Дело №2-245/2021

37RS0017-01-2021-000468-53

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 июля 2021 года

г.Родники

Родниковский районный суд Ивановской области в составе:

председательствующего судьи: Созиновой Н.А.,

при секретаре Ващенко М.Е.,

с участием 

представителя истца ФИО1, действующего на основании доверенности от № от 

<

дата> года,

представителей ответчика ФИО2, действующей на основании доверенности № от 

<

дата> года, ФИО3, действующего на основании доверенности № от 

<

дата> года

заместителя прокурора Родниковского района Ивановской области Столбова С.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4, ФИО5 к АО «Электроцентромонтаж» в лице Костромского управления – Филиала АО «Электроцентромонтаж» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истцы, ФИО4 и ФИО5, обратились в суд с иском к ответчику Костромскому управлению – филиал Акционерного общества «Электроцентромонтаж» о взыскании компенсации морального вреда.

В обоснование иска истцы указали, что 

<

дата> Заводским районным судом 

<

адрес> Республики, в отношении ФИО6 и ФИО7 вынесен Согласно Приговору Заводского, Согласно Приговору Заводского которому, ФИО6 и ФИО7 были признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.216 УК РФ, и назначено наказание ФИО6 – в виде лишения свободы сроком на 3 года с лишением права заниматься деятельностью по обеспечению техники безопасности на предприятиях и организациях сроком на 1 год, ФИО7 – в виде лишения свободы сроком на 3 года с лишением права заниматься деятельностью по обеспечению техники безопасности на предприятиях и организациях сроком на 1 год. На основании ст.73 УК РФ, назначенное ФИО6 и ФИО7 наказание в виде лишения свободы считать условным, с испытательным сроком на 2 года. С ФИО6 и ФИО7, в пользу ФИО4 взыскано солидарно в сумме 2 000 000 рублей в счет возмещения морального вреда. 

<

дата> в 08.55 часов, наступила смерть сына истцов, ФИО8 в результате поражения техническим электричеством, по вине ФИО6, работавшего в день наступления несчастного случая главным энергетиком филиала АО «ТЭК Мосэнерго»-«Управление по строительству Грозненской ТЭС», и ФИО7 Считают, что юридическое лицо, допустившее несчастный случай на производстве, в результате которого наступила смерть сына, должно компенсировать им моральный вред, причиненный им смертью родного сына, в заявленных ими размерах, вина самого пострадавшего в несчастном случае не установлена, в акте расследования несчастного случая на производстве, и в Согласно Приговору Заводского указаны все обстоятельства трагедии, и перечислены виновные в ней. Поскольку ФИО8, являясь работником ООО «ЭЦМ - Кострома, погиб при исполнении трудовых обязанностей, где правоотношения работника и работодателя регулируются Трудовым кодексом Российской Федерации, а также Федеральным законом Российской Федерации «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» № 125-ФЗ от 24.07.1998г., который устанавливает в Российской Федерации правовые, экономические и организационные основы обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний и определяет порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных Законом об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний случаях. Гибель близкого человека- сына, сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, подобная утрата, безусловно, является для истцов тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания. Выплаты материального характера (пособие погребение, на единовременные выплаты для решения социально-бытовых вопросов, в счет возмещения морального вреда), произведенные родителям погибшего, не имеют юридического значения при рассмотрении данного иска, как носящие иную правовую природу, и не являющиеся способом компенсации морального вреда родителям погибшего. Денежную компенсацию причиненного морального вреда ФИО4 оценивает в размере 1 000 000 рублей. Денежную компенсацию причиненного морального вреда ФИО5 оценивает в размере 1 000 000рублей.

На основании вышеизложенного и положений ст. 151, ст. 1101 ГК РФ, ст. 22, ст. 212, ст. 227 ТК РФ, истцы просят суд взыскать с Костромского управления – филиал Акционерного общества «Электроцентромонтаж» в пользу ФИО4 в счет компенсации морального вреда 1 000 000 рублей, в пользу ФИО5 в счет компенсации морального вреда 1 000 000 рублей. С учетом изменений исковых требований в порядке ст.39 ГПК РФ (т.4 л.д.3), ФИО5 просила также взыскать в свою пользу с ответчика денежные средства в размере 70000 рублей в счет понесенных расходов по оплате юридических услуг.

Истица ФИО5, надлежащим образом извещенная о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явилась. Ранее в судебном заседании исковые требования поддержала, поясняла, что 

<

дата> погиб сын в результате несчастного случая на производстве. Она, как мать, пережила сильные нравственные страдания, поскольку лишилась дорогого и родного человека. Проживали в селе Каминском одной семьей, постоянно заботились друг о друге. Младший сын учился по очной форме обучения ОГБПОУ «ИЭК». Во время учебы он проживал в 

<

адрес>. Каждые выходные приезжал домой, поменять одежду, повидаться с родителями, помочь что-то сделать по дому. Всегда предлагал свою помощь во всем. В последний год обучения, на преддипломной практике в феврале месяце он уехал 

<

адрес>, но каждый вечер созванивался, рассказывал про свою работу, а они рассказывали ему про свои домашние дела. После окончания учебы собирался поступать дальше в энергоуниверситет. В результате несчастного случая, произошедшего с сыном, ФИО8, на производстве, в результате которого наступила его смерть, она пережил сильные нравственные страдания. Наступила длительная депрессия, которая не проходит до настоящего времени. После трагедии нарушился сон, пила успокаивающие, депрессанты. Состояние здоровья в связи со случившимся ухудшилось. За этот период времени сильно похудела от нервов. Обострились болезни, пришлось обращаться к кардиологу, неврологу, стали лопаться сосуды. Началась гипертония, в связи с чем было назначено лечение, врач выписал таблетки, которые она стала принимать. Началась отдышка, астма, которая ранее была в стадии ремиссии. Обращалась к невропатологу. Делала уколы, пила обезболивающие.

Истец ФИО4, надлежащим образом извещенный о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явился. Ранее в судебном заседании исковые требования поддержал, пояснил, что 

<

дата> погиб сын. Он, как отец, пережил сильные нравственные страдания, поскольку лишился дорогого и родного человека. С сыном были очень близки, проживали одной семьей. Состояние здоровья в связи со случившимся ухудшилось, стало скакать давление. Начал принимать успокоительные таблетки. Мысленно всегда думает о сыне, тяжело переживает утрату.

Интересы истцов в судебном заседании представлял ФИО1, действующий на основании доверенности (т.2 л.д.79), который в судебном заседании исковые требования своих доверителей поддержал в полном объеме и дал пояснения, аналогичные изложенным в исковом заявлении. Также добавил, что договор об оказании юридических услуг заключен между ФИО4 и ООО «ЮК Гарант», предметом договора было представление интересов ФИО4 в суде первой инстанции по вопросу возмещения морального вреда в суде с «ЭЦМ Кострома» с подготовкой искового заявления в суд о взыскании денежных средств. Стоимость оказания услуг составила 70 000 рублей. Денежные средства по указанному договору были оплачены. Указанная сумма подразумевает представление интересов обоих истцов по делу. Супруги ФИО9 в данном процессе действуют в одном интересе.

Представитель ответчика АО «Электроцентромонтаж» в лице Костромского управления – Филиала АО «Электроцентромонтаж» ФИО2, действующая на основании доверенности (т.1 л.д. 149), исковые требования не признала по доводам, изложенным в письменном отзыве, приобщенном к материалам дела (т.1 л.д.189-191), полагала, что истцы уже оценили свой моральный вред в рамках рассмотрения уголовного дела. В рамках уголовного дела оценивались все факторы и степень вины лиц, которые признаны виновными, и понесли наказание. Второй раз заявлять моральный вред, это злоупотребление правом. Кроме того, обратила внимание, что представитель истцов заострил внимание на том, что именно причиной несчастного случая является неисправность электрооборудования, однако данное оборудование не находилось в собственности, ни во владении, оно на балансе у третьего лица Мосэнерго. В акте подробно расписано, что за данное оборудование несет ответственность главный энергетик ФИО6 Основная причина произошедшего не в действиях ответчика, а в действиях третьего лица Мосэнерго. Непосредственной вины «ЭЦМ-Кострома» ни в ходе проведенного расследования комиссией по расследованию несчастного случая, ни входе проведения следственных действий по уголовному делу, ни Согласно Приговору Заводского районного суда 

<

адрес> республики от 

<

дата> по делу №, не установлена. Полагает, что при рассмотрении дела должны быть оценены соразмерность и справедливость. Два миллиона уже было взыскано, их сотрудник ФИО7 выплатил свою долю в полном объеме. Считает, что моральный вред завышен, несмотря на все обстоятельства. Ими были приняты все меры в помощи родителям: были оплачены билеты на проезд, понесены расходы на памятник, выделена материальная помощь. Работодатель от своих обязанностей по коллективному договору не отказался, выполнил все, что мог в данной ситуации. Размер морального вреда завышен, свою вину не признают в данной ситуации.

Представитель ответчика АО «Электроцентромонтаж» в лице Костромского управления – Филиала АО «Электроцентромонтаж» ФИО3, действующий на основании доверенности (т.1 л.д. 151), исковые требования не признал, пояснил, что они работали на оборудовании, которое находилось на балансе АО ТЭК «Мосэнерго» и эксплуатировалось ими же. Главным энергетиком данного предприятия являлся на тот момент ФИО6. В правилах технической эксплуатации прописано, что ответственность за исправность и соответствующую эксплуатацию действующего электрооборудования, лежит на владельце этой электроустановки, оборудования, на котором они работали. Согласно Приговору Заводского правил Охраны труда, при работе на действующей электроустановке, допуск на действующее электрооборудование производится следующим образом. Владелец электроустановки обеспечивает и разрабатывает все необходимые меры для безопасной работы с электрооборудованием. И на основании всех мер, оформляется и подписывается допуск на работу. В этом наряде совершенно четко прописывается обязанность всех лиц и владельца электроустановки и предприятия, которое работает на установке, а так же исправность электрооборудования. Ни комиссия по расследованию несчастного случая, ни суд не установили вину Костромского управления, как предприятия, как работодателя в обстоятельствах данного несчастного случая. Установлена вина конкретных физических лиц, что отражено в расследовании несчастного случая, и в материалах судебного следствия. Костромским управлением – филиалом АО «Электроцентромонтаж» была выплачена и оказана помощь родителям погибшего.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Акционерного общества «Теплоэнергетическая компания Мосэнерго» ФИО10, действующий на основании доверенности от 

<

дата> №д-18 (т.1 л.д.248), в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело без его участия (т. 3 л.д. 206). Ранее в судебных заседаниях посредством видео-конференц связи, просил в удовлетворении исковых требований отказать по основаниям, изложенным в письменном отзыве и в дополнениях к нему, приобщенных к материалам дела (т.1 л.д.244-247, т.2 л.д.13) из которых следует, что между АО «ТЭК Мосэнерго» (далее- «Генподрядчик») и АО по монтажу и наладке электрооборудования и средств автоматизации электростанции и подстанций «Электроцентромонтажа (далее-«Субподрядчик») был заключен договор субподряда №/ГРТ/17-230 от 

<

дата>, в рамках которого АО по монтажу и наладке электрооборудования и средств автоматизации электростанции и подстанции «Электроцентромонтаж» приняло на себя обязательства выполнить комплекс электромонтажных работ на объекте Грозненская ТЭС. Согласно Приговору Заводского п. 11.12 договора субподряда №/ГРТ/17-230 от 

<

дата> Субподрядчик самостоятельно несет ответственность за допущенные им при выполнении Работ нарушения в области пожарной безопасности, охраны труда и техники безопасности, природоохранного законодательства, промышленной безопасности, опасных производственных объектов и т.д. включая оплату штрафов, пеней, а также по возмещению причиненного в связи с этим вреда. Пункт 11.17 договора субподряда №/ГРТ/17-230 от 

<

дата> предусматривает, что Генподрядчик не несет ответственности за травмы, увечья или смерть любого из персонала Субподрядчика или третьего лица, привлеченного Субподрядчиком, а также в случае нарушения ими правил и инструкций по охране труда, безопасному ведению Работ, промышленной и пожарной безопасности или производственной санитарии. 

<

дата> в связи с производственной необходимостью выполнялись работы по демонтажу/монтажу сетей временного энергоснабжения КРУН-10 кВ (перемещение ячеек КРУН-10 кВ) с привлечением АО по монтажу и наладке электрооборудования и средств автоматизации электростанции и подстанций «Электроцентромонтаж» (далее-«Субподрядчик») (приказ 134-к от 

<

дата>). В этот же день произошел несчастный случай на производстве, в результате которого погиб работник Субподрядчика ФИО8 По результатам проведенной проверки, комиссией, созданной для расследования несчастного случая, составлен акт № от 

<

дата> о несчастном случае на производстве (далее-«Акт»). Согласно Приговору Заводского Акту установлены причины несчастного случая, выявлены лица, допустившие нарушение требований охраны труда. 

<

дата> Заводским районным судом 

<

адрес> Республики в отношении ФИО6, ФИО7 был вынесен Согласно Приговору Заводского от 

<

дата> по делу 1-13/2020, Согласно Приговору Заводского которому ФИО6, ФИО7 были признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 216 УК РФ, также с каждого виновного в пользу ФИО4 взыскано по 1 000 000 руб. 00 коп. в счет возмещения морального вреда. Исковое заявление мотивировано тем, что 

<

дата> на территории Грозненской ТЭС, расположенной по адресу: Чеченская Республика, 

<

адрес>, район Согласно Приговору Заводского, 

<

адрес>, произошел несчастный случай на производстве, в результате которого погиб сын Истцов. Как установлено актом № от 

<

дата> о несчастном случае на производстве, а также Согласно Приговору Заводского районного суда 

<

адрес> Республики от 

<

дата> по делу № ФИО8 осуществлял трудовую деятельность в Костромском управлении - филиал АО «Электроцентромонтаж» («ЭЦМ-Кострома») в должности электромонтажник по силовым сетям и электрооборудованию. Анализ вышеприведенных доказательств в совокупности свидетельствует о том, что в результате несчастного случая на производстве, в том числе в результате нарушения работодателем требований охраны труда и требований пожарной безопасности на рабочем месте работников, наступила смерть ФИО8, следовательно, исковые требования о компенсации морального вреда к AO по монтажу и наладке электрооборудования и средств автоматизации электростанции и подстанций «Электроцентромонтаж», как работодателю, допустившего неправомерное бездействие, установленное вступившим в законную силу Согласно Приговору Заводского суда, основаны на законе. Таким образом, Субподрядчик, он же работодатель ФИО8, несет материальную ответственность перед близкими родственниками погибшего, при этом при вынесении решения суду необходимо учитывать наличие вины Ответчика, степень физических и нравственных страданий Истцов, принципы разумности и справедливости.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО6, в судебное заседание не явился, о времени и мете рассмотрения дела извещен надлежащим образом в порядке гл.10 ГПК РФ (т.3 л.д.181,196,201).

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО7, в судебное заседание не явился, о времени и мете рассмотрения дела извещен надлежащим образом в порядке гл.10 ГПК РФ. В адрес суда направил заявление с просьбой рассмотреть дело без его участия. Вопрос об обоснованности заявленных требований оставил на усмотрение суда (т.3 л.д.191).

Согласно Приговору Заводского требованиям ч. 1, ч. 5 ст. 167 ГПК РФ лица, участвующие в деле, обязаны известить суд о причинах неявки и представить доказательства уважительности этих причин. Суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными.

С учетом положений статьи 167 ГПК РФ суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Заслушав пояснения представителя истцов ФИО1, представителей ответчика, свидетеля, прокурора, полагавшего, что исковые требования истцов подлежат удовлетворению, исследовав в судебном заседании материалы гражданского дела, оценив, Согласно Приговору Заводского ст. 67 ГПК РФ, относимость, допустимость и достоверность каждого из представленных доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

В ходе судебного разбирательства установлено, что ФИО8, 

<

дата> года рождения, является сыном истцов, ФИО5 и ФИО4, что подтверждается свидетельством о рождении I-ФО № (т.3 л.д.243).

Приказом №-к от 

<

дата> ФИО8 принят на работу в Костромское управление – филиал АО «Электроцентромонтаж» на должность электромонтажника по силовым сетям и электрооборудованию 3 разряда на участок № (т.3 л.д.46). Согласно Приговору Заводского п.1.2 трудового договора № К9/10-19 от 

<

дата> работа на участке № «ЭЦМ-Кострома» является основным местом работы. Пунктом 2.1 предусмотрен срок действия трудового договора с 

<

дата> по 

<

дата> (т.3 л.д.49).

<

дата> между АО «ТЭК Мосэнерго» и АО по монтажу и наладке электрооборудования и средств автоматизации электростанций и подстанций «Электроцентромонтаж» заключен договор субподряда №/ГРТ/17-230, в рамках которого АО по монтажу и наладке электрооборудования и средств автоматизации электростанции и подстанции «Электроцентромонтаж» приняло на себя обязательства выполнить комплекс электромонтажных работ на объекте Грозненская ТЭС (т.2 л.д.127-139).

<

дата> в адрес «ЭЦМ-Кострома», выполняющего комплекс электромонтажных работ на объекте строительства Грозненская ТЭС в соответствии с Договором субподряда № №/ГРТ/17-230 от 

<

дата>, поступило письмо от компании АО «ТЭК Мосэнерго» филиал управления по строительству Грозненской ТЭС, в котором генеральный подрядчик просил выполнить работы по демонтажу/монтажу сетей временного энергоснабжения КРУН-10кВ. Совместным решением генерального подрядчика «ТЭК-Мосэнерго» и субподрядчика «ЭЦМ-Кострома» было принято решение о проведении данных работ 

<

дата>.

Из дела следует, что в связи с производственной необходимостью по выполнению электромонтажных работ на участке №(перемещение ячеек КРУН10Кв), были привлечены работники ЭЦМ-Кострома, в том числе ФИО8

<

дата> произошел несчастный случай на производстве, в результате которого ФИО8 погиб.

Согласно Приговору Заводского заключению эксперта № от 

<

дата> смерть ФИО8, наступила в результате поражения техническим электричеством, на что указывает совокупность специфических и общих морфологических признаков для данного видя смерти – наличие электрометок на передних поверхностях коленных суставов и на передней поверхности средней трети левой голени с признаками ожога 2-й степени, выраженное полнокровие, геморрагии, кровоизлияния, отек, дистрофические изменения во всех внутренних органах. Повреждения в виде электрометок в совокупности с морфологическими изменениями внутренних органов образовалось незадолго (либо в момент) наступления смерти, имеют признаки тяжкого вредя здоровью и состоят с ней (смертью) прямой причинной связи (т.4 л.д.44-47).

По результатам проведенной проверки, комиссией, созданной для расследования данного несчастного случая, составлен акт № от 

<

дата> (т.1 л.д.14-16).

В Акте № о несчастном случае на производстве от

<

дата> указаны причины несчастного случая. Из п.9 следует, что при осуществлении технических мероприятий по подготовке рабочих мест, кабель питания ТСН ГТУ от ячейки № КРУН-10 Кв оказался не заземлен вследствие неисправности оборудования, накопившийся (остаточный) ёмкостной заряд в кабеле не был снят. В результате произошло поражение пострадавшего накопившимся в кабельной линии ёмкостным зарядом, что подтверждается Дефектным актом эксплуатируемого основного средства №-ДА/19 от 

<

дата>, а также Расчетом величины электрического тока в результате разряда остаточного ёмкостного напряжения на землю через тело человека от 

<

дата> Согласно Приговору Заводского п.9.1 и п. 9.2 эксплуатация неисправных машин, механизмов, оборудований, а именно не включение заземляющих ножей линейного разъединителя в ячейке№КРУН-10Кв и неудовлетворительная организация производств работ, не выполнение технических мероприятий по подготовке рабочих мест со снятием напряжения.

Из п.10 акта следует, что лица допустившие нарушение требований охраны труда: ФИО6 - главный энергетик (ответственный за электрохозяйство) филиала «Управления по строительству Грозненской ТЭС» АО «ТЭК Мосэнерго», который не обеспечил содержание электроустановок в рабочем состоянии, и личным осмотром не убедился при включении заземляющих ножей линейного разъединителя в ячейке№КРУН-10Кв в контакте шин линейного разъединителя и заземляющих ножей. ФИО7 ответственный руководитель работ «ЭЦМ-Кострома» в ячейке № КРУН-10 Кв личным осмотром не убедился в контакте шин линейного разъединителя и заземляющих ножей.

Согласно Приговору Заводского районного суда 

<

адрес> республики от 

<

дата> ФИО6, работник филиала «Управление по строительству Грозненской ТЭС» АО «ТЭК Мосэнерго», и ФИО7, работник Костромского управления – филиала АО «Электроцентромонтаж» признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного частью 2 статьи 216 Уголовного кодекса Российской Федерации. С ФИО6 и ФИО7, в пользу ФИО4 взыскано по 1 000 000 рублей в счет возмещения морального вреда.

ЭЦМ-Кострома были осуществлены меры материальной поддержки истцов: - выплаты по коллективному договору (п.7.11 Коллективного договора Костромского управления филиала ОАО «Электроцентромонтаж» на 2013- 2015 г.г.) в сумме 70000 рублей (т.1 л.д.192-210, 211); - материальная помощь на изготовление и установку памятника в сумме 120 000 рублей (т.1 л.д.214,215,216-219); -оплачены транспортные услуги по перевозке груза по маршруту 

<

адрес> в сумме 55 000 рублей, приобретены билеты для поездки родственников погибшего в 

<

адрес> (т.1 л.д.212,213).

В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Таким образом, работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, члены семьи работника имеют право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного утратой родственника.

Как установлено судом и следует из материалов дела, основной причиной несчастного случая, в результате которого был смертельно травмирован ФИО8, явилось нарушение со стороны: ФИО6 - главного энергетика (ответственного за электрохозяйство) филиала «Управление по строительству Грозненской ТЭС» АО «ТЭК Мосэнерго», который не обеспечил содержание электроустановок в работоспособном состоянии; ФИО6 - работника, производящего подготовку рабочих мест и осуществляющего допуск к работе филиала «Управление по строительству Грозненской ТЭС» АО «ТЭК Мосэнерго», при включении заземляющих ножей линейного разъединителя в ячейке № КРУН-10кВ личным осмотром не убедился в контакте шин линейного разъединителя и заземляющих ножей; ФИО7 - ответственного руководителя работ ЭЦМ-Кострома в ячейке № КРУН-10кВ личным осмотром не убедился в контакте шин линейного разъединителя и заземляющих ножей.

Ответчик ссылается в своих доводах на то, что прямая вина работодателя в смерти ФИО8 отсутствует, так в ходе расследования несчастного случая установлена вина в случившемся работника ЭЦМ-Кострома-Кострова А.Г., и работника АО «ТЭК Мосэнерго» - ФИО6, которые допустили нарушение правил охраны труда. 

Рассматривая данные доводы, суд не находит достаточных оснований для освобождения ответчика от гражданско-правовой ответственности по возмещению морального вреда истцам.

Судом установлено, что погибший ФИО8 состоял в трудовых отношениях с ответчиком. При исполнении трудовых обязанностей, в рабочее время произошел несчастный случай на производстве, в результате которого наступила смерть ФИО8, при этом работа выполнялась им по заданию работодателя, который обязан был обеспечить безопасные условия труда.

Проанализировав приведенные правовые нормы в совокупности с представленными в материалах дела доказательствами, суд приходит к выводу, что Костромским управлением – филиалом АО «Электроцентромонтаж» не были созданы безопасные условия труда работнику ФИО8, гибель ФИО8 наступила в результате несчастного случая на производстве, обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда (безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществление технологических процессов) Трудовым кодексом РФ возложены на работодателя.

То обстоятельство, что в рамках уголовного дела с ФИО6 и ФИО7, привлеченных к уголовной ответственности, в пользу истцов взыскана компенсация морального вреда, не освобождает Костромское управление – филиал АО «Электроцентромонтаж» как работодателя погибшего от обязанности возмещать причиненный вред. Истцы, в данном случае, не лишены права обратиться с исковым требованием о компенсации морального вреда к Костромскому управлению – филиал АО «Электроцентромонтаж» как к работодателю, неисполнение которым предусмотренных законом требований по обеспечению безопасных условий труда привело к гибели их близкого человека, что не свидетельствует о повторной компенсации морального вреда.

Пунктом 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

дата> № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

дата> № «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

Из показаний свидетеля ФИО11 следует, что она является подругой ФИО5 Семью ФИО9 знает хорошо. Смерть своего сына, ФИО8, они восприняли тяжело. ФИО5 первое время не понимала, что происходит, постоянно плакала. Долго не могла принять, что сына нет. Валере тоже было тяжело все это принять. На похоронах присутствовал врач, поскольку она себя плохо чувствовала, постоянно была на таблетках, на каплях, все дни и до похорон и после похорон. Отношения в семье с сыном были очень хорошие. Сын очень любил родителей. Помогал во всем. Звонил каждый день. Не было дня, чтоб не позвонил. Когда был дома, он всегда им помогал. Никогда не повышался голос на него. Сергей собирался поступать в высшее учебное заведение, Ивановский энерго институт. Планировал работать и учиться. Они испытали сильные моральные страдания. Потеряли сына, опору. Надеялись на него, что помощник растет. Старшие дети разъехались, а этот был рядом с ними. Каждый выходной дома. 

Определяя сумму компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с АО «Электроцентромонтаж» в лице Костромского управления – Филиала АО «Электроцентромонтаж» в пользу каждого из истцов, суд учитывает то обстоятельство, что смерть ФИО8 является невосполнимой утратой. Потеряв по вине ответчика, не обеспечившего безопасные условия труда, своего сына, истцы навсегда утратили его любовь, заботу, внимание и поддержку, что исключает возможность отрицать факт причинения истцам как отцу и матери погибшего, нравственных страданий, причиненных смертью близкого и родного человека, и, несомненно, отразившихся негативным образом на их психологическом состоянии, в том числе и в будущем. Причиненный истцам моральный вред заключается в безвозвратной потере близкого человека - сына, смерть которого повлекла существенные изменения для их привычного и сложившегося образа жизни, а также лишения их навсегда душевного тепла и поддержки со стороны погибшего. Данные обстоятельства свидетельствуют о значительной степени тяжести переносимых истцами нравственных страданий. Несомненно, истцы испытывают глубокие переживания, стресс, чувство потери и горя. СмертьФИО8 наступила внезапно и при обстоятельствах, которые причинили истцам дополнительные страдания. Смерть близкого и родного для них человека является наиболее тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, влекущими глубокие и тяжкие страдания, переживания, вызванные такой утратой, затрагивающие личность, психику, здоровье и самочувствие.

Вместе с тем моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, в силу чего предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения истца за перенесенные страдания.

Таким образом, принимая во внимание глубину и степень нравственных переживаний ФИО4 и ФИО5, показания свидетеля, заключение прокурора, учитывая требования разумности и справедливости, а также фактические обстоятельства дела, учитывая отношение ответчика к несчастному случаю, произошедшему на производстве, оказание ответчиком материальной поддержки истцам, степень близости погибшего и истцов, характер их взаимоотношений, наличие в семье других детей, возраст истцов, возраст погибшего, суд считает возможным взыскать с АО «Электроцентромонтаж» в лице Костромского управления – Филиала АО «Электроцентромонтаж» в пользу истцов сумму возмещения морального вреда в связи с гибелью их сына в размере по 600 000 рублей каждому.

ФИО5 заявлены также требования о взыскании с ответчика расходов по оплате юридических услуг в размере 70 000 руб. 

Согласно Приговору Заводского договору №-П от 

<

дата> об оказании юридических услуг, заключенного между ФИО4 и ООО «ЮК Гарант» в перечень оказываемых услуг входит представление интересов ФИО4 в суде первой инстанции по вопросу возмещения морального вреда в суде с «ЭЦМ Кострома» с подготовкой искового заявления в суд о взыскании денежных средств. Стоимость оказания услуг составила 70 000 рублей (т.2 л.д.31).

В качестве доказательства оплаты по указанному договору истцами представлены чеки от 

<

дата> о безналичном переводе и получении ООО «ЮК Гарант» денежной суммы в размере 70000 рублей, в чеке также указаны последние четыре цифры банковской карты, с которой произведено перечисление денежных средств; выписка по Сберегательному счету ФИО5, из которой следует о выполнении операции 

<

дата>, оплаты «ЮК Гарант» в размере 70000 рублей (т.2 л.д.30). 

Судом достоверно установлено, что перечисление денежной суммы в размере 70000 рублей в счет оплаты услуг ООО «ЮК Гарант» произведены с карты принадлежащей ФИО5

Судом установлено, что обращение ФИО4 к ООО «ЮК Гарант» за оказанием юридических услуг было вызвано необходимостью представления их интересов совместно с супругой ФИО5, они с супругой действуют в одном интересе. Расходы по оплате данных услуг они понесли из общего бюджета. Фактически денежные средства в размере 70000 рублей были внесены на счет ООО «ЮК Гарант» с банковской карты «МИР», принадлежащей ФИО5

В соответствии с ч. 1 ст. 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае частичного удовлетворения иска все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса, присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу было отказано.

В отношении представительских расходов процессуальное законодательство дополнительно закрепляет принцип разумных пределов их взыскания (ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В соответствии с п. п. 12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 

<

дата> «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», при частичном удовлетворении требований расходы на оплату услуг представителя присуждаются каждой из сторон в разумных пределах и распределяются в соответствии с правилами о пропорциональном распределении судебных расходов. Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Таким образом, разумность предела возмещаемых расходов на оплату услуг представителя является оценочной категорией и определяется по внутреннему убеждению судьи.

Определяя разумный предел подлежащих возмещению судебных расходов, суд исследовав обстоятельства дела, принимая во внимание степень участия представителей в судебных заседаниях, объем и сложность дела, продолжительность судебного разбирательства (в суде первой инстанции 5 судебных заседания), фактическую и юридическую сложность дела, исходя, в том числе и из объема документов, исследованных в судебных заседаниях с участием представителей, объем работы представителя. С учетом указанных обстоятельств, связанных с оказанием юридических услуг, суд определяет разумный предел судебных расходов в размере 25 000 руб.

Согласно Приговору Заводского ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований, в связи с чем, суд считает необходимым взыскать с ответчика АО «Электроцентромонтаж» в лице Костромского управления – Филиала АО «Электроцентромонтаж» государственную пошлину в сумме 300 рублей.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковые требования ФИО4, ФИО5 к АО «Электроцентромонтаж» в лице Костромского управления – Филиала АО «Электроцентромонтаж» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с АО «Электроцентромонтаж» в лице Костромского управления – Филиала АО «Электроцентромонтаж» в пользу ФИО4 в счет компенсации морального вреда денежную сумму в размере 600 000 (шестьсот) тысяч рублей.

Взыскать с АО «Электроцентромонтаж» в лице Костромского управления – Филиала АО «Электроцентромонтаж» в пользу ФИО5 в счет компенсации морального вреда денежную сумму в размере 600 000 (шестьсот) тысяч рублей.

Взыскать с АО «Электроцентромонтаж» в лице Костромского управления – Филиала АО «Электроцентромонтаж» в пользу ФИО5 расходы по оплате услуг представителя в размере 25000 рублей.

В остальной части заявленных требований в удовлетворении отказать. 

Взыскать с АО «Электроцентромонтаж» в лице Костромского управления – Филиала АО «Электроцентромонтаж» в доход местного бюджета госпошлину в размере 300 рублей. 

Решение может быть обжаловано в Ивановский областной суд через Родниковский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий Н.А.Созинова

Решение в окончательной форме изготовлено 

<

дата> Н.А.Созинова