Судья: Решетникова Т.М. Дело № 22–1298/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Оренбург 19 июня 2024 года

Оренбургский областной суд в составе 

председательствующего судьи Жарова В.О., 

с участием

прокурора отдела прокуратуры Оренбургской области Лобанковой Е.Н.,

потерпевшего ФИО1,

осужденных ФИО2, ФИО3,

защитников-адвокатов: Востриковой Н.В., Шарифова М.Ф. оглы,

при секретаре Воронковой О.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО3 и адвоката Шарифова М.Ф.о. действующего в интересах осужденного ФИО2 на приговор Кувандыкского районного суда (адрес) от (дата), в отношении ФИО2 и ФИО3

Заслушав доклад судьи Жарова В.О., выступления осужденных, защитников, поддержавших доводы апелляционных жалоб, потерпевшего Потерпевший №1, полагавшего приговор оставить без изменений, мнение прокурора об изменении приговора в отношении ФИО2, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

приговором Кувандыкского районного суда (адрес) от (дата)

ФИО2, родившийся (дата) в (адрес), ***, зарегистрированный по адресу: (адрес), проживающий по адресу: (адрес), не судимый, 

осужден по п. «г» ч. 2 ст. 112, ч. 1 ст. 119 УК РФ, назначено наказание:

- по п. «г» ч. 2 ст. 112 УК РФ в виде лишения свободы на срок 1 год 6 месяцев с лишением, на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ, права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях на срок 2 года;

- по ч. 1 ст. 119 УК РФ в виде ограничения свободы на срок 1 год, с лишением, на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ, права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях на срок 1 год.

В соответствии со ст. 53 УК РФ, установлены ФИО2 ограничения и возложена обязанность.

На основании ч. 2 ст. 69, ст. ст. 71, 72 УК РФ, по совокупности преступлений путём частичного сложения наказаний, окончательно ФИО2 назначено наказание в виде 1 года 8 месяцев лишения свободы, с лишением, на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ, права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях на срок 2 года 6 месяцев, с отбыванием основного наказания в колонии-поселении.

В силу ч. 2 и ч. 3 ст. 75.1 УИК РФ, постановлено осужденному следовать в колонию-поселение за счёт государства самостоятельно.

Срок отбывания наказания в виде лишения свободы постановлено исчислять со дня прибытия осужденного в колонию-поселение. Время следования осужденного к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием, предусмотренным ч. 1 ст. 75.1 УИК РФ, постановлено засчитать в срок лишения свободы из расчёта один день за один день.

Зачтено в срок лишения свободы время задержания ФИО2 в порядке ст. ст. 91, 92 УПК РФ и его содержания под стражей с (дата) по (дата), на основании п. «в» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, из расчёта один день содержания под стражей за два дня отбывания наказания в колонии-поселении, а также время запрета, предусмотренного п. 1 ч. 6 ст. 105.1 УПК РФ, в соответствии с п. 1.1. ч. 10 ст. 109 УПК РФ с (дата) по (дата), из расчёта два дня его применения за один день лишения свободы.

Назначенное ФИО2 дополнительное наказание в виде лишения права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, на основании ч. 4 ст. 47 УК РФ, распространяется на все время отбывания лишения свободы и подлежит исчислению с момента отбытия осужденным основного наказания.

Мера пресечения ФИО2 до вступления приговора в законную силу оставлена прежней – в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении.

ФИО3, родившийся (дата) в (адрес), ***, зарегистрированный и проживающий по адресу: (адрес), не судимый, 

осужден по п. «г» ч. 2 ст. 112 УК РФ, назначено наказание в виде лишения свободы на сок 1 год 6 месяцев, с отбыванием в колонии-поселении.

В силу ч. 2 и ч. 3 ст. 75.1 УИК РФ, осужденному необходимо следовать в колонию-поселение за счёт государства самостоятельно.

Срок отбывания наказания в виде лишения свободы постановлено исчислять со дня прибытия осужденного в колонию-поселение, время следования осужденного к месту отбывания наказания в соответствии с предписанием, предусмотренным ч. 1 ст. 75.1 УИК РФ, засчитывается в срок лишения свободы, из расчёта один день за один день.

Мера пресечения ФИО3 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

Гражданский иск Потерпевший №1 о компенсации морального вреда, причинённого преступлением - удовлетворен частично.

Взыскано с ФИО2 в пользу Потерпевший №1 денежную компенсацию морального вреда, прочиненного потерпевшему, в размере 150000 (сто пятьдесят тысяч) рублей.

Взыскатно ФИО3 в пользу Потерпевший №1, компенсацию морального вреда, прочиненного потерпевшему, в размере 100000 (сто тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований о компенсации морального вреда отказано.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Судом ФИО2 и ФИО3 признаны виновными в умышленном причинении средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в ст. 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, группой лиц. 

ФИО2 совершил угрозу убийством, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы. 

Преступления совершены в период времени (дата) с *** часов (дата) в (адрес) при обстоятельствах, изложенных в приговоре. 

В апелляционной жалобе осужденный ФИО3 не согласен с приговором, считает наказание чрезмерно суровым, суд не учел характер и степень общественной опасности преступления, личность, все смягчающие обстоятельства, влияние назначенного наказания на его исправление. 

Ссылаясь на ст. 43 УК РФ, считает назначенное наказание не соответствует целям наказания, так как в данному случае для предупреждения совершения преступления, восстановлении социальной справедливости не требуется исключительная мера наказания – лишение свободы. 

Обращает внимание, что как в период следствия, так и в судебном заседании полностью признал вину, в содеянном раскаялся, активно способствовал раскрытию преступления, на протяжении всего предварительного следствия активно сотрудничал со следствием, давал признательные показания, однако суд не учел в качестве смягчающего обстоятельства активное способствование раскрытию и расследованию преступления. 

Утверждает, что суд указал в приговоре, что он вину не признал, однако вину по факту нанесения телесных повреждений Потерпевший №1 всегда признавал, пояснял, что это он нанес один удар в область головы, что и повлекло указанный в приговоре вред здоровью потерпевшему, однако пояснял, что это произошло после того, как Потерпевший №1 отмахнул его руку.

Указывает, что как и ранее, так и в настоящее время вред признает в полном объеме, принес извинения потерпевшему, предпринимал попытки возместить вред, но потерпевший отказался, в настоящее время частично возместил причиненный вред, перечислил на счет потерпевшего компенсацию возмещение вреда в размере 10 000 рублей.

Считает, что суд не учел в качестве смягчающих обстоятельств положительные характеристики, ранее ни к каким видам ответственности не привлекался, по месту жительства и по месту работу характеризуется исключительно с положительной стороны, ***

Утверждает, что данное наказание отразится на условиях жизни его семьи, женат, имеет малолетнего ребенка в возрасте 3 лет, который имеет заболевания, требует постоянного наблюдения у врачей, жена одна не сможет справиться, ей нужна его помощь; на его иждивении находится дядя Ч.В.В.., ***, и бабушка Е.Т.М., инвалид 1 группы.

Полагает, что суд не учел противоправное аморальное поведение потерпевшего, который, находясь в состоянии сильного алкогольного опьянения, вел себя неадекватно, нецензурно выражался, провоцировал конфликт, выкрикивал неприличные слова в их адрес, в том числе женщин, его жены, хамил персоналу, при конфликте первый ударил его наотмашь рукой. Он также получил вред здоровью, согласно судебно-медицинской экспертизе у него имеются многочисленные синяки, гематомы, ушиб головы, что не отражено в приговоре, не дана правовая оценка полученным телесным повреждениям. Считает, что в уголовном деле имеются исключительные обстоятельства и возможно изменение категории преступления на менее тяжкую. Суд не мотивировал в приговоре невозможность изменения категории преступления на менее тяжкую. Утверждает, что не является общественно опасным человеком, данное преступление произошло в результате случайного стечения обстоятельств, полностью признает свою вину, раскаивается в содеянном, частично возместил вред потерпевшему, и считает наказание чрезмерно суровым, не соответствующим содеянному. Просит изменить приговор, изменить категорию преступления на менее тяжкую, назначить наказание не связанное с лишением свободы. 

