№ 2-12/2020

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

18 августа 2020 г. Волгоград

Волгоградский областной суд в составе председательствующего

ФИО1,

при секретарях Гончаренко Е.Л. и Ереминой М.В.,

с участием:

государственного обвинителя Мельниковой А.Ф.,

потерпевшей К.Е.Г.,

подсудимого ФИО2,

защитника-адвоката Давыдова М.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по обвинению

ФИО2, родившегося 

<

.......>,

в совершении преступления, предусмотренного пп. «а», «з», «к» ч.2 ст.105 УКРФ,

установил:

ФИО2 совершил убийство К.Г.Н., 

<

.......> г.р., и К.Е.НА., 

<

.......>.р., сопряжённое с разбоем, при следующих обстоятельствах.

С 13 часов 16 марта 2002 г. по 12 часов 18 марта 2002 г. ФИО2 постучал в калитку 

<

адрес> и попросил у вышедшего на улицу незнакомого К.Г.Н. продукты питания, тот согласился помочь и зашёл в квартиру №

<

адрес>, а О.А.ПБ. решил совершить нападение на него с применением опасного для жизни насилия и лишить его жизни в целях хищения имущества. С этой целью без ведома К.Г.Н.. он проник в квартиру и напал на него, нанеся обнаруженной в доме металлической кочергой не менее шести ударов в голову и не менее девяти – в область туловища, конечностей, причинив телесные повреждения в виде двух ушибленных ран лобно-теменной области справа, ушиблено-рваной раны теменной области сзади слева, ссадины на правой височной области, обширного кровоподтёка с выраженной отёчностью мягких тканей на теменно-затылочной области с поверхностным осаднением кожи, обширной раны состоящей из пересекающихся ран теменно-височно-затылочной области справа, ушибленной раны правой заушной области, вдавленных и конструкционных переломов костей свода черепа справа с повреждением оболочек и вещества головного мозга, кровоизлияниями под мягкие оболочки обоих полушарий головного мозга, ушиба, отёка и дислокации головного мозга, в комплексе причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни, повлёкшие его смерть, а также кровоподтёков на наружной поверхности в средней трети правого предплечья, в проекции верхнего края грудины, на наружной поверхности в нижней трети левого предплечья, на передней поверхности левого плечевого сустава, на верхней губе слева, ушибленной раны на тыльной поверхности концевой фаланги 3-го пальца правой кисти, двух кровоподтёков на передней поверхности обоих голеней, двух кровоподтёков на веках обоих глаз, ушиблено-рваной раны на нижней губе справа и множественных ран слизистой обеих губ.

После причинения К.Г.Н. телесных повреждений ФИО2 осматривал дом в поисках ценного имущества, чтобы похитить его, в это время в комнату зашла проживавшая в доме К.Е.Н., на которую О.А.ПБ. напал с целью хищения имущества, предвидя возможность наступления смерти К.Е.Н. и допуская её наступление, и с этой целью кулаками нанёс не менее семи сильных ударов в голову и не менее двух – по туловищу, причинив ей телесные повреждения в виде кровоподтёка правой височной области с переходом на верхнюю часть ушной раковины, поверхностной ссадины на лбу справа, ушибленной раны на границе височной и затылочной областей справа, ушибленной раны в задней части теменной области и идентичной ей раны в центре теменной области, обширной ушиблено-рваной раны, состоящей из пересекающихся ран на теменно-височно-затылочной области слева, открытого вдавленного фрагментарно-оскольчатого перелома левой височной и теменной костей с повреждением осколками оболочек и височной доли вещества головного мозга, кровоизлияния под твёрдую, мягкие мозговые оболочки и вещество головного мозга, причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и повлёкшие её смерть, а также двух кровоподтёков на наружной поверхности правого предплечья и на наружной поверхности левого плеча.

После причинения телесных повреждений потерпевшим ФИО2 похитил золотое кольцо К.Е.Н. стоимостью 10000 рублей, причинив материальный ущерб на указанную сумму.

В результате действий ФИО2 от тупых травм головы К.Е.Н. скончалась 24 марта 2002 г., а К.Г.Н.. – 27 марта 2002 г.

В судебном заседании подсудимый ФИО2 вину не признал и показал, что в 

<

адрес> он никогда не был, к инкриминируемому деянию не причастен, в марте 2002 г. находился в СИЗО-1 г.Иркутска. Ранее он отбывал наказание под именем Ч. В связи с чем С.К.Г. уличила его в преступлениях ему не известно.

Допросив подсудимого, потерпевшую, свидетелей, огласив их показания, исследовав материалы уголовного дела, представленные сторонами обвинения и защиты доказательства в их совокупности, суд находит доказанной вину О.А.ПБ. в совершении преступления, изложенного в описательной части приговора.

Его виновность подтверждается следующими доказательствами.

Потерпевшая К.Е.Г. показала суду, что в марте 2002 г., когда её отец К.Г.Н. гостил у своей сестры К.Е.Н. в г. Котельниково, ей сообщили, что произошло несчастье. Она прибыла в Котельниково, отец и тётя были в реанимации, в доме было всё в крови. Тётя носила толстую цепь и крест из белого золота, кольцо «чалма». Что пропало из дома она не знает.

