Дело № 

РЕШЕНИЕ

ИФИО1

15 мая 2018 года 

<

адрес>

Октябрьский районный суд 

<

адрес> в составе председательствующего судьи ФИО21, при секретаре ФИО22, с участием заместителя прокурора 

<

адрес> ФИО23, представителя Департамента жилищной политики Мэрии 

<

адрес> по доверенности ФИО28, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску ФИО15 к Департаменту жилищной политики Мэрии 

<

адрес> и ФИО2 о признании членом семьи нанимателя, внесении изменений в договор социального найма и признании не приобретшей права пользования жилым помещением, встречных исковых требований ФИО2, ФИО4 и ФИО8 к ФИО15 о выселении, обязании не чинить препятствий в пользовании и распоряжении жилым помещением,

УСТАНОВИЛ:

ФИО15 первоначально обратилась в Октябрьский районный суд 

<

адрес> с исковыми требованиями к Департаменту жилищной политики Мэрии 

<

адрес>, с привлечение в качестве третьего лица ФИО2, о признании членом семьи умершего 3.09.2015г. ФИО3 - нанимателя жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, внесении изменений в договор социального найма. 

Затем ФИО15 подала дополнительное исковое заявление к ФИО2, ФИО4, ФИО8 и Департаменту жилищной политики Мэрии 

<

адрес> о признании членом семьи умершего 3.09.2015г. ФИО3 - нанимателя жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, признании за ней права пользования указанным жилым помещением, обязании ДЖП Мэрии 

<

адрес> заключить с ней договор социального найма на указанное жилое помещение, признании ответчиков ФИО2, ФИО5, ФИО8 не приобретшими права пользования указанным жилым помещением.

До окончания судебного разбирательства ФИО15 уточнила исковые требования и окончательно просила признать ее членом семьи умершего ФИО3-нанимателя жилого помещения - квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, бульвар Дудаева, 

<

адрес>, внести изменения в договор социального найма и признать ФИО2 не приобретшей право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: 

<

адрес>, бульвар Дудаева, 

<

адрес> 

Свои требования ФИО15 обосновала тем, что с 2003 года по август 2008 года она проживала с братьями ФИО6 и ФИО7 в пункте временного размещения. В 2008 году ФИО3 обратился в администрацию 

<

адрес> с заявлением о выделении ему и членам его семьи жилья, как нуждающимся. В августе 2008 г. между Администрацией 

<

адрес> и ФИО3 был заключен Договор социального найма жилого помещения № от 01.08.2008г. на двухкомнатную квартиру в домах государственного и муниципального фонда, расположенную по адресу: 

<

адрес>, бульвар Дудаева, 

<

адрес>. После предоставления квартиры, они вселилась в указанную квартиру, она поселилась в одной из комнат площадью 13,2 кв.м. До момента смерти брата они вели совместное хозяйство, несли совместные расходы по оплате услуг ЖКХ, на совместные средства покупали продукты. В период болезни брата она оказывала ему помощь на приобретение лекарств, в связи с чем полагает, что приобрела право, считаться членом семьи нанимателя. После смерти ФИО3 в указанной квартире проживает одна. ФИО2, ФИО4 и ФИО8 в указанную квартиру не вселялись и не проживали. ФИО3 с 2006 года с супругой ФИО2 и детьми не проживал и совместного хозяйства с ними не вел. Для подтверждения факта выделения квартиры ей и ее двум братьям, она обратилась в ДЖП Мэрии 

<

адрес> с запросом о предоставлении ей копии квартирного дела, где установила, что в квартирном деле отсутствует справка о составе семьи, в которой, как члены семьи должны были быть указаны она и брат ФИО19, а также подмену поданного ее братом в Администрацию 

<

адрес> заявления о выделении жилья, находящееся в квартирном деле заявление написано посторонним лицом, почерк не принадлежит ее брату, что подтверждено выводом заключением эксперта о вероятности выполнения рукописных записей в заявлении о выделении жилья не ФИО3, а другим лицом. ФИО2 в квартире не зарегистрирована, в право пользования жилым помещением не вступила, коммунальные платежи не оплачивает, требований о вселении в установленном порядке не предъявляла. Решением Октябрьского суда 

<

адрес> комната площадью 16,4 кв.м. закреплена за бывшей супругой ФИО2 и двумя детьми ФИО4 и ФИО8, однако это решение суда не было исполнено. Свои исковые требования основывает на ст. 69 и 70 ЖК РФ. 

ФИО2, ФИО4 и ФИО8 исковые требования ФИО15 не признали, предъявили встречные исковые требования о выселении ФИО15 из спорной квартиры, обязании ее не чинить им препятствия в пользовании квартирой. 

В обосновании встречных исковых требований указали, что Решением Октябрьского районного суда 

<

адрес> от 28.11.2013г. брак, заключенный ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес> ЗАГС 

<

адрес> между ФИО3 и ФИО2, был расторгнут. При этом определен порядок пользования 2-х комнатной квартирой, расположенной по адресу: 

<

адрес>, б-р Дудаева, 

<

адрес>, судом постановлено, что ФИО3 проживает в одной комнате площадью 13,2 кв.м., а за ФИО2 и двумя детьми (ФИО4 и ФИО8), родившимися от совместного брака с ФИО3, закреплена комната площадью 16, 4 кв.м. После смерти ФИО3 на комнату, которая была закреплена за ним, претендует его сестра ФИО15, из-за которой фактически распалась их семья. Спорная квартира была выделена взамен их разрушенной в ходе боевых действий квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, на получении которой она (ФИО24) выдала своему мужу ФИО3 нотариально заверенную доверенность. Разрушенная квартира была приобретена на ее сбережения, поскольку муж не работал. А ее бывшая золовка ФИО15 по подложным документам получила компенсацию за эту же разрушенную квартиру в размере 1 024 525 рублей. По данному факту в отношении ФИО15 возбуждено уголовное дело по ч. 4 ст.159 УК РФ. Договор соцнайма от ДД.ММ.ГГГГ с Администрацией 

<

адрес> подписан лично ФИО3 При жизни ФИО3 дети общались с ним, ухаживали за своим отцом, хотя были они на тот момент несовершеннолетними, информация в исковом заявлении ФИО15 не соответствует действительности. Она же и вынудила ее вместе с двумя детьми переехать к матери, где они в стесненных условиях проживают по настоящее время. Ее сын ФИО8 является инвали

<

адрес>-й группы и нуждается в отдельной комнате, она сама инвалид 2 группы. ФИО15 закрыла квартиру на замок и препятствует им в пользование квартирой, хотя она не является членом их семьи, и никогда таковой не являлась. В спорной квартире зарегистрированы ФИО5 и ФИО8.

В судебном заседании истец по первоначальному иску и ответчик по встречному иску ФИО15 уточненные исковые требования поддержала, просила их удовлетворить, встречные исковые требования не признала, просила их отклонить.

Представители ФИО15 по доверенности - ФИО25 и ФИО26, уточненные исковые требования ФИО15 поддержали, просили их удовлетворить, в удовлетворении встречных исковых требований просили отказать.

Ответчик по первоначальному иску и Истец по встречному иску ФИО2 и истец по встречному иску ФИО4 в судебном заседании уточненные исковые требования ФИО15 не признали, просили их отклонить, встречные исковые требования поддержали, просили их удовлетворить.

Истец по встречному иску ФИО8 в судебное заседание не явился, ранее принимал участие в судебном заседании, исковые требования ФИО15 не признал, встречные исковые требования поддержал, просил их удовлетворить.

Представитель ФИО2, ФИО4 и ФИО8 по доверенности - ФИО27-В., уточненные исковые требования ФИО15 не признал, просил отказать в их удовлетворении, встречные исковые требования поддержал, просил их удовлетворить.

Представитель Департамента жилищной политики Мэрии 

<

адрес> по доверенности ФИО28, в судебном заседании уточненные исковые требования ФИО15 не признал, просил отказать в их удовлетворении, встречные исковые требования поддержал, просил их удовлетворить.

Суд, выслушав участников процесса, свидетелей, исследовав письменные доказательства по делу, с учетом заключения прокурора, полагавшим, что в удовлетворении уточненных исковых требований ФИО15 следует отказать, а встречные исковые требования ФИО2, ФИО4 и ФИО8 следует удовлетворить с учетом, имеющегося в материалах дела вступившего в законную силу Решения Октябрьского районного суда 

<

адрес> от 28.11.2013г., которым установлен порядок пользования спорной квартирой, суд приходит к следующему. 

В судебном заседании установлено, что спорное жилое помещение представляет собой отдельную двухкомнатную квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, бульвар Дудаева, 

<

адрес>. и находится в муниципальной собственности.

ДД.ММ.ГГГГ между Администрацией 

<

адрес> и ФИО6 заключен договор социального найма жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, бульвар Дудаева, 

<

адрес>. 

Согласно справке ЖЭУ 

<

адрес> ФИО29 проживал по адресу: 

<

адрес>, бульвар Дудаева, 

<

адрес>. 56 и имел следующий состав семьи: ФИО4, 1997 г.р. – дочь и ФИО8 1999 г.р.-сын, указанные члены семьи зарегистрированы по месту жительства по указанному адресу.

Вступившим в законную силу Решением Октябрьского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ брак между ФИО6 и ФИО9 расторгнут, определено место жительства ФИО5, ФИО8 и ФИО16 по адресу: 

<

адрес>, бульвар Дудаева, 

<

адрес> определен следующий порядок пользования жилым помещением: за ФИО6 закреплена жилая комната площадью 13,2 кв.м.; за ФИО4, ФИО8 и ФИО9 закреплена жилая комната 16, 4 кв.м.

Указанное жилое помещение было предоставлено ФИО10 на основании его заявления от ДД.ММ.ГГГГ на имя Главы администрации 

<

адрес>, в котором он просит выделить ему и его детям ФИО4 и ФИО8 жилую площадь в связи с тем, что дом, в котором располагалась его квартира по адресу: 

<

адрес>, был взорван, и он вынужден с детьми проживать в пункте временного размещения.

Согласно домой книге для прописки граждан, проживающих в 

<

адрес> в 

<

адрес>, зарегистрированными в данном жилом помещении значатся: ФИО2, 1977 г.р., ФИО3, 1969 г.р., ФИО30, 1997 г.р. и ФИО8, 1999г.р.

О том, что спорная квартира выделена по договору социального найма от 01.08.2008г. № ФИО39 взамен утраченной по адресу: 

<

адрес>, кроме того, усматривается и из мотивировочной части вступившего в законную силу Решения Октябрьского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ.

В квартирном деле, находящегося в материалах уголовного дела в отношении ФИО15, обвиняемой в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст.159 УК РФ, представленного Ленинским районным судом 

<

адрес> по запросу суда в заверенных копиях, в том числе представлены:

- справка УФМС России по ЧР от ДД.ММ.ГГГГ выданная ФИО11 в том, что он действительно был зарегистрирован в общежитии ПВР по адресу 

<

адрес> имел следующий состав семьи: ФИО12– 1964 г. р., ФИО13–1977 г. р., ФИО31-1991 г. р., ФИО32– 1992 г. р.; ФИО4– 1997 г.р., ФИО8– 1999 г. 

<

адрес> указание о том, что семья снята с учета ДД.ММ.ГГГГ;

-справка ТАО-

<

адрес> от 11.07.2007г. за №, из которой следует, что ФИО3 проживает по адресу 

<

адрес> – ПВР, комната - 60, совместно с ним проживают: дочь - ФИО5,1997 г.р. и сын –ФИО8, 1999 г.р.

Таким образом, указанными документами опровергается довод истицы о том, что она в период с 2003 г. по август 2008 г. проживала с братьями ФИО39 в ПВР 

<

адрес>. Иных доказательств в материалы дела истцом не представлено.

ФИО15 представлена справка Домоуправления № ЖЭУ 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ без исходящего номера о том, что она с 2011 года проживала по адресу: Бульвар Дудаева 

<

адрес> со своим братом ФИО3 и проживает по настоящее время. Однако, сведений о регистрации, об основаниях регистрации и сроке регистрации истицы по указанному адресу последней в материалы дела не представлено. Согласно данных общегражданского паспорта 96 05 874899 выданного ОВД 

<

адрес> ДД.ММ.ГГГГ ФИО15 зарегистрирована по месту жительства по адресу: 

<

адрес>.

Доказательств того, что наниматели жилого помещения по договору соцнайма № выразили свое согласие на вселение истицы в указанное жилое помещение в материалы дела также не представлено. 

Таким образом, истица не доказала законность основания проживания в указанной квартире. 

Сам по себе факт проживания истицы ФИО15 в указанной квартире не является достаточным доказательством того, что умерший брат признавал за ней равное с ним право на спорную жилую площадь. 

ФИО15 не представлено суду каких-либо доказательств наличия волеизъявления ФИО3 и членов его семьи на ее вселение в квартиру по адресу: 

<

адрес>, бульвар Дудаева, 

<

адрес> на постоянное проживание в качестве члена своей семьи. 

Оплата ФИО15 коммунальных платежей и найма за указанную квартиру не является основанием для признания за ней права на проживание, поскольку законом не предусмотрено такого основания.

В соответствии со ст. 4 ЖК РФ жилищное законодательство регулирует отношения по поводу возникновения, осуществления, изменения прав владения жилыми помещениями.

На основании ч. 1 ст. 69 Жилищного кодекса РФ к членам семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма относятся проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители данного нанимателя. Другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы признаются членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, если они вселены нанимателем в качестве членов его семьи и ведут с ним общее хозяйство. В исключительных случаях иные лица могут быть признаны членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма в судебном порядке.

В Постановлении Пленума Верховного суда РФ N 14 от ДД.ММ.ГГГГ № "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекс; Российской Федерации" разъяснено, что разрешая споры, связанные с признанием лиц; членом семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, судам необходимо учитывать, что круг лиц, являющихся членами семьи нанимателя, определен ч. 1 ст. 69 ЖК РФ. К ним относятся: супруг, а также дети и родители данного нанимателя, проживающие совместно с ним; другие родственники, нетрудоспособные иждивенцы, если они вселены нанимателем в качестве членов его семьи и ведут с ним общее хозяйство. К другим родственникам при этом могут быть отнесены любые родственники, как самого нанимателя, так и членов его семьи независимо от степени родства как по восходящей, так нисходящей линии. 

Согласно ст. 60 ЖК РФ по договору социального найма жилого помещения одна сторона - собственник жилого помещения государственного жилищного фонда или муниципального жилищного фонда (действующие от его имени уполномоченный государственный орган или уполномоченный орган местного самоуправления) либо управомоченное им лицо (наймодатель) обязуется передать другой стороне - гражданину (нанимателю) жилое помещение во владение и в пользование для проживания в нем на условиях, установленных настоящим Кодексом.

Договор социального найма жилого помещения заключается без установления срока его действия.

В соответствии со статьей 70 ЖК РФ наниматель с согласия в письменной форме членов своей семьи, в том числе временно отсутствующих членов своей семьи, вправе вселить в занимаемое им жилое помещение по договору социального найма своего супруга, своих детей и родителей или с согласия в письменной форме членов своей семьи, в том числе временно отсутствующих членов своей семьи, и наймодателя – других граждан в качестве проживающих совместно с ним членов своей семьи. Вселение в жилое помещение граждан в качестве членов семьи нанимателя влечет за собой изменение соответствующего договора социального найма жилого помещения в части необходимости указания в данном договоре нового члена семьи нанимателя.

Согласно разъяснениям, данным в п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», если на вселение лица в жилое помещение не было получено письменного согласия нанимателя и (или) членов семьи нанимателя, а также согласия наймодателя, когда оно необходимо (часть 1 статьи 70 ЖК РФ), то такое вселение следует рассматривать как незаконное и не порождающее у лица права члена семьи нанимателя на жилое помещение.

Таким образом, действующее жилищное законодательство исходит из того, что равное с нанимателем право пользования жилым помещением возникает только при наличии совокупности юридически значимых обстоятельств: письменного согласия нанимателя и всех совместно проживающих с ним лиц на вселение, согласия наймодателя, фактического вселения на правах члена семьи нанимателя и признания членом семьи нанимателя, постоянного совместного проживания с нанимателем и ведения с ним общего хозяйства. 

Между тем, такой совокупности обстоятельств по делу, судом не установлено.

Суд критически относится к показаниям допрошенных в качестве свидетелей ФИО33, ФИО34 ФИО35, которые сводятся к тому, что они знали ФИО3, видели, что ФИО15 проживает в спорной квартире с ФИО3, вместе с тем ничего не могли пояснить по существу дела, они не знают семью ФИО3, не знают его детей, не знают ничего о сложившихся в этой семье взаимоотношениях, на каких правах проживают в данной квартире ФИО3 и ФИО15, их показания носят общий характер, на уточняющие вопросы свидетели пояснений не дали, сославшись на то, что подробности им неизвестны, свидетели явились в судебное заседание просто дать показания в пользу истца ФИО15

Доводы ФИО15, о том, что заявление ФИО3 в Администрацию 

<

адрес> о выделении квартиры с указанием членами семьи двоих детей, является подложным, утверждая, что квартира была выделена ей (ФИО15) и двум ее братьям (ФИО3 и ФИО7), ссылаясь при этом на заключение эксперта ЭКЦ МВД по ЧР от ДД.ММ.ГГГГ о вероятности, что рукописные записи в заявления о выделении жилой площади гр-ну ФИО3, выполнены не ФИО6, а другим лицом, суд находит не состоятельными, поскольку опровергаются исследованными в судебном заседании материалами квартирного дела, которые не содержат сведений и данных о том, что наниматель квартиры ФИО3 с момента заключения договора социального найма и получения квартиры, каким либо образом пытался оспорить содержание заявления о выделении ему жилой площади либо принадлежность ему подписи в указанном заявлении, а также не содержат сведений о том, что он обращался с заявлением о вселение в жилое помещение в качестве членов семьи нанимателя - сестры ФИО15 либо брата - ФИО3 и внесении в связи с этим изменений в договор социального найма. 

Кроме того, в соответствии с нормами процессуального права заключение экспертизы является одним из доказательств по делу, не имеющим приоритета над другими доказательствами.

При этом достаточность доказательств определяется судом, рассматривающим дело, по существу.

Представитель Мэрии 

<

адрес> в судебном заседании пояснил, что наниматель квартиры ФИО3, с заявлением о включении ФИО15 в договор социального найма на правах члена семьи в ДЖП Мэрии 

<

адрес> не обращался и этот вопрос по заявлению нанимателя квартиры ФИО3 в ДЖП Мэрии 

<

адрес> не обсуждался. 

Сама ФИО15 при жизни нанимателя квартиры ФИО3 данный вопрос, каким либо образом не инициировала.

Из пояснений ФИО2, ФИО4 и ФИО8 следует, что их семья никогда не вела совместного хозяйства с истицей, и она никогда не являлась членом их семьи. Согласия на вселение ФИО15 для постоянного проживания в спорное жилое помещение они не давали.

Согласно постановлению Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» для признания лица членом семьи собственника жилого помещения требуется не только установление юридического факта вселения его собственником в жилое помещение, но и выяснение содержания волеизъявления собственника на его вселение, а именно: вселялось ли им лицо для проживания в жилом помещении как член его семьи или жилое помещение предоставлялось для проживания по иным основаниям (например, в безвозмездное пользование, по договору найма).

Оценивая в совокупности представленные доказательства, суд находит требования ФИО15 о признании ее членом семьи умершего нанимателя спорного жилого помещения ФИО3 не подлежащими удовлетворению, истец не представила суду доказательств того, что была вселена в спорное жилое помещение в качестве члена семьи нанимателя ФИО3 в установленном законом порядке, ведения с ним общего хозяйства, наличия согласия наймодателя (Мэрии 

<

адрес>) и нанимателя (ФИО3) на свое вселение в спорное жилое помещение на правах члена семьи. 

Суд, оценивая пояснения ФИО15, с учетом ее поведения в судебном заседании, сложившихся между ней (ФИО15), детьми умершего ФИО3 и его бывшей супругой ФИО2 крайне неприязненных и конфликтных отношений, пришел к убеждению в их недостоверности.

Что же касается исковых требований ФИО15 о признании ФИО2 не приобретшим права пользования квартирой, то суд приходит к следующему.

Как установлено в судебном заседании ФИО2 и ФИО3 в совместном браке была приобретена квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, которая была оформлена на имя ФИО2 В ноябре 2002 года, при взрыве в ноябре 2002 года жилых домом в районе аэродрома «Ханкала» 

<

адрес>, указанная квартира была разрушена полностью. Взамен разрушенной квартиры Администрацией 

<

адрес> ФИО3 была выделена 2-х комнатная квартира по адресу: 

<

адрес>, ул. Б-р Дудаева, 

<

адрес>.

Данное обстоятельство кроме того установлено вступившим в законную силу приговором Ленинского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым ФИО15 осуждена по ч. 4 ст.159 УК РФ к 3-м годам лишения свободы условно с испытательным сроком два года, из установочной части которого следует, что ДД.ММ.ГГГГ между Администрацией 

<

адрес> и ФИО6, на основании протокола № от ДД.ММ.ГГГГ заседания Межведомственной комиссии по проверке законности и обоснованности предоставления лицам, проживающим в пункте временного разрешения, благоустроенного жилья в многоквартирных жилых домах на территории ЧР, в связи со 100% разрушением жилого помещения, расположенного по адресу: ЧР, 

<

адрес>, заключен договор социального найма жилого помещения в домах государственного и муниципального жилищного фонда, согласно которого администрацией 

<

адрес> ЧР ФИО3 предоставлено жилое помещение, расположенное по адресу: ЧР, 

<

адрес>, бульвар Дудаева, 

<

адрес>.

Из пояснений ФИО2 в судебном заседании следует, что она вступила в брак с ФИО3 в 1996 году, в 1997 году они купили квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, которая была разрушена в ходе военных действий на территории 

<

адрес>. В связи с чем, с 2001 года по июль 2006 года они проживали в пункте временного размещения. Летом 2005 года она вместе с детьми ушла от мужа к своим родителям, та как из-за сложившихся конфликтных отношений в семье, в которых не последнюю роль сыграла ее золовка ФИО15, их совместная жизнь стала невозможной, но официально брак расторгнут, не был. В 2008 году к ней на работу пришел ее муж ФИО3 и попросил дать ему доверенность, объяснив, что возможно взамен разрушенной квартиры им выделят квартиру, а так как разрушенная квартира оформлена на нее, ему нужна доверенность, чтобы подготовить и подать от ее имени в Администрацию 

<

адрес> документы на получение жилья. Позже она узнала от знакомых, что ее муж, взамен разрушенной, получил квартиру на бульваре Дудаева 

<

адрес>. В 2013 году её муж подал на развод. Дело рассматривалось в Октябрьском районном суде, она подала встречные требования об определения порядка пользования квартирой, так как с двумя детьми, в стесненных условиях, продолжала жить у своих родителей. Суд вынес решение, определив одну комнату в квартире ФИО3, а вторую комнату ей, дочери ФИО17 и сыну ФИО20. Но после вынесения этого решения ФИО15 превратила ее жизнь в ад. ФИО15 преследуя ее повсюду: дома, на работе, по дороге на работу в транспорте, оскорбляя ее, обзывая непотребными словами, устраивая скандалы, посылая людей к ее ближайшим родственникам с просьбами оградить их от ее произвола, пытавшейся с ее слов, поправ все адаты и традиции Чеченского народа, вселиться к мужу, который с ней в разводе, то есть, позоря ее везде и всюду всевозможными методами, в том числе и перед ближайшими ее родственниками, целенаправленно и умышленно создала и поддерживала вокруг нее такую обстановку, что о вселении в квартиру и проживании в своей комнате, не могло быть и речи. Во время болезни бывшего мужа, вопреки утверждениям ее бывшей золовки, болел он всего около трех месяцев, и в основном лежал в больнице, дети навещали отца, общались с ним, ухаживали за ним, но когда он находился дома, ФИО15 на пушечный выстрел не подпускала их к квартире. Они навещали его только в отсутствие ФИО15 ФИО3 любил своих детей, но был человеком безвольным и перечить сестре, не смел. После его смерти ФИО15 закрыла квартиру на ключ, уверовав, что это уже ее квартира, и никто более не смеет на нее претендовать. Между тем другого жилья у нее нет, ее дети зарегистрированы в спорной квартире, а ее регистрация до сих пор сохраняется в бывшей разрушенной квартире, так как ей негде зарегистрироваться по месту жительства. В правоохранительные органы она не обращалась, так как ей категорически запрещал это сделать ее отец, считая, что это может опорочить семью в глазах людей, в том числе близких и дальних родственников. Уверял ее, что он решат этот вопрос с мужской половиной ФИО39, как только ее сын ФИО20 станет совершеннолетним. Ее дети ФИО18 и ФИО20, уже совершеннолетние, ФИО20 инвалид детства, у него нет одного глаза, его спальное место находится в проходной комнате, это обстоятельство, становясь взрослее, его сильно напрягает, но она не в состоянии обеспечить сыну и дочери надлежащие условия, так как на зарплату учителя, квартиру не приобретешь, а принадлежащую им по праву жилую площадь, отняла у них родная тетя - ФИО15 Компенсацию, на которую намекает ФИО39, которая была получена за утраченное жилье, она отдала мужу, на тот момент они проживали совместно в ПВР, ушла она от мужа вместе с детьми в 2006 году, не имея гроша за душой, детей она вырастила без какой-либо помощи со стороны мужа и его родственников.

В соответствии и по смыслу части 1 статьи 40 Конституции Российской Федерации каждый гражданин имеет право на жилище, и никто не может быть произвольно лишен жилища. 

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации», при временном отсутствии нанимателя жилого помещения и (или) членов его семьи, включая бывших членов семьи, за ними сохраняются все права и обязанности по договору социального найма жилого помещения (ст. 17 ЖК РФ). Если отсутствие в жилом помещении указанных лиц не носит временного характера, то заинтересованные лица ( наймодатель, наниматель, члены семьи нанимателя ) вправе потребовать в судебном порядке признания их утратившими право на жилое помещение на основании ч. 3 ст. 83 ЖК РФ в связи с выездом в другое место жительства и расторжения тем самым договора социального найма. Разрешая споры о признании нанимателя, члена семьи нанимателя или бывшего члена семьи нанимателя жилого помещения утратившими право пользования жилым помещением по договору социального найма вследствие их постоянного отсутствия в жилом помещении по причине выезда из него, судам надлежит выяснять: по какой причине и как долго ответчик отсутствует в жилом помещении, носит ли его выезд из жилого помещения вынужденный характер (конфликтные отношения в семье, расторжение брака) или добровольный, временный (работа, обучение, лечение и т.п.) или постоянный (вывез свои вещи, переехал в другой населенный пункт, вступил в новый брак и проживает с новой семьей в другом жилом помещении и т.п.), не чинились ли ему препятствия в пользовании жилым помещением со стороны других лиц, проживающих в нем, приобрел ли ответчик право пользования другим жилым помещением в новом месте жительства, 

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между Администрацией 

<

адрес> и ФИО6, на основании протокола № от ДД.ММ.ГГГГ заседания Межведомственной комиссии по проверке законности и обоснованности предоставления лицам, проживающим в пункте временного разрешения, благоустроенного жилья в многоквартирных жилых домах на территории ЧР, в связи со 100% разрушением жилого помещения, расположенного по адресу: ЧР, 

<

адрес>, в которой были зарегистрированы ФИО3, ФИО2 и двое несовершеннолетних детей (ФИО18 и ФИО20), заключен договор социального найма жилого помещения в домах государственного и муниципального жилищного фонда, согласно которому администрацией 

<

адрес> ЧР ФИО3 предоставлено жилое помещение, расположенное по адресу: ЧР, 

<

адрес>, бульвар Дудаева, 

<

адрес>, кроме того, как указано выше данное обстоятельство установлено Приговором Ленинского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым ФИО15 осуждена по ч. 4 ст.159 УК РФ к 3-м годам лишения свободы условно с испытательным сроком два года. 

Согласно данных паспортов ФИО4 и ФИО8 они по месту жительства зарегистрированы на спорной жилой площади, ФИО2 не была включена ФИО3 в состав своей семьи, поскольку фактически их брачные отношения были прекращены, хотя официально брак не был расторгнут.

Решением Октябрьского районного суда 

<

адрес> от 28.11.2013г. брак, заключенный между ФИО3 и ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ 

<

адрес> ЗАГС 

<

адрес>, был расторгнут. 

При этом был определен порядок пользования 2-х комнатной квартирой, расположенной по адресу: 

<

адрес>, б-р Дудаева, 

<

адрес>, судом постановлено, что ФИО3 проживает в одной комнате площадью 13,2 кв.м., а за ФИО2 и двумя детьми (ФИО4 и ФИО8), родившимися от совместного брака с ФИО3, закреплена комната площадью 16, 4 кв.м. 

Истец по встречному иску ФИО36 в судебном заседании пояснил, что после того как их родители расстались, они с сестрой ушли с матерью к ее родителям. Но они всегда общались со своим отцом. Когда он болел и находился в больнице, он вместе со своим двоюродным братом ухаживал за ним. Дома его навещали в промежутках, когда ФИО15 находилась на работе. Отец прописал их в квартире, когда они получили паспорта, приглашал их жить вместе с ним, однако ФИО15, их тетя, не хотела там видеть ни его с сестрой, ни тем более их мать, поэтому они встречались с отцом в квартире только в ее отсутствие. ФИО15, никогда не проживала с ними и не являлась членом их семьи. Их вселению в квартиру препятствовала ФИО15

Истец по встречному иску ФИО4 пояснила в судебном заседании, что они с братом были маленькими, когда расстались их родители, мать забрала их с собой к своим родителям. Утверждения их тети ФИО39, что они не общались с отцом и не ухаживали за ним, когда он болел, это ложь. Они с братом не прерывали связи с отцом, общались с ним по телефону, навещали его в квартире, выбирая время, когда ФИО15 отсутствовала, а когда он попадал в больницу, ФИО20 находился с ним и ухаживал за ним. Отец их любил, просил переехать к нему на постоянное жительство, зарегистрировал их в квартире, когда им по исполнению 14 лет, выдали паспорта, но их переезд в квартиру был невозможен из-за того, что этот вопрос под жестким контролем держала их тетя ФИО15, которая не давала им возможности даже видеться с отцом, всячески препятствуя им во встречах с ним. Незадолго до смерти, отец попросил позвать к нему детей, они поехали к нему с дядей ФИО19, братом их отца, но ФИО15 вместе с сестрой, избили ФИО19 (своего брата), который привез их туда, разорвали на нем всю одежду, но к отцу их не пустили. А на похоронах отца они с братом ФИО20 смогли присутствовать только благодаря вмешательству дяди Салмана, старшего брата ФИО15, который просто жестко вынудил ее оставить их в покое. Между тем ФИО15 успела продать принадлежащую ей квартиру по 

<

адрес> в 

<

адрес>, продала несколько земельных участков, фактически владеет родительским домом, расположенным по адресу: 

<

адрес>, где она постоянно проживала вместе с родителями и благополучно проживает в настоящее время, одновременно создавая видимость проживания и в спорной квартире, в этом же доме она зарегистрирована по месту жительства, в этом же дворе, но в другом доме, проживает брат ФИО15 – ФИО19 со своей семьей.

ФИО15 не опровергла в судебном заседании показания истцов по встречному иску (своих племянников).

ФИО2 утверждает, что решение суда до сих пор не исполнено по объективным причинам, ей в этом конкретно препятствовала ФИО15, которая используя болезненное состояние своего брата, вселилась в спорную квартиру, которая была выделена им взамен их разрушенной квартиры по 

<

адрес>, и их совместное нахождение в спорной квартире, при сложившихся с ней крайне неприязненных и конфликтных отношениях, практически было невозможным. А после смерти брата, она просто закрыла квартиру на ключ, фактически присвоила ее. 

На вопрос суда, почему она препятствует племянникам и их матери в пользовании квартирой, ФИО37 ответила, что она не препятствует племянникам, пожалуйста, пусть заходят и живут, а ноги ФИО2 в этой квартире никогда не будет, это дело чести. 

Уже в другом судебном заседании, на предложение суда передать племянникам в присутствии участников процесса один экземпляр ключей в подтверждении того, что она не препятствует им в пользовании спорной квартирой, ФИО15 ответила, что передаст им ключи только тогда, когда они признают ее членом семьи.

После этих высказываний ФИО15 у суда и участников процесса не осталось сомнений в том, что ФИО15 реально препятствовала и препятствует ФИО2 и ее детям пользоваться спорным жилым помещением.

Доказательств, подтверждающих, что ФИО2 выехала на другое постоянное место жительства и добровольно отказалась от своего права пользования спорным жилым помещением, что в установленном законом порядке обеспечена другим жилым помещением по договору найма или приобрела жилое помещение в собственность, ФИО15 не представлено.

Наличие до настоящего времени регистрации ФИО2 в разрушенной квартире по 

<

адрес>, свидетельствует об отсутствии у нее возможности регистрации в другом месте.

Доводы ФИО15 о том, что ФИО2 в квартире не проживает, и не предприняла никаких попыток вселения и проживания в спорной квартире, не могут быть приняты во внимание, поскольку не проживание ответчицы в указанном жилом помещении и отсутствие попыток вселения вызвано поведением ФИО15 

Более того, в ходе судебного заседания подтвержден тот факт, что ФИО15 ключи от спорной квартиры ФИО2 либо племянникам ФИО4 и ФИО8 не передала.

Доводы ФИО15 о невнесении ФИО2 оплаты за коммунальные услуги как на основания для признания ее, не приобретшей право пользования жилым помещением, являются несостоятельными, поскольку сама по себе неоплата жилищно-коммунальных услуг не свидетельствует об утрате права пользования жилым помещением, и вызвана она лишь фактическим не проживанием ФИО2 в спорном жилом помещении и как следствие ее не пользованием указанными услугами в данном помещении.

Как пояснил представитель ФИО2 в судебном заседании, она намерена проживать в вышеуказанной квартире, вместе с тем ответчик ее не пускает в квартиру, тем самым лишая ее возможности реализовать свои жилищные права. 

Доводы ФИО15 о том, что ФИО2 получила компенсацию за утраченное жилье в размере 300000 рублей и размер выплаченной компенсации, позволял ей приобрести жилое помещение, суд также находит не состоятельными, поскольку данная компенсация получена ФИО2 при совместном проживании с ФИО3, полученные денежные средства являлись их совместной собственностью, и, данных о том, что ФИО2 укрыла их от мужа и распорядилась ими по своему усмотрению, суду не представлено. 

Оценивая данные обстоятельства, суд полагает, что причиной не проживания ФИО2 и ее детей в спорном жилом помещении было отсутствие возможности попасть в квартиру в виду того, что истец по первоначальному иску и ответчик по встречному иску ФИО15 чинит им препятствия, что подтверждается материалами дела, в том числе поданным иском, а также пояснениями истцов по встречному иску и их представителя. 

Таким образом, в судебном заседании с достоверностью установлено, что истец по первоначальному иску и ответчик по встречному иску ФИО15 чинит препятствия ответчику по первоначальному иску и истцу по встречному иску ФИО2 в пользовании спорной квартирой, тем самым, нарушая ее жилищные права и законное право пользования жилым помещением. 

Каких либо достаточных и достоверных доказательств, подтверждающих обратное, ответной стороной в силу ст. 56 ГПК РФ суду не представлено. 

В соответствии с п.32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 14, иск о признании утратившим/не приобретшим право пользования жилым помещением вправе подать наймодатель, наниматель, члены семьи нанимателя жилого помещения, ФИО15 под перечень указанных лиц не подпадает, в связи с чем у ФИО15 отсутствует право на предъявление данного иска к ФИО2 

Наймодатель жилья в лице Департамента жилищной политики Мэрии 

<

адрес>, как собственник спорного жилого помещения, не предъявляет соответствующие требования к ФИО2

Судом также бесспорно установлено, на спорной жилой площади по адресу: 

<

адрес>, бульвар Дудаева, 

<

адрес>, фактически проживает истец по первоначальному иску и ответчик по встречному иску ФИО15, на спорной жилой площади не зарегистрирована, доказательств её вселения в спорную квартиру на законных основаниях не представлено и не добыто, исковые требования о выселении не признала и добровольно освобождать спорную квартиру ФИО15 не желает. 

Законных оснований для проживания ФИО15 в спорной квартире судом не установлено. 

Доводы ФИО15 и представленные квитанции об уплате коммунальных услуг за 

<

адрес> по бульвару Дудаева в 

<

адрес> ФИО6, в том числе и ФИО15, не свидетельствуют о законном её вселении в спорную квартиру и приобретении ею права пользования в установленном законом порядке на указанную жилую площадь. 

В соответствии со ст.ст.56, 57 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

Оценивая собранные по делу доказательства в их совокупности и во взаимосвязи с приведенными нормами действующего законодательства, суд находит, что в удовлетворении уточненных исковых требований ФИО15 к Департаменту жилищной политики Мэрии 

<

адрес> и ФИО16, о признании членом семьи умершего ФИО3-нанимателя жилого помещения-квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, бульвар Дудаева, 

<

адрес>, внесении изменений в договор социального найма и признании неприобретшей право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: 

<

адрес>, бульвар Дудаева, 

<

адрес>, ФИО38, следует отказать.

Встречные исковые требования ФИО2, ФИО5 и ФИО8 к ФИО15 о выселении и обязании не чинить им препятствий в пользовании и владении квартирой, следует удовлетворить.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

В исковых требованиях ФИО15 к Департаменту жилищной политики Мэрии 

<

адрес> и ФИО16, о признании членом семьи умершего ФИО3-нанимателя жилого помещения-квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, бульвар Дудаева, 

<

адрес>, внесении изменений в договор социального найма и признании не приобретшей право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: 

<

адрес>, бульвар Дудаева, 

<

адрес> ФИО38, отказать.

Встречные исковые требования ФИО14, ФИО5 и ФИО8 к ФИО15 о выселении и обязании не чинить им препятствий во вселении в пользовании и распоряжении квартирой, удовлетворить.

Выселить ФИО15 из квартиры, расположенной по адресу: 

<

адрес>, бульвар Дудаева, 

<

адрес>.

Обязать ФИО15 не чинить ФИО2, ФИО4 и ФИО8 препятствий в пользовании и владении квартирой, расположенной по адресу: 

<

адрес>, бульвар Дудаева, 

<

адрес>.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским дела Верховного Суда ЧР через Октябрьский районный суд 

<

адрес> в течении месяца со дня вынесения мотивированного решения.

Мотивированное решение вынесено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья П.С-М. ФИО1

Копия верна: