РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

п. Нижний Ингаш 20 декабря 2019 года 

Нижнеингашский районный суд Красноярского края в составе: председательствующего судьи Абрамовой Т.М., при секретаре Вишняковой А.В., 

с участием: старшего помощника прокурора Нижнеингашского района Крюковой В.В., ответчика – представителя ОМВД России по Нижнеингашскому району ФИО1, действующей на основании доверенности от 01.03.2019,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-464/2019 (УИД 24RS0003-01-2019-000710-71) по исковому заявлению ФИО2 к ОМВД России по Нижнеингашскому району Красноярского края, Министерству внутренних дел Российской Федерации, Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО2 обратился в суд с иском к ОМВД России по Нижнеингашскому району Красноярского края о взыскании компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями его содержания в изоляторе временного содержания ОМВД России по Нижнеингашскому району в период с 21.01.2015 по 08.05.2015, в размере 360 000 рублей. Свои требования истец мотивировал тем, что 18 дней в указанный период он содержался в изоляторе временного содержания ОМВД России по Нижнеингашскому району в условиях, не соответствующих требованиям закона (нарушена санитарная норма площади камер на 1 человека; не проводилась санитарная обработка задержанных; санузел без соблюдения требований приватности; не выдавались постельные принадлежности; в камерах отсутствовало нормальное освещение и вентиляция; не соблюдались требования пожарной безопасности). Поскольку содержание было бесчеловечным и унижающим его честь и достоинство просил взыскать компенсацию морального вреда.

Определениями суда от 21.11.2019 к участию в деле в качестве соответчиков привлечены Министерство внутренних дел Российской Федерации, Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по Красноярскому краю. 

В судебном заседании истец ФИО2 не присутствовал, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, что подтверждается имеющимися в материалах дела расписками; ссылаясь на плохое самочувствие, просил рассмотреть дело в его отсутствие. 

Ответчик – представитель ОМВД России по Нижнеингашскому району ФИО1 иск не признала, поддержала доводы, изложенные в письменном возражении, из которого следует, что в камерах ИВС имеются центральное отопление, водоснабжение, естественная вентиляция, они оборудованы санузлами. В соответствии со служебной документацией в камерах регулярно проводилась бактерицидная и кварцевая обработка, при помещении в камеру подозреваемым и обвиняемым выдавались постельные принадлежности, что подтверждается записями в журналах. В удовлетворении иска ответчик просил отказать, так как истцом не доказан ни факт причинения ему морального вреда, ни его размер, ни причинно-следственная связь между действиями сотрудников полиции и указанным вредом. В судебном заседании ФИО1 дополнительно пояснила, что ФИО2 прибыл в изолятор временного содержания ОМВД России по Нижнеингашскому району из СИЗО-5 г. Канска, поэтому не нуждался в санитарной обработке, как лицо впервые помещенное в ИВС. При доставлении в изолятор истец был осмотрен медицинским работником на наличие кожных и иных заболеваний. Одежда лиц, содержащихся в изоляторе, и постельные принадлежности проходили обработку в дезинфекционной камере, установленной в 2014 году. Освещение камер являлось достаточным, так как имелся оконный проем, а также две лампочки, одна из которых выключалась на ночь, чтобы приглушить освещенность помещения. Санузел в камерах отделялся перегородками с целью обеспечения приватности. Здание изолятора было оборудовано пожарной сигнализацией, приточно-вытяжной вентиляцией, форточек в окнах камер не имелось, поэтому естественная вентиляция отсутствовала. Иногда на лиц, пребывающих в камере, приходилось менее положенных 4 м2, однако это носило непродолжительный характер, при том что ФИО2 регулярно выводился на прогулку. 05.05.2015 истец нарушил порядок содержания в ИВС, поводом для беспорядков, со слов ФИО2, явилось то, что в камере было душно, а на его просьбу открыть окно для раздачи пищи сотрудник конвоя ответил отказом. 

Представители ответчиков: Министерства внутренних дел Российской Федерации, Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по Красноярскому краю, - в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, о причинах неявки не сообщили, об отложении судебного разбирательства не просили.

По смыслу ст.14 Международного пакта о гражданских и политических правах лицо само определяет объем своих прав и обязанностей в гражданском процессе. Лицо, определив свои права, реализует их по своему усмотрению. Распоряжение своими правами является одним из основополагающих принципов судопроизводства; поэтому неявка лица, извещенного в установленном порядке о времени и месте рассмотрения дела, является его волеизъявлением, свидетельствующим об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в судебном разбирательстве.

