Дело №2-2107/2019 

№

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 ноября 2019 года г.Магнитогорск

Ленинский районный суд г.Магнитогорска Челябинской области в составе:

председательствующего судьи Панова Д.В.,

при секретаре Смотряевой Ю.Д.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному учреждению – Управление Пенсионного Фонда Российской Федерации в городе Магнитогорске Челябинской области (межрайонное) об установлении факта нахождения на иждивении,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Государственному учреждению – Управление Пенсионного Фонда Российской Федерации в городе Магнитогорске Челябинской области (межрайонное) (далее по тексту УПФР в г.Магнитогорске), в котором, с учетом изменения исковых требований в порядке ст.39 ГПК РФ, просил установить факт его нахождения на иждивении у своей матери ФИО8, умершей ДД.ММ.ГГГГ года (л.д.5-6, 51).

В обоснование требований своего искового заявления ФИО1 указал на то, что он является сыном ФИО9., умершей ДД.ММ.ГГГГ года. В связи со смертью матери он обратился в УПФР в г.Магнитогорске с заявлением о назначении ему пенсии по потере кормильца. Решением УПФР в г.Магнитогорске от 04.09.2019 года ему было отказано по причине того, что не установлен факт нахождения его на иждивении матери, в связи с чем, ему не может быть назначена пенсия по потере кормильца. С данным решением ответчика истец не согласен, поскольку его мать – ФИО10. всегда содержала его, от неё он получал средства к существованию.

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержал свои измененные исковые требования, указав также на то, что обучается на очной форме обучения, не работает. 

Представитель ответчика УПФР в г.Магнитогорске - ФИО2 в судебном заседании заявленные требования не признала, указывая на то, что нет доказательств, что истцу материальную помощь оказывала умершая мать и являлась основным источником существования для него.

Заслушав пояснения сторон, показания свидетеля, исследовав материалы дела, суд приходит к выводу, что исковые требования ФИО1 подлежат удовлетворению.

Согласно статье 7 Конституции Российской Федерации Российская Федерация – это социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека. В Российской Федерации охраняется труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты. 

Конституцией Российской Федерации каждому гарантируется социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потери кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 39 Конституции Российской Федерации). 

В соответствии со ст.10 Федерального закона от 28 декабря 2013 года №400-ФЗ «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке). Одному из родителей, супругу или другим членам семьи, указанным в пункте 2 части 2 настоящей статьи, указанная пенсия назначается независимо от того, состояли они или нет на иждивении умершего кормильца. Семья безвестно отсутствующего кормильца приравнивается к семье умершего кормильца, если безвестное отсутствие кормильца удостоверено в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Данной статьей определен круг лиц, которые признаются нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца, в их числе названы дети умершего кормильца, не достигшие возраста 18 лет, а также дети умершего кормильца, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программ в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет или дети старше этого возраста, если до достижения возраста 18 лет стали инвалидами.

Члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию (часть 3 стать 10 Федерального закона «О страховых пенсиях»).

Судом установлено, что ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является сыном ФИО11, умершей ДД.ММ.ГГГГ (л.д.10, 11). В свидетельстве о рождении истца в графе «отец» стоит прочерк. 

ДД.ММ.ГГГГ года ФИО1 исполнилось 18 лет.

Согласно справки ГБПОУ «

<

данные изъяты>» от 11 сентября 2019 года №, ФИО1 с 01.09.2016 года обучается в 

<

данные изъяты> на 4 курсе гуманитарного отделения на очной форме обучения на бюджетной основе. Срок окончания обучения ДД.ММ.ГГГГ года (л.д. 9). 

Таким образом, ФИО1 начал свое обучение в 

<

данные изъяты> по очной форме в несовершеннолетнем возрасте, где также обучался на момент смерти матери и продолжает обучение до настоящего времени.

Согласно справке за № от 08 октября 2019 года из ГБПОУ «

<

данные изъяты>», за период с ДД.ММ.ГГГГ года по ДД.ММ.ГГГГ года ФИО1 стипендию не получал (л.д.23).

21 августа 2019 года ФИО1 обратился в УПФР в г.Магнитогорске с заявлением о назначении пенсии по случаю потери кормильца (л.д.26-27).

04 сентября 2019 года УПФР в г.Магнитогорске принято решение № о невозможности установить факт нахождения ФИО1 на иждивении умершего кормильца ФИО12. (л.д.8). 

Из материалов дела следует, что в период после ДД.ММ.ГГГГ года ФИО13. официально трудоустроена не была, что подтверждается трудовой книжкой ФИО14., ответами на запрос суда из налоговых служб об отсутствии доходов ФИО15. в ДД.ММ.ГГГГ годах, из ОПФР по Челябинской области об отсутствии отчислений на ИЛС застрахованного лица ФИО16 с 01.01.2017 года. 

Между тем, допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО17. (мать умершей и бабушка истца), подтвердила факт содержания ФИО18 своего сына Даниила, указав на наличие неофициальных доходов дочери от работы парикмахером на дому. 

ФИО1 и ФИО19. проживали совместно в квартире по адресу: г

<

адрес> (л.д. 33). 

Согласно выписке из ЕГРН вышеуказанная квартира принадлежит ФИО20 (л.д.43-46).

В соответствии со ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. 

Исследовав представленные в материалы дела доказательства, в том числе пояснения истца, свидетеля и дав им оценку по правилам ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что несмотря на достижение истцом совершеннолетия ко дню смерти матери, истец, обучаясь в учреждении среднего профессионального образования по очной форме обучения, дохода не имел, стипендию не получал, основным источником средств к существованию истца являлась регулярно оказываемая истцу помощь его матери ФИО21., а следовательно, ФИО1 находился на иждивении своей матери ФИО22 и данный факт подлежит установлению судом. 

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Требования искового заявления ФИО1 к Государственному учреждению – Управление Пенсионного Фонда Российской Федерации в городе Магнитогорске Челябинской области (межрайонное) об установлении факта нахождения на иждивении - удовлетворить.

Установить факт нахождения ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на иждивении ФИО23, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умершей ДД.ММ.ГГГГ года.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Челябинской областной суд в течение месяца со дня вынесения решения суда в окончательной форме через Ленинский районный суд г.Магнитогорска Челябинской области.

Председательствующий:

Мотивированное решение изготовлено 15 ноября 2019 года.

Председательствующий: