Уголовное дело №1-4/2019

ПРИГОВОР

именем Российской Федерации

с. Первомайское 25 января 2019 года 

Первомайский районный суд Томской области в составе:

председательствующего – судьи Каракулова Т.Г.,

при секретаре – Ломаевой В.В.,

с участием государственных обвинителей – Тимошенко И.А., Чубуковой Е.А.,

потерпевшей – Т.П.,

обвиняемого – ФИО1,

защитников – адвокатов Одайской М.Г., предъявившей удостоверение /номер/ от /дата/ и ордер, ФИО2, представившей удостоверение /номер/ от /дата/ и ордер,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении:

ФИО1, родившегося /дата/ в д. /адрес/, гражданина РФ, с неполным средним образованием, не работающего, разведенного, имеющего малолетних детей, проживающего по /адрес/ не судимого,

задержанного по настоящему делу /дата/, содержащегося под стражей с /дата/,

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 119, ч. 3 ст. 30 – ч. 1 ст. 105 УК РФ,

установил:

ФИО1 дважды угрожал убийством Т.П. при имеющихся у нее основаниях опасаться осуществления этих угроз. 

Обстоятельства преступных действий таковы.

ФИО1 в период времени /дата/, находясь в /адрес/ умышленно, с целью психологического воздействия, направленного на запугивание Т.П., высказал в ее адрес угрозы убийством, которые она восприняла реально и имела все основания опасаться осуществления данных угроз, так как он находился в состоянии сильного алкогольного опьянения и вел себя агрессивно. С целью дальнейшего устрашения Т.П., обхватил ее шею сзади и стал сдавливать ее правой рукой, согнутой в локте, тем самым препятствуя поступлению воздуха, отчего Т.П. испытала удушье, и все действия ФИО1 в отношении нее восприняла как угрозу жизни. 

Он же /дата/ в дневное время, в состоянии алкогольного опьянения, находясь на кухне квартиры по указанному выше адресу /дата/, умышленно, на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений к Т.П., схватил ее за шею правой рукой и начал душить, а затем повалил на пол и продолжил сдавливать ее шею правой рукой до оказания потерпевшей помощи со стороны К.Н., ФИО1, а также К.Е. в результате чего ФИО1 оттащили и вывели его в подъезд дома.

Подсудимый ФИО1 свою вину в совершении угроз убийством /дата/ признал, указывая, что не хотел убивать потерпевшую, с которой состоял в браке десять лет и имеет совместных детей, желал её напугать.

Доказательствами вины подсудимого в совершении преступлений является:

По эпизоду угрозы убийством /дата/:

Подсудимый пояснил, что проживает у своей матери, ранее жил с женой и четырьмя малолетними детьми. Он часто навещает детей, содержит их. /дата/ он зашел проведать детей, с тещей выпил спиртного. Потерпевшая, когда пришла, начала его укорять в отсутствии помощи. В ходе ссоры он взял её за шею, чтобы причинить боль – обхватил правой рукой и начал немного сжимать, чтобы ей было чуть-чуть больно. Она была в нормальном состоянии, возможно, пыталась вырваться. Он желал ее напугать, хотел, чтобы она хоть немного его боялась и уважала. Возможно, он высказывал угрозы убийством. Затем зашли соседи В., он отпустил потерпевшую и вышел из квартиры, туда не возвращался.

Из оглашенных показаний подсудимого (т. 1 л. д. 238-244) следует, что /дата/ сдавливая потерпевшей шею, ослаблял захват, давая ей отдышаться. Потерпевшая говорила, что обратится в полицию. 

Потерпевшая в суде показала, что /дата/ она вечером вернулась домой, где уже находился ФИО3 – он был пьян. Она начала его выгонять, так как не хотела, чтобы он находился в квартире в состоянии опьянения, завязалась драка. ФИО3 на кухне сзади захватил ее шею, согнув руку в локте, не сильно сдавил, выражался нецензурной бранью. Она могла двигаться, вырвалась, свободно убрав его руку, схватила нож, нанесла ему три удара (в область груди, в спину – под лопатку и ниже) для того, чтобы он испугался, отпустил ее и ушел. Но он не испугался, не ушел, тогда она крикнула дочери Т.К. и та позвала соседей В.. В это время она стояла с ножом в руке в коридоре, пыталась вытолкать ФИО3. Когда пришли соседи, они втроем вывели ФИО3. Страха она не испытывала, так как ФИО3 не боялась в виду сильной степени его опьянения, полагает, что существенного вреда он причинить в таком состоянии не мог. ФИО3 угроз убийством не высказывал. События того дня помнит не очень хорошо в связи с давностью происходившего. 

В показаниях потерпевшей, данных ею в ходе предварительного расследования (т. 1 л. д. 89-92), которые в судебном заседании после оглашения ею были подтверждены, Т.П. указывала, что ФИО3 /дата/ был сильно пьян, агрессивен, на ее просьбу покинуть квартиру ответил отказом, сказал, что сейчас все здесь разнесет. Она испугалась, начала выталкивать его. Он схватил ее за руки и высказывал угрозу убийством, она испугалась, но не верила, что он может такое сделать, так как у них четверо детей и они десять лет прожили в браке. Когда она отвернулась, ФИО3 схватил ее сзади за шею правой рукой, обхватил, согнув руку в локте. Она сильно испугалась, поскольку этого не ожидала, подумала, что он решил ее попугать силой, для безопасности схватила лежащий на столе кухонный нож. Он сжимал руку, перекрывая ей воздух. Когда ей не хватало воздуха, она била ему по руке рукой, и он ее расслаблял, так чтобы, я смогла дышать. Она попыталась от него сбежать и на отмашку ударила его ножом в спину, но Федор успел ее поймать и продолжил душить. Он повалил ее на пол – скорее всего не устоял на ногах – а она пыталась освободиться от его захвата. На полу он продолжил ее душить и расслаблять руку, чтобы она могла дышать. Она крикнул свою дочку Ксюшу, с тем, чтобы та позвала соседей на помощь. Рука Федора была не сильно сжата. Все это время она могла дышать, не задыхалась, но ей было очень страшно. Соседи оттащи Федора и вывели в подъезд. Удушая ее, Федор высказывал, угрозы убийством, при этом полностью кислород ей не перекрывал.

Объясняя наличие противоречий в показаниях, потерпевшая указала о давности произошедшего и запамятование тех событий, пояснила, что /дата/ опасалась за свою жизнь, когда подсудимый сдавливал ее шею сильнее. Противодействуя ему, опасаясь за жизнь, она нанесла ему удары ножом, с тем чтобы он перестал ее душить, отпустил, испугался и ушел. Впоследствии изменение показаний потерпевшая объяснила нежеланием того, чтобы подсудимого лишали свободы, так как дети его ждут, соскучились, показания данные на следствии подтвердила.

Из показаний несовершеннолетнего (т. 1 л. д. 126) свидетеля Т.К., допрошенной в присутствии законного представителя и педагога (т. 1 л. 

<

...>, 123-124) следует, что Т.П. является ее матерью, а ФИО1 отцом, который до марта 2018 г. проживал совместно с ними, ее младшими братом и сестрами. После развода родителей ее отец проживает у своей мамы – ее бабушки. Отец с матерью регулярно конфликтовали, поскольку отец употреблял спиртное, на фоне чего у них и происходили конфликты с применением насилия со стороны отца. Несколько раз отец бил маму в 2017 году, и около трех раз в 2018 году – последние два – в августе. Первый раз в 23 часа мама сказала папе, чтобы он уходил. Папа отказался, сказал, что сейчас в доме все разломает. Родители начали ругаться, и папа схватил маму за руки, а сказал ей, чтобы она шла к себе в комнату. Она ушла, затем услышала, как мама закричала «Ксюша зови соседей». Она побежала к дяде Саше и тете Кате, слышала, как папа кричал на маму. Позвав соседей на помощь и прибежав обратно, она видела, как папа держал маму за волосы, а потом повалил маму на пол. Следом за ней прибежали соседи, а она убежала к себе в комнату. Выглядывая, она видела, как дядя Саша выталкивает папу в подъезд, видела капли крови на полу в коридоре, поняла, это была кровь папы (т. 1 л. д. 115-119).

ФИО4 показывали, что /дата/ к ним пришла старшая дочь их соседки сверху, проживающей в /адрес/ – Т.К., которая сказала, что мама просит помочь. Они поднялись к соседям в квартиру. В кухне В.А. увидел лежащую на полу Т.П. и Фёдора, находившегося на Т.П.. Он схватил Фёдора, поднял его, поставив к выходу, успокаивал. Фёдор был в состоянии опьянения. Фёдор попытался продолжить конфликт, но он его вывел в подъезд. В.Е. в это время находилась в прихожей около входа на кухню, видела, как ее супруг поднял Фёдора с пола. Т.П. была взволнована, но истерики и паники у нее не было. Им известно, что у этих соседей ранее были подобного рода конфликты, в том числе с применением насилия. При них Фёдор угроз не высказывал (т. 1 л. 

<

...>).

Из заявления потерпевшей следует, что /дата/ ФИО1 по /адрес/, держа в руке нож, а затем удушая ее, высказывал ей угрозы убийством (т. 1 л. д. 26).

Из протокола осмотра места происшествия с фототаблицей от /дата/, следует, что квартира потерпевшей была осмотрена, обнаружены следы вещества красно-бурого цвета в квартире и на лестничной площадке, нож со следами вещества красно-бурого цвета в кухонном шкафу, который был изъят (т. 1 л. 

<

...>), осмотрен (т. 1 л. д. 148-154), признан вещественным доказательством (т. 1 л. д. 155).

Из заключения эксперта № 186 следует, что у подсудимого имеются: рана на задней поверхности грудной клетки на уровне 6-7 ребер справа; раны (2) в области правой молочной железы, которые могли образоваться от не менее трех воздействий, незадолго до момента обращения за медицинской помощью (16.08.2018), влекут легкий вред здоровью; ссадины (2) на задней поверхности шеи, ссадины (5) на задней поверхности грудной клетки справа, которые могли образоваться от действия твердого тупого предмета (ов) с – резко ограниченной поверхностью контакта, в пределах 7-10 суток до момента проведения экспертизы, не причинившие вред здоровью (т. 1 л. д. 158-160).

Эти доказательства в целом согласуются между собой, взаимно дополняют друг друга, получены с соблюдением требований закона, а потому признаются судом допустимыми, относимыми и достоверными. 

По эпизоду угрозы убийством /дата/:

Подсудимый пояснил, что /дата/ утром потерпевшая на него ругалась, в ходе обоюдной ссоры, он взял её за шею, так же как 15 августа – не желая сдавить сильно, только немного прижимал. Удушения не было, захватил за шею с боков, а не со стороны горла. Он её повалил, удерживал, а она, полагает, пыталась освободиться от его захвата. Второй рукой он, скорей всего, опирался об пол. Вышли тетушки Т.П., начали говорить ему «отпусти», чувствовал, что кто-то пытался убрать руку. Он отвечал, что просто припугивает ее, не отпускал, так как не считал, что она испугалась. Потерпевшая просила ослабить руку, так как ей было больно, на что он руку ослаблял, но не отпускал ее, так как хотел, чтобы она поняла, что нельзя его унижать при детях и тетушках. Потерпевшая, говорила, что посадит его. Потерпевшая позвала дочь Т.К., та сбегала за соседкой К.Е.. Соседка убрала его руку, он вышел вместе с ней из квартиры, не оказывая сопротивления. Убить потерпевшую он не желал, хотел напугать. Если бы он почувствовал, что она задыхается, то отпустил бы её. 

Из оглашенных показаний подсудимого (т. 1 л. д. 203-207) следует, что /дата/ он из ревности устроил скандал потерпевшей, схватил ее за шею правой рукой и начал душить, повалил на пол, и, находясь на ней, продолжал душить, высказывал угрозу убийством. Все делал, чтобы запугать ее, понимал, что может убить ее, но убивать не хотел. У Т.П. изменился цвет лица, она посинела, стала хрипеть от нехватки воздуха, задыхалась. Он понимал, что она может умереть, но отпускать ее не хотел – душил около двух минут. После забежали И. и Н. , которые скинули его с потерпевшей и вытолкали из квартиры. После этого он понял, что если бы его не оттащили, то убил бы потерпевшую. 

Повторно допрошенный (т. 1 л. д. 238-244) по этому эпизоду ФИО1 показал, что потерпевшая перед конфликтом /дата/ высказывала ему недовольство по поводу чрезмерного употребления спиртного, в ходе ссоры, он, в виду того, что потерпевшая не воспринимает его как главу семьи, из чувства обиды, схватил ее за шею рукой, согнутой в локте, начал сжимать, перекрывая кислород. Он, не разжимая руки, повалил ее на пол, продолжая душить. Когда Т.П. находилась под ним, он видел, как она посинела, стала хрипеть от нехватки воздуха, задыхалась. В этот момент он стал осознавать, что она может умереть, но отпускать ее не хотел и не желал, так как был сильно зол на нее. Душил ее около двух минут, после его оттащили от потерпевшей К.Н., П. и соседка Е., так как он не хотел ее отпускать.

Показания на следствии подсудимый не подтвердил, настаивая на отсутствии умысла на убийство потерпевшей. 

ФИО1 также показал по делу, что ранее работал, содержал детей, сейчас проживает с матерью, находящейся на пенсии, и братом, у которого установлена инвалидность. Более он не намерен встречаться с потерпевшей. Он принес потерпевшей извинения, они примирились. 

Если бы он был трезв, то не совершил бы этих преступлений.

Потерпевшая в суде показала, что /дата/ ФИО3 находился в состоянии алкогольного опьянения у нее на кухне. Когда она разговаривала по телефону, ФИО3 начал «высказываться» в ее адрес. После разговора она возле раковины стояла спиной к ФИО3. Он схватил ее сзади за шею, сжал, согнув руку в локте, сказав «сейчас я тебе покажу, как шею ломать», повалил на пол, душил. Правой рукой он сжимал шею, левой рукой держал свою правую руку. Она сопротивлялась, говорила ему «отпусти, дышать нечем, шею больно». Он по ее просьбе ослаблял захват. Ее тетки – сначала К.Н., а затем К.Н. и П. вдвоем – пытались оттащить ФИО3 от нее, убрать его руку, но у них не получилось. Она попросила дочь, чтобы та сбегала за соседкой К.Е.. Только когда пришла К.Е., они смогли «отцепить» ФИО3 от нее, так как К.Е. «заломала» ему другую руку, а К.Н. и П. убирали руку ФИО3 от ее шеи. Вчетвером ФИО1 вытолкали за дверь и закрылись. Она испытывала страх, ей было больно. На доли секунды – когда уже К.Е. пришла – она не могла дышать. На мгновение у нее потемнело в глазах. В тот момент она опасалась за свою жизнь. Конфликт продолжался около пяти минут, или меньше. К тому времени, когда она уже лежала на полу лицом вниз, ФИО3 находился на полу полулежа, но шею не отпускал, захват не менял. После у нее шея была красная и болела. За медицинской помощью потерпевшая не обращалась, только зафиксировала побои, лечение ни стационарно, ни амбулаторно не проходила. 

Повторно допрошенная в суде потерпевшая показывала, что К.Н. и П. пытались оттащить от нее ФИО1, а когда К.Е. заломала ему руку, они поднимали ее, помогали встать. Затем указала, что не видела какие именно действия предпринимали присутствующие. Она пояснила, что и ранее с ФИО3 были конфликты в основном на почве ревности, инициаторами которых были оба, подсудимый и ранее применял к ней насилие.

Потерпевшая подтвердила показания свидетеля К.Е. о том, что после случившегося /дата/, через пятнадцать минут позвала К.Е. покурить, вела себя спокойно, смеялась, так как у нее не было повода плакать. Свое состояние потерпевшая оценивала как «нормальное, не обморочное».

Т.П. охарактеризовала подсудимого как заботливого отца, который принимал участие в воспитании детей, работал, помогал содержать детей до заключения под стражу, указала, что дети его любят и ждут. В трезвом состоянии подсудимый нормальный, адекватный. После случившегося она общались с подсудимым, когда тот приходил к детям и был трезв. В настоящий момент просит, чтобы его не наказывали строго, так как дети очень сильно переживают, ждут его. Т.П. просит назначить наказание условно, так как подсудимый осознал содеянное, не намерен больше приходить к ней домой. Они договорились, что дети будут приходить к нему для общения. После совершения преступлений подсудимый оказывал ей материальную помощь, просил прощения, она его простила, в настоящий момент с ним примирилась и в дальнейшем за свою жизнь не опасается. 

Из показаний несовершеннолетнего (т. 1 л. д. 126) свидетеля Т.К., допрошенной в присутствии законного представителя и педагога (т. 1 л. 

<

...>, 123-124) следует, что в августе второй конфликт между родителями был днем. Папа с мамой ругались, папа был пьян. Из своей комнаты она услышала, как мама начала кричать и просила о помощи. Дома находились тетя Наташа и тетя Ира, которые сразу побежали к ее маме, чтобы помочь ей. Через несколько минут, услышала, как мама закричала «Ксюша, беги за Леной». Она побежала к тете Лене К.Е. и попросила ее помочь. Вместе с ней, она зашла в квартиру, побежала себе в комнату, а тетя Лена побежала на кухню помогать маме. Все ссоры между папой и мамой происходили в основном, когда папа был пьян. Папа бил маму. К братьям и сестрам папа относился хорошо (т. 1 л. д. 115-119).

Свидетель К.Н. пояснила, что днем /дата/ ФИО1 безадресно выражался нецензурной бранью, в то время как Т.П. стояла к нему спиной и разговаривала по телефону. ФИО1 стал душить Т.П., захватив её рукой, согнутой в локте, за шею. У Т.П. покраснело лицо. Она не смогла с ним справиться. Т.П. пыталась вырваться, попросила ее позвать Т.П. Когда П. пришла Т-вы были уже на полу. Лицо ФИО3 было красное, было видно, что ей нечем дышать, она молчала, у неё изо рта пошла пена. Она ударила ФИО1 по лицу, но он всё равно не отпускал Т.П. Они вдвоем с сестрой не смогли освободить Т.П. Она не смогла помочь Т.П. по своему состоянию здоровья, так как одна рука у нее больная. У нее установлена инвалидность III группы. Затем пришла соседка, завернула ФИО1 свободную руку, а она вытащила Т.П., когда ФИО1 ту уже отпустил. Сначала она наносила подсудимому удары по лицу, когда он душил Т.П., затем одной рукой вытаскивала потерпевшую – вытащила только с помощью двух других людей. Угроз убийством она не слышала.

Свидетель П.И. пояснила, что /дата/ Т.П. и ФИО1 стали ругаться между собой, инициатором конфликта была потерпевшая. ФИО1 схватил Т.П. за шею рукой, согнутой в локте, затем Т-вы упали на пол и ФИО1 продолжал держать ее за шею – не душил. Потерпевшая сопротивлялась, пиналась, могла двигаться, полагает, что потерпевшая могла бы сама вырваться из захвата подсудимого, но они с сестрой первые оттащили от потерпевшей ФИО1 за руки, при этом он не сопротивлялся, а потерпевшая сама вылезла. ФИО1 вывели и он ушел. Более никого не было, соседку она не видела, ушла в другую комнату, так как испугалась за детей, так как такого конфликта ранее не видела. Т.П. сама за себя может постоять – за нее не испугалась. Свидетель показания ФИО1 о том, что Т.П. синела, задыхалась, у неё шла изо рта пена не подтвердила, указала, что ФИО1 не сжимал крепко шею потерпевшей. 

В показаниях на следствии (т. 1 л. д. 137-140), факт дачи которых подтвердил и свидетель ФИО1, свидетель указывала, что /дата/ Федор вцепился в потерпевшую мертвой хваткой, та уже синела и теряла сознание, задыхалась. Они кричали, просили Федора, чтобы он отпустил ее, но он их не слушал. Затем им на помощь прибежала соседка, втроем стали оттаскивать Федора от Т.П. с большим усилием, у них получилось его оттащить и вытолкнуть в коридор. Они побежали к Т.П., та была испугана, в панике, задыхалась, ее лицо было синее от нехватки кислорода. Ранее у Т-вых были такие конфликты, он ее душил, у них были суды.

Содержание оглашенных показаний свидетель подтвердила частично, указала, что потерпевшая во время конфликта не синела, не задыхалась, сознание не теряла. После того как потерпевшую освободили, та была напугана. ФИО1 ее просто схватил. Она просила ФИО1 отпустить Т.П., что тот и сделал, а затем вышел в коридор. Она просто убрала руку ФИО1, чтобы он не продолжал конфликт. 

Свидетель П.И. пояснила, что с Т.П. отношения у нее неприязненные, в связи с конфликтом, произошедшим после этой поездки в /адрес/. ФИО1 после конфликта приносил детям фрукты и мясо.

Свидетель К.Е. пояснила, что днем /дата/ к ней домой прибежала старшая дочь ее соседей Т-вых – Ксюша, была взволнована, попросила помочь, так как ее мама и папа ругались. Прибежав к ним домой, она увидела, что ФИО1 и Т.П. лежат на полу. В квартире Т-вых были еще одна, или две женщины – тётки Т.П.. ФИО1 держал Т.П., обхватив её шею правой рукой, согнутой в локте и душил Т.П., та молчала, ее лицо порозовело. Она испугалась, ударила ФИО1, стала убирать его руку, он сопротивления не оказывал, она спокойно без труда закрутила ему руку, и с ним вышла в подъезд, затем ушла. Ей никто не помогал, присутствующие женщины только бегали вокруг, кричали «помоги»! Если бы ФИО1 не захотел выходить, она не смогла бы его вытолкать, так как он сильный мужчина. Через пятнадцать минут ей позвонила ФИО3, позвала ее покурить, когда они курили Т.П. хихикала, говорила о намерении заявить о случившемся в полицию, несмотря на то, что ФИО1 конфликт не продолжил. Ранее она с ФИО1, которого знает с детства, работала почти два года, отношения между ними нормальные. ФИО1 сейчас проживает с матерью преклонного возраста. ФИО1 работал, воспитывал и содержал своих детей. Как коллегу по работе характеризует его положительно как участливого и неконфликтного, указала, что его и сейчас ждут на работе. Свидетель отметила, что потерпевшая ранее специально провоцировала конфликты с подсудимым, выражаясь в его адрес нецензурно, для инициирования дела по этому поводу. Свидетель предполагает, что рассматриваемое происшествие также могла провоцировать Т.П.. Сейчас потерпевшая осознает свою ошибку, так как осталась одна с четырьмя детьми, которых не сможет обеспечить. Сейчас они живут на пенсию бабашки в 10 тысяч рублей. Старшая девочка занимается в секции футбола, ездит на соревнования. С Т.П. отношения у нее соседские, неприязни и конфликтов нет, они между собой и их дети общаются.Федор не буйный человек, но именно с Т.П. случаются конфликты, так как та провоцирует его.

Из заявления потерпевшей следует, что /дата/ ч. ФИО1 /адрес/ душил ее, высказывая ей угрозы убийством (т. 1 л. д. 48).

Из протоколов осмотра места происшествия с фототаблицей от /дата/, следует, что квартира потерпевшей была осмотрена, зафиксирована обстановка, порядок не нарушен (т. 1 л. 

<

...>).

Из справки /иные данные/ от /дата/ следует, что потерпевшая жаловалась на боль в области шеи (посинение кожных покровов на шее справа, осиплость голоса, боль в области гортани и щитовидной железы, боль в области правого уха и правой челюсти. Со стороны фельдшера осмотр и рекомендации (т. 1 л. д. 106).

Из протокола следственного эксперимента (т. 1 л. д. 221-228), следует, что подсудимый демонстрировал, что /дата/ душил потерпевшую на полу, находясь на ней. 

Оценивая приведенные по этому эпизоду доказательства суд отмечает, что в целом и подсудимый и потерпевшая и свидетели указывают о произошедшем между Т. конфликте, в ходе которого подсудимый потерпевшую душил, высказывая ей угрозу убийством, что согласуется и с исследованными письменными доказательствами. Все эти доказательства получены с соблюдением требований закона. Поэтому в основной части они признаются судом достоверными.

Однако показания потерпевшей, указывавшей, что К.Е. именно «заломала» (не завернула, не убрала) руку подсудимому, противоречат ее же показаниям о том, что не видела какие именно действия предпринимали присутствующие при конфликте лица, а также показаниям очевидцев, показывавших о не столь интенсивном противодействии К.Е. подсудимому. Показания подсудимого на следствии о том, что потерпевшая посинела, хрипела от нехватки воздуха, задыхалась, он ее отпускал; свидетелей К.Н. о том, что у Т.П. изо рта пошла пена; а ФИО1 о том, что соседка не помогала прекратить конфликт между подсудимым и потерпевшей; Федор вцепился в потерпевшую мертвой хваткой, та уже синела и теряла сознание, задыхалась; разняли их с большим усилием; а Т.П. после была в панике, задыхалась, ее лицо было синее от нехватки кислорода не согласуются с друг другом и материалами дела, противоречат в указанной части показаниям подсудимого, данным в суде, показаниям потерпевшей, показаниям свидетеля К.Е. В соответствующей части указанные доказательства судом достоверными не признаются по изложенным основаниям.

При оценке оглашенных показаний подсудимого в части, не признанной достоверной, суд также учитывает положения ч. 2 ст. 77 УПК РФ о запрете обоснования обвинения признательными показаниями обвиняемого, не подтвержденными совокупностью иных имеющихся по уголовному делу доказательств.

Факт совершения подсудимым преступлений подтверждается вышеприведенными доказательствами, признанными судом достоверными, не отрицается и ФИО1

В судебном заседании установлено, что подсудимый дважды угрожал убийством потерпевшей, у которой имелись основания опасаться этих угроз, учитывая внезапность действий подсудимого, его физическое превосходство, агрессию. При этом отсутствие словесных угроз (об их наличии в суде подсудимый указывал с долей вероятности) не исключает уголовной ответственности по ч. 1 ст. 119 УК РФ, так как угрозы подсудимый выражал своими намеренными действиями, направленными на устрашение потерпевшей, а характер таких действий давал потерпевшей основания опасаться воплощения этих угроз.

Действия ФИО1 суд квалифицирует по эпизоду от /дата/ по ч. 1 ст. 119 УК РФ как угрозу убийством при имеющихся основаниях опасаться осуществления этой угрозы, по эпизоду от /дата/ по ч. 1 ст. 119 УК РФ как угрозу убийством при имеющихся основаниях опасаться осуществления этой угрозы. 

Мотив, объективный характер действий подсудимого, обстановка преступления, данные об участвующих в конфликте лицах – в том числе его пресекающих – наступившие последствия позволяют суду сделать вывод об отсутствии у подсудимого умысла на лишение жизни потерпевшей /дата/.

Так, мотивом преступных действий подсудимого была ревность, обида, личная неприязнь, как и в ранее имевших место конфликтах его и потерпевшей не приводивших, судя по исследованным доказательствам, к серьезным последствиям. 

Из показаний потерпевшей следует, что словесно выразив намерение убить ее, подсудимый все более активных действий к тому не предпринимал, упал, не устояв на ногах, по просьбе Т.П., как это следует не только из ее показаний, но и показаний подсудимого в суде, даже ослаблял захват. 

Конфликт окончился не сиюминутно, а продолжался определенное время – уже совершаемые подсудимым действия затем поочередно пытались пресечь только женщины: сначала К.Н., оказывая противодействие подсудимому лишь одной рукой, после К.Н. и П.И., а затем и К.Е., которая на момент начала конфликта в доме потерпевшей не находилась, прибежала только по просьбе дочери потерпевшей. При этом суд также отмечает, что потерпевшая не сразу после начала конфликта с подсудимым попросила дочь позвать К.Е., а по прошествии некоторого времени. 

И при этом из исследованных доказательств однозначно не следует, что в это время противодействие третьих лиц подсудимому носило настолько активный характер, что лишало его возможности применить желаемое насилие к потерпевшей. Из показаний потерпевшей следует, что К.Е. «заломала» руку подсудимому, однако, затем потерпевшая указывает, что не видела, какие именно действия предпринимали присутствующие. При этом ни сама К.Е., ни подсудимый, ни другие очевидцы о столь активных действиях свидетеля не указывают, напротив, поясняя, что подсудимый при незначительном воздействии К.Е. прекратил применять насилие к потерпевшей.

После конфликта у потерпевшей повреждений, свидетельствующих о применении к ней значительного насильственного воздействия, не было. Сама она указывает только о покраснениях и боли в шее. За медицинской помощью она не обращалась, только зафиксировала побои, лечение ни стационарно, ни амбулаторно не проходила. В имеющейся справки фельдшера указано о посинение кожных покровов на шее потерпевшей справа, осиплости голоса, боли в области гортани, щитовидной железы, правого уха и челюсти. Через незначительное время после конфликта потерпевшая, по ее же показаниям и показаниям свидетеля К.Е., вела себя спокойно, смеялась. 

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личность подсудимого, влияние назначенного наказания на его исправление.

Преступления, совершенные ФИО1 относятся к категории небольшой тяжести, представляет общественную опасность как преступления против личности.

В соответствии с п. п. Г, И, К ч. 1 ст. 61 УК РФ в качестве смягчающих наказание подсудимого обстоятельств суд признает наличие у него малолетних детей; активное способствование раскрытию и расследованию преступлений подсудимого, давшего полные, подробные признательные показания об обстоятельствах содеянного, участвовавшего в следственных действиях, в ходе которых сообщал неизвестные следствию сведения об обстоятельствах, имеющих значение для дела; добровольное возмещение ущерба и вреда, причиненных в результате преступлений потерпевшей, которой подсудимый передал как денежные средства, так и принес извинения.

