Дело № 2-22/2020

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Курган 24 сентября 2020 г.

Курганский областной суд 

в составе председательствующего Кирьянова Д.В., 

с участием государственного обвинителя прокурора отдела прокуратуры Курганской области Якушина П.А., 

потерпевшей П.,

подсудимого ФИО1,

защитника адвоката Артюховой Е.М., 

при секретаре Стенниковой Л.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании 

уголовное дело в отношении ФИО1, 

<

...>

<

...>

<

...>

обвиняемого в совершении преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 4 ст. 162 и п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1, находясь в состоянии алкогольного опьянения, совершил убийство ПК и тайно похитил из его одежды принадлежавшее ему имущество.

Преступления совершены в период с 

<

...>. до 

<

...>. 

<

...> около 

<

адрес> в 

<

адрес> при следующих обстоятельствах.

ФИО1 на почве личной неприязни к ПК, возникшей в ходе совместного употребления спиртных напитков, руками и ногой нанес ему множество ударов по голове, шее и другим частям тела, осознавая и предвидя при этом возможность лишения его жизни, к чему относился безразлично, причинив ПК опасные для жизни закрытые тупую травму шеи и черепно-мозговую травму, а также не повлекшие вреда здоровью ссадины руки.

В результате этих действий ФИО1 от указанной закрытой тупой травмы шеи, осложнившейся отеком мягких тканей и постгипоксической комой, ПК, которого ФИО1 оставил лежавшим в бессознательном состоянии на земле, скрывшись с места происшествия, 

<

...> скончался в медицинском учреждении. 

ФИО1 после нанесения ударов ПК, который в результате этого упал на землю и потерял сознание, оттащив ПК ближе к указанному дому, осознавая, что он находится в бессознательном состоянии, с целью хищения его имущества обыскал его и тайно похитил из его одежды принадлежавший ему мобильный телефон 

<

...> стоимостью 

<

...> с которым с места происшествия скрылся, причинив ПК имущественный ущерб на данную сумму. 

В судебном заседании ФИО1 виновным себя в убийстве ПК признал частично, а в хищении принадлежавшего ему имущества не признал. 

К выводу о виновности подсудимого в совершении указанных преступлений суд пришел на основании совокупности следующих доказательств.

В судебном разбирательстве ФИО1 показал, что в ночь на 

<

...> в 

<

адрес> он на улице познакомился с ПК, по предложению которого они стали совместно употреблять спиртное. Затем они, встретив ранее ему знакомого С, вместе с ним пришли в магазин разливных напитков 

<

...> где за столом для посетителей втроем продолжили распивать спиртное. Спустя некоторое время он вышел на улицу, куда за ним также вышел ПК, который попросил у него мобильный телефон для того, чтобы позвонить, сказав еще до этого в магазине, что у его телефона закончился заряд батареи. Он подал ПК свой телефон, после чего вернулся в магазин, где со С продолжил употреблять спиртное. При этом принадлежавший ПК телефон находился у него (ФИО1), поскольку на улице ПК, взяв его мобильный телефон, в залог передал ему свой. Затем он вновь вышел на улицу, где по-прежнему находился ПК, который, закончив телефонный разговор, положил его телефон в карман своей одежды и предложил ему сходить в туалет. Когда они вместе зашли за здание магазина, он попросил ПК вернуть телефон, в ответ на что ПК начал его оскорблять. В связи с этим он нанес ПК удар рукой в грудь, от которого ПК упал на землю, а затем рукой и ногой еще несколько раз ударил его по различным частям тела. При этом по шее ПК он ударов не наносил, а по голове ударил только один раз рукой. Прекратив наносить удары, он обыскал карманы одежды ПК, где обнаружил и забрал свой телефон, после чего сказал ПК вставать, на что тот ответил отказом. Тогда он волоком оттащил ПК в сторону и направился обратно в магазин, по пути подняв с земли выпавший из одежды ПК портмоне, который сразу же выбросил. После того, как он вернулся в магазин, где находился С, они вместе ушли. Находившийся у него мобильный телефон ПК в связи со случившимся он забыл вернуть и выдал его на следующий день сотрудниками полиции.

