Судья Филиппова Т.Е. Дело №22- 2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ижевск 10 декабря 2020 года

Верховный суд Удмуртской Республики в составе:

председательствующего судьи Малютиной В.И.,

с участием прокурора Носкова А.С.,

осужденного ФИО1,

защитника – адвоката В.М.А.,

потерпевшего И.С.В.,

при секретаре Ложкиной И.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела по апелляционной жалобе защитника – адвоката В.М.А. на приговор Октябрьского районного суда г. Ижевска от 24 сентября 2020 года, которым ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ранее не судим, осужден по ч.1 ст.264 УК РФ к 1 году 6 месяцам ограничения свободы, от назначенного наказания освобожден в соответствии с п. «а» ч.1 ст. 78 УК РФ в связи с истечением срока давности,

заслушав выступление участников процесса, проверив материалы дела,

установил:

ФИО1 признан виновным в том, что, управляя технически исправным автомобилем марки «Volkswagen Polo», двигаясь по ул. К.Маркса г. Ижевска по направлению от ул. Бородина г. Ижевска в сторону ул. Кирова г. Ижевска, выехал на регулируемый перекресток проезжих частей улиц К.Маркса и пер. Широкий г. Ижевска на разрешающий зеленый цвет транспортного светофора и на желтый сигнал транспортного светофора приступил к совершению маневра левого поворота на проезжую часть пер. Широкий, однако в нарушение требований ч.1 п. 8.1, 13.4 Правил дорожного движения РФ выехал на полосу движения автомобиля «Mitsubishi Outlander» под управлением Д.Д.А., движущегося во встречном направлении, не предоставив ему преимущество движения, в результате чего 24 июня 2018 года в период с 17 часов 30 минут по 17 часов 56 минут произошло столкновение указанных транспортных средств, в результате которого пассажиру автомобиля «Volkswagen Polo» И.С.В. причинены телесные повреждения, повлекшие причинение тяжкого вреда здоровью.

ФИО1 виновным себя не признал, показал, что, управляя автомобилем «Volkswagen Polo», двигался по проезжей части пер. Широкого, остановился на перекрестке с ул. К. Маркса на запрещающий сигнал светофора, при включении зеленого сигнала продолжил движение, выехал на перекресток с ул. К.Маркса, дальнейшие события не помнит, виновным в дорожно-транспортном происшествии считает Д.Д.А., который двигался на красный сигнал светофора. 

В апелляционной жалобе защитник, приводя собственный анализ и оценку доказательств, указывает, что суд занял различные позиции к оценке доказательств. Не устранил противоречия в показаниях свидетелей Д.Д.А. и К.Н.С.. Не оценил совокупность показаний потерпевшего и подсудимого. Упустил последние показания свидетеля Х.О.И., исходя из которых, красный сигнал светофора он увидел еще до момента ДТП, что позволяет сделать вывод о том, что на момент пересечения светофора и стоп - линии для автомобиля под управлением свидетеля Д.Д.А. горел красный сигнал светофора. Суд не указал, по каким основаниям он отклонил показания Л.О.П., Б.А.Ю., И., ФИО1. Показания свидетеля Д.Д.А. полностью расходятся с показаниями свидетелей Х.О.И., К.Н.С., Л.О.П., Б.А.Ю. в части скорости движения транспортных средств и сигналов светофора. Видеозапись ДТП подвергалась обработке, имеет признаки монтажа, не отвечает критериям допустимости и достоверности. В этой связи иные доказательства, в частности заключение автотехнической экспертизы, при производстве которой использовалась вышеуказанная видеозапись, надлежит признать недопустимыми. Данное заключение неполное, необъективное и недостоверное. При расчетах, проведенных в автотехнической экспертизе, эксперт взял неправильные значения, не использовал в качестве нормативной базы ГОСТы 33997-2016, 52289- 2004, не указал ни формулу, ни методику расчета, из которой он пришел к показательному значению запоздания срабатывания тормозной системы автомобиля в 0,1 сек, упустил режим работы светофора. В рассматриваемом случае светофор на перекрестке предусматривает мигание зеленого сигнала светофора 3 сек, время горения желтого сигнала 3 сек. Таким образом, с момента начала мигания до момента пересечения стоп – линии или линии светофора свидетелем Д.Д.А. прошло не более 6 сек. Данный временной факт отсутствует в заключении эксперта. Кроме того, как указывает защитник, приводя свои определенные расчеты, доводы Д.Д.А. о том, что он выехал на перекресток на желтый сигнал светофора, опровергаются «обычной математикой». Выводы эксперта о том, что Д.Д.А. должен был руководствоваться п. 6.14 ПДД, ошибочны. Экспертам следовало руководствоваться только максимальной скоростью движения в населенном пункте, поскольку в ходе расследования уголовного дела не зафиксировано материальных следов, например, в виде тормозного пути, позволявших достоверно установить скорость движения автомобиля. В процессе проведения следственного эксперимента использовался конструктивно другой автомобиль, который существенно отличался от автомобиля «Mitsubishi Outlander», и Д.Д.А. в автомобиле никем не контролировался. Технические характеристики используемого автомобиля, а также автомобиля Д.Д.А. в протоколе следственного эксперимента не указаны. Данное следственное действие проведено с нарушением ст. 181 УПК РФ. Вина ФИО1 в ДТП не установлена. В квалификации его действий не нашло отражение превышение скоростного режима со стороны Д.Д.А.. Не проверена версия подсудимого. Защитник просит обжалуемый приговор отменить и постановить оправдательный приговор в отношении ФИО1

На апелляционную жалобу государственным обвинителем поданы возражения, в которых он указывает, что судом дана надлежащая оценка показаниям подсудимого, потерпевшего и свидетелей. Оснований для признания оспариваемых стороной защиты доказательств недопустимыми не имеется. Версии ФИО1 и И. опровергаются собранными по делу доказательствами. При всей совокупности доказательств обвинения только подсудимый и потерпевший утверждают, что двигались по пер. Широкий. Возможность движения автомобиля «Volkswagen Polo» по пер. Широкий при обстоятельствах, изложенных подсудимым и потерпевшим, исключена, а движение по ул. К. Маркса и маневр поворота, напротив, нашли свое подтверждение. Данный автомобиль мог выехать на перекресток только с ул. К. Маркса, поскольку в противном случае для всех автомобилей, двигающихся по ул. К. Маркса, горел бы запрещающий сигнал светофора, а это опровергается собранными по делу доказательствами. Оснований полагать, что может иметь место оговор подсудимого свидетелями, не имеется. 

В суде апелляционной инстанции защитник поддержал доводы жалобы в полном объеме. Кроме того, защитник указал, что видеозапись имеет признаки монтажа и перекодирования. Иные следы монтажа, как пояснил эксперт, он может не увидеть, поскольку при перекодировании и перезаписи иные признаки могут быть сокрыты и экспертом не обнаружены. Заключение автотехнической экспертизы судом не исследовалось. Протокол следственного эксперимента с участием свидетеля Д.Д.А. является недопустимым доказательством. При проведении следственного эксперимента использовался другой автомобиль, характеристики которого не указаны, свидетель Д.Д.А. в период движения транспортного средства никем не контролировался, что не мешало ему ехать с максимально допустимой скоростью в населенном пункте, а не так, как он двигался согласно показаниям свидетелей. Не устранены противоречия в показаниях свидетелей Л.О.П. и Б.А.Ю., которые пояснили, что видели, как Д.Д.А. выехал на перекресток на красный сигнал светофора. Не устранены противоречия в показаниях свидетелей Д.Д.А., К.Н.С., Х.О.И.. В этой части оценка доказательствам дана неправильно. Защитник просил обжалуемый приговор отменить и постановить оправдательный приговор.

Сам осужденный поддержал доводы жалобы. Кроме того, осужденный указал, что суд неверно предвзято отнесся к его показаниям, которые подтверждаются показаниями свидетелей и потерпевшего. Допрошенные свидетели не могли достоверно указать световые сигналы светофора либо достоверно говорить, что для Д.Д.А. горел красный сигнал светофора. Видеозапись обрезана и подвергалась обработке. Эксперт подтвердил возможность смонтировать и откорректировать запись так, чтобы не было видно следов обработки вообще. Заключение автотехнической экспертизы суд не исследовал. Совокупность доказательств по делу не доказывает его вину. 

