Дело № 2-2526/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

11 сентября 2018 года город Барнаул

Железнодорожный районный суд города Барнаула Алтайского края в составе:

председательствующего Ильиной Ю.В.,

при секретаре Беленинове М.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 к ФИО5 о возмещении вреда, причиненного преступлением 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО5 о возмещении вреда, причиненного преступлением, в размере 34 041,73 рублей, указывая на то, что в результате совершенного директором КПКГ «ДПА» и КПК «ДПА» преступления ей причинен имущественный вред в сумме 34 041,73 рублей.

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО5 о возмещении вреда, причиненного преступлением, в размере 22 544,11 рублей, указывая на то, что в результате совершенного директором КПКГ «ДПА» и КПК «ДПА» преступления ей причинен имущественный вред в сумме 22 544,11 рублей.

ФИО3 обратился в суд с иском к ФИО5 о возмещении вреда, причиненного преступлением, в размере 315 661,42 рублей, указывая на то, что в результате совершенного директором КПКГ «ДПА» и КПК «ДПА» преступления ему причинен имущественный вред в сумме 315 661,42 рублей.

ФИО4 обратилась в суд с иском к ФИО5 о возмещении вреда, причиненного преступлением, в размере 82 666,76 рублей, указывая на то, что в результате совершенного директором КПКГ «ДПА» и КПК «ДПА» преступления ей причинен имущественный вред в сумме 82 666,76 рублей.

Определением суда от 04.09.2018 исковые заявления объединены в одно производство.

В судебное заседание истцы ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, просили рассмотреть дело в их отсутствие.

В судебном заседании представитель истца ФИО2 по доверенности – ФИО6 исковые требования поддержал в полном объеме, пояснил что никакие денежные средства ФИО2 не возвращены.

Судом было удовлетворено ходатайство ответчика о рассмотрении дела с его участием посредством видеоконференцсвязи.

Согласно ст. 155.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при наличии в судах технической возможности осуществления видео-конференц-связи лица, участвующие в деле, их представители, а также свидетели, эксперты, специалисты, переводчики могут участвовать в судебном заседании путем использования систем видео-конференц-связи при условии заявления ими ходатайства об этом или по инициативе суда. Об участии указанных лиц в судебном заседании путем использования систем видео-конференц-связи суд выносит определение (ч. 1); для обеспечения участия в деле лиц, находящихся в местах содержания под стражей или в местах отбывания лишения свободы, могут использоваться системы видео-конференц-связи данных учреждений (ч. 2); в случае, если для обеспечения участия в деле лиц, находящихся в местах содержания под стражей или в местах отбывания лишения свободы, используются системы видео-конференц-связи этих учреждений, получение подписки у данных лиц о разъяснении им судом, рассматривающим дело, прав и обязанностей и предупреждении об ответственности за их нарушение осуществляется при техническом содействии администрации этих учреждений (ч. 4).

Вместе с тем, участие ФИО5, отбывающего наказание в ФКУ ЛИУ-1 УФСИН России по Алтайскому краю, в судебном заседании с использованием системы видеоконференц-связи не представилось возможным по техническим причинам (отсутствие звука, изображения).

В силу п. 1 ст. 155.1 ГПК РФ лица, участвующие в деле, их представители могут участвовать в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи лишь при наличии в судах технической возможности осуществления видеоконференц-связи.

Таким образом, участие ответчика в судебном заседании 11.09.2018 при помощи систем видеоконференц-связи было обеспечено, однако, по техническим причинам в день рассмотрения дела видеоконференц-связь не состоялась.

Также, суд учитывает, что от ответчика ФИО5 поступили письменные возражения на исковые заявления ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО7 

При указанных обстоятельствах, учитывая, что суд предпринял все предусмотренные процессуальным законом меры к надлежащему рассмотрению дела с участием ответчика, ответчик распорядился своими процессуальными правами, в связи с чем, судом соблюдены положения п.1 ст. 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод о правах, гарантирующие справедливое разбирательство.

Не установлено оснований для отложения слушания дела на другую дату для изыскания возможности организации видеоконференц-связи с учетом сроков производства по делам в суде, и объема имеющихся по делу доказательств. 

Право лица, осужденного к лишению свободы, в случае его участия в качестве стороны в гражданском деле, довести до суда свою позицию может быть реализовано не только посредством личного участия, что подтверждается правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Определении от 21.11.2013 N 1852-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина С.Э. на нарушение его конституционных прав статьей 167 ГПК РФ".

Судом ответчику разъяснено право на ведение дела через представителя, право давать объяснения суду, в том числе в письменной форме, путем направления в адрес суда письменного обоснования своей позиции по делу.

Статья 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года прямо не предусматривает право на рассмотрение дела только в личном присутствии. В связи с неуголовными делами не существует абсолютного права лица присутствовать на слушании, кроме ограниченной категории дел, когда, например, личный характер и образ жизни данного лица имеют непосредственное отношение к предмету спора или если решение касается поведения человека, что подтверждается правовой позицией Европейского Суда Решение от 2 февраля 2010 г. по делу "Кабве и Чунгу против Соединенного Королевства" (Kabwe and Chungu v. United Kingdom), жалобы N 29647/08 и 33269/08)

Суд в силу положений ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Выслушав представителя истца ФИО2 – ФИО6, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Как установлено приговором Железнодорожного районного суда г. Барнаула от 28.12.2017, В 2003 году, но не позднее 18.02.2003 г., у ФИО5, преследующего корыстные цели, возник преступный умысел, направленный на хищение чужого имущества, а именно, денежных средств неопределенного круга лиц, путем обмана и злоупотребления доверием, в особо крупном размере, с причинением гражданам материального ущерба.

реализуя свой преступный умысел, ФИО5, с использованием своего служебного положения, в период с 2003 г. по 2011 г., организовал на территории г. Барнаула, деятельность, по принципу «финансовой пирамиды», двух Кооперативов: КПКГ «ДПА» и КПК «ДПА», обеспечив стабильность хищения им денег неопределенного круга лиц, в особо крупном размере, с причинением имущественного ущерба гражданам, и похитил деньги пайщиков КПКГ «ДПА» и КПК «ДПА», путем их обмана и злоупотребления доверием.

26.02.2010 г. ФИО1, из средств массовой информации, узнала, что кооператив «ДПА» принимает от граждан вклады под высокий процент и выдает займы.

Не позднее 26.02.2010 г., в период времени с 9 часов до 17 часов, ФИО1 пришла в офис кооператива «ДПА», расположенный по адресу: 

<

адрес>, с тем, чтобы получить дополнительную информацию о порядке размещения вклада и получения компенсации, где ФИО5, имея умысел на хищение денег граждан путем обмана и злоупотребления доверием, сообщил ФИО1 заведомо ложные для нее сведения, о том, что кооператив «ДПА» гарантирует возвратность вклада и выплату высокой денежной компенсации за пользование личными сбережениями, а также о финансовой стабильности и надежности кооператива «ДПА», с тем, чтобы побудить ФИО1 внести деньги в кассу кооператива «ДПА» и в дальнейшем похитить их. 

26.02.2010 г., в период времени с 9 часов до 17 часов, ФИО1, находясь в офисе кооператива «ДПА», расположенном по адресу: 

<

адрес>, будучи не осведомленной, о преступных намерениях ФИО5, находясь под воздействием обмана с его стороны, для вступления в кооператив «ДПА», внесла в кассу кооператива, вступительный и паевой взносы, в общей сумме 300 руб., и заключила с КПК «ДПА», в лице директора ФИО5, договор № о передаче личных сбережений пайщика в КПК от 26.02.2010 г., на сумму 20000 руб., сроком на 12 месяцев, с начислением компенсации в 32 % годовых, подписала его, и внесла в кассу кооператива «ДПА», расположенную по адресу: 

<

адрес>, принадлежавшие ей деньги, в сумме 20000 руб. Неустановленный работник кооператива «ДПА», действуя согласно установленному ФИО5 порядку, заполнил и выдал ФИО1 книжку пайщика №, в которой отразил в графах, поступление от нее денег, с целью придания видимости деятельности кооператива. 

18.06.2010 г., в период времени с 9 часов до 17 часов, ФИО1, находясь в офисе кооператива «ДПА», расположенном по адресу: 

<

адрес>, будучи не осведомленной, о преступных намерениях ФИО5, находясь под воздействием обмана с его стороны, заключила с КПК «ДПА», в лице директора ФИО5, договор о передаче личных сбережений пайщика в КПК, № от 18.06.2010 г., на сумму 20000 руб., сроком на 12 месяцев, с начислением компенсации, подписала его, и внесла в кассу кооператива «ДПА», принадлежавшие ей деньги, в сумме 20000 руб. 

11.10.2010 г., ФИО1, находясь в офисе кооператива «ДПА», по адресу: 

<

адрес>, попросила, неустановленного работника кооператива «ДПА», исчислить и сумму компенсаций по договорам: № от 18.06.2010 г. и № от 26.02.2010 г. В этот же день, в вышеуказанное время, по вышеуказанному адресу, с целью придания видимости деятельности кооператива, а также для создания его положительной репутации, как стабильно функционирующей организации, привлечения новых вкладчиков, и получения дополнительного времени, для беспрепятственного хищения ФИО5, как можно большего количества денег, неустановленный работник кооператива «ДПА», действуя по устным распоряжениям ФИО5, будучи не осведомленным, о его преступных намерениях, по договору № от 18.06.2010 г., исчислил компенсацию, в сумме 1072,61 руб. (за вычетом НДФЛ), затем, неустановленный работник кооператива «ДПА» по договору № от 26.02.2010 г., исчислил компенсацию, в сумме 3203,52 руб. (за вычетом НДФЛ), и предложил ФИО1 сумму начисленной компенсации, включить во вклад, чтобы приумножить сумму вклада. ФИО1, введенная в заблуждение, относительно платежеспособности кооператива «ДПА», считая, что ее деньги, которые она вкладывала в кооператив, находятся в сохранности и приумножаются, согласилась внести часть суммы из начисленной ей компенсации во вклад по договору № от 18.06.2010 г. – 4000 руб., а часть суммы из начисленной ей компенсации – 76,13 руб., получить на руки. Согласно преступному замыслу ФИО5, неустановленный работник кооператива «ДПА», действуя по его устным распоряжениям, будучи не осведомленным, о его преступных намерениях, 11.10.2010 г., выписал РКО, на сумму компенсации по договору № от 18.06.2010 г. - 1072,61 руб., а также на сумму компенсации по договору № от 26.02.2010 г., в сумме 3203,52 руб., которые были заполнен ФИО1 в графе «Получил». Далее, неустановленный работник кооператива «ДПА» самостоятельно исчислил и удержал в кассу кооператива «ДПА», из суммы компенсации, обязательные взносы: взнос в фонд членский и взнос в фонд резервный, на общую сумму 200 руб. В этот же день, в вышеуказанный период времени, ФИО1 получила из кассы кооператива «ДПА» по адресу: 

<

адрес>, деньги, в сумме 76,13 руб. На сумму взносов – 200 руб., а также, на оставшуюся часть суммы начисленной компенсации, – 4000 руб., неустановленный работник кооператива «ДПА», выписал и выдал ФИО1 квитанции к ПКО, однако, фактически, ФИО1, в этот день, принадлежавшие ей деньги, в кассу кооператива «ДПА», не вносила, а из кассы кооператива «ДПА» деньги, указанные в РКО, ФИО1 не выдавались, а ей были выданы деньги, лишь в сумме 76,13 руб. При совершении операций по вкладу, неустановленным работником кооператива «ДПА», бухгалтерские операции по возврату и поступлению денег из кассы и в кассу кооператива «ДПА», были проведены без, фактической, передачи денег, в суммах, указанных в РКО, и ПКО.

23.11.2010 г., ФИО1, находясь в офисе кооператива «ДПА», по адресу: 

<

адрес>, попросила, неустановленного работника кооператива «ДПА», исчислить и выдать ей сумму компенсации по договорам: № от 18.06.2010 г. и № от 26.02.2010 г. В этот же день, в вышеуказанное время, по вышеуказанному адресу, с целью придания видимости деятельности кооператива, а также для создания его положительной репутации, как стабильно функционирующей организации, привлечения новых вкладчиков, и получения дополнительного времени, для беспрепятственного хищения ФИО5, как можно большего количества денег, неустановленный работник кооператива «ДПА», действуя по устным распоряжениям ФИО5, будучи не осведомленным, о его преступных намерениях, исчислил по договору № от 18.06.2010 г. компенсацию, в сумме 798,49 руб. (за вычетом НДФЛ), затем, неустановленный работник кооператива «ДПА» исчислил по договору № от 26.02.2010 г. компенсацию, в сумме 457,65 руб. (за вычетом НДФЛ), и на указанную сумму выписал РКО, который был заполнен ФИО1 в графе «Получил». Однако, фактически, ФИО1 из кассы кооператива «ДПА», были выданы деньги, в сумме 1182,14 руб., так как, неустановленный работник кооператива «ДПА» исчислил и удержал в кассу кооператива «ДПА», из суммы компенсации, обязательные взносы: взнос в фонд членский и взнос в фонд резервный, на общую сумму 74 руб.

17.06.2011 г., в период времени с 9 часов до 17 часов, ФИО1 пришла в офис кооператива «ДПА» по адресу: 

<

адрес>, где потребовал возврат своих личных сбережений по договорам № от 18.06.2010 г. и № от 26.02.2010 г. ФИО5, который в это время находился в офисе кооператива «ДПА», по вышеуказанному адресу, преследуя корыстные цели, понимая, что в кооперативе «ДПА» деньги для удовлетворения обязательств перед всеми вкладчиками отсутствуют, желая скрыть данный факт, с целью привлечения новых вкладчиков, и получения дополнительного времени, для беспрепятственного хищения, как можно большего количества денег, пояснил, что на момент обращения ФИО1, необходимая ей сумма денег, в кассе кооператива «ДПА» отсутствует, гарантируя возврат всех личных сбережений и компенсации по ним, в августе 2011 года. Однако ФИО5 предложил ФИО1 получить 5000 руб. Та ответила согласием.

17.06.2011 г., в период времени с 9 часов до 17 часов, неустановленный работник кооператива «ДПА», действуя по устным распоряжениям ФИО5, выдал ФИО1, из кассы кооператива «ДПА» по адресу: 

<

адрес>, деньги, в сумме 5000 руб., с целью придания видимости деятельности кооператива и получения дополнительного времени, для беспрепятственного хищения, аналогичным образом, как можно большего количества денег.

При совершении операций по вкладам, неустановленный работник кооператива «ДПА», действуя согласно установленному ФИО5 порядку, делал соответствующую запись в книжку пайщика ФИО1, с целью придания деятельности кооператива, а также о финансовой стабильности и надежности кооператива «ДПА» и выполнения договорных обязательств по вышеуказанным договорам.

Всего, в период с 26.02.2010 г. до 17.06.2011 г., ФИО1, по договорам о передаче личных сбережений, внесла в кассу кооператива «ДПА» наличные деньги, в сумме 40300 руб., из которых для создания положительной репутации кооператива, как стабильно функционирующей организации и привлечения новых вкладчиков, ФИО1 было возвращено, в качестве компенсации за пользование личными сбережениями и возврата личных сбережений 6258,27 руб.

Таким образом, ФИО5, путем обмана и злоупотребления доверием, похитил деньги, принадлежащие ФИО1, на общую сумму 34 041,73 руб., и впоследствии распорядился похищенным по своему усмотрению, причинив ФИО1 материальный ущерб. 

27.05.2008 г. ФИО2, из средств массовой информации, узнала, что КПК «ДПА» принимает от граждан вклады под высокий процент и выдает займы.

Не позднее 27.05.2008 г., в период времени с 9 часов до 17 часов, ФИО2 пришла в офис КПК «ДПА», расположенный по адресу: 

<

адрес>, с тем, чтобы получить дополнительную информацию о порядке размещения вклада и получения компенсации, где, неустановленный работник КПК «ДПА», действуя в строгом соответствии с распоряжением ФИО5, сообщил ФИО2 заведомо ложные для нее сведения, о том, что КПК «ДПА» гарантирует возвратность вклада и выплату высокой денежной компенсации за пользование личными сбережениями, а также о финансовой стабильности и надежности КПК «ДПА», с тем, чтобы побудить ФИО2 внести деньги в кассу КПК «ДПА» и в дальнейшем похитить их. 

27.05.2008 г. ФИО2, поверив полученной информации, считая ее достоверной, находясь под влиянием обмана, в период времени с 9 часов до 17 часов, находясь в офисе КПК «ДПА», расположенном по адресу: 

<

адрес>, будучи не осведомленной, о преступных намерениях ФИО5, находясь под воздействием обмана с его стороны, для вступления в КПК «ДПА», внесла в кассу кооператива, вступительный и паевой взносы, в общей сумме 300 руб., и заключила с КПК «ДПА», в лице директора ФИО5, договор № 67 о передаче личных сбережений пайщика в КПК от 27.05.2008 г., на сумму 19 500 руб., сроком на 12 месяцев, с начислением компенсации в 21 % годовых, подписала его, и внесла в кассу КПК «ДПА», расположенную по адресу: 

<

адрес>, принадлежавшие ей деньги, в сумме 19500 руб. Неустановленный работник КПК «ДПА», действуя согласно установленному ФИО5 порядку, заполнил и выдал ФИО2 книжку пайщика №, в которой отразил в графах, поступление от нее денег, с целью придания видимости деятельности кооператива. 

21.06.2008 г., в период времени с 9 часов до 17 часов, ФИО2, находясь в офисе КПК «ДПА», расположенном по адресу: 

<

адрес>, будучи не осведомленной, о преступных намерениях ФИО5, находясь под воздействием обмана с его стороны, заключила с КПК «ДПА», в лице директора ФИО5, договор о передаче личных сбережений пайщика в КПК № от 21.06.2008 г., на сумму 100000 руб., сроком на 12 месяцев, с начислением компенсации в 33 % годовых, подписав его, и находясь под влиянием обмана, полагая, что деньги, переданные ею в КПКГ «ДПА», находятся в сохранности и приумножаются, внесла в кассу КПК «ДПА», расположенную по адресу: 

<

адрес>, принадлежавшие ей деньги, в сумме 100000 руб. 

02.07.2009 г., ФИО2, находясь в офисе КПК «ДПА», по адресу: 

<

адрес>, попросила, неустановленного работника КПК «ДПА», исчислить и выдать ей сумму компенсации по договорам: № от 21.06.2008 г. и № от 27.05.2008 г. В этот же день, в вышеуказанное время, по вышеуказанному адресу, с целью придания видимости деятельности кооператива, а также для создания его положительной репутации, как стабильно функционирующей организации, привлечения новых вкладчиков, и получения дополнительного времени, для беспрепятственного хищения ФИО5, как можно большего количества денег, неустановленный работник КПК «ДПА», действуя по устным распоряжениям ФИО5, будучи не осведомленным, о его преступных намерениях, исчислил компенсацию по договору № от 21.06.2008 г., в сумме 28316,73 руб. (за вычетом НДФЛ), затем исчислил компенсацию по договору № от 27.05.2008 г., в сумме 3806,72 руб. (за вычетом НДФЛ), и, на указанную сумму, выписал РКО, который был заполнен ФИО2 в графе «Получил». Однако, фактически, неустановленный работник КПКГ «ДПА», действуя по устным распоряжениям ФИО5, будучи неосведомленным, о его преступных намерениях, с целью придания видимости деятельности кооператива, а также для создания его положительной репутации, как стабильно функционирующей организации, привлечения новых вкладчиков, и получения дополнительного времени, для беспрепятственного хищения ФИО5, как можно большего количества денег, выдал ФИО2 из кассы КПК «ДПА» деньги, в сумме 30928,45 руб., так как, неустановленный работник КПК «ДПА» исчислил и удержал в кассу КПК «ДПА», из суммы компенсации, обязательный взнос в фонд членский, в сумме 1195 руб.

15.07.2009 г., в период времени с 09 часов до 17 часов, неустановленный работник КПКГ «ДПА», действуя по устным распоряжениям ФИО5, будучи неосведомленным, о его преступных намерениях, с целью придания видимости деятельности кооператива, а также для создания его положительной репутации, как стабильно функционирующей организации, привлечения новых вкладчиков, и получения дополнительного времени, для беспрепятственного хищения ФИО5, как можно большего количества денег, выдал ФИО2 из кассы КПК «ДПА» по адресу: 

<

адрес>, деньги в общей сумму 10000 руб. 

08.09.2009 г., ФИО2, находясь в офисе КПК «ДПА», по адресу: 

<

адрес>, попросила, неустановленного работника КПК «ДПА», исчислить ей сумму компенсации по договорам: № от 21.06.2008 г. и № от 27.05.2008 г. В этот же день, в вышеуказанное время, по вышеуказанному адресу, с целью придания видимости деятельности кооператива, а также для создания его положительной репутации, как стабильно функционирующей организации, привлечения новых вкладчиков, и получения дополнительного времени, для беспрепятственного хищения ФИО5, как можно большего количества денег, неустановленный работник КПК «ДПА», действуя по устным распоряжениям ФИО5, будучи не осведомленным, о его преступных намерениях, исчислил компенсацию по договору № от 27.05.2008 г., в сумме 495,79 руб. (за вычетом НДФЛ), и предложил ФИО2 сумму, начисленной компенсации, включить во вклад, чтобы приумножить сумму вклада и заключить новый договор, так как срок договоров № от 21.06.2008 г. и № от 27.05.2008 г., истек. ФИО2, введенная в заблуждение, относительно платежеспособности КПК «ДПА», считая, что ее деньги, которые она вкладывала в кооператив, находятся в сохранности и приумножаются, согласилась заключить договор на сумму 50000 руб., а остальные деньги решила получить на руки. Согласно преступному замыслу ФИО5, неустановленный работник КПК «ДПА», действуя по его устным распоряжениям, будучи не осведомленным, о его преступных намерениях, 08.09.2009 г., выписал РКО, на сумму компенсации по договору № от 27.05.2008 г. – 495,79 руб., на сумму вклада по договору № от 27.05.2008 г. – 9500 руб., на сумму вклада по договору № от 21.06.2008 г. – 70000 руб. которые были заполнены ФИО2 в графе «Получил». Далее, неустановленный работник КПК «ДПА» самостоятельно исчислил и удержал в кассу КПК «ДПА», из суммы компенсации, обязательный взнос в фонд членский, в сумме 18 руб. В этот же день, в вышеуказанный период времени, неустановленный работник КПКГ «ДПА», действуя по устным распоряжениям ФИО5, будучи неосведомленным, о его преступных намерениях, с целью придания видимости деятельности кооператива, а также для создания его положительной репутации, как стабильно функционирующей организации, привлечения новых вкладчиков, и получения дополнительного времени, для беспрепятственного хищения ФИО5, как можно большего количества денег, выдал ФИО2 из кассы КПК «ДПА» деньги, в сумме 38922,44 руб. На сумму взноса – 18 руб., а также на сумму вклада – 50000 руб., неустановленный работник КПК «ДПА», выписал и выдал ФИО2 квитанции к ПКО, однако, фактически, ФИО2 из кассы КПК «ДПА» деньги, указанные в РКО, не выдавались, и в кассу КПК «ДПА» никакие деньги не вносились. При совершении операций по вкладу, неустановленным работником КПК «ДПА», бухгалтерские операции по возврату и поступлению денег из кассы и в кассу КПК «ДПА», были проведены без, фактической, передачи денег, в суммах, указанных в РКО, и ПКО.

08.09.2009 г., в период времени с 9 часов до 17 часов, ФИО2, находясь в офисе КПК «ДПА», расположенном по адресу: 

<

адрес>, будучи не осведомленной, о преступных намерениях ФИО5, находясь под влиянием обмана с его стороны, заключила с КПК «ДПА», в лице директора ФИО5, договор о передаче личных сбережений пайщика в КПК № от 08.09.2009 г., на сумму 50000 руб., сроком на 12 месяцев, с начислением компенсации в 30 % годовых, подписав его. Хотя, фактически, ФИО2 никакие деньги в кассу КПК «ДПА» не вносила.

23.01.2010 г., в период времени с 09 часов до 17 часов, ФИО2 пришла в офис КПК «ДПА» по адресу: 

<

адрес>, где стала потребовать возврат своих личных сбережений по договору № от 08.09.2009 г., а также начисленной компенсации. ФИО5, который в это время находился в офисе КПК «ДПА» преследуя корыстные цели, понимая, что в КПК «ДПА» деньги для удовлетворения обязательств перед пайщиками КПК «ДПА» отсутствуют, желая скрыть данный факт, с целью привлечения новых вкладчиков, и получения дополнительного времени, для беспрепятственного хищения, как можно большего количества денег, пояснил, что компенсация по вышеуказанным договорам далее будет начисляться, таким образом сумма вклада будет увеличиваться, но в настоящее время в кассе КПК «ДПА» имеются деньги только на выдачу займов и для удовлетворения финансовых потребностей ФИО2 ФИО5 предложил ей оформить и получить заем в сумме 10240 руб., сроком на 1 месяц, а сумму, полученного займа, погасить за счет личных сбережений ФИО2, вложенных ею ранее в КПК «ДПА», в качестве вклада. ФИО2, доверяя ФИО5, как руководителю КПК «ДПА», на его предложение, согласилась, так как тот в дальнейшем гарантировал ей выплату ее личных сбережений, а также начисленной компенсации, по договору № от 08.09.2009 г. заключенным между ФИО2 и КПК «ДПА», в лице директора ФИО5 В этот же день, неустановленный работник КПК «ДПА», действуя по устным распоряжениям ФИО5, будучи не осведомленным, о его преступных намерениях, подготовил договор займа № от 23.01.2010 г. о выдаче займа из КПК «ДПА», в лице директора ФИО5 ФИО2 в сумме 10240 руб., сроком на 1 месяц, который ФИО5 и ФИО2 подписали. В этот же день, то есть 23.01.2010 г., ФИО2 из кассы КПК «ДПА», были выданы деньги, в сумме 10240 руб., а в книжке пайщика ФИО2 была сделана запись о выдаче займа и о его погашении.

26.02.2010 г., ФИО2 пришла в офис КПК «ДПА» по адресу: 

<

адрес>, где стала потребовать возврат своих личных сбережений по договору № от 08.09.2009 г., а также начисленной компенсации. ФИО5, который в это время находился в офисе КПК «ДПА» преследуя корыстные цели, понимая, что в КПК «ДПА» деньги для удовлетворения обязательств перед пайщиками КПК «ДПА» отсутствуют, желая скрыть данный факт, с целью привлечения новых вкладчиков, и получения дополнительного времени, для беспрепятственного хищения, как можно большего количества денег, пояснил, что компенсация по вышеуказанным договорам далее будет начисляться, таким образом сумма вклада будет увеличиваться, но в настоящее время в кассе КПК «ДПА» имеются деньги только на выдачу займов и для удовлетворения финансовых потребностей ФИО2 ФИО5 предложил ей оформить и получить заем в сумме 7165 руб., сроком на 1 месяц, а сумму, полученного займа, погасить за счет личных сбережений ФИО2, вложенных ею ранее в КПК «ДПА» в качестве вклада. ФИО2, доверяя ФИО5, как руководителю КПК «ДПА», на его предложение, согласилась, так как тот в дальнейшем гарантировал ей выплату ее личных сбережений, а также начисленной компенсации, по договору № от 08.09.2009 г. заключенным между ФИО2 и КПК «ДПА», в лице директора ФИО5 В этот же день, неустановленный работник КПК «ДПА», действуя по устным распоряжениям ФИО5, будучи не осведомленным, о его преступных намерениях, подготовил договор займа № от 26.02.2010 г. о выдаче займа из КПК «ДПА», в лице директора ФИО5, ФИО2 в сумме 7165 руб., сроком на 1 месяц, который ФИО5 и ФИО2 подписали. В этот же день, то есть 26.02.2010 г., ФИО2 из кассы КПК «ДПА», были выданы деньги, в сумме 7165 руб., а в книжке пайщика ФИО2 была сделана запись о выдаче займа и о его погашении.

По факту выдачи и приема денег от ФИО2, неустановленный работник КПК «ДПА», в день такой операции, делал соответствующую запись в книжке пайщика ФИО2, с целью придания видимости деятельности кооператива и выполнения договорных обязательств по вышеуказанному договору.

Всего, в период с 27.05.2008 г. до 20.11.2010 г., ФИО2, по договорам о передаче личных сбережений, внесла в кассу КПК «ДПА» наличные деньги, в сумме 119800 руб., из которых для создания положительной репутации кооператива, как стабильно функционирующей организации и привлечения новых вкладчиков, ФИО2 было возвращено, в качестве компенсации за пользование личными сбережениями и возврата личных сбережений 97255,89 руб.

Таким образом, ФИО5, путем обмана и злоупотребления доверием, похитил деньги, принадлежащие ФИО2, на общую сумму 22 544,11 руб., и впоследствии распорядился похищенным по своему усмотрению, причинив ФИО2 материальный ущерб.

13.07.2004 г., ФИО3, из средств массовой информации, узнал, что КПКГ «ДПА» принимает от граждан вклады под высокий процент и выдает займы.

13.07.2004 г., ФИО3 пришел в офис КПКГ «ДПА», расположенный по адресу: 

<

адрес>, с тем, чтобы получить дополнительную информацию о порядке размещения вклада и получения компенсации, где неустановленный работник КПКГ «ДПА», согласно преступному замыслу ФИО5, действуя по его устным распоряжениям, будучи неосведомленным, о преступных намерениях ФИО5, должен был заинтересовать ФИО3 внести, в качестве вклада, в КПКГ «ДПА» имеющиеся у него личные сбережения. С этой целью, неустановленный работник КПКГ «ДПА» сообщил ФИО3, что КПКГ «ДПА» гарантирует возвратность вклада и выплату высокой денежной компенсации за пользование личными сбережениями, а также, о финансовой стабильности и надежности КПКГ «ДПА», с тем, чтобы побудить ФИО3 внести деньги в кассу КПКГ «ДПА» и обеспечить их беспрепятственное хищение ФИО5

13.07.2004 г., ФИО3, находясь в офисе КПКГ «ДПА», расположенном по адресу: 

<

адрес>, будучи неосведомленным, о преступных намерениях ФИО5, находясь под воздействием обмана с его стороны, для вступления в КПКГ «ДПА», внес в кассу кооператива, вступительный и паевой взносы, в общей сумме 300 рублей, и заключил с КПКГ «ДПА», в лице директора ФИО5, договор № о передаче личных сбережений пайщика в КПКГ от 13.07.2004 г., на сумму100000 руб., сроком на 12 месяцев, с начислением компенсации в 33 % годовых, подписал его, и внес в кассу КПКГ «ДПА», расположенную по адресу: 

<

адрес>, принадлежащие ему деньги, в сумме 100000 руб. Неустановленный работник КПКГ «ДПА», действуя согласно установленному ФИО5 порядку, заполнил и выдал ФИО3 книжку пайщика №, в которой отразил в графах, поступление от него денег, с целью придания видимости деятельности кооператива. 

14.07.2005 г., ФИО3, находясь в офисе КПКГ «ДПА», по адресу: 

<

адрес>, попросил неустановленного работника КПКГ «ДПА», исчислить сумму компенсации по договору № от 13.07.2004 г. В этот же день, в вышеуказанное время, по вышеуказанному адресу, с целью придания видимости деятельности кооператива, а также для создания его положительной репутации, как стабильно функционирующей организации, привлечения новых вкладчиков, и получения дополнительного времени для беспрепятственного хищения ФИО5, как можно большего количества денег, неустановленный работник КПКГ «ДПА», действуя по устным распоряжениям ФИО5, будучи неосведомленным, о его преступных намерениях, исчислил компенсацию, в сумме 28788 руб. (за вычетом НДФЛ), и предложил ФИО3 сумму, начисленной компенсации, включить во вклад, чтобы приумножить сумму вклада и заключить новый договор, так как срок договора № от 13.07.2004 г., истек. ФИО3, введенный в заблуждение, относительно платежеспособности КПКГ «ДПА», считая, что его деньги, которые он вкладывал в кооператив, находятся в сохранности и приумножаются, согласился внести сумму, начисленной компенсации, во вклад, заключить новый договор, а также дополнительно внести личные сбережения, чтобы увеличить сумму вклада. Неустановленный работник КПКГ «ДПА», действуя по устным распоряжениям ФИО5, будучи неосведомленным, о его преступных намерениях, 14.07.2005 г., выписал расходные кассовые ордера, на сумму компенсации – 28788 руб. и на сумму вклада – 100000 руб., которые были заполнены ФИО3 в графе «Получил». Далее, неустановленный работник КПКГ «ДПА» самостоятельно исчислил и удержал в кассу КПКГ «ДПА», из суммы компенсации, обязательный взнос в фонд членский, в сумме 1003 руб. В этот же день, в вышеуказанный период времени, ФИО3, с целью увеличения суммы вклада, внес в кассу КПКГ «ДПА» по адресу: 

<

адрес>, принадлежащие ему деньги, в сумме 22215 руб. На сумму взноса – 1003 руб., а также, на сумму вклада, с учетом, начисленной компенсации – 150000 руб., неустановленный работник КПКГ «ДПА», выписал и выдал ФИО3 квитанции к ПКО, однако, фактически, ФИО3 из кассы КПКГ «ДПА» деньги, указанные в РКО, не выдавались, и им в кассу КПКГ «ДПА» вносились деньги, лишь, в сумме 22 215 руб. При совершении операций по вкладам, неустановленными работниками КПКГ «ДПА», бухгалтерские операции по возврату и поступлению денег из кассы и в кассу КПКГ «ДПА», были проведены без, фактической, передачи денег, в суммах, указанных в РКО и ПКО.

14.07.2005 г., ФИО3, находясь в офисе КПКГ «ДПА», расположенном по адресу: 

<

адрес>, будучи неосведомленным, о преступных намерениях ФИО5, находясь под влиянием обмана с его стороны, заключил с КПКГ «ДПА», в лице директора ФИО5, договор о передаче личных сбережений пайщика в КПКГ № от 14.07.2005 г., на сумму 150000 руб., сроком на 12 месяцев, с начислением компенсации в 33 % годовых, подписав его. Хотя, фактически, ФИО3 деньги, в такой сумме, в кассу КПКГ «ДПА» не вносил, а внес 22215 руб.

18.07.2006 г., ФИО3, находясь в офисе КПКГ «ДПА», по адресу: 

<

...>, попросил неустановленного работника КПКГ «ДПА», исчислить сумму компенсации по договору № от 14.07.2005 г. В этот же день, в вышеуказанное время, по вышеуказанному адресу, с целью придания видимости деятельности кооператива, а также для создания его положительной репутации, как стабильно функционирующей организации, привлечения новых вкладчиков, и получения дополнительного времени для беспрепятственного хищения ФИО5, как можно большего количества денег, неустановленный работник КПКГ «ДПА», действуя по устным распоряжениям ФИО5, будучи неосведомленным, о его преступных намерениях, исчислил компенсацию, в сумме 43536,95 руб. (за вычетом НДФЛ), и предложил ФИО3 сумму, начисленной компенсации, включить во вклад, чтобы приумножить сумму вклада и заключить новый договор, так как срок договора № от 14.07.2005 г., истек. ФИО3, введенный в заблуждение, относительно платежеспособности КПКГ «ДПА», считая, что его деньги, которые он вкладывал в кооператив, находятся в сохранности и приумножаются, согласился внести сумму, начисленной компенсации, во вклад, заключить новый договор, а также дополнительно внести личные сбережения, чтобы округлить сумму вклада. Неустановленный работник КПКГ «ДПА», действуя по устным распоряжениям ФИО5, будучи неосведомленным, о его преступных намерениях, 18.07.2006 г., выписал расходные кассовые ордера, на сумму компенсации – 43536,95 руб. и на сумму вклада – 150000 руб., которые были заполнены ФИО3 в графе «Получил». Далее, неустановленный работник КПКГ «ДПА» самостоятельно исчислил и удержал в кассу КПКГ «ДПА», из суммы компенсации, обязательный взнос в фонд членский, в сумме 1516 руб. В этот же день, в вышеуказанный период времени, ФИО3, с целью увеличения суммы вклада, внес в кассу КПКГ «ДПА» по адресу: 

<

адрес>, принадлежащие ему деньги, в сумме 7979,05 руб. На сумму взноса – 1516 руб., а также, на сумму вклада, с учетом, начисленной компенсации и дополнительно внесенных ФИО3 личных сбережений – 200000 руб., неустановленный работник КПКГ «ДПА», выписал и выдал ФИО3 квитанции к ПКО, однако, фактически, ФИО3 из кассы КПКГ «ДПА» деньги, указанные в РКО, не выдавались, и им в кассу КПКГ «ДПА» вносились деньги, лишь, в сумме 7979,05 руб. При совершении операций по вкладам, неустановленными работниками КПКГ «ДПА», бухгалтерские операции по возврату и поступлению денег из кассы и в кассу КПКГ «ДПА», были проведены без, фактической, передачи денег, в суммах, указанных в РКО и ПКО.

18.07.2006 г., ФИО3, находясь в офисе КПКГ «ДПА», расположенном по адресу: 

<

адрес>, будучи неосведомленным, о преступных намерениях ФИО5, находясь под влиянием обмана с его стороны, заключил с КПКГ «ДПА», в лице директора ФИО5, договор о передаче личных сбережений пайщика в КПКГ № от 18.07.2006 г., на сумму 200000 руб., сроком на 12 месяцев, с начислением компенсации в 31 % годовых, подписав его. Хотя, фактически, ФИО3 деньги, в такой сумме, в кассу КПКГ «ДПА» не вносил, а внес 7979,05 руб.

19.07.2007 г., Ф.А.КБ., находясь в офисе КПКГ «ДПА», по адресу: 

<

адрес>, попросил неустановленного работника КПКГ «ДПА», исчислить сумму компенсации по договору № от 18.07.2006 г. В этот же день, в вышеуказанное время, по вышеуказанному адресу, с целью придания видимости деятельности кооператива, а также для создания его положительной репутации, как стабильно функционирующей организации, привлечения новых вкладчиков, и получения дополнительного времени для беспрепятственного хищения ФИО5, как можно большего количества денег, неустановленный работник КПКГ «ДПА», действуя по устным распоряжениям ФИО5, будучи неосведомленным, о его преступных намерениях, исчислил компенсацию, в сумме 54087,78 руб. (за вычетом НДФЛ), и предложил ФИО3 сумму, начисленной компенсации, включить во вклад, чтобы приумножить сумму вклада и заключить новый договор, так как срок договора № от 18.07.2006 г., истек. ФИО3, введенный в заблуждение, относительно платежеспособности КПКГ «ДПА», считая, что его деньги, которые он вкладывал в кооператив, находятся в сохранности и приумножаются, согласился внести сумму, начисленной компенсации, во вклад, заключить два новых договора, а также дополнительно внести личные сбережения. Неустановленный работник КПКГ «ДПА», действуя по устным распоряжениям ФИО5, будучи неосведомленным, о его преступных намерениях, 19.07.2007 г., выписал расходные кассовые ордера, на сумму компенсации – 54087,78 руб. и на сумму вклада – 200000 руб., которые были заполнены ФИО3 в графе «Получил». Далее, неустановленный работник КПКГ «ДПА» самостоятельно исчислил и удержал в кассу КПКГ «ДПА», из суммы компенсации, обязательный взнос в фонд членский, в сумме 2005,50 руб.

19.07.2007 г., ФИО3, находясь в офисе КПКГ «ДПА», расположенном по адресу: 

<

адрес>, будучи неосведомленным, о преступных намерениях ФИО5, находясь под влиянием обмана с его стороны, заключил с КПКГ «ДПА», в лице директора ФИО5, договор о передаче личных сбережений пайщика в КПКГ № от 19.07.2007 г., на сумму 200000 руб., сроком на 12 месяцев, с начислением компенсации в 33 % годовых, подписав его. Хотя, фактически, ФИО3 деньги, в такой сумме, в кассу КПКГ «ДПА» не вносил. Кроме того,19.07.2007 г., ФИО3, находясь в офисе КПКГ «ДПА», расположенном по адресу: 

<

адрес>, будучи неосведомленным, о преступных намерениях ФИО5, находясь под влиянием обмана с его стороны, заключил с КПКГ «ДПА», в лице директора ФИО5, договор о передаче личных сбережений пайщика в КПКГ № от 19.07.2007 г., на сумму 100082,28 руб., сроком на 3 месяца, с начислением компенсации в 13 % годовых, подписав его. Хотя, фактически, ФИО3 деньги, в такой сумме, в кассу КПКГ «ДПА» не вносил, а внес 48000 руб. В этот же день, в вышеуказанный период времени, ФИО3, с целью увеличения суммы вклада по договору № от 19.07.2007 г. внес в кассу КПКГ «ДПА» по адресу: 

<

адрес>, принадлежащие ему деньги, в сумме 48000 руб. На сумму взноса – 2005,50 руб., а также на сумму вкладов по договорам: № от 19.07.2007 г. – 200000 руб., и № от 19.07.2007 г. – 100082,28 руб., неустановленный работник КПКГ «ДПА», выписал и выдал ФИО3 квитанции к ПКО, однако, фактически, ФИО3 из кассы КПКГ «ДПА» деньги, указанные в РКО, не выдавались, и им в кассу КПКГ «ДПА» вносились деньги, лишь, в сумме 48000 руб. При совершении операций по вкладам, неустановленными работниками КПКГ «ДПА», бухгалтерские операции по возврату и поступлению денег из кассы и в кассу КПКГ «ДПА», были проведены без, фактической, передачи денег, в суммах, указанных в РКО и ПКО.

19.10.2007 г., ФИО3, находясь в офисе КПКГ «ДПА», по адресу: 

<

адрес>, попросил неустановленного работника КПКГ «ДПА», исчислить сумму компенсации по договору № от 19.07.2007 г. В этот же день, в вышеуказанное время, по вышеуказанному адресу, с целью придания видимости деятельности кооператива, а также для создания его положительной репутации, как стабильно функционирующей организации, привлечения новых вкладчиков, и получения дополнительного времени для беспрепятственного хищения ФИО5, как можно большего количества денег, неустановленный работник КПКГ «ДПА», действуя по устным распоряжениям ФИО5, будучи неосведомленным, о его преступных намерениях, исчислил компенсацию, в сумме 2853,09 руб. (за вычетом НДФЛ), и предложил ФИО3 сумму, начисленной компенсации, включить во вклад, чтобы приумножить сумму вклада и заключить новый договор, так как срок договора № от 19.07.2007 г., истек. ФИО3, введенный в заблуждение, относительно платежеспособности КПКГ «ДПА», считая, что его деньги, которые он вкладывал в кооператив, находятся в сохранности и приумножаются, согласился внести сумму, начисленной компенсации, во вклад, заключить новый договор, а также дополнительно внести личные сбережения, чтобы округлить сумму вклада. Неустановленный работник КПКГ «ДПА», действуя по устным распоряжениям ФИО5, будучи неосведомленным, о его преступных намерениях, 19.07.2007 г., выписал расходные кассовые ордера, на сумму компенсации – 2853,09 руб. и на сумму вклада – 100082,28 руб., которые были заполнены ФИО3 в графе «Получил». Далее, неустановленный работник КПКГ «ДПА» самостоятельно исчислил и удержал в кассу КПКГ «ДПА», из суммы компенсации, обязательный взнос в фонд членский, в сумме 252,26 руб. В этот же день, в вышеуказанный период времени, ФИО3, с целью увеличения суммы вклада, внес в кассу КПКГ «ДПА» по адресу: 

<

адрес>, принадлежащие ему деньги, в сумме 74316,89 руб. На сумму взноса – 252,26 руб., а также, на сумму вклада, с учетом, начисленной компенсации, и, дополнительно, внесенных ФИО3 личных сбережений – 177000 руб., неустановленный работник КПКГ «ДПА», выписал и выдал ФИО3 квитанции к ПКО, однако, фактически, ФИО3 из кассы КПКГ «ДПА» деньги, указанные в РКО, не выдавались, и им в кассу КПКГ «ДПА» вносились деньги, лишь, в сумме 74316,89 руб. При совершении операций по вкладам, неустановленными работниками КПКГ «ДПА», бухгалтерские операции по возврату и поступлению денег из кассы и в кассу КПКГ «ДПА», были проведены без, фактической, передачи денег, в суммах, указанных в РКО и ПКО.

19.10.2007 г., ФИО3, находясь в офисе КПКГ «ДПА», расположенном по адресу: 

<

адрес>, будучи неосведомленным, о преступных намерениях ФИО5, находясь под влиянием обмана с его стороны, заключил с КПКГ «ДПА», в лице директора ФИО5, договор о передаче личных сбережений пайщика в КПКГ № от 19.10.2007 г., на сумму 177000 руб., сроком на 6 месяцев, с начислением компенсации в 18 % годовых, подписав его. Хотя, фактически, ФИО3 деньги, в такой сумме, в кассу КПКГ «ДПА» не вносил, а внес 74316,89 руб.

21.04.2008 г., ФИО3, находясь в офисе КПКГ «ДПА», по адресу: 

<

адрес>, попросил неустановленного работника КПКГ «ДПА», исчислить компенсацию по договору № от 19.10.2007 г. В этот же день, в вышеуказанное время, по вышеуказанному адресу, с целью придания видимости деятельности кооператива, а также для создания его положительной репутации, как стабильно функционирующей организации, привлечения новых вкладчиков, и получения дополнительного времени для беспрепятственного хищения ФИО5, как можно большего количества денег, неустановленный работник КПКГ «ДПА», действуя по устным распоряжениям ФИО5, будучи неосведомленным, о его преступных намерениях, исчислил компенсацию, в сумме 14048,95 руб. (за вычетом НДФЛ), и предложил ФИО3 сумму, начисленной компенсации, включить во вклад, чтобы приумножить сумму вклада и заключить новый договор, так как срок договора № от 19.10.2007 г., истек. Неустановленный работник КПКГ «ДПА», действуя по устным распоряжениям ФИО5, будучи неосведомленным, о преступных намерениях ФИО5,21.04.2008 г., выписал расходные кассовые ордера, на сумму компенсации – 14048,95 руб. и на сумму вклада – 177000 руб., которые были заполнены ФИО3 в графе «Получил». Далее неустановленный работник КПКГ «ДПА» самостоятельно исчислил и удержал в кассу КПКГ «ДПА», из суммы компенсации, обязательный взнос в фонд членский, в сумме 895 руб. В этот же день, в вышеуказанный период времени, ФИО3 получил из кассы КПКГ «ДПА» по адресу: 

<

адрес>, деньги, в сумме 190153,95 руб. 

21.07.2008 г., ФИО3, находясь в офисе КПКГ «ДПА», по адресу: 

<

адрес>, попросил неустановленного работника КПКГ «ДПА», исчислить сумму компенсации по договору № от 19.07.2007 г. В этот же день, в вышеуказанное время, по вышеуказанному адресу, с целью придания видимости деятельности кооператива, а также для создания его положительной репутации, как стабильно функционирующей организации, привлечения новых вкладчиков, и получения дополнительного времени для беспрепятственного хищения ФИО5, как можно большего количества денег, неустановленный работник КПКГ «ДПА», действуя по устным распоряжениям ФИО5, будучи неосведомленным, о его преступных намерениях, исчислил компенсацию, в сумме 57891,94 руб. (за вычетом НДФЛ), и предложил ФИО3 сумму, начисленной компенсации, включить во вклад, чтобы приумножить сумму вклада, а также заключить новый договор, так как срок действия договора № от 19.07.2007 г., истек. ФИО3, введенный в заблуждение, относительно платежеспособности КПКГ «ДПА», считая, что его деньги, которые он вкладывал в кооператив, находятся в сохранности и приумножаются, согласился заключить новый договор, внеся в него часть суммы, из начисленной ему компенсации, но часть суммы из начисленной ему компенсации, пожелал получить на руки. Неустановленный работник КПКГ «ДПА», действуя по устным распоряжениям ФИО5, будучи неосведомленным, о его преступных намерениях, 21.07.2008 г., выписал РКО, на сумму компенсации – 57891,94 руб. и на сумму личных сбережений по договору № от 19.07.2007 г. – 200000 руб., которые были заполнены ФИО3 в графе «Получил». Далее, неустановленный работник КПКГ «ДПА» самостоятельно исчислил и удержал в кассу КПКГ «ДПА», из суммы компенсации, обязательный взнос в фонд членский, в сумме 2000 руб. В этот же день, в вышеуказанный период времени, ФИО3 с целью округлить сумму вклада до 250000 руб. получил из кассы КПКГ «ДПА» по адресу: 

<

адрес>, деньги, в сумме 5891,94 руб. На сумму взноса – 2000 руб., а также, на сумму вклада, с учетом, начисленной компенсации – 250000 руб., неустановленный работник КПКГ «ДПА», выписал и выдал ФИО3 квитанции к ПКО, однако, фактически, ФИО3, в этот день, принадлежащие ему деньги, в кассу КПКГ «ДПА» не вносил, а из кассы КПКГ «ДПА» деньги, указанные в РКО, ФИО3 не выдавались, а ему были выданы лишь деньги, в сумме 5891,94 руб. При совершении операций по вкладам, неустановленными работниками КПКГ «ДПА», бухгалтерские операции по возврату и поступлению денег из кассы и в кассу КПКГ «ДПА», были проведены без, фактической, передачи денег, в суммах, указанных в РКО и ПКО.

21.07.2008 г., ФИО3, находясь в офисе КПКГ «ДПА», расположенном по адресу: 

<

адрес>, будучи неосведомленным, о преступных намерениях ФИО5, находясь под влиянием обмана с его стороны, заключил с КПКГ «ДПА», в лице директора ФИО5, договор о передаче личных сбережений пайщика в КПКГ № от 21.07.2008 г., на сумму 250000 руб., сроком на 12 месяцев, с начислением компенсации в 33 % годовых, подписав его. Хотя, фактически, ФИО3 деньги, в такой сумме, в кассу КПКГ «ДПА» не вносил.

20.04.2009 г., ФИО3, находясь в офисе КПКГ «ДПА», расположенном по адресу: 

<

адрес> будучи неосведомленным, о преступных намерениях ФИО5, находясь под воздействием обмана с его стороны, заключил с КПКГ «ДПА», в лице директора ФИО5, договор о передаче личных сбережений пайщика в КПКГ № от 20.04.2009 г., на сумму 900000 руб., сроком на 3 месяца, с начислением компенсации в 30 % годовых, подписал его, и внес в кассу КПКГ «ДПА», расположенную по адресу: 

<

адрес>, принадлежащие ему деньги, в сумме 900000 руб. 

18.08.2009 г., ФИО3 пришел в офис КПКГ «ДПА» по адресу: 

<

адрес>, где потребовал возврат своих личных сбережений по договорам № от 21.07.2008 г. и № от 20.04.2009 г., а также начисленной по ним компенсации. ФИО5, который в это время находился в офисе КПКГ «ДПА», по вышеуказанному адресу, преследуя корыстные цели, понимая, что в КПКГ деньги для удовлетворения обязательств перед всеми вкладчиками отсутствуют, желая скрыть данный факт, с целью привлечения новых вкладчиков, и получения дополнительного времени для беспрепятственного хищения, как можно большего количества денег пояснил, что на момент обращения ФИО3, необходимая ему сумма денег в кассе КПКГ «ДПА» отсутствует, при этом гарантировал возврат всех личных сбережений и компенсации по ним. Однако ФИО5 предложил ФИО3 получить 200000 руб., на что последний ответил согласием. 18.08.2009 г., неустановленный работник КПКГ «ДПА», действуя по устным распоряжениям ФИО5, выдал ФИО3, из кассы КПКГ «ДПА» по адресу: 

<

адрес>, деньги, в сумме 200000 руб., с целью придания видимости деятельности кооператива и получения дополнительного времени для беспрепятственного хищения, аналогичным образом, как можно большего количества денег.

18.09.2009 г., ФИО3 пришел в офис КПКГ «ДПА» по адресу: 

<

адрес>, где потребовал возврат своих личных сбережений по договорам № от 21.07.2008 г. и № от 20.04.2009 г., а также начисленной по ним компенсации. ФИО5, который в это время находился в офисе КПКГ «ДПА», по вышеуказанному адресу, преследуя корыстные цели, понимая, что в КПКГ деньги для удовлетворения обязательств перед всеми вкладчиками отсутствуют, желая скрыть данный факт, с целью привлечения новых вкладчиков, и получения дополнительного времени для беспрепятственного хищения, как можно большего количества денег пояснил, что на момент обращения ФИО3 необходимая ему сумма денег в кассе КПКГ «ДПА» отсутствует, убедил ФИО3 получить в кассе КПКГ «ДПА» деньги, в сумме 150000 руб., при этом гарантировал вернуть ФИО3 в ближайшее время сумму вклада и начисленную компенсацию. ФИО3 доверяя ФИО5, как руководителю КПКГ «ДПА» на предложение последнего согласился. 18.09.2009 г., неустановленный работник КПКГ «ДПА», действуя по устным распоряжениям ФИО5, выдал ФИО3, из кассы КПКГ «ДПА» по адресу: 

<

адрес>, деньги, в сумме 150000 руб., с целью придания видимости деятельности кооператива и получения дополнительного времени для беспрепятственного хищения, аналогичным образом, как можно большего количества денег.

21.09.2009 г., ФИО3 пришел в офис КПКГ «ДПА» по адресу: 

<

адрес>, где потребовал возврат своих личных сбережений по договорам № от 21.07.2008 г. и № от 20.04.2009 г., а также начисленной по ним компенсации. ФИО5, который в это время находился в офисе КПКГ «ДПА», по вышеуказанному адресу, преследуя корыстные цели, понимая, что в КПКГ деньги для удовлетворения обязательств перед всеми вкладчиками отсутствуют, желая скрыть данный факт, с целью привлечения новых вкладчиков, и получения дополнительного времени для беспрепятственного хищения, как можно большего количества денег пояснил, что на момент обращения ФИО3, необходимая ему сумма денег в кассе КПКГ «ДПА» отсутствует, убедил ФИО3 получить в кассе КПКГ «ДПА» деньги, в сумме 150000 руб., при этом гарантировал вернуть ФИО3 в ближайшее время сумму вклада и начисленную компенсацию. ФИО3 доверяя ФИО5, как руководителю КПКГ «ДПА» на предложение последнего согласился. 21.09.2009 г., неустановленный работник КПКГ «ДПА», действуя по устным распоряжениям ФИО5, выдал ФИО3, из кассы КПКГ «ДПА» по адресу: 

<

адрес>, деньги, в сумме 150000 руб., с целью придания видимости деятельности кооператива и получения дополнительного времени для беспрепятственного хищения, аналогичным образом, как можно большего количества денег.

25.09.2009 г., ФИО3 пришел в офис КПКГ «ДПА» по адресу: 

<

адрес>, где потребовал возврат своих личных сбережений по договорам № от 21.07.2008 г. и № от 20.04.2009 г., а также начисленной по ним компенсации. ФИО5, который в это время находился в офисе КПКГ «ДПА», по вышеуказанному адресу, преследуя корыстные цели, понимая, что в КПКГ деньги для удовлетворения обязательств перед всеми вкладчиками отсутствуют, желая скрыть данный факт, с целью привлечения новых вкладчиков, и получения дополнительного времени для беспрепятственного хищения, как можно большего количества денег пояснил, что на момент обращения ФИО3, необходимая ему сумма денег в кассе КПКГ «ДПА» отсутствует, убедил ФИО3 получить в кассе КПКГ «ДПА» деньги, в сумме 50000 руб., при этом гарантировал вернуть ФИО3 в ближайшее время сумму вклада и начисленную компенсацию. ФИО3 доверяя ФИО5, как руководителю КПКГ «ДПА» на предложение последнего согласился. 25.09.2009 г., неустановленный работник КПКГ «ДПА», действуя по устным распоряжениям ФИО5, выдал ФИО3, из кассы КПКГ «ДПА» по адресу: 

<

адрес>, деньги, в сумме 50000 руб., с целью придания видимости деятельности кооператива и получения дополнительного времени для беспрепятственного хищения, аналогичным образом, как можно большего количества денег.

06.10.2009 г., ФИО3 пришел в офис КПКГ «ДПА» по адресу: 

<

адрес>, где потребовал возврат своих личных сбережений по договорам № от 21.07.2008 г. и № от 20.04.2009 г., а также начисленной по ним компенсации. ФИО5, который в это время находился в офисе КПКГ «ДПА», по вышеуказанному адресу, преследуя корыстные цели, понимая, что в КПКГ деньги для удовлетворения обязательств перед всеми вкладчиками отсутствуют, желая скрыть данный факт, с целью привлечения новых вкладчиков, и получения дополнительного времени для беспрепятственного хищения, как можно большего количества денег пояснил, что на момент обращения ФИО3 необходимая ему сумма денег в кассе КПКГ «ДПА» отсутствует, убедил ФИО3 получить в кассе КПКГ «ДПА» деньги, в сумме 40000 руб., при этом гарантировал вернуть ФИО3 в ближайшее время сумму вклада и начисленную компенсацию. ФИО3 доверяя ФИО5, как руководителю КПКГ «ДПА» на предложение последнего согласился. 06.10.2009 г., неустановленный работник КПКГ «ДПА», действуя по устным распоряжениям ФИО5, выдал ФИО3, из кассы КПКГ «ДПА» по адресу: 

<

адрес>, деньги, в сумме 40000 руб., с целью придания видимости деятельности кооператива и получения дополнительного времени для беспрепятственного хищения, аналогичным образом, как можно большего количества денег.

16.03.2010 г., в дневное время, ФИО3 вновь пришел в офис КПКГ «ДПА» по адресу: 

<

адрес>, где вновь потребовал возврат своих личных сбережений по договорам: № от 21.07.2008 г. и № от 20.04.2009 г., а также начисленной компенсации. ФИО5, который в это время находился в офисе КПКГ «ДПА» преследуя корыстные цели, понимая, что в КПКГ «ДПА» деньги для удовлетворения обязательств перед пайщиками КПКГ «ДПА» отсутствуют, желая скрыть данный факт с целью привлечения новых вкладчиков, и получения дополнительного времени для беспрепятственного хищения, как можно большего количества денег пояснил, что компенсация по вышеуказанным договорам далее будет начисляться, таким образом сумма вклада будет увеличиваться, но в настоящее время в кассе КПКГ «ДПА» имеются деньги только на выдачу займов и для удовлетворения финансовых потребностей ФИО3 ФИО5 предложил ему оформить и получить заем в сумме 51103,63 руб., а сумму полученного займа погасить за счет личных сбережений ФИО3, вложенных им ранее в КПКГ «ДПА», в качестве вклада. ФИО3, доверяя ФИО5, как руководителю КПКГ «ДПА», на его предложение, согласился, так как тот в дальнейшем гарантировал ему выплату его личных сбережений, а также начисленной компенсации по договорам № от 21.07.2008 г. и № от 20.04.2009 г. заключенными между ФИО3 и КПКГ «ДПА» в лице директора ФИО5 В этот же день, неустановленный работник КПКГ «ДПА», действуя по устным распоряжениям ФИО5, будучи неосведомленным, о его преступных намерениях, с целью придания видимости деятельности кооператива, подготовил договор от 22.01.2010 г. о выдаче займа из КПК «ДПА», в лице директора ФИО5, ФИО3 в сумме 52803,63 руб., который ФИО5 и ФИО3 подписали. Однако ФИО3 был не осведомлен, что получает деньги, в виде займа, в другом кооперативе, а именно, в КПК «ДПА». В этот же день, то есть 16.03.2010 г., ФИО3 из кассы КПКГ «ДПА» и КПК «ДПА», были выданы деньги, в сумме 51103,63 руб., а в книжке пайщика ФИО3 была сделана запись о выдаче 22.01.2010 г. займа и о его погашении 16.03.2010 г.

При совершении операций по вкладам, неустановленный работник КПКГ «ДПА», действуя согласно установленному ФИО5 порядку, делал соответствующую запись в книжку пайщика ФИО3, с целью придания видимости деятельности кооператива, а также, о финансовой стабильности и надежности КПКГ «ДПА» и выполнения договорных обязательств по вышеуказанным договорам.

Всего, в период с 13.07.2004 г. по 16.03.2010 г., ФИО3, по договорам о передаче личных сбережений, а также, в качестве уплаты вступительного и паевого взносов, внес в кассу КПКГ «ДПА» наличные деньги, в сумме 1152810,94 руб., из которых для создания положительной репутации кооператива, как стабильно функционирующей организации и привлечения новых вкладчиков, ФИО3 было возвращено, в качестве компенсации за пользование личными сбережениями и возврата личных сбережений 837149,52 руб.

Таким образом, ФИО5, путем обмана и злоупотребления доверием, похитил деньги, принадлежащие ФИО3, на общую сумму 315 661,42 руб., и впоследствии распорядился похищенным по своему усмотрению, причинив ФИО3 материальный ущерб. 

14.01.2008 г. ФИО4, от ФИО9 узнала, что КПК «ДПА» принимает от граждан вклады под высокий процент и выдает займы.

Не позднее 14.01.2008 г., в период времени с 9 часов до 17 часов, ФИО4 пришла в офис КПК «ДПА», расположенный по адресу: 

<

адрес>, с тем, чтобы получить дополнительную информацию о порядке размещения вклада и получения компенсации, где ФИО5, имея умысел на хищение денег граждан путем обмана и злоупотребления доверием, сообщил ФИО4 заведомо ложные для нее сведения, о том, что КПК «ДПА» и гарантирует возвратность вклада и выплату высокой денежной компенсации за пользование личными сбережениями, а также о финансовой стабильности и надежности КПК «ДПА», с тем, чтобы побудить ФИО4 внести деньги в кассу КПК «ДПА» и в дальнейшем похитить их. 

14.01.2008 г. ФИО4, поверив полученной от ФИО5 информации, считая ее достоверной, в период времени с 9 часов до 17 часов, находясь в офисе КПК «ДПА», расположенном по адресу: 

<

адрес>, будучи не осведомленной, о преступных намерениях ФИО5, находясь под воздействием обмана с его стороны, для вступления в КПК «ДПА», внесла в кассу кооператива, вступительный и паевой взносы, в общей сумме 300 руб., и заключила с КПК «ДПА», в лице директора ФИО5, договор № о передаче личных сбережений пайщика в КПК от 14.01.2008 г., на сумму 50001 руб., сроком на 12 месяцев, с начислением компенсации в 30 % годовых, подписала его, и внесла в кассу КПК «ДПА», расположенную по адресу: 

<

адрес>, принадлежавшие ей деньги, в сумме 50001 руб. Неустановленный работник КПК «ДПА», действуя согласно установленному ФИО5 порядку, заполнил и выдал ФИО4 книжку пайщика № 10, в которой отразил в графах, поступление от нее денег, с целью придания видимости деятельности кооператива. 

ФИО4, желающая приумножить свои личные сбережения во вкладе по договору № от 14.01.2008 г., не осведомленная о преступных намерениях ФИО5, находясь под влиянием обмана с его стороны, внесла в кассу КПК «ДПА» по адресу: 

<

адрес>, 17.03.2008 г., в период с 09 часов до 17 часов, принадлежавшие ей деньги, в сумме 15000 руб.

14.04.2008 г., ФИО4, находясь в офисе КПК «ДПА», по адресу: 

<

адрес> попросила, неустановленного работника КПК «ДПА», исчислить сумму компенсации по договору № от 14.01.2008 г. В этот же день, в вышеуказанное время, по вышеуказанному адресу, с целью придания видимости деятельности кооператива, а также для создания его положительной репутации, как стабильно функционирующей организации, привлечения новых вкладчиков, и получения дополнительного времени, для беспрепятственного хищения ФИО5, как можно большего количества денег, неустановленный работник КПК «ДПА», действуя по устным распоряжениям ФИО5, будучи не осведомленным, о его преступных намерениях, исчислил компенсацию по договору № от 14.01.2008 г., в сумме 3553,95 руб. (за вычетом НДФЛ), и предложил ФИО4 сумму, начисленной компенсации, включить во вклад, чтобы приумножить сумму вклада. ФИО4, введенная в заблуждение, относительно платежеспособности КПК «ДПА», считая, что ее деньги, которые она вкладывала в кооператив, находятся в сохранности и приумножаются, согласилась внести сумму, начисленной компенсации, во вклад по договору № от 14.01.2008 г. Согласно преступному замыслу ФИО5, неустановленный работник КПК «ДПА», действуя по его устным распоряжениям, будучи не осведомленным, о его преступных намерениях, 14.04.2008 г., выписал РКО, на сумму компенсации по договору № от 14.01.2008 г., в сумме 3553,95 руб., которые были заполнены ФИО4 в графе «Получил». Далее, неустановленный работник КПК «ДПА» самостоятельно исчислил и удержал в кассу КПК «ДПА», из суммы компенсации, обязательный взнос в фонд членский, в сумме 135 руб. На сумму взноса – 135 руб., а также на сумму, оставшейся части компенсации – 3418,95 руб., неустановленный работник КПК «ДПА», выписал и выдал ФИО4 квитанции к ПКО, однако, фактически, ФИО4 из кассы КПК «ДПА» деньги, указанные в РКО, не выдавались, и в кассу КПК «ДПА» никакие деньги не вносились. При совершении операций по вкладу, неустановленным работником КПК «ДПА», бухгалтерские операции по возврату и поступлению денег из кассы и в кассу КПК «ДПА», были проведены без, фактической, передачи денег, в суммах, указанных в РКО, и ПКО.

14.07.2008 г., ФИО4, находясь в офисе КПК «ДПА», по адресу: 

<

адрес>, попросила, неустановленного работника КПК «ДПА», исчислить сумму компенсации по договору № от 14.01.2008 г. В этот же день, в вышеуказанное время, по вышеуказанному адресу, с целью придания видимости деятельности кооператива, а также для создания его положительной репутации, как стабильно функционирующей организации, привлечения новых вкладчиков, и получения дополнительного времени, для беспрепятственного хищения ФИО5, как можно большего количества денег, неустановленный работник КПК «ДПА», действуя по устным распоряжениям ФИО5, будучи не осведомленным, о его преступных намерениях, исчислил компенсацию, в сумме 4354,32 руб. (за вычетом НДФЛ), и предложил ФИО4 сумму, начисленной компенсации, включить во вклад, чтобы приумножить сумму вклада. ФИО4, введенная в заблуждение, относительно платежеспособности КПК «ДПА», считая, что ее деньги, которые она вкладывала в кооператив, находятся в сохранности и приумножаются, согласилась внести сумму, начисленной компенсации, во вклад, а также, увеличить сумму компенсации, дополнительно, внеся в кассу КПК «ДПА» личные сбережения. Согласно преступному замыслу ФИО5, неустановленный работник КПК «ДПА», действуя по его устным распоряжениям, будучи не осведомленным, о его преступных намерениях, 14.07.2008 г., выписал РКО, на сумму компенсации – 4354,32 руб., который был заполнен ФИО4 в графе «Получил». Далее, неустановленный работник КПК «ДПА» самостоятельно исчислил и удержал в кассу КПК «ДПА», из суммы компенсации, обязательный взнос в фонд членский, в сумме 170 руб. В этот же день, в вышеуказанный период времени, ФИО4, с целью увеличения суммы вклада, внесла в кассу КПК «ДПА» по адресу: 

<

адрес>, принадлежавшие ему деньги, в сумме 25000 руб. На сумму взноса – 170 руб., а также на сумму, оставшейся части компенсации и денег, дополнительно, внесенных ФИО4 – 29184,32 руб., неустановленный работник КПК «ДПА», выписал и выдал ФИО4 квитанции к ПКО, однако, фактически, ФИО4 из кассы КПК «ДПА» деньги, указанные в РКО, не выдавались, и в кассу КПК «ДПА» вносились деньги лишь в сумме 25000 руб. При совершении операций по вкладу, неустановленным работником КПК «ДПА», бухгалтерские операции по возврату и поступлению денег из кассы и в кассу КПК «ДПА», были проведены без, фактической, передачи денег, в суммах, указанных в РКО, и ПКО.

14.10.2008 г., ФИО4, находясь в офисе КПК «ДПА», по адресу: 

<

адрес>, попросила, неустановленного работника КПК «ДПА», исчислить сумму компенсации по договору № от 14.01.2008 г. В этот же день, в вышеуказанное время, по вышеуказанному адресу, с целью придания видимости деятельности кооператива, а также для создания его положительной репутации, как стабильно функционирующей организации, привлечения новых вкладчиков, и получения дополнительного времени, для беспрепятственного хищения ФИО5, как можно большего количества денег, неустановленный работник КПК «ДПА», действуя по устным распоряжениям ФИО5, будучи не осведомленным, о его преступных намерениях, исчислил компенсацию по договору № от 14.01.2008 г., в сумме 6239,7 руб. (за вычетом НДФЛ), и предложил ФИО4 сумму, начисленной компенсации, включить во вклад, чтобы приумножить сумму вклада. ФИО4, введенная в заблуждение, относительно платежеспособности КПК «ДПА», считая, что ее деньги, которые она вкладывала в кооператив, находятся в сохранности и приумножаются, согласилась внести сумму, начисленной компенсации, во вклад по договору № от 14.01.2008 г. Согласно преступному замыслу ФИО5, неустановленный работник КПК «ДПА», действуя по его устным распоряжениям, будучи не осведомленным, о его преступных намерениях, 14.10.2008 г., выписал РКО, на сумму компенсации по договору № от 14.01.2008 г., в сумме 6239,7 руб., которые были заполнены ФИО4 в графе «Получил». Далее, неустановленный работник КПК «ДПА» самостоятельно исчислил и удержал в кассу КПК «ДПА», из суммы компенсации, обязательный взнос в фонд членский, в сумме 246 руб. На сумму взноса – 246 руб., а также на сумму, оставшейся части компенсации – 5995,73 руб., неустановленный работник КПК «ДПА», выписал и выдал ФИО4 квитанции к ПКО, однако, фактически, ФИО4 из кассы КПК «ДПА» деньги, указанные в РКО, не выдавались, и в кассу КПК «ДПА» никакие деньги не вносились. При совершении операций по вкладу, неустановленным работником КПК «ДПА», бухгалтерские операции по возврату и поступлению денег из кассы и в кассу КПК «ДПА», были проведены без, фактической, передачи денег, в суммах, указанных в РКО, и ПКО.

12.01.2009 г., ФИО4, находясь в офисе КПК «ДПА», по адресу: 

<

адрес>, попросила, неустановленного работника КПК «ДПА», исчислить и выдать компенсацию по договору № от 14.01.2008 г. В этот же день, в вышеуказанное время, по вышеуказанному адресу, с целью придания видимости деятельности кооператива, а также для создания его положительной репутации, как стабильно функционирующей организации, привлечения новых вкладчиков, и получения дополнительного времени, для беспрепятственного хищения ФИО5, как можно большего количества денег, неустановленный работник КПК «ДПА», действуя по устным распоряжениям ФИО5, будучи не осведомленным, о его преступных намерениях, исчислил компенсацию, в сумме 6650,15 руб. (за вычетом НДФЛ), и предложил ФИО4 сумму, начисленной компенсации, включить во вклад, чтобы приумножить сумму вклада и заключить новый договор, так как срок договора № от 14.01.2008 г., истек. ФИО4 пояснила, что начисленную компенсацию желает получить на руки, а на основную сумму денег по договору № от 14.01.2008 г. – 103600 руб., желает заключить новый договор. Согласно преступному замыслу ФИО5, неустановленный работник КПК «ДПА», действуя по его устным распоряжениям, будучи не осведомленным, о его преступных намерениях, 12.01.2009 г., выписал РКО, на сумму компенсации – 6650,15 руб. и на сумму вклада – 103600 руб., которые были заполнены ФИО4 в графе «Получил». Далее, неустановленный работник КПК «ДПА» самостоятельно исчислил и удержал в кассу КПК «ДПА», из суммы компенсации, обязательный взнос в фонд членский, в сумме 258 руб. В этот же день, в вышеуказанный период времени, ФИО4 получила из кассы КПК «ДПА» по адресу: 

<

адрес>, деньги, в сумме 6392,15 руб. На сумму взноса – 258 руб., а также на сумму вклада – 103600 руб., неустановленный работник КПК «ДПА», выписал и выдал ФИО4 квитанции к ПКО, однако, фактически, ФИО4, в этот день, принадлежавшие ей деньги в кассу КПК «ДПА» не вносила, а из кассы КПК «ДПА» деньги, указанные в РКО, ФИО4 не выдавались, а ей были выданы лишь деньги, в сумме 6392,15 руб. При совершении операций по вкладу, неустановленным работником КПК «ДПА», бухгалтерские операции по возврату и поступлению денег из кассы и в кассу КПК «ДПА», были проведены без, фактической, передачи денег, в суммах, указанных в РКО, и ПКО.

12.01.2009 г., в период времени с 9 часов до 17 часов, ФИО4, находясь в офисе КПК «ДПА», расположенном по адресу: 

<

адрес>, будучи не осведомленной, о преступных намерениях ФИО5, находясь под влиянием обмана с его стороны, заключила с КПК «ДПА», в лице директора ФИО5, договор о передаче личных сбережений пайщика в КПК № от 12.01.2009 г., на сумму 103600 руб., сроком на 12 месяцев, с начислением компенсации в 33 % годовых, подписав его. Хотя, фактически, ФИО4 деньги, в такой сумме, в кассу КПК «ДПА» не вносила. 

12.01.2010 г., ФИО4, находясь в офисе КПК «ДПА», по адресу: 

<

адрес>, попросила, неустановленного работника КПК «ДПА», исчислить и выдать компенсацию по договору № от 12.01.2009 г. В этот же день, в вышеуказанное время, по вышеуказанному адресу, с целью придания видимости деятельности кооператива, а также для создания его положительной репутации, как стабильно функционирующей организации, привлечения новых вкладчиков, и получения дополнительного времени, для беспрепятственного хищения ФИО5, как можно большего количества денег, неустановленный работник КПК «ДПА», действуя по устным распоряжениям ФИО5, будучи не осведомленным, о его преступных намерениях, исчислил компенсацию, в сумме 29336,09 руб. (за вычетом НДФЛ), и предложил ФИО4 сумму, начисленной компенсации, включить во вклад, чтобы приумножить сумму вклада и заключить новый договор, так как срок договора № от 12.01.2009 г., истек. ФИО4 пояснила, что желает заключить новый договор на сумму 130000 руб., а остальные деньги получить на руки. Согласно преступному замыслу ФИО5, неустановленный работник КПК «ДПА», действуя по его устным распоряжениям, будучи не осведомленным, о его преступных намерениях, 12.01.2010 г., выписал РКО, на сумму компенсации – 29336,09 руб. и на сумму вклада – 103600 руб., которые были заполнены ФИО4 в графе «Получил». Далее, неустановленный работник КПК «ДПА» самостоятельно исчислил и удержал в кассу КПК «ДПА», из суммы компенсации, обязательные взносы: взнос в фонд членский и взнос в фонд резервный, на общую сумму 1694 руб. В этот же день, в вышеуказанный период времени, ФИО4 получила из кассы КПК «ДПА» по адресу: 

<

адрес>, деньги, в сумме 1242,09 руб. На сумму взносов – 1694 руб., а также на сумму вклада – 130000 руб., неустановленный работник КПК «ДПА», выписал и выдал ФИО4 квитанции к ПКО, однако, фактически, ФИО4, в этот день, принадлежавшие ей деньги в кассу КПК «ДПА» не вносила, а из кассы КПК «ДПА» деньги, указанные в РКО, ФИО4 не выдавались, а ей были выданы лишь деньги, в сумме 1242,09 руб. При совершении операций по вкладу, неустановленным работником КПК «ДПА», бухгалтерские операции по возврату и поступлению денег из кассы и в кассу КПК «ДПА», были проведены без, фактической, передачи денег, в суммах, указанных в РКО, и ПКО.

12.01.2010 г., в период времени с 9 часов до 17 часов, ФИО4, находясь в офисе КПК «ДПА», расположенном по адресу: 

<

адрес>, будучи не осведомленной, о преступных намерениях ФИО5, находясь под влиянием обмана с его стороны, заключила с КПК «ДПА», в лице директора ФИО5, договор о передаче личных сбережений пайщика в КПК № от 12.01.2010 г., на сумму 130000 руб., сроком на 12 месяцев, с начислением компенсации в 34 % годовых, подписав его. Хотя, фактически, ФИО4 деньги, в такой сумме, в кассу КПК «ДПА» не вносила. 

30.01.2011 г., ФИО4, находясь в офисе КПК «ДПА», по адресу: 

<

адрес>, попросила, неустановленного работника КПК «ДПА», исчислить и выдать компенсацию по договору № от 12.01.2010 г. В этот же день, в вышеуказанное время, по вышеуказанному адресу, с целью придания видимости деятельности кооператива, а также для создания его положительной репутации, как стабильно функционирующей организации, привлечения новых вкладчиков, и получения дополнительного времени, для беспрепятственного хищения ФИО5, как можно большего количества денег, неустановленный работник КПК «ДПА», действуя по устным распоряжениям ФИО5, будучи не осведомленным, о его преступных намерениях, исчислил компенсацию, в сумме 23148 руб. (за вычетом НДФЛ), и предложил ФИО4 сумму, начисленной компенсации, включить во вклад, чтобы приумножить сумму вклада и заключить новый договор, так как срок договора № от 12.01.2010 г., истек. ФИО4 ответила согласием. Согласно преступному замыслу ФИО5, неустановленный работник КПК «ДПА», действуя по его устным распоряжениям, будучи не осведомленным, о его преступных намерениях, 30.01.2011 г., выписал РКО, на сумму компенсации – 23148 руб. и на сумму вклада – 130000 руб., которые были заполнены ФИО4 в графе «Получил». Далее, неустановленный работник КПК «ДПА» самостоятельно исчислил и удержал в кассу КПК «ДПА», из суммы компенсации, обязательные взносы: взнос в фонд членский и взнос в фонд резервный, на общую сумму 3148 руб. На сумму взносов – 3148 руб., а также на сумму вклада – 150000 руб., неустановленный работник КПК «ДПА», выписал и выдал ФИО4 квитанции к ПКО, однако, фактически, ФИО4, в этот день, принадлежавшие ей деньги в кассу КПК «ДПА» не вносила, а из кассы КПК «ДПА» деньги, указанные в РКО, ФИО4 не выдавались. При совершении операций по вкладу, неустановленным работником КПК «ДПА», бухгалтерские операции по возврату и поступлению денег из кассы и в кассу КПК «ДПА», были проведены без, фактической, передачи денег, в суммах, указанных в РКО, и ПКО.

30.01.2011 г., в период времени с 9 часов до 17 часов, ФИО4, находясь в офисе КПК «ДПА», расположенном по адресу: 

<

адрес>, будучи не осведомленной, о преступных намерениях ФИО5, находясь под влиянием обмана с его стороны, заключила с КПК «ДПА», в лице директора ФИО5, договор о передаче личных сбережений пайщика в КПК № от 30.01.2011 г., на сумму 150000 руб., сроком на 12 месяцев, с начислением компенсации в 24 % годовых, подписав его. Хотя, фактически, ФИО4 деньги, в такой сумме, в кассу КПК «ДПА» не вносила. 

При совершении операций по вкладам, неустановленный работник КПК «ДПА», действуя согласно установленному ФИО5 порядку, делал соответствующую запись в книжку пайщика ФИО4, с целью придания деятельности кооператива, а также о финансовой стабильности и надежности КПК «ДПА» и выполнения договорных обязательств по вышеуказанным договорам.

Всего, в период с 14.01.2008 г. до 30.01.2011 г., ФИО4, по договорам о передаче личных сбережений, внесла в кассу КПК «ДПА» наличные деньги, в сумме 90301 руб., из которых для создания положительной репутации кооператива, как стабильно функционирующей организации и привлечения новых вкладчиков, ФИО4 было возвращено, в качестве компенсации за пользование личными сбережениями и возврата личных сбережений 7634,24 руб.

Таким образом, ФИО5, путем обмана и злоупотребления доверием, похитил деньги, принадлежащие ФИО4, на общую сумму 82 666,76 руб., и впоследствии распорядился похищенным по своему усмотрению, причинив ФИО4 материальный ущерб.

Приговором Железнодорожного районного суда г. Барнаула от 28.12.2017 ФИО5 признан виновным по ч. 4 ст. 159 УК РФ (в ред. ФЗ от 07.03.2011 г. № 26-ФЗ), ч. 3 ст. 159 УК РФ (в ред. ФЗ от 07.03.2011 г. № 26-ФЗ), и назначено ему наказание:

- по ч. 4 ст. 159 УК РФ (в ред. ФЗ от 07.03.2011 г. № 26-ФЗ), в виде 8 лет 10 месяцев лишения свободы, со штрафом 950000 рублей;

- по ч. 3 ст. 159 УК РФ (в ред. ФЗ от 07.03.2011 г. № 26-ФЗ), в виде 5 лет лишения свободы, со штрафом 60000 рублей.

Заявленные потерпевшими гражданские иски, оставлены без рассмотрения, как не надлежаще подготовленные, разъяснив им право повторного обращения с иском в суд общей юрисдикции, в порядке гражданского судопроизводства. 

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Алтайского краевого суда от 01.06.2018 приговор суда в части оставления без рассмотрения гражданских исков отменен, за потерпевшими признано право на удовлетворение гражданских исков, вопрос о размере возмещения гражданских исков передан для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства.

Согласно ч. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В силу положений ч. 4 ст. 61 ГПК РФ и разъяснений, изложенных в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 N 23 "О судебном решении" вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях деяний лица, в отношении которого вынесен приговор, лишь по вопросам о том, имели ли место эти действия (бездействие) и совершены ли они данным лицом. Исходя из этого суд, принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения. В решении суда об удовлетворении иска, помимо ссылки на приговор по уголовному делу, следует также приводить имеющиеся в гражданском деле доказательства, обосновывающие размер присужденной суммы (например, учет имущественного положения ответчика или вины потерпевшего).

Поскольку субъектом ответственности по обязательствам вследствие причинения вреда, по общему правилу, является лицо, причинившее вред, а из приговора Железнодорожного районного суда г. Барнаула от 28.12.2017, вступившего в законную силу 01.06.2018 следует, что непосредственными причинителем вреда пайщику КПКГ «ДПА» и КПК «ДПА» является ответчик ФИО5, суд приходит к выводу о возложении на него обязанности по возмещению причиненного пайщику кооперативов материального ущерба.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, выраженной в определении от 04.07.2017 N 1442-О, из принципов общеобязательности и исполнимости вступивших в законную силу судебных решений, как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, в качестве актов судебной власти, обусловленных ее прерогативами, а также нормами, определяющими место и роль суда в правовой системе Российской Федерации, юридическую силу и значение его решений (статьи 10 и 118 Конституции Российской Федерации), вытекает признание преюдициального значения судебного решения, предполагающего, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности (постановления от 21 декабря 2011 года N 30-П и от 8 июня 2015 года N 14-П; определения от 6 ноября 2014 года N 2528-О, от 17 февраля 2015 года N 271-О и др.).

Следовательно, факты, установленные вступившим в законную силу приговором суда, имеющие значение для разрешения вопроса о возмещении вреда, причиненного преступлением, впредь до их опровержения должны приниматься судом, рассматривающим этот вопрос в порядке гражданского судопроизводства. Если же во вступившем в законную силу приговоре принято решение по существу гражданского иска, - в том числе в случае, когда такой иск разрешен в отношении права на возмещение вреда, а вопрос о размере возмещения передан для рассмотрения в порядке гражданского судопроизводства, - оно является обязательным для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, других физических и юридических лиц, в том числе для судов, рассматривающих гражданские дела.

