Дело № 10-125/2021 Судья Нусратов Р.С. 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Челябинск 21 января 2021 года 

Челябинский областной суд в составе судьи Андреева М.В., 

при ведении протокола помощником судьи Уракбаевой А.К.,

с участием прокурора Антонюк Ю.Н.,

адвокатов Сидоровой А.Е. и Оверченко Г.А.,

осужденного ФИО1

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Киселевой Н.В., апелляционной жалобе адвоката Галкова А.В. в интересах осужденного ФИО1 на приговор Ашинского городского суда Челябинской области от 10 сентября 2020 года, которым

ФИО1, родившийся 

<

данные изъяты>, судимый:

1) 20 июля 2006 года Ашинским городским судом Челябинской области по ч. 1 ст. 105 УК РФ к 9 годам лишения свободы, освобожденный 2 июня 2014 года на основании постановления Ленинского районного суда г. Новосибирска от 22 мая 2014 года условно-досрочно на 9 месяцев 21 день;

2) 3 апреля 2017 года Ашинским городским судом Челябинской области по ч. 1 ст. 222 УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы условно с испытательным сроком 1 год;

3) 21 июля 2017 года Ашинским городским судом Челябинской области по ч. 1 ст. 111 УК РФ к 2 годам 11 месяцам лишения свободы, на основании ч. 5 ст. 74 УК РФ, ст. 70 УК РФ (приговор Ашинского городского суда Челябинской области от 3 апреля 2017 года) назначено 3 года лишения свободы, освобожденный 26 марта 2019 года на основании постановления Копейского городского суда Челябинской области от 14 марта 2019 года условно-досрочно на 1 год 2 месяца 28 дней;

осужден по ч. 1 ст. 158 УК РФ к 7 месяцам лишения свободы, по п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 1 году лишения свободы. На основании ч. 2 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначено 1 год 3 месяца лишения свободы. С отменой условно - досрочного освобождения от отбывания наказания по приговору Ашинского городского суда Челябинской области от 21 июля 2017 года на основании ст. 70 УК РФ по совокупности приговоров путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания по приговору Ашинского городского суда Челябинской области от 21 июля 2017 года, окончательно назначено 1 год 6 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбывания наказания исчислен со дня вступления приговора в законную силу. Постановлено осужденного взять под стражу в зале суда, зачесть в срок лишения свободы время содержания под стражей со дня фактического задержания до дня вступления приговора в законную силу на основании п. «а» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Приговором разрешен гражданский иск, которым с ФИО1 и ФИО2 постановлено взыскать солидарно в счет возмещения материального ущерба, причиненного преступлением, в пользу 

<

данные изъяты> 2734 рубля 08 копеек.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств.

Этим же приговором осуждена ФИО2 по п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ к 120 часам обязательных работ с отбыванием наказания в местах определяемых органами местного самоуправления по согласованию с уголовно-исполнительной инспекцией, с назначением на основании ст. 22, п. «в» ч. 1 ст. 97, ч. 2 ст. 99 УК РФ осужденной 

<

данные изъяты> в отношении которой приговор не обжалован, апелляционное производство не возбуждено.

Заслушав доклад судьи Андреева М.В., выступления прокурора Антонюк Ю.Н., поддержавшей доводы апелляционного представления, осужденного ФИО1, принимавшего участие в судебном заседании апелляционной инстанции посредством видеоконференц-связи, адвоката Сидоровой А.Е., поддержавших доводы апелляционной жалобы, адвоката Оверченко Г.А., полагавшей необходимым оставить приговор без изменения, изучив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции

у с т а н о в и л:

ФИО1 осужден за тайное хищение имущества 

<

данные изъяты> на общую сумму 4101 рубль, и тайное хищение имущества 

<

данные изъяты> на общую сумму 2734 рубля 08 копеек, совершенное группой лиц по предварительному сговору.

Преступления совершены при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Киселева Н.В. выражает несогласие с приговором суда, считает его незаконным, необоснованным в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, нарушением уголовно - процессуального закона, неправильным применением уголовного закона, несправедливостью приговора. В обоснование доводов апелляционного представления указывает на то, что назначенное ФИО1 наказание, как за каждое преступление, так и назначенное по их совокупности, в виде лишения свободы на срок 1 год 6 месяцев является чрезмерно мягким. Полагает, что выводы суда о назначении наказания с применением положений ч. 3 ст. 68 УК РФ являются необоснованными. Обращает внимание на то, что суд, признав отягчающим наказание ФИО1 обстоятельством рецидив преступлений, при назначении наказания учел требования ч. 2 ст. 68 УК РФ. Указывает на то, что положения ч. 2 и ч. 3 ст. 68 УК РФ исключают друг друга и не могут применяться одновременно. Считает, что в приговоре использованы непринятые сокращения и слова, допущено описание обстоятельств, не имеющих отношения к существу рассматриваемого дела. Просит приговор в отношении ФИО1 отменить, вынести новый обвинительный приговор.

Апелляционное представление государственным обвинителем Киселевой Н.В. на приговор в части осуждения ФИО2 отозвано в установленный законом срок до начала судебного разбирательства в суде апелляционной инстанции.

В апелляционной жалобе адвокат Галков А.В., действуя в интересах осужденного ФИО1, выражает несогласие с приговором суда, считает его подлежащим отмене. В обоснование доводов апелляционной жалобы указывает на то, что вина ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 158 УК РФ, не доказана, признательные показания ФИО1 не подтверждены иными доказательствами и не могут быть положены в основу обвинительного приговора, в связи с чем он подлежит оправданию. Приводя показания осужденного ФИО1 в судебном заседании и свидетеля ФИО3, дает им собственную оценку, делая вывод о том, что ФИО1 не совершал преступление, предусмотренное ч. 1 ст. 158 УК РФ. Ссылаясь на показания ФИО1, данные в судебном заседании по факту хищения металлического ограждения, делает вывод об отсутствии квалифицирующего признака «совершение преступления группой лиц по предварительному сговору». По мнению автора жалобы, ФИО2 участия в хищении не принимала, в связи с чем действия ФИО1 подлежат квалификации по ч. 1 ст. 158 УК РФ. Приводя обстоятельства, признанные судом смягчающими наказание, полагает, что суд имел возможность не отменять условно-досрочное освобождение от отбывания наказания и назначить ФИО1 более мягкое наказание. Просит приговор отменить.

Выслушав выступления сторон, обсудив доводы апелляционных представления и жалобы, изучив материалы уголовного дела, суд апелляционной инстанции не находит предусмотренных ст. 389.15 УПК РФ оснований для отмены состоявшегося приговора.

Судебное разбирательство в суде первой инстанции по уголовному делу проведено с соблюдением требований УПК РФ о состязательности, равноправии сторон, с выяснением всех юридически значимых для правильного его разрешения обстоятельств, подлежащих доказыванию при его производстве, в том числе, касающихся места, времени, способа совершения преступлений, формы вины, мотивов, целей и последствий, и в процессе его рассмотрения сторонам были созданы необходимые условия для исполнения их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им законом прав.

Фактические обстоятельства изложенных в описательно - мотивировочной части приговора действий, совершенных осужденным, установлены судом правильно и основаны на оценке совокупности доказательств, полученных в предусмотренном законом порядке, всесторонне и полно исследованных непосредственно в судебном заседании.

Приведенные в апелляционной жалобе доводы о несоответствии содержащихся в приговоре выводов суда фактическим обстоятельствам дела и, как следствие, о неправильной правовой оценке действий ФИО1, апелляционная инстанция находит необоснованными, неподтвержденными материалами уголовного дела.

В судебном заседании по обстоятельствам обвинения в хищении электрической пилы ФИО4 осужденный ФИО1 виновным себя не признал, пояснив, что взял электропилу с разрешения 

<

данные изъяты> в дальнейшем пытался вернуть электропилу, но не смог в связи с отсутствием 

<

данные изъяты> дома. Показания на стадии предварительного расследования давал под психологическим давлением сотрудников правоохранительных органов. По обстоятельствам обвинения в хищении металлического ограждения со стадиона 

<

данные изъяты> ФИО1 вину признал частично, пояснив, что хищение совершал один без участия ФИО2, последняя каких-либо действий, связанных с хищением имущества, не осуществляла.

По результатам состоявшегося разбирательства суд первой инстанции, несмотря на занятую осужденным позицию по отношению к предъявленному ему обвинению, обоснованно пришел к выводу о его виновности в инкриминируемых деяниях, в обоснование чего привел доказательства, соответствующие требованиям УПК РФ по своей форме и источникам получения, признанные в своей совокупности достаточными для вынесения обвинительного приговора.

Как установил суд первой инстанции, с 1 октября 2019 года по 31 октября 2019 года около 20 часов в 

<

данные изъяты> ФИО1, находясь на веранде жилого дома 

<

данные изъяты> умышленно, из корыстных побуждений, путем свободного доступа, тайно похитил электрическую цепную пилу марки «Чемпион 120-14» желтого цвета, принадлежащую 

<

данные изъяты> стоимостью 4101 рубль, причинив потерпевшему материальный ущерб на сумму 4101 рубль.

Кроме того, 15 марта 2020 года около 21 часа в 

<

данные изъяты>, находясь на стадионе 

<

данные изъяты> ФИО1 умышленно, тайно, из корыстных побуждений, группой лиц по предварительному сговору с ФИО2, действуя совместно и согласованно, демонтировал ограждение, принадлежащее 

<

данные изъяты> состоящее из металлических прутьев диаметром 24 мм длиной 1,20 м, в количестве 6 штук, а всего на общую длину 7 метров 20 см. После чего ФИО1 и ФИО2 сложили указанные металлические прутья в полимерный мешок, погрузили на санки и перевезли к дому 

<

данные изъяты>, таким образом, похитив металлическое ограждение, состоящее из металлических прутьев длиной 7 метров 20 см, стоимостью 71 рубль 20 копеек за 1 метр, на общую сумму 512 рублей 64 копейки.

Продолжая реализовывать единый преступный умысел, направленный на тайное хищение чужого имущества - металлического ограждения с территории стадиона 

<

данные изъяты> принадлежащего 

<

данные изъяты>, 18 марта 2020 года около 20 часов ФИО1, действуя умышленно, тайно, из корыстных побуждений, группой лиц по предварительному сговору, с ФИО2 вновь пришли к стадиону 

<

данные изъяты> где ФИО1 демонтировал ограждение, состоящее из металлических прутьев диаметром 24 мм длиной 1,20 м, в количестве 13 штук, а всего на общую длину 15 метров 60 см. После чего ФИО2 и ФИО1 сложили указанные металлические прутья в полимерный мешок, погрузили его на санки и перевезли к дому № 108 по 

<

данные изъяты> таким образом, похитив металлическое ограждение, состоящее из металлических прутьев длиной 15 метров 60 см, стоимостью 71 рубль 20 копеек за 1 метр, на общую сумму 1110 рублей 72 копейки.

Продолжая реализовывать единый преступный умысел, направленный на тайное хищение чужого имущества - металлического ограждения с территории стадиона 

<

данные изъяты>, 20 марта 2020 года около 20 часов ФИО1, действуя умышленно, тайно, из корыстных побуждений, группой лиц по предварительному сговору, с ФИО2 вновь пришли к стадиону 

<

данные изъяты> где ФИО1 демонтировал ограждение, состоящее из металлических прутьев диаметром 24 мм длиной 1,20 м, в количестве 13 штук, а всего на общую длину 15 метров 60 см. После чего ФИО2 и ФИО1 сложили указанные металлические прутья в полимерный мешок, погрузили его на санки и перевезли к дому 

<

данные изъяты>, таким образом, похитив указанное металлическое ограждение, состоящее из металлических прутьев длиной 15 метров 60 см, стоимостью 71 рубль 20 копеек за 1 метр, на общую сумму 1110 рублей 72 копейки.

Своими действиями ФИО1 и ФИО2 причинили 

<

данные изъяты> материальный ущерб на общую сумму 2734 рубля 08 копеек.

При обосновании вывода о виновности ФИО1 в совершенных им преступлениях суд первой инстанции в приговоре правомерно сослался на показания ФИО1, данные в ходе предварительного следствия.

Так, согласно показаниям ФИО1 последний вину в совершении хищения имущества у 

<

данные изъяты> признал, пояснил, что, будучи в состоянии алкогольного опьянения, пришел в дом к 

<

данные изъяты> которая спала, разбудить ее не смог, так как она была в состоянии опьянения. На веранде дома увидел электропилу, которую забрал с собой и решил оставить у себя. По факту хищения металлического ограждения с территории стадиона вину признал полностью, пояснил, что в связи с отсутствием денег на продукты питания он предложил сожительнице ФИО2 похитить металлические пруты с ограждения стадиона, на что ФИО2 согласилась. В течение трех дней они приходили на территорию стадиона, он демонтировал пруты ограждения, ФИО2 следила за окружающей обстановкой. После демонтажа они вместе складывали пруты в мешок и везли на санках в пункт приема лома, где продавали 

<

данные изъяты> Всего ими было похищено 32 прута.

Помимо показаний ФИО1 его виновность в совершении преступления, предусмотренного п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ, подтверждена показаниями осужденной ФИО2, данными в ходе предварительного расследования и подтвержденными в судебном заседании, об обстоятельствах совершения ею и ФИО1 хищения прутов ограждения с территории стадиона 

<

данные изъяты> в течение трех дней и их продаже 

<

данные изъяты>

Кроме того свои выводы о виновности ФИО1 в данном преступлении основаны также на показаниях представителя потерпевшего 

<

данные изъяты> об обстоятельствах обнаружения хищения части ограждения стадиона 

<

данные изъяты> объеме и стоимости похищенного; показаниях свидетеля 

<

данные изъяты> согласно которым в марте 2020 года к нему несколько раз приходили ФИО1 и ФИО2, у которых он покупал металл.

Объективно вина осужденного ФИО1 также подтверждается: рапортом от 26 марта 2020 года об обнаружении признаков преступления - хищения металлического ограждения стадиона 

<

данные изъяты> принадлежащего 

<

данные изъяты> заявлением директора 

<

данные изъяты> от 26 марта 2020 года; протоколом осмотра места происшествия от 26 марта 2020 года с участием ФИО1, согласно которому ФИО1 показал на месте как совершил хищение металлического ограждения; справкой о балансовой стоимости металлического ограждения стадиона 

<

данные изъяты> на 26 марта 2020 года; копией свидетельства о государственной регистрации права серии 

<

данные изъяты> на земельный участок для размещения стадиона 

<

данные изъяты> инвентарной карточкой учета нефинансовых активов 

<

данные изъяты> ограждения стадиона 

<

данные изъяты> копией договора № 5 о закреплении муниципального имущества на праве оперативного управления от 4 июня 2007 года; протоколом личного досмотра ФИО1 от 26 марта 2020 года, в ходе которого изъят колун с деревянной ручкой; постановлением предоставления материалов оперативно-розыскной деятельности от 26 марта 2020 года и рапортом оперуполномоченного ОУР 

<

данные изъяты> от 26 марта 2020 года на ФИО1 и ФИО2; справкой стоимости металлической арматуры диаметром 24 мм на 6 мм.; протоколом осмотра предметов от 23 апреля 2020 года, в ходе которого осмотрен колун с деревянной рукоятью, изъятый у ФИО1; распиской о возвращении колуна ФИО1; отчетом № 47/06-2020М по определению рыночной стоимости объекта оценки.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, выводы о виновности ФИО1 в совершении тайного хищения имущества 

<

данные изъяты> основаны не только на показаниях ФИО1, данных им на предварительном следствии, но и на совокупности иных согласующихся доказательств, каковыми являются:

- показания потерпевшего 

<

данные изъяты> согласно которым в октябре или ноябре 2019 года, он оставил у знакомой 

<

данные изъяты> электрическую пилу, на следующий день обнаружил ее пропажу;

- показания свидетеля 

<

данные изъяты> согласно которым в октябре 2019 года она попросила 

<

данные изъяты> распилить бревна, последний согласился и пришел к ней с электрической пилой. Закончив распиливать бревна, 

<

данные изъяты> ушел, она легла спать. На следующий день 

<

данные изъяты> пришел за электропилой, но электропила отсутствовала. Считает, что ФИО1 похитил электрическую пилу пока она спала; 

- рапорт от 15 апреля 2020 года об обнаружении признаков преступления - хищения электрической пилы марки «Чемпион 120-14», принадлежащей 

<

данные изъяты> 

- заявление 

<

данные изъяты> от 15 апреля 2020 года о привлечении к уголовной ответственности; 

- протокол осмотра места происшествия от 16 апреля 2020 года с участием ФИО1, согласно которому ФИО1 показал, где он похитил электропилу желтого цвета; 

- протокол личного досмотра от 15 апреля 2020 года, в ходе которого у ФИО1 изъята электрическая пила в корпусе желтого цвета марки «Чемпион 120-14»; 

- отчет № 32/05-2020М, согласно которому стоимость электрической марки «Чемпион 120-14» составляет 4101 рубль; 

- протокол осмотра предметов - электрической пилы марки «Чемпион 120-14», изъятой в ходе личного досмотра у ФИО1; 

- расписка о возвращении 

<

данные изъяты> электрической пилы марки «Чемпион 120-14»; 

- постановление предоставления материалов оперативно-розыскной деятельности от 15 апреля 2020 года и рапорт оперуполномоченного ОУР ОМВД России по Ашинскому району Челябинской области 

<

данные изъяты> от 15 апреля 2020 года.

Содержание перечисленных и иных доказательств и их анализ подробно изложены в описательно-мотивировочной части приговора.

Допустимость приведенных в приговоре доказательств сомнений не вызывает.

Все показания осужденного ФИО1, а также осужденной ФИО2, представителя потерпевшего 

<

данные изъяты> потерпевшего 

<

данные изъяты> свидетелей, данные, как на стадии предварительного следствия, так и в ходе судебного разбирательства, были подвергнуты судом первой инстанции тщательному анализу путем сопоставления между собой и с письменными доказательствами по делу, им дана надлежащая оценка в совокупности с иными доказательствами, что получило отражение в приговоре.

Суд первой инстанции обоснованно признал соответствующими действительности данные в ходе предварительного расследования показания ФИО1 и правомерно использовал их как доказательства по уголовному делу. Разделяя данные выводы, апелляционная инстанция отмечает, что указанные показания ФИО1 получены и отражены в соответствующих протоколах в соответствии с требованиями уголовно - процессуального закона, согласуются с другими доказательствами по основным юридически значимым моментам, которые подтверждают правдивость сообщенных им сведений об обстоятельствах совершенных преступлений.

ФИО1 своевременно были разъяснены права подозреваемого и обвиняемого, положения ст. 51 Конституции РФ и созданы необходимые условия для их реализации. Допросы ФИО1 проводились с участием адвоката, что исключало дачу им показаний вопреки его воле или противоречащих его отношению к предъявленному обвинению. Оснований для признания этих показаний осужденного недопустимыми доказательствами по делу не имеется.

Каких-либо сведений о заинтересованности осужденной ФИО2, потерпевших и свидетелей обвинения при даче показаний в отношении ФИО1, оснований для его оговора, равно как и существенных противоречий в их показаниях по обстоятельствам дела, ставящих их под сомнение, и которые повлияли или могли повлиять на выводы и решение суда о виновности ФИО1, на правильность применения уголовного закона, судом апелляционной инстанции не установлено.

Оценка показаний осужденных, потерпевших, свидетелей, приведенная судом первой инстанции, полностью разделяется судом апелляционной инстанции.

Оценка исследованных в судебном заседании протоколов следственных действий, других доказательств надлежащим образом аргументирована, также разделяется судом апелляционной инстанции.

Вопреки доводам стороны защиты, суд первой инстанции правильно установил фактические обстоятельства совершенных ФИО1 преступлений и верно квалифицировал его действия по факту хищения имущества 

<

данные изъяты> по ч. 1 ст. 158 УК РФ, как кража, то есть тайное хищение чужого имущества; по факту хищения имущества 

<

данные изъяты> по п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ, как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенное группой лиц по предварительному сговору.

Выводы суда первой инстанции о квалификации убедительно и подробно мотивированы в приговоре, не носят характер предположений, не содержат противоречий, конкретны, в том числе и о фактических обстоятельствах дела. Оснований для переоценки данных выводов и для иной квалификации действий ФИО1, на что указано автором жалобы, апелляционная инстанция не находит.

Позиция стороны защиты, приводящей свой анализ доказательствам, основана на собственной интерпретации исследованных доказательств и признания их важности для дела без учета установленных ст.ст. 87, 88 УПК РФ правил оценки доказательств, которыми в данном случае руководствовался суд.

Нарушений уголовно - процессуального закона, способных путем ограничения прав участников судопроизводства повлиять на правильность принятого судом решения, в ходе предварительного расследования и судебного разбирательства по делу не допущено.

При назначении наказания ФИО1 суд первой инстанции в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43, 60 УК РФ учел характер и степень общественной опасности содеянного им, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, данные о личности виновного, смягчающие и отягчающее наказание обстоятельства и пришел к обоснованному выводу о назначении ФИО1 наказания в виде реального лишения свободы и невозможности назначения иного более мягкого вида наказания.

В связи с совершением ФИО1 умышленных преступлений небольшой и средней тяжести при условно-досрочном освобождении от отбывания наказания по приговору от 21 июля 2017 года, суд первой инстанции, вопреки доводам стороны защиты, правомерно в соответствии с п. «б» ч. 7 ст. 79 УК РФ отменил условно-досрочное освобождение и назначил окончательное наказание ФИО1 по правилам ст. 70 УК РФ.

Все существенные для определения меры наказания обстоятельства исследованы и учтены при вынесении приговора. Суд апелляционной инстанции, разделяя выводы суда, считает, что цели наказания будут достигнуты только в условиях изоляции осужденного от общества.

Судом первой инстанции в полном объеме учтены сведения о личности осужденного и все смягчающие наказание обстоятельства применительно к каждому преступлению. Каких-либо иных обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих, достоверные сведения о которых имеются в материалах дела, но не учтенных судом, не установлено.

Суд первой инстанции обоснованно признал по каждому преступлению отягчающим наказание ФИО1 обстоятельством – рецидив преступлений. 

Вместе с тем, соглашаясь с доводами апелляционного представления, апелляционная инстанция находит приговор в отношении ФИО1 в соответствии со ст. 389.15 УПК РФ подлежащим изменению вследствие неправильного применения уголовного закона при назначении наказания.

Из обжалованного приговора следует, что при назначении наказания ФИО1 суд первой инстанции указал на применение одновременно положений как ч. 2 ст. 68 УК РФ так и ч. 3 ст. 68 УК РФ. При этом, мотивировав возможность применения положений ч. 3 ст. 68 УК РФ, суд первой инстанции назначил осужденному наказание за каждое преступление менее одной третьей части максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного санкцией данных статей.

Принимая во внимание совокупность признанных судом первой инстанции смягчающих наказание ФИО1 обстоятельств и, как следствие, наличие правовых оснований для применения положений ч. 3 ст. 68 УК РФ, а также, учитывая, что суд первой инстанции фактически назначил наказание за каждое преступление по правилам ч. 3 ст. 68 УК РФ, апелляционная инстанция приходит к выводу о том, что при назначении наказания ФИО1 подлежат применению правила, предусмотренные ч. 3 ст. 68 УК РФ, а указание на учет положений ч. 2 ст. 68 УК РФ подлежит исключению.

Несмотря на внесение в приговор изменений, апелляционная инстанция не усматривает оснований для снижения наказания, назначенного ФИО1 как за каждое преступление, так и по их совокупности.

Исходя из личности осужденного, характера и степени общественной опасности совершенных им преступлений, апелляционная инстанция соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии правовых оснований для применения положений ст. ст. 64, 73 УК РФ, ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Вид исправительного учреждения ФИО1 назначен правильно в соответствии с требованиями п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Назначенное ФИО1 наказание, как за каждое преступление, так и по их совокупности, по своему виду и размеру является справедливым, отвечает целям наказания, соразмерно содеянному, данным о личности осужденного, что не позволяет согласиться с доводами авторов апелляционных представления и жалобы о его несправедливости.

Исковые требования представителя потерпевшего о возмещении материального ущерба рассмотрены в соответствии с требованиями ст. 1064 ГК РФ.

Нарушений норм уголовно-процессуального законодательства, неправильного применения уголовного закона, влекущих отмену приговора, по делу не допущено, оснований для удовлетворения апелляционного представления государственного обвинителя Киселевой Н.В. в полном объеме, апелляционной жалобы адвоката Галкова А.В. не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.14, 389.20, 389.28, ч. 2 ст. 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

п о с т а н о в и л:

приговор Ашинского городского суда Челябинской области от 10 сентября 2020 года в отношении ФИО1 изменить:

- из его описательно – мотивировочной части в выводах о назначении наказания исключить указание суда на учет положений ч. 2 ст. 68 УК РФ.

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, а апелляционное представление государственного обвинителя Киселевой Н.В. и апелляционную жалобу адвоката Галкова А.В. - без удовлетворения.

Судья