Дело № 22-0317/2021

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Иваново 29 марта 2021 года

Ивановский областной суд в составе:

председательствующего Плюханова А.В., 

при секретарях Сергеевой Т.В. и Семеновой Д.А., 

с участием: 

осужденной Веденеевой Ю.А.,

защитника – адвоката Голубева А.С., 

представителя гражданского ответчика Разина Н.А.,

прокуроров Беляева А.В. и Бойко А.Ю., 

представителя потерпевшего – адвоката Телегина Д.А., 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденной, защитника Голубева А.С. и представителя гражданского ответчика Разина Н.А. на приговор Шуйского городского суда Ивановской области от 16 декабря 2020 года, по которому 

Веденеева Юлия Александровна, 

<

данные изъяты> - не судимая,

осуждена по ч.1 ст.264 УК РФ к ограничению свободы на срок 1 год 6 месяцев с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 1 год, и на основании п.3 ч.1 ст.24, п.2 ч.5 ст.302 УПК РФ освобождена от назначенного наказания в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

Гражданский иск потерпевшего ФИО1 удовлетворен, и с Веденеевой Ю.А. в его пользу взыскано 500000 рублей в счет компенсации морального вреда и 100000 рублей - в счет возмещения расходов на оплату услуг представителя.

Гражданский иск прокурора в интересах РФ в лице ТФОМС Ивановской области удовлетворен, и в пользу последнего с Веденеевой Ю.А. взыскано 11189 рублей 91 копейка в счет возмещения затрат на оказание медицинской помощи потерпевшему.

Заслушав доклад председательствующего, изложившего краткое содержание приговора, существо апелляционных жалоб и возражений прокурора, представителей потерпевшего и ТФОМС Ивановской области; выступления осужденной, защитника и представителя гражданского ответчика - по доводам жалоб; прокурора Бойко А.Ю. и представителя потерпевшего – адвоката Телегина Д.А. – об оставлении приговора без изменения, - суд

УСТАНОВИЛ:

Веденеева Ю.А. признана виновной в том, что, управляя автомобилем «

<

МАРКА>», нарушила ПДД РФ, что по неосторожности повлекло причинение тяжкого вреда здоровью ФИО1

Преступление совершено ДД.ММ.ГГГГ в районе пересечения 

<

адрес> и 

<

адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе осужденная Веденеева Ю.А. просит отменить приговор, оправдать ее по предъявленному обвинению и в обоснование указывает следующее:

- преступления не совершала, суд проигнорировал доказательства ее невиновности и явно занял позицию потерпевшего;

- суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о назначении судебной экспертизы; 

- сумма компенсации морального вреда явно завышена и является необоснованной.

В апелляционной жалобе представитель гражданского ответчика Разин Н.А. просит отменить итоговое судебное решение, вынести оправдательный приговор в связи с отсутствием в деянии Веденеевой Ю.А. состава преступления и приводит следующие доводы:

- суд необоснованно отказал в назначении видео-автотехнической судебной экспертизы; принятое судом в качестве доказательства заключение автотехнической судебной экспертизы было получено до возбуждения уголовного дела, и при проведении указанного экспертного исследования видеозапись ДТП изучена не была, ввиду чего оценка действиям каждого из водителей не давалась;

- незначительный водительский стаж потерпевшего, а также то, что он управлял мотоциклом с превышением максимально допустимой массы нагрузки, могли повлиять на падение потерпевшего с мотоцикла;

- определяя сумму компенсации морального вреда, суд не учел характер причиненных потерпевшему страданий и степень вины причинителя вреда; вопрос о грубой неосторожности в действиях самого потерпевшего судом не исследовался;

- размер компенсации морального вреда явно завышен; доказательств того, что в результате полученного вреда здоровью ФИО1 утратил возможность выполнять профессиональные обязанности врача – хирурга, не представлено.

В апелляционной жалобе защитник - адвокат Голубев А.С. также просит вынести в отношении осужденной оправдательный приговор в связи с отсутствием в ее деянии состава преступления и, кроме приведенных осужденной и ее представителем доводов указывает следующее:

- в нарушение требований закона судом было отказано в назначении комплексной видео-автотехнической экспертизы; экспертиза, проведенная в ходе досудебного производства, является недопустимым доказательством, поскольку исследование проведено на основе неправильно и неполно указанных исходных данных; 

- обстоятельства, свидетельствующие о нарушении Веденеевой п.10.1 ПДД РФ, судом в приговоре не приведены, а вывод о нарушении п.п.8.1, 8.5, 8.6 ПДД РФ сделан только на основании показаний потерпевшего и свидетеля ФИО2;

- ходатайство защиты об оглашении в связи с наличием существенных противоречий показаний потерпевшего, данных в ходе предварительного следствия, необоснованно отклонено судом; будучи допрошенным в ходе предварительного следствия, потерпевший указывал, что применил экстренное торможение, вывернул руль, потерял равновесие и упал, что указывает на действительную причину его падения с мотоцикла; 

- суд не учел содержащийся в заключении эксперта вывод о несостоятельности показаний потерпевшего о применении им экстренного торможения;

- высказав мнение о неверных исходных данных, представленных эксперту, и усомнившись в выводах эксперта, суд в нарушение ст.207 УПК РФ не назначил дополнительную или повторную судебную экспертизу; не желая проверять фактические обстоятельства дела, суд продемонстрировал обвинительный уклон;

- показания потерпевшего в части применения экстренного торможения противоречат показаниям свидетелей ФИО3 и ФИО4, а вывод суда о бесшумности экстренного торможения мотоцикла явно несостоятелен; согласно протоколу осмотра, на месте происшествия отсутствуют следы торможения; 

- к показаниям свидетеля ФИО2 необходимо относиться критически, поскольку он был приглашен потерпевшим и доказательств того, что он действительно был на месте ДТП, не имеется; не представлены сведения о даче родственниками потерпевшего объявлений в сети «Интернет» с целью поиска очевидцев ДТП;

- противоречия в показаниях свидетелей ФИО2 и ФИО4 относительно того, с какой стороны горел сигнал поворота на автомашине Веденеевой Ю.А., судом не устранены; вместе с тем, отсутствуют какие-либо основания не доверять показаниям свидетеля ФИО4, который не знаком с потерпевшим и осужденной;

- протокол осмотра видеозаписи, в котором имеются сведения о включенном на автомобиле левом заднем фонаре и перестроении в крайнее правое положение, не может являться допустимым доказательством, поскольку при просмотре видеозаписи в судебном заседании установлено, что она плохого качества и таких сведений не содержит;

- вопреки выводам суда, экспертом не сделан вывод о нарушении Веденеевой Ю.А. п.п.8.1,8.5 и 10.1 ПДД;

- не основан на материалах дела вывод суда о том, что падение потерпевшего не могло произойти по причине его небольшого водительского стажа, веса ФИО1 и массы мотоцикла, поскольку имеются доказательства, свидетельствующие о незначительном водительском стаже потерпевшего, его весе и характеристиках мотоцикла. 

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель, представитель потерпевшего и представитель ТФОМС Ивановской области просят оставить их без удовлетворения.

В суде апелляционной инстанции защитник Голубев А.С. дополнительно указал, что, отказывая в назначении судебной экспертизы, суд фактически оценил имеющееся экспертное заключение на предмет его достоверности, то есть предрешил свои выводы до удаления в совещательную комнату.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы, приведенные в апелляционных жалобах, исследовав новые доказательства, выслушав выступления сторон в прениях и последнее слово осужденной, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Вывод суда о виновности Веденеевой Ю.А. в совершении инкриминированного преступления основан на надлежаще исследованных в судебном заседании и изложенных в приговоре доказательствах, в частности:

- показаниях потерпевшего ФИО1 об обстоятельствах, при которых ДД.ММ.ГГГГ он ехал на своем мотоцикле «МАРКА» по 

<

адрес> в направлении 

<

адрес> в крайней правой полосе. За ним двигался автомобиль «МАРКА», который, не доезжая до перекрестка 

<

адрес> и 

<

адрес>, перестроился в левую полосу, а затем, увеличив скорость, совершил прямо перед ним маневр поворота направо. Пытаясь избежать столкновения, он применил экстренное торможение, из-за чего упал и получил травму плеча. К нему подошел молодой человек, который помог ему подняться, а также подошла Веденеева Ю.А.. Впоследствии молодой человек созвонился с ним и сообщил, что являлся свидетелем происшествия;

- показаниях являвшегося водителем автомобиля «МАРКА» ФИО2 о том, что в указанный день он двигался по 

<

адрес> в левой полосе и в зеркало заднего вида заметил автомобиль «МАРКА», который перестроился на правую полосу и обогнал его, а после проезда перекрестка 

<

адрес> и 

<

адрес> перестроился на левую полосу, включив левый сигнал поворота (на зеркале заднего вида с левой стороны горел повторитель поворота). По правой полосе ехал мотоцикл. Автомашина «МАРКА» с включенным левым указателем поворота продолжила движение и повернула направо на 

<

адрес>, создав помеху мотоциклу, из-за чего мотоциклист, чтобы избежать столкновения, нажал на тормоз (у него загорелась задняя фара красного цвета) и упал правым боком на бордюр. Он вышел и помог водителю мотоцикла подняться, тот жаловался на боль в правом плече. Веденеева Ю.А. (водитель автомобиля «МАРКА») также подходила к упавшему водителю мотоцикла;

- заключении судебно-медицинской экспертизы, согласно которому у потерпевшего имелся вред здоровью в виде закрытого оскольчатого перелома хирургической шейки и головки правой плечевой кости со смещением отломков, который по признаку значительной стойкой утраты общей трудоспособности не менее чем на одну треть является тяжким;

- заключении автотехнической экспертизы, согласно которому в рассматриваемой дорожной ситуации водитель автомобиля «МАРКА» должен был руководствоваться требованиями п.п.8.1, 8.5 ПДД РФ;

- видеозаписи с камеры видеонаблюдения, на которой зафиксировано событие ДТП, а именно то, как на перекресток выезжает автомобиль темного цвета, поворачивая направо, резко преграждает путь мотоциклу, двигающемуся в крайней правой полосе, и мотоциклист падает на проезжую часть, к которому спустя некоторое время подходят люди.

Вопреки доводам, изложенным в апелляционных жалобах, суд первой инстанции объективно оценил с точки зрения относимости и достоверности представленные сторонами доказательства, включая показания подсудимой о невиновности в совершении преступления, и тщательно проанализировал имеющиеся в них противоречия и причины возникновения таковых.

Сопоставив друг с другом и иными доказательствами показания потерпевшего, свидетеля ФИО2, а также заключения экспертиз и сведения, содержащиеся на видеозаписи с места происшествия, суд правильно признал их достоверными и согласующимися между собой относительно последовательности происходивших событий.

Соглашаясь с приведенными в приговоре мотивами, по которым суд принял одни доказательства и отверг другие, суд апелляционной инстанции отмечает, что показания подсудимой и соответствующие им доводы защиты, аналогичные изложенным в апелляционных жалобах, судом первой инстанции в должной мере проверены.

Правильность вывода о необходимости критического отношения к ним подтверждается тем, что показания подсудимой опровергаются другими доказательствами, включая результаты экспертных исследований.

Оценив совокупность исследованных доказательств с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела, суд первой инстанции верно установил имеющие значение для дела существенные обстоятельства и пришел к выводу о доказанности вины Веденеевой в инкриминированном преступлении. 

Направленные на переоценку исследованных судом доказательств доводы защиты об обратном являются несостоятельными, поскольку:

- приведены без учета установленных уголовно-процессуальным законом правил оценки всех доказательств, включая косвенные, в том числе в их совокупности;

- основаны на неверной интерпретации, а также на игнорировании ряда сведений, в частности, содержащихся в экспертных заключениях. 

Оснований для несогласия с выводом о доказанности вины Веденеевой в совершении инкриминированного преступления суд апелляционной инстанции не усматривает, поскольку суд первой инстанции:

- полно, всесторонне и в соответствии с требованиями ст.ст.87 и 88 УПК РФ исследовал, а также проанализировал собранные доказательства, сопоставил их между собой и дал им надлежащую оценку с точки зрения относимости и достоверности, а в совокупности – достаточности для разрешения уголовного дела; 

- в должной мере проверил доводы о невиновности Веденеевой и подробно мотивировал в приговоре, почему принял те или иные сведения в качестве достоверных и критически оценил и отверг другие.

Так, показания подсудимой в ходе судебного производства о том, что она, как правило, включает тот указатель, куда намеревается совершить поворот, и помех для совершения маневра - поворот направо - у нее не имелось, опровергаются видеозаписью ДТП, а также показаниями потерпевшего и свидетеля ФИО2, у которых отсутствовали какие-либо основания для оговора Веденеевой Ю.А. 

Оснований для критического отношения к показаниям свидетеля ФИО2 лишь по причине того, что розыск указанного очевидца ДТП осуществлен потерпевшей стороной, у суда не имелось. Показания указанного свидетеля, в том числе правильно описывавшего участников ДТП, последовательны и согласуются с иными доказательствами, в частности, показаниями потерпевшего и видеозаписью с места происшествия, из которой усматривается, что к ФИО1 после его падения подходили люди.

То обстоятельство, что свидетель ФИО4, не являвшийся участником дорожного движения и находившийся у магазина, расположенного в районе перекреста, где произошло ДТП, не слышал звука торможения, на правильность оценки судом доказательств в их совокупности не влияет, поскольку на факт применения экстренного торможения стабильно указывалось самим потерпевшим, а также свидетелем ФИО2, видевшим, как на мотоцикле загорелась «красная задняя фара». 

Эксперт ФИО5 в суде показал, что в случае оборудования транспортного средства системой АБС следы торможения будут малозаметны. Из показаний потерпевшего ФИО1 следует, что до момента ДТП он двигался с незначительной скоростью - около 30-40 км/ч. Поэтому сами по себе ссылки стороны защиты на то обстоятельство, что в ходе осмотра места происшествия не зафиксированы следы торможения, не опровергают показания потерпевшего и свидетеля ФИО2 о применении потерпевшим экстренного торможения в результате нарушения осужденной ПДД.

Показания свидетеля ФИО4, основанные только на его объяснениях, полученных в рамках производства по делу об административном правонарушении, о том, что у автомашины горел правый сигнал поворота, правильно оценены судом первой инстанции и отвергнуты, как противоречащие другим доказательствам. 

Вопреки доводу стороны защиты, у суда отсутствовали какие-либо основания исключать из числа доказательств протокол осмотра диска с камеры видеонаблюдения. С учетом приведенных судом первой инстанции мотивов решения о виновности Веденеевой в нарушении правил дорожного движения, что по неосторожности повлекло причинение тяжкого вреда здоровью ФИО1, данный довод и не влияет на существо принятого итогового решения.

Кроме того, суд верно принял содержащийся в заключении автотехнической экспертизы вывод о том, что в сложившейся дорожной ситуации Веденеевой необходимо было руководствоваться требованиями п.п.8.1 и 8.5 ПДД РФ, и отверг вывод, содержащийся в п.5 заключения, поскольку он основывался на неверно представленных эксперту исходных данных. Основания для непринятия указанного вывода эксперта судом мотивированы надлежаще, и суд апелляционной инстанции с ними также соглашается.

Вопреки доводам защиты, у суда не имелось оснований для признания заключения автотехнической экспертизы, полученного до возбуждения уголовного дела, недопустимым, равно как и для назначения повторной либо дополнительной судебной экспертизы. Мотивы такого решения подробно приведены в постановлении суда от 11 декабря 2020 года об отказе в назначении комплексной видео-автотехнической экспертизы, в котором суд оценил с точки зрения допустимости имеющееся экспертное заключение и пришел к выводу о его соответствии требованиям ст.204 УПК РФ . При этом суд, вопреки высказанному защитником в суде апелляционной инстанции доводу, не оценивал имеющееся экспертное заключение на предмет его достоверности и не давал ему оценки с этой точки зрения до удаления в совещательную комнату, то есть не предрешал своих выводов относительно достоверности и достаточности доказательств и не допустил в этой связи нарушений уголовно-процессуального закона. В постановлении содержатся лишь выводы об отсутствии оснований для назначения комплексной видео-автотехнической судебной экспертизы.

Сами по себе доводы стороны защиты о необходимости назначения судебной экспертизы лишь на основании ч.1.2 ст.144 УПК РФ являются неубедительными. Как указывал Конституционный Суд РФ, по смыслу уголовно-процессуального закона (в частности ч.1.2 ст.144, ст.ст.195, 196, 198, 207, ч.4 ст.283 УПК РФ) дополнительная судебная экспертиза, производство которой поручается тому же или другому эксперту, может быть назначена при недостаточной ясности или неполноте заключения эксперта, а также при возникновении новых вопросов в отношении ранее исследованных обстоятельств уголовного дела; повторная экспертиза, производство которой поручается другому эксперту, может быть назначена в случаях возникновения сомнений в обоснованности экспертного заключения или наличия противоречий в выводах эксперта или экспертов по тем же вопросам. Необходимость, как и возможность проведения дополнительной либо повторной судебной экспертизы при наличии указанных в законе оснований определяется в каждом конкретном деле с учетом его обстоятельств (Определение Конституционного Суда РФ от 26 февраля 2021 №329-О и др.).

Доводы о том, что экспертом при даче заключения не исследовалась видеозапись с места происшествия, с учетом содержания данной видеозаписи, оценка которой не требует специальных познаний в области автотехники, на правильность выводов суда первой инстанции о виновности осужденной не влияют.

Согласно выводам эксперта, для решения вопроса о соответствии действий водителя автомобиля требованиям ПДД специальных технических познаний не требуется. 

С квалификацией действий осужденной по ч. 1 ст.264 УК РФ – нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека,- суд апелляционной инстанции согласен. Такая юридическая оценка соответствует правильно установленным судом фактическим обстоятельствам дела, свидетельствующим о том, что Веденеева нарушила требования п.п.1.5, 8.1, 8.5, 8.6 и 10.1 Правил дорожного движения РФ при наличии возможности их соблюдения, вследствие чего здоровью ФИО1 был причинен тяжкий вред. 

Руководствуясь положениями главы 5 УК РФ, суд правильно определил форму вины осужденной. С приведенными в приговоре мотивами принятого решения, в том числе о неосторожном отношении Веденеевой к наступившим последствиям, суд апелляционной инстанции согласен.

Вопреки доводам защитника, выводы суда о нарушении Веденеевой указанных пунктов ПДД РФ должным образом мотивированы в приговоре и, кроме прочего, основаны на том, что:

- Веденеева, не переключив сигнал светового указателя поворота для соответствующего направления, не заняла соответствующее крайнее правое положение, не убедившись в безопасности маневра, не останавливаясь, стала осуществлять маневр поворота направо;

- в результате указанного маневра ФИО1, двигавшемуся по правой полосе, были созданы помеха и опасность для движения, в результате чего потерпевший был вынужден применить экстренное торможение и упал, получив травму плеча.

Описание инкриминированного Веденеевой преступления, изложенное в приговоре, в полной мере отвечает содержанию пунктов ПДД РФ, нарушение требований которых вменено в вину Веденеевой, в том числе и п.10.1 ПДД РФ, которое отдельно оспаривается защитником в апелляционной жалобе. Из содержания приговора следует, что Веденеева, не останавливаясь, совершила маневр поворота направо, то есть при возникновении опасности, которую она была в состоянии обнаружить, не предприняла возможных мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

Таким образом, пункты ПДД РФ, нарушение которых Веденеевой установлено судом, определены в приговоре правильно.

