Дело № 2-185/20

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации

город Светлогорск 08 октября 2020 года

Светлогорский городской суд Калининградской области в составе:

председательствующего судьи Аниськова М.В.

при секретаре Никоненко И.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о разделе совместного имущества, встречному исковому заявлению ФИО2 к ФИО1 о разделе совместно нажитого имущества,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с названным иском к ФИО3 (в ходе рассмотрения дела уточнена фамилия ответчика: вместо «ФИО6»- «Михайлова»). В исковом заявлении указывает, что 25.12.2015 г. он вступил в брак с ФИО4 Брак расторгнут решением мирового судьи от 17 октября 2019 года. Фактически же семейные отношения закончились в 2018 году, с августа 2018 г. совместное хозяйство они не ведут. В период брака совместно была приобретена квартира, расположенная по адресу: 

<

Адрес>, общей площадью 34,6 кв.м. Раздел совместного имущества ими не производился. На основании ст.ст. 20, 34, 36, 38, 39 СК РФ просит произвести раздел общего имущества между ним и ответчиком, признав за каждым право собственности на 1/2 долю квартиры по адресу: 

<

Адрес>. 

ФИО2 обратилась в суд со встречным иском к ФИО1 В ходе рассмотрения дела ФИО2 неоднократно уточняла свои исковые требования. В исковом заявлении и в заявлениях об уточнении иска (т. 1 л.д. 15-20, 140-150, т. 2 л.д. 74-78) указывает, что ранее, в период с 2007 г. по 2010 г. они также состояли в браке и в этот период у них родился совместный ребенок, который сейчас проживает с ней. Фактически брачные отношения сохранялись между ними до 01 августа 2018 г., после чего общее хозяйство не ведется. В период брака было нажито следующее имущество: индивидуальный жилой дом, площадью 193,6 кв.м., кадастровый номер 

<

Данные изъяты>, расположенный по адресу: 

<

Адрес> (государственная регистрация права собственности ФИО1 от 27.02.2016 г.) стоимостью 13 633 000 руб.; квартира адресу: 

<

Адрес> (государственная регистрация права собственности ФИО1 от 19.07.2016 г.) стоимостью 4 510 000 руб.; гараж (цокольный этаж), площадью 16,4 кв.м., кадастровый номер 

<

Данные изъяты>, расположенный по адресу: 

<

Адрес> (государственная регистрация права собственности ФИО1 от 04.02.2016 г.) стоимостью 680 000 руб.. Кроме того, в период брака между ответчиком и ООО 

<

Данные изъяты> был заключен договор участия в долевом строительстве объекта «Реконструкции существующего здания под комплекс апартаментов со встроенной автостоянкой и магазинами», расположенное по адресу: 

<

Адрес>, общей площадью 26,83 кв.м. и стоимость объекта в размере 5 366 000 руб. была полностью выплачена за счет общих средств в период брака. Также в период брака были приобретены автомобили: “VolkswagenTouareg”, 2016 года выпуска, государственный регистрационный знак 

<

Данные изъяты> поставлен на учет 21.06.2016 г. ФИО1, снят с учета 26.01.2019 г., стоимостью 2 499 000 руб.; автомобиль марки “BMW 250D”, государственный регистрационный знак 

<

Данные изъяты> поставлен на учет 19.02.2016 г. ФИО1, снят с учета 17.07.2019 г., стоимостью 1 249 000 руб. Автомобили были реализованы ответчиком в период нахождения в браке, но после фактического прекращения отношений с целью уменьшения имущества, подлежащего разделу. Своего согласия на отчуждение совместной собственности она не давала. Кроме того, на момент фактического прекращения брачных отношений, то есть на 01.08.2018 г. на расчетном счету ответчика как индивидуального предпринимателя находились денежные средства в размере 14 614 945,30 руб. Денежные средства образовались от ведения предпринимательской деятельности и являются общими доходами супругов, подлежат разделу. Итого, общая стоимость имущества, подлежащего разделу, составляет 42 551 945 рублей. На основании ст. 34 СК РФ просит признать совместной собственностью указанные жилой дом по адресу: 

<

Адрес>; квартиру по адресу: 

<

Адрес>; гараж (цокольный этаж) по адресу: 

<

Адрес>; денежные средства, потраченные на оплату доли за нежилое помещение по договору 

<

№> участия в долевом строительстве объекта по адресу: 

<

Адрес>, общей площадью 26,83 кв.м., в размере 5366000 руб.; денежные средства, находившиеся на момент фактического прекращения семейных отношений на расчетном счете 

<

№> ИП ФИО1 в ПАО Сбербанк в размере 14614945,30 руб.; автомобиль марки “VolkswagenTouareg”, государственный регистрационный знак 

<

Данные изъяты>; автомобиль марки “BMW 250D”, государственный регистрационный знак 

<

Данные изъяты>; признать их с ФИО1 доли в общем имуществе равными; разделить совместно нажитое имущество, выделив ей в собственность квартиру 

<

Адрес> и гараж 

<

Адрес>, всего стоимостью 5190000 руб.; ФИО1 выделить жилой дом 

<

Адрес> стоимостью 13633000 руб.; взыскать с ФИО1 компенсацию 8443000 руб. в счет превышения стоимости доли ФИО1 в общем имуществе, взыскать с ФИО1 1/2 доли стоимости проданных автомобилей в размере 1874000 руб., взыскать с ФИО1 1/2 доли денежных средств, находившихся на расчетном счете ИП ФИО1 на момент прекращения брачных отношений в размере 7307472,65 руб., взыскать с ФИО1 1/2 долю денежных средств, потраченных на приобретение нежилого помещения по договору участия в долевом строительстве объекта 

<

Адрес> в размере 2683000 руб.

В судебное заседание ФИО1 не явился, направил для участия в деле своего представителя. Представитель ФИО1- ФИО5, действующая на основании доверенности, в судебном заседании поддержала исковые требования ФИО1 по изложенным в иске основаниям и возражала против удовлетворения встречного иска ФИО2 по основаниям, изложенным в письменных возражениях на встречное исковое заявление и экономико-правовых обоснованиях возражений (т. 1 л.д. 161-168, 170, 172, 173, 177-179). Дополнила, что расчетный счет ИП ФИО6 был открыт еще в 2010 г. и до регистрации брака с ФИО7 на счете находилось 3 млн. рублей. 9980200 руб. поступили в качестве оплаты по договору, заключенному с ИП 

<

ФИО>12 еще в июле 2015 года. Кроме того, настаивает на том, что семейные отношения фактически были прекращены не 1 августа, а в конце сентября 2018 года. 

ФИО2 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований ФИО1 и настаивала на удовлетворении встречного искового заявления по изложенным в иске основаниям, а также по основаниям, изложенным судебных прениях в письменном виде (т. 3 л.д. 80-83). Пояснила, что земельный участок для строительства дома 

<

Адрес> действительно был приобретен ФИО1 до регистрации брака. Также до регистрации брака, до 25.12.2015 года был фактически возведен только первый этаж жилого дома и больше ничего не было. Все остальное строительство, которое составляет большую стоимость дома, велось уже после регистрации брака. Кроме того, до 25.12.2015 г. она фактически жили вместе и вели совместное хозяйство. Поэтому считает дом совместной собственностью. 

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства и дав им оценку, суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО1 и встречные исковые требования ФИО2 подлежат удовлетворению частично.

Судом установлено, что ФИО1 и ФИО8 с 30 июня 2007 года состояли в зарегистрированном браке. 01 января 2010 года их брак был прекращен на основании решения мирового судьи первого судебного участка Светлогорского городского округа от 21.12.2009 г. (т. 1 л.д. 23, 75). 

25 декабря 2015 года ФИО1 и ФИО8 вновь заключили брак. 19 ноября 2019 года их брак вновь был прекращен на основании решения мирового судьи 2-го судебного участка Светлогорского района и Пионерского городского округа от 17 октября 2019 года (т. 1 л.д. 4-6).

После расторжения брака ФИО3 присвоена фамилия «Михайлова» (т. 2 л.д. 55, 56). 

ФИО1 и ФИО2 являются родителями несовершеннолетнего ребенка, 

<

ФИО>5, 

<

Дата> рождения, который после расторжения брака родителей проживает с матерью (т. 1 л.д. 21). 

Брачный договор супругами не заключался, соглашение о разделе общего имущества между ФИО1 и ФИО2 не достигнуто.

Согласно правовой позиции, изложенной в пунктах 15 и 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 05.11.1998 г. № 15 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака» в состав имущества, подлежащего разделу, включается общее имущество супругов, имеющееся у них в наличии на время рассмотрения дела либо находящееся у третьих лиц. При разделе имущества учитываются также общие долги супругов (п. 3 ст. 39 СК РФ) и право требования по обязательствам, возникшим в интересах семьи. 

Учитывая, что в соответствии с п. 1 ст. 35 СК РФ владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов должно осуществляться по их обоюдному согласию, в случае, когда при рассмотрении требования о разделе совместной собственности супругов будет установлено, что один из них произвел отчуждение общего имущества или израсходовал его по своему усмотрению вопреки воле другого супруга и не в интересах семьи, либо скрыл имущество, то при разделе учитывается это имущество или его стоимость.

Если после фактического прекращения семейных отношений и ведения общего хозяйства супруги совместно имущество не приобретали, суд в соответствии с п. 4 ст. 38 СК РФ может произвести раздел лишь того имущества, которое являлось их общей совместной собственностью ко времени прекращения ведения общего хозяйства.

Исследованными судом доказательствами подтверждается, что в период брака истцом и ответчиком было приобретено следующее имущество, имеющееся в наличии: 

- жилое помещение- квартира (кадастровый номер 

<

Данные изъяты>), расположенная по адресу: 

<

Адрес>, стоимостью 3 160 000 рублей;

- гараж (цокольный этаж) площадью 16,4 кв.м. (кадастровый номер 

<

Данные изъяты>), расположенный по адресу: 

<

Адрес>, стоимостью 700000 рублей.

Вышеуказанное жилое помещение- 

<

Адрес> была приобретена в собственность ФИО1 на основании договора участия в долевом строительстве 

<

№> от 29.04.2016 г., соглашения о переуступке прав и обязанностей по договору участия в долевом строительстве от 30.05.2016 г., разрешения на ввод объекта в эксплуатацию от 24.05.2016 г. и акта приема-передачи от 07.07.2016 года. Право собственности ФИО1 на жилое помещение было зарегистрировано в установленном порядке в ЕГРН 19.07.2016 года (т. 1 л.д. 7, 56-58). 

Встроенное нежилое помещение- гараж (цокольный этаж) площадью 16,4 кв.м. (кадастровый номер 

<

Данные изъяты>), расположенный по адресу: 

<

Адрес> был приобретен ФИО1 в период брака на основании договора купли-продажи и право собственности ФИО1 на гараж было зарегистрировано в ЕГРН 04.02.2016 года (т. 1 л.д. 59-61).

ФИО1 не оспаривает, что не только жилое помещение 

<

Адрес>, но и гараж 

<

Адрес> были приобретены им по возмездным сделкам в период брака и являются совместным имуществом супругов. 

Данное недвижимое имущество имеется в настоящее время в натуре, ФИО1 не отчуждалось и подлежит разделу между сторонами.

При определении стоимости спорных жилого и нежилого помещений на момент раздела, суд полагает возможным принять стоимость, определенную в заключении судебной экспертизы.

Определением суда от 14.07.2020 года по делу назначена судебная экспертиза (определения рыночной стоимости имущества).

Согласно заключения эксперта 

<

№> от 04 сентября 2020 года ООО 

<

Данные изъяты> рыночная стоимость жилого помещения кадастровый номер 

<

Данные изъяты>- однокомнатной квартиры, расположенной по адресу: 

<

Адрес>, на дату проведения экспертизы составляет 3 160 000 рублей; рыночная стоимость встроенного нежилого помещения (гаража) кадастровый номер 

<

Данные изъяты>, расположенного по адресу: 

<

Адрес>, на дату проведения экспертизы составляет 700000 рублей (т. 3 л.д. 2-66). 

Сторонами определенная экспертом стоимость спорного имущества не оспаривается.

Экспертом были осмотрены предметы оценки, учтено их фактическое состояние и другие обстоятельства, имеющие значение для оценки, для сравнения цен взяты максимально сходные объекты. Оснований не соглашаться с определенной экспертом оценкой рыночной стоимости имущества у суда нет.

Таким образом, общая стоимость имущества, подлежащего разделу, составляет 3 860 000 рублей.

Помимо этого, суд считает обоснованными требования ФИО2 о взыскании с ФИО1 доли денежных средств, потраченных в период брака на приобретение нежилого помещения по договору участия в долевом строительстве объекта 

<

Адрес>.

26 марта 2018 года между ООО 

<

Данные изъяты> и ФИО1 был заключен договор 

<

№> участия в долевом строительстве объекта «Реконструкция существующего здания под комплекс апартаментов со встроенной автостоянкой и магазинами», расположенного по адресу: 

<

Адрес>. 03.04.2018 года сторонами договора было подписано дополнительное соглашение 

<

№> к договору 

<

№> от 26.03.2018 (т. 1 л.д. 31-39).

Согласно условиям договора, застройщик- ООО 

<

Данные изъяты>, обязался в установленный срок осуществить реконструкцию существующего здания 

<

Адрес> и после ввода объекта в эксплуатацию передать дольщику (ФИО1) нежилое помещение со строительным номером 

<

№> проектной общей площадью 28,63 кв.м., расположенное на первом этаже объекта строительства. Стоимость нежилого помещения определена сторонами договора из расчета 200000 руб. за один квадратный метр всего в размере 5 726 000 рублей. Договором определен следующий порядок оплаты дольщиком стоимости долевого строительства: денежная сумма в размере 5 366 000 рублей выплачивается дольщиком безналичным путем в течение 5 банковских дней с даты регистрации настоящего договора в Управлении Росреестра по Калининградской области, оставшаяся сумма в размере 360 000 рублей выплачивается дольщиком застройщику также безналичным путем в срок до 09.12.2018 года (пункт 5.2.1. договора). 

28 июня 2019 года ООО 

<

Данные изъяты> и ФИО1 подписали акт приема передачи по договору 

<

№> участия в долевом строительстве объекта «Реконструкция существующего здания под комплекс апартаментов со встроенной автостоянкой и магазинами», расположенного по адресу: 

<

Адрес>, от 26.03.2018 г., которым, в том числе, произвели уточнение стоимости объекта долевого строительства и порядок расчетов (т. 2 л.д. 226-228). 

Так, согласно акта приема-передачи ФИО1 застройщиком передано расположенное на первом этаже 

<

Адрес> нежилое помещение 

<

№> (строительный номер 

<

№>) общей площадью согласно технического паспорта 27,4 кв.м. В связи с изменением площади, итоговая стоимость нежилого помещения определена 5 480 000 рублей. Участник долевого строительства произвел оплату в размере 5 366 000 рублей. В результате зачета, неоплаченная участником долевого строительства сумма составляет 114 000 рублей (пункты 6-8 акта приема-передачи). 

Таким образом, в период брака и до момента фактического прекращения семейных отношений ФИО1 произвел оплату по договору участия в долевом строительстве в размере 5 366 000 рублей.

Несмотря на то, что нежилое помещение передано застройщиком ФИО1 с залогом в силу закона до оплаты оставшейся части долевого участия, ФИО1 право собственности на недвижимое имущество до настоящего времени не зарегистрировал и полностью взнос участника долевого строительства не выплатил. 

Уплаченные ФИО1 по договору в период брака денежные средства являлись общим имуществом супругов и были израсходованы на нужды семьи. Поскольку после расторжения брака сторон у ФИО1 остались неисполненные обязательства по указанному договору и право собственности на объект недвижимости не зарегистрировано, ФИО2 вправе требовать выплаты ей денежных средств участия в долевом строительстве, соответствующих её доли в общем имуществе. 

Кроме того, суд считает установленным, что в период брака супругами было приобретено и другое имущество, которое в настоящее время отчуждено ФИО1 и не может быть разделено между сторонами. 

Так, на основании договора купли-продажи транспортного средства от 13 февраля 2016 года ФИО1 приобрел в собственность за 50000 рублей легковой автомобиль BMW 520D, 2014 года выпуска, государственный регистрационный знак 

<

Данные изъяты>. Автомобиль был зарегистрирован в МРЭО ГИБДД за ФИО1 19.02.2016 года и снят с учета в связи с изменением собственника 17.07.2019 года (т. 1 л.д. 62, 129). 