В апелляционной жалобе адвокат Шарифов М.Ф.О. действующий в интересах осужденного ФИО2 выражает несогласие с приговором. Считает, что приговор в отношении ФИО2 не соответствует требованиям уголовно-процессуального законодательства, основан на неправильном применении норм уголовного закона, выводы суда первой инстанции не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, в связи с чем данный приговор является незаконным, необоснованным, немотивированным, несправедливым и подлежит отмене.

Ссылаясь на ст. 17, 73, 87, 88 УПК РФ полагает, что выводы суда первой инстанции, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, вина ФИО2 в инкриминируемом ему деяниях не доказана и не подтверждается доказательствами положенными в основу обвинительного приговора. Утверждает, что показания ряда свидетелей судом первой инстанции в приговоре искажены и не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, а именно: оглашенные показания свидетель ФИО5 №9 не подтвердила, указала, что такие показания не давала. Она усомнилась в подлинности своей подписи в протоколе допроса, который ей для обозрения представлялся государственным обвинителем. Она настаивает на показаниях данных в суд, из помещения кухни не могла услышать, что происходит в караоке зале, поскольку играла музыка. Кровь у потерпевшего не видели. Когда ее допрашивали, находилась в состоянии алкогольного опьянения. (стр. 14 Приговора).

В ходе дополнительного допроса от (дата) ФИО5 №9 пояснила, что ранее данные показания (т. 2 л.д. 19-24) не подтверждает. В протоколе допроса не ее подписи. Указывает на показания следователя С.Н.В. от (дата), данные в ходе судебного заседания, согласно которым, во время допроса свидетель ФИО5 №9 находилась в состоянии похмелья, то есть алкогольного опьянения. При допросе ФИО5 №9 присутствовали двое сотрудников ОРЧ и помощник следователя. С.Н.В. также подтвердил тот факт, что демонстрировал свидетелям видеозаписи и скриншоты, не фиксируя это процессуально - протоколом осмотра видеозаписи.Фактически после оглашения протокола допроса ФИО5 №9 утвердительно пояснила что не давала такие показания (стр. 65 протокола).

Судом первой инстанции не назначена и не проведена почерковедческая судебная экспертиза подписей в протоколе допроса свидетеля ФИО5 №9 и не выделен материал по факту фальсификации доказательств, предоставленных суду, при этом данный протокол допроса, как доказательство вины ФИО2 заложен в основу обжалуемого приговора. Указывает на разногласия в показаниях указанных в приговоре свидетеля ФИО5 №6 о том, что она неоднократно допрашивалась на работе, около 5-6 раз. Показания данные в августе 2023 года, она не читала, так как следователь сказал, что поменял в допросе лишь время, так как оно не совпадало с просмотренной видеозаписью. Она ему доверилась и поставила свою подпись. Оглашенные показания ФИО5 №6, не подтвердила, пояснив, что она не видела потерпевшего, которому было плохо и что на его лице были кровоподтеки, (стр. 10 Приговора).

Допрошенная в ходе судебного заседания ФИО5 №6 пояснила, что не подтверждает показания данные в ходе следствия. Данные крайний раз показания перед подписанием она не читала, следователь напечатал их на ноутбуке. Потом следователь привозил напечатанный допрос на подпись. Кроме того, ФИО5 №6 указала, что следователь самостоятельно изменил ее показания, обосновав это тем, что «по видео не сходилось время» (стр. 29 протокола). 

Указывая на показания приведенные в приговоре суда свидетеля ФИО5 №8 обращает внимание, что в ходе допроса в судебном заседании, согласно протокола, ФИО5 №8 в суде сведения о том, что: «На полу лежали потерпевший, ФИО2, ФИО4, и Денис, парень из их компании» не говорила. ФИО5 №8 пояснила, что следователь самостоятельно, не с ее слов, написал протокол допроса. ФИО5 №8 возразила следователю, что в действительности все было не так, на что следователь ответил, цитата: «Так надо, подписывай» (стр. 69 протокола). Оглашенные показания (т.2 л.д. 12-16) ФИО5 №8 категорически не подтверждает (стр. 70 протокола), так как они не соответствуют действительным обстоятельствам произошедшего. ФИО5 №8 показания, изложенные в протоколе допроса, оглашенные по ходатайству прокурора (ранее данных следователю) не подтверждает, пояснила, что следователь составлял протокол не с ее слов. В ходе дополнительного допроса от (дата) ФИО5 №8 пояснила, что ранее данные показания (т. 2 л.д. 12-16) не подтверждает. Приводит слова ФИО5 №8, что следователь сам напечатал, сказал так надо.

Считает, что отсутствует вина ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч.2 ст. 112 УК РФ. Приводя показания ФИО2 и ФИО3, свидетелей ФИО5 №3 и ФИО5 №8, ФИО5 №4, М.Д.С. данных в судебном заседании утверждает, что ФИО2 обхватывал потерпевшего за грудную клетку, по предплечьям, с целью разнять Потерпевший №1 и ФИО3, никакие удары не наносил, никаких угроз в адрес Потерпевший №1 не высказывал. 

Из показаний свидетелей С.Ж.А. и ФИО5 №6 данных в судебном заседании следует, что Потерпевший №1 находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, до конфликта имел на лице синяк, хамил, Уколов никаких ударов не наносил, не душил, угроз не высказывал, противоправные действия не совершал. 

Приводя судебно – медицинские экспертизы № от (дата), № от (дата) и № от (дата), № от (дата), считает выводы исследованных судебно-медицинских экспертиз противоречивыми. 

В выводах судебно-медицинской экспертизы № от (дата) (ГБУЗ «Бюро СМЭ»), проведенной государственным судебно- медицинским экспертом К.Д.В., указано о наличии у потерпевшего Потерпевший №1, в том числе телесных повреждений: кровоподтеки передней поверхности носа (п. 1.2). В судебно-медицинских экспертизах № от (дата) № от (дата); № от (дата) отсутствуют сведения о наличии у потерпевшего Потерпевший №1 телесных повреждений в виде кровоподтеков передней поверхности носа.

Следственными органами при проведении судебно- медицинской ситуационной экспертизы не был поставлен вопрос: от действий каких лиц (или лица) у потерпевшего могли образоваться телесные повреждения в виде кровоподтеков передней поверхности носа, указанный в п. 1.2 заключении судебно-медицинской экспертизы № от (дата) (ГБУЗ «Бюро СМЭ»), проведенной государственным судебно - медицинским экспертом К.Д.В. Делает вывод, что в заключениях судебно-медицинских экспертиз № от (дата); № от (дата); № от (дата); № от (дата) имеются существенные разногласия, противоречия, которые не были устранены. При проведении судебно-медицинской ситуационной экспертизы № от (дата), проведенной экспертом ФИО5 №10, диск с видеозаписью не был объектом экспертного исследования (видеозапись с камер видеонаблюдения, установленный в помещении кафе-бара где происходили события), хотя ранее при ознакомлении с постановлением о назначении судебно-медицинской ситуационной экспертизы защитой заявлялось ходатайство о направлении диска с видеозаписью для исследования эксперту и оно было удовлетворено. Ссылаясь на показания эксперта ФИО5 №10 обращает внимание, что изучив видеозапись, можно более детально прояснить обстоятельства произошедшего. 

Считает, что судом необоснованно было отказано в удовлетворении стороны защиты ходатайства о назначении комиссионной судебной экспертизы. Суд по собственной инициативе назначил дополнительную судебно-медицинскую ситуационную экспертизу. Приводя заключение эксперта и показания эксперта ФИО5 №10 утверждает, что заключение эксперта № от (дата) сделанное экспертом ФИО5 №10 вступает в противоречие с показаниями самого ФИО5 №10, данными в ходе судебного заседания. Указывает, что не эксперт устанавливает фактические обстоятельства по уголовному делу, в том числе нанесение ударов. Делает вывод, что в заключениях судебно-медицинских экспертиз № от (дата); № от (дата); № от (дата); № от (дата), а также в заключениях судебно- медицинских ситуационных экспертиз № от (дата) и № от 12.02. 2024 г. (проведенные государственным судебно- медицинским экспертом ФИО5 №10), имеются существенные разногласия, противоречия, сомнения, неясности, которые не были устранены. По уголовному делу не разрешены основополагающие вопросы, без разрешения которых невозможно делать окончательные выводы об уголовно-правовой квалификации действий подсудимых.

Ссылаясь на ст. 75 УПК РФ и Постановление Пленума ВС РФ от 30 июня 2015 года № 29 № «О практике применения судами законодательства, обеспечивающего право на защиту в уголовном судопроизводстве» утверждает, что судебные экспертизы, назначенные и проведенные с нарушениями норм УПК РФ являются недопустимыми доказательствами и не могут быть положены в основу обвинительного приговора. Обращает внимание на тот факт, что видеозаписи, хранящиеся в памяти видеорегистратора, среди которых обнаружена запись с камеры видеонаблюдения, установленной в зале кафе - бара «Красный Лев», изъята в ходе осмотра путем перезаписи с монитора на видеокамеру мобильного телефона и записана на оптический диск. Запись с камер видеонаблюдения, установленной в зале кафе-бара «Красный Лев» фактически не была изъята. В материалах уголовного дела отсутствует первоисточник записи с камеры видеонаблюдения, установленной в зале ***». Кроме того, в процессе перезаписи с монитора на видеокамеру мобильного телефона и записи на оптический диск в качестве специалиста никто не был привлечен. Подлинность данной записи вызывает сомнение с правовой точки зрения. Делает вывод, что протокол осмотра места происшествия от (дата) и иллюстрационная таблица к нему (т.1 л.д. 27-33) не отвечает требованиям действующего уголовно-процессуального законодательства, поскольку при производстве указанного следственного действия были нарушены требования ч.2 ст. 164.1 УПК РФ и просит исключить его как недопустимое доказательство. Также просит исключить как недопустимые доказательства: протокол осмотра видеозаписи от 03 июля, (дата) и иллюстрационные таблицы к ним (т. 2, л.д. 44-52, 59-63, 64, 71);

Считает, что по эпизоду осуждения по п. «г» ч.2 ст. 112 УК РФ суд первой инстанции фактически основывается только на показаниях потерпевшего Потерпевший №1 и заинтересованного лица – сожительницы потерпевшего ФИО5 №1 Данные показания не находят своего подтверждения и взаимосвязаны с показаниями допрошенных по делу лиц, в том числе, незаинтересованных свидетелей и имеющиеся в материалах уголовного дела видеозаписью, заключениями экспертиз. Приводя аналогичные показания ФИО2, ФИО3, свидетелей ФИО5 №3, С.Ж.А., ФИО5 №6, ФИО5 №8, ФИО5 №9, У.А.Л. A.Л., М.Д.С., С.Н.В. ФИО5 №1, указанные в доводах о непричастности ФИО2 к совершению инкриминируемого преступления по п. «г» ч.2 ст. 112 УК РФ, считает, что вина ФИО2 в совершении преступления предусмотренного по ч.1 ст. 119 УК РФ отсутствует. Утверждает, что по эпизоду ч. 1 ст. 119 УК РФ суд первой инстанции основывается только на показаниях потерпевшего Потерпевший №1 данные показания не находят своего подтверждения и взаимосвязи с показаниями допрошенных по делу лиц, в том числе, свидетелей и имеющейся в материалах уголовного дела видеозаписью. Отсутствуют доказательства, подтверждающие вину ФИО2, осужденного в совершении преступлений, предусмотренных п. «г» ч. 2 ст. 112 УК РФ, ч. 1 ст. 119 УК РФ и возникают обоснованные сомнения в виновности ФИО2 Считает, что исковые требования потерпевшего Потерпевший №1 о компенсации морального вреда, причиненного преступлением не подлежат удовлетворению, поскольку ФИО2 никаких противоправных действий в отношении Потерпевший №1 не совершал. Ссылаясь на ст. 302 УПК РФ, указывает, что все сомнения в виновности обвиняемого, которые не могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ, толкуются в его пользу. Просит приговор в отношении ФИО2 отменить, вынести оправдательный приговор и признать право на реабилитацию. 

В возражении на апелляционную жалобу ФИО3 потерпевший Потерпевший №1 указывает, что ФИО3 в апелляционной жалобе указывает недостоверные сведения. Также ФИО3 указывая, что он вел себя неадекватно, нецензурно выражался, провоцировал конфликт, хамил персоналу, первый ударил его оговаривает его. Утверждает, что ничего вышеперечисленного он не совершал, что подтверждается следствием и судом. Считает, что ФИО3 заслуживает более суровое наказание, связанное с лишением свободы, Возражает об изменении ему категории преступления на менее тяжкую. 

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель В.В.Н. просит приговор оставить без изменения, а апелляционные жалобы без удовлетворения. 

В судебном заседании ФИО2 не отрицая факта произошедшего конфликта с потерпевшим, вину по предъявленным обвинениям не признал;

ФИО3 не отрицая факта произошедшего конфликта с потерпевшим, вину признал частично, утверждал, что нанес один удар с целью обороны; затем указал, что вину не признает, действовал в состоянии самообороны, опасался агрессии со стороны потерпевшего. 

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав мнения сторон, суд апелляционной инстанции находит обжалуемый приговор суда законным и обоснованным.

В описательно-мотивировочной части обвинительного приговора суда, в соответствии с требованиями ст. 307 УПК РФ, содержится описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления.

Выводы суда о виновности осужденных в совершении инкриминируемых им преступлений подтверждаются достаточной совокупностью исследованных и оцененных судом доказательств, как это предусмотрено ст.ст. 85-89 и 307 УПК РФ.

Суд с соблюдением требований уголовно-процессуального закона рассмотрел дело, в полном объеме и всесторонне исследовал представленные сторонами обвинения и защиты доказательства и в соответствии с ними, оценив их в совокупности, обоснованно признал ФИО2 и ФИО3 по п. «г» ч. 2 ст. 112 УК РФ; ФИО2 по ч. 1 ст. 119 УК РФ.

При решении вопроса о виновности лиц, суд устанавливает форму вины, выясняет мотивы, способ причинения вреда здоровью, опасного для жизни человека, угрозу убийством, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильной правовой оценки содеянного. Указанные требования закона судом полностью соблюдены.

Вина ФИО2 и ФИО3 в совершении вышеуказанных преступлений подтверждена совокупностью доказательств, полно и всесторонне исследованных в судебном заседании и изложенных в приговоре суда.

***

***

***

Вина осужденных в инкриминируемых преступлениях полностью нашла подтверждение в судебном заседании суда первой инстанции, подтверждена исследованными в суде доказательствами:

*** 

***

***

***

*** 

***

Суд обоснованно отнесся критически к показаниям свидетеля допрошенного по ходатайству стороны защиты М.Д.С., а также к показаниям ФИО5 №4 и ФИО5 №3, поскольку данные показания противоречат совокупности исследованных и проверенных судом первой инстанции доказательств, выводы суда убедительно мотивированны, поэтому утверждения защитника об обратном, то есть о непричастности и не виновности ФИО2 являются несостоятельными.

Утверждения авторов жалоб о недостоверности оглашенных в судебном заседании показаний свидетелей ФИО5 №6 ФИО5 №9 ФИО5 №8, которые подтверждают виновность осужденных в содеянном, данных ими в ходе предварительного следствия, обоснованными не являются, поскольку противоречат материалам дела, из которых усматривается, что они все допрошены следователем в качестве свидетеля с соблюдением положений, предусмотренных ст. 189, 190 УПК РФ, с разъяснением ей положений ст. 51 Конституции Российской Федерации, прав и обязанностей, определенных ч. 6 ст. 56 УПК РФ, с предупреждением об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний по ст. 307 УК РФ. Свидетели предупреждались, что при согласии дать показания они могут быть использованы в качестве доказательств по уголовному делу, в том числе и в случае последующего отказа от этих показаний. По окончании допроса свидетели лично прочитали соответствующий каждому протокол допроса и удостоверили своей подписью правильность его оформления (т. 2 л.д. 5-8, 12-16, 19-24).

И хотя в судебном заседании свидетели ФИО5 №6, ФИО5 №9, ФИО5 №8 отказались от своих показаний на следствии суд, оценив их показания в совокупности с другими доказательствами, а также изложенную ими причину изменения показаний, пришел к правильному выводу об объективности и правдивости их показаний, данных на следствии. Каких-либо сведений и данных, позволяющих сделать вывод о нарушении уголовно-процессуального закона при их допросе, в материалах дела не имеется.

Доводы о том, что свидетель ФИО5 №9 в ходе допроса находилась в состоянии алкогольном состоянии и давала показания из-за оказанного на неё давления со стороны сотрудников полиции, объективно не подтверждается, являются несостоятельным, поскольку доказательств данному обстоятельству автором жалобы суду представлено не было, материалы дела таких сведений не содержат.

При этом версия о даче показаний на предварительном следствии в состоянии похмелья, выдвинута в судебном заседании, однако какими-либо объективными и достоверными доказательствами не подтверждена. Напротив, её первоначальные показания на следствии являются четкими, последовательными, согласующимися с показаниями потерпевшего, свидетелей и другими доказательствами, при этом никто из свидетелей, в том числе С.Н.В., не указывали, что у кого-либо возникло сомнение в адекватности поведения свидетеля ФИО5 №9

Кроме того, свидетельств какого-либо принуждения или воздействия на свидетелей судом не установлено. 

Каких-либо замечаний со стороны участников всех следственных действий по процедуре их проведения, и правильности фиксации полученных данных, от свидетелей и остальных участников не поступало.

Нельзя согласиться с доводами жалоб об ошибочной оценке показаний вышеуказанных свидетелей, на которые суд сослался в приговоре как на доказательства вины осужденных. 

Признавая достоверность сведений, сообщенных этими лицами, суд верно исходил из того, что каждый из свидетелей сообщил источник своей осведомленности, их допросы проведены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, а показания, положенные в основу приговора, дополняют друг друга и соответствуют совокупности других доказательств по делу. Никаких поводов для оговора ими осужденных не установлено.

Сторонам защиты и обвинения судом в соответствии с положениями уголовно-процессуального закона была предоставлена равная возможность допросить свидетелей с выяснением вопросов, касающихся предъявленного осужденным обвинения.

Сторона защиты не была лишена возможности проведения проверки получаемых в таких условиях доказательств, в том числе путем постановки перед свидетелями вопросов, заявления ходатайств о проведении дополнительных процессуальных действий, представления доказательств, опровергающих или ставящих под сомнение достоверность прозвучавших показаний.

Несмотря на доводы жалоб, показания свидетелей ФИО5 №6, ФИО5 №9, ФИО5 №8, отраженные в приговоре и протоколе судебного заседания соответствуют друг другу и каких-либо противоречий по юридически значимым для уголовного дела обстоятельствам не содержат. 

Таким образом, произведенная судом оценка показаний свидетелей ФИО5 №6, ФИО5 №9, ФИО5 №8 об обстоятельствах дела является правильной, сомнений или каких либо замечаний у суда апелляционной инстанции не вызывает.

Показания потерпевшего Потерпевший №1, свидетелей ФИО5 №1, оглашенные показания свидетелей ФИО5 №9, ФИО5 №8, ФИО5 №6, экспертов С.О.А. и ФИО5 №10, взятые судом за основу приговора, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона. 

Каких-либо существенных противоречий в показаниях потерпевшего и свидетелей судом не установлено, они согласуются между собой и другими материалами дела по фактическим обстоятельствам, времени, месту, способу и порядку действий каждого из участников событий, и по вопросам, входящим в предмет доказывания по уголовному делу, совпадают в деталях. 

Суд в приговоре указал и надлежащим образом мотивировал, по каким основаниям приняты одни доказательства и отвергнуты другие.

Судом правильно и объективно проанализированы все показания потерпевшего и свидетелей и сделан обоснованный вывод, что их показания в период предварительного следствия и судебного заседания являются допустимыми, реалистично отражают действия как потерпевшего, так и осужденных по умышленному причинению средней тяжести вреда здоровью Потерпевший №1 группой лиц, так и совершение угрозы убийством ФИО2

Доводы о том, что судом не приняты во внимание другие противоположные показания свидетелей являются необоснованными, поскольку суд в своем приговоре обоснованно и мотивированно указал доказательства, на которых основывает свои выводы в отношении осуждённых об их виновности, и основания по которым не принимает другие доказательства. 

Указанные выводы суда об установлении фактических обстоятельств содеянного осужденными являются обоснованными и подтверждаются всесторонне, полно и объективно исследованными доказательствами, которые не вызывают сомнений, поскольку получены с соблюдением процессуальных норм, согласуются и дополняют друг друга.

Данные выводы нашли свое полное подтверждение в судебном заседании, отражены в протоколе судебного заседания и изложены в приговоре.

Виновность ФИО2 и ФИО3 в совершении указанных преступлений также подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, которые соответствуют требованиям уголовно-процессуального законодательства, в том числе письменными доказательствами: 

- протоколами осмотра места происшествия от 15 ноября, (дата), (дата) (т. 1, л.д. 27-33, 69-73,99-105).

- протоколами осмотра видеозаписи от 03 июля, (дата) (т. 2, л.д. 44-52, 59-71).

- заключением судебно-медицинской экспертизы № от (дата) (т. 2, л.д. 147-153).

***

***

*** 

***

***

При этом каких-либо сведений, опровергающих эти показания потерпевшего, в материалах дела не имеется, и в жалобах стороны защиты и в суде не приведено.

Суд дал надлежащую оценку письменным доказательствам, в том числе и заключениям судебно-медицинских экспертиз, которые проведены в специализированных учреждениях экспертами, имеющими большой практический опыт в данной области, назначение экспертиз, осмотр мест происшествий, жилища, вещей, изъятие вещественных доказательств, проведены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, а содержание и выводы экспертных заключений не оспаривались участниками процесса и не противоречат фактическим обстоятельствам дела.

Квалификация и объективность экспертов сомнений не вызывают, с постановлениями о назначении экспертиз и их результатами осужденные с защитниками были ознакомлены. Сомнений и противоречий в выводах не содержится, оснований не доверять им у суда не имелось. Данных, свидетельствующих о необходимости комплексных (повторных) экспертиз по исследованным вопросам, в материалах дела не усматривается. Судом первой инстанции сделан правильный и обоснованный вывод, что доказательства получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, уполномоченными на то должностными лицами. Все протоколы прочитаны лично и подписаны участниками без замечаний, о чем имеются их собственноручные подписи, что подтверждает их проведении, в соответствии с законом. Суд апелляционной инстанции соглашается с данной оценкой показаний и выводами суда первой инстанции. 

Как следует из протокола судебного заседания, допрос экспертов проведен судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства, а утверждения стороны защиты в апелляционной жалобе об обратном являются не состоятельными.

***

Судом достоверно установлены обстоятельства, при которых потерпевшему нанесены удары и их количество, локализация, при сопоставлении показаний потерпевшего, свидетеля ФИО5 №1, оглашённых показаний свидетелей ФИО5 №9, ФИО5 №8, ФИО5 №6, экспертов С.О.А. и ФИО5 №10 объективно согласуются с просмотренной видеозаписью по времени, порядку и способу действий каждого. 

В связи с этим, утверждения апелляционных жалоб о несоответствии количества ударов, нанесенных потерпевшему осужденными, зафиксированных на просмотренной видеозаписи, количеству ударов в обвинении, а также количеству и локализации повреждений, являются необоснованными, так как получили надлежащую и всестороннюю оценку суда первой инстанции.

Доводы жалобы адвоката Шарифова М.Ф.о. о том, что выводы исследованных судебно-медицинских экспертиз противоречивы и имеющиеся существенные разногласия, противоречия не устранены судом, является личным мнением автора жалобы и сводятся к переоценке доказательств. 

Утверждения адвоката о том, что при проведении судебно-медицинской ситуационной экспертизы № от (дата) диск с видеозаписью не был объектом экспертного исследования, является несостоятельными, поскольку он являлся предметом исследования и рассмотрения в суде первой инстанции, в результате была назначена дополнительная судебно-медицинская ситуационная экспертиза. Из ее заключения № от (дата) следует, что повреждение правого глаза Потерпевший №1 могло образоваться как от ударов, нанесённых ФИО4, так и от ударов нанесенных ФИО2 

Таким образом, ссылка в жалобе адвоката Шарифова М.Ф.о. на показания эксперта ФИО5 №10 и утверждение, что его показания противоречат заключению № от (дата) несостоятельны, поскольку противоречат приведенным и исследованным судом всем доказательствам в их совокупности, и являются выраженным мнением и собственным анализом, с учетом сформированной защитной позиции осужденного и по существу переоценкой доказательств, изложенных судом в приговоре. 

Утверждения, изложенные в жалобе защитника об отсутствии выводов суда о том, каким доказательствам он дал критическую оценку, а какие положил в основу приговора, являются несостоятельными, поскольку суд в своем решении полностью мотивировал свои выводы о том, какие доказательства признаны им в качестве достоверных и соответствующих действительности, и положены в основу приговора, а какие носят критический характер и отвергнуты судом.

Каких-либо объективных доказательств, свидетельствующих об оказании какого-либо давления на свидетелей, потерпевшего и осужденных, со стороны органов предварительного следствия, либо оперативных сотрудников на стадии предварительного следствия, а также фальсификации доказательств в материалах уголовного дела не имеется и не судом установлено.

Вопреки доводам жалобы адвоката все доказательства, исследованные судом в судебном заседании и приведённые в приговоре в обоснование выводов суда, о виновности осужденных ФИО3 и ФИО2, были объективно, тщательно и всесторонне исследованы, они не противоречат фактическим обстоятельствам дела, согласуются как между собой, сомнений не вызывают, обоснованно признаны судом допустимыми, в приговоре в соответствии с требованиями закона, судом убедительно приведены мотивы, по которым он принимает одни доказательства и отвергает другие.

Утверждения авторов жалоб о незаконности и необоснованности приговора, несогласии с оценкой доказательств, их исследованием, по существу сводятся к переоценке доказательств и правильно признаны судом первой инстанции несостоятельными.

Суждения суда в части оценки доказательств обоснованные и мотивированные, так как основаны на всей совокупности, и соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона. Также следует отметить, что ни в ходе предварительного расследования, ни при рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции, не допущено нарушений норм уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения прав участников уголовного судопроизводства, в том числе потерпевшего и осужденных, повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора.

Вопреки доводам жалобы адвоката, нарушений требований закона при сборе и фиксации представленных суду доказательств, которые могли бы повлечь за собой признание указанных доказательств недопустимыми в соответствии со ст. 75 УПК РФ, органами предварительного следствия не допущены. 

Суд апелляционной инстанции соглашается с данными выводами суда, которые убедительно мотивированы в приговоре и признает их верными и соответствующими установленным обстоятельствам и уголовному закону. 

Доводы адвоката о том, что по делу не изъяты записи с камер видеонаблюдения (первоисточник), а произведена запись на мобильный телефон и перенесена на оптический диск, не свидетельствуют о неполноте предварительного следствия и нарушении закона, не влияют на правильность установления фактических обстоятельств дела и выводы суда о виновности ФИО3 и ФИО2, поскольку по делу собрано достаточно доказательств, на основании которых суд пришел к обоснованному выводу о виновности осужденных в инкриминируемым им деяний. При этом способ получения записи не предполагает меньшую степень допустимости и гарантии законности доказательства, а изъятие таким способом видеозаписи с видеорегистратора не требует специальных познаний и участия специалиста в этом. 

Само по себе участие ФИО5 №2 в ходе осмотра места происшествия (дата) не свидетельствует о признании недопустимым доказательством протокола осмотра места происшествия от (дата). Доводы жалобы адвоката об обязательном участии специалиста в ходе осуществления видеозаписи с камер видеонаблюдения н перенесения их с мобильного телефона на CD-диск основаны на неправильном толковании ст. 164.1 УПК РФ, в связи с чем, подлежат отклонению.

Вопреки доводам жалобы, протоколы осмотра видеозаписи судом обоснованно положены в основу приговора, основания для признания данных доказательств недопустимыми суд верно не усмотрел, поскольку видеозапись получена в рамках расследования уголовного дела, осмотрена и признана вещественным доказательством.

Не подлежат удовлетворению ходатайства стороны защиты об исключении из числа доказательств - протоколов осмотра места происшествия и видеозаписей, а также иллюстрационных таблиц к ним, которые вновь заявлены стороной защиты в апелляционных жалобах, они исследованы в ходе судебного разбирательства и мотивированно отклонены судом в соответствующих решениях, как необоснованные и несостоятельные. 

С такой оценкой и их выводами суд апелляционной инстанции соглашается, поскольку при получении этих доказательств не допущено нарушений закона, которые бы могли свидетельствовать об их недопустимости.

Доводы жалобы адвоката о том, что показания свидетелей в приговоре изложены неверно и искажены, суд апелляционной инстанции находит неубедительными, поскольку данные доводы опровергаются протоколом судебного заседания, согласно которому суть и содержание показаний всех лица изложены правильно, а их дословное цитирование в приговоре не предусмотрено положениями уголовно-процессуального закона.

Ссылка в жалобе адвоката на показания ФИО2, ФИО3, свидетелей ФИО5 №3, С.Ж.А., ФИО5 №6, ФИО5 №8, ФИО5 №9, У.А.Л. A.Л., М.Д.С., С.Н.В. ФИО5 №1, которые изложены с учетом своего анализа и установленной совместно с ФИО2 защитной позиции от обвинения, а также утверждения о том, что вина ФИО2 в совершении преступления предусмотренного по ч.1 ст. 119 УК РФ отсутствует, полностью и убедительно опровергается исследованными материалами уголовного дела, а также показаниями самого потерпевшего Потерпевший №1, который как на предварительном следствии, так и в судебном заседании последовательно и утвердительно как при допросах, так и иных следственных действий, показывал, что во время конфликта отчетливо слышал от ФИО2 угрозу убийством, поскольку их головы находились рядом, кроме того, потерпевший реально воспринимал угрозу, поскольку Уколов душил его, факт удушения подтверждается показаниями свидетеля ФИО5 №1, которая была очевидцем происходящий событий и осуществляла действия направленные на устранения противоправных действий именно - ФИО2, направленных в отношении потерпевшего. 

Доводы, изложенные в жалобах осужденного ФИО3 и адвоката Шарифова М.Ф., направлены на собственную переоценку выводов суда первой инстанции, при этом не опровергают их, а сводятся к несогласию с приведенной оценкой имеющихся в материалах дела доказательств и объективно установленных обстоятельствах по делу.

Все имеющиеся по делу доказательства и исследованные в суде взаимосвязаны, выстраивают единую логичную цепочку последовательности событий, взаимно дополняют и подтверждают друг друга, получили надлежащую оценку в приговоре и не вызывают сомнений в их объективности, достоверности, допустимости и достаточности для постановления обвинительного приговора, что соответствует требованиям ст. 88 УПК РФ. Обвинительный приговор в полной мере соответствует требованиям ст. 302 УПК РФ: в нём указаны установленные в состязательном процессе с участием сторон фактические обстоятельства дела и проанализированы доказательства, обосновывающие выводы суда о виновности осуждённого в содеянном.

Доводы апелляционных жалоб осужденного ФИО3 и адвоката Шарифова М.Ф.о. действующего в интересах осужденного ФИО2 об отсутствии вины в совершении инкриминированного преступления по п. «г» ч.2 ст. 112 УК РФ, об отсутствии объективных доказательств, подтверждающих их виновность в совершении преступления, являются несостоятельными, поскольку были предметом рассмотрения судом первой инстанции, были подробно и объективно исследованы и мотивированно отвергнуты, как противоречащие материалами уголовного дела и доказательствам, при этом, им дана надлежащая оценка, не согласиться с которой у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

Суд первой инстанции, вопреки доводам апелляционных жалоб, обосновано придя к выводу о недостоверности данных доводов стороны защиты, верно указал, что все они объективно опровергаются не только показаниями потерпевшего на предварительном следствии и допрошенных свидетелей обвинения, которые будучи предупрежденными за дачу заведомо ложных показаний, постоянно давали логичные и последовательные показания, но и письменными материалами уголовного дела, подробно приведенными в приговоре суда, с указанием мотивов принятых решений о допустимости и достоверности доказательств, сомневаться в правильности выводов, у суда апелляционной инстанции оснований не имеется. 

Обстоятельства, при которых потерпевшему нанесены удары и их количество, при сопоставлении показаний потерпевшего, свидетеля ФИО5 №1, оглашённых показания свидетелей ФИО5 №9, ФИО5 №8, ФИО5 №6, экспертов С.О.А. и ФИО5 №10 согласуются с просмотренной видеозаписью.

Оценив доказательства по делу в их совокупности, суд обоснованно признал их относимыми, допустимыми, достоверными, а в совокупности достаточными для установления виновности ФИО2 и ФИО3 в совершении преступлений.

Следует отметить, что приведенная адвокатом оценка показаний свидетелей, протокола осмотра места происшествия, заключения эксперта и выводов экспертиз №, 2312501487 от (дата), № от (дата), № от (дата), а также в заключениях судебно- медицинских ситуационных экспертиз № от (дата) и № от 12.02. 2024 г., носят односторонний характер, не отражают в полной мере существо этих доказательств и они оценены им в отрыве от других имеющихся по делу доказательств. Исследованные по делу доказательства необходимо рассматривать и оценивать во всей их совокупности, что и сделано судом в приговоре. Существенных противоречий между фактическими обстоятельствами дела, как они установлены судом, и доказательствами, положенными судом в основу приговора, не имеется. 

Судом первой инстанции было верно отказано стороне защиты в проведении: видеофонографической экспертизы видеозаписи, почерковедческой судебная экспертиза подписей в протоколе допроса свидетеля ФИО5 №9, а также повторной комплексной судебной экспертизы, так как оснований для этого, предусмотренных ст. 207 УПК РФ суд верно не усмотрел. 

Суд также обоснованно отказал в ходатайстве адвоката выделить материал о фактах фальсификации доказательств, по его мнению, предоставленных следствием, поскольку обоснованного подтверждения они не нашли, материалы дела документов и убедительных свидетельств этого не содержат, и их в суде стороной защиты представлено не было. 

Выводы суда убедительно мотивированы, с ними соглашается суд апелляционной инстанции.

Вопреки доводам жалобы, приговор соответствует требованиям ст. ст. 302, 307 УПК РФ, каких-либо предположений и не устраненных противоречий в доказательствах, требующих их истолкования в пользу осужденных, не содержит.

Все доводы, изложенные в апелляционных жалобах, были объективно и всесторонне проверены в ходе судебного разбирательства и убедительно опровергаются доказательствами, приведенными в приговоре, анализ которых свидетельствует о совершении инкриминируемых осужденным преступлений.

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда, что умысел осужденных был направлен на причинение потерпевшему вреда здоровью. Именно с этой целью, как верно установил суд, осужденные наносили Потерпевший №1 множественные удары по голове, причинив последнему вред здоровью, осознавая общественно - опасный характер своих действий и предвидя наступление последствий.

Тем самым, совокупность исследованных судом доказательств свидетельствует о том, что противоправные действия в отношении Потерпевший №1 совершили именно ФИО3 и ФИО2, при установленных судом обстоятельствах.

Выводы суда о их виновности в совершении преступлений надлежащим образом мотивированы.

Тот факт, что данная судом оценка доказательств не совпадает с позицией осужденных, не свидетельствует о нарушении судом первой инстанций требований уголовно-процессуального закона и не является основанием к отмене судебного решения.

Суд, правильно установив фактические обстоятельства содеянного ФИО2 и ФИО3, верно квалифицировал их действия по п. «г» ч. 2 ст. 112 УК РФ, как умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в статье 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, совершенное группой лиц; а действия ФИО2 по ч. 1 ст. 119 УК РФ, как угроза убийством, если имелись основания опасаться осуществления этой угрозы.

Оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции в этой части суд не усматривает, поскольку они мотивированы и основаны на правильном применении норм уголовного закона.

ФИО2 и ФИО3, действуя группой лиц, причинили потерпевшему Потерпевший №1 телесное повреждение, повлекшие средней тяжести вред его здоровью, а ФИО2 также угрожал убийством потерпевшему, при этом у последнего имелись реальные основания опасаться осуществления данной угрозы. Квалифицирующий признак «группой лиц» обоснованно нашёл своё подтверждение в суде первой инстанции.

Правовое обоснование сделанных судом выводов, касающихся наличия в действиях осужденных указанных выше диспозитивных и квалифицирующих признаков в приговоре приведено убедительно. 

Оснований для иной уголовно-правовой оценки совершенных осужденными действий, в том числе для их переквалификации, как и для оправдания, суд апелляционной инстанции не усматривает.

Иная позиция осужденных и защиты на этот счет основана на переоценке доказательств в отрыве от их совокупности и без учета правил, которыми в соответствии с требованиями ст. 87, 88 УПК РФ руководствовался суд.

Доводы о том, что судом неверно истолкованы применительно к фактическим обстоятельствам дела, показания ФИО5 №9, ФИО5 №8, ФИО5 №6, экспертов С.О.А. и ФИО5 №10 на следствии и в суде, а также утверждения о том, что доказанность вины ФИО2 по эпизоду ч. 1 ст. 119 УК РФ суд первой инстанции основывает только на показаниях потерпевшего Потерпевший №1, являются несостоятельными, поскольку убедительно опровергаются приведенными в приговоре совокупностью доказательств, анализ и переоценку которых адвокат и осужденный приводят с позиции выработанной тактики защиты от обвинения, то есть противоположной выводам суда, изложенных в приговоре, которые основаны на уже по существу сформированном мнении стороны защиты, с учетом позиции ФИО2 и избранной им линии и способе своей защиты от обвинения.

Вместе с тем, не могут быть признаны бесспорным и достаточным свидетельством невиновности осужденных, оцененные в отрыве от совокупности иных добытых и исследованных доказательств те несоответствия, которые усмотрены в показаниях свидетелей, которые вырваны из общего контекста их показаний и приводятся в жалобе адвоката, как противоречие. 

При таких, обстоятельствах, с учетом изложенного, суд приходит к выводу, что вопреки доводам стороны защиты, суд первой инстанции, руководствуясь положениями ст. ст. 17 и 88 УПК РФ, правомерно и обоснованно оценил все доказательства, представленные как стороной защиты, так и стороной обвинения, в том числе, показания Потерпевший №1, свидетелей ФИО5 №9, ФИО5 №8, ФИО5 №6, ФИО5 №3, С.Ж.А., У.А.Л. A.Л., М.Д.С., С.Н.В. ФИО5 №1, экспертов С.О.А. и ФИО5 №10,., данные ими как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании, и обоснованно признал их показания достоверными, полученными без нарушений норм уголовно-процессуального закона, в той части, которые совпадают по месту, времени, порядку действий каждого участника событий, положив их в основу приговора, поскольку, показания данные в ходе судебного заседания свидетелями противоречат в некоторой части совокупности исследованных в судебном заседании доказательствам и установленных судом обстоятельств совершенных деяний и материалам дела. 

Заявления осужденных и защитников в судебном заседании о недоказанности вины, о противоречии и недостоверности положенных в приговоре показаний Потерпевший №1, свидетелей и иных доказательств, о предвзятом отношении со стороны правоохранительных органов и суда являются несостоятельными, не подтверждены объективными данными и опровергаются содержанием материалов дела, протоколом судебного заседания, свидетельствующими о том, что суд непосредственно исследованные доказательства, в том числе показания потерпевшего, свидетелей, и положил их в основу приговора лишь после надлежащей, всесторонней и объективной проверки, оценки и сопоставления с иными исследованными доказательствами, признанных судом допустимыми. 

Представленный же адвокатом и осужденным ФИО2 анализ доказательств о невиновности в совершении указанных преступлений, изложенный в апелляционной жалобе стороны защиты, не может быть признан объективным, поскольку сделан исключительно в интересах осужденного, противоречит фактическим обстоятельствам дела, объективно установленным предварительным и судебным следствием и сводится к переоценке доказательств по делу.

Все доводы жалоб и дополнений о противоречии в показаниях лиц, изобличающих осужденных, являются переоценкой всех этих доказательств.

Судом верно установлено, что данных, свидетельствующих о неполноте или односторонности следствия, что повлияло на законность и обоснованность приговора, не имеется. Из протокола судебного заседания следует, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. ст. 273 - 291 УПК РФ. 

Согласно материалам дела, все заявленные сторонами в судебном заседании ходатайства, в том числе указанные в апелляционных жалобах были рассмотрены судом в соответствии с ч. 2 ст. 271 УПК РФ, устанавливающей общий порядок разрешения ходатайств. Так, суд, выслушав мнение сторон, рассматривая каждое заявленное ходатайство, вправе как удовлетворить, так и отказать в его удовлетворении. Несогласие стороны с решением суда по итогам рассмотренного ходатайства не свидетельствует о его незаконности. 

Решения суда по результатам рассмотрения ходатайств мотивированы и основаны на законе, мотивы представляются убедительными и соответствующими материалам дела. Суд апелляционной инстанции соглашается с приведенной оценкой и выводами суда первой инстанции.

Не нарушен судом и принцип состязательности сторон, поскольку из материалов дела следует, что в судебном заседании были исследованы доказательства, как со стороны защиты, так и со стороны обвинения, при этом суд создал необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленным их прав. 

Из протокола судебного заседания следует, что сторона защиты активно использовала свои права, поскольку представляла доказательства, допрашивала свидетелей, участвовала в исследовании доказательств, представленных стороной обвинения. 

Вопреки доводам адвоката, не проведение почерковедческая судебной экспертизы подписей в протоколе допроса свидетеля ФИО5 №9 с целью установления принадлежности подписи, нельзя расценивать как нарушение уголовно-процессуального закона, поскольку ФИО5 №9 не отрицала дачу ею показаний, кроме того допрошенный в судебном заседании следователь С.Н.В. показал суду, что после допроса ФИО5 №9, он зачитал ей содержание прокола, предоставил возможность с ним ознакомиться лично, после чего она поставила подпись в протоколе. 

Доводы осужденного и адвоката, о не принятии судом во внимание показаний свидетелей ФИО5 №9, ФИО5 №8, ФИО5 №6, ФИО5 №3, ФИО5 №4 данных в суде, что они дали неправдивые показания на следствии, не могут быть приняты во внимание, и являются не убедительным, так как эти доводы сводятся к переоценке их показаний, с учетом избранной линии защиты осужденными и стороной защиты, в то время, как все эти показания судом проверены на предмет достоверности. Свои выводы о том, по каким причинам они признаны достоверными суд в приговоре убедительно мотивировал. С приведенными мотивами принятого решения и выводами суда, суд апелляционной инстанции соглашается.

Утверждения осужденных и адвоката о противоправном поведении потерпевшего, явившемся поводом для совершения преступления, не могут быть признаны обоснованными, 

Так, вопреки доводам жалоб, какого-либо аморального или противоправного поведения со стороны потерпевшего, явившегося поводом для совершенного преступления, суд обоснованно не признал, поскольку таких обстоятельств судом не установлено и из материалов уголовного дела не усматривается. Судом был достоверно установлен возникший конфликт между осужденными и потерпевшим на почве личных неприязненных взаимоотношений, который, при этом, с учетом его характера, обстановки, предшествующих взаимоотношений между ними, он был инициирован ФИО3 и активно поддержан ФИО2

Утверждение ФИО3 и адвоката Шарифова М.Ф.о. о том, что Потерпевший №1 был в состоянии алкогольного опьянения не влияет на содеянное осужденными и не является основанием для смягчения наказания либо отмены приговора, поскольку в момент избиения потерпевший ни каких противоправных действий в отношении иных лиц, в том числе осужденных не предпринимал, а также не оказывал сопротивления в силу сложившихся обстоятельств.

Заявления осужденных в судебном заседании апелляционной инстанции о недоказанности вины, о противоречии и недостоверности положенных в приговор показаний свидетелей, потерпевшего на предварительном следствии и иных доказательств, о предвзятом отношении со стороны правоохранительных органов и суда являются несостоятельными, не подтверждены объективными данными и опровергаются содержанием материалов дела, протоколом судебного заседания, свидетельствующими о том, что суд непосредственно исследованные доказательства, в том числе показания свидетелей, положил в основу приговора лишь после надлежащей их проверки, оценки и сопоставления с иными исследованными доказательствами. Все доводы жалоб о противоречии в показаниях свидетелей, потерпевшего являются переоценкой доказательств.

Доводы стороны защиты о проведении следствия с грубейшими нарушениями норм как материального, так и процессуального права, несостоятельны и являются личным мнением авторов жалоб.

Утверждения жалобы ФИО3 о том, что он также получил вред здоровью, согласно судебно-медицинской экспертизе у него имеются многочисленные синяки, гематомы, ушиб головы, что не отражено в приговоре, не дана правовая оценка полученным телесным повреждениям не могут быть приняты во внимание, поскольку в соответствии с положений ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному обвинению.

Вина осуждённых в содеянном ими подтверждается доказательствами, тщательно и объективно исследованными в судебном заседании и изложенными в приговоре, проанализировав которые в совокупности, суд правильно установил фактические обстоятельства дела, назначив осужденным справедливое наказание. 

Так, в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 60 УК РФ, наказание назначено осужденным справедливо, то есть с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, совершённого в соучастии, и преступления, совершённого ФИО2, личности виновных, совокупность обстоятельств, смягчающих наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств каждого осужденному по п. «г» ч. 2 ст. 112 УК РФ, а в отношении ФИО2 также по ч. 1 ст. 119 УК РФ, суд обоснованно признал, на основании п. «г» ч. 1 ст. 61 УК РФ – наличие малолетнего ребёнка у каждого из виновных; согласно ч. 2 ст. 61 УК РФ, положительные характеристики по месту жительства и работы, для ФИО2 – оказание материальной и физической помощи супруге и престарелым родителям, имеющим хронические заболевания, а также матери супруги, ***, положительная характеристика, данная супругой ФИО5 №4; для ФИО3 - оказание материальной и физической помощи супруге, а также положительная характеристика, данная супругой ФИО5 №3

Обстоятельств, отягчающих наказание обоим осужденным судом обоснованно не установлено.

***

Довод осужденного ФИО3 о том, что вид и размер назначенного судом наказания негативно и неблагоприятно отражается на условиях жизни членов его семьи, не свидетельствует о несправедливости назначенного ему наказания и о незаконности судебных решений с учетом правовой позиции Конституционного Суда РФ, неоднократно приведенной в его решениях, согласно которой в любом случае лицо, совершающее умышленные преступления должно предполагать, что в результате оно может быть лишено свободы, ограничено в иных правах и свободах, то есть такое лицо сознательно обрекает себя и своих близких на ограничения.

Утверждения ФИО3 о том, что имеет малолетнего ребенка в возрасте 3 лет, который имеет заболевания, требует постоянного наблюдения у врачей, жена одна не сможет справиться, ей нужна его помощь, вопреки его доводам были учтены судом при назначении наказания.

Обстоятельства, на которые ссылается осужденный в жалобе и в судебном заседании, о том, что его дядя Ч.В.В. - ***, и бабушка Е.Т.М. - *** находятся на его иждивении и нуждаются в уходе и помощи, а также что он единственный кормилец в семье и его жена и сын нуждаются в его помощи и поддержки не являются безусловными основаниями для признания данных обстоятельств исключительными и удовлетворения жалобы, поскольку совместно с ними, в одном городе проживают иные члены его семьи и родственники супруги (родители, братья и сестры), которые могут и обязаны оказать помощь и осуществлять уход за ними, а супруга, является трудоспособной, работает, и способна оказывать соответствующий уход и помощь.

Суд апелляционной инстанции, оценивая приложенные к жалобе документы, учитывает, что доказательств, свидетельствующих о размере помощи оказываемой ФИО3 своему дяде Ч.В.В. и бабушке Е.Т.М., объем и необходимость ухода за ними и то, что они фактически находился на его иждивении, документально не установлены, в материалах дела отсутствуют и соответствующие документы и решения органов опеки, в суд апелляционной инстанции не представлены, кроме того в соответствии с законом, признание каких-либо обстоятельств смягчающими, не указанных в ст. 61 УК РФ, является правом суда. 

Также суд принимает во внимание, что Е.Т.М., проживает на (адрес), а Ч.В.В. на (адрес), то есть фактически не по месту проживания ФИО3 и его супруги. Кроме того, как лица, являющиеся инвалидами, они получают соответствующую пенсию и имеют право на льготы, социальное обслуживание и обеспечение, при этом, данных о том, что Ч.В.В. прошел освидетельствование до окончании установленного срока (до 31.05.2024г.) указанного в справке не имеется, документа подтверждающих не представлено.

Поэтому суд апелляционной инстанции, не усматривает оснований для признания данных обстоятельств смягчающими, удовлетворения жалобы, и снижения либо смягчения наказания ФИО3

Вопреки доводам апелляционной жалобы ФИО3 оснований для признания в качестве смягчающего наказание обстоятельства активное способствование раскрытию и расследованию преступления у суда не имелось. 

По смыслу закона активное способствование раскрытию и расследованию преступления следует учитывать в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного пунктом "и" части 1 статьи 61 УК РФ, если лицо о совершенном с его участием преступлении либо о своей роли в преступлении представило органам дознания или следствия информацию, имеющую значение для раскрытия и расследования преступления.

Вместе с тем какой-либо информации, имеющей значение для раскрытия и расследования преступления ФИО3 органам следствия не сообщил. 

Таким образом, судом по делу учтены все смягчающие наказание обстоятельства и данные о личности осужденного ФИО3, известные на момент постановления приговора в том числе и те, на которые ссылается в своей жалобе осужденный.

Суд верно учел, что ФИО2 и ФИО3 являются гражданами Российской Федерации, имеют регистрацию и постоянное место жительства на территории Российской Федерации, состоят в зарегистрированных браках, официально трудоустроены, ранее к уголовной и административной ответственности не привлекались, на профилактических учётах не состоят.

Суд принял во внимание, что ФИО2 и ФИО3 по месту жительства участковым уполномоченным полиции и соседями характеризуется положительно, проживают с семьёй, по характеру спокойные, в общении вежливы, дружелюбны. В состоянии алкогольного и наркотического опьянения замечены не были, жалоб и замечаний в отношении них не поступало. Также учтены и отражены в приговоре положительные служебные характеристики на каждого из них с места их службу (работы).

Вопреки доводам жалобы, с учетом всех обстоятельств дела, тяжести и общественной опасности совершенных преступлений, данных о личности осужденных, суд обоснованно пришел к выводу, что достижение целей уголовного наказания и исправление ФИО3 и ФИО2 возможно только назначением им наказаний в виде лишения свободы.

Выводы суда о виде и размере наказания, назначенного осужденным, и невозможности применения в отношении них положений ст. 73 УК РФ в приговоре суда обсуждены, обоснованы и мотивированы, суд апелляционной инстанции находит их правильными и убедительными.

Вопреки доводам жалобы осужденного ФИО3 исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, по делу не имеется, оснований для применения ст. 64 УК РФ, судом не установлено. Не усматривает таких оснований и суд апелляционной инстанции ни в отношении ФИО3, ни в отношении ФИО2

Отбывание наказания в колонии - поселении, назначено осужденным в соответствии с требованиями п. «а» ч. 1 ст. 58 УК РФ. 

Назначенная осужденным мера наказания, а также вид исправительного учреждения отвечают общим началам назначения наказания, являются справедливыми и соразмерными содеянному, в полном объеме согласуются с нормами уголовного закона, отвечают целям исправления осужденных и предупреждения совершения ими новых преступлений.

Вопреки доводам жалобы ФИО3 выводы суда о виде и размере назначенного наказания суд апелляционной инстанции находит правильными, а назначенное наказание справедливым, соответствующим целям и задачам уголовного закона. 

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает, что при постановлении приговора судом первой инстанции учтены требования уголовного закона и оснований для смягчения наказания осуждённым, не имеется.

Суд апелляционной инстанции, как и суд первой инстанции полагает, что применение ч. 1 ст. 62, ст. 53.1, ч.6 ст.15 УК РФ в отношении осужденных в данном случае невозможно, с учетом фактических обстоятельств преступлений и степени общественной опасности. 

Доводы осужденного ФИО3 о том, что суд не мотивировал в приговоре невозможность изменения категории преступления на менее тяжкую несостоятельны. 

Таким образом, все заслуживающие внимания обстоятельства, установленные судом на момент постановления приговора, в том числе и те, на которые ссылается авторы апелляционных жалоб, учтены при решении вопроса о назначении наказания. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы осужденного ФИО3 постановленный судом приговор является справедливым, наказание, назначенное осуждённому является соразмерным содеянному, соответствует общественной опасности совершенного преступления и личности виновного, отвечает закрепленным в уголовном законодательстве целям исправления осуждённого и предупреждения совершения новых преступлений, а также принципам справедливости и гуманизма, учитывает влияние назначенного наказания на исправление осуждённого и на условия его жизни. Приговор соответствует требованиям законности и обоснованности в связи с чем, суд апелляционной инстанции не находит оснований для его отмены.

Заявленные потерпевшим гражданские иски о компенсации морального вреда правильно разрешены судом, в соответствии с положениями ст. ст. 151, 1099 - 1101 ГК РФ. При определении размера компенсации морального вреда были приняты во внимание все обстоятельства, имеющие правовое значение для дела, в том числе с учетом характера нравственных страданий потерпевшего, обстоятельств причинения вреда, требований разумности и справедливости, а также имущественного положения осужденных. Оснований для уменьшения размера денежных средств, которые постановлено взыскать с осужденных с учетом изложенных доводов жалоб о противоправном поведении потерпевшего, суд апелляционной инстанции не усматривает.

В ходе судебного разбирательства суд первой инстанции в достаточной мере проверил и оценил все версии и доводы стороны защиты и аргументировано их отверг, а потому оснований не согласиться с выводами, содержащимися в приговоре, у суда апелляционной инстанции не имеется.

Новых обстоятельств, позволяющих поставить под сомнение выводы суда первой инстанции, в жалобе не содержится. Приговор составлен с соблюдением ст. ст. 303 - 309 УПК РФ, в нем не включено формулировок, носящих характер предположений. При таких обстоятельствах, каких-либо оснований для постановления оправдательного приговора в отношении ФИО2, о чем просит в жалобе адвокат, не имеется.

Нарушений норм уголовного либо уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, судом не допущено, оснований для удовлетворения доводов апелляционных жалоб у суда апелляционной инстанции не имеется. 

Учитывая изложенное, оснований для отмены приговора, постановления оправдательного приговора в отношении ФИО2, ФИО3, о смягчения либо снижения назначенного осужденным наказания суд апелляционной инстанции не усматривает.

Вместе с тем, приговор подлежит изменению, в связи с неправильным применением уголовного закона.

Согласно ст. 297 УПК РФ, приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым. Приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями Уголовно-процессуального кодекса РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

В соответствии с санкцией ч. 2 ст. 112 УК РФ, дополнительное наказание в виде лишения права заниматься определенной деятельностью предусмотрено в качестве обязательного и указание на применение ст. 47 УК РФ не требуется.

В соответствии с ч. 1 ст. 47 УК РФ лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью состоит в запрещении занимать должности на государственной службе, в органах местного самоуправления либо заниматься определенной профессиональной или иной деятельностью.

Как разъяснено в п. 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года N 58 (в ред. от 18 декабря 2018 года) "О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания", по смыслу закона, лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, по общему правилу, может быть назначено в качестве основного или дополнительного (в том числе в соответствии с ч. 3 ст. 47 УК РФ) наказания за преступление, которое связано с определенной должностью или деятельностью лица.

Указанные выше требования уголовного закона по настоящему уголовному делу судом первой инстанции в отношении ФИО2 не соблюдены.

Так, преступления совершенные ФИО2 не связаны с деятельностью и должностью, а совершены во время отдыха в кафе, при установленных судом обстоятельствах.

Таким образом, принимая во внимание, что указанные нарушения уголовно-процессуального и уголовного закона, допущенные при рассмотрении уголовного дела, являются существенными и влияют на законность и обоснованность обжалуемого приговора, суд апелляционной инстанции считает необходимым приговор суда в указанной части изменить.

Руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.26, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции 

ПОСТАНОВИЛ:

приговор Кувандыкского районного суда (адрес) от (дата) в отношении ФИО2 и ФИО3 – изменить. 

Исключить назначение на основании ч. 3 ст. 47 УК РФ ФИО2 дополнительного наказания в виде лишения права занимать должности на государственной службе, связанные с осуществлением функций представителя власти в государственных органах, органах местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждениях, назначенное как по ст. 112 УК РФ, ч. 1 ст. 119 УК РФ, так по ч. 2 ст. 69 УК РФ.

В остальной части приговор суда в отношении ФИО2 и ФИО3 – оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденного ФИО3 и адвоката Шарифова М.Ф.о. в интересах осужденного ФИО2 - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном гл. 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Шестого кассационного суда общей юрисдикции, через суд первой инстанции, в течение 6 месяцев со дня оглашения апелляционного постановления, а осуждённым, содержащимся под стражей в тот же срок со дня вручения ему копии решений вступивших в законную силу. В случае пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении, путём подачи кассационной жалобы непосредственно в суд кассационной инстанции. 

Осужденные вправе ходатайствовать о личном участии в суде кассационной инстанции.

Председательствующий В.О. Жаров