Дело № 2-4164/2020 

УИД 55RS0001-01-2021-005808-48

Решение

Именем Российской Федерации

21 июля 2021 года город Омск

Кировский районный суд города Омска в составе председательствующего судьи Беккер Т.А., с участием помощника судьи Рийбе В.Н., секретаря Левченко М.А., прокурора Бекишевой Т.А., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Омского транспортного прокурора в интересах ФИО1 к публичному акционерному обществу «Иртышское пароходство» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

Омский транспортный прокурор обратился в суд в интересах ФИО1 с исковым заявлением к ПАО «Иртышское пароходство» о взыскании компенсации морального вреда, в обоснование требований указав, что в ходе проверки установлено, что у ФИО1 диагностировано профессиональное заболевание, а именно вибрационная болезнь, связанная с воздействием общей вибрации 2 степени, синдром вегето-сенсорной полинейропатии верхних и нижних конечностей. Данный факт подтверждается актом о случае профессионального заболевания, утвержденным руководителем Управления Роспотребнадзора по Омской области. В результате причиненного профессиональным заболеванием вреда здоровью, ФИО1 испытывает нравственные и физические страдания, не может комфортно себя чувствовать в обществе и вести полноценный образ жизни. Улучшение состояния здоровья у ФИО1 не происходит, с возрастом приобретенные в результате профессиональной деятельности заболевания усугубляются. Кроме того, в результате заболевания у ФИО1 возникли: боли и онемение, повышенная зябкость кистей и стоп, периодические стягивания пальцев рук, икроножных мышц; боли в пояснице, шейном отделе; головокружение; шаткость при ходьбе; шум в ушах. 

На основании изложенного, со ссылкой на положения ст. 45 ГПК РФ, Омский транспортный прокурор просит взыскать с ответчика в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 200 000 рублей.

В судебном заседании помощник Омского транспортного прокурора – ФИО5, заявленные исковые требования поддержала, просила удовлетворить их в полном объеме, полагая размер заявленной компенсации морального вреда соответствующей причиненным истцу нравственным страданиям, вызванным заболеванием.

ФИО1 в судебное заседание не явился, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежаще.

Представитель ПАО «Иртышское пароходство», надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явился. 

Изучив материалы дела, оценив совокупность представленных доказательств с позиции относимости, достоверности и достаточности, суд приходит к следующему.

На основании ст. 45 ГПК РФ прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований.

Обращаясь с заявленными требованиями, Омский транспортный прокурор указывает, что в ходе проверки установлено, что у ФИО1 диагностировано профессиональное заболевание, а именно вибрационная болезнь, связанная с воздействием общей вибрации 2 степени, синдром вегето-сенсорной полинейропатии верхних и нижних конечностей, в результате которого причинен вред здоровью истца, он испытывает нравственные и физические страдания; боли и онемение, повышенную зябкость кистей и стоп периодические стягивания пальцев рук, икроножных мышц; боли в пояснице, шейном отделе; головокружение; шаткость при ходьбе; шум в ушах. 

Конституцией РФ охраняются право на труд и здоровье граждан, устанавливаются гарантии социальной защиты (ч. 2 ст. 7); каждому гарантируется социальное обеспечение в предусмотренных законом случаях (ч. 1 ст. 39).

В силу ст. 22 ТК РФ работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены трудовым законодательством, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами РФ. 

Обязанность обеспечения безопасных условий и охраны труда работника согласно ст. 212 ТК РФ возлагается на работодателя.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Учитывая, что ТК РФ не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу ст. 21 (абз. 4 ч. 1) и ст. 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя.

В соответствии со ст. 237 ТК РФ компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости (п. 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).

Согласно ст.ст. 3, 8 Федерального закона от 24.07.1998 г. № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» под профессиональным заболеванием понимается хроническое или острое заболевание застрахованного, являющееся результатом воздействия на него вредных производственных факторов и повлекшее временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности. Возмещение застрахованному лицу морального вреда, причинённого в связи с профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Указанная норма направлена на установление дополнительных гарантий лицам, подлежащим обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний.

Из трудовой книжки на имя истца, акта о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ФИО1 работал в тяжелых и вредных условиях в ОАО «Иртышское пароходство» (в настоящий момент – ПАО «Иртышское пароходство»), стаж работы в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов – 28 лет, общий стаж работы – 38 лет (л.д. 18-27, 34-35).

Как следует из трудовой книжки, ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 уволен в порядке перевода на основании п. 5 ч. 1 ст. 77 ТК РФ (л.д. 27).

Согласно п.п. 30, 32 Постановления Правительства РФ от 15.12.2000 г. № 967 «Об утверждении Положения о расследовании и учете профессиональных заболеваний» надлежащим документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве, является акт о случае профессионального заболевания.

На основании акта о случае профессионального заболевания от ДД.ММ.ГГГГ судом установлено, что комиссией в составе исполняющего обязанности главного врача ИЗЦГСЭН на транспорте, врача по общей гигиене, заместителя директора ОССРЗ по флоту и общим вопросам, заместителя главного инженера по охране труда, окружающей среды и пожарной безопасности ОАО «Иртышского пароходства», заместителя главного инженера по охране труда ОССРЗ, председателя профсоюзного комитета ОССРЗ проведено расследование случая профессионального заболевания у ФИО1

В акте указано, что ФИО1 имеет профессиональное заболевание: вибрационная болезнь, связанная с воздействием общей вибрации 2 степени, синдром вегето-сенсорной полинейропатии верхних и нижних конечностей с умеренными вегето-трофическими изменениями, периферический ангиодистонический синдром, вторичная пояснично-крестцовая радикудопатия, умеренно выраженный болевой синдром, хроническое рецидивирующее течение. Профессиональное заболевание возникло в результате конструктивных недостатках судна. Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие высоких уровней шума: теплоходы пр. 304 типа «Ракета», с 1976 по 2003: ПДУ – 65 дБ, фактически – 75 дБ, превышение на 10 дБ; высоких уровней вибрации: ПДУ – 100 дБ, фактически 113 дБ, превышение на 13 дБ.

Заключением врачебной комиссии № БУЗОО КМСЧ № 7 Центр Профессиональной патологии от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 установлено профессиональное заболевание: Вибрационная болезнь от общей вибрации 2 степени. Синдром вегето-сенсорной полинейропатии верхних и нижних конечностей с умеренными вегето-трофическими изменениями. Периферический ангиодистонический синдром. Пояснично-крестцовая радикудопатия, хроническое рецидивирующее течение, умеренно выраженный болевой синдром. Заболевание профессиональное (л.д. 9). 

Из материалов дела следует, что впоследствии истец неоднократно проходил лечение в связи с поставленным ему диагнозом, что подтверждается представленными в материалы дела выписными эпикризами из истории болезни и выписками из медицинских карт в отношении ФИО1

Таким образом, судом достоверно установлено наличие у истца в настоящее время профессионального заболевания. Указанные обстоятельства не оспаривались ответчиком, доказательств отсутствия таковых в материалах дела не имеется.

В соответствии с п. 20 акта о случае профессионального заболевания, причиной профессионального заболевания, возникшего у ФИО1, послужило длительное воздействие высоких уровней шума и вибрации.

В связи с изложенным, суд приходит к выводу, что в судебном заседании нашли подтверждение обстоятельства причинения вреда здоровью истца в виде профессионального заболевания – Вибрационная болезнь от общей вибрации 2 степени. Синдром вегето-сенсорной полинейропатии верхних и нижних конечностей с умеренными вегето-трофическими изменениями. Периферический ангиодистонический синдром. Пояснично-крестцовая радикудопатия, хроническое рецидивирующее течение, умеренно выраженный болевой синдром. Вред здоровью истца причинен в связи с работой у ответчика во вредных условиях, при воздействии на организм человека вредных производственных факторов, в условиях повышенных уровней шума, и вибрации.

Как следует из искового заявления, в результате приобретенного профессионального заболевания у ФИО1 появились: боли и онемение, повышенная зябкость кистей и стоп, периодические стягивания пальцев рук, икроножных мышц; боли в пояснице, шейном отделе; головокружение; шаткость при ходьбе; шум в ушах.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине, на что указано в п. 2 приведенной нормы закона. 

Установленная данной нормой презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик.

В порядке п. 1 ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Из положений ст.ст. 212, 209 ТК РФ обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя. Условия труда - совокупность факторов производственной среды и трудового процесса, оказывающих влияние на работоспособность и здоровье работника. Вредный производственный фактор - производственный фактор, воздействие которого на работника может привести к его заболеванию.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГК РФ, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Доказательств отсутствия вины в возникновении у истца профессионального заболевания и причинении ему морального вреда, ответчик ПАО «Иртышское пароходство» не предоставил.

Впервые профессиональное заболевание было диагностировано истцу в период его работы в ПАО «Иртышское пароходство», о чем свидетельствует акт о случае профессионального заболевания.

В силу ст. 58 ГК РФ указанные обстоятельства предусматривают ответственность ПАО «Иртышское пароходство» за причиненный здоровью истца вред. Кроме того, из представленных стороной истца документов (акта о случае профессионального заболевания, санитарно-гигиенической характеристики) усматривается причинно-следственная связь между возникновением у истца профессионального заболевания и исполнением им трудовых обязанностей в ПАО «Иртышское пароходство».

Таким образом, профессиональные заболевания у истца возникли не одномоментно, а в результате длительного, многократного воздействия на организм указанных вредных производственных факторов, которые имелись, в период работы истца в ПАО «Иртышское пароходство».

Согласно положению о расследовании и учете профессиональных заболеваний, утв. Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ №, акт о случае профессионального заболевания является документом, устанавливающим профессиональный характер заболевания, возникшего у работника на данном производстве.

Исходя из оценки всех исследованных доказательств по делу, суд приходит к выводу о наличии вины в причинении морального вреда ФИО1 со стороны ответчика. 

В судебном заседании установлено и подтверждено материалами дела, что вред здоровью истца причинен в связи с работой у ответчика во вредных условиях, в условиях повышенного уровня шума и вибрации.

Доказательств наличия предусмотренных действующим законодательством оснований для освобождения ответчика от ответственности – грубой неосторожности или умысла истца, которые бы содействовали возникновению или увеличению вреда, а также, подтверждающих, что истец продолжал выполнение работы во вредных условиях, нарушая какие-либо запреты врачей или работодателя, ответчиком суду не предоставлено. 

Доказательств наличия между истцом и ответчиком соглашений о порядке возмещения работнику работодателем морального вреда суду не представлено. 

В соответствии с п. 1 ст. 150 ГК РФ к нематериальным благам относится, в т.ч. здоровье.

С учетом изложенных доказательств, судом установлено, что вред здоровью истца был причинен в результате воздействия вредных производственных факторов в период работы у ответчика и юридических лиц, правопреемником которых он является. При этом, в результате причинения вреда здоровью истца, ему были причинены моральные и нравственные страдания, которые он испытывает до настоящего времени, так как его состояние здоровья, качество его жизни в целом ухудшилось.

Таким образом, суд считает требования истца о возмещении морального вреда законными и обоснованными. 

Вместе с тем, размер заявленной истцом компенсации морального вреда суд считает завышенным, не соответствующим тем нравственным и физическим страданиям, которые ФИО1 вынужден претерпевать в связи с полученным профессиональным заболеванием, а также размером вины ответчика.

Как разъяснил Пленум Верховного Суда РФ в п. 2 Постановления от 20.12.1994 г. №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

В п. 8 указанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ разъяснено, что размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание обстоятельства причинения вреда здоровью ФИО1 ответчиком (при исполнении работником трудовых обязанностей), характер правоотношений, характер его заболеваний, продолжительность болезненного состояния, ограничение в связи с заболеваниями в определённой степени возможности вести активный и полноценный образ жизни, степень утраты им профессиональной трудоспособности, учитывает характер физических и нравственных страданий, которые претерпевает истец в связи с наличием заболеваний, степень вины ответчика, обеспечение работника средствами индивидуальной зашиты, неумышленное причинение им вреда здоровью истца; принятие ответчиком определённых мер по обеспечению безопасных условий и охране труда (выдачу спецодежды); отсутствие вины работника.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает стаж работы истца во вредных условиях у ответчика, поскольку профзаболевание обусловлено длительностью воздействия вредных производственных факторов и находится в прямой зависимости от этого показателя. Суд считает подтвержденным фактический стаж работы истца у ответчика во вредных условиях труда, учитываемый при определении размера компенсации морального вреда, период работы истца у ответчика в условиях воздействия вредных факторов – 28 лет, общий стаж – 38 лет.

Учитывая степень тяжести страданий истца, а также учитывая требования закона о разумности и справедливости, степень вины ответчика в причинении морального вреда истцу, суд считает возможным взыскать с ответчика ПАО «Иртышское пароходство» в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 100 000 руб.

В силу п. 1 ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае государственная пошлина взыскивается в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Учитывая, что в соответствии с п.п. 1 п. 1 ст. 333.36 НК РФ истец освобожден от уплаты государственной пошлины, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 300 руб.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Взыскать с публичного акционерного общества «Иртышское пароходство» в пользу ФИО1 в качестве компенсации морального вреда 100 000 рублей. 

В удовлетворении остальной части исковых требований Омского транспортного прокурора в интересах ФИО1 – отказать. 

Взыскать с публичного акционерного общества «Иртышское пароходство» в доход бюджета города Омска государственную пошлину 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в Омский областной суд через Кировский районный суд г. Омска в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Т.А. Беккер

Мотивированное решение составлено 26 июля 2021 года.

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>

<

данные изъяты>