью экспертного случая, для решения экспертно-диагностических вопросов, ФИО1. *** (т.3 л.д.130-137).

По результатам проведенного психолого-психиатрического исследования подэкспертного судебными экспертами отмечены: ***

Разрешая исковые требования, суд первой инстанции исходил из недействительности кредитных договоров, заключенных между ФИО1 и Банком ВТБ (ПАО), ПАО Сбербанк, поскольку с учетом индивидуально-психологических особенностей истца, обусловленных наличием у него признаки психического заболевания - *** в условиях созданной мошенниками стрессовой ситуации истец в момент заключения договоров не мог понимать значение своих действий и руководить ими. ФИО1 не имел намерения на получение кредитов. Совершенные ФИО1 действия по оформлению кредитных договоров являлись способом защиты его денежных средств от действий мошенников. Его воля не была направлена на фактическое исполнение кредитных договоров. С учетом изложенного, пришел к выводам о недействительности заключенных договоров на основании п.1 ст.177 ГК РФ, отказав в применении последствий недействительности сделок о взыскании с истца в пользу банков денежных средств.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с указанными выводами, исходя из следующего.

Согласно ст.153 ГК РФ сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель действия свидетельствует о волевом характере действий участников сделки.

Так, в п.50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом, сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (ст.168 ГК РФ), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (ст.178, п.2 ст.179 ГК РФ).

Кроме того, если сделка нарушает установленный п.1 ст.10 ГК РФ запрет на недобросовестное осуществление гражданских прав, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной на основании положений ст.10 и п.1 или 2 ст.168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (п.п.7 и 8 постановления Пленума 23.06.2015 №25).

При этом заключение договора потребительского кредита предполагает последовательное совершение сторонами ряда действий, в частности, формирование кредитором общих условий потребительского кредита, размещение кредитором информации об этих условиях, в том числе в информационно – телекоммуникационной сети «Интернет», согласование сторонами индивидуальных условий договора потребительского кредита, подачу потребителем в необходимых случаях заявления на предоставление кредита и на основании дополнительных услуг кредитором или третьими лицами, составление письменного договора потребительского кредита по установленной форме, ознакомление с ним потребителем, подписание его сторонами, в том числе аналогом собственноручной подписи, с подтверждением потребителем получения им необходимой информации и согласия с условиями кредитования, а также предоставление кредитором денежных средств потребителю.

В силу ст.177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения (п.1).

Если сделка признана недействительной на основании этой статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим п.1 ст.171 данного кодекса (п.3).

Согласно п.1 ст.171 названного кодекса ничтожна сделка, совершенная гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства. Каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость. Дееспособная сторона обязана, кроме того, возместить другой стороне понесенный ею реальный ущерб, если дееспособная сторона знала или должна была знать о недееспособности другой стороны.

В соответствии со ст.178 ГК РФ сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (п.1).

Суд может отказать в признании сделки недействительной, если заблуждение, под влиянием которого действовала сторона сделки, было таким, что его не могло бы распознать лицо, действующее с обычной осмотрительностью и с учетом содержания сделки, сопутствующих обстоятельств и особенностей сторон (п.5).

Если сделка признана недействительной как совершенная под влиянием заблуждения, к ней применяются правила, предусмотренные ст.167 данного кодекса.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, обязана возместить другой стороне причиненный ей вследствие этого реальный ущерб, за исключением случаев, когда другая сторона знала или должна была знать о наличии заблуждения, в том числе, если заблуждение возникло вследствие зависящих от нее обстоятельств.

Сторона, по иску которой сделка признана недействительной, вправе требовать от другой стороны возмещения причиненных ей убытков, если докажет, что заблуждение возникло вследствие обстоятельств, за которые отвечает другая сторона (п.6).

В силу ст.179 названного выше кодекса сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки (п.2).

Если сделка признана недействительной по одному из оснований, указанных в п.п.1 - 3 этой статьи, применяются последствия недействительности сделки, установленные ст.167 данного кодекса. Кроме того, убытки, причиненные потерпевшему, возмещаются ему другой стороной. Риск случайной гибели предмета сделки несет другая сторона сделки (п.4).

Приведенные нормы закона предусматривают последствия заключения сделки с пороком воли.

Кредитные договоры с ПАО Сбербанк, с Банк ВТБ (ПАО) были заключены в офисах банков ответчиков при личном присутствии истца с помощью его телефона с введением истцом (заемщиком) простой электронной подписи в виде паролей, полученных на телефон истца в смс-сообщениях.

Так, 17.07.2024 между ФИО1 и Банк ВТБ (ПАО) был заключен кредитный договор на сумму 800 000 руб., путем присоединения заемщика к условиям Правил кредитовая (Общие условия) и подписания заемщиком согласия на кредит (Индивидуальные условия) (т.1 л.д.120-152).

Согласно анкете-заявлению на получение кредита 17.07.2024 ФИО1 заполнив и подписав его, указал свои ежемесячные доходы: по месту работы 50 000 руб., дополнительный доход 30 000 руб. (п.5 анкеты – заявления).

Соглашение о дистанционном банковском обслуживании было достигнуто путем подписания заемщиком заявления на предоставление комплексного обслуживания в Банк ВТБ (ПАО), включающее в себя, в том числе, предоставление доступа к ВТБ-Онлайн и дистанционное банковское обслуживание.

Кредитный договор был подписан заемщиком электронной подписью при личном визите ФИО1 в операционный офис Банк ВТБ (ПАО) в присутствии сотрудника.

После чего истцу были выдан денежные средства, которыми он впоследствии распорядился по своему усмотрению.

18.07.2024 кредитный договор между истцом и ПАО Сбербанк заключен кредитный договор на сумму 600 000 руб. в офертно – акцептном порядке, путем направления ФИО1 в банк заявки на получение кредита и акцепта со стороны банка путем зачисления денежных средств на счет клиента. Клиенту поступило сообщение с предложением подтвердить акцепт офорты на кредит и указана сумма, срок кредита, процентная ставка по кредиту, код для подтверждения. Код подтверждения был корректно введен клиентом, Индивидуальные условия договора были подписаны простой электронной подписью, после чего осуществлено зачисление денежных средств.

В день заключения кредитного договора по распоряжению Клиента, подписанного простой электронной подписью, выданные денежные средства в сумме 600 000 руб. переведены на сберегательный счет клиента.

После оформления кредита и зачисления денежных средств, ФИО1 обратился в кассу отделения банка для снятия денежных средств в размере 600 000 руб. наличными. Указанная операция была приостановлена банком.

Из аудиозаписи, представленной ПАО Сбербанк, следует, что банком предпринимались повышенные меры предосторожности с целью избежания риска мошенничества в отношении ФИО1 При этом оператор уточнила, составляет ли сумма кредита 600 000 руб. полную стоимость автомашины либо это недостающая часть на покупку. На что ФИО1 сообщил, что это недостающая часть, он продает свою автомашину и покупает другую. Также истец пояснил, что он ознакомлен с ежемесячным размером, который составляет примерно 20 000 руб. в месяц. Он имеет возможность оплачивать несколько кредитов на приобретение жилья и автокредит (т.3 л.д.209).

После получения денежных средств ФИО1 через банкомат сторонней кредитной организации самостоятельно перевел денежные средства неустановленному лицу.

Истцом не представлены относимые и допустимые доказательства, свидетельствующие о его существенном заблуждении, в том числе, относительно природы сделок, а также доказательства совершения сделок под влиянием данного заблуждения, обмана или в том состоянии, которое не позволило ему правильно оценить последствия заключения оспариваемых договоров.

До истца были доведены все существенные условия договора, которые сторонами согласованы. Истец самостоятельно принял решение о заключении оспариваемых кредитных договоров, согласился с условиями договоров, принял на себя обязательства по договорам, порядок исполнения которых определен договорами.

Данные обстоятельства опровергают доводы истца о заблуждении относительно природы договора, поскольку заблуждение относительно природы сделки выражается в том, что лицо совершает не ту сделку, которую пыталось совершить.

Вместе с тем, в данном случае отсутствуют основания считать, что истец намеревался заключить какие-либо иные сделки, нежели кредитный договор, поскольку все существенные условия оспариваемых договоров были доведены до истца, он имел возможность ознакомиться с ними.

Условия оспариваемых договоров сформулированы определенно, не содержат каких-либо формулировок, которые могли бы вести истца в заблуждение относительно их природы. Доказательств обратного истцом не представлено.

Отсутствие должной осмотрительности со стороны банков при заключении с истцом кредитных договоров, не установлено, поскольку истцом не представлено доказательств наличия каких – либо обстоятельств, которые могли бы вызвать у сотрудников банка сомнения в волеизъявлении истца.

При этом, на момент снятия денежных средств по кредитному договору от 18.07.2024 с ПАО Сбербанк в размере 600 000 руб., Банк, учитывая короткий промежуток времени, приостановил операцию по снятию денежных средств и связывался с клиентом. В свою очередь ФИО1 подтвердил операцию, после чего запрашиваемые денежные средства были выданы.

Таким образом, в данном случае отсутствуют основания считать, что истец был введен в заблуждение относительно природы сделки.

Также в материалы дела не представлено и доказательств того, что оспариваемые кредитные договоры были заключены под влиянием обмана (п.2 ст.179 ГК РФ).

В соответствии с разъяснениями, содержащихся в п.99 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (п.2 ст.179 ГК РФ). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (п.2 ст.179 ГК РФ). Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки (п.2 ст.179 ГК РФ).

Следует учитывать, что закон не связывает оспаривание сделки на основании п.1 и п.2 ст.179 ГК РФ с наличием уголовного производства по фактам применения насилия, угрозы или обмана. Обстоятельства применения насилия, угрозы или обмана могут подтверждаться по общим правилам о доказывании.

Обстоятельств, относительно которых истец при совершении оспариваемых сделок был обманут кредитными организациями (ответчиками) не установлено, сам по себе факт возбуждения уголовного дела в отношении неустановленного лица по признакам преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, не является для признания оспариваемого кредитного договора недействительным, вступивший в законную силу приговор о противоправных действиях сотрудников кредитора отсутствует.

Обстоятельства же, на которые ссылается истец в обоснование требований, а именно заключение оспариваемых договоров после звонка неизвестного лица, представившегося сотрудником ФСБ, могут свидетельствовать лишь о заблуждении истца относительно мотивов сделки, что в силу прямого указания п.3 ст.178 ГК РФ не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

Также из материалов дела следует, что истец самостоятельно и добровольно распорядилась полученными по кредитному договору денежными средствами, перечислив их на счет неизвестных ему лиц.

При этом распоряжение заемными денежными средствами под влиянием заблуждения также не может служить основанием для признания недействительным кредитного договора, поскольку не влияет на осознание истцом природы кредитного договора.

Истцом не представлено доказательств совершения ответчиками каких-либо противоправных действий при заключении оспариваемых договоров, в ходе уголовного дела такие обстоятельства также не установлены.

В свою очередь, истцом не приведено обстоятельств, которые могли бы вызвать у сотрудников Банка сомнения в волеизъявлении истца при подписании кредитного договора, но не были проверены Банком.

Напротив, судом установлено, что операции по переводу денежных средств были приостановлены банком, заемщику было предложено лично подтвердить операции.

Данные обстоятельства опровергают доводы истца о заблуждении относительно природы договора, поскольку заблуждение относительно природы сделки выражается в том, что лицо совершает не ту сделку, которую пыталось совершить. Вместе с тем, в данном случае отсутствуют основания считать, что истец намеревалась заключить какие-либо иные сделки, нежели кредитный договор, поскольку все существенные условия оспариваемых договоров были доведены до истца, он имела возможность ознакомиться с ними.

Возбуждение уголовного дела в отношении неустановленного лица по признакам состава преступления, предусмотренного ст.159 УК РФ, не свидетельствует о совершении истцом сделок под влиянием обмана и заблуждения и о наличии предусмотренных гражданским законодательством оснований для признания сделки недействительной, равно как не является основанием для вывода о допущенных со стороны ответчика нарушениях прав истца.

При таких обстоятельствах, ФИО1 осознанно заключил оспариваемые им кредитные договоры с целью получения денежных средств.

Денежные средства, полученные от кредитных организаций, он самостоятельно перечислил неустановленному лицу.

Таким образом, ФИО1 совершен ряд последовательных действий, направленных на получение суммы кредита, что он действовала осознано, понимал правовую природу заключаемых кредитных договоров по получению именно денежных средств, которые он впоследствии самостоятельно перечислил неустановленному лицу.

Представленное же в материалы настоящего гражданского дела заключение экспертизы, проведенной в рамках уголовного дела, не подменяет собой заключение судебной экспертизы, назначаемой в порядке гражданского судопроизводства, и не может подтверждать обстоятельства нахождения ФИО1 в момент совершения оспариваемых им кредитных договоров от 17.07.2024, 18.07.2024 в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, поскольку, как следует из поставленных на разрешение судебно-психиатрической экспертизы вопросов и ее выводов, предметом исследования являлась способность ФИО1 понимать характер и значение совершаемых в отношении него противоправных действий, а также его способность правильно воспринимать обстоятельства, имеющие значение для уголовного дела, и давать показания в качестве потерпевшего.

Проведенная в рамках данного гражданского дела судебная экспертиза не содержит выводы о том, что в момент совершаемых сделок истец находился в таком психическом состоянии, которое лишало бы его способности руководить своими действиями и осознавать последствия их совершения. В заключении содержится лишь указание на то, что у истца предположительно обнаруживаются признаки расстройства адаптации в виде пролонгированной депрессивной реакции. Ходатайств о назначении по делу дополнительной экспертизы стороной истца не заявлялось.

При таких обстоятельствах оснований для признания оспариваемых ФИО1 сделок недействительными применительно к положениям ст.177 ГК РФ у суда не имелось.

Принимая во внимание, что решение АО «Почта Банк» не обжалуется, судебный акт проверяется в силу ч.1 ст.327.1 ГПК РФ в пределах доводов жалобы ПАО Сбербанк, Банк ВТБ (ПАО), решение суда подлежит отмене в части удовлетворения исковых требований к ПАО «Сбербанк России», Банк ВТБ (ПАО), распределения судебных расходов за проведение судебной экспертизы с указанных банков, с принятием в части нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований о признании кредитных договоров, заключенных между ФИО1 и ПАО Сбербанк, Банк ВТБ (ПАО) недействительными, взыскании денежных средств, а также необходимости взыскания с истца в пользу экспертной организации расходов за проведение судебной экспертизы в размере 8952 руб.

Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Ленинского районного суда г.Ульяновска от 14.01.2025 отменить в части удовлетворения исковых требований к ПАО «Сбербанк России», Банк ВТБ (ПАО), распределения судебных расходов за проведение судебной экспертизы с ПАО «Сбербанк России», Банк ВТБ (ПАО). Принять в этой части новое решение.

В удовлетворении исковых требований прокурора Ленинского района города Ульяновска, действующего в интересах ФИО1, о признании недействительных кредитных договоров от 17.07.2024, 18.07.2024, заключенных между ФИО1 и ПАО «Сбербанк России», Банк ВТБ (ПАО), взыскании денежных средств отказать.

Взыскать с ФИО1 в пользу бюджетного учреждения Чувашской Республики «Республиканская психиатрическая больница» Министерства здравоохранения Чувашской Республики расходы за проведение судебной экспертизы в размере 8952 руб.

В остальной части решение суда оставить без изменения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Апелляционное определение может быть обжаловано в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения в кассационном порядке в Шестой кассационный суд общей юрисдикции (г.Самара) по правилам, установленным главой 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, через Ленинский районный суд г.Ульяновска.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 18.03.2026.