Дело № 1-120/2018

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации 

9 ноября 2018 года г. Маркс 

Марксовский городской суд Саратовской области в составе: 

председательствующего – судьи Алимбекова Т.Ф.,

при секретарях судебного заседания Рогожиной С.В., Даниловой С.А.,

с участием государственного обвинителя – помощника Марксовского межрайонного прокурора Прокофьева А.В., 

потерпевшего М. и его представителя – адвоката Никифорова С.А., представившего удостоверение № и ордер № от 26 октября 2018 года,

подсудимого ФИО1 и его защитника – адвоката Рожкова С.В., представившего удостоверение № и ордер № от 26 октября 2018 года, 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, 

<

данные изъяты>, не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч.2 ст.112 УК РФ,

установил:

ФИО1 совершил умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в статье 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, с применением предмета, используемого в качестве оружия, при следующих обстоятельствах. 

В вечернее время 27 ноября 2017 года у дома 

<

адрес> ФИО1 в ходе ссоры с М., действуя умышленно, с целью причинения последнему телесных повреждений нанес М. удар тупым твердым предметом по левой руке, которым причинил ему 

<

данные изъяты>, повлекший средней тяжести вред здоровью М. по признаку длительности расстройства здоровья сроком свыше 21 дня. 

В судебном заседании подсудимый ФИО1 вину в совершении указанного преступления не признал, заявив о непричастности к причинению вреда здоровью М.

При этом подсудимый сообщил о том, что около 17 часов 27 ноября 2017 года у дома 

<

адрес> в ходе ссоры, вызванной созданием препятствий выезду из его гаража автомобилем М., нанес последнему в целях самообороны один удар кулаком в область лица, после которого М. покинул место происшествия. При этом подсудимый настоял на том, что каких-либо посторонних предметов в руках не имел, ударов по руке металлическим предметом потерпевшему не наносил. 

Вместе с тем, несмотря на позицию подсудимого, его вина в инкриминированном преступлении подтверждается совокупностью собранных и исследованных в судебном заседании доказательств. 

Так, потерпевший М. в судебном заседании сообщил о том, что 27 ноября 2017 года около 17 часов у дома 

<

адрес> ФИО1 нанес ему в ходе ссоры удар кулаком в область лица, а также удар металлическим гвоздодером по левой руке, от которого он получил 

<

данные изъяты>, в связи с которым в тот же день обратился в медицинское учреждение.

Показания потерпевшего согласуются с его же сообщением, зарегистрированным в Отделе МВД России по Марксовскому району Саратовской области в 18 часов 10 минут 27 ноября 2017 года, в котором М. сообщил о нанесении ему удара гвоздодером на 

<

адрес> неизвестным мужчиной (л.д.5).

В заявлении от 27 ноября 2017 года, зарегистрированным в тот же день в органе внутренних дел, М. вновь заявил о нанесении ему ФИО1 удара рукой по лицу и удара гвоздодером по руке у 

<

адрес> (л.д.8).

Указанные выше доказательства согласуются с сообщением дежурной медсестры ГУЗ СО «Марксовская районная больница», зарегистрированным в Отделе МВД России по Марксовскому району Саратовской области в 19 часов 39 минут 27 ноября 2017 года, в котором указано об обращении в медицинское учреждение М. с диагнозом «

<

данные изъяты>» (л.д.6). 

Объективно вышеизложенные доказательства подтверждаются заключением судебно-медицинской экспертизы от 21 июля 2018 года №, согласно которому у М. обнаружены телесные повреждения в виде 

<

данные изъяты>, образовавшегося от однократного травматического воздействия тупого твердого предмета, не причинившего вреда здоровью, а также в виде 

<

данные изъяты>, причинившего средней тяжести вред здоровью по признаку длительности расстройства здоровья сроком свыше 21 дня, который возник от однократного травматического воздействия тупого твердого предмета с ограниченной контактирующей поверхностью. Указанные телесные повреждения могли образоваться около 17 часов 27 ноября 2017 года, 

<

данные изъяты> мог образоваться от удара гвоздодером (монтировкой).

При этом из выписки амбулаторного больного ГУЗ СО «Марксовская районная больница» № и медицинской карты амбулаторного больного, на которые имеется указание в исследовательской части названного заключения, усматривается, что М. обратился в медицинское учреждение 27 ноября 2017 года, сообщив об избиении неизвестным, который нанес удар монтировкой по руке, а также удар кулаком по лицу в тот же день около 16 часов 30 минут 27 ноября 2017 года (л.д.183-184).

Помимо этого, все вышеизложенные доказательства подтверждаются и показаниями свидетеля Б., которая в судебном заседании сообщила о том, что в один из дней ноября 2017 года, проезжая на автомобиле по 

<

адрес>, наблюдала, как ФИО1 нанес М. удар рукой по лицу, а также удар посторонним предметом по руке. 

Кроме того, приведенные ранее доказательства согласуются с показаниями свидетеля М.Т., которая в судебном заседании сообщила о том, что в один из дней осенне-зимнего периода 2017 года после 16 часов ее муж М. выехал из дома за внуком в с. Подлесное Марксовского района Саратовской области, при этом каких-либо телесных повреждений у него не имелось. Вернулся домой М. с внуком около 18 часов того же дня, при этом у него имелось покраснение на лице, а также опухоль на руке, по поводу которых пояснил, что данные телесные повреждения причинены ему мужчиной в 

<

адрес>, которым ему был нанесен удар гвоздодером по руке. В связи с телесными повреждениями в области руки М. с ее дочерью В.Е. в тот же день направились в медицинское учреждение, где потерпевшему был выставлен диагноз «

<

данные изъяты>».

В судебном заседании в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ также были оглашены показания свидетеля М.Т., данные в ходе предварительного расследования, в которых она сообщила о том, что указанные события имели место 27 ноября 2017 года, перелом М. получил на левой руке (л.д.40-42).

Оглашенные показания свидетель в судебном заседании подтвердила в полном объеме, пояснив, что некоторые детали тех событий запамятовала по прошествии времени, что признается судом убедительным с учетом значительного периода, истекшего со дня исследуемых обстоятельств, показания в приведенной части согласуются с совокупностью других исследованных в судебном заседании доказательств, а потому также кладутся судом в основу приговора.

При этом свидетель В.Е. в судебном заседании подтвердила показания свидетеля М.Т., сообщив о том, что 27 ноября 2017 года около 18 часов прибыла в дом своих родителей, где находился ее отчим М. с перевязанной рукой. При этом М. сообщил о том, что в тот же день в 

<

адрес> в присутствии ее сына В. другой мужчина нанес ему удар рукой по лицу и гвоздодером по руке. В связи с этим совместно с потерпевшим направились в районную больницу, где ему был выставлен диагноз «

<

данные изъяты>», после чего обратились в органы внутренних дел. 

Кроме того, в судебном заседании в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ были оглашены показания несовершеннолетнего свидетеля В., который сообщил о том, что 27 ноября 2017 года в 

<

адрес>, находясь в автомобиле своего деда М., наблюдал, как ему неизвестным мужчиной был нанесен удар, при этом в руках у данного мужчины находилась палка (л.д.124-127).

Сведения, отраженные в приведенных ранее доказательствах, подтверждаются и протоколом осмотра места происшествия от 14 июля 2018 года с фототаблицей, в ходе которого с участием М. осмотрен участок местности перед гаражом у дома 

<

адрес>, указав на который, потерпевший вновь сообщил о нанесении ему в данном месте ФИО1 около 17 часов 27 ноября 2017 года удара рукой по лицу, а также удара гвоздодером по левой руке (л.д.165-169).

Вместе с тем стороной защиты в опровержение указанных доказательств представлены показания свидетеля Г., которая в судебном заседании сообщила о том, что около 17 часов 27 ноября 2017 года находилась у гаража, расположенного у 

<

адрес> совместно со своим мужем ФИО1, когда к указанному гаражу с ребенком подошел М., автомобиль которого перекрывал выезд из их гаража. На претензии, высказанные ФИО1, М., посадив ребенка в машину, высказался нецензурно в адрес ее мужа, на что последний нанес ему удар рукой в область лица, а она, оттолкнув мужа в сторону, подошла к М. и принесла ему извинения, тот в свою очередь, сев в автомобиль, покинул место происшествия. При этом свидетель настояла на том, что в руках у ФИО1 каких-либо предметов не находилось, ударов по руке М. ее муж на наносил, при этом автомобилей, проезжавших мимо места происшествия, в этот момент не наблюдала.

В подтверждение данных показаний по инициативе стороны защиты в судебном заседании также допрошена свидетель И., которая в судебном заседании сообщила о том, что 27 ноября 2017 года около 17 часов находилась в 

<

адрес>, выглянув в окно которого увидела, как ранее незнакомый ей мужчина посадил ребенка в автомобиль, загораживавший выезд из их гаража, после чего ее отец ФИО1 нанес этому мужчине удар по лицу, на что ее мать Г. оттолкнула отца в сторону. В этот момент она отошла от окна на несколько секунд, а вернувшись, увидела, как указанный ранее мужчина сел в автомобиль и покинул место происшествия. Также свидетель настояла на том, что в руках ФИО1 каких-либо предметов не находилось, в момент происшествия проезжавших автомобилей не наблюдала.

Кроме того, в судебном заседании допрошена и свидетель защиты М.Ю., сообщившая о том, что в вечернее время 27 ноября 2017 года с расстояния наблюдала, как у 

<

адрес> ФИО1 нанес удар по лицу мужчине, на что Г. оттолкнула своего мужа в сторону гаража, после чего указанный мужчина сел в стоящий там же автомобиль. При этом свидетель отметила, что каких-либо предметов в руках у ФИО1 не наблюдала. 

Также стороной защиты представлена видеозапись, на которой свидетель Г. совершает более 100 шагов от места происшествия до места наблюдения свидетелем М.Ю. описанных ею обстоятельств, подтверждающую, по мнению стороны защиты, возможность наблюдения данных событий свидетелем.

Вместе с тем приведенные стороной защиты доказательства, как каждое в отдельности, так и в своей совокупности, выводов суда о доказанности вины подсудимого в инкриминированном ему преступлении, не опровергают. 

Как установлено в судебном заседании, до 27 ноября 2017 года подсудимый и потерпевший, как и их семьи в неприязненных отношениях не состояли, в связи с чем оснований для оговора ФИО1 со стороны М. не имеется. 

При этом действия подсудимого и их последствия, о которых в своих показаниях, а также при обращении в правоохранительные органы в течение нескольких часов с момента происшествия, последовательно сообщал потерпевший, подтверждены совокупностью и других доказательств, не доверять которым оснований не имеется, в том числе показаниями свидетелей стороны обвинения, предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, оснований для оговора ФИО1 которыми в судебном заседании также не приведено и судом не установлено.

Помимо этого, показания потерпевшего и свидетелей обвинения согласуются с результатами обращения потерпевшего в медицинское учреждение в тот же день спустя непродолжительное время, при котором он также сообщал о причинении ему телесных повреждений ФИО1 при описанных ранее обстоятельствах.

Кроме того, все вышеприведенные доказательства стороны обвинения объективно подтверждаются и выводами судебно-медицинской экспертизы о характере и давности возникновения у М. закрытого перелома левой локтевой кости.

При этом допрошенный в судебном заседании эксперт К., проводивший данную экспертизу, выводы своего заключения поддержал в полном объеме, разъяснив, что наличие в медицинских документах записей от 28 ноября 2017 года об определении 

<

данные изъяты>, как и о том, что убедительных данных за свежие костно-травматические повреждения не определено, на которые обращено внимание стороной защиты, подтверждают его окончательные выводы, в том числе об обнаружении у М. 

<

данные изъяты>, который мог образоваться около 17 часов 27 ноября 2017 года.

Также в судебном заседании эксперт дополнил, что наличие указанного перелома не исключает возможность совершения потерпевшим действий рукой, а напротив подтверждается данными первичного медицинского осмотра. 

Указанная экспертиза проведена экспертом государственного экспертного учреждения, имеющего высшее медицинское образование и значительный стаж экспертной деятельности, предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, а также за дачу заведомо ложных показаний в судебном заседании. 

Само заключение содержит указания на объекты исследования и источники, используемые при этом, каких-либо противоречий в исследовательской части и выводах не содержит, а потому оснований ставить под сомнение достоверность заключения и показаний эксперта, вопреки доводам стороны защиты, не имеется.

При таких обстоятельствах показания свидетелей защиты, в том числе и об отсутствии проезжавших машин в момент происшествия, выдвинутые с целью опорочить показания свидетеля Б., судом расцениваются, как данные в целях оказания помощи подсудимому в уклонении от уголовной ответственности за совершенное преступление, поскольку опровергнуты совокупностью доказательств, представленных стороной обвинения, а потому судом отвергаются.

Доводы стороны защиты о наличии родственных и приятельских отношений у свидетелей стороны обвинения с потерпевшим и между собой сами по себе не свидетельствуют о ложности их показаний, которые в свою очередь объективно подтверждены другими доказательствами стороны обвинения, приведенными выше, и вопреки доводам стороны защиты, являются логичными и последовательными.

Версии стороны защиты о получении потерпевшим перелома руки при иных обстоятельствах, которые могли иметь место как до 27 ноября 2017 года, так и позднее указанной даты, опровергаются, помимо показаний потерпевшего, свидетелей обвинения, сообщений в правоохранительные органы о получении потерпевшим телесных повреждений и других доказательств, также вышеприведенными заключением судебно-медицинской экспертизы и показаниями эксперта в судебном заседании о времени возникновения указанного телесного повреждения и способе его получения, не доверять которым оснований не имеется.

Теми же доказательствами опровергнуто и мнение стороны защиты о ложности показаний потерпевшего и свидетелей ввиду того, что место происшествия М. покидал, самостоятельно управляя автомобилем, поскольку из этих доказательств установлено, что обнаруженный у потерпевшего перелом руки не препятствовал ему управлению автомобилем.

При этом показания свидетеля В.Е. и потерпевшего М. о том, что посредством телефонной связи с сообщением о преступлении 27 ноября 2017 года в Отдел МВД России по Марксовскому району он не обращался, судом расценивается как добросовестное заблуждение названных лиц, вызванное длительным периодом, истекшем со дня исследуемых событий, поскольку указанное сообщение получило официальную регистрацию в книге учета сообщений о преступлениях, содержит сведения о персональных данных и обстоятельствах происшествия, которые к 18 часам 10 минутам 27 ноября 2017 года сотрудникам полиции не были известны, а кроме того, обращение потерпевшего с подобным сообщением подтверждено и показаниями свидетеля А., который в судебном заседании сообщил о том, что указанное выше сообщение в действительности было принято в период прохождения им службы в должности начальника дежурной смены Отдела МВД России по Марксовскому району Саратовской области и было зарегистрировано его подчиненным К.А. 

Вместе с тем показания свидетеля Б. каких-либо конкретных сведений об обстоятельствах уголовного дела не содержат, в связи с чем во внимание суда не принимаются. 

Таким образом, проверив и оценив в соответствии со ст.ст.87, 88 УПК РФ каждое из приведенных выше доказательств с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, суд приходит к выводу о том, что доказательства стороны обвинения, принятые судом во внимание, получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, в совокупности подтверждают вину ФИО1 в совершении преступления и квалифицирует его действия по п. «з» ч.2 ст.112 УК РФ, как умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью, не опасного для жизни человека и не повлекшего последствий, указанных в статье 111 Уголовного кодекса Российской Федерации, но вызвавшего длительное расстройство здоровья, совершенное с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Об умышленном характере действий ФИО1 свидетельствует примененное им в отношении М. насилие, выразившееся в нанесении удара тупым твердым предметом, который подсудимый использовала в качестве оружия, от которого потерпевшему и причинен средней тяжести вред здоровью по признаку длительности расстройства здоровья сроком свыше 21 дня. 

По указанным выше основаниям доводы стороны защиты о непричастности ФИО1 к получению указанного телесного повреждения потерпевшим и необходимости оправдания подсудимого судом признаются несостоятельными и отвергаются.

Не усматривается в действиях ФИО1 и признаков необходимой обороны, о чем указывала сторона защиты, либо превышения ее пределов, поскольку перед нанесением ФИО1 удара посторонним предметом М. какого-либо насилия, либо угроз его применения со стороны потерпевшего в отношении подсудимого не применялось, что установлено из всех исследованных в судебном заседании доказательств. 

Судом исследовался вопрос о вменяемости подсудимого ФИО1, который на учете у нарколога и психиатра не состоит, что подтверждается справкой ГУЗ СО «Марксовская районная больница» от 2 апреля 2018 года № (л.д. 90).

Учитывая данные о психическом состоянии подсудимого, принимая во внимание его поведение при совершении преступления и в судебном заседании, суд признает ФИО1 вменяемым, подлежащим уголовной ответственности и наказанию.

При назначении наказания суд в соответствии со ст.6 УК РФ руководствуется принципом справедливости, в силу ст.60 УК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления и данные о личности виновного, в том числе обстоятельство, смягчающее наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, судом не установлено.

В соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ суд учитывает в качестве смягчающего обстоятельства состояние здоровья подсудимого, перенесенные им заболевания, о которых он сообщил в судебном заседании. 

При назначении наказания также учитываются привлечение ФИО1 к уголовной ответственности впервые, отсутствие в прошлом фактов нарушения общественного порядка и привлечения к административной ответственности за иные правонарушения, положительные характеристики по месту жительства и работы (л.д.84, 95, 97, 100).

С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, суд не усматривает оснований для изменения в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ категории совершенного ФИО1 преступления на менее тяжкую. 

Обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности совершенного преступления, не установлено, в связи с чем оснований для назначения наказания с применением ст.64 УК РФ не имеется.

При определении вида и размера наказания за преступление суд учитывает, что ФИО1 совершено умышленное преступление против здоровья человека, отнесенное ч.3 ст.15 УК РФ к категории средней тяжести, вышеуказанные смягчающее обстоятельство, характеризующие подсудимого данные, и полагает, что цели наказания в отношении ФИО1 могут быть достигнуты только путем назначения ему наказания в виде лишения свободы, единственно предусмотренного санкцией ч.2 ст.112 УК РФ.