Потерпевший указал, что решение суда несправедливое, суд отнесся к его показаниям критически.

Прокурор поддержал возражения, указал, что суд должным образом исследовал все доказательства, оснований для отмены приговора не имеется.

Выслушав участников процесса, проверив материалы дела, суд апелляционной инстанции оснований для отмены либо изменения приговора не находит.

Уголовное дело возбуждено при наличии повода и оснований в соответствии со ст. 140 УПК РФ.

Порядок привлечения ФИО1 в качестве обвиняемого и предъявления ему обвинения, регламентированный главой 23 УПК РФ, соблюден. 

Требования ст. 215, 216, 217 УПК РФ выполнены. 

Обвинительное заключение составлено в соответствии с требованиями ст. 220 УПК РФ, содержит все предусмотренные уголовно - процессуальным законом данные, подписано следователем, согласовано руководителем следственного органа, утверждено прокурором.

Копия обвинительного заключения ФИО1 вручена. 

Рассмотрение дела начато в срок, установленный ч. 2 ст. 233 УПК РФ.

Нарушений правил подсудности и пределов судебного разбирательства, предусмотренных ст. 32 и ст. 252 УПК РФ, не допущено.

Судебное разбирательство проведено объективно и всесторонне, в условиях состязательности и равноправия сторон, в соответствии с требованиями ст. 252, ст. 15 и ст. 244 УПК РФ. 

Процессуальные права участников уголовного судопроизводства не нарушены и не ограничены.

Заявленные по делу ходатайства судом рассмотрены в соответствии с требованиями ст. 271, 256 УПК РФ. 

Все представленные доказательства исследованы, проверены и оценены. Правила их исследования и оценки, предусмотренные ст. 240, 274, 275, 277, 278, 281, 282, 285, 87, 88 УПК РФ, судом соблюдены. Стороны в представлении доказательств не ограничены.

Фактические обстоятельства установлены судом правильно.

Вопреки доводам апелляционной жалобы вина ФИО1 в совершении инкриминированного ему преступления доказана. Выводы суда о виновности ФИО1 подтверждаются доказательствами, рассмотренными в судебном заседании.

Согласно показаниям всех допрошенных в судебном заседании лиц дорожно-транспортное происшествие произошло в ясную сухую погоду при хорошей видимости.

Свидетели К.Н.С. и Д.Д.А. в судебном заседании показали, что автомобиль «Mitsubishi Outlander» пересек стоп - линию и выехал на перекресток проезжих частей ул. К. Маркса и пер. Широкий на желтый сигнал светофора (т. 4 л.д. 59). Аналогичные показания дала на предварительном следствии свидетель Л.О.П. (т. 2 л.д. 81).

Свидетель Х.О.И. на предварительном следствии показал, что автомобиль «Volkswagen Polo» двигался по проезжей части ул. К. Маркса по направлению от ул. Бородина к ул. Кирова, выехал на перекресток, остановился на трамвайных путях, продолжил движение после включения желтого сигнала светофора для автомобилей, движущихся по проезжей части ул. К. Маркса (т. 1 л.д. 160-161). Данные показания в судебном заседании свидетель Х.О.И. подтвердил (т. 4 л.д. 48). По проезжей части ул. К. Маркса от ул. Кирова к ул. Бородина на желтый сигнал светофора, исходя из показаний свидетелей К.Н.С. и Д.Д.А., данных в судебном заседании, и показаний свидетеля Л.О.П. на предварительном следствии, двигался автомобиль «Mitsubishi Outlander». 

Из показаний свидетеля Б.А.Ю. следует, что в то время, когда для транспортных средств, двигающихся по проезжей части ул. К. Маркса по направлению от ул. Кирова к ул. Бородина горел зеленый сигнал светофора, автомобиль «Volkswagen Polo» уже находился на перекрестке (т. 4 л.д. 51-53).

