дело № 2-34/2020 г.

Р Е Ш Е Н И Е

именем Российской Федерации 

29 января 2020 года г.Мамадыш РТ 

Мамадышский районный суд Республики Татарстан в составе:

председательствующего судьи Гатиной Г.Р.,

при секретаре ФИО6,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3, ФИО4 о признании договоров купли-продажи автомобиля и прицепа недействительными, возврате имущества,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО3, ФИО4 о признании договоров купли-продажи автомашины и прицепа недействительными и возврате данного имущества, указывая на то, что она с 26 апреля 2013 года по 8 ноября 2018 года состояла в зарегистрированном браке с ФИО1 В период брака были приобретены автомобиль марки «CHEVROLET NIVA, №», 2015 года выпуска, и прицеп к легковому автомобилю марки «№», 2015 года выпуска. Автомобиль и прицеп были зарегистрированы на имя супруга. 28 мая 2018 года ФИО1 продал автомобиль и прицеп ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ последний заключил договор купли-продажи автомашины и прицепа с ФИО4 ФИО1 умер ДД.ММ.ГГГГ. До его смерти автомашина и прицеп находились у него. Указанные сделки истец считает фиктивными, совершены без ее согласия, с целью уклонения от раздела имущества. Денежные средства от продажи автомашины и прицепа она не получала, стоимость имущества, указанная в договора купли-продажи, существенна занижена и не соответствует реальной стоимости данного имущества. На основании изложенного истец просит признать недействительными договоры купли-продажи транспортного средства №№, №, заключенные ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО3; договоры купли-продажи транспортного средства № №, 18109, заключенные ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО4, обязать ответчика ФИО4 передать ей автомобиль марки «CHEVROLET NIVA, № 2015 года выпуска, и прицеп к легковому автомобилю марки «№ 2015 года выпуска, взыскать с ответчиков расходы по оплате государственной пошлины в размере 3700 рублей.

Истец ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержала и суду показала, что за время брака с ФИО1 в 2015 году были приобретены прицеп и автомашина стоимостью на момент покупки в 500000 рублей. Указанная автомашина была приобретена на заемные средства, она заключила кредитный договор в ПАО «АК БАРС» Банк, также ею были взяты на приобретение автомашины взаймы денежные средства у знакомых, и на общие сбережения. В мае 2018 года между ней и мужем произошла конфликтная ситуация, и она сказала ему, что при разводе заберет автомашину. 8 ноября 2018 года они развелись, в последующем помирились, продолжили жить вместе и вести общее хозяйство. ФИО1 17 сентября 2019 года умер на работе. Работал по день смерти в г.Набережные Челны, ездил на работу на спорной автомашине. С ответчиками у него были дружеские отношения, ФИО3 был вписан в страховой полис автомашины, иногда пользовался автомашиной. После смерти мужа 20 сентября с ФИО3 поехала в г.Набережные Челны за автомашиной, где ФИО3 из куртки ФИО1, находящейся в машине, взял его документы на автомашину. Все это видела ее дочь. На следующий день приехал ФИО4 и забрал автомашину. До этого дня ей не было известно об отчуждении автомобиля и прицепа, так как ФИО1 до смерти проживал с ней, постоянно пользовался автомобилем, согласие на совершение сделки она не давала, денег от продажи не получала. Считает, что в действительности сделки по купле-продаже спорного автомобиля и прицепа не совершались, денежные средства покупателем продавцу не передавались, договоры купли-продажи автомобиля были заключены формально, с целью уклонения от раздела имущества. Покупатели были осведомлены об отсутствие ее согласия на отчуждение автомобиля и прицепа. 

Представитель истца ФИО2 – ФИО7 в судебном заседании исковые требования поддержал и суду показал, что сделки по купле-продаже автомашины и прицепа являются фиктивными. 

Представитель ответчиков ФИО3, ФИО4 – ФИО8 в судебном заседании исковые требования не признал и суду показал, что истцом выбран ненадлежащий способ защиты, поскольку она не является наследником после смерти ФИО1 Более того, она имеет право только на ? долю указанного имущества. Доказательств того, что деньги от продажи автомобиля и прицепа были потрачены ФИО1 для своих личных нужд, суду не представлено. Просит применить срок исковой давности и отказать в удовлетворении иска.

Третье лицо ФИО19 в судебное заседание не явилась, предоставила суду заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие, с иском согласна.

Выслушав в судебном заседании участников процесса, опросив свидетелей и изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

На основании части 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

В соответствии с частью 2 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации общим имуществом супругов являются приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

Из материалов дела следует, что ФИО2 и ФИО1 состояли в зарегистрированном браке с 26 апреля 2013 года по 8 ноября 2018 года (л.д.9, 10).

В судебном заседании установлено, что в период брака ФИО1 были куплены автомобиль марки «CHEVROLET NIVA, №», 2015 года выпуска, идентификационный номер (VIN) №, а также прицеп к легковому автомобилю марки «№», 2015 года выпуска, идентификационный номер (VIN) №. Данное обстоятельство в судебном заседании ответчиками не оспаривалось.

Согласно статье 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В силу приведенной нормы закона сделка купли-продажи движимого имущества, а к таковым следует относить и сделки купли-продажи транспортных средств, считаются заключенными с момента передачи товара.

По договорам купли-продажи транспортного средства №, № от 28 мая 2018 года ФИО1 продал спорные автомобиль и прицеп ФИО3 Согласно условиям договоров покупатель приобрел автомобиль за 100000 рублей, прицеп – за 20000 рублей, оплата производится покупателем на условиях 100% предоплаты.

Также в материалы дела были представлены договоры купли-продажи транспортного средства № № от 7 июня 2018 года, заключенные между ФИО3 и ФИО4, по условиям которого последний купил у ФИО3 за 100000 рублей автомобиль марки «CHEVROLET NIVA, №», 2015 года выпуска, идентификационный номер (VIN) №, за 25000 рублей прицеп к легковому автомобилю марки «712501», 2015 года выпуска, идентификационный номер (VIN) №. 

Согласно карточке учета транспортного средства автомобиль марки «CHEVROLET NIVA, №», с государственным регистрационным знаком № 116, с 24 сентября 2019 года принадлежит ФИО4 (л.д. 23, 24). В судебном заседании представитель ответчиков пояснил, что оба договора составлялись, однако зарегистрирован был автомобиль по последнему договору.

17 сентября 2019 года ФИО1 умер (л.д. 11).

3 декабря 2019 года к имуществу умершего ФИО1 по заявлению ФИО2, действующей по доверенности от имени ФИО19, открыто наследственное дело №. Согласно материалам наследственного дела ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ было составлено завещание, удостоверенное нотариусом Мамадышского нотариального округа РТ ФИО9 за реестровым номером №, согласно которому он все свое имущество, в том числе прицеп марки №, 2015 года выпуска, автомобиль марки «CHEVROLET NIVA, №», 2015 года выпуска, завещала ФИО19

Из представленных копии объявлений о продаже аналогичных транспортных средств с интернет-сайта "Аvito" следует, цена автомобиля «CHEVROLET NIVA», 2015 года составляет с 

<

адрес> рублей (л.д. 27-29).

Свидетель ФИО10 в судебном заседании показала, что ФИО1, ФИО3 и ФИО4 были хорошими друзьями. ФИО1 ее отчим, ему очень нравилась автомашина, он никогда не говорил о планах продать данную автомашину.

Свидетель ФИО11 в судебном заседании показал, что в декабре 2014 года ФИО2 занимала у них денег в размере 150000 рублей для покупки автомашины. Долг она вернула частями. ФИО1 он также знал хорошо. Он подходил к нему в мае 2018 года, предлагал переоформить на его имя автомашину, объяснив, что с женой разводится. Намерений продавать автомашину у ФИО1 не было, своим автомобилем он был очень доволен.

Свидетель ФИО12 в судебном заседании показала, что в конце 2014 года ФИО2 попросила у них в долг 150000 рублей для приобретения автомашины. ФИО1 по день смерти ездил на автомашине Шевроле Нива.

Свидетель ФИО13 в судебном заседании показал, что в мае 2018 года к нему подошел сосед ФИО1 с просьбой переоформить на его имя автомашину, объяснив тем, что он разводится с женой, на что он отказался.

Свидетелей ФИО14 в судебном заседании показал, что умерший ФИО1 приходился ему двоюродным братом. ФИО15 о намерении продать автомобиль, ему не говорил. ФИО1, ФИО3 и ФИО4 были хорошими друзьями, в нетрезвом состоянии ФИО1 возил на его автомашине ФИО3 

Свидетель ФИО16 в судебном заседании показал, что ФИО1 был его другом. ФИО1 предлагал ему переоформить на его имя свой автомобиль, объяснил тем, что при разводе не хочет оставить автомашину жене. Он отказался. 

Свидетель ФИО17 в судебном заседании показала, что ее племянник ФИО1 и ФИО2 для покупки автомашины оформляли кредит.

Свидетель ФИО18 в судебном заседании показала, что является дочерью ФИО2 ФИО1, ФИО3 и ФИО4 были хорошими друзьями. ФИО3 после смерти ФИО1 в 

<

адрес> вытащил с куртки ФИО1 документы на автомашину. Когда она к нему подошла, он растерялся. ФИО1 не хотел продавать свой автомобиль, ездил на нем на работу по день смерти. Более того, он за 100000 рублей не продал бы свой автомобиль.

Проанализировав все обстоятельства дела, суд приходит к выводу, что прицеп марки №, 2015 года выпуска, и автомобиль марки «CHEVROLET NIVA, №», 2015 года выпуска, были приобретены супругами ФИО1 и ФИО2 в период брака на имя супруга ФИО1 и являлись совместно нажитым имуществом супругов. Раздел супружеского имущества в виде спорного автомобиля и прицепа к нему не производился. Доказательств обратного суду не представлено.

Согласно пункту 3 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно частям 1, 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В силу частей 1, 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с частями 1, 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу приведенной правовой нормы мнимой является та сделка, все стороны которой не намерены создать соответствующие ей правовые последствия.

При этом отсутствие лишь у одной из сторон сделки намерения создать такие последствия и фактически исполнить эту сделку само по себе не может служить основанием для вывода о мнимом характере сделки.

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Таким образом, для разрешения вопроса о мнимости договора купли-продажи необходимо установить наличие либо отсутствие правовых последствий, которые в силу статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации влекут действительность такого договора, а именно: факты надлежащей передачи вещи в собственность покупателю, а также уплаты покупателем определенной денежной суммы за эту вещь.

Пунктом 2 статьи 35 Семейного кодекса российской Федерации, пунктом 2 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена презумпция согласия супруга на действия другого супруга по распоряжению общим имуществом.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации сделка, совершенная одним из супругов по распоряжению общим имуществом супругов, может быть признана судом недействительной по мотивам отсутствия согласия другого супруга только по его требованию и только в случаях, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать о несогласии другого супруга на совершение данной сделки.

ФИО2 в обоснование своих требований ссылается на то, что причиной заключения договора купли-продажи автомобиля послужило намерение ФИО1 исключить автомобиль из состава общего имущества супругов. Отстаивая свою позицию и утверждая о мнимости спорной сделки, истец ссылается на то, что стороны сделки были знакомы друг с другом до ее заключения.

Анализируя обстоятельства дела, суд приходит к выводу о том, что договоры купли-продажи транспортных средств, заключенные 28 мая 2018 года между ФИО1 и ФИО3, и 7 июня 2018 года между ФИО3 и ФИО4 являются недействительными сделками. Суд полагает, что данные договоры носят мнимый характер, так так у ФИО1 и ответчиков отсутствовали намерения изменить сложившиеся в отношении указанных объектов гражданские права и обязанности и создать соответствующие сделке правовые последствия. Установленные по делу обстоятельства свидетельствуют о том, что оформление договоров купли-продажи автомобиля и прицепа не имело своей целью достижения правовых последствий, вытекающих из статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации. Ответчики ФИО3, ФИО4, являющиеся покупателями по договорам купли-продажи, осуществили для вида формальное исполнение договоров. Сделки купли-продажи создавали лишь видимость отчуждения автомобиля и прицепа, так как транспортные средства из владения и пользования ФИО1 не выбывали по день его смерти. Кроме того, цена спорных объектов указанная в договорах, намного ниже их реальной (фактической) стоимости. 

Причиной заключения договора купли-продажи автомобиля послужило намерение ФИО1 исключить автомобиль и прицепа к нему из состава общего имущества супругов. ФИО3, являясь хорошим другом умершего ФИО1, знал о том, что между ФИО2 и ФИО1 сложилась конфликтная ситуация, в результате которой стало очевидным невозможность сохранения брачных отношений между ними, был осведомлен об отсутствии согласия ФИО2 на совершение сделок по отчуждению автомобиля и прицепа.

Согласно разъяснению, содержащемуся в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ).

Как следует из пункта 8 Обзора судебной практики по некоторым вопросам, связанным с истребованием имущества из чужого незаконного владения (от 13 ноября 2008 года), разрешая вопрос о добросовестности приобретателя и определяя круг обстоятельств, о которых он должен был знать, суд учитывает родственные и иные связи между лицами, участвовавшими в заключение сделок, направленных на передачу права собственности.

Кроме того, если совершению сделки сопутствовали обстоятельства, которые должны были вызвать у приобретателя имущества сомнения в отношении права продавца на отчуждение спорного имущества (в том числе явно заниженная цена продаваемого имущества), приобретатель не является добросовестным. Заключение договора купли-продажи имущества по явно заниженной цене свидетельствует о фактическом сговоре продавца и покупателя в целях образования видимости добросовестного приобретения имущества (п. 9 Обзора).

Поскольку реализация ФИО3 автомобиля и прицепа ФИО4 произведена без ведома и согласия истца ФИО2, о чем было известно ФИО4, в связи с чем ФИО4, по мнению суда, является недобросовестным приобретателем транспортных средств, а именно автомашины марки «CHEVROLET NIVA, №», 2015 года выпуска, и прицепа к легковому автомобилю марки «№», 2015 года выпуска. 

Более того, суд учитывает, что сведения об изменении собственника транспортного средства внесены в ГИБДД лишь после смерти ФИО1 – 24 сентября 2019 года. Также ответчиком ФИО4 не были представлены доказательства наличия заключенного договора ОСАГО, заключение которого является обязанностью нового собственника и необходимым условием для допуска транспортного средства к эксплуатации (ст. 4 ФЗ РФ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств", ст. 17 ФЗ РФ "О безопасности дорожного движения"). 

Доводы представителя ответчиков о пропуске срока исковой давности является несостоятельным по следующим основаниям.

Так статья 199 Гражданского кодекса РФ предусматривает, что требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса РФ, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Согласно пункту 102 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", в силу пункта 2 статьи 181 ГК РФ годичный срок исковой давности по искам о признании недействительной оспоримой сделки следует исчислять со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена такая сделка (п. 1 ст. 179 ГК РФ), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Возражая против применения срока исковой давности, сторона истца утверждала о том, что о сделках она узнала лишь осенью 2019 года, после смерти ФИО1 Доказательств, опровергающих доводы истца, суду не представлено. При таких обстоятельствах суд считает, что срок обращения в суд истцом не пропущен. 

Поскольку сделки купли-продажи автомобиля и прицепа признаны недействительными, у сторон возникла обязанность по возврату другой стороне полученного по этой сделке.

Учитывая, что один из участников сделки - ФИО1 умер, применение в данном случае реституции невозможно. 

Истец вправе обратиться в нотариальную контору за оформлением своей супружеской доли в праве собственности на эти транспортные средства. В связи с этим суд считает необходимым передать автомашину и прицепа к нему на ответственное хранение ФИО2

В соответствии со статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчиков пользу истца также подлежат взысканию судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 3700 рублей.

Руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Признать недействительными договоры купли-продажи автомобиля марки «CHEVROLET NIVA, №», 2015 года выпуска, прицепа к легковому автомобилю марки «№», 2015 года выпуска, заключенные 28 мая 2018 года между ФИО1 и ФИО3.

Признать недействительными договоры купли-продажи автомобиля марки «CHEVROLET NIVA, №», 2015 года выпуска, прицепа к легковому автомобилю марки «№», 2015 года выпуска, заключенные 7 июня 2018 года между ФИО3 и ФИО4.

Применить последствия недействительности сделок.

Автомобиль «CHEVROLET NIVA, №», прицепа к легковому автомобилю марки «№» передать на хранение ФИО2.

Взыскать в долевом порядке в равных долях с ФИО4, ФИО3 в пользу ФИО2 расходы по оплате государственной пошлины в размере 3700 (Три тысячи семьсот) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Татарстан в течение месяца со дня принятия в окончательной форме через Мамадышский районный суд Республики Татарстан.

Судья