Судья Татаринова Н.С. Дело 33-583/2026 (2-307/2025)

УИД 22RS0007-01-2025-000527-69

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

21 января 2026 г. г.Барнаул

Судебная коллегия по гражданским делам Алтайского краевого суда в составе:

председательствующего Попова С.В.,

судей Черемисиной О.С., Шмидт Ю.С.,

при секретаре Райман А.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу истца Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Алтайскому краю на решение Белокурихинского городского суда Алтайского края от 5 ноября 2025 г. по делу

иску Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Алтайскому краю к С.Е.А. о взыскании излишне выплаченной суммы пенсии,

Заслушав доклад судьи Шмидт Ю.С., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

С.Е.А., ДД.ММ.ГГ года рождения являлась получателем пенсии по случаю потери кормильца, как обучающаяся по очной форме обучения в КГБПОУ «Алтайская академия гостеприимства».

Согласно поступившей в Отделение информации, в период получения пенсии по случаю потере кормильца С.Е.А. прекратила обучение с ДД.ММ.ГГ.

Поскольку С.Е.А. своевременно не известила пенсионный орган о наступлении обстоятельств, влекущих прекращение соответствующей выплаты, образовалась переплата, поэтому, ссылаясь на ч. 5 ст. 26 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Алтайскому краю (далее – ОСФР по Алтайскому краю) обратилось суд с иском к С.Е.А. о взыскании излишне выплаченной суммы пенсии по случаю потери кормильца за период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ в размере 

<

данные изъяты>.

Решением Белокурихинского городского суда Алтайского края от 5 ноября 2025 г. в удовлетворении исковых требований отказано.

В апелляционной жалобе истец ОСФР по Алтайскому краю просит решение суда отменить, вынести новое решение, которым удовлетворить исковые требования.

В качестве доводов жалобы ссылается на нарушение судом норм материального права, неправильное толкование норм Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", статей 1102, 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, наличие в действиях ответчика недобросовестности, выраженной в не извещении пенсионного органа о прекращении обучения. О данной обязанности ответчик была поставлена в известность при заполнении заявления о назначении пенсии и имела возможность любым доступным способом своевременно подать заявление о прекращении выплаты пенсии, в том числе в форме электронного документа через портал государственных и муниципальных услуг, но данной возможностью не воспользовалась, что свидетельствует о недобросовестности с ее стороны.

Лица, участвующие в деле, не явились, о времени и месте рассмотрения гражданского дела извещены надлежаще, соответствующая информация размещена на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», об уважительности причин неявки судебную коллегию не уведомили, что в силу части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является основанием для рассмотрения гражданского дела в отсутствие неявившихся лиц.

Изучив материалы дела, проверив законность постановленного судом решения в пределах доводов апелляционной жалобы по правилам части 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не находит оснований к отмене решения суда.

Как установлено судом и следует из материалов дела, на основании заявления о назначении пенсии от ДД.ММ.ГГ С.Е.А. назначена пенсия по случаю потери кормильца в соответствии со ст. 11 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. N 166-ФЗ "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации".

Основанием к назначению пенсии по случаю потери кормильца послужило свидетельство о рождении С.Е.А., ДД.ММ.ГГ г.р., согласно которому С.Н.П. приходится матерью С.Е.А.

Согласно свидетельству о смерти С.Н.П. умерла ДД.ММ.ГГ.

В связи с обучением С.Е.А. в КГБПОУ «Алтайская академия гостеприимства» с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ ей продлена ежемесячная выплата по случаю потери кормильца.

Согласно протоколу выявления излишне выплаченных пенсионеру сумм пенсии № от ДД.ММ.ГГ установлен факт излишней выплаты С.Е.А. страховой пенсии за период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ в размере 

<

данные изъяты>, и протоколу № от ДД.ММ.ГГ федеральной социальной доплаты в размере 

<

данные изъяты>.

Решением ОСФР по Алтайскому краю № от ДД.ММ.ГГ при выплате страховой пенсии по случаю потери кормильца С.Е.А. установлена ошибка, в связи с отчислением её из учебного заведения с ДД.ММ.ГГ.

Решением ОСФР по Алтайскому краю от ДД.ММ.ГГ № С.Е.А. прекращена выплата пенсии

Причиной излишне выплаченных средств пенсионный орган указывает несвоевременное сообщение об отчислении С.Е.А. из учебного заведения.

Поскольку С.Е.А. денежные средства на счет пенсионного органа не возвратила, ОСФР по Алтайскому краю обратилось с настоящим иском.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, руководствуясь положениями Федерального закона от 15 декабря 2001 г. N 166-ФЗ "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации", Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях", статьями 1102, 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, исходил из того, что сумма пенсии по потере кормильца, о взыскании которой как неосновательного обогащения просит пенсионный орган, предоставлялась ответчику в качестве средства к существованию, а, значит, в соответствии с пунктом 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть взыскана только в случае установления счетной ошибки или недобросовестности со стороны её получателя; однако о наличии счетной ошибки истец не заявляет, ссылаясь на недобросовестность ответчика, который не уведомил пенсионный орган об отчислении из учебного заведения как основании, влекущем за собой прекращение выплаты пенсии. Само по себе неисполнение ответчиком обязанности по извещению пенсионного органа о наступлении обстоятельств, влекущих прекращение выплаты социальной пенсии по случаю потери кормильца в отсутствие иных доказательств, не свидетельствует о его недобросовестности в получении меры социальной поддержки от государства, являющейся для него средством к существованию.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции.

Основания и порядок выплаты социальной пенсии предусмотрены Федеральным законом от 15 декабря 2001 г. N 166-ФЗ "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации" (далее по тексту - Федеральный закон от 15 декабря 2001 г. N 166-ФЗ).

В соответствии с подпунктом 8 пункта 1 статьи 4 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. N 166-ФЗ нетрудоспособные граждане имеют право на пенсию по государственному пенсионному обеспечению.

Пенсия по случаю потери кормильца является одним из видов пенсий по государственному пенсионному обеспечению (подпункт 4 пункта 1 статьи 5 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. N 166-ФЗ).

Согласно подпункту 3 пункта 1, пункта 3 статьи 11 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. N 166-ФЗ право на социальную пенсию по случаю потери кормильца имеют дети в возрасте до 18 лет, а также старше этого возраста, обучающиеся по очной форме по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет, потерявшие одного или обоих родителей, дети умершей одинокой матери.

В части 1 статьи 25 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" приведены основания прекращения выплаты страховой пенсии.

Согласно пункту 3 части 1 статьи 25 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" прекращение выплаты страховой пенсии производится в случае утраты пенсионером права на назначенную ему страховую пенсию (обнаружения обстоятельств или документов, опровергающих достоверность сведений, представленных в подтверждение права на указанную пенсию, истечения срока признания лица инвалидом, приобретения трудоспособности лицом, получающим пенсию по случаю потери кормильца, поступления на работу (возобновления иной деятельности, подлежащей включению в страховой стаж) лиц, предусмотренных пунктом 2 части 2 статьи 10 настоящего Федерального закона, и в других случаях, предусмотренных законодательством Российской Федерации) - с 1-го числа месяца, следующего за месяцем, в котором обнаружены указанные обстоятельства или документы, либо истек срок инвалидности, либо наступила трудоспособность соответствующего лица.

В соответствии с частью 5 статьи 26 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" пенсионер обязан извещать орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, о наступлении обстоятельств, влекущих за собой изменение размера страховой пенсии, фиксированной выплаты к страховой пенсии и размера повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии или прекращение (продление) их выплаты, в том числе об изменении места жительства, не позднее следующего рабочего дня после наступления соответствующих обстоятельств.

Из частей 1 и 2 статьи 28 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях" следует, что физические и юридические лица несут ответственность за достоверность сведений, содержащихся в документах, представляемых ими для установления и выплаты страховой пенсии, в случае, если представление недостоверных сведений или несвоевременное представление сведений, предусмотренных частью 5 статьи 26 данного федерального закона, повлекло за собой перерасход средств на выплату страховых пенсий, фиксированной выплаты к страховой пенсии, виновные лица возмещают Пенсионному фонду Российской Федерации причиненный ущерб в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

В случае обнаружения органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, ошибки, допущенной при установлении и (или) выплате страховой пенсии, установлении, перерасчете размера, индексации и (или) выплате фиксированной выплаты к страховой пенсии (с учетом повышения фиксированной выплаты к страховой пенсии), производится устранение данной ошибки в соответствии с законодательством Российской Федерации (часть 4 статьи 28 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. N 400-ФЗ "О страховых пенсиях").

Нормы, регулирующие обязательства вследствие неосновательного обогащения, установлены главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации.

На основании пункта 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного кодекса.

Не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки (подпункт 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По смыслу положений подпункта 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации не считаются неосновательным обогащением и не подлежат возврату денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средств к существованию, в частности заработная плата, приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина, и т.п., то есть суммы, которые предназначены для удовлетворения его необходимых потребностей, и возвращение этих сумм поставило бы гражданина в трудное материальное положение. Закон устанавливает исключения из этого правила, а именно: излишне выплаченные суммы должны быть получателем возвращены, если их выплата явилась результатом недобросовестности с его стороны или счетной ошибки.

При этом добросовестность гражданина (получателя спорных денежных средств) презюмируется.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 26 февраля 2018 г. N 10-П "По делу о проверке конституционности статьи 7 Федерального закона "О социальной защите инвалидов в Российской Федерации", пунктов 1 и 2 статьи 25 Федерального закона "О трудовых пенсиях в Российской Федерации", статей 1102 и 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, содержащееся в главе 60 Гражданского кодекса Российской Федерации правовое регулирование обязательств вследствие неосновательного обогащения представляет собой, по существу, конкретизированное нормативное выражение лежащих в основе российского конституционного правопорядка общеправовых принципов равенства и справедливости в их взаимосвязи с получившим закрепление в Конституции Российской Федерации требованием о недопустимости осуществления прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц (статья 17, часть 3); соответственно, данное правовое регулирование, как оно осуществлено федеральным законодателем, не исключает использование института неосновательного обогащения за пределами гражданско-правовой сферы и обеспечение с его помощью баланса публичных и частных интересов, отвечающего конституционным требованиям (абзац седьмой пункта 3 постановления).

Таким образом, нормы Гражданского кодекса Российской Федерации о неосновательном обогащении и недопустимости возврата определенных денежных сумм могут применяться, в частности, в рамках правоотношений, связанных с реализацией прав граждан на пенсионное и социальное обеспечение.

Из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, содержащейся в постановлении от 26 февраля 2018 г. N 10-П, применительно к спорным правоотношениям следует, что судебные органы, рассматривая в каждом конкретном деле вопрос о наличии оснований для взыскания денежных сумм в связи с перерасходом средств бюджета, выплаченных на социальное обеспечение, обязаны, не ограничиваясь установлением одних лишь формальных условий применения взыскания, исследовать по существу фактические обстоятельства данного дела, свидетельствующие о наличии либо отсутствии признаков недобросовестности (противоправности) в действиях лица, которому была назначена соответствующая социальная выплата. Иной подход приводил бы к нарушению вытекающих из статей 1 (часть 1), 2, 7, 18, 19 и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации принципов справедливости, правовой определенности и поддержания доверия граждан к действиям государства, препятствуя достижению баланса частных и публичных интересов, и в конечном итоге - к несоразмерному ограничению конституционного права на социальное обеспечение (статья 39, части 1 и 2, Конституции Российской Федерации).

Исходя из подлежащих применению к спорным отношениям норм материального права и изложенной правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, с гражданина, которому назначена мера социальной поддержки в виде пенсии по случаю потери кормильца, не может быть произведено взыскание излишне выплаченных ему денежных средств без установления факта недобросовестности в действиях такого гражданина. При этом бремя доказывания недобросовестности со стороны гражданина при получении им денежных сумм лежит на органе пенсионного обеспечения, принявшем решение об их возврате (удержании).

Руководствуясь приведенным правовым регулированием, исследовав юридически значимые обстоятельства, оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии правовых оснований для взыскания с С.Е.А. переплаты пенсии по случаю потери кормильца за период с ДД.ММ.ГГ по ДД.ММ.ГГ, поскольку выплаченная ей пенсия за указанный период не является счетной ошибкой пенсионного органа, доказательств недобросовестности в действиях С.Е.А. при получении указанной пенсии материалы дела не содержат.

При разрешении спора суд правильно определил характер спорных правоотношений, закон, которым следует руководствоваться при разрешении спора, и обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда соответствуют представленным в материалы дела доказательствам, установленным на их основании фактическим обстоятельствам, и примененным нормам права.

Доводы жалобы истца о том, что ответчик не известил пенсионный орган о наступлении обстоятельств, влекущих прекращение выплаты по случаю потери кормильца, поэтому обязан возместить причиненный ущерб, не могут повлечь отмену решения, поскольку при разрешении спора судом обоснованно указано, что излишне выплаченные суммы пенсии, которые фактически были получены ответчиком в силу положений пункта 1 статьи 1102 и пункта 3 статьи 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации должны быть возвращены получателем в случае установления факта недобросовестности с его стороны, однако в данном случае недобросовестности в действиях С.Е.А. в ходе рассмотрения дела судом не установлено.

Принимая во внимание изложенное, судебная коллегия не усматривает оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции по доводам апелляционной жалобы. Судом правильно определены и установлены обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда соответствуют установленным по делу обстоятельствам и основаны на законе.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые привели или могли привести к принятию неправильного судебного постановления, а также могли бы служить основанием для отмены решения суда, по доводам апелляционной жалобы и материалам дела не усматривается.

Руководствуясь ст.ст.328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Белокурихинского городского суда Алтайского края от 5 ноября 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу истца Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Алтайскому краю - без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение составлено 23 января 2026 года