Председательствующий: Бойко И.А. 44у-295/2017

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

суда кассационной инстанции

г.Красноярск 26 декабря 2017 года

Президиум Красноярского краевого суда в составе:

председательствующий Фуга Н.В., 

члены президиума Афанасьев А.Б., Бугаенко Н.В., Заройц И.Ф., Малашенков Е.В., Прилуцкая Л.А., Ракшов О.Г., 

при секретаре Санниковой Т.М.,

рассмотрел материалы уголовного дела по кассационной жалобе осужденного ФИО1 о пересмотре приговора Ленинского районного суда г.Красноярска от 01 июня 2017 года и апелляционного постановления Красноярского краевого суда от 05 октября 2017 года в отношении 

ФИО1, 

<

данные изъяты>, судимого:

- 20 октября 2011 года по ч.1 ст.162 УК РФ к 2 годам 6 месяцам лишения свободы,

- 06 апреля 2012 года по ч.1 ст.307, ч.5 ст.69 УК РФ, по совокупности преступлений с приговором от 20 октября 2011 года, к 2 годам 7 месяцам лишения свободы, освобожденного 21 февраля 2014 года по отбытии наказания,

- 19 ноября 2014 года по ч.2 ст.228 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы,

осужденного к лишению свободы: по ч.2 ст.306 УК РФ к 1 году 6 месяцам; на основании ст.70 УК РФ, по совокупности приговоров, путем частичного присоединения к назначенному наказанию неотбытой части наказания по приговору от 19 ноября 2014 года, к 4 годам, с отбыванием в исправительной колонии строгого режима. 

Апелляционным постановлением Красноярского краевого суда от 05 октября 2017 года приговор от 01 июня 2017 года оставлен без изменения.

Заслушав доклад судьи краевого суда Малашенкова Е.В., мнения осужденного ФИО1 посредством видеоконференцсвязи и адвоката Степановой И.В., поддержавших доводы кассационной жалобы осужденного по изложенным в ней основаниям, а также выступление заместителя прокурора Красноярского края Нарковского О.Д., полагавшего судебные решения в отношении ФИО1 подлежащими отмене, президиум 

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 осужден за заведомо ложный донос о совершении преступления, соединенный с обвинением лица в совершении тяжкого преступления.

По результатам судебного разбирательства суд счел установленным, что преступление осужденным совершено при следующих изложенных в приговоре обстоятельствах.

19 ноября 2014 года около 10 часов 55 минут во время конвоирования в здание Ленинского районного суда г.Красноярска по адресу 

<

адрес> между подсудимым ФИО1 и конвоиром – сотрудником ОБ ОКПО МУ МВД России "Красноярское" ФИО12 произошел словесный конфликт. В дальнейшем, во время перевода ФИО12 ФИО1 из специального автомобиля в здание суда, в результате личной неосторожности последний поскользнулся и упал на лестничной клетке.

20 ноября 2014 года ФИО1, заведомо зная о том, что ФИО12 не причинял ему телесные повреждения, обратился в следственный отдел по Ленинскому району г.Красноярска ГСУ СК России по Красноярскому краю с заявлением о том, что 19 ноября 2014 года при конвоировании в здание суда сотрудник ОБ ОКПО МУ МВД России "Красноярское", превышая свои должностные полномочия, причинил ему телесные повреждения.

12 января 2015 года по данному факту было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного п."а" ч.3 ст.286 УК РФ, в отношении неустановленного лица.

Продолжая реализовывать свои преступные намерения, 13 ноября 2015 года ФИО1, будучи предупрежденным об уголовной ответственности за заведомо ложный донос по ст.306 УК РФ, обратился с заявлением к заместителю руководителя следственного отдела по Ленинскому району г.Красноярска ГСУ СК России по Красноярскому краю, в котором указал конкретное лицо, совершившее в отношении него преступление, предусмотренное п."а" ч.3 ст.286 УК РФ – конвоира ФИО12, и настоял на привлечении его к уголовной ответственности.

В дальнейшем уголовное дело в отношении ФИО12 было направлено в суд, при его рассмотрении 08 апреля 2016 года ФИО1 изменил показания и сделал заявление о том, что оговорил ФИО12 в совершении против него преступления. 27 мая 2016 года Ленинским районным судом г.Красноярска в отношении ФИО12 постановлен оправдательный приговор по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п."а" ч.3 ст.286 УК РФ.

В кассационной жалобе ФИО1 просит приговор от 01 июня 2017 года и апелляционное постановление от 05 октября 2017 года отменить и уголовное дело в отношении него прекратить в связи с истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности. 

Свои требования осужденный мотивирует тем, что преступление небольшой тяжести, предусмотренное ч.2 ст.306 УК РФ, им совершено 20 ноября 2014 года и является оконченным в момент, когда он впервые подал в следственные органы заявление о привлечении сотрудника конвоя к уголовной ответственности за причиненные ему телесные повреждения. Вывод же суда об окончании данного преступления 13 ноября 2015 года не основаны на законе, так как указанное деяние не является длящимся.

Кроме того, автор жалобы полагает, что уголовное дело судом апелляционной инстанции рассмотрено в составе судьи единолично в нарушение требований уголовно-процессуального закона.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы кассационной жалобы, президиум Красноярского краевого суда находит приговор от 01 июня 2017 года и апелляционное постановление от 05 октября 2017 года подлежащими отмене по следующим основаниям.

В силу п.2 ч.3 ст.30 УПК РФ, рассмотрение уголовных дел в апелляционном порядке в вышестоящих судах осуществляется судом в составе трех судей федерального суда общей юрисдикции, за исключением уголовных дел о преступлениях небольшой и средней тяжести, а также уголовных дел с апелляционными жалобой, представлением на промежуточные решения районного суда, гарнизонного военного суда, которые рассматриваются судьей верховного суда республики, краевого или областного суда, суда города федерального значения, суда автономной области, суда автономного округа, окружного (флотского) военного суда единолично.

Приговором от 01 июня 2017 года ФИО1 осужден за совершение преступления, предусмотренного ч.2 ст.306 УК РФ, которое в соответствии с ч.2 ст.15 УК РФ отнесено к категории преступных деяний небольшой тяжести.

В связи с этим, настоящее уголовное дело в апелляционном порядке обоснованно рассмотрено Красноярским краевым судом в составе судьи единолично.

Между тем, согласно ч.1 ст.401.15 УПК РФ, основаниями отмены или изменения приговора, определения или постановления суда при рассмотрении дела судом кассационной инстанции являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

При этом проверка показала, что при постановлении оспариваемого ФИО1 приговора судом допущены не устраненные в апелляционном порядке нарушения уголовного и уголовно-процессуального закона, которые являются основанием для пересмотра судебных решений в кассационном порядке.

В силу ст.297 УПК РФ, приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым и признается таковым, если он постановлен в соответствии с требованиями настоящего Кодекса и основан на правильном применении уголовного закона.

Однако приговор суда от 01 июня 2017 года и апелляционное постановление от 05 октября 2017 года данным требованиям закона не соответствуют.

Согласно санкции ч.2 ст.306 УК РФ, за совершение заведомо ложного доноса, соединенного с обвинением лица в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления, уголовным законом предусмотрено наказание в виде штрафа в размере от ста тысяч до трехсот тысяч рублей или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от одного года до двух лет, либо принудительных работ на срок до трех лет, либо лишения свободы на тот же срок.

Как указано выше, ч.2 ст.15 УК РФ данное деяние отнесено к числу преступлений небольшой тяжести.

В соответствии с п."а" ч.1 ст.78 УК РФ, лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления небольшой тяжести истекли два года.

Согласно п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ, истечение сроков давности уголовного преследования является основанием для прекращения уголовного дела. 

В соответствии с ч.1 ст.239 и п.1 ст.254 УПК РФ, в случаях, предусмотренных пунктами 3-6 части 1, частью 2 статьи 24 и пунктами 3-6 части 1 статьи 27 УПК РФ, судья в стадии подготовки уголовного дела к судебному заседанию или суд в судебном заседании выносят постановление о прекращении уголовного дела.

Как следует из материалов дела, в ходе судебного разбирательства по нему подсудимый ФИО1 неоднократно заявлял ходатайства о прекращении уголовного дела в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Данные ходатайства подсудимого приобщены к материалам дела, разрешены судом при постановлении приговора от 01 июня 2017 года и в их удовлетворении отказано со ссылкой на то, что инкриминируемое осужденному преступление окончено 13 ноября 2015 года, когда ФИО1, будучи предупрежденным об уголовной ответственности по ст.306 УК РФ, сообщил заведомо ложные сведения о совершении преступления, соединенные с обвинением ФИО12 в тяжком преступлении. В связи с этим, срок давности привлечения осужденного к уголовной ответственности на момент постановления приговора не истек.

Однако данное решение суда о моменте окончания ФИО1 инкриминированного ему преступления и истечения срока давности уголовного преследования противоречат положениям уголовного закона.

Согласно ч.2 ст.306 УК РФ, преступлением признается заведомо ложный донос о совершении преступления, соединенный с обвинением лица в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления.

Заведомо ложным доносом является сообщение заявителем в правоохранительные органы изначально недостоверной информации о якобы совершенном преступлении и (или) преступном поведении определенного лица.

По смыслу уголовного закона, для вменения лицу квалифицирующего признака совершения доноса, соединенного с обвинением лица в тяжком или особо тяжком преступлении, необходимо, чтобы в доносе содержалось указание на конкретное лицо, якобы совершившее это преступное деяние.

Кроме того, преступление, предусмотренное ст.306 УК РФ, признается оконченным в момент доведения заявителем до сведения уполномоченного органа или лица заведомо ложных сведений о преступном деянии, то есть с момента принятия таким уполномоченным органом или лицом устного или письменного заявления о преступлении.

Соответственно, дальнейшее дооформление заявителем поданного им заявления, приведение этого заявления в соответствие с установленными требованиями к его процессуальной форме, принимаемые правоохранительным органом меры по проверке сообщенной заявителем информации и принятые по результатам этого процессуальные решения находятся за пределами состава преступления, предусмотренного ст.306 УК РФ, и не учитываются при определении момента его окончания и квалификации действий виновного.

Из материалов дела следует, что 20 ноября 2014 года ФИО1 обратился в следственный орган с заявлением, в котором просил решить вопрос о возбуждении уголовного дела в отношении сотрудника конвоя, который 19 ноября 2014 года при конвоировании в здание Ленинского районного суда г.Красноярска в присутствии начальника конвоя и свидетелей причинил ему телесные повреждения и отказался назвать свою фамилию.

Содержание данного заявления соответствовало требованиям ст.141 УПК РФ, а изложенные в нем заявителем фактические обстоятельства предполагали возможность осуществления уголовного преследования за указанное ФИО1 преступление в отношении сотрудника ОБ ОКПО МУ МВД России "Красноярское" ФИО12, как лица, фактически осуществлявшего конвоирование осужденного.

Именно заявление от 20 ноября 2014 года и изложенные в нем обстоятельства расценены следователем как надлежащие повод и основание для возбуждения по обращению ФИО1 уголовного дела по указанному последним факту и признакам тяжкого преступления, предусмотренного п."а" ч.3 ст.286 УК РФ, а равно, для последующего необоснованного предъявления ФИО12 обвинения по указанной статье уголовного закона.

Данные обстоятельства дела признаны следователем при возбуждении 28 октября 2016 года уголовного дела в отношении ФИО1 по ч.2 ст.306 УК РФ, а также нашли отражение в предъявленном осужденному обвинении при описании совершенного им преступного деяния.

В заявлении, поданном в следственный орган 13 ноября 2015 года, ФИО1 указал те же фактические обстоятельства якобы совершенного в отношении него преступления, что и в ранее поданном заявлении. При этом заявление от 13 ноября 2015 года отличается от заявления от 20 ноября 2014 года только тем, что в нем заявитель предупрежден об уголовной ответственности за заведомо ложный донос по ст.306 УК РФ, после чего сообщил следователю фамилию лица, причинившего ему телесные повреждения – ФИО12

Между тем, по смыслу уголовного закона, ответственность за заведомо ложный донос наступает по факту сообщения лицом изначально недостоверных сведений о совершенном преступлении, независимо от того, был ли заявитель предупрежден об уголовной ответственности по ст.306 УК РФ.

Кроме того, из содержания заявления от 20 ноября 2014 года следует, что в нем ФИО1 указал конкретное лицо, якобы совершившее в отношении него тяжкое преступление, сообщив о нем сведения, достаточные для индивидуализации этого лица и его привлечения к уголовной ответственности, несмотря на то, что в данном заявлении не содержалось фамилии ФИО12

При таких обстоятельствах следует признать, что ФИО1 совершил заведомо ложный донос о совершении преступления, соединенный с обвинением лица в тяжком преступлении, 20 ноября 2014 года и именно эта дата является моментом окончания инкриминированного осужденному преступного деяния.

Дооформление 13 ноября 2015 года ФИО1 ранее поданного им заявления, его приведение в соответствие с требованиями уголовно-процессуального закона и уточнение относительно фамилии лица, якобы совершившего преступление в отношении заявителя, без изменения фактических обстоятельств преступного деяния, о котором осужденный заведомо ложно донес, не свидетельствует о том, что совершенное ФИО1 преступление, предусмотренное ч.2 ст.306 УК РФ, является длящимся и оно окончено 13 ноября 2015 года, а значит, не влияет на исчисление сроков давности уголовного преследования осужденного.

При таких обстоятельствах исчисленный с 20 ноября 2014 года и предусмотренный п."а" ч.1 ст.78 УК РФ двухлетний срок давности привлечения ФИО1 к уголовной ответственности истек 20 ноября 2016 года.

Данное обстоятельство, при наличии согласия подсудимого на прекращение уголовного дела по соответствующему основанию, препятствовало постановлению в отношении него обвинительного приговора и являлось основанием для прекращения уголовного дела в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

Допущенные судом нарушения уголовного и уголовно-процессуального закона являются существенными, повлиявшими на исход дела, с учетом чего и в силу ч.1 ст.401.15 УПК РФ они являются основанием для отмены приговора Ленинского районного суда г.Красноярска от 01 июня 2017 года и апелляционного постановления Красноярского краевого суда от 05 октября 2017 года с прекращением уголовного дела в отношении ФИО1 в соответствии с п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ.

Вместе с тем, в связи с принятием данного решения ФИО1 освобождению из-под стражи не подлежит, так как ему надлежит отбывать наказание в виде 3 лет 6 месяцев лишения свободы, назначенное по приговору Ленинского районного суда г.Красноярска от 19 ноября 2014 года и исчисляемое с 22 августа 2014 года.

В силу п.4 ч.2 ст.133 УПК РФ, право на реабилитацию, в том числе право на возмещение вреда, связанного с уголовным преследованием, в числе прочего, имеет осужденный – в случаях полной или частичной отмены вступившего в законную силу обвинительного приговора суда и прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 части 1 статьи 27 УПК РФ.

Согласно п.2 ч.1 ст.27 УПК РФ, уголовное преследование в отношении подозреваемого или обвиняемого прекращается вследствие прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным пунктами 1-6 части 1 статьи 24 УПК РФ.

В соответствии с ч.4 ст.133 УПК РФ, правила настоящей статьи о возникновении права на реабилитацию не распространяются на случаи, когда постановленный обвинительный приговор отменен или изменен ввиду издания акта об амнистии, истечения сроков давности, недостижения возраста, с которого наступает уголовная ответственность, или в отношении несовершеннолетнего, который хотя и достиг возраста, с которого наступает уголовная ответственность, но вследствие отставания в психическом развитии, не связанного с психическим расстройством, не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими в момент совершения деяния, предусмотренного уголовным законом, или принятия закона, устраняющего преступность или наказуемость деяния, за исключением случаев вынесения судом постановления, предусмотренного п.1 ч.3 ст.125.1 УПК РФ.

Вместе с тем, по смыслу закона, если уголовное дело было возбуждено, несмотря на наличие указанных выше обстоятельств, либо вред причинен вследствие продолжения уголовного преследования после возникновения или установления таких обстоятельств, за исключением случаев продолжения уголовного преследования в связи с возражением лица против его прекращения по данным основаниям, лицо имеет право на возмещение вреда в порядке главы 18 УПК РФ.

Как следует из материалов уголовного дела, срок давности привлечения к уголовной ответственности по нему истек 20 ноября 2016 года. Несмотря на это, уголовное преследование в отношении ФИО1 было продолжено, 13 февраля 2017 года дело направлено в суд для рассмотрения, а 01 июня 2017 года в отношении подсудимого, вопреки его заявлениям о прекращении уголовного дела за истечением сроков давности, постановлен обвинительный приговор, вступивший в законную силу 05 октября 2017 года.

При таких обстоятельствах президиум полагает необходимым при отмене приговора от 01 июня 2017 года и апелляционного постановления от 05 октября 