Исходя из схемы работы светофорного объекта, одновременное движение на разрешающий сигнал светофора автомобилей, двигающихся по ул. К. Маркса и пер. Широкий исключено. Разрешающий сигнал светофора для автомобилей, находящихся на пер. Широком, загорается через некоторое время после того, как загорается запрещающий сигнал светофора для автомобилей на ул. К. Маркса и наоборот. По данным Муниципального казенного учреждения г. Ижевска «Служба благоустройства и дорожного хозяйства», светофорный объект «Карла Маркса-Широкий» г. Ижевска 24 июня 2018 года работал в штатном режиме согласно паспорту, заявок о неисправности не поступало (т. 1 л.д. 42-43).

На видеозаписи зафиксировано, как автомобиль «Mitsubishi Outlander» выезжает на перекресток на желтый сигнал светофора, после чего происходит столкновение с автомобилем «Volkswagen Polo». Кроме того, на ней видно, что справа от автомобиля «Mitsubishi Outlander», на перекрестке, перед стоп-линией, на пер. Широкий находится автомобиль, передней частью повернутый в сторону ул. Пушкинская, и данный автомобиль не двигается. 

При проведении судебной видеотехнической экспертизы признаков изменения цветовых сигналов светофоров, а также признаков иного технического вмешательства в цветовые сигналы светофоров, и признаков изменения расположения на проезжей части транспортных средств, запечатленных на видеограмме, экспертом не обнаружено (т. 2 л.д. 220-229). Предоставление видеозаписи через некоторое время после происшествия и наличие на ней следов монтажа, удаление на видеограмме аудиопотока (фонограммы), а также замена числового и временного маркера желтого цвета в правом нижнем углу кадра на пятно желтого цвета, не свидетельствует о недостоверности иных запечатленных на ней событий, и не является основанием для признания видеозаписи недопустимым доказательством. Оснований полагать, что имели место монтаж видео в части сигнала светофора, расположения автомобилей или иных объектов, не имеется. По заключениям экспертов, следы монтажа в указанной части отсутствуют. Содержание видеозаписи соответствует показаниям свидетелей К.Н.С., Д.Д.А. и Х.О.И. по траектории движения автомобилей и сигналам светофоров.

Доводы стороны защиты о том, что в зависимости от навыков лица и технических средств возможно внесение изменений в видеозапись, которые могут остаться необнаруженными, в том числе экспертом, основаны на предположениях.

Следственный эксперимент вопреки доводам стороны защиты проведен с соблюдением требований ст. 181 УПК РФ, в условиях, приближенных к тем, в которых произошло дорожно-транспортное происшествие, с использованием автомобиля, схожего по габаритам с автомобилем«Mitsubishi Outlander», при исключении возможности визуального наблюдения свидетелем Д.Д.А. за панелью прибора автомобиля, на что указано в протоколе следственного эксперимента. Данный протокол составлен в соответствии со ст. 166 УПК РФ (т.1 л.д. 190-197). 

Показания свидетеля Х.О.И., изложенные в апелляционной жалобе, не свидетельствуют о том, что красный сигнал светофора загорелся до пересечения Д.Д.А. стоп – линии. Вывод о том, что горел запрещающий сигнал светофора, Х.И.О. сделал, исходя из того, что на перекрестке стояли автомобили. Однако автомобили могли остановиться на перекрестке и на желтый, и на мигающий зеленый сигнал светофора, в зависимости от водителей. Значимым обстоятельством является сигнал светофора в момент пересечения стоп – линии.

По заключению судебной автотехнической экспертизы, в дорожной ситуации, указанной свидетелями К.Н.С. и Х.О.И., водитель автомобиля «Volkswagen Polo» при совершении поворота налево на перекрестке с ул. К. Маркса на пер. Широкий в своих действиях с технической точки зрения должен был руководствоваться требованиями пунктов 8.1 ч. 1 и 13.4 Правил дорожного движения. Траектория движения автомобиля «Volkswagen Polo» перед столкновением транспортных средств, которая усматривается из видеозаписи, не соответствует направлению движения данного автомобиля, указанному свидетелями Б.А.Ю., ФИО1 и потерпевшим И.С.В, (т. 1 л.д. 220-232).