При этом, совокупность исследованных судом доказательств, свидетельствующих о нарушении именно Веденеевой ПДД РФ, в результате чего она преградила путь потерпевшему, создав ему помеху и опасность для движения, опровергает доводы стороны защиты о том, что причиной получения потерпевшим травмы (в результате падения) явились его грубая неосторожность, небольшой водительский стаж либо управление мотоциклом с явным превышением предельной нагрузки.

С учетом вышеизложенного и исследованных судом первой инстанции доказательств, ссылки стороны защиты на оглашенные в суде апелляционной инстанции показания потерпевшего в ходе досудебного производства об обстоятельствах падения не опровергают правильность выводов суда первой инстанции о виновности осужденной.

Назначив основное и дополнительное наказание, соответствующее положениям ст.ст.6, 43, 60 и 61 УК РФ, а также требованиям ч.3 ст.47 УК РФ, суд пришел к верному выводу о необходимости освобождения Веденеевой от наказания в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.

Из материалов уголовного дела, включая протокол судебного заседания , следует, что:

- судебное разбирательство проведено с участием подсудимой, ее представителя и защитника, каждому из которых были предоставлены равные с государственным обвинителем, потерпевшим и его представителем права, то есть с соблюдением принципа состязательности в условиях равенства сторон;

- все ходатайства участников процесса рассмотрены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, в том числе закрепленными в ст.ст.271, 276, 281, 285 и 286 УПК РФ;

- требования ст.ст.50 Конституции Российской Федерации и 75 УПК РФ о том, что при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением закона, судом первой инстанции выполнены;

- судебное следствие закончено при отсутствии ходатайств о его дополнении, в том числе стороны защиты, представители которой, включая подсудимую, фактически согласились с завершением судебного следствия при имевшейся явке и исследованных доказательствах ;

- судебные прения проведены в соответствии с положениями ст.292 УПК РФ, после чего Веденеевой было предоставлено последнее слово .

Таким образом, нарушений уголовно-процессуального закона, которые путем лишения и ограничения прав участников уголовного судопроизводства повлияли на постановление законного и обоснованного приговора, судом первой инстанции не допущено.

Решая вопрос по гражданскому иску потерпевшего о компенсации морального вреда, суд исходил из его обоснованности, а также требований ст.ст.151, 1099, 1100 и 1101 ГК РФ, учитывал характер причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, связанных с его индивидуальными особенностями, степень вины подсудимой, ее материальное положение, иные конкретные обстоятельства дела, влияющие на решение суда по предъявленному иску, а также требования разумности и справедливости. 

При этом, взысканный судом размер компенсации морального вреда суд апелляционной инстанции находит соответствующим вышеуказанным требованиям закона, в том числе характеру физических и нравственных страданий, причиненных потерпевшему в результате преступления, а также требованиям разумности и справедливости. Вопреки доводам защиты, размер компенсации морального вреда, с учетом как конкретных обстоятельств совершенного преступления и его последствий, так и сведений о личности осужденной, включая ее семейное и материальное положение, не является явно завышенным.

Представленные в суде апелляционной инстанции сторонами, включая защиту, сведения из ОБУЗ «Шуйская центральная районная больница» не опровергают правильности в этой части выводов суда первой инстанции и, напротив, подтверждаются справкой № от ДД.ММ.ГГГГ о неспособности ФИО1 к участию в оперативном лечении, и каких-либо оснований не доверять изложенным в ней сведениям суд апелляционной инстанции не усматривает.

С учетом приведенных обстоятельств, суд апелляционной инстанции считает состоявшееся судебное решение законным, обоснованным и справедливым и не усматривает оснований для его отмены или изменения и, соответственно, для удовлетворения апелляционных жалоб. 

Руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Шуйского городского суда Ивановской области от 16 декабря 2020 года в отношении Веденеевой Юлии Александровны оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденной, защитника – адвоката Голубева А.С. и представителя гражданского ответчика - без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента оглашения и может быть обжаловано в Судебную коллегию по уголовным делам Второго кассационного суда общей юрисдикции в порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в течение шести месяцев со дня его оглашения.

В случае обжалования апелляционного постановления в кассационном порядке, осужденная вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий судья А.В. Плюханов