В случае признания в приговоре права за гражданским истцом на удовлетворение гражданского иска суд обязан установить для этого соответствующие фактические и правовые основания. Согласно Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации физические лица, которым преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред, а также юридические лица в случае причинения преступлением вреда их имуществу и деловой репутации признаются потерпевшими (статья 42), а при предъявлении ими в уголовном деле требований о возмещении вреда - гражданскими истцами (статья 44), при этом гражданским истцом является физическое или юридическое лицо, предъявившее требование о возмещении имущественного вреда, при наличии оснований полагать, что данный вред причинен ему непосредственно преступлением (часть первая статьи 44), в качестве же гражданских ответчиков привлекаются лица, которые в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации несут ответственность за вред, причиненный преступлением (часть первая статьи 54).

Следовательно, удовлетворение гражданского иска по существу в приговоре - в части признания права за гражданским истцом на возмещение ему гражданским ответчиком вреда, причиненного непосредственно преступлением, - означает установление судом общих условий наступления гражданской деликтной (внедоговорной) ответственности: наличие вреда, противоправность действий его причинителя, наличие причинной связи между вредом и противоправными действиями, вины причинителя, а также специальных ее условий, связанных с особенностями субъекта ответственности и характера его действий (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 4 июня 2009 года N 1005-О-О).

В этом случае приговор суда не может рассматриваться как обычное письменное доказательство, обладающее свойством преюдициальности, так как этим приговором разрешен по существу гражданский иск о праве с определением в резолютивной части судебного акта прав и обязанностей участников материально-правового гражданского отношения, что нельзя игнорировать в гражданском деле. 

Общеобязательность является более широким понятием, включающим наряду с преюдициальностью также исполнимость содержащихся в резолютивной части судебного решения властных предписаний о конкретных правах и обязанностях субъектов. Игнорирование в гражданском процессе выводов о признании права потерпевшего на возмещение вреда, содержащихся во вступившем в законную силу приговоре, может привести к фактическому преодолению окончательности и неопровержимости вступившего в законную силу судебного акта без соблюдения установленных законом особых процедурных условий его пересмотра, т.е. к произволу при осуществлении судебной власти, что противоречило бы ее конституционному назначению, как оно определено правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированными в его постановлениях от 11 мая 2005 года N 5-П и от 5 февраля 2007 года N 2-П.

Отказ суда, рассматривающего в порядке гражданского судопроизводства вопрос о размере возмещения причиненного преступлением вреда, руководствоваться приговором о признании за гражданским истцом права на удовлетворение гражданского иска являлся бы прямым нарушением предписаний части 1 статьи 6 Федерального конституционного закона от 31 декабря 1996 года N 1-ФКЗ "О судебной системе Российской Федерации", части 8 статьи 5 Федерального конституционного закона от 7 февраля 2011 года N 1-ФКЗ "О судах общей юрисдикции в Российской Федерации", части первой статьи 392 УПК Российской Федерации и части второй статьи 13 ГПК Российской Федерации, в соответствии с которыми вступившие в законную силу акты федеральных судов, мировых судей и судов субъектов Российской Федерации обязательны для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, других физических и юридических лиц и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

Приговором установлено, что ФИО5 похитил у ФИО1, 34 041,73 рублей, при рассмотрении уголовного дела обратное не доказано ФИО5, а также подтверждается исследованными платежными документами. Все платежные документы оценивались при рассмотрении уголовного дела судом для квалификации действий ФИО5 и установления его вины в хищении денежных средств, в том числе и документы по выдаче денежных средств пайщикам. Иная оценка данных документов была бы направлена на переоценку судебных актов, вступивших в законную силу.

Суд полагает, что изложенные и описанные выше факты причинения ущерба ФИО1, размер ущерба, ответчиком не опровергнуты, сведений об имущественном положении не представлено, как и доказательств возмещения ущерба, доводы возражений ответчика допустимыми и относимыми доказательствами не подтверждены.

Поэтому, суд не принимает возражения ФИО5, о том, что размер имущественного вреда, причиненного ФИО1 составляет 22 000 рублей, поскольку она внесла в кассу кооператива 37 000 руб., затем получила из кассы 15 000 рублей.

В связи с чем, суд находит установленным и подлежащим взысканию с ответчика в пользу истца ФИО1 размер ущерба в 34 041,73 рублей.

Согласно сведениям Арбитражного суда Алтайского края, решением от 08.07.2011 КПКГ «ДПА» признан несостоятельным (банкротом), в ходе процедуры конкурсного производства осуществлялись выплаты кредиторам, включенным в реестр требований кредиторов. ФИО1 с заявлением о включении его требований в реестр требований кредиторов не обращалась.

Суды г.Барнаула не рассматривали дела по искам ФИО1 о взыскании денежных средств. 

Исполнительные производства о взыскании денежных средств в пользу ФИО1 не возбуждались.

Также, приговором установлено, что ФИО5 похитил у ФИО2, 22 544,11 рублей, при рассмотрении уголовного дела обратное не доказано ФИО5, а также подтверждается исследованными платежными документами, в том числе книжкой пайщика КПК «ДПА». Все платежные документы оценивались при рассмотрении уголовного дела судом для квалификации действий ФИО5 и установления его вины в хищении денежных средств, в том числе и документы по выдаче денежных средств пайщикам. Иная оценка данных документов была бы направлена на переоценку судебных актов, вступивших в законную силу.

Суд полагает, что изложенные и описанные выше факты причинения ущерба ФИО2, размер ущерба, ответчиком не опровергнуты, сведений об имущественном положении не представлено, как и доказательств возмещения ущерба, доводы возражений ответчика допустимыми и относимыми доказательствами не подтверждены.

Поэтому, суд не принимает возражения ФИО5, о том, что имущественный вред ФИО2 в размере 22 544,11 руб. - это сумма процентов на личные сбережения, которые не подлежат взысканию, поскольку ФИО2 вступила в кооператив в 2008 году и внесла в кассу 119 000 руб., в течение трех лет снимала проценты и личные сбережения, в общей сумме 134 255,89 рублей.

В связи с чем, суд находит установленным и подлежащим взысканию с ответчика в пользу истца ФИО2 размер ущерба в 22 544,11 рублей.

Согласно сведениям Арбитражного суда Алтайского края, решением от 08.07.2011 КПКГ «ДПА» признан несостоятельным (банкротом), в ходе процедуры конкурсного производства осуществлялись выплаты кредиторам, включенным в реестр требований кредиторов. ФИО2 с заявлением о включении его требований в реестр требований кредиторов не обращалась.

Суды г.Барнаула не рассматривали дела по искам ФИО2 о взыскании денежных средств.

Исполнительные производства о взыскании денежных средств в пользу ФИО2 не возбуждались.

Также, приговором установлено, что ФИО5 похитил у ФИО3, 315 661,42 рублей, при рассмотрении уголовного дела обратное не доказано ФИО5, а также подтверждается исследованными платежными документами, в том числе книжкой пайщика КПК «ДПА». Все платежные документы оценивались при рассмотрении уголовного дела судом для квалификации действий ФИО5 и установления его вины в хищении денежных средств, в том числе и документы по выдаче денежных средств пайщикам. Иная оценка данных документов была бы направлена на переоценку судебных актов, вступивших в законную силу.

Суд полагает, что изложенные и описанные выше факты причинения ущерба ФИО3, размер ущерба, ответчиком не опровергнуты, сведений об имущественном положении не представлено, как и доказательств возмещения ущерба, доводы возражений ответчика допустимыми и относимыми доказательствами не подтверждены.

Поэтому, суд не принимает возражения ФИО5, о том, что ФИО3 вступил в кооператив в 2004 году, за это время внес в кассу 1 100 000 руб., а получил из кассы кооператива – 948 000 рублей. Полагает, что 315 661,42 руб. это проценты на личные сбережения, а имущественный вред, причиненный ФИО3 составляет 152 000 рублей. Также, суд не соглашается с дополнительными возражениями, ФИО5, о том, что в соответствии с Определением Арбитражного суда Алтайского края от 24.08.2017, по делу № А03-13126/2010, требования кредиторов, в том числе ФИО3 удовлетворены во время конкурсного управления в размере 8,09% и на основании п.1 ст. 149 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», требования кредиторов, не удовлетворенные по причине недостаточности имущества должника, считаются погашенными. В связи с чем, просил в исковых требованиях ФИО3 отказать в полном объеме.

Согласно сведениям Арбитражного суда Алтайского края, решением от 08.07.2011 КПКГ «ДПА» признан несостоятельным (банкротом), в ходе процедуры конкурсного производства осуществлялись выплаты кредиторам, включенным в реестр требований кредиторов. ФИО3 обратился в арбитражный суд Алтайского края с заявлением о включении в реестр требований кредиторов КПКГ «ДПА», определением Арбитражного суда Алтайского края от 14.02.2011 по делу № А03-13186/2010, требования ФИО3 включены в реестр требований кредиторов КПКГ «ДПА».

Суд учитывает, что в соответствии с реестром погашения требований всех кредиторов при завершении конкурсного производства КПКГ «ДПА» по делу № А03-13186/2010, истцу ФИО3 были выплачены денежные средства в размере 7 630 рублей.

В связи с чем, суд находит установленным размер ущерба и подлежащим взысканию в сумме 308 031,42 рублей, в остальной части требований иск ФИО3 не подлежит удовлетворению.

Суды г. Барнаула не рассматривали дела по искам ФИО3 о взыскании денежных средств.

Исполнительные производства о взыскании денежных средств в пользу ФИО3 не возбуждались.

Также, приговором установлено, что ФИО5 похитил у ФИО4, 82 666,76 рублей, при рассмотрении уголовного дела обратное не доказано ФИО5, а также подтверждается исследованными платежными документами, в том числе книжкой пайщика КПК «ДПА». Все платежные документы оценивались при рассмотрении уголовного дела судом для квалификации действий ФИО5 и установления его вины в хищении денежных средств, в том числе и документы по выдаче денежных средств пайщикам. Иная оценка данных документов была бы направлена на переоценку судебных актов, вступивших в законную силу.

Суд полагает, что изложенные и описанные выше факты причинения ущерба ФИО4, размер ущерба, ответчиком не опровергнуты, сведений об имущественном положении не представлено, как и доказательств возмещения ущерба, доводы возражений ответчика допустимыми и относимыми доказательствами не подтверждены.

Поэтому, суд не принимает возражения ФИО5, о том, что истец ФИО4 вступила в кооператив в 2008 году, в течении 3-х лет внесла в кассу 90 000 руб., за это время она получала из кассы кооператива проценты и личные сбережения, в общей сумме 69 727 рублей. В связи с чем, ФИО5 просил уменьшить сумму имущественного вреда на 69 727 рублей.

В связи с чем, суд находит установленным и подлежащим взысканию с ответчика в пользу истца ФИО4 размер ущерба в 82 666,76 рублей.

Согласно сведениям Арбитражного суда Алтайского края, решением от 08.07.2011 КПКГ «ДПА» признан несостоятельным (банкротом), в ходе процедуры конкурсного производства осуществлялись выплаты кредиторам, включенным в реестр требований кредиторов. ФИО4 с заявлением о включении ее требований в реестр требований кредиторов не обращалась.

Суды г.Барнаула не рассматривали дела по искам ФИО4 о взыскании денежных средств.

Исполнительные производства о взыскании денежных средств в пользу ФИО4 не возбуждались.

С учетом установленных обстоятельств, с ответчика в пользу истца ФИО8 подлежит взысканию в возмещение ущерба, причиненного преступлением, сумма 34 041,73 рублей, в пользу истца ФИО2 подлежит взысканию в возмещение ущерба, причиненного преступлением, сумма 22 544,11 руб., в пользу истца ФИО3, подлежит возмещению ущерба, причиненного преступлением, сумма 308 031,42 рублей, в пользу истца ФИО4, подлежит возмещению ущерба, причиненного преступлением, сумма 82 666,76 рублей.

В силу ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика в доход бюджета городского округа города Барнаула подлежит взысканию государственная пошлина в размере 7 672,84 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО1 сумму материального ущерба в размере 34 041,73 рублей.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО2 сумму материального ущерба в размере 22 544,11 рублей.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО3 сумму материального ущерба в размере 308 031,42 рублей.

В остальной части иска ФИО3 отказать.

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО4 сумму материального ущерба в размере 82 666,76 рублей.

Взыскать с ФИО5 в доход бюджета городского округа города Барнаула государственную пошлину 7 672,84 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд через Железнодорожный районный суд г. Барнаула Алтайского края в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья Ю.В. Ильина