Кроме того, на основании договора 

<

№> купли-продажи нового транспортного средства от 10 декабря 2015 года ФИО1 приобрел в собственность легковой автомобиль VolkswagenTouareg V6 TDI, 2016 года выпуска, государственный регистрационный знак 

<

Данные изъяты>. По условиям договора купли-продажи стоимость автомобиля определена в размере 3 500 000 рублей, из которых в качестве предоплаты 370 000 рублей покупатель уплачивает после подписания договора купли-продажи, а остальные денежные средства в размере 3 130 000 рублей оплачивает в срок не позднее 10 банковских дней с момента поступления товара на склад продавца. При этом, товар должен быть поставлен на склад продавца в течение 120 банковских дней с момента внесения покупателем предоплаты (т. 1 л.д. 180).

Данный автомобиль был зарегистрирован в МРЭО ГИБДД за ФИО1 21.06.2016 года и снят с учета в связи с изменением собственника 25.01.2019 года (т. 1 л.д. 63).

Таким образом, договор купли-продажи автомобиля VolkswagenTouareg V6 TDI был заключен ФИО1 до регистрации брака с ФИО2 и также до регистрации брака ФИО1 оплатил продавцу предоплату в размере 370 000 рублей, но фактически автомобиль был поставлен и передан покупателю только в июне 2016 года, то есть уже в период брака и также в июне 2016 года ФИО1 оплатил продавцу оставшуюся за автомобиль сумму в размере 3 130 000 рублей, что он не оспаривает.

Следовательно, договор купли-продажи транспортного средства был исполнен сторонами только в июне 2016 года, также в июне 2016 г. автомобиль был передан покупателю и только с этого времени у него возникло право собственности на автомобиль.

Из этого следует, что автомобиль VolkswagenTouareg V6 TDI был приобретен ФИО1 по возмездной сделке в период брака с ФИО2 и является совместной собственностью супругов, но часть стоимости имущества в размере 370 000 рублей (что составляет 10,57% стоимости) была оплачена за счет личных денежных средств ФИО1, а остальная часть стоимости имущества в размере 3 130 000 рублей была оплачена за счет общих денежных средств супругов. Совместная собственность супругов на автомобиль соответствует доли общих денежных средств, уплаченных за него.

ФИО1 произвел отчуждение автомобилей, являвшихся совместной собственностью супругов: автомобиль BMW 520D он продал в июле 2019 года (т. 1 л.д. 130), а автомобиль VolkswagenTouareg V6 TDI продал в январе 2019 года. 

Как ФИО1, так и ФИО2 настаивают на том, что их фактические семейные отношения были прекращены в 2018 году и в 2019 году они общего хозяйства уже не вели. Спора в этой части между сторонами нет.

То есть, ФИО1 продал два общих автомобиля уже после прекращения семейных отношений с ФИО2 

При таких обстоятельствах, ФИО1 должен доказать, что он произвел отчуждение общего имущества с согласия ФИО2 или израсходовал его в интересах семьи.

Не оспаривая факт продажи автомобилей, ФИО1 возражает против исковых требований ФИО2 и утверждает, что продал автомобили с согласия ФИО2 и выплатил ей в качестве компенсации полтора миллиона рублей. 

Однако, данные доводы ФИО1 ни чем не подтверждены. Из имеющихся в материалах дела выписок по счетам, историй операций по дебетовым картам не подтверждается, что ФИО1 перечислял ФИО2 денежные средства в размере 1 500 000 рублей. Действительно, ФИО1 перечислил супруге в октябре 2018 года в общей сложности 700 000 рублей (т. 1 л.д. 217, 218).

ФИО2 не отрицает факт получения 700 000 рублей, но утверждает, что они были выплачены на содержание общего несовершеннолетнего ребенка и другие нужды, а не в качестве компенсации за автомобили. О продаже общих автомобилей она узнала только в 2019 году, ФИО1 её согласие на это не спрашивал, каким образом он распорядился полученными деньгами, ей не известно. 

Суд полагает очевидным, что перечисленные ФИО1 в октябре 2018 года 700 000 рублей ни как не связаны с компенсацией стоимости автомобилей, поскольку факт продажи автомобилей имел место значительно позже- в январе и в июле 2019 года. 

Исходя из этого, суд признает обоснованными доводы ФИО2 о том, что ФИО1 распорядился общим имуществом по своему усмотрению и израсходовал полученные деньги не в интересах семьи, в связи с чем, стоимость двух указанных автомобилей должна учитываться при разделе имущества супругов. 

При определении рыночной стоимости автомобилей суд полагает возможным принять стоимость, определенную специалистом по заказу ФИО2

Так, согласно справки Экспертно-оценочного центра 

<

Данные изъяты> (ИП 

<

ФИО>6) 

<

№> от 25 ноября 2019 года, рыночная стоимость автомобиля VolkswagenTouareg, 2016 года выпуска с аналогичными техническими характеристиками, округленно составляет 2 499 000 рублей (т. 1 л.д. 25). Согласно, подготовленной тем же специалистом справки 

<

№> от 25 ноября 2019 года, рыночная стоимость автомобиля BMW 520D, 2014 года выпуска с аналогичными техническими характеристиками, округленно составляет 1 249 000 рублей (т. 1 л.д. 24).

ФИО1 выводы о такой рыночной стоимости автомобилей не оспаривает, согласился с ними, ходатайство о проведении судебной экспертизы по данному вопросу не заявил. 

Суд считает необходимым уменьшить стоимость автомобиля VolkswagenTouareg, учитываемую при разделе, на величину, соответствующую доле личных денежных средств, уплаченных ФИО1 за автомобиль: 2 499 000 - 10,57% = 2 234 857,7.

Таким образом, общая стоимость двух указанных автомобилей, которую следует учитывать при разделе общего имущества супругов, составит 3 483 855,7 рублей (2 234 857,7 + 1 249 000).

Общей совместной собственностью супругов, подлежащей разделу (п.п.1 и 2 ст. 34 СК РФ), является любое нажитое ими в период брака движимое и недвижимое имущество, которое в силу ст.ст. 128, 129, п.п.1 и 2 ст. 213 ГК РФ может быть объектом права собственности граждан, независимо от того, на имя кого из супругов оно было приобретено или внесены денежные средства, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества. К имуществу, нажитому супругами в период брака, относятся, в том числе доходы каждого из супругов от трудовой и предпринимательской деятельности.

Раздел общего имущества супругов производится по правилам, установленным ст.ст. 38, 39 СК РФ и ст. 254 ГК РФ.

В силу п. 1 ст. 39 СК РФ при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.

Согласно п. 2 ст. 39 СК РФ суд вправе отступить от начала равенства долей супругов в их общем имуществе исходя из интересов несовершеннолетних детей и (или) исходя из заслуживающего внимания интереса одного из супругов, в частности, в случаях, если другой супруг не получал доходов по неуважительным причинам или расходовал общее имущество супругов в ущерб интересам семьи.

В соответствии со ст. 38 СК РФ, раздел общего имущества супругов может быть произведён как в период брака, так и после его расторжения по требованию любого из супругов, а также в случае заявления кредитором требования о разделе общего имущества супругов для обращения взыскания на долю одного из супругов в общем имуществе супругов. При разделе общего имущества супругов суд по требованию супругов определяет, какое имущество подлежит передаче каждому из супругов. В случае, если одному из супругов передаётся имущество, стоимость которого превышает причитающуюся ему долю, другому супругу может быть присуждена соответствующая денежная или иная компенсация.

Исходя из изложенных обстоятельств, суд полагает, что доли ФИО1 и ФИО2 в общем имуществе супругов должны быть признаны равными, оснований для отступления от начала равенства долей не имеется. 

В то же время, суд не может согласиться с доводами ФИО2 в той части, что в состав общего имущества супругов, подлежащего разделу, должен быть включен индивидуальный жилой дом площадью 193,6 кв.м., кадастровый номер 

<

Данные изъяты>, расположенный по адресу: 

<

Адрес>.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

Судом установлено и подтверждается материалами реестровых дел земельного участка с кадастровым номером 

<

Данные изъяты> и индивидуального жилого дома с кадастровым номером 

<

Данные изъяты>, что 28 апреля 2015 года между 

<

ФИО>7 и ФИО1 был заключен договор купли-продажи земельного участка, по условиям которого ФИО1 купил в единоличную собственность земельный участок площадью 1200 кв.м. с кадастровым номером 

<

Данные изъяты> из земель населенных пунктов для строительства жилого дома по адресу: 

<

Адрес> за 980 000 рублей. В этот же день земельный участок был передан покупателю. Право собственности ФИО1 на земельный участок зарегистрировано в установленном порядке в ЕГРН 21 мая 2015 года (т. 1 л.д. 174, т.2 л.д. 90-141).

11 мая 2015 года между ФИО1 и ООО 

<

Данные изъяты> был заключен договор подряда, по которому ООО 

<

Данные изъяты> (подрядчик) обязалось выполнить строительные работы по возведению индивидуального жилого дома на земельном участке с кадастровым номером 

<

Данные изъяты> по адресу: 

<

Адрес>, в срок до 29 ноября 2015 года, а ФИО1 обязался оплатить указанные работы и принять выполненные работы. Цена работ определена сторонами по смете в размере 3 129 722 рубля без НДС (т. 2 л.д. 188-200). 

Из представленных ФИО1 документов следует, что в мае 2015 года ООО 

<

Данные изъяты> были составлены локальные сметы на строительство индивидуального жилого дома на указанном земельном участке и, при этом, общая стоимость работ согласно локальных смет (строительно-монтажные работы, электромонтажные работы, водопровод и канализация, отопление, вентиляция, наружные сети) составила 9 015 663 рубля. 

В октябре и ноябре 2015 года ООО 

<

Данные изъяты> и ФИО1 были составлены и подписаны справки о стоимости выполненных работ и акты о приемке выполненных работ на суммы 2 754 158 руб., 3 337 168 руб., 2 924 337 руб. 

Действительно, как следует из возражений ФИО2, ФИО1 не представлены документы, подтверждающие, когда именно им были перечислены денежные средства ООО 

<

Данные изъяты> в счет оплаты выполненных работ. По условиям договора подряда авансовый платеж в размере 30% от сметной стоимости оплачивается в течение 10 дней со дня подписания договора, а окончательный расчет в течение 10 дней с даты подписания справок о стоимости и актов о приемке выполненных работ. Каких-либо требований, вытекающих из неисполнения обязательств по договору подряда, ООО 

<

Данные изъяты> к ФИО1 не предъявляла.

В любом случае, значительная часть строительных работ по возведению индивидуального жилого дома была завершена до регистрации 25.12.2015 года брака между ФИО1 и ФИО2 

26 декабря 2015 года сведения о возведенном индивидуальном жилом доме площадью 193,6 кв.м., расположенном по адресу: 

<

Адрес> были внесены в государственный кадастр недвижимости с присвоением кадастрового номера 

<

Данные изъяты> (т. 1 л.д. 53).

То есть, на указанную дату кадастровым инженером было составлено техническое описание жилого дома площадью 193,6 кв.м.

19 января 2016 года кадастровым инженером был составлен кадастровый паспорт индивидуального жилого дома площадью 193,6 кв.м., с указанием года ввода в эксплуатацию (завершения строительства)- 2015 (т. 2, л.д. 160, 161). 

На основании данного кадастрового паспорта 27 января 2016 года в ЕГРН была произведена государственная регистрация права собственности ФИО1 на индивидуальный жилой дом площадью 193,6 кв.м., расположенный по адресу: 

<

Адрес> (т. 1 л.д. 53-55, 176, т.2 л.д. 152-162).

Таким образом, земельный участок, на котором возведен спорный индивидуальный жилой дом был приобретен ФИО1 в личную собственность до регистрации брака с ФИО2, договор подряда на строительство дома был заключен ФИО1 и исполнялся подрядчиком также до регистрации брака, а на государственный кадастровый учет как объект недвижимости индивидуальный жилой дом был поставлен на следующий день после регистрации брака истца и ответчика, а право собственности ФИО1 на жилой дом было зарегистрировано в ЕГРН через 1 месяц и 2 дня после регистрации брака.

Из данных обстоятельств очевидно следует, что строительство жилого дома было начато ФИО1 до регистрации брака с ФИО2, а ко дню регистрации брака уже были поданы документы о внесении сведений об объекте недвижимости в ГКН и имелись основания для этого. То есть, до дня регистрации 25.12.2015 г. брака между ФИО1 и ФИО2 строительство индивидуального жилого дома осуществлялось за счет личных денежных средств ФИО1

Суд не может согласиться с доводами ФИО2 о том, что строительство дома велось в это время на общие денежные средства, поскольку, несмотря на расторжение первого брака 20.01.2010 года они продолжали проживать вместе одной семьей и вести общее хозяйство. 

В соответствии со статьей 2 СК РФ семейное законодательство устанавливает условия и порядок вступления в брак, прекращения брака и признания его недействительным, регулирует личные неимущественные и имущественные отношения между членами семьи: супругами, родителями и детьми (усыновителями и усыновленными), а в случаях и в пределах, предусмотренных семейным законодательством, между другими родственниками и иными лицами, а также определяет формы и порядок устройства в семью детей, оставшихся без попечения родителей.

Согласно ч. 1 ст. 34 СК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

Частью 1 ст. 36 СК РФ предусмотрено, что имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак является его собственностью.

Исходя из данных правовых норм, положения СК РФ подлежат применению к имущественным правоотношениям, возникающим между такой категорией субъектов права как супруги, имевшим место в период их совместного брака.

Следовательно, если такие отношения возникли между лицами, не состоявшими в браке, то к таким правоотношениям подлежат применению положения ГК РФ, а нормы СК РФ о возникновении права общей собственности на имущество, нажитое во время брака, применению в данном споре не подлежат. 

С учетом данных правовых норм ФИО2 в ходе рассмотрения дела изменила свои исковые требования и исключила из требований о разделе общего имущества супругов жилые помещения 

<

Адрес>, приобретенные ФИО1 в период с 2010 по 2015 годы (т. 1 л.д. 143, 144).

ФИО2 не представила доказательств того, что до регистрации брака между ней и ФИО1 заключалось какое-либо соглашение о совместном строительстве индивидуального жилого дома с целью возникновения на дом права общей собственности и, что она вкладывала в строительство жилого дома свои личные денежные средства, либо вносила иной вклад. То есть, на наличие обстоятельств и оснований для возникновения общей собственности на жилой дом в соответствии с нормами гражданского законодательства ФИО2 не ссылается. 

Кроме того, ФИО2 настаивает на том, что до 25.12.2015 г. дом был построен лишь до уровня первого этажа, а все остальное строительство велось после регистрации брака вплоть до 2018 года. 

В соответствии с п. 1 ст. 36 СК РФ имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью.

Согласно ст. 37 СК РФ имущество каждого из супругов может быть признано судом их совместной собственностью, если будет установлено, что в период брака за счет общего имущества супругов или имущества каждого из супругов либо труда одного из супругов были произведены вложения, значительно увеличивающие стоимость этого имущества (капитальный ремонт, реконструкция, переоборудование и другие).

Исходя из этого, суд полагает, что хотя право собственности ФИО1 на спорный индивидуальный жилой дом было зарегистрировано в период брака с ФИО2 27.01.2016 г., но очевидно, что жилой дом не был построен за период с 25.12.2015 г. по 27.01.2016 г., поскольку согласно данным ГКН его строительство было окончено в 2015 году.

Следовательно, в той степени, в которой дом был окончен строительством на 25.12.2015 г. он является личной собственностью ФИО1 

При таких обстоятельствах, ФИО2 должна доказать, что в период брака за счет общего имущества супругов были произведены вложения, значительно увеличивающие стоимость спорного жилого дома, в частности проводились строительные работы, направленные на окончание строительства дома, его реконструкция, переоборудование и другие.

Суд полагает, что такие доказательства вопреки требованиям ч. 1 ст. 56 ГПК РФ ФИО2 не представлены.

В части степени готовности жилого дома и увеличения в период брака объемов строительства ФИО2 ссылается лишь на представленные ею фотографии (т. 2 л.д. 173-183).

Однако, установить по представленным фотографиям период времени или точный день, когда были выполнены эти фотографии не представляется возможным. 

При этом, исходя из утверждений ФИО2 следует, что по крайней мере уже в сентября 2015 года были выполнены предусмотренные локальной сметой к договору подряда от 11 мая 2015 года земляные работы, работы по устройству фундамента, работы по возведению стен дома до уровня мансардного этажа (нижняя фотография на л.д. 175 т. 2). 

В комментариях к фотографиям на л.д. 174 тома 2 ФИО2 уже утверждает, что эти работы были выполнены только в октябре 2015 года, а не в сентябре.

На нижней фотографии на л.д. 173 тома 2 имеется изображение дома с полностью возведенными стенами первого и мансардного этажа дома с перекрытием между ними и смонтированной стропильной системой. ФИО2 утверждает, что эта фотография была выполнена в январе 2016 года. Но ФИО1 данные обстоятельства оспаривает и утверждает, что в январе 2016 года на доме уже имелась устроенная кровля.

Таким образом, даже если после регистрации брака какие-то строительные работы по достройке, либо отделке жилого дома продолжались, определить их значимость для увеличения стоимости жилого дома не представляется возможным, поскольку доказательств того, какие именно работы были выполнены, не имеется.

Позиция ФИО2 заключается в том, что ФИО1 умышленно уменьшил общую площадь дома и в кадастровом паспорте дома не учитывается площадь помещений мансардного этажа. 

При этом, по ходатайству ФИО2 (т. 2 л.д. 67) определением суда от 14 июля 2020 года по делу была назначена судебная экспертиза, на разрешение которой был поставлен вопрос: какова была рыночная стоимость индивидуального жилого дома, кадастровый номер 

<

Данные изъяты>, расположенного по адресу: 

<

Адрес>, на момент проведения экспертизы?

Согласно заключения эксперта 

<

№> от 04 сентября 2020 года ООО 

<

Данные изъяты> рыночная стоимость индивидуального жилого дома площадью 193,6 кв.м., кадастровый номер 

<

Данные изъяты>, расположенный по адресу: 

<

Адрес> на момент оценки составляет 8 360 000 рублей. При этом, эксперт дополнил заключение выводами о том, что фактическая площадь жилого дома не соответствует выписке о государственной регистрации права, т.к. не учтена площадь мансарды, а фактические затраты на строительство индивидуального жилого дома с учетом площади помещений первого этажа и мансарды составляют 11 300 000 рублей. 

Вопрос о фактических затратах на строительство индивидуального жилого дома не ставился судом перед экспертом. 

При этом, даже такой самостоятельный вывод эксперта не имеет значения для разрешения указанных исковых требований ФИО2, поскольку ФИО1 не оспаривает, что в доме имеется мансардный этаж, который он не считает жилым, но утверждает, что в том числе и этот этаж был возведен за счет его личных денежных средств до регистрации брака с ФИО2 и, что дом был поставлен на кадастровый учет именно в том состоянии, в котором он сейчас находится. 

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что на основании п. 1 ст. 36 СК РФ индивидуальный жилой дом является собственностью ФИО1, а доказательств того, что в период брака за счет общего имущества супругов или имущества каждого из супругов были произведены вложения, значительно увеличивающие стоимость этого имущества, не имеется.

Также суд не может согласиться с исковыми требованиями ФИО2 в части раздела денежных средств, находившихся на банковском счете индивидуального предпринимателя ФИО1 

По запросу суда ПАО «Сбербанк России» была предоставлена выписка по счету 

<

№> индивидуального предпринимателя ФИО1 за период с 01 августа 2018 года по 30 сентября 2018 года (т. 2 л.д. 25-27).

Согласно содержанию данной выписки на банковском счете ИП ФИО1 на начало указанного периода находились денежные средства в размере 14614945,30 руб., а на конец периода- 10199342,95 руб. (т. 2 л.д. 27). 

Суд полагает, что во-первых ФИО2 не доказано, что фактические её семейные отношения с ФИО1 были прекращены 01.08.2018 года. 

С иском о расторжении брака к мировому судье обратился ФИО1 11.09.2019 года и действительно указал, что брачные отношения прекращены в августе 2018 года, не указывая при этом точной даты.

Сама ФИО2 в ходе рассмотрения настоящего дела в своем исковом заявлении и уточнениях к нему трижды меняла дату прекращения семейных отношений, сначала указав- с августа 2018 г., затем- до 30 сентября 2018 г., затем- до 01 августа 2018 года.

При этом, и одна и другая сторона утверждают, что в августе 2018 г. между ними действительно произошла ссора, но они предпринимали попытки примирения. Согласно справки АО 

<

Данные изъяты> 

<

Адрес> в период с 25.09.2018 г. по 30.09.2018 г. ФИО1 и ФИО2 проживали вместе в однокомнатном двухместном номере (т. 3 л.д. 79). 

Из пояснений сторон следует, что в этот период времени они вместе ездили 

<

Адрес> для участия в выставке связанной с их деятельностью по изготовлению изделий из янтаря. Их бюджет в этой поездке был общий.

ФИО2 заявила в суде, что фактически именно после этой поездки их отношения были прекращены окончательно, поскольку ФИО1 избил её в гостинице. 

То есть, такие пояснения ФИО2 противоречат требованиям о разделе остатка денежных средств именно на 01.08.2019 г. 

Остаток же денежных средств на 30.09.2018 г. был значительно ниже- 10199342,95 рублей. 

Кроме того, суд считает, что сама по себе величина остатка денежных средств на счете на определенную дату не означает, что на эту дату был получен доход равный именно величине остатка денежных средств.

В статье 2 ГК РФ определено, что предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг.

В соответствии с разъяснениями, данными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака", общей совместной собственностью супругов, подлежащей разделу (пункты 1 и 2 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации), является любое нажитое ими в период брака движимое и недвижимое имущество, которое в силу статей 128, 129, пунктов 1 и 2 статьи 213 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть объектом права собственности граждан независимо от того, на имя кого из супругов или кем из супругов оно было приобретено или кем внесены денежные средства, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

Положения статьи 128 Гражданского кодекса Российской Федерации относят к объектам гражданских прав в том числе имущественные права, к которым на основании положений статьи 8, пункта 1 статьи 307, пункта 2 статьи 308, статьи 328 данного кодекса относится и право на получение встречного предоставления с контрагента.

В пункте 57 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22 ноября 2016 г. N 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении" разъяснено, что встречным признается исполнение обязательства одной из сторон, которое обусловлено исполнением другой стороной своих обязательств, вне зависимости от того, предусмотрели ли стороны очередность исполнения своих обязанностей (пункт 1 статьи 328 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 423 Гражданского кодекса Российской Федерации договор, по которому сторона должна получить плату или иное встречное предоставление за исполнение своих обязанностей, является возмездным.

Применительно к приведенным положениям статьи 2 вышеназванного кодекса такая плата (иное встречное предоставление) и будет являться доходом от предпринимательской деятельности.

Таким образом, исходя из приведенных норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации обстоятельством, имеющим значение для правильного разрешения настоящего дела, является период времени, в котором у ИП ФИО1 возникло право на получение встречного предоставления (денежных средств) по сделкам, которое истец полагает общим имуществом супругов.

ФИО1 представлены доказательства того, что на момент регистрации брака с ФИО2 на данном счете на 25.12.2015 г. уже находились денежные средства в размере 3 005 678,28 руб. (т. 3 л.д. 77).

Кроме того, ФИО1 были представлены доказательства того, что 01.07.2015 г. им был заключен договор 

<

№> с ИП 

<

ФИО>12, по которому он на протяжении длительного времени получал от указанного индивидуального предпринимателя в счет исполнения оплаты выполненной им работы денежные средства всего в сумме 9 982 000 рублей. 

Доказательств иного, что на указанный счет в ПАО «Сбербанк России» на 01.08.2018 года были зачислены денежные средства, которые являлись доходом ИП ФИО1 по обязательствам, возникшим в период брака с ФИО2, не имеется.

Таким образом, с учетом равенства долей ФИО1 и ФИО2 в общем имуществе разделу между ними подлежат только имеющиеся в наличии квартира, расположенная по адресу: 

<

Адрес> и гараж площадью 16,4 кв.м., расположенный по адресу: 

<

Адрес>.

При оценке того, какое имущество должно быть передано каждой из сторон, суд исходит из следующего. 

Позиция обоих сторон заключается в том, что разделить указанное имущество в натуре не представляется возможным и не целесообразно.

ФИО2 просит передать это имущество ей, против чего ФИО1 фактически не возражает. При этом, в собственности ФИО1 имеются другие жилые помещения, в которых он может проживать. Жилой дом 

<

Адрес> оборудован гаражом, а у ФИО2 имеется автомобиль, приобретенный после расторжения брака, но не имеется помещения для хранения автомобиля. 

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что указанное спорное имущество подлежат передаче в собственность ФИО2 со взысканием с неё денежной компенсация 1/2 доли рыночной стоимости вышеуказанного имущества в размере 1 930 000 рублей.

С ФИО1 в пользу ФИО2 подлежит взысканию 1/2 доля рыночной стоимости транспортных средств- VolkswagenTouareg, государственный регистрационный знак 

<

Данные изъяты> и BMW 520D, государственный регистрационный знак 

<

Данные изъяты>, в общей сумме 1 741 927 рублей 80 копеек, а также 1/2 доля денежный средств, уплаченных ООО 

<

Данные изъяты> по договору 

<

№> участия в долевом строительстве объекта «Реконструкция существующего здания под комплекс апартаментов со встроенной автостоянкой и магазинами», расположенного по адресу: 

<

Адрес>, от 26.03.2018 г., в размере 2 683 000 рублей.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесённые по делу судебные расходы. В случае если иск удовлетворён частично, указанные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворённых судом исковых требований.

В силу ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Исходя из того, что ФИО2 при подаче иска была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, с ФИО1 подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета, пропорционально стоимости имущества, определенной судом. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 и встречные исковые требования ФИО2 удовлетворить частично. 

Признать доли ФИО1 и ФИО2 в общем имуществе супругов равными и разделить имущество, являющееся совместной собственностью, передав в собственность ФИО2: 

- жилое помещение- квартиру (кадастровый номер 

<

Данные изъяты>), расположенную по адресу: 

<

Адрес>, стоимостью 3 160 000 рублей;

- гараж (цокольный этаж) площадью 16,4 кв.м. (кадастровый номер 

<

Данные изъяты>), расположенный по адресу: 

<

Адрес>, стоимостью 700000 рублей.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию в размере 1/2 доли стоимости передаваемого имущества в сумме 1 930 000 рублей.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 1/2 долю рыночной стоимости транспортных средств- VolkswagenTouareg, государственный регистрационный знак 

<

Данные изъяты> и BMW 520D, государственный регистрационный знак 

<

Данные изъяты>, в общей сумме 1 741 927 рублей 80 копеек.

Взыскать с ФИО1 в пользу ФИО2 1/2 долю денежный средств, уплаченных ООО 

<

Данные изъяты> по договору 

<

№> участия в долевом строительстве объекта «Реконструкция существующего здания под комплекс апартаментов со встроенной автостоянкой и магазинами», расположенного по адресу: 

<

Адрес>, от 26.03.2018 г., в размере 2 683 000 рублей. 

В остальной части в удовлетворении исковых требований ФИО2 отказать.

Взыскать с ФИО1 в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 29503 рубля 74 копейки. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Калининградский областной суд через Светлогорский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение суда изготовлено 03 ноября 2020 года. 

Судья М.В. Аниськов