Версия ФИО1 и потерпевшего И.С.В. о том, что они двигались по пер. Широкий, своего подтверждения не нашла. Возможность движения автомобиля «Volkswagen Polo» по пер. Широкий при обстоятельствах, указанных данными лицами, исключена. Автомобиль «Volkswagen Polo» мог выехать на перекресток только с ул. К. Маркса, поскольку в противном случае для всех автомобилей, двигающихся по ул. К.Маркса, горел бы запрещающий сигнал светофора, а это опровергается совокупностью доказательств, проанализированных выше.

Вопреки доводам стороны защиты оценка доказательствам дана судом верно. Показания свидетелей Д.Д.А. и К.Н.С. противоречий не содержат. Свидетель Б.А.Ю. показаний, из которых можно было бы сделать вывод, что автомобиль «Mitsubishi Outlander» под управлением Д.Д.А. пересек стоп линию на красный сигнал светофора, не давала, на какой сигнал светофора данный автомобиль выехал на перекресток, не видела.

Имевшиеся по делу противоречия судом выяснены и оценены.

Мотивы, по которым приняты одни доказательства и отвергнуты другие, в частности показания свидетеля Л.О.П., данные в судебном заседании, показания потерпевшего и подсудимого, судом приведены.

Доводы стороны защиты о том, что заключение автотехнической экспертизы судом не исследовалось, являются необоснованными, опровергаются протоколом судебного заседания (т. 4 л.д. 64). Данное заключение, равно как протоколы следственных действий и иные документы оглашались государственным обвинителем по его ходатайству. В соответствии со ст. 285 УПК РФ протоколы следственных действий, заключения эксперта и иные документы могут быть оглашены полностью или частично стороной, которая ходатайствовала об их оглашении, либо судом.

Все необходимые (обязательные) экспертизы для установления обстоятельств, указанных в ст. 196 УПК РФ, по делу проведены. Заключения экспертов соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, изложены ясно и полно, позволяют уяснить смысл и значения терминологии, используемой экспертами, содержат указание примененных методик, ответы на все поставленные вопросы. Обстоятельства, имеющие значение для разрешения поставленных вопросов, учтены. Выводы экспертов аргументированы, научно обоснованы, противоречий не содержат. 

Приведенная стороной защиты собственная оценка доказательств по делу обусловлена их позицией, которая не нашла свое подтверждение в судебном заседании.

Выводы суда о нарушении ФИО1 требований ч. 1 п. 8.1, 13.4 Правил дорожного движения РФ основаны на показаниях свидетелей, результатах проведенных осмотров и экспертиз, иных доказательствах, изложенных в приговоре суда. Данные нарушения находятся в прямой причинной связи с наступившими последствиями в виде причинения тяжкого вреда здоровью И.С.В.

Осуждение ФИО1 законно. Его действия квалифицированы судом правильно.

Наказание назначено в соответствии со ст. 6, ч. 3 ст. 60 УК РФ, соответствует характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, личности виновного, по своему виду и размеру является справедливым.

От назначенного наказания осужденный освобожден в связи с истечением срока давности в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 78 УК РФ. Оснований для прекращения уголовного дела в связи с истечением срока давности у суда не имелось, поскольку подсудимый ФИО1 против этого возражал (т.4 л.д. 57).

Также не имелось и не имеется оснований для прекращения уголовного дела, предусмотренных ст. 25, 25.1, 28 УПК РФ.

Обжалуемый приговор составлен в ясных и понятных выражениях. Содержание исследованных доказательств изложено в приговоре в той части, которая имеет значение для подтверждения либо опровержения значимых для дела обстоятельств. Фактов, свидетельствующих о приведении в приговоре показаний допрошенных лиц либо содержания иных доказательств таким образом, чтобы это искажало существо исследованных доказательств и позволяло им дать иную оценку, отличную от указанной в приговоре, судом апелляционной инстанции не установлено.

Исходя из вышеизложенного, руководствуясь ст. 389. 20, 389. 28 УПК РФ, суд

П О С Т А Н О В И Л:

приговор Октябрьского районного суда г. Ижевска от 24 сентября 2020 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий: Копия верна: