Судья 1 инстанции Каржавина Н.С. УИД 77RS0021-02-2024-019256-93

Гражданское дело 1 инстанция № 2-4079/2025 № 33-3392/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

16 февраля 2026 года город Москва

Судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда в составе председательствующего судьи Жолудовой Т.В.,

и судей Заскалько О.В., Нестеровой Е.Б.,

при ведении протокола помощником судьи Шатовой А.С.,

с участием прокурора Витман Ю.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании с использованием средств видеозаписи по докладу судьи Заскалько О.В.,

гражданское дело по апелляционной жалобе Министерства обороны России на решение Пресненского районного суда г. Москвы от 26 мая 2025 года, которым постановлено:

Исковые требования ФИО1 к Министерству обороны РФ о взыскании морального вреда – удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства обороны Российской Федерации (ИНН ***) в пользу ФИО1 (паспорт ***) компенсацию морального вреда в связи с гибелью сына в размере 1 500 000 руб.

В остальной части иска отказать.;

у с т а н о в и л а:

ФИО1 обратился в суд с иском к ответчику Министерству обороны РФ о компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований истец ФИО1 указал, что он является отцом младшего сержанта ФИО2, *** г.р., бывшего военнослужащего, проходившего военную службу по призыву в войсковой части ***. Мать ФИО2 умерла *** г., на момент гибели истец остался единственным его родителем. 24 октября 2024 г. при проведении работ на территории войсковой части *** ФИО2 погиб. Постановлением старшего следователя Военного следственного отдела Следственного комитета Российской Федерации по Екатеринбургскому гарнизону от 14.11.2022 истец ФИО1 признан потерпевшим по уголовному делу №***. Приговором Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 26.02.2024 работник войсковой части *** ФИО3, осужден по ч. 2 ст. 216 УК РФ к 3 годам лишения свободы с лишением права занимать должности, связанные с выполнением организационно-распорядительных полномочий в системе Министерства обороны Российской Федерации на срок 2 года. ФИО3 признан виновным в том, что нарушил правила безопасности при ведении иных работ, что повлекло по неосторожности причинение смерти сыну истца. Приговор вступил в законную силу, в рамках уголовного дела гражданский иск о компенсации морального вреда не заявлялся. Гибель сына вызвала у истца глубокие нравственные страдания, стала тяжелейшим событием в его жизни, причинены страдания в связи с преждевременной потерей близкого человека. Наступившие обстоятельства, связанные с разрушением продолжительных семейных отношений. вызвали у истца состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушили неимущественное право на семейные связи. На основании изложенного, истец просил взыскать с ответчика моральный вред в размере 8 000 000 руб.

Судом постановлено приведенное выше решение, об отмене которого по доводам апелляционной жалобы просит ответчик Министерство обороны Российской Федерации, ссылаясь на неправильное применение норм материального права. В обоснование доводов жалобы указывает, что осужденный ФИО3 не являлся военнослужащим, он являлся работником войсковой части *** по трудовому договору и являлся виновным лицом в происшествии, в результате которого погиб военнослужащий. На момент заключения трудового договора войсковая часть являлась юридическим лицом, на момент происшествия войсковая часть *** являлась структурным подразделением войсковой части 58661 и входила в состав ФКУ «ОСК ЦВО». С 01.09.2012 по 31.01.2024 войсковая часть осуществляла деятельность посредством обеспечения ФКУ «УФО МО РФ по Свердловской области». С 01.02.2024 ФКУ «УФО МО РФ по ЦВО» реорганизовано, обязанность обеспечения войсковой части 58661 возложена на ФКУ «66 ФЭС МО РФ». Таким образом, ответчик считает, что компенсация морального вреда должна осуществляться работодателем причинителя вреда ФИО3 – войсковой частью *** через ФКУ «66 ФЭС» МО РФ.

В соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации полагая возможным рассмотрение апелляционной жалобы в отсутствие истца, ответчика, третьих лиц о времени и месте судебного заседания, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность постановленного по делу судебного постановления в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы, заслушав заключение прокурора Витман Ю.А., полагавшей решение суда законным и обоснованным, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Таких оснований для отмены или изменения постановленного решения по доводам апелляционной жалобы ответчика не имеется.

Охрана здоровья военнослужащих обеспечивается созданием благоприятных условий военной службы, быта и системой мер по ограничению опасных факторов военной службы, проводимой командирами во взаимодействии с органами государственной власти. Забота о сохранении и об укреплении здоровья военнослужащих - обязанность командиров. На них возлагается обеспечение требований безопасности при проведении учений, иных мероприятий боевой подготовки, во время эксплуатации вооружения и военной техники, при производстве работ, исполнении других обязанностей военной службы (пункт 1 статьи 16 Федерального закона от 27 мая 1998 г. N 76-ФЗ «О статусе военнослужащих»).

Аналогичные требования к обеспечению сохранения жизни и здоровья военнослужащих закреплены и в статьях 75, 81 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 г. N 1495.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что истец является отцом младшего сержанта ФИО2, *** г.р., что подтверждается свидетельством о рождении ***.

Согласно свидетельству о смерти *** № *** от 26.10.2022 ФИО2 умер***.

Мать ФИО2 – ФИО4 умерла *** г., что подтверждается свидетельством о смерти ***, на момент гибели истец остался единственным его родителем.

Постановлением старшего следователя военного следственного отдела Следственного комитета Российской Федерации по Екатеринбургскому гарнизону от 14.11.2022 истец признан потерпевшим по уголовному делу №***.

Приговором Железнодорожного районного суда г. Екатеринбурга от 26.02.2024 работник войсковой части*** ФИО3 осужден по ч. 2 ст. 216 УК РФ к 3 годам лишения свободы с лишением права занимать должности, связанные с выполнением организационно-распорядительных полномочий в системе Министерства обороны Российской Федерации на срок 2 года.

ФИО3, начальник отдела хранения (технических средств) войсковой части *** (по трудовому договору), признан виновным в том, что нарушил правила безопасности приведении иных работ, что повлекло по неосторожности причинение смерти сыну истца. Приговор вступил в законную силу, в рамках уголовного дела гражданский иск о компенсации морального вреда не заявлялся.

Выпиской из приказа от 05.10.2022 № 653 командира войсковой части 28331 «О назначении личного состава для проведения работ» подтверждается, что в период с 05.10.2022 по 31.10.2022 выделен личный состав командиру первого батальона связи для выполнения погрузочно-разгрузочных работ не менее 20 военнослужащих, в сопровождении старших. Предусмотрено обеспечение привлекаемого личного состава индивидуальными рационами питания и медицинскими масками.

Также приказано ежедневно с личным составом, привлекаемым к выполнению задач, проводить инструктаж по технике безопасности при выполнении погрузочно-разгрузочных работ, а также по профилактике недопущения заражения инфекцией COVID-19.

Выполнение данных указаний возложено на командиров подразделений.

В указанный состав по призыву 1 батальона связи в связи с убытием для проведения погрузочно-разгрузочных работ на складе по хранению материальных и технических средств вещевой службы в/ч *** приказом от 22.10.2022 № 302 входил ФИО2 (л.д. 59,60).

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу, что смерть ФИО2 наступила при исполнении им обязанностей военной службы.

Разрешая спор, принимая решение об удовлетворении исковых требований о взыскании с Министерства обороны Российской Федерации в пользу истца в счет возмещения морального вреда в связи с гибелью сына 1 500 000 руб., дав оценку представленным доказательствам по правилам статьи 67 ГПК Российской Федерации, руководствуясь положениями ст.ст. 151, 1064, 1084, 1099, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 27.05.1998 № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», суд первой инстанции исходил из того, что смерть сына истца ФИО2 произошла в период прохождения им срочной военной службы по призыву в войсковой части *** при проведении работ по выставлению военной тяжелой техники на длительное хранение в войсковой части ***, ФИО2 получил удар откатившимся груженым прицепом (состоявшем на бюджетном учете в/ч***), вследствие чего скончался на месте от полученных травм.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что Министерство обороны Российской Федерации несет обязанность по компенсации причиненного истцу морального вреда в связи со смертью военнослужащего его сына, поскольку не обеспечило безопасное прохождение военной службы.

Вопреки доводам апелляционной жалобы ответчика об отсутствии вины Министерства обороны Российской Федерации, тот факт, что работником войсковой части *** ФИО3 совершены противоправные действия (бездействия) в виде нарушения правил безопасности при ведении работ, что повлекло по неосторожности гибель военнослужащего ФИО2, основанием для отказа в иске к Министерству обороны Российской Федерации не является, исходя из того, что именно на Министерстве обороны Российской Федерации в силу пункта 2 статьи 1064, ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации лежит обязанность по возмещению вреда в связи с необеспечением безопасных условий прохождения военной службы, повлекших гибель военнослужащего при исполнении им обязанностей военной службы.

В силу положений статей 3, 16, 18, 27 Федерального закона от 27 мая 1998 года N 76-ФЗ «О статусе военнослужащих», статьи 37 Федерального закона от 28 марта 1998 года № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе», пунктов 81, 144, 152, 317, 322 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 года № 1495, разъяснениями, изложенными в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», правовая и социальная защита военнослужащих, включающая в себя охрану их жизни и здоровья, возлагается на государство; реализация мер правовой и социальной защиты военнослужащих осуществляется органами государственной власти, федеральными государственными органами, а также является обязанностью их командиров (начальников).

Исходя из приведенных правовых норм, учитывая установленные по делу обстоятельства, из которых следует, что на дату происшествия 24.10.2022г., военнослужащий ФИО2, будучи откомандированным приказом командира войсковой части ***, то есть выполнял приказ командира на территории склада хранения военной тяжелой техники (войсковая часть 58661-Ф), в то время как тем же приказом на командиров подразделений была возложена обязанность ежедневно проводить инструктаж по технике безопасности личному составу при выполнении ими погрузочно-разгрузочных работ, то доводы апелляционной жалобы о недоказанности вины должностных лиц Министерства обороны Российской Федерации в причинении вреда не могут быть признаны состоятельными, поскольку в силу распределения бремени доказывания по данной категории дел именно на ответчике Министерстве обороны Российской Федерации в силу пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации лежала обязанность доказать отсутствие вины должностных лиц войсковой части в необеспечении безопасных условий прохождения военной службы, повлекших гибель военнослужащего ФИО2 при исполнении им обязанностей военной службы.

Кроме того, как установлено приговором суда и следует из выводов заключения комиссионной военно-уставной судебной экспертизы, работы по вывешиванию технических средств вещевой службы- прицепа ПРМ-В2 на базе шасси 2-ПН-4, то есть работы, порученные приказом командира части военнослужащему ФИО2, обладают опасными и вредными производственными факторами в виде воздействия на организм работающего человека, который перед выполнением указанных работ должен пройти подготовку и инструктажи. Кроме того, виды данных работ требуют проведения организационных и технических мероприятий, обеспечивающих безопасность их проведения, в связи с чем, согласно п. п. 4.5, 4.6, п. 9, ч.5 п. «л» главы 5 «Классификации опасных и вредных производственных факторов, обладающих свойствами физического воздействия на организм человека» ГОСТ 12.0.003-2015 относятся к работам с повышенной опасностью по следующим критериям: 1. Работы должны выполняться силами и средствами подразделений технического обслуживания и ремонта войсковой части. 2. Перед выполнением работ личный состав должен пройти подготовку и инструктажи. 3. Характеризуется наличием опасных и вредных производственных факторов и требует проведения организационных и технических мероприятий, обеспечивающих безопасность их проведения. 4. Работы по вывешиванию автомобильной техники на подставки обладают опасными и вредными производственными факторами в виде воздействия на организм работающего человека, который перед выполнением указанных работ должен пройти подготовку и инструктажи.