В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ в качестве смягчающих наказание подсудимого обстоятельств, суд признает его искреннее раскаяние в содеянном, признание им вины.

ФИО1 не судим, имеет постоянное место жительства, проживает с матерью, находящейся на пенсии, и братом, у которого установлена инвалидность. Он работал без официального трудоустройства, имел доход. Подсудимый характеризуется по месту жительства участковым уполномоченным полиции посредственно, администрацией сельского поселения – удовлетворительно, по месту работы – положительно. 

Согласно исследованным доказательствам подсудимый злоупотребляет спиртным. Он привлекался к административной ответственности по ст. 20.21 КоАП РФ. Суд признает в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ в качестве обстоятельства, отягчающего наказание подсудимого, совершение преступлений в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку именно состояние алкогольного опьянения, исходя из показаний потерпевшей, свидетелей и самого подсудимого повлияло на его агрессивное поведение по отношению к потерпевшей в обоих случаях.

Наличие указанного обстоятельства, отягчающего наказание подсудимого, исключает возможность применения ч. 1 ст. 62 УК РФ.

ФИО1 также привлекался к административной ответственности по ст. 6.1.1 КоАП РФ. 

С учетом совокупности установленных обстоятельств, и, в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденного, предупреждения совершения новых преступлений, суд назначает ему наказание в виде лишения свободы, поскольку считает, что назначение иного наказания не будет отвечать достижению указанных целей.

Исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступлений и позволяющих применить ст. 64 УК РФ, а также оснований для применения ст. 73 УК РФ с учетом характера и степени общественной опасности преступлений, всех данных о личности подсудимого судом не установлено.

Оснований для замены наказания в виде лишения свободы принудительными работами в порядке, установленном статьей 53.1 УК РФ, суд не усматривает.

Оснований для применения отсрочки отбывания наказания ФИО1 не имеется.

В соответствии с п. А ч. 1 ст. 58 УК РФ для отбывания наказания ФИО1 надлежит назначить колонию-поселение.

В целях обеспечения исполнения приговора, а также учитывая характер и степень общественной опасности совершенных подсудимым преступлений, все данные о его личности, суд полагает необходимым меру пресечения ФИО1 – заключение под стражей – оставить без изменения до вступления приговора в законную силу. 

В судебном заседании обсуждался вопрос о взыскании с подсудимого процессуальных издержек. Подсудимый возражал об их взыскании с него, указывая, что в настоящий момент дохода не имеет. Суд полагает необходимым освободить подсудимого полностью от уплаты процессуальных издержек, так как взыскание с него процессуальных издержек может существенно отразиться на материальном положении малолетних детей, находящихся на его иждивении.

Вопрос о вещественных доказательствах разрешается судом в соответствии со ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного и, руководствуясь ст. ст. 307-309 УПК РФ, 

П Р И Г О В О Р И Л:

Признать ФИО1 виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 119, ч. 1 ст. 119 УК РФ, и назначить ему наказание 

по ч. 1 ст. 119 УК РФ (по эпизоду от /дата/) в виде лишения свободы на срок 6 месяцев,

по ч. 1 ст. 119 УК РФ (по эпизоду от /дата/) в виде лишения свободы на срок 8 месяцев.

На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначить ФИО1 наказание в виде лишения свободы сроком 1 год с отбыванием в колонии-поселении.

Срок наказания осужденному исчислять с /дата/.

Меру пресечения в отношении осужденного – заключение под стражу – до вступления приговора в законную силу оставить без изменения. 

Зачесть срок содержания ФИО1 под стражей в период с /дата/ по день вступления приговора в законную силу в срок отбытия наказания в соответствии с положениями п. В ч. 3.1 ст. 72 УК РФ, из расчета один день за два дня отбывания наказания в колонии-поселении.

От уплаты процессуальных издержек, связанных с выплатой вознаграждения защитнику осужденного освободить.

По вступлению приговора в законную силу вещественное доказательство нож передать владельцу Т.П.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в течение 10 суток со дня его провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей – в тот же срок с момента вручения копии приговора, а также в кассационном порядке. В случае подачи апелляционной или кассационной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной или кассационной инстанции.

Судья Т.Г. Каракулов