Судья ФИО4 ФИО27. Дело (****)

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10 июля 2024 года 

<

****>

Суд апелляционной инстанции по уголовным делам Псковского 

областного суда в составе: 

председательствующего судьи ФИО5,

при секретаре судебного заседания ФИО6, 

прокурора ФИО7, 

осужденной ФИО1,

защитника ФИО19, 

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам (основной и дополнительной) защитника ФИО19 в интересах осужденной ФИО1 и апелляционному представлению прокурора 

<

****> района ФИО10 на приговор 

<

****> районного суда 

<

****> от (дд.мм.гг.), которым 

ФИО1, (дд.мм.гг.) года рождения, уроженка 

<

****>, гражданка РФ, замужняя, имеющая на иждивении двоих несовершеннолетних детей, трудоустроенная, ранее не судимая,

осуждена по ч.3 ст.264 УК РФ к 1 году лишения свободы с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением всеми видами механических транспортных средств, сроком на 1 год 6 месяцев. 

На основании ст.73 УК РФ назначенное наказание в виде лишения свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 1 год, с возложением следующих обязанностей в период испытательного срока: не менять места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденных, проходить регистрацию в контролирующем органе один раз в месяц по графику, установленному специализированным государственным органом, осуществляющим контроль за поведением условно осужденных.

Срок отбывания дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами постановлено исчислять с момента вступления приговора в законную силу.

Мера пресечения в отношении ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении оставлена до вступления приговора в законную силу.

По делу решен вопрос о взыскании процессуальных издержек, разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи ФИО5, защитника ФИО19 и осужденной ФИО1, поддержавших доводы апелляционных жалоб и представления, мнение прокурора ФИО7, возражавшего по доводам апелляционных жалоб и полагавшего изменить приговор по доводам апелляционного представления, суд

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 признана виновной в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшем по неосторожности смерть человека.

Как следует из приговора суда, (дд.мм.гг.) около 12.16 часов водитель ФИО1, управляя принадлежащим ей, технически исправным автомобилем марки «КИА SLS (SPORTAGE, SL, SLS)», г.р.з. (****), двигалась по третьему километру автодороги «Заполье-Гдов», проходящей по территории д.

<

****> со стороны 

<

****> в направлении д.

<

****>, и, в нарушение требований пункта 2.1.2 Правил дорожного движения РФ, утверждённых постановлением Совета Министров - Правительства РФ от 23.10.1993 №1090, перевозила на заднем пассажирском сиденье пассажира ФИО8 не пристёгнутую ремнем безопасности.

(дд.мм.гг.) около 12.16 часов водитель ФИО1, двигаясь по третьему километру автодороги «Заполье-Гдов», проходящей по территории д. 

<

****> со стороны 

<

****>, проявляя преступную небрежность, не предвидя возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности она должна была и могла предвидеть эти последствия, в нарушение требований пунктов 9.10 и 10.1 Правил дорожного движения РФ, вела свое транспортное средство со скоростью, не обеспечивающей возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований ПДД РФ, не учитывая дорожные условия, в частности закругление дороги, не обеспечила необходимый боковой интервал до правой по ходу своего движения обочины, в результате чего, потеряла контроль за движением своего транспортного средства, допустила его занос, съехала в правый по ходу своего движения кювет, где совершила столкновение с деревом.

В результате дорожно-транспортного происшествия, произошедшего по вине водителя ФИО1, пассажиру ФИО8 причинены телесные повреждения в виде: травматического разрыва печени с кровоизлиянием в брюшную полость, множественных двухсторонних переломов ребер, разрыва правого грудино-ключичного сочленения, ушибленных ран и ссадин головы с кровоизлиянием в мягкую мозговую оболочку в области лобной и теменной долей справа, кровоподтеков и ссадин шеи, туловища и конечностей, которые возникли от действия тупых предметов в короткий промежуток времени - одномоментно, от нескольких минут до нескольких десятков минут до смерти, находятся в прямой причинно-следственной связи со смертью и повлекли тяжкий, опасный для жизни человека вред здоровью (п. п. 6.1.16, 6.1.11 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 № 194н) со смертельным исходом.

Своими действиями ФИО1 нарушила требования пунктов Правил дорожного движения РФ:

Пункт 2.1.2 Правил дорожного движения РФ, согласно которому, при движении на транспортном средстве, оборудованном ремнями безопасности, водитель обязан быть пристегнутым и не перевозить пассажиров, не пристегнутых ремнями.

Пункт 9.10 Правил дорожного движения РФ, в соответствии с которым, водитель должен соблюдать дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения.

Пункт 10.1 Правил дорожного движения РФ, согласно которому, водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Нарушение водителем ФИО1 пунктов 2.1.2, 9.10, 10.1 Правил дорожного движения РФ находится в прямой причинной связи с наступившими последствиями.

ФИО1 в судебном заседании от дачи показаний отказалась, воспользовавшись правом, предоставленным ст. 51 Конституции РФ, подтвердила оглашенные в порядке п.3 ч.1 ст.276 УПК РФ показания, данные ею в ходе предварительного следствия, вину в совершении инкриминируемого ей преступления признала, вместе с тем, выступая с последним словом, сообщила, что, не оспаривая факт произошедшего дорожно-транспортного происшествия, поддерживает позицию своего защитника, то есть указала на непризнание своей вины. 

Согласно ее показаниям в ходе предварительного следствия, оглашенным в судебном заседании, (дд.мм.гг.) она на принадлежащем ей автомобиле марки «КИА SLS (SPORTAGE, SL, SLS)» государственный регистрационный знак (****), двигалась из 

<

****> в направлении 

<

****>. Она находилась за рулем, в автомобиле также находилась её мать ФИО8, которая располагалась на заднем сиденье слева, и её дочь ФИО9, которая была на заднем сиденье справа в детском удерживающем кресле, и была пристегнута.

Пристегнута ли была ФИО8 ей неизвестно, так как она не обратила на данный факт внимания.

Около 12 часов 20 минут (дд.мм.гг.), она двигалась по д. 

<

****> по автодороге «Заполье-Гдов» со скоростью около 60 км/час. На тот момент на улице было светлое время суток, без осадков, проезжая часть была асфальтированная, сухая. Подъезжая к закруглению проезжей части, на 3-ем километре указанной выше автодороги, она неожиданно для себя увидела перебегающее проезжую часть животное среднего размера темного цвета, слева - направо, по направлению ее движения. Она восприняла данное животное для себя как опасность, и, чтобы избежать наезд на него, убрала ногу с педали газа, с целью уменьшить скорость движения автомобиля, а также одномоментно повернула рулевое колесо немного вправо, в сторону обочины. В тот момент она посчитала, что если автомобиль сместиться немного правее, то она сможет объехать данное животное, и не совершит с ним столкновение. После незначительного поворота рулевого колеса автомобиль под ее управлением сместился немного правее, и, частично, правыми колесами, выехал на правую по ходу ее движения обочину. Как только автомобиль сместился правее, его начало заносить. Путем воздействия на рулевое колесо она попыталась выровнять автомобиль, но ничего не получилось, в результате чего произошло столкновение с деревом, которое находилось справа на обочине, по ходу ее движения. От данного столкновения автомобиль откинуло от дерева, и он встал задней частью на проезжей части, а передней частью на обочине. После ДТП она вышла из салона автомобиля, открыла заднюю левую дверь и вытащила свою дочь ФИО9 Она видела, как её мать ФИО8 плавно скатилась вниз и оказалась между передними и задними сиденьями на полу автомобиля. Помощь она (ФИО1) ФИО8 не оказывала, так как боялась, что сделает только хуже. Почти сразу на месте остановились очевидцы ДТП (мужчина и женщина), которые сразу же вызвали экстренные службы. Прибывшие сотрудники МЧС вскрыли автомобиль, чтобы вытащить ФИО8 из автомобиля, затем её (ФИО8) погрузили на носилки и отнесли в машину скорой медицинской помощи. В дальнейшем ей (ФИО1) сообщили, что её мать умерла в машине скорой медицинской помощи (т.2 л.д.49-55).

В апелляционной жалобе защитник ФИО19 выражает несогласие с состоявшимся приговором в виду несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела. 

В обосновании жалобы указывает, что в предъявленном ФИО1 обвинении не указана причинно-следственная связь между ее действиями и наступившими последствиями.

Из текста предъявленного ФИО1 обвинения невозможно установить, что стало первоочередной причиной дорожно-транспортного происшествия, скорость ее движения или не соблюдение бокового интервала, поскольку в материалах уголовного дела отсутствует информация о превышении ей установленного на данном участке дороги ограничения скоростного режима.

Указывает, что ему неизвестны основания, которыми суд руководствовался, отказывая в удовлетворении заявленных в ходе судебного разбирательства защитником ходатайств о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ и о прекращении уголовного дела на основании ст.76.2 УК РФ в виду неполучения до настоящего времени стороной защиты соответствующего постановления, а также приговора суда.

Просит приговор суда отменить и направить дело на новое судебное разбирательство в тот же суд в ином составе.

В дополнении к апелляционной жалобе защитник ФИО19, помимо доводов, аналогичных изложенным в основной жалобе, выражает несогласие с выводами суда о невозможности применения к ФИО1 положений ст.76.2 УК РФ, полагая их не основанными на законе.

Указывает, что суд необоснованно не учел представленные стороной защиты доказательства совершения административных нарушений в сфере безопасности дорожного движения не ФИО1, а ее супругом - Свидетель №3

Полагает, что органами предварительного расследования не установлен механизм дорожно-транспортного происшествия, поскольку из текста предъявленного ФИО1 обвинения не ясно в чем конкретно ее действия не соответствовали требованиям п.9.10 ПДД РФ. По мнению автора жалобы изложенная в тексте обвинения формулировка согласно которой ФИО1 не обеспечила необходимый боковой интервал до правой по ходу своего движения обочины, в результате чего потеряла контроль за движением своего транспортного средства, допустила его занос и съехала в правый по ходу движения кювет, где совершила столкновение с деревом, не позволяет установить причины заноса транспортного средства, не содержит данных о взаимной связи с якобы не соблюдением бокового интервала, заносом транспортного средства и столкновение с деревом. 

Указывает на наличие в приговоре противоречивых выводов суда относительно нарушения ФИО1 требований п.2.1.2 ПДД РФ.

Полагает, что судом не установлено время совершения инкриминируемого ФИО1 преступления, поскольку согласно тексту обвинения, ДТП произошло (дд.мм.гг.) около 12 часов 16 минут, при этом материалами дела установлено, что первый вызов на станцию скорой медицинской помощи поступил в 12 часов 26 минут.

Обращает внимание, что во втором абзаце предъявленного ФИО1 обвинения при описании механизма ДТП, не указано в каком направлении двигался автомобиль под управлением ФИО1

Указывает, что органы предварительного следствия не проверили версию ФИО1 о совершении ДТП в результате принятия мер к предотвращению столкновения с диким животным, что она пыталась сделать путем применения торможения и одновременного выезда на обочину. 

Полагает, что в действиях ФИО1 в соответствии с положениями ст.39 УК РФ усматривается крайняя необходимость, так как неуправляемый занос автомобиля на обочине произошел по причине создания диким животным опасности для движения, в результате чего ФИО1 применила торможение и изменила траекторию своего движения в сторону правой обочины.

Полагает ошибочным выводы суда о том, что видеозаписью ДТП подтверждается отсутствие какого-либо животного на месте ДТП, поскольку суд сам установил, что на записи автомобиль под управлением ФИО1 уже находился в состоянии заноса. 

В апелляционном представлении прокурор 

<

****> ФИО10 указывает на необходимость исключения из содержащегося в описательно-мотивировочной части приговора описания преступного деяния указания на нарушение ФИО1 требований п.2.1.2 ПДД РФ, поскольку далее суд пришел к выводу об отсутствии убедительных доказательств того, что пассажир ФИО8 во время движения автомобиля не была пристегнута ремнем безопасности.

Обсудив доводы апелляционных жалоб и представления, проверив материалы дела, в том числе возражения прокурора 

<

****> ФИО10 о несогласии по доводам апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Вина ФИО1 в совершении инкриминируемого ей преступления подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании и подробно изложенных в приговоре суда доказательств. 

Так, в судебном заседании исследованы протокол осмотра предметов от 23.06.2023 и видеозапись ДТП на CD-диске, изъятом в ходе выемки от 27.05.2023 у свидетеля Свидетель №1, признанная вещественным доказательством (т.1 л.д.69-75, 76-77, протокол с/з, т.3 л.д. 8), установлено, что на 00:17 минуте из плавного поворота направо (по ходу движения автомобиля, на котором установлен видеорегистратор), на встречной полосе движения появляется автомобиль, который выехал на левую обочину (по ходу движения автомобиля, на котором установлен видеорегистратор). На 00:21 минуте встречный автомобиль совершает столкновение с деревом, которое находится в левом кювете (по ходу движения автомобиля, на котором установлен видеорегистратор). Момент контакта автомобиля под управлением ФИО1 с обочиной дороги зафиксирован на видеорегистраторе на 00:17-00:18 минуте, каких-либо животных в указанный момент на видеозаписи не установлено.

Свидетель Свидетель №1 в судебном заседании показала, что 20.05.2023 она на своем автомобиле направлялась из 

<

****> в д.Малое Захонье. В д.Звягино навстречу из-за поворота выехала машина, которую «несло» по обочине, потом автомобиль «крутануло», и он врезался в дерево правым бортом. Что явилось причиной заноса, она не видела, так как это было вне поля её зрения. Она остановилась для оказания помощи, вызвала МЧС. С водителем попавшего в аварию автомобиля относительно причин ДТП она не общалась. Погода в момент происшествия была ясная, без осадков, проезжая часть сухая, асфальтированная. В ее автомобиле установлен видеорегистратор, который впоследствии был передан сотруднику полиции. Она вызвала спасателей примерно в 12 часов 16 минут, время, установленное на видеорегистраторе её автомобиля, имело расхождение с реальным на пять минут. Животных она не видела. (протокол с/з, т.2 л.д.229-231).

Из показаний свидетеля Свидетель №2 в судебном заседании следует, что 20.05.2023 он вместе с Свидетель №1 направлялся к ней на дачу на её автомобиле. Когда они проезжали д. Звягино, навстречу из-за поворота выехала машина, которую «несло» и «болтало» по обочине. Управлявшая автомобилем девушка пыталась выровнять машину, но не смогла и ударилась в березу. Они остановились для оказания помощи. Что происходило с автомобилем до поворота, он не видел, так как это было вне поля его зрения. Водитель попавшего в ДТП автомобиля сказала, что потеряла управление, автомобиль перестал её слушаться. Погода в момент происшествия была хорошая, без осадков, дорожное полотно асфальтированное, сухое. Животных он не видел (протокол с/з, т.2 л.д.231-233).

Суд 1 инстанции, оценивая показания свидетелей Свидетель №1, Свидетель №2, обоснованно нашел их достоверными, за исключением того, что в момент выезда из-за поворота автомобиль под управлением ФИО1 уже двигался по обочине, как несоответствующие содержанию вышеуказанной записи с видеорегистратора, обосновав данное несоответствие показаний свидетелей давностью рассматриваемых событий, удаленностью автомобиля под управлением ФИО1 от их местонахождения и быстротечность произошедшего. 

Таким образом, доводы жалоб защитника, согласно которым суд сам установил, что на видеозаписи автомобиль под управлением ФИО1 уже находился в состоянии заноса, несостоятельны и противоречат содержанию описательно-мотивировочной части приговора. 

Согласно показаниям инспектора ДПС ГИБДД МО МВД России «Струго- Красненский» Свидетель №6 в судебном заседании, следует, что 20.05.2023 поступило сообщение о ДТП. Когда он прибыл на место, там уже была скорая, МЧС. Пострадавшая в ДТП находилась в машине скорой помощи, водитель автомобиля была на улице. Автомобиль частично располагался на обочине, в дереве, частично на проезжей части. Он составил схему места дорожно-транспортного происшествия, опросил участников и очевидцев. На месте ДТП водитель ФИО1 сообщила ему, что когда она двигалась на автомобиле, из обочины с левой стороны перед машиной выбежало животное, похожее на собаку, она пыталась уйти от столкновения, «дернула» руль, машина пошла в занос, зацепив обочину, и затем врезалась в дерево. Погода в момент происшествия была ясной, без осадков, дорога асфальтированная, сухая, без ям и выбоин. После оглашения показаний Свидетель №6, данных им в ходе предварительного следствия (т.1 л.д.101-103), в том числе о том, что как было установлено, водитель автомобиля «КИА SPORTAGE», г.р.з (****), ФИО1 не справилась с управлением и въехала в дерево, он пояснил, что данный вывод сделал по общему виду места ДТП, а именно по следам заноса, а также исходя из полученных объяснений водителя ФИО1, указавшей, что она резко повернула руль, объезжая выбежавшее животное (протокол с/з, т.2 л.д.233-235).

Согласно показаниям свидетеля Свидетель №3 в судебном заседании он является супругом подсудимой ФИО1, погибшая ФИО8 была его тещей. (дд.мм.гг.) около 11-12 часов его супруга ФИО1 вместе с матерью на автомобиле «КИА СПОРТЕЙДЖ» поехала в 

<

****> на кладбище. В районе обеда ему позвонили с неизвестного номера, и сказали, что супруга попала в ДТП. Он поехал на место аварии, где увидел, что автомобиль частично находится на обочине, повернут в сторону дерева, удар был об дерево. Относительно обстоятельств ДТП супруга сообщила, что при движении в повороте, выскочило какое-то животное среднего размера, возможно косуля или енот, которое двигалось слева направо. Она снизила скорость, чтобы не совершить столкновение, и произошел удар, больше ничего не помнила. Мать супруги погибла в машине скорой помощи, когда ей оказывали помощь. Кроме того, свидетель пояснил, что ФИО1 является очень аккуратным, сдержанным водителем с хорошим опытом. Административные правонарушения, допущенные на автомобиле марки «Ленд Ровер Дискавери», собственником которого является ФИО1, совершены им, так как фактически данный автомобиль находился исключительно в его пользовании. Также периодически он пользовался автомобилями «КИА СПОРТЕЙДЖ» и «ЭКСИД», право собственности на которые зарегистрировано на ФИО1 (протокол с/з, т.2, л.д.198-200).

Согласно протоколу осмотра места происшествия от (дд.мм.гг.) со схемой и фототаблицей, было осмотрено место ДТП на 3-ем километре автомобильной дороги Заполье - Гдов в д.

<

****>. Проезжая часть на месте ДТП имеет горизонтальный профиль, с плавным поворотом в левую сторону, покрыта асфальтом, состояние покрытия сухое, дорожное покрытие шириной для двух направлений. К проезжей части с обеих сторон примыкают обочины, за которыми располагаются лесопосадки. Автомобиль «КИА SPORTAGE», г.р.з. (****), расположен на правой полосе к обочине по направлению движения из 

<

****> в д.

<

****> передней частью в правый кювет. В правом кювете расположено растущее дерево, которое находится на расстоянии 3,42 м от правого края проезжей части, в результате ДТП на дереве содрана кора на 1,52 м до корня. Возле автомобиля обнаружена осыпь осколков с взрыхленной землей. Зафиксированы обнаруженные следы шин, первый из которых начинается на расстоянии 30,51 м от правого переднего колеса автомобиля, далее пересекается со вторым и третьим следами шин, которые идут по правой обочине к дереву, на которое совершен наезд. Труп ФИО8 находился в автомобиле скорой помощи. В ходе осмотра изъяты автомобиль марки «КИА SPORTAGE», г.р.з. (****), труп ФИО8 В протоколе следователем указано, что в соответствии с ч.1.1 ст.170 УПК РФ осмотр производился без участия понятых, с применением фотографирования (т.1 л.д.18-35).

Свидетель ФИО18, допрошенная в судебном заседании относительно обстоятельств проведения ею вышеуказанного осмотра пояснила, что все сохранившиеся явные следы шин, которые были обнаружены на месте происшествия, зафиксированы на схеме, осмотр был начат задолго до места ДТП, до наезда до дерева. Предположила, что следы, зафиксированные в протоколе осмотра, являются следами заноса, однако в протоколе следы шин конкретизированы не были (протокол с/з, т.3 л.д.6-8).

Согласно протоколу осмотра предметов от (дд.мм.гг.) с фототаблицей, осмотрен автомобиль марки «КИА SLS (SPORTAGE, SL, SLS)», г.р.з. (****), изъятый в ходе осмотра места происшествия, зафиксированы имеющиеся технические повреждения, полученные в результате ДТП (капот, переднее правое крыло, лобовое стекло, крыша, две правые двери, заднее правое крыло, правое зеркало). Кроме того, зафиксировано, что резина автомобиля имеет незначительный износ, при воздействии на рулевое колесо усилие передается на передние колеса, что свидетельствует о целостности кинематической цепи, при воздействии на педаль тормоза ощущается сопротивление, что свидетельствует о действии тормозной системы (т.1 л.д.105-109).

Из содержания копии карты вызова скорой медицинской помощи (****)(125) от 20.05.2023 следует, что в ГБУЗ «ПССМП» в 12 часов 26 минут (дд.мм.гг.) поступил вызов о ДТП в д. Звягино (Запольская волость), пострадали 1-2 взрослых. Оказана медицинская помощь ФИО9, от госпитализации отказалась, мама - ФИО1 повезла в «Струго- ФИО2» самостоятельно (т.1 л.д.84-85).

Согласно сведениям копии карты вызова скорой медицинской помощи (****)(130) от (дд.мм.гг.) в ГБУЗ «ПССМП» в 12 часов 42 минуты (дд.мм.гг.) поступил вызов о ДТП в д. 

<

****> (Запольская волость), пострадали 1-2, есть дети. Оказана медицинская помощь ФИО8, которая впоследствии скончалась в автомобиле скорой медицинской помощи в 13:30 20.05.2023 (т.1 л.д.86-87).

Из заключения судебно-медицинской экспертизы трупа от (дд.мм.гг.) (****) следует, что у ФИО8 имелись телесные повреждения, а именно: травматический разрыва печени с кровоизлиянием в брюшную полость, множественные двухсторонние переломы ребер, разрыв правого грудино-ключичного сочленения, ушибленные раны и ссадины головы с кровоизлиянием в мягкую мозговую оболочку в области лобной и теменной долей справа, кровоподтеки и ссадины шеи, туловища и конечностей. Данные телесные повреждения возникли от действия тупых предметов в короткий промежуток времени - одномоментно, от нескольких минут до нескольких десятков минут до смерти, что подтверждается характером травмы и данными гистологического исследования, могли образоваться у пассажира автомашины при столкновении последней с препятствием, находятся в прямой причинно-следственной связи со смертью и повлекли тяжкий, опасный для жизни человека вред здоровью (п. п. 6.1.16, 6.1.11 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Минздравсоцразвития РФ от 24.04.2008 №194н) со смертельным исходом. Смерть ФИО8 наступила от совокупности указанных повреждений (т.1 л.д.136-143).

В соответствии с выводами заключения автотехнической судебной экспертизы от (дд.мм.гг.) (****), в данной дорожно-транспортной ситуации водитель автомобиля марки «КИА SLS (SPORTAGE, SL, SLS)», г.р.з. У402НО178, должен был руководствоваться требованиями п.п. 9.10, 10.1 ПДД РФ. Анализ сложившейся дорожной ситуации с технической точки зрения позволяет утверждать, что предотвращение данного ДТП со стороны водителя автомобиля марки «КИА SLS (SPORTAGE, SL, SLS)», г.р.з. (****), зависело не от наличия или отсутствия у него технической возможности, а от выполнения им действий регламентированных требованиями пунктов ПДД РФ, и в случае полного и своевременного выполнения требований пунктов 9.10, 10.1 Правил дорожного движения он располагал возможностью предотвратить данное дорожно-транспортное происшествие (т.1 л.д.116-119).

Согласно показаниям эксперта ФИО4 в суде, при производстве экспертизы им использовались протокол осмотра места происшествия, схема места ДТП, протоколы допросов свидетелей, просматривалась видеозапись ДТП. Данных материалов было достаточно для того, чтобы дать оценку действиям водителя по данному дорожно-транспортному происшествию. Подтвердив свои экспертные выводы, пояснил, что если бы в сложившейся дорожной ситуации водитель действовал в соответствии с требованиями п.п. 9.10, 10.1 ПДД РФ, то дорожно-транспортное происшествие было бы исключено. Скорость движения автомобиля должна была позволять водителю осуществлять постоянный контроль за движением транспортного средства, кроме того, согласно требованиям ПДД РФ, водитель при движении по проезжей части должен двигаться в пределах своей полосы движения, то есть соблюдать боковой интервал, в том числе до края проезжей части (п.9.10 ПДД РФ). В данной ситуации, так как произошел выезд за пределы проезжей части, действия водителя противоречат данному пункту правил. Кроме того, так как следы шин транспортного средства в представленном протоколе осмотра были зафиксированы недолжным образом, то это не позволило установить скорость движения автомобиля. Вместе с тем, при наличии возможности определить скорость движения автомобиля по следам шин, данное обстоятельство не сузило бы количество пунктов ПДД РФ, указанных в заключении, выполненном по результатам автотехнической экспертизы, поскольку п.10.1 ПДД РФ установлено требование в части обеспечения скорости позволяющей водителю иметь возможность постоянного контроля за движением транспортного средства. В данной ситуации информация о том, с какой конкретно скоростью двигался водитель, в обязательном порядке не требовалась (протокол с/з т.3, л.д.32-33).

Из показаний специалиста ФИО11 в суде следует, что руководствуясь п.10.1 ПДД РФ, водитель должен контролировать движение транспортного средства и выбирать соответствующую скорость, а при возникновении опасности должен применять торможение. Если водитель, реагируя на опасность для движения, предпринимает маневр, то он должен быть безопасным и не должен привести к неблагоприятным последствиям. Скорость движения транспортного средства выбирается водителем исходя из его опыта, условий дороги, в частности имеется ли закругление либо нет. Водитель, управляя транспортным средством, должен соблюдать п.10.1 ПДД РФ и боковой интервал к краю проезжей части (п.9.10 ПДД РФ). Отсутствие информации о скорости движения транспортного средства и конкретизации следов транспортного средства, попавшего в ДТП, в данной дорожной ситуации не являются критичными обстоятельствами для определения причин дорожно-транспортного происшествия (протокол с/з, т.3 л.д.33-35).

С учетом изложенного, вопреки доводам апелляционной жалобы защитника ФИО1 не вменялось в предъявленном обвинении нарушение водителем требований п.10.1 ПДД РФ в части ведения транспортного средства со скоростью, превышающей установленное ограничение, каких-либо неясностей в части очередности причин дорожно-транспортного происшествия в нем также не содержится. 

Механизм дорожно-транспортного происшествия, приведенный в предъявленном ФИО1 обвинении, достоверно установлен судом 1 инстанции, согласуется с исследованными в судебном разбирательстве доказательствами, доводы о неясности причин заноса в предъявленном ФИО1 обвинении несостоятельны. 

Так, исходя из текста обвинения прямо следует, что осужденной нарушены требования п.п. 10.1 и 9.10 ПДД РФ, выразившиеся в управлении транспортным средством со скоростью, не обеспечивающей возможность постоянного контроля за транспортным средством для выполнения требований ПДД, без учета дорожных условий в виде закругления дороги, в результате чего ФИО1 не был обеспечен необходимый боковой интервал до правой по ходу ее движения обочины, что подразумевает под собой съезд на данную обочину, в результате чего утрачен контроль за движением транспортного средства, с последующим его заносом и съездом в кювет, где она совершила столкновение с деревом. 

Данный механизм ДТП не оспаривается и самим защитником, который в дополнении к апелляционной жалобе прямо указал, что неуправляемый занос автомобиля на обочине произошел в результате применения ФИО1 торможения и изменения траектории своего движения в сторону правой обочины. 

