Дело № 2-271 /18 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

16 февраля 2018 года

Приволжский районный суд города Казани в составе:

председательствующего судьи Кулиева И.А.

при секретаре судебного заседания Хазиевой Л.Н. 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Муниципального казенного учреждения Комитет земельных и имущественных отношений Исполнительного комитета муниципального образования г.Казани к ФИО2 ФИО13, ФИО1 ФИО14, ФИО4 ФИО15, ФИО5 ФИО16 о признании жилого дома самовольной постройкой, признании договоров дарения недействительными, применении последствий недействительности сделок путем приведения сторон в первоначальное положение и возврате земельного участка по акту приема-передачи, 

у с т а н о в и л:

Муниципальное казенное учреждение Комитет земельных и имущественных отношений Исполнительного комитета муниципального образования г.Казани (далее – КЗиО) обратился с иском к ответчикам ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 о признании договоров дарения недействительными, применении последствий недействительности сделок путем приведения сторон в первоначальное положение и возврате земельного участка по акту приема-передачи 

В обоснование иска КЗиО указал, что решением Приволжского районного суда г.Казани от 25 января 2016 года удовлетворен иск КЗиО к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 о признании права собственности отсутствующим и признании договора купли-продажи недействительным 

Указанным решением постановлено признать отсутствующим у ФИО4 право общей долевой собственности, доля в праве 1/2, на жилой дом площадью 63 кв.м. по 

<

адрес>, запись о государственной регистрации №16-16/001-16/001/012/2015-663/2;

Признать отсутствующим у ФИО5 право общей долевой собственности, доля в праве 1/2, на жилой дом площадью 63 кв.м. по 

<

адрес>, запись о государственной регистрации №16-16/-49/046/201-350; 

признать недействительным Договор №10937 от 28 мая 2014 года купли- продажи земельного участка с кадастровым номером 16:50:081019:48 по 

<

адрес>, заключенный между КЗиО и ФИО2, ФИО3;

Обязать ФИО4, ФИО5 возвратить по акту приема-передачи земельный участок с кадастровым номером 16:50:081019:48 по 

<

адрес>.

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 05 мая 2016 года названое решение отменено в части возложения на ФИО4, ФИО5 обязанности возвратить по акту приема-передачи земельный участок с кадастровым номером 16:50:081019:48 по 

<

адрес>, в остальной части решение оставлено без изменений.

Основанием для отмены решения явилось то, что не оспорены сделки по заключению договоров дарения. 

Как указывает истец, на момент заключения сделок по дарению жилого дома площадью 63 кв.м. этот дом не существовал, так как был снесен, на самом земельном участке возведена постройка площадью 410 кв.м. 

Как указывает истец, на момент предоставления земельного участка в собственность на нем отсутствовал дом площадью 63 кв.м., что означает, что оснований для передачи земельного участка в собственность ответчикам в порядке действовавшей ст.36 Земельного кодекса РФ не имелось.

Ссылаясь на изложенное, истец просил признать недействительным договор дарения, на основании которого за ФИО4 зарегистрировано право собственности на жилой дом площадью 63 кв.м. и земельный участок с кадастровым номером 16:50:081019:48;

признать недействительным договор дарения, на основании которого за ФИО5 зарегистрировано право собственности на жилой дом площадью 63 кв.м. и земельный участок с кадастровым номером 16:50:081019:48;

применить последствия недействительности сделок путем приведения сторон в первоначальное положение;

обязать ответчиков возвратить земельный участок с кадастровым номером 16:50:081019:48по акту приема-передачи КЗиО.

В ходе рассмотрения дела истец увеличил исковые требования – просил признать жилой дом общей площадью 410 кв.м., расположенный на земельном участке с кадастровым номером 16:50:081019:48 самовольной постройкой и обязать снести самовольную постройку; 

признать недействительным договор дарения, на основании которого за ФИО4 зарегистрировано право собственности на жилой дом площадью 63 кв.м. и земельный участок с кадастровым номером 16:50:081019:48;

признать недействительным договор дарения, на основании которого за ФИО5 зарегистрировано право собственности на жилой дом площадью 63 кв.м. и земельный участок с кадастровым номером 16:50:081019:48;

признать недействительным договор дарения от 25 июня 2015 года, заключенный между ФИО4 и ФИО2;

применить последствия недействительности сделок путем приведения сторон в первоначальное положение;

обязать ответчиков возвратить земельный участок с кадастровым номером 16:50:081019:48по акту приема-передачи КЗиО.

В судебном заседании представитель истца поддержала заявленные исковые требования в полном объеме.

Ответчик ФИО3, также представляющая по доверенности ФИО5, иск не признала, просят отказать в удовлетворении, ссылаясь на пропуск истцом срока исковой давности для предъявления требований о сносе самовольного строения. 

ФИО2, ФИО4 извещены судом о дне и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явились, причина неявки не известна, заявления об отложении дела не поступило.

Явившиеся стороны согласны на рассмотрение дела в отсутствие не явившихся лиц. 

Предпринятыми судом мерами примирить явившиеся стороны не удалось.

Выслушав пояснения представителя истца, пояснения ответчицы, исследовав материалы дела, суд установил следующие обстоятельства, имеющие значение для дела.

Как установлено судом, решением Приволжского районного суда г.Казани от 27 августа 2013 года за ФИО3 признано право собственности на самовольную постройку – жилой дом площадью 63 кв.м. по 

<

адрес>.

24 октября 2013 года на основании указанного решения суда произведена государственная регистрация права собственности ФИО3 на дом.

По договору дарения от 13 февраля 2014 года ФИО3 подарила 1/2 долю дома ФИО2

18 февраля 2014 года в государственный кадастр недвижимости внесены сведения о земельном участке площадью 605 кв.м. с кадастровым номером 16:50: 081019:48 по 

<

адрес>.

Постановлением Руководителя ИКМО г.Казани от 08 февраля 2014 года в общую долевую собственность ФИО2 П и ФИО3 предоставлен земельный участок, занимаемый жилым домом площадью 63 кв.м. по 

<

адрес>.

На основании указанного постановления КЗиО заключил с ФИО3 и с ФИО2 договор купли-продажи земельного участка, в соответствии с которым в собственность ответчиков перешел земельный участок площадью 605 кв.м. по 

<

адрес> по 1/2 доле в праве каждому. в соответствии с действовавшей ст. 36 Земельного кодекса РФ

04 августа 2014 года ФИО3 заключила с ФИО5 Договор дарения, в соответствии с которым подарила 1/2 долю дома и земельного участка 

11 февраля 2015 года ФИО2 заключил с ФИО4 Договор дарения, в соответствии с которым подарил ей 1/2 долю дома и земельного участка 

Решением Приволжского районного суда г.Казани от 25 января 2016 года удовлетворен иск КЗиО к ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 о признании права собственности отсутствующим и признании договора купли-продажи недействительным - судом постановлено признать отсутствующим у ФИО4 право общей долевой собственности, доля в праве 1/2, на жилой дом площадью 63 кв.м. по 

<

адрес>, запись о государственной регистрации №16-16/001-16/001/012/2015-663/2;

признать отсутствующим у ФИО5 право общей долевой собственности, доля в праве 1/2, на жилой дом площадью 63 кв.м. по 

<

адрес>, запись о государственной регистрации №16-16/-49/046/201-350; 

признать недействительным Договор №10937 от 28 мая 2014 года купли- продажи земельного участка с кадастровым номером 16:50:081019:48 по 

<

адрес>, заключенный между КЗиО и ФИО2, ФИО3;

Обязать ФИО4, ФИО5 возвратить по акту приема-передачи земельный участок с кадастровым номером 16:50:081019:48 по 

<

адрес>.

Апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики Татарстан от 05 мая 2016 года названое решение отменено в части возложения на ФИО4, ФИО5 обязанности возвратить по акту приема-передачи земельный участок с кадастровым номером 16:50:081019:48 по 

<

адрес>, в остальной части решение оставлено без изменений.

Судом установлено, что земельном участке с кадастровым номером 16:50:081019:48 по 

<

адрес> располагается жилой дом общей площадью 410 кв.м.

В обоснование требований о признании указанного жилого дома самовольной постройкой и его сносе представитель истца указывает, что он выстроен на земельном участке, который в установленном порядке ответчикам не предоставлялся.

Последствия самовольной постройки, произведенной собственником на принадлежащем ему земельном участке, определяются статьей 222 настоящего Кодекса.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации, самовольной постройкой является жилой дом, другое строение, сооружение или иное недвижимое имущество, созданное на земельном участке, не отведенном для этих целей в порядке, установленном законом и иными правовыми актами, либо созданное без получения на это необходимых разрешений или с существенным нарушением градостроительных и строительных норм и правил.

Самовольная постройка подлежит сносу осуществившим ее лицом либо за его счет, кроме случаев, предусмотренных пунктом 3 настоящей статьи.

Согласно ч.1 ст. 196 Гражданского кодекса РФ, общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В соответствии с ч.2 ст. 199 Гражданского кодекса РФ, Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно ч.1 ст. 200 Гражданского кодекса РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от 29.04.2010 (ред. от 23.06.2015) "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", на требование о сносе самовольной постройки, создающей угрозу жизни и здоровью граждан, исковая давность не распространяется.

Учитывая, что требования о признании жилого дома самовольной постройкой и его сносе не основаны на наличии угрозы жизни и здоровью граждан, на эти требования истца исковая давность распространяется.

Вступившим в силу решением Приволжского районного суда г.Казани от 27 февраля 2015 года установлено, что «..жилой дом общей площадью 63,0 кв.м, находящийся по адресу: РТ, 

<

адрес> был снесен в 2012 году.

На месте старого дома был построен жилой дом, который по данным технической инвентаризации имеет общую площадь 410,2 кв.м., в том числе жилую – 245 кв.м.

Таким образом, на момент обращения ФИО6 в 2013 году в суд с исковыми требованиями о признании за ней права собственности на самовольную постройку, жилой общей площадью 63,0 кв.м., жилой площадью 57,0 кв.м., инвентарный № расположенный по адресу: 

<

адрес> отсутствовал». 

Также, вступившим в силу решением Приволжского районного суда г.Казани от 16 июня 2015 года установлено, что «..жилой дом общей площадью 63,0 кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес>, снесен в 2012 году, на его месте возведен жилой дом, общая площадь которого по данным технической инвентаризации равна 410,2 кв.м., жилая – 245 кв.м.»К делу ответчицей приобщен кадастровый паспорт жилого дома от 27 ноября 2015 года, согласно которому, год ввода дома площадью 410 кв.м. – 2014 год.

С требованиями о признании указанного дома самовольной постройкой и его сносе представитель истца обратился в процессе рассмотрения дела 01 февраля 2018 года в порядке увеличения исковых требований. 

Более чем за три года до подачи соответствующих исковых требований спорный дом располагался на земельном участке по 

<

адрес>.

Суд полагает, в данном случае, учитывая, что земельный участок по 

<

адрес> Руководителя ИКМО г.Казани от 08 февраля 2014 года был предоставлен в общую долевую собственность ФИО2 П и ФИО3, истец, по крайней мере на дату вынесения Постановления безусловно должен был знать о нарушенном праве. 

С учетом установленных обстоятельств и сведений о возведении спорного дома, суд соглашается с доводами ответчицы о пропуске на эту дату – 01 февраля 2018 года, срока исковой давности для предъявления требований о признании указанного дома самовольной постройкой и его сносе, в связи с чем, в удовлетворении исковых требований в этой части надлежит отказать.

Кроме этого, суд учитывает следующее.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п.22 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от ДД.ММ.ГГГГ (ред. от ДД.ММ.ГГГГ) "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", собственник земельного участка, субъект иного вещного права на земельный участок, его законный владелец либо лицо, права и законные интересы которого нарушает сохранение самовольной постройки, вправе обратиться в суд по общим правилам подведомственности дел с иском о сносе самовольной постройки.

С иском о сносе самовольной постройки в публичных интересах вправе обратиться прокурор, а также уполномоченные органы в соответствии с федеральным законом.

Таким образом, лицо, обращающееся в суд с иском о сносе самовольной постройки, должно обладать определенным материально-правовым интересом в защите принадлежащего ему гражданского права либо, в соответствии с установленной компетенцией, - в защите публичного порядка строительства, прав и охраняемых законом интересов других лиц, жизни и здоровья граждан.

В обоснование требований о понуждении передать спорный земельный участок по акту приеме передачи представитель истца указала, что заключенный между КЗиО договор купли-продажи земельного участка решением суда признан недействительным, поэтому у ответчиков отсутствовали основания по распоряжению объектами недвижимости. 

Между тем, правомочия администрации по распоряжению земельным участком, на котором находится спорный объект, существует до момента разграничения государственной собственности на землю. Орган местного самоуправления, распоряжаясь такими земельными участками, должен действовать не только от своего имени и в своих гражданско-правовых интересах, но также и от имени и в интересах публично-правовых образований других уровней: Российской Федерации и субъекта Российской Федерации.

При таком положении, несмотря на наличие у истца как органа, наделенного полномочиями в сфере публичного порядка, права на иск в силу факта отсутствия процедуры предоставления спорного земельного участка, положения статьи 222 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежат применению с учетом публичного интереса в создании жилого дома, который является, согласно пояснениям ответчицы ФИО3, единственным местом жительства, в котором она проживает вместе с ФИО5 

Представитель истца в судебном заседании не указала, в чем именно заключается нарушение гражданских прав, принадлежащих непосредственно муниципальному образованию, и каким образом снос жилого дома, возведенного на земельном участке, правовой режим использования которого допускает размещение объектов индивидуального жилищного строительства, может привести к восстановлению (защите) предполагаемого нарушенного права.

В соответствии с ч.1 ст. 3 Гражданского процессуального кодекса РФ, заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов. 

Истец, в нарушение положений приведенной нормы, при рассмотрении настоящего дела с учетом конкретных фактических обстоятельств не обосновал, как публичный интерес будет защищен в результате сноса жилого дома.

В силу положений п.5 ч.1 ст. 1 Земельного кодекса РПФ, настоящий Кодекс и изданные в соответствии с ним иные акты земельного законодательства основываются на следующих принципах:… единство судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов, согласно которому все прочно связанные с земельными участками объекты следуют судьбе земельных участков, за исключением случаев, установленных федеральными законами 

Очевидным для суда является тот факт, что истребование спорного земельного участка без решения судьбы возведенного на нем объекта недвижимости неправомерно, поскольку противоречит закрепленному в приведенной норме Земельного кодекса Российской Федерации принципу единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов.

При указанных обстоятельствах, учитывая отсутствие доказательств невозможности использования спорного участка для жилищного строительства, а также доказательств, свидетельствующих о несоответствии возведенного ответчиками жилого дома градостроительным и строительным нормам и правилам, равно как и доказательств того, что жилой дом, в котором на момент рассмотрения спора проживают ответчики ФИО3, ФИО5 не может быть сохранен в натуре, а его снос повлечет за собой восстановление прав истца, суд приходит к выводу, что основания удовлетворения заявленных истцом требований о виндикации спорного участка, признании жилого дома самовольной постройкой и его сносе отсутствуют. 

Разрешая требования о признании недействительными договора дарения, на основании которого за ФИО4 зарегистрировано право собственности на жилой дом площадью 63 кв.м. и земельный участок с кадастровым номером 16:50:081019:48; договора дарения, на основании которого за ФИО5 зарегистрировано право собственности на жилой дом площадью 63 кв.м. и земельный участок с кадастровым номером 16:50:081019:48; договора дарения от 25 июня 2015 года, заключенный между ФИО4 и ФИО2, суд исходит из следующего.

Решением Приволжского районного суда г.Казани от 25 января 2016 года признан недействительным Договор №10937 от 28 мая 2014 года купли- продажи земельного участка с кадастровым номером 16:50:081019:48 по 

<

адрес>, заключенный между КЗиО и ФИО2, ФИО3

Недействительность первичного основания права исключает возможность признания возникшим в установленном порядке права приобретателя спорного участка, которым на момент рассмотрения дела являются ответчики 

Как следует из пункта 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации). Когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные статьями 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 21 апреля 2003 года № 6-П «По делу о проверке конституционности положений пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 и ФИО11», права лица, считающего себя собственником имущества, не подлежат защите путем удовлетворения иска к добросовестному приобретателю с использованием правового механизма, установленного пунктами 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации. Такая защита возможна лишь путем удовлетворения виндикационного иска, если для этого имеются те предусмотренные статьей 302 Гражданского кодекса Российской Федерации основания, которые дают право истребовать имущество и у добросовестного приобретателя (безвозмездность приобретения имущества добросовестным приобретателем, выбытие имущества из владения собственника помимо его воли и др.).

Иное истолкование положений пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации означало бы, что собственник имеет возможность прибегнуть к такому способу защиты, как признание всех совершенных сделок по отчуждению его имущества недействительными, т.е. требовать возврата полученного в натуре не только когда речь идет об одной (первой) сделке, совершенной с нарушением закона, но и когда спорное имущество было приобретено добросовестным приобретателем на основании последующих (второй, третьей, четвертой и т.д.) сделок. Тем самым нарушались бы вытекающие из Конституции Российской Федерации установленные законодателем гарантии защиты прав и законных интересов добросовестного приобретателя.

Согласно ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Содержащиеся в пунктах 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации общие положения о последствиях недействительности сделки в части, касающейся обязанности каждой из сторон возвратить другой все полученное по сделке, - по их конституционно-правовому смыслу в нормативном единстве со статьями 166 и 302 ГК Российской Федерации - не могут распространяться на добросовестного приобретателя, если это непосредственно не оговорено законом.

В соответствии с ч.3 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд принимает решение по заявленным истцом требованиям. 

При таком положении, оснований для применения такого правового механизма защиты права муниципального образования как признание недействительными сделок, совершенных после признанного недействительным Договора купли- продажи земельного участка №10937 от 28 мая 2014 года, суд не усматривает – в связи с чем, в удовлетворении требований в этой части, и, соответственно, в требованиях о применении последствий недействительности сделок, надлежит отказать.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 56, 194- 198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

решил:

Иск Муниципального казенного учреждения Комитет земельных и имущественных отношений Исполнительного комитета муниципального образования г.Казани к ФИО2 ФИО18, ФИО1 ФИО17, ФИО4 ФИО19, ФИО5 ФИО20 о признании жилого дома самовольной постройкой, признании договоров дарения недействительными, применении последствий недействительности сделок путем приведения сторон в первоначальное положение и возврате земельного участка по акту приема-передачи оставить без удовлетворения., 

Решение суда может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Татарстан через Приволжский районный суд города Казани в течение одного месяца после изготовления мотивированного решения. 

Мотивированное решение изготовлено 21 февраля 2018 года 

Судья И.А. Кулиев