В ходе предварительного расследования по делу при допросе в качестве подозреваемого ФИО1 показал, что 

<

...> ночью он, С и ПК совместно употребляли спиртное в магазине разливных напитков. В какой-то момент он и ПК вместе вышли на улицу в туалет и направились за здание магазина. Когда они зашли за угол, он рукой ударил ПК по лицу, отчего ПК упал на землю. Затем он рукой и ногой нанес ПК еще два удара по голове, после чего волоком оттащил его в сторону и вновь рукой, а также ногой несколько раз ударил его по лицу и туловищу. Потом он достал из кармана куртки ПК портмоне и мобильный телефон, с которыми ушел, однако портмоне через некоторое время выбросил на улице. Указанное насилие к ПК он применил, поскольку находился в состоянии алкогольного опьянения и полагал, что ПК намерен похитить его телефон. Кроме того, перед нанесением им указанных ударов ПК что-то ему сказал, но что именно, он не помнит (т. 2 л.д. 115-118).

Допрошенный в качестве обвиняемого, ФИО1, подтвердив эти показания, пояснил, что в ходе совместного употребления спиртного он подавал ПК свой мобильный телефон, который ПК затем ему вернул. Но ему показалось, что ПК намерен похитить его телефон. На улице между ними произошел конфликт, в ходе которого ПК его оскорбил, после чего он нанес ПК удары по различным частям тела. ПК в результате ударов упал и потерял сознание, поскольку лежал на земле и не шевелился. Он оттащил ПК в сторону, после чего ударов ему не наносил. Обыскав карманы одежды ПК, он обнаружил портмоне и мобильный телефон, которые забрал, однако портмоне потом выбросил (т. 2 л.д. 147-151). 

Указанные показания ФИО1 в суде подтвердил частично, пояснив, что на предварительном следствии по делу он давал такие же показания, какие дал в судебном заседании, однако следователь в части неверно отразил их в протоколах, самостоятельно зафиксировав при этом некоторые обстоятельства, о которых он (ФИО1) не говорил, и по окончании допросов он с протоколами не знакомился. 

Согласно показаниям потерпевшей П 

<

...> сотрудники полиции ей сообщили о том, что ее сын ПК был избит, в связи с чем находится в больнице в реанимационном отделении в тяжелом состоянии. Также от сотрудников полиции ей известно, что у сына были похищены принадлежавшие ему телефон 

<

...> и портмоне, в котором находились банковские карты. Впоследствии ПК, так и не придя в сознание, в больнице скончался.

Свидетель ПС показал, что вечером 

<

...> в 

<

адрес> его брат ПК в квартире, где они вместе проживали, употреблял спиртное, после чего ушел, сказав о намерении пойти к подруге, и обратно не вернулся. На следующий день мать ему сообщила, что ПК находится в больнице в связи с тем, что его избили. 

Свидетель С показал, что в один из дней 

<

...> в ночное время он, ФИО1 и ранее незнакомый ему ПК вместе употребляли спиртное в магазине разливных напитков 

<

...>, где сидели за столом для посетителей. При этом у каждого из них при себе имелся мобильный телефон. Во время распития спиртного, которое приобретал ПК, каких-либо конфликтов между ними не происходило. В какой-то момент ПК сказал, что у него закончились деньги, и он пошел домой, после чего ПК и ФИО1 вместе вышли из магазина, а он (С) остался. Через некоторое время ФИО1 вернулся, и они, допив спиртное, ушли. Когда он вышел на улицу, то увидел на земле портмоне. Подняв и осмотрев содержимое этого портмоне, он обнаружил в нем банковские карты, которые забрал, а позднее увидел, что эти карты на имя ПК. 

Из показаний свидетеля Н следует, что ночью 

<

...> в магазин разливных напитков, расположенный в 

<

адрес> в 

<

адрес>, где он в то время работал продавцом, пришли находившиеся в состоянии алкогольного опьянения ранее знакомый ему С, подсудимый ФИО1 и еще один мужчина. В течение некоторого времени они в магазине за столом для посетителей употребляли спиртное, периодически выходя на улицу, после чего ушли. Какие-либо ссоры и конфликты между ними в магазине не возникали. 

Свидетель Л показал, что 

<

...> около 

<

...> он шел по улице в 

<

адрес> и увидел лежавшего на снегу у дома без признаков жизни мужчину, о чем по телефону сообщил в службу экстренной помощи (т. 2 л.д. 88-90). 

При осмотре территории около 

<

адрес> в 

<

адрес> на снегу обнаружены пятна бурого вещества, а также обнаружены и изъяты ключи, шапка, шарф и перчатки, которые согласно пояснениям потерпевшей принадлежали ПК (т. 1 л.д. 21-26).

Из карты вызова скорой медицинской помощи и медицинской карты на имя ПК следует, что 

<

...> после поступления в 

<

...> в 

<

...> сообщения он был обнаружен на улице около указанного дома в бессознательном состоянии с телесными повреждениями и доставлен в медицинское учреждение, где по результатам обследования у него было установлено наличие тяжелой закрытой черепно-мозговой травмы с ушибом головного мозга, отек мягких тканей шеи, перелом щитовидного хряща со смещением и другие повреждения (т. 2 л.д. 83, т. 1 л.д. 46-61). 

В соответствии с заключением эксперта смерть ПК наступила 

<

...> от закрытой тупой травмы шеи, осложнившейся отеком мягких тканей и постгипоксической комой.

Кроме данной травмы, на трупе ПК установлены закрытая черепно-мозговая травма и не повлекшие вреда здоровью ссадины левой руки. 

Указанные тупая травма шеи, включающая в себя переломы большого рога подъязычной кости, верхнего рога и обеих пластинок щитовидного хряща, дуги перстневидного хряща, левой половины первого полукольца трахеи, а также кровоизлияния в мягкие ткани, головку грудинно-ключично-сосцевидной мышцы, толщу языка и мышцы заднебоковой поверхности шеи, и черепно-мозговая травма, включающая в себя ушиб головного мозга, кровоизлияния теменных и затылочных долей, в слизистую оболочку верхней губы, кровоизлияния в мягкие ткани теменной, теменно-височной, затылочно-височной и височной областей, а также кровоподтеки затылочной и параорбитальной областей, причинены в результате ударных воздействий твердыми тупыми предметами, возможно руками и ногами, и расцениваются как повлекшие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни в момент причинения (т. 1 л.д. 109-118).

В ходе выемок изъяты видеозаписи событий, происходивших в ночь на 

<

...> в помещении магазина разливных напитков 

<

...> и на улице у 

<

адрес> в 

<

адрес>, зафиксированных камерами видеонаблюдения, установленными в этом магазине и на здании недалеко от указанного дома (т. 2 л.д. 20-22, 39-41).

Согласно данным видеозаписям 

<

...> в 

<

...>. в помещение указанного магазина зашли трое мужчин, которые затем, сев за стол, стали употреблять спиртное. В 

<

...> двое из этих мужчин (первый и второй мужчины) вместе вышли из магазина, после чего первый мужчина вернулся, но через несколько минут вновь вышел на улицу. В 

<

...>. эти же двое мужчин зашли в магазин, сев за стол, однако в 

<

...>. снова вместе вышли на улицу и зашли за угол 

<

адрес> по 

<

адрес> в 

<

адрес>, где затем первый мужчина нанес второму несколько ударов рукой, в результате чего второй мужчина упал на землю. После этого первый мужчина еще несколько раз ударил второго руками и ногой, а затем волоком оттащил его ближе к указанному дому, выйдя из зоны обзора камеры видеонаблюдения. В 

<

...>. первый мужчина вновь зашел в магазин, из которого ушел в 

<

...> вместе с третьим мужчиной (т. 2 л.д. 23-34, 42-48).

По заключению эксперта при исследовании видеозаписи событий, происходивших в ночь на 

<

...> на улице у 

<

адрес> в 

<

адрес>, установлено, что первый мужчина нанес второму рукой не менее одного удара в грудь и трех ударов по голове, а также не менее четырех ударов руками и двух ударов ногой по верхней части тела (т. 1 л.д. 132-140).

При выемке у ФИО1 изъят принадлежавший ПК телефон 

<

...>, стоимость которого в соответствии с заключением эксперта по состоянию на 

<

...> составляет 

<

...> (т. 1 л.д. 150-154, т. 2 л.д. 120-124). 

Другие представленные сторонами в качестве доказательств протоколы следственных действий, заключения экспертов и иные документы не содержат сведений, на основании которых возможно установление наличия или отсутствия подлежащих доказыванию и имеющих значение для дела обстоятельств.

Суд не нашел оснований к исключению каких-либо доказательств из числа допустимых, поскольку не установил нарушений уголовно-процессуального закона при их получении.

Виновность ФИО1 в убийстве ПК и тайном хищении из его одежды принадлежавшего ему имущества суд находит доказанной.

Самоизобличающие показания ФИО1, которые были им даны в досудебном производстве по уголовному делу, об обстоятельствах причинения им ПК телесных повреждений, в результате чего он скончался, и незаконного завладения затем мобильным телефоном ПК суд признает достоверными, поскольку они последовательны, детализированы и полностью согласуются с совокупностью других вышеизложенных доказательств, в том числе с:

- заключением эксперта о локализации, количестве, характере и механизме образования обнаруженных на трупе ПК телесных повреждений и причине его смерти; 

- показаниями свидетеля С и видеозаписью событий, происходивших в ночь на 

<

...> в магазине 

<

...>, из которых следует, что в эту ночь ФИО1, ПК и С совместно употребляли спиртное в данном магазине, откуда в 

<

...>. ФИО1 и ПК вместе вышли на улицу, и через некоторое время в магазин вернулся только ФИО1, который затем со С ушел;

- видеозаписью событий, происходивших в указанную ночь у дома, где расположен магазин 

<

...>, и заключением эксперта, согласно которым после того, как ФИО1 и ПК вышли из магазина и зашли за угол данного дома, ФИО1 нанес ПК множество ударов руками и ногой по верхней части тела, в том числе голове, а затем волоком оттащил лежавшего на земле ПК, упавшего после нескольких нанесенных ему ударов, ближе к дому;

- протоколом выемки, в соответствии с которым у ФИО1 изъят принадлежавший ПК мобильный телефон.

При этом совокупность согласующихся между собой и дополняющих друг друга доказательств - показания потерпевшей П, свидетелей С, Н и подсудимого ФИО1, протокол осмотра места происшествия - не оставляют у суда сомнений в том, что на указанных видеозаписях изображены именно ФИО1 и ПК, а не иные лица. 

Некоторое же несовпадение времени на видеозаписях событий, происходивших в ночь на 

<

...> в помещении магазина разливных напитков 

<

...>, со временем на видеозаписи событий, происходивших в эту ночь на улице у 

<

адрес> в 

<

адрес>, не влияет на данный вывод суда и правильность установления судом фактических обстоятельств дела, поскольку совокупность исследованных доказательств прямо указывает на то, что ФИО1 нанес ПК множество ударов и затем незаконно завладел его имуществом, когда они вдвоем вышли из магазина на улицу, а С остался и продолжал находится в данном магазине, куда ФИО1 вернулся после совершения преступлений. 

Признавая показания ФИО1, данные им в ходе предварительного расследования по делу, достоверными, суд также принимает во внимание, что они не имеют существенных противоречий, а их уточнение и дополнение ФИО1 в части некоторых деталей при описании своих преступных действий не умаляет их доказательственного значения и не дает оснований для иной их оценки.

Учитывая изложенное, суд признает недостоверными показания ФИО1 в судебном заседании и отвергает доводы стороны защиты о том, что ФИО1 ударов по шее ПК не наносил, а по голове ударил только один раз рукой, имущество ПК после применения к нему насилия не похищал, и ПК сам ему передал свой мобильный телефон еще до нанесения ударов, поскольку они не соответствуют установленным в ходе разбирательства фактическим обстоятельствам дела и опровергаются совокупностью исследованных доказательств. 

При этом суд также признает недостоверными пояснения подсудимого о том, что в ходе его допросов на предварительном следствии по делу он дал показания, аналогичные по содержанию данным им в судебном заседании, однако следователь в части неверно отразил их в протоколах, самостоятельно зафиксировав при этом некоторые обстоятельства, о которых он (ФИО1) не говорил, и по окончании допросов он с протоколами не знакомился.

Приходя к выводу о надуманности этих пояснений ФИО1, суд принимает во внимание, что согласно материалам дела при производстве допросов ФИО1 ему были разъяснены его процессуальные права, в том числе право не свидетельствовать против самого себя и пользоваться помощью адвоката. Допросы ФИО1 проводились с участием защитника. По их окончании ФИО1 и защитник были ознакомлены с протоколами, не высказав затем каких-либо замечаний и дополнений. Правильность изложения показаний ФИО1 в протоколах подтверждена его подписями, а также подписями его защитника и следователя. 

Данные обстоятельства подтвердили допрошенные в суде следователи Б и К, которые также показали, что при проведении допросов ФИО1 изложенные в протоколах его пояснения фиксировались с его слов в полном соответствии с сообщенными им устно сведениями и были им даны добровольно и самостоятельно. 

Принимая во внимание характер действий подсудимого по применению к ПК насилия, его последующие действия и обстоятельства их совершения, согласно которым ФИО1 нанес руками и обутой ногой множество ударов ПК по шее, голове, то есть жизненно важным органам, а также другим частям тела, в результате чего причинил ему опасные для жизни закрытые черепно-мозговую травму и тупую травму шеи, от которой он впоследствии скончался, так и не придя в сознание, а после нанесения ударов и хищения имущества ПК с места происшествия скрылся, оставив его лежавшим в бессознательном состоянии на улице зимой в ночное время суток в неосвещенном месте за домом, куда его оттащил, суд приходит к выводу о том, что ФИО1 при применении к ПК указанного насилия осознавал и предвидел, что может в результате этого лишить его жизни, к чему относился безразлично, то есть действовал с косвенным умыслом на причинение ему смерти, и отвергает доводы стороны защиты об отсутствии у подсудимого умысла на лишение ПК жизни при нанесении ему ударов.

При этом наступление смерти ПК спустя некоторое время в медицинском учреждении не опровергает указанный вывод суда, поскольку ФИО1 в отношении ПК были совершены заведомо для него создающие реальную опасность для жизни человека и повлекших причинение травм, расценивающихся как тяжкий вред здоровью, действия, в результате которых он и скончался.

Органом расследования действия подсудимого по лишению ПК жизни и завладению непосредственно после этого принадлежавшим ПК имуществом квалифицированы по совокупности преступлений, предусмотренных п. «в» ч. 4 ст. 162 и п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ.

По смыслу закона действия виновного следует квалифицировать как разбой и сопряженное с ним убийство в случае нападения на потерпевшего в целях хищения чужого имущества с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, либо с угрозой применения такого насилия, и умышленного причинения ему в процессе этого нападения смерти.

Из показаний ФИО1, данных им в ходе предварительного расследования по делу, прямо следует, что при нанесении ПК ударов он не имел намерения похитить его имущество, и умысел на хищение у него возник после применения к ПК насилия. 

Эти показания ФИО1 стороной обвинения не опровергнуты, и каких-либо доказательств того, что ФИО1 при причинении ПК телесных повреждений преследовал цель незаконно завладеть его имуществом, не представлено, как не установлено в ходе разбирательства дела и бесспорно указывающих на то обстоятельств. Отсутствие же конфликтов между ФИО1 и ПК во время совместного распития спиртного в магазине 

<

...>, а также совершение подсудимым хищения имущества ПК непосредственно после нанесения ему ударов не являются достаточным основанием для вывода о наличии у ФИО1 указанной цели при применении к ПК насилия.

С учетом этого суд, оценив исследованные доказательства, пришел к выводу о том, что ФИО1 причинил ПК телесные повреждения, в результате чего он впоследствии скончался, на почве личной к нему неприязни, возникшей в ходе совместного употребления спиртных напитков, не имея при этом цели незаконного завладения чужим имуществом. 

Таким образом, признак совершения убийства, предусмотренный п. «з» ч. 2 ст. 105 УК РФ, в ходе разбирательства дела не нашел своего подтверждения, в связи с чем подлежит исключению из обвинения подсудимого, действия которого по лишению ПК жизни следует квалифицировать по ч. 1 ст. 105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

В ходе судебного разбирательства дела установлено, что ФИО1, прекратив наносить удары ПК, который в результате данного насилия упал на землю и потерял сознание, оттащил его в сторону, обыскал и тайно похитил из его одежды принадлежавший ему мобильный телефон 

<

...>, скрывшись с ним затем с места происшествия. При этом ФИО1, как следует из его показаний, данных в ходе допроса в качестве обвиняемого, при совершении этих действий осознавал, что ПК находится в бессознательном состоянии.

Согласно видеозаписи событий, происходивших в ночь на 

<

...> у дома, где расположен магазин 

<

...>, ПК, упав после нескольких нанесенных ему ФИО1 ударов, какого-либо сопротивления подсудимому не оказывал, встать не пытался и каких-либо действий не совершал, продолжая лежать на земле, что соответствует указанным показаниям ФИО1 о потере ПК сознания в результате примененного к нему насилия. Из показаний свидетеля Л и карты вызова скорой медицинской помощи следует, что ПК был обнаружен спустя непродолжительное время после преступлений также в бессознательном состоянии в том месте, где его и оставил ФИО1.

При указанных обстоятельствах действия ФИО1 по незаконному завладению имуществом ПК подлежат квалификации по п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная из одежды, находившейся на потерпевшем. 

Приходя к данному выводу, суд также учитывает, что по смыслу закона особенности состояния потерпевшего, в том числе потеря сознания, значения для квалификации преступных действий виновного по п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ не имеют, так как использование виновным состояния потерпевшего не исключает его умысла на хищение из одежды и лишь указывает на тайный характер такого хищения (п. 23.1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

...> № «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое»).

Оснований полагать, что ФИО1 совершил убийство ПК в состоянии аффекта или необходимой обороны, а также при превышении ее пределов у суда не имеется, поскольку каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о применении ПК насилия к подсудимому, высказывании угроз его применения или тяжких оскорблений либо совершении им иных аморальных или противоправных действий в отношении ФИО1, способных вызвать внезапное возникновение сильного душевного волнения или реакцию защиты от общественно опасного посягательства, в ходе разбирательства дела не установлено. Целенаправленность и последовательность действий ФИО1, а также его поведение после совершения преступлений прямо указывают на то, что он не находился в состоянии аффекта. 

Суд исключает из обвинения ФИО1 завладение им после убийства ПК сим-картой, а также портмоне с находившимися в нем пропуском, банковскими и дисконтными картами, поскольку согласно предъявленному подсудимому обвинению они не представляют ценности, то есть не имеют стоимости в денежном выражении, в связи с чем не могут являться предметом преступления, предусмотренного ст. 158 УК РФ. 

Исходя из изложенного, действия ФИО1 суд квалифицирует:

- по лишению ПК жизни - по ч. 1 ст. 105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку;

- по незаконному завладению имуществом ПК - по п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная из одежды, находившейся на потерпевшем. 

Из заключения эксперта следует, что подсудимый ФИО1 психическим расстройством не страдал и не страдает, а обнаруживает эмоционально неустойчивое расстройство личности. Во время инкриминируемых деяний он не обнаруживал признаков какого-либо временного психического расстройства и мог осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими (т. 1 л.д. 125-126). 

Это заключение, а также само по себе поведение подсудимого во время и после совершения преступлений, в период предварительного расследования и судебного разбирательства дела, не оставляют у суда сомнений во вменяемости ФИО1.

При назначении подсудимому наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенных им преступных деяний, данные о его личности, а также предусмотренные законом общие цели и принципы назначения наказания. 

По месту жительства участковым уполномоченным полиции подсудимый ФИО1 характеризуется удовлетворительно (т. 2 л.д. 167).

В качестве смягчающего наказание ФИО1 за совершенные деяния обстоятельства суд в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ признает его активное способствование раскрытию и расследованию преступлений путем дачи признательных показаний в ходе предварительного расследования по делу с сообщением сведений, имеющих значение для установления всех обстоятельств дела, а в качестве смягчающего его наказание за кражу обстоятельства - также активное способствование розыску имущества, добытого в результате преступления, путем указания места нахождения похищенного с его последующей выдачей.

Кроме того, обстоятельством, смягчающим наказание ФИО1, суд в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ учитывает наличие у него заболеваний. 

Суд не усматривает оснований для признания установленным и учета в качестве обстоятельства, смягчающего наказание подсудимого за убийство, противоправности или аморальности поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления. 

Согласно показаниям ФИО1, данным им в ходе предварительного расследования по делу при допросе в качестве подозреваемого, он применил насилие к ПК путем нанесения ему множества ударов, поскольку находился в состоянии алкогольного опьянения и полагал, что ПК намерен похитить его телефон, а также перед нанесением им этих ударов ПК что-то ему сказал, но что именно, он не помнит. Допрошенный впоследствии в качестве обвиняемого, ФИО1 пояснил, что между ним и ПК произошел конфликт, в ходе которого ПК его оскорбил. Однако при этом ФИО1 не указал сути высказанных ему ПК слов и выражений, воспринятых им как оскорбление. Из показаний ФИО1 в судебном заседании следует, что он нанес ПК удары, поскольку ПК безосновательно начал его оскорблять в ответ на высказанную им просьбу вернуть мобильный телефон. 

Данные непоследовательные и противоречивые показания ФИО1 о причинах и мотивах применения им к ПК опасного для его жизни насилия не позволяют прийти к выводу о том, что ПК были совершены какие-либо противоправные или аморальные действия в отношении ФИО1, и такое его поведение явилось поводом для его убийства. Других доказательств, которые свидетельствовали бы об этом, в судебном заседании сторонами не представлено, и указывающих на то обстоятельств в ходе разбирательства дела не установлено. 

Смягчающие наказание ФИО1 обстоятельства суд не находит исключительными и не усматривает других, которые могли бы быть признаны исключительными, то есть существенно снижающими общественную опасность совершенных им преступлений или личности самого подсудимого, дающими основания для применения при назначении ему наказания положений ст. 64 УК РФ. 

Обстоятельством, отягчающим наказание подсудимого, суд в соответствии с п. «а» ч. 1 ст. 63 УК РФ признает рецидив преступлений, который применительно к убийству согласно п. «б» ч. 2 ст. 18 УК РФ является опасным.

Учитывая нахождение ФИО1 во время совершения преступных деяний в состоянии алкогольного опьянения, повлекшем у него снижение критики и ослабление контроля за своим поведением, проявление криминальных побуждений и усиление агрессивности, что обусловило и способствовало совершению им преступлений, о чем прямо пояснил сам ФИО1 при допросе в качестве подозреваемого, а также учитывая характер и степень общественной опасности данных деяний, обстоятельства их совершения и личность подсудимого, отягчающим наказание ФИО1 за эти деяния обстоятельством суд в соответствии с ч. 1.1 ст. 63 УК РФ признает совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя. Употребление ФИО1 перед совершением указанных преступлений спиртных напитков и нахождение его во время этих деяний в состоянии опьянения, кроме показаний подсудимого, подтверждается показаниями свидетелей С и Н. 

Иных обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, не установлено. 

Принимая во внимание характер и степень общественной опасности совершенных подсудимым преступлений, обстоятельства их совершения, смягчающие и отягчающие наказание ФИО1 обстоятельства, сведения о его личности, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимого, с целью восстановления социальной справедливости и его исправления, предупреждения совершения им новых преступлений, суд назначает ему наказание в виде лишения свободы на определенный срок.

При этом суд приходит к выводу о невозможности исправления ФИО1 без реального отбывания данного наказания в местах лишения свободы, в связи с чем не находит оснований для замены лишения свободы за преступление, предусмотренное п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ, принудительными работами.

Учитывая наличие смягчающих наказание ФИО1 обстоятельств, суд не назначает ему за совершенные преступления дополнительное наказание в виде ограничения свободы. 

В соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание лишения свободы подсудимому следует назначить в исправительной колонии строгого режима.

Меру пресечения подсудимому в виде заключения под стражу до вступления приговора в законную силу в целях обеспечения его исполнения об осуждении ФИО1 к лишению свободы за совершение, в том числе, особо тяжкого преступления с учетом данных о его личности суд оставляет без изменения, а время непрерывного содержания его под стражей в порядке применения данной меры пресечения согласно ст. 72 УК РФ подлежит зачету в срок наказания.

На основании п. 5 ч. 2 ст. 131, ч. ч. 1 и 2 ст. 132 УПК РФ процессуальные издержки по делу, связанные с выплатой адвокату вознаграждения за участие в судебном разбирательстве дела в качестве защитника ФИО1 по назначению, подлежат взысканию с подсудимого в доход государства. Предусмотренных законом оснований для освобождения ФИО1 от обязанности возместить процессуальные издержки не имеется.

Исковые требования потерпевшей о взыскании с ФИО1 в ее пользу денежной компенсации морального вреда в размере 500000 руб., причиненного ей в результате совершенного подсудимым убийства ее сына, суд находит обоснованными и подлежащими удовлетворению на основании положений ст. ст. 151, 1099-1101 ГК РФ. При принятии данного решения суд учитывает требования разумности и справедливости, характер и степень причиненных потерпевшей страданий, оцениваемых с учетом фактических обстоятельств дела, а также материальное положение подсудимого.

Гражданский иск прокурора г. Кургана о взыскании с ФИО1 в пользу Российской Федерации в лице территориального фонда обязательного медицинского страхования Курганской области возмещенных им расходов на стационарное лечение ПК до наступления его смерти, понесенных 

<

...>, следует оставить без рассмотрения, поскольку в соответствии с ч. 1 ст. 44 УПК РФ условием предъявления гражданского иска в уголовном судопроизводстве является наличие оснований полагать, что вред физическому или юридическому лицу причинен непосредственно преступлением, а согласно установленным в ходе судебного разбирательства дела обстоятельствам непосредственно преступными действиями подсудимого вред причинен ПК, а не медицинскому учреждению или территориальному фонду обязательного медицинского страхования. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 302-304, 307-309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

признать ФИО1 виновным в совершении преступлений, предусмотренных ч. 1 ст. 105 и п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ, и назначить ему:

- по ч. 1 ст. 105 УК РФ - 12 лет лишения свободы;

- по п. «г» ч. 2 ст. 158 УК РФ - 2 года 6 месяцев лишения свободы. 

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначить ФИО1 13 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

До вступления приговора в законную силу меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражу оставить без изменения.

Срок отбывания ФИО1 наказания исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

В соответствии с п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ зачесть ФИО1 в срок окончательного наказания время непрерывного содержания его под стражей в порядке задержания и применения меры пресечения по уголовному делу с 

<

...> до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

<

...>

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета процессуальные издержки в виде вознаграждения адвокату за участие в судебном разбирательстве дела в качестве защитника по назначению в размере 24 035 (двадцать четыре тысячи тридцать пять) руб. 

Гражданский иск П удовлетворить полностью и взыскать в ее пользу с ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в размере 500 000 (пятьсот тысяч) руб.

Гражданский иск прокурора 

<

адрес> оставить без рассмотрения. 

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Второго апелляционного суда общей юрисдикции с подачей жалобы через Курганский областной суд в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным ФИО1 - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

Осужденный ФИО1 вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. 

Желание принять непосредственное участие в рассмотрении дела судом апелляционной инстанции, равно как и отсутствие такового, а также желание иметь защитника либо отказ от участия защитника при рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции должны быть выражены осужденным в апелляционной жалобе или отдельном заявлении.

Председательствующий Д.В. Кирьянов