Таким образом, именно совокупность взаимосвязанных нарушений п.п.9.10, 10.1 ПДД, допущенных ФИО1, состоит в прямой причинно-следственной связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием и наступившими последствиями в виде причинения смерти ФИО8

При этом в судебном разбирательстве достоверно установлено отсутствие объективных доказательств наличия на дорожном полотне какого-либо животного и существование причинно-следственной связи данного обстоятельства с наступившими последствиями. Данным доводам защиты судом в приговоре дана развернутая и правильная оценка, не согласиться с которой оснований не имеется. 

Кроме того, из показаний осужденной ФИО1, оглашенных в судебном заседании, с которыми она согласилась, следует, что она восприняла появившееся животное для себя как опасность, и, чтобы избежать наезд на него, убрала ногу с педали газа, с целью уменьшить скорость движения автомобиля, а также одномоментно повернула рулевое колесо немного вправо, в сторону обочины, то есть, тем самым нарушила требования п.п. 10.1, 9.10 ПДД РФ. 

Тогда как специалист ФИО11 в судебном заседании показал, что при обнаружении водителем опасности для движения, в том числе в виде выхода на проезжую часть животного, водитель обязан руководствоваться требованиями п.10.1 ПДД РФ, а именно принимать меры для торможения, вплоть до полной остановки (протокол с/з, т.3 л.д.33 на обороте). 

Учитывая данные показания специалиста ФИО11, а также то, что в силу ч.1 ст.39 УК РФ не является преступлением причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам в состоянии крайней необходимости, то есть для устранения опасности, непосредственно угрожающей личности и правам данного лица или иных лиц, охраняемым законом интересам общества или государства, если эта опасность не могла быть устранена иными средствами и при этом не было допущено превышения пределов крайней необходимости, вопреки доводам апелляционных жалоб оснований для признания факта выезда автомобиля под управлением ФИО1 в нарушение правил дорожного движения на правую обочину крайней необходимостью не имелось.

В этой связи суд апелляционной инстанции признает несостоятельными доводы жалоб защитника о необходимости проверки следственным путем версии ФИО1 о совершении ДТП в результате принятия мер к предотвращению столкновения с диким животным.

Суд апелляционной инстанции находит несостоятельной ссылку автора жалоб на то, что время совершения инкриминируемого ФИО1 преступления, указанное в тексте обвинения как 20.05.2023 около 12 часов 16 минут, установлено неверно. Так, из показаний свидетеля Свидетель №1 в судебном заседании следует, что она вызвала спасателей примерно в 12 часов 16 минут, при этом время, установленное на видеорегистраторе её автомобиля, имело расхождение с реальным на пять минут (протокол с/з, т.2 л.д. 229-230), что не противоречит иным исследованным судом доказательствам, в том числе и сведениям, указанным в карточке сообщения о происшествии КУСП (****), поступившем в дежурную часть ОП по 

<

****> от Свидетель №1 20.05.2023 в 12 часов 21 минуту (т.1 л.д.10).

Относительно доводов защитника об отсутствии во втором абзаце текста предъявленного ФИО1 обвинения при описании механизма ДТП сведений о направлении движения автомобиля под управлением осужденной, суд апелляционной инстанции отмечает, что данные сведения изложены в первом абзаце.

По мнению суда апелляционной инстанции, исследовав приведенные, а также иные изложенные в приговоре доказательства, суд 1 инстанции сделал правильный вывод, основанный на материалах уголовного дела, о доказанности вины ФИО1 в совершении инкриминируемого ей преступления.

То обстоятельство, что оценка доказательств, данная судом, не совпадает с позицией стороны защиты, не свидетельствует о нарушении судом требований уголовно-процессуального закона и не ставит под сомнение выводы суда о виновности ФИО1 в инкриминированном ей преступлении.

Все доказательства, положенные в основу обвинительного приговора, в том числе показания приведенных свидетелей и протоколы следственных действий, заключения экспертиз в соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ проверены судом с точки зрения относимости, допустимости и достоверности и надлежаще оценены. Они согласуются между собой и с другими материалами дела, не содержат противоречий, ставящих их объективность под сомнение, в связи с чем, правильно признаны судом допустимыми и достоверными, а в своей совокупности - достаточными для признания вины осужденной. 

Учитывая, что в ходе судебного разбирательства стороной обвинения не представлено убедительных доказательств того, что пассажир ФИО8 во время движения автомобиля не была пристегнута ремнем безопасности, суд 1 инстанции пришел к верному выводу об излишнем вменении органом следствия ФИО1 нарушения п.2.1.2 ПДД РФ, о чем указал в описательно-мотивировочной части приговора. 

Вместе с тем, вопреки указанным выше выводам, при описании инкриминированного ФИО1 преступного деяния судом указано нарушение ею требований п.2.1.2 ПДД РФ, в связи с чем, указание на нарушение данного пункта правил дорожного движения подлежит исключению из описательно-мотивировочной части приговора. 

Действия ФИО1 правильно квалифицированы судом по ч.3 ст.264 УК РФ. 

Суд 1 инстанции, исследовав материалы уголовного дела, пришел к обоснованному выводу о вменяемости ФИО1, подлежащей, в связи с этим, уголовной ответственности и наказанию. 

Вопреки доводам жалобы основания, по которым судом принято решение об отказе в удовлетворении ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ, были известны стороне защиты, поскольку ФИО1 и защитник ФИО19 присутствовали в судебном заседании при оглашении соответствующего постановления. 

Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда 1 инстанции о невозможности применения к ФИО1 положений ст.76.2 УК РФ, поскольку помимо основного объекта преступного посягательства, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ, которым является безопасность дорожного движения и эксплуатации транспортных средств, дополнительным объектом защиты выступают общественные отношения, гарантирующие неприкосновенность и безопасность жизни человека. 

Принесение осужденной извинений и денежная выплата в адрес сестры погибшей - потерпевшей Потерпевший №1, не могут являться основаниями, свидетельствующими о снижении общественной опасности содеянного.

Кроме того назначение меры уголовно-правового характера в виде судебного штрафа исключает и возможность назначения ФИО1 не только основного наказания, но и дополнительного - в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, предусмотренного санкцией ч.3 ст.264 УК РФ, как лицу, совершившему преступление против безопасности движения и эксплуатации транспорта, вследствие чего представляющему своими действиями опасность для неопределенного круга лиц, в том числе и с учетом многократных фактов привлечения к административной ответственности за нарушения ПДД РФ.

Суд соглашается с выводами суда 1 инстанции о несостоятельности версии защиты в части фактического совершения супругом осужденной - Свидетель №3 всех административных правонарушений на автомобилях «Ленд Ровер Дискавери», г.р.з. (****), «КИА СПОРТЕЙДЖ», г.р.з. (****), «ЭКСИД», г.р.з. (****), право собственности на которые зарегистрировано на ФИО1 Данные выводы суда достаточно мотивированы в приговоре и сомнений не вызывают.

При назначении наказания суд в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ суд исходил из характера и степени общественной опасности совершенного преступления, конкретных обстоятельств содеянного, данных о личности осужденной, а также обстоятельств, смягчающих наказание и отсутствия отягчающих наказание обстоятельств, влияния назначенного наказания на исправление ФИО1, на условия жизни её семьи, достижение такой цели наказания, как предупреждение совершения новых преступлений.

К обстоятельствам смягчающим наказание ФИО1 суд обоснованно отнес наличие малолетнего ребенка, добровольное возмещение потерпевшей Потерпевший №1 морального вреда, причиненного в результате преступления, частичное признание фактических обстоятельств дела, наличие несовершеннолетнего ребенка, оказание благотворительной помощи и осуществление волонтерской деятельности.

Кроме того, суд принял во внимание то, что ФИО1 ранее не судима, впервые совершила преступление, относящееся к категории средней тяжести, на учете врача- психиатра и врача-нарколога не состоит, характеризуется положительно по месту жительства и по месту работы, занимается волонтерской деятельностью, осуществила пожертвование в адрес ЛОО ВООВ «Боевое братство». 

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для иной оценки этих фактических обстоятельств, равно как оснований для признания в качестве смягчающих иных обстоятельств.

Назначение ФИО1 основного наказания в виде лишения свободы судом мотивировано в достаточной мере. 

Каких-либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений и дающих основания для применения к назначенному ФИО1 наказанию положений ст.ст. 64, 53.1 УК РФ, как и правовых оснований для применения положений ч.6 ст.15 УК РФ суд 1 инстанции обоснованно не усмотрел, не находит таковых и суд апелляционной инстанции. 

При этом суд 1 инстанции обоснованно применил при назначении наказания ФИО1 положения ч.1 ст.62, ст.73 УК РФ, а также назначил дополнительное наказание в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами. 

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не допущено. 

Руководствуясь ст.389.13, п.9 ч.1 ст.389.20, ст.389.28, ст.389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Апелляционное представление прокурора 

<

****> ФИО10 удовлетворить. 

Приговор 

<

****> районного суда 

<

****> от (дд.мм.гг.) в отношении ФИО1 изменить:

исключить из описательно-мотивировочной части приговора при описании инкриминированного ФИО1 преступного деяния указание на нарушение ею требований пункта 2.1.2 ПДД РФ. 

В остальной части приговор оставить без изменения, апелляционные жалобы защитника ФИО19 в интересах осуждённой ФИО1 - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Третий кассационный суд общей юрисдикции, в течении 6 месяцев со дня вступления его в законную силу, а осужденным в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного постановления.

В случае подачи кассационной жалобы или представления осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции, в том числе с помощью системы видеоконференц-связи, а также поручить осуществление своей защиты избранному им защитнику либо ходатайствовать перед судом о его назначении.

ФИО12 ФИО20