В ходе предварительного расследования потерпевшей К.Е.Г. даны аналогичные показания, из которых также следует, что отец гостил у сестры с 16 марта 2002 г., а в дом К.Е.Н. она прибыла 19 марта 2002г. У тёти пропали золотые изделия, которые она носила (т. 1, л.д. 20-22, 60-61, т.3, л.д. 47-51).

Как показала свидетель С.К.Г., когда ей было 14-15 лет, О.А.ПБ. по цыганским обычаям похитил её из п. Култук Иркутской области, на электричках и поездах они поехали в Волгоград к его родителям. По пути прибыли в г. Котельниково Волгоградской области, ФИО2 предложил найти что-нибудь поесть и переночевать. Они стучались во дворы, но им не открывали. Из одного дома вышел пожилой мужчина, у которого О.А.ПБ. попросил еды, тот согласился вынести и попросил подождать на улице. О.А.ПБ. зашёл за ним. Она долго ждала, услышала глухой стук, зашла в дом, дедушка в крови лежал на полу, а ФИО2 стоял рядом с кочергой в руке, ударил ею пожилого мужчину по телу и сказал ей искать что-нибудь ценное, пригрозил и ударил её. Она открыла шифоньер. В этот момент вышла пожилая женщина. ФИО2 ударил женщину кулаком в область виска, и та упала, глаза у неё остались приоткрыты, а О.А.ПБ. снял с неё золотое кольцо и продолжил собирать вещи по дому – в шкафах брал постельное бельё, большие бумажки, похожие на ваучеры, деньги. Эти вещи он собрал в найденную тут же спортивную сумку, и они ушли. Приехали в Волгоград, где она около месяца жила с подсудимым.

В ходе предварительного расследования 6 апреля и 3 октября 2019 г. С.К.Г. дала аналогичные показания, которые поддержала в судебном заседании, и из которых, кроме того, следует, что деревянный дом потерпевших располагался на улице с частными домами; в центре комнаты, куда она зашла, стоял круглый стол, рядом лежал мужчина, которого ФИО2 ударил по голове металлической кочергой, вокруг было много крови, было понятно, что удар не первый. Она держалась за дверцу шифоньера. Широкое золотое кольцо типа «чалма», которое О.А.ПБ. снял с пальца женщины, было без камней, рисунков, гравировок. Когда они выходили, мужчина, лёжа на полу, что-то неразборчиво говорил.

Кольцо ФИО2 продал за 5000 рублей, а похожие на облигации бумаги продать не смог и выбросил.

Впоследствии ФИО2 познакомил её с отцом О.П.Г., братьями С и О.Ч.П.. В течение двух лет она жила вместе с ним, сбежала из-за плохого к ней отношения (т. 2, л.д. 28-32, 186-190).

Из протокола предъявления для опознания по фотографии усматривается, что 16 апреля 2019 г. С.К.Г. опознала по национальным чертам и характерным ушам ФИО2 как совершившего нападение (т. 2, л.д. 68-71), а при предъявлении его для опознания 4 октября 2019 г. в числе иных лиц она опознала ФИО2 по телосложению, тёмным волосам как совершившего преступление в г. Котельниково в марте 2002 г. (т. 2, л.д. 193-197).

По показаниям свидетеля О.Ч.П. от 21 августа 2019 г., оглашённым в связи с его отказом свидетельствовать против брата в порядке ч.4 ст.281 УПК РФ и подтверждённым им в судебном заседании, ФИО2 – его родной брат, почти всю жизнь он отбывает наказание в местах лишения свободы. В 2001-2002г. брат приезжал к нему в гости в Волгоград (т. 2, л.д. 117-120).

Свидетель О.Р.П. суду показал, что подсудимый его родной брат, когда ему было 13 лет, он приезжал с девушкой.

После оглашения его показаний от 9 сентября 2019 г. (т. 2, л.д. 167-169) в порядке ч.3 ст.281 УПК РФ, в соответствии с которыми ФИО2 в 2002 г. приехал в Волгоград на поезде с девушкой-цыганкой, сожительницей или женой, свидетель подтвердил их.

Из показаний свидетеля О.П.Г. от 23 декабря 2019 г., оглашённых в связи с его отказом свидетельствовать против сына в порядке ч.4 ст.281 УПК РФ и подтверждённых в судебном заседании, следует, что в 2012 г. в ИК-26 Волгоградской области он встретил ФИО2, который отбывал наказание под именем его сына О.Ч.П. (т. 4, л.д. 48-50).

Показаниям потерпевшей и свидетелей суд доверяет, поскольку они не заинтересованы в исходе дела, их показания стабильны, последовательны, согласуются между собой и с материалами дела, при этом в показаниях отсутствуют противоречия.

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 19 марта 2002 г. вход на территорию одноэтажного домовладения № № 

<

...> по ул.

<

адрес> осуществляется через калитку. Входная дверь в квартиру № 

<

адрес> повреждений не имеет. В ближайшей ко входу комнате обнаружены большие бурые пятна и мазки, похожие на кровь, осколки стекла, дверь и совок с металлической ручкой с такими же пятнами, кочерга, круглый стол, кухонные принадлежности, газета, датированная 16 марта 2002 г.; в зале – бурое пятно, постельное бельё на диване в беспорядке, на кровати и диване – многочисленные пятна, похожие на кровь, в ящике шифоньера обнаружены облигации с такими же пятнами; в спальне на столе, на кровати беспорядок.

В ходе осмотра с шифоньера в зале изъяты дактоплёнки со следами пальцев (т. 1, л.д. 12-33).

Из справки ИП К.О.С. от 3 ноября 2019 г. следует, что в марте 2002г. стоимость золотого кольца типа «чалма» весом 10 г составляла 10000 рублей (т. 3, л.д. 114).

В соответствии с заключением эксперта от 23 апреля 2002 г. причиной смерти К.Г.Н. явилась тупая травма головы, сопровождавшаяся переломами костей свода черепа справа с повреждением оболочек и вещества головного мозга, кровоизлияниями под мягкие оболочки обоих полушарий головного мозга, ушибом головного мозга с последующим отёком и дислокацией головного мозга, образовавшаяся от не менее 6 ударов твёрдыми тупыми предметами с ограниченной поверхностью, возможно, имеющих рёбра, причинившая тяжкий вред здоровью, опасный для жизни. При судебно-медицинском исследовании трупа обнаружены также следующие прижизненные телесные повреждения: кровоподтёк на наружной поверхности правого предплечья в средней трети, кровоподтёк в проекции верхнего края грудины, кровоподтёк на наружной поверхности левого предплечья в нижней трети и на передней поверхности левого плечевого сустава, ушибленная рана на тыльной поверхности концевой фаланги 3-го пальца правой кисти, кровоподтёки на передней поверхности обоих голеней, кровоподтёки на веках обоих глаз, кровоподтёк на верхней губе слева, ушиблено-рваная рана на нижней губе справа и множественные раны на слизистой обеих губ, образовавшиеся от действия твёрдых тупых предметов, за 8-14 дней до наступления смерти (до 27 марта 2020 г.) Все повреждения К.Г.Н. причинены незадолго до его поступления в лечебное учреждение, за 8-14 суток до наступления смерти и образовались не менее чем от 15 ударных воздействий (т. 1, л.д. 87-101).

Повторной судебно-медицинской экспертизой медицинской документации от 24 декабря 2019 г. установлено, что смерть К.Г.Н.. наступила более чем за 1 сутки до момента исследования трупа 29 марта 2002г. от тупой травмы головы. Описанные в предыдущем заключении эксперта повреждения на голове являются составными частями одной тупой травмы головы, образовались прижизненно, более чем за 3 суток до смерти К.Г.Н.., минимум, от восьми травмирующих воздействий тупых предметов, являются тяжкими телесными повреждениями и состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением его смерти. Эти повреждения могли образоваться от травмирующих воздействий по голове К.Г.Н. совка и кочерги, представленных на исследование судебно-медицинскому эксперту (согласно результатам медико-криминалистической экспертизы от 29 августа 2002 г.).

Остальные телесные повреждения тоже образовались прижизненно, от воздействий тупых предметов, более чем за 1 сутки до смерти К.Г.Н. и не состоят в причинно-следственной связи с наступлением его смерти.

При этом кровоподтёки век, ушибленная рана губы, раны на слизистой оболочке губ, кровоподтёк верхней губы образовались, как минимум, от четырёх травмирующих воздействий, а кровоподтёки на наружной поверхности предплечий, кровоподтёк с кровоизлиянием в подлежащие мягкие ткани в области верхнего края грудины, кровоподтёк на передней поверхности левого плечевого сустава, ушибленная рана на тыльной поверхности дистальной фаланги 3 пальца правой кисти, кровоподтёк правой голени, ссадина левой голени образовались, как минимум, от семи травмирующих воздействий (т. 3, л.д. 7-21).

Как установлено экспертом-медиком в ходе медико-криминалистической экспертизы от 29 августа 2002 г., 4 раны с головы трупа К.Г.Н. являются ушибленными, 6 переломов костей свода его черепа–локальными и локально-конструкционными. Механизм их образования связан с воздействиями (не менее 6) тупого твёрдого предмета. В переломе лобной кости справа отобразилось действие контактной (ударной) поверхности цилиндрической формы, диаметром около 10 мм на уровне погружения, протяжённостью не менее 30 мм. В двух переломах правой теменной кости отобразилось действие контактной поверхности в виде узкой грани шириной 1,4-1,6 мм, протяжённостью не менее 40 мм. У совка выявлены конструктивные особенности, сходные с особенностями травмирующих поверхностей, отобразившихся в указанных переломах костей (цилиндрическая поверхность, узкая грань шириной около 1,4-1,6 мм), что даёт основание для положительного вывода о возможности образования указанных переломов и соответствующих им ран от его воздействия. У представленной кочерги также имеются конструктивные особенности (цилиндрическая поверхность), сходные с особенностями травмирующей поверхности, отобразившейся в переломе лобной кости, что не исключает возможность его образования и от действия кочергой. В зонах травматизации правой теменной кости конструктивные особенности травмирующей поверхности отчётливо не отобразились, но контактная травмирующая поверхность была небольшой, а сила воздействия – менее значительна, чем при образовании вышеперечисленных переломов. У совка, кочерги, вазы имеются непреобладащие поверхности, что не исключает их как предполагаемые орудия травмы, приведшие к образованию указанных выше трёх зон травматизации правой теменной кости. Направление воздействия травмирующей силы при образовании перелома лобной кости – в направлении сверху вниз, спереди назад: зон травматизации правой теменной кости – сверху вниз, справа на лево, и несколько сзади наперёд, а также сверху вниз и сзади на перед: перелома правой теменной кости – сверху вниз, сзади наперёд, и несколько справа налево, а также сверху вниз, сзади наперёд, и несколько справа налево. В момент образования повреждений в области головы К.Г.НА. мог занимать любое пространственное положение, при условии, что правая половина его головы должна была быть доступной для воздействия (т.1, л.д. 160-173).

По заключению эксперта от 23 апреля 2002 г., причиной смерти К.Е.Н. явилась тупая травма головы, сопровождавшаяся переломами теменной и височной костей слева с повреждением оболочек, вещества головного мозга в левой височной доли осколками височной кости, с образованием очагов некроза вещества головного мозга в местах повреждения, кровоизлияниями под твёрдую мозговую оболочку слева, под мягкие оболочки обоих полушарий и в вещество головного мозга левой височной доли, ушибом и отёком головного мозга, образовавшаяся от не менее 7 ударных воздействий твёрдыми тупыми предметами с ограниченной поверхностью соударения, возможно имеющими рёбра, причинившая тяжкий вред здоровью, опасный для жизни.

При судебно-медицинском исследовании трупа К.Е.Н. обнаружены телесные повреждения признаками прижизненного причинения: кровоподтёк на правой височной области с переходом на верхнюю часть ушной раковины, поверхностная ссадина на лбу справа, ушибленная рана на границе височной и затылочной областей справа, ушибленная рана в задней части теменной области и идентичная ей рана в центре теменной области, обширная ушиблено-рваная рана, состоящая из ран на теменно-височно-затылочной области слева.

Кроме того, на трупе обнаружены прижизненные телесные повреждения, не состоящие в причинно-следственной связи со смертью: кровоподтёки на наружной поверхности правого предплечья и на наружной поверхности левого плеча, которые образовались за 5-7 суток до смерти от действия не менее чем от двух ударных воздействий твёрдых тупых предметов, или при ударе о таковые, не причинившие вреда здоровью.

Все повреждения К.Е.Н. причинены за 5-7 суток до смерти, наступившей 24 марта 2002 г. в 19 часов 10 минут в медицинском учреждении, в короткий промежуток времени (т. 1, л.д. 66-79).

Повторной судебно-медицинской экспертизой по медицинской документации от 24 декабря 2019 г. установлено, что смерть К.Е.Н. наступила более чем за 1 сутки до момента исследования её трупа судебно-медицинским экспертом 26 марта 2002 г. от тупой травмы головы.

Описанные в предыдущем заключении эксперта повреждения на голове являются составными частями одной тупой травмы головы, образовались прижизненно, более чем за 1 сутки до наступления смерти К.Е.Н., минимум от семи травмирующих воздействий тупых предметов в область головы, являются тяжкими телесными повреждениями и состоят в прямой причинно-следственной связи с наступлением её смерти; кровоподтёк на наружной поверхности правого предплечья, кровоподтёк на наружной поверхности левого плеча тоже образовались прижизненно, более чем за 3 суток до наступления смерти, как минимум, от двух травмирующих воздействий тупых предметов, являются лёгкими телесными повреждениями, не повлёкшими кратковременного расстройства здоровья или незначительную стойкую утрату трудоспособности, и не состоят в причинно-следственной связи с наступлением смерти (т. 2, л.д. 231-243).

Как установлено экспертом в ходе исследований 8 июля 2002 г. и при проведении повторной экспертизы 11 октября 2019 г., на одежде обоих потерпевших, изъятой 19 марта 2002 г. в ЦРБ г. Котельниково (т. 1, л.д. 8), постельных принадлежностях, газете, осколках, облигации, совке, кочерге и в смывах, изъятых в ходе осмотра места происшествия 19 марта 2020 г., обнаружена кровь человека, которая исходя из групповой принадлежности, могла произойти от К.Г.Н. и К.Е.Н. как от каждого, так и в смешении (т. 1, л.д. 111-124, т.3, л.д. 28-34).

Дактилоскопической судебной экспертизой от 6 апреля 2019 г. установлено, что след на отрезке дактилоскопической плёнки, изъятый в ходе осмотра 19 марта 2002 г. шкафа в 

<

адрес>. 8 по 

<

адрес>, оставлен пальцем руки С.К.Г.. (т.2, л.д. 41-43).

Таким образом, выводы экспертов согласуются с показаниями С. в ходе предварительного следствия и в судебном заседании о нападении ФИО2 на К.Г.Н. и К.Е.Н. в марте 2002 г. и причинении им множественных телесных повреждений, а данные протокола осмотра места происшествия о следах крови в их квартире, обнаружении кочерги, беспорядке и выводы экспертов-медиков подтверждают её показания об орудии преступления, количестве и локализации ударов, нанесённых им обоим потерпевшим, местах, где наносились эти удары, намерении совершить хищение.

По заключению эксперта-биолога от 22 января 2020 г., исследовавшей образцы слюны, изъятые 23 декабря 2019 г. у О.Ч.П. (т. 4, л.д. 37-38), О.Р.П.. (т. 4, л.д. 43-44), у О.П.Г. (т. 4, л.д. 54-55) и 19 декабря 2019 г. – у ФИО2 (по протоколу на л.д. 34-35 в т. 4 – О.Ч.П.), О.П.Г. с высокой степенью вероятности является биологическим отцом О.Ч.П., О.Р.П. и ФИО2 (в заключении эксперта последний фигурирует как О.Ч.П., ДД.ММ.ГГГГ г.р.) (т. 4, л.д. 65-70).

В ходе исследования экспертом 3 февраля 2020 г. следов пальцев рук О.А.ПБ., изъятых 19 декабря 2019 г. (т. 4, л.д. 34-35), дактилоскопических карт, изъятых 3 сентября 2019 г. из личного дела О.Ч.П., ДД.ММ.ГГГГ г.р., в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Волгоградской области (т. 2, л.д. 146-151) и 30 января 2020 г. в ФКУ ИК-26 УФСИН России по Волгоградской области (т. 4, л.д.157-162), установлено, что отпечатки пальцев и ладоней рук принадлежат одному лицу (т. 4, л.д. 169-174).

Таким образом, суд считает установленной личность подсудимого как ФИО2, 

<

.......> как О.Ч.П.. Не отрицал этого и подсудимый в судебном заседании.

Приведённые заключения экспертов соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона, поскольку проведены компетентными лицами, обладающими необходимыми познаниями, а выводы экспертов мотивированы, научно обоснованы и согласуются с другими материалами дела.

Оценив указанные доказательства, суд приходит к выводу, что они не противоречат требованиям уголовно-процессуального закона, последовательны, дополняют друг друга и согласуются по месту, времени и способу совершения преступления. Оснований сомневаться в их достоверности у суда не имеется.

Доводы подсудимого о непричастности к лишению жизни К-вых опровергаются исследованными доказательствами, а именно подробными показаниями свидетеля С.К.Г. в судебном заседании и в ходе предварительного следствия, из которых следует, что он в поисках ценного имущества поочерёдно напал на обоих потерпевших в их доме и нанёс им множественные удары кочергой и кулаками.

Суд доверяет данным показаниям и считает их допустимыми и достоверными, поскольку они получены в соответствии с уголовно-процессуальным законом, согласуются с протоколом осмотра места происшествия, заключениями судебно-медицинских экспертов о характере, количестве и локализации телесных повреждений у обоих потерпевших.

Исследованные судом доказательства позволяют исключить причинение телесных повреждений потерпевшим кем-то другим. Показания С.К.Г. которая явилась очевидцем нанесения ФИО2 лишь некоторых ударов потерпевшим, суд оценивает с учётом заключений экспертов о наличии у К.Г.Н. травмы головы, множественных кровоподтёков конечностей и в области головы от не менее чем от 15 ударных воздействий, у К.Е.Н. – травмы головы от не менее 7 ударов, кровоподтёков конечностей, ран на голове. Несмотря на то, что ряд телесных повреждений потерпевших в причинно-следственной связи со смертью не состоят, их причинение в совокупности с ударами по голове кочергой К.Г.Н. и кулаками – К.Е.Н. указывает на стремление ФИО2 исключить препятствия к завладению их имуществом, предвидение им наступления смерти обоих потерпевших, намерение лишить жизни К.Г.Н. и допущение смерти К.Е.Н., то есть о наличии умысла на лишение жизни К.Г.Н. и К.Е.Н.

В то же время показания ФИО2 о нахождении в ином месте в момент инкриминируемого деяния в связи с содержанием под стражей опровергаются копией постановления судьи Слюдянского районного суда Иркутской области от 16 октября 2002 г., из которой следует, что в связи с подозрением в совершении кражи 29 мая 2002 г. в г.Слюдянке Иркутской области ФИО2 содержался под стражей с 30 мая 2002 г. и освобождён 16 октября 2002г. (т. 3, л.д. 229-230).

В связи с изложенным доводы подсудимого о непричастности к лишению жизни К суд считает неубедительными, противоречащими установленным фактическим обстоятельствам дела и приходит к выводу, что убийство потерпевших совершено именно им в целях хищения чужого имущества в ходе разбойного нападения.

При правовой оценке действий подсудимого суд исходит из требований ст.252 УПК РФ относительно пределов судебного разбирательства и объёма предъявленного обвинения.

ФИО2, проследовав в дом потерпевших за К.Г.Н. без его разрешения, желая беспрепятственно похитить ценное имущество, напал сначала на него, а затем на К.Е.Н., будучи застигнутым последней в поисках имущества, нанеся обоим значительное количество ударов по голове и телу. Согласно выводам экспертов-медиков причиной смерти обоих К-вых стали тупые травмы головы от нескольких ударов, у них имелись и другие телесные повреждения на голове, множество кровоподтёков и ушибленных ран на теле (т.1, л.д. 87-101, т. 3, л.д. 7-2, т. 1, л.д. 66-79, т. 2, л.д. 231-243).

О корыстной цели свидетельствуют действия ФИО2, который после нападения на К.Г.Н. приступил к поиску ценностей, напал на К.Е.НБ. и вновь продолжил поиски чужого имущества.

Поскольку С.К.Г.. явилась очевидцем хищения подсудимым лишь золотого кольца, сведений о невозможности распоряжения золотыми цепью и крестом иными лицами и доказательств причастности О.А.ПБ. к завладению ими не предоставлено, суд исключает из обвинения хищение подсудимым указанных предметов.

Указанная свидетелем С.К.Г. локализация телесных повреждений, которые подсудимый причинил потерпевшим, механизм и способ причинения смерти, о которых она сообщила при допросах, соответствуют их описанию в актах судебно-медицинских экспертов трупов, а её показания о месте, орудии и способе причинения телесных повреждений, – протоколу осмотра места происшествия.

Таким образом, показания С.К.Г. на предварительном следствии и в судебном заседании о причастности О.А.ПБ. к преступлению подтверждаются вышеназванными доказательствами.

При этом ни свидетель, ни подсудимый о причинах, которые могли бы свидетельствовать об оговоре С.К.Г. последнего, не сообщили.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о достаточности доказательств виновности подсудимого.

По результатам судебного разбирательства уголовное дело по обвинению ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч.3 ст.162 УК РФ (в ред. от 13 июня 1996 г.), судом прекращено в связи с истечением срока давности уголовного преследования на основании п. «г» ч.1 ст.78 УК РФ, и в порядке п.3 ч.1 ст.24, п.2 ч.1 ст.27 УПК РФ.

Квалифицируя действия ФИО2, суд принимает во внимание, что он, действуя целенаправленно, без разрешения К-вых проник в их дом, напал на престарелых потерпевших в течение короткого периода, желая похитить ценное имущество, причинив им серьёзные ранения, от которых они потеряли сознание, оставив их в доме одних.

Несмотря на то, что смерть потерпевших наступила через несколько дней после причинения им телесных повреждений, характер и обстоятельства применённого к ним насилия с учётом престарелого возраста потерпевших свидетельствует об осознании ФИО2 достаточности таких действий для лишения их жизни.

При этом ФИО2 нанёс множественные удары и 84-летнему К.Г.НБ., и 89-летней К.Е.Н. в жизненно важные органы – голову. К.Г.Н. – орудием с высокими поражающими способностями – металлической кочергой (не менее шести), и ещё не менее девяти – в область туловища, конечностей.

Множественность ударов в области головы и других частях тела К.Е.Н., их значительная сила, о которой свидетельствует, в частности, перелом височной и теменной костей, указывают на предвидение подсудимым наступления её смерти и её допущение.

Характер, количество, локализация телесных повреждений, сила, с которой они причинены, использование орудия для их причинения К.Г.Н., свидетельствуют об осознании подсудимым общественной опасности своих действий, желании наступления его смерти.

Таким образом, суд усматривает умысел ФИО2 на убийство обоих потерпевших, сопряжённое с разбоем.

Из обстоятельств дела следует, что ФИО2 проник в дом потерпевших с целью завладения имуществом, занимался поисками ценностей после причинения телесных повреждений К.Г.Н. и К.Е.Н. и завладел их имуществом в ходе нападения. Эти данные свидетельствуют, что ФИО2 лишил потерпевших жизни только с целью завладения имуществом потерпевших. Какого-либо другого мотива и цели в его действиях не установлено, в связи с чем суд соглашается с мнением государственного обвинителя об исключении из обвинения квалифицирующего признака, предусмотренного п.«к» ч.2 ст.105 УК РФ «с целью скрыть другое преступление».

Из обвинения ФИО2 также следует, что убийство обоих потерпевших он совершил в ходе разбоя, в связи с чем такая квалификация преступного деяния в отношении обоих потерпевших не нарушает его право на защиту.

Согласно заключению комиссии экспертов-психиатров от 26 ноября 2019г. ФИО2 каким-либо хроническим психическим расстройством, слабоумием либо иным болезненным состоянием психики не страдал и не страдает, а потому мог и может осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими. В момент совершения инкриминируемого деяния временного психического расстройства у ФИО2 не было, сознание у него было не помрачено, он правильно ориентировался в окружающих лицах и в ситуации, поддерживал адекватный речевой контакт, совершал целенаправленные осознанные действия, которые не диктовались болезненными переживаниями, бредо-галлюцинаторными расстройствами, о содеянном сохранил воспоминания, а потому мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими. В применении принудительных мер медицинского характера ФИО2 не нуждается (т. 4, л.д.8-11).

Экспертами исследовались объективные данные о подсудимом: периоды его жизни в многодетной семье, обучения, перенесённые заболевания, привлечение к уголовной ответственности.

В ходе судебного разбирательства ФИО2 вёл себя адекватно, давал осмысленные и последовательные показания и отвечал на задаваемые вопросы в соответствии с их содержанием, подробно излагал конкретные факты из своей жизни и привёл версию об алиби.

Таким образом, исследовав материалы дела, проанализировав сведения о личности подсудимого и его психическом здоровье, оценив действия и поведение подсудимого до совершения преступления, в момент его совершения и после того, а также данные судебно-психиатрической экспертизы, которая проведена компетентными экспертами, обоснована и составлена в надлежащей форме, суд приходит к убеждению о вменяемости подсудимого.

Поскольку в настоящий момент редакция уголовного закона предусматривает более суровое наказание за преступление, предусмотренное пп.«а», «з» ч.2 ст.105 УК РФ, суд применяет редакцию уголовного закона, действовавшего на момент совершения преступления.

Исходя из вышеизложенного и установленных обстоятельств уголовного дела, действия подсудимого содержат состав преступления и квалифицируются судом по пп. «а», «з» ч.2 ст.105 УК РФ (в редакции от 13 июня 1996 г.) – как убийство, то есть умышленное причинение смерти двум лицам, сопряжённое с разбоем.

Решая в соответствии ч.4 ст.78 УК РФ вопрос о применении сроков давности к ФИО2 за совершение преступления, предусмотренного пп. «а», «з» ч.2 ст.105 УК РФ, наказуемого смертной казнью или пожизненным лишением свободы, со времени совершения которого прошло более 15 лет, суд принимает во внимание обстоятельства совершения этого преступления, характер и степень его общественной опасности, его последствия и особую тяжесть, данные о личности виновного, принцип справедливости и не находит оснований для применения к ФИО2 сроков давности привлечения к уголовной ответственности и освобождения от наказания.

Обсуждая вопрос о виде и мере наказания, суд в соответствии со ст.6 и 60 УК РФ, руководствуется принципом справедливости и учитывает характер и степень общественной опасности совершённого подсудимым преступления, конкретные обстоятельства дела, личность виновного, обстоятельства, смягчающие наказание, отсутствие отягчающих обстоятельств и влияние наказания на его исправление и на условия жизни его семьи.

Смягчающим наказание ФИО2 обстоятельством в соответствии с ч.2 ст.61 УК РФ суд признаёт наличие у него тяжёлых заболеваний.

Суд учитывает, что подсудимый характеризуется положительно по месту отбывания наказаний по предыдущим приговорам, не судим на момент совершения преступления.

Отягчающих наказание ФИО2 обстоятельств, предусмотренных ст.63 УК РФ, судом не установлено.

С учётом личности подсудимого, обстоятельств, характера, высокой степени общественной опасности совершённого им особо тяжкого преступления, влияния наказания на его исправление, целей наказания – восстановление социальной справедливости и предупреждение совершения новых преступлений, суд приходит к выводу, что возможность исправления ФИО2 без реального отбывания им наказания отсутствует, ему надлежит назначить наказание за совершённое преступление в виде лишения свободы с длительной изоляцией от общества.

Согласно п.5 Постановления Государственной Думой Федерального Собрания РФ 24 апреля 2015 г. № 6576-6 ГД «Об объявлении амнистии в связи с 70-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945», осуждённые, неотбытая часть наказания которых на день окончания исполнения указанного Постановления составляла менее одного года, подлежали освобождению от наказания. Каких-либо ограничений для применения к ФИО2 этого Постановления не имелось.

Преступление, за которое он осуждается по настоящему приговору, совершено в марте 2002 г., то есть до осуждения по приговору от 18 декабря 2014 г. (т. 3, л.д. 195-199), не препятствовало применению в отношении него указанного акта об амнистии, поскольку на день вступления его в силу совершение ФИО2 этого преступления не было подтверждено вступившим в законную силу итоговым судебным решением.

При таких обстоятельствах ч.5 ст.69 УК РФ при назначении ФИО2 наказания путём частичного сложения с наказанием по приговору Свердловского районного суда г. Перми от 18 декабря 2014 г. не применяется.

Наказание ФИО2 следует назначить по правилам ч.5 ст.69 УК РФ путём частичного сложения наказаний, поскольку до вынесения настоящего приговора он совершил преступления, за которые осуждён по другим приговорам. В срок наказания ФИО2 следует зачесть отбытые наказания по приговорам Дзержинского районного суда г. Перми от 2февраля 2006 г. (т.3, л.д. 176-179, 215) и Артемовского городского суда Свердловской области от 10 мая 2016 г. (т. 3, л.д. 208-210) до избрания в отношении него меры пресечения в виде заключения под стражу по настоящему уголовному делу 17 декабря 2019г. (т.4, л.д. 31), из расчёта один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима в соответствии с п. «а» ч.31 ст.72 УК РФ.

Отбывать наказание подсудимому в соответствии с п. «в» ч.1 ст.58 УК РФ надлежит в исправительной колонии строгого режима.

Обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, суд не усматривает и не находит оснований для применения правил ст.64 УК РФ.

В связи с этим, поскольку санкцией ч.2 ст.105 УК РФ (в редакции от 13 июня 1996 г.) предусмотрено минимальное наказание в виде 8 лет лишения свободы, условия ч.6 ст.15 УК РФ о назначении наказания, не превышающего 7 лет лишения свободы, для изменения категории преступления на менее тяжкую отсутствуют.

По изложенным основаниям, учитывая обстоятельства дела, установленные судом данные о личности ФИО2, и исходя из положений ч.2 ст.97 УПК РФ о необходимости обеспечения исполнения приговора, суд не находит оснований для отмены или изменения избранной в отношении подсудимого меры пресечения, считает необходимым оставить её до вступления приговора в законную силу без изменения – в виде заключения под стражу, время которой в порядке ч.3 ст.72 УК РФ подлежит зачёту в срок отбывания наказания.

Срок отбывания наказания ФИО2, в который необходимо зачесть время содержания его под стражей в качестве меры пресечения по настоящему уголовному делу с 17 декабря 2019 г., следует исчислять с момента вступления приговора в законную силу.

По вступлению приговора в законную силу вещественными доказательствами распорядится следующим образом: рентгеновские снимки О.А.ПБ., образцы буккального эпителия О.А.ПБ., ФИО3, О.Р.П., О.П.Г. в соответствии с п.3 ч.3 ст.81 УПК РФ уничтожить, а в случае ходатайства заинтересованных лиц или учреждений передать им; дактилоскопические карты, изъятые в ФКУ СИЗО-1 и в ФКУ ИК-26 УФСИН России по Волгоградской области, в соответствии с п.6 ч.3 ст.81 УПК РФ вернуть по принадлежности, образцы следов рук, изъятых у О.А.ПБ. 19 декабря 2019 г., в соответствии с п.5 ч.3 ст.81 УПК РФ хранить в материалах уголовного дела.

На основании изложенного и руководствуясь ст.307, 308, 309, 351 УПКРФ, суд

приговорил:

ФИО2 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного пп. «а», «з» ч.2 ст.105 УК РФ (в редакции от 13 июня 1996 г.), и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 19 лет.

В соответствии с ч.5 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путём частичного сложения назначенных наказаний по настоящему приговору и по приговорам Дзержинского районного суда г. Перми от 2февраля 2006 г. и Артемовского городского суда Свердловской области от 10 мая 2016г. назначить ФИО2 окончательное наказание в виде лишения свободы сроком на 20 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В срок отбытия О.А.ПБ. окончательного наказания в соответствии с ч.5 ст.69 УК РФ зачесть сроки отбытых наказаний по приговорам Дзержинского районного суда г.Перми от 2февраля 2006 г. с 30 сентября 2005 г. по 27сентября 2013 г. и Артемовского городского суда Свердловской области от 10мая 2016 г. – с 12 ноября 2015 г. по 17 декабря 2019г.

Меру пресечения ФИО2 до вступления приговора в законную силу оставить прежней – заключение под стражу.

Срок отбывания наказания ФИО2 исчислять с момента вступления приговора в законную силу.

В срок отбытия О.А.ПБ. окончательного наказания в соответствии с п.«а» ч.31 ст.72 УК РФ зачесть время содержания его под стражей с 17 декабря 2019г. до дня вступления приговора в законную силу из расчёта один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

По вступлению приговора в законную силу приобщённые к материалам дела в качестве вещественных доказательств:

- 3 рентгеновских снимка ФИО2, образцы буккального эпителия О.А.ПБ., О.Ч.П., О.Р.П. и О.П.Г. уничтожить, а в случае ходатайства заинтересованных лиц или учреждений – передать им;

- дактилоскопическую карту, изъятую 3 сентября 2019 г., вернуть в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Волгоградской области;

- дактилоскопическую карту, изъятую 30 января 2020 г., вернуть в ФКУ ИК-26 УФСИН России по Волгоградской области;

- образцы следов рук ФИО2 хранить при уголовном деле.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Третий апелляционный суд общей юрисдикции через Волгоградский областной суд в течение 10 суток со дня провозглашения, а осуждённым, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения копии приговора, через Волгоградский областной суд.

В случае апелляционного обжалования приговора осуждённый вправе ходатайствовать о своём участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о чём необходимо указать в апелляционной жалобе, поданной в указанный выше срок.

Судья подпись ФИО1

К О П И Я В Е Р Н А

подпись судьи _________ФИО1

секретарь судебного заседания

Гончаренко Е.Л. _________

18 августа 2020 г.

Волгоградский областной суд

ПРИГОВОР НЕ ВСТУПИЛ

В ЗАКОННУЮ СИЛУ

18 августа 2020 г.

Судья _______________ФИО1

Секретарь с/з ______Гончаренко Е.Л.