Между тем, ответчиком не представлено доказательств того, что должностными лицами (командирами) войсковых частей (в/ч 28331, в/ч 58661-Ф), отдавшими соответствующие приказы и тем самым допустившими военнослужащего ФИО2 до выполнения работ с опасными и вредными производственными факторами, были проведены необходимые организационные и технические мероприятия, обеспечивающие в соответствии с ГОСТ 12.0.003-2015 безопасность их проведения, а также не представлено доказательств того, что военнослужащий ФИО2 до проведения работ с опасными и вредными производственными факторами, прошел необходимую соответствующую подготовку и имеет допуск к выполнению таких работ. Также как не имеется сведений о том, что военнослужащий ФИО2 каким-то образом относился к подразделению технического обслуживания и ремонта войсковой части, чьими силами и средствами должны были быть осуществлены работы по вывешиванию технических средств вещевой службы- прицепа ПРМ-В2 на базе шасси 2-ПН-4.

Учитывая особый характер военной службы, сопряженной со значительным риском для жизни и здоровья, а также наличие строгой субординации во взаимоотношениях военнослужащих, которые находятся под контролем вышестоящих военнослужащих, несущих ответственность за их действия, при установлении судом наличия оснований для возложения на государство обязанности по выплате компенсации морального вреда, наступившей в связи с причинением вреда жизни военнослужащему, оценке должны подлежать как действия непосредственного причинителя вреда, так и действия должностных лиц (начальников), под контролем которых он находился.

При этом статья 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации не исключает возможности возмещения за счет казны Российской Федерации морального вреда, наступившего в связи с причинением вреда жизни военнослужащего при исполнении им обязанностей военной службы, если такой вред явился следствием виновных действий (бездействия) должностных лиц (начальников), выразившихся, в частности, в ненадлежащем исполнении ими своих обязанностей.

С учетом установленных обстоятельств возложение ответственности за смерть ФИО2 в период прохождения им службы по призыву на Министерство обороны Российской Федерации подлежащим применению нормам материального права не противоречит. Учитывая также, что согласно открытым источникам, в частности, в Едином государственном реестре юридических лиц войсковая часть ***, где проходил службу военнослужащий по призыву ФИО2, в качестве юридического лица не значится.

Судебная коллегия считает, что фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судебными инстанциями на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств, с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц, выводы судов соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, основаны на правильном применении норм материального и процессуального права.

Доводы жалобы о завышенном размере компенсации морального вреда, взысканного с ответчика, не являются основанием к отмене либо изменению обжалуемого судебного постановления, поскольку законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, оценка характера и степени причиненного истцам морального вреда, определение размера компенсации морального вреда относятся к компетенции суда. Иная, чем у суда первой инстанции, оценка степени физических, нравственных страданий и переживаний истца, критериев разумности и справедливости, не указывает на то, что выводы суда являются ошибочными.

Судом учтены характер взаимоотношений между единственным сыном и отцом- единственным его родителем, невозможность восполнить утрату, нравственные страдания близкого члена семьи, что смерть сына для отца является сильнейшим психологическим стрессом и ничем не может быть восполнена, приняты во внимание степень родства, индивидуальные особенности истца, обстоятельства, при которых причинена смерть, поведение должностных лиц ответчика- командиров (начальников), к чьим обязанностям отнесена охрана их жизни и здоровья военнослужащих, обеспечение безопасности при проведении учений, иных мероприятий боевой подготовки, во время эксплуатации вооружения и военной техники, при производстве работ, исполнении других обязанностей военной службы, а также требования разумности и справедливости.

С учетом вышеизложенного судебная коллегия считает, что решение суда принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению; имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, (статьи 55, 59 - 61, 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), решение содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Доводы апелляционной жалобы не могут повлечь отмену судебного постановления, поскольку не содержат правовых оснований, установленных ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Московского городского суда

о п р е д е л и л а:

решение Пресненского районного суда города Москвы от 26 мая 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу Министерства обороны Российской Федерации - без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено ***.

Председательствующий

Судьи