Дело рассмотрено в отсутствии не явившихся участников процесса согласно ст. 167 ГПК РФ.

Исследовав материалы дела, выслушав представителя ответчика, заключение старшего помощника прокурора Крюковой В.В., полагавшей, что имеются законные основания для удовлетворения требований истца, при этом она просила взыскать меньшую сумму с учетом требований разумности и справедливости, суд приходит к следующему.

Конституцией Российской Федерации провозглашено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства (ст. 2 Конституции).

На основании с ч. 1 ст. 17 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации.

В силу ч. 2 ст. 21 Конституции РФ и ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Условия содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений в изоляторах временного содержания и в следственных изоляторах, в том числе требования к этим помещениям, регламентированы Федеральным законом от 15.07.1995 № 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" и конкретизированы в Правилах внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых, утвержденных Приказом МВД России от 22.11.2005 № 950 (далее Правила внутреннего распорядка ИВС).

В соответствии со ст. 4 Федерального закона от 15.07.1995 г. № 103-ФЗ содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей.

Согласно ст. 7 указанного Федерального закона местами содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых являются: следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции, следственные изоляторы органов федеральной службы безопасности; изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел; изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых пограничных войск федеральной службы безопасности.

В соответствии со ст. 15 Федерального закона от 15.07.1995 г. № 103-ФЗ в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых, обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность.

На основании ст. 23 указанного Федерального закона подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Им бесплатно выдаются постельные принадлежности. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

Статья 14 Правил внутреннего распорядка ИВС предусматривает, что в течение первых суток вновь прибывшие подозреваемые и обвиняемые проходят санитарную обработку (лица, имеющие признаки педикулеза, - незамедлительно) в санпропускнике ИВС, а при его отсутствии - в санпропускнике (бане) общего пользования населенного пункта. Одежда (иные носильные вещи) подлежат обработке в дезинфекционной камере.

Статьей 1069 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Судом установлено, что истец ФИО2 в определенные периоды с 27.01.2015 по 30.01.2015, с 11.02.2015 по 13.02.2015, с 20.04.2015 по 22.04.2015, с 27.04.2015 по 30.04.2015, с 05.05.2015 по 08.05.2015 (всего 18 дней) помещался в ИВС ОМВД России по Нижнеингашскому району Красноярского края, затем переправлялся в ФКУ СИЗО-5 г. Канска.

Согласно техническому паспорту, изолятор временного содержания построен в 2005 году, имеется 6 камер, рассчитанных на 11 человек, санпропускник отсутствует, имеется дезкамера, каждая камера оборудована санузлом. В изоляторе центральное отопление, в наличии противопожарный инвентарь. Площадь камеры № 3 составляет 9,36 м2, площадь камер № 4 и №5 – 9,38 м2. 

Как следует из фототаблицы, камеры оборудованы индивидуальными спальными местами, столами для приёма пищи, полками для туалетных принадлежностей и вешалками для верхней одежды, имеется естественное от оконного проема и искусственное освещение (два плафона). Санузлы внутри камеры оборудованы перегородками с дверями. 

С учётом выше приведённых доказательствах оснований полагать, что не соблюдались условия противопожарной безопасности, в камерах освещение было недостаточным, не имеется. Представитель ответчика в судебном заседании не отрицал наличие освещения в камерах в ночное время, однако это было необходимо в целях безопасности и для наблюдения за происходящим, при этом на ночь оставалась включенной лишь лампочка, располагающаяся над дверью камеры. Утверждения же истца о плохом освещении и отсутствии естественного освещения надлежащими доказательствами не подтверждены. Суд также считает необоснованными доводы ФИО2 о несоответствии санузлов требованиям приватности, так как установлено, что имелись перегородки, отделяющие санузел от остального помещения. 

Из материалов дела установлено, что ФИО2 на момент доставления в ИВС ОМВД России по Нижнеингашскому району являлся осужденным к реальному лишению свободы по приговору Балахтинского районного суда от 03.09.2013, в изолятор он прибыл из СИЗО-5 г. Канска, по этой причине подвергать его дополнительной санитарной обработке в ИВС не требовалось, в связи с чем, суд считает необоснованными доводы истца о нарушении его прав в указанной части. 

Доводы истца о том, что он не был обеспечен постельными принадлежностями, и ему приходилось спать на голых досках, подтверждения не нашли. За время содержания в камерах ФИО2 был обеспечен спальным местом, а также постельными принадлежностями (матрасом, подушкой), постельным бельем (2 простынями, наволочкой) и полотенцем, что подтверждается записями в журналах выдачи постельных принадлежностей, заверенными подписью истца.

Между тем из книги покамерного учета лиц, содержащихся в ИВС, и пояснений представителя ответчика в судебном заседании следует, что норма санитарной площади на одного человека в период содержания истца в камерах не всегда соблюдались, так 22.04.2015 в камере №3 помимо ФИО2 находились еще два лица, при том что площадь данной камеры составляет 9,36 м2; 29.04.2015, 30.04.2015, 05.05.2015 и 06.05.2015 трое граждан, среди которых был истец, содержались в камере №5 на площади 9,38 м2. Таким образом, доводы истца в части переполненности камер, обеспечения его меньшей площадью, чем это предусмотрено действующим законодательством (4 метра на одного человека) нашли свое подтверждение.

Заслуживают доверие доводы истца о ненадлежащих условиях содержания в камерах ИВС в связи с отсутствием достаточной вентиляции. Из пояснений представителя ответчика и фототаблицы следует, что в камерах изолятора имелась приточно-вытяжная вентиляция, проветривание помещений путем открытия форточек не проводилось в виду их отсутствия. 29.04.2015 уполномоченным по правам человека в Красноярском крае ФИО3 осуществлялась проверка законности и условий содержания в ИВС ОМВД России по Нижнеингашскому району, в ходе проведения которой зафиксировано, что в камерах душно, влажность выше нормы. По выявленным нарушениям рекомендовано улучшить работу вентиляции. После указанной проверки последовали обращения руководства отдела полиции в ГУ МВД России по Красноярскому краю о проведении капитального ремонта, в том числе о необходимости замены системы вентиляции в ИВС. Отсутствие должной вентиляции явились поводом для нарушения ФИО2 режима содержания в ИВС 05.05.2015, что следует из постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 15.05.2015. Кроме того, 01.07.2015 истец обращался с жалобой в прокуратуру Красноярского края, где в числе прочего указывал на отсутствие проветривания камер в ИВС Нижнеингашского района.

Таким образом, в ходе рассмотрения дела доводы ФИО2 в части переполненности камер, обеспечения его меньшей площадью, чем это предусмотрено действующим законодательством, отсутствия надлежащей вентиляции, нашли свое подтверждение при недоказанности иных заявленных в иске нарушений. Обосновывая свои требования, истец указывает на перенесенные им нравственные страдания из-за пережитых им негативных эмоций и переживаний, нахождения в условиях, унижающих его человеческое достоинство.

Факт содержания истца в ИВС ОМВД России по Нижнеингашскому району в условиях, не соответствующих установленным нормам, влечет нарушение прав истца, гарантированных законом, и сам по себе является достаточным для того, чтобы причинить страдания и переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению свободы, что, в соответствии с упомянутыми выше правовыми нормами является основанием для признания требований истца о взыскании компенсации морального вреда правомерными. 

При определении размера компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца, суд исходит из характера и степени причиненных ему нравственных страданий, фактических обстоятельств дела, периода времени, в течение которого истец находился в ненадлежащих условиях содержания, индивидуальных особенностей потерпевшего, и с учетом принципов разумности и справедливости определяет его в сумме 1000 рублей, в остальной части требований следует отказать.

Принимая во внимание положения ст. ст. 125, 1069, 1071 Гражданского кодекса РФ, подп. 1 п. 3 статьи 158 Бюджетного кодекса РФ, ст. 9 Федерального закона от 15.07.1995 № 103-ФЗ и пп. 100 п. 11 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации", утвержденного Указом Президента РФ от 21.12.2016 № 699, суд считает правильным, что взыскание вреда, причиненного в результате незаконных действий (бездействия) территориального органа внутренних дел, следует осуществить с Российской Федерации в лице МВД России как главного распорядителя бюджетных средств за счет казны Российской Федерации.

Руководствуясь ст. ст.194-198 ГПК РФ,

решил:

Исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице главного распорядителя бюджетных средств Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 1000 (одна тысяча) рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд через Нижнеингашский районный суд Красноярского края в течение месяца со дня принятия судом решения в окончательной форме. 

Председательствующий Абрамова Т.М.

Мотивированное решение изготовлено 20.12.2019.