Вместе с тем с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, данных о личности ФИО1, в том числе смягчающего обстоятельства, привлечения подсудимого к уголовной ответственности впервые, суд находит возможным его исправление без реального отбывания наказания в местах лишения свободы, в связи с чем постановляет считать назначенное наказание условным.

Учитывая назначение условного наказания, суд приходит к выводу об оставлении меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении ФИО1 до вступления приговора в законную силу без изменения. 

Кроме того, потерпевшим М. заявлен гражданский иск о взыскании с ФИО1 130000 рублей в счет возмещения морального вреда, причиненного преступлением, выразившемся в нравственных страданиях, вызванных физической болью от полученного в результате действий подсудимого 

<

данные изъяты>, невозможностью в связи с полученным телесным повреждением вести активный образ жизни, длительным лечением.

В судебном заседании потерпевший и его представитель указанные требования поддержали в полном объеме.

Государственный обвинитель просил удовлетворить гражданский иск с учетом требований разумности и справедливости.

Подсудимый и его защитник просили отказать в удовлетворении гражданского иска ввиду непричастности ФИО1 к получению потерпевшим телесного повреждения. 

Рассмотрев гражданский иск потерпевшего, исследовав материалы уголовного дела и выслушав лиц, участвующих в судебном заседании, суд приходит к следующим выводам. 

Согласно ст.1101 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда учитываются требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. 

Исходя из положений ст.41 Конституции РФ и ч.1 ст.150 ГК РФ право каждого гражданина на здоровье является главенствующим среди основных прав и свобод человека и гражданина, неотчуждаемых и принадлежащих каждому от рождения. 

Учитывая вышеприведенные нормы, суд приходит к выводу о наличии у М. права на возмещение морального вреда, при определении размера компенсации которого суд принимает во внимание степень физических и нравственных страданий потерпевшего, связанных с индивидуальными особенностями его личности, обстоятельства причинения вреда, при котором ФИО1 применен предмет, используемый в качестве оружия, характер телесных повреждений М., заключающихся в получении потерпевшим 

<

данные изъяты>, повлекшего средней тяжести вред его здоровью по признаку длительного расстройства здоровья сроком свыше 21 дня. 

Учитываются при определении размера компенсации морального вреда умышленное нанесение телесных повреждений М., которые причинили физическую боль гражданскому истцу, семейное и материальное положение ФИО1, его состояние здоровья. При этом суд приходит к выводу о наличии у ФИО1 реальной возможности выплатить денежные средства в счет компенсации морального вреда, так как подсудимый имеет трудоспособный возраст, по состоянию здоровья может осуществлять трудовую деятельность. 

Принимая во внимание совокупность установленных в судебном заседании обстоятельств, учитывая требования разумности и справедливости, суд определяет размер компенсации морального вреда, подлежащий взысканию с ФИО1 в пользу М., в сумме 40000 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.308-309 УПК РФ, суд

приговорил: 

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «з» ч.2 ст.112 УК РФ, по которому назначить наказание в виде лишения свободы сроком на 2 (два) года. 

На основании ст.73 УК РФ назначенное наказание считать условным с испытательным сроком 2 (два) года.

Возложить на ФИО1 следующие обязанности:

- не менять постоянного места жительства, работы без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, 

- не посещать места общественного питания, в которых осуществляется продажа алкогольной продукции;

- не покидать место постоянного проживания (пребывания) в период времени с 22 часов 00 минут до 06 часов 00 минут, если это не связано с выполнением трудовых обязанностей;

- не посещать места проведения массовых мероприятий и не участвовать в указанных мероприятиях.

- один раз в месяц являться в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осужденного, для регистрации.

Меру пресечения ФИО1 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставить без изменения.

Гражданский иск М. удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО1 в пользу М. в счет возмещения морального вреда, причиненного преступлением, денежные средства в сумме 40000 (сорока тысяч) рублей. 

Наложение ареста на имущество ФИО1 сохранить до исполнения приговора в части гражданского иска.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Саратовского областного суда в течение 10 суток со дня постановления путем принесения апелляционной жалобы (представления) через Марксовский городской суд Саратовской области.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чем должен заявить в своей апелляционной жалобе, а если дело рассматривается по представлению прокурора или по жалобе другого лица – в отдельном ходатайстве или возражениях на жалобу либо представление.

Судья Марксовского городского суда

Саратовской области Т.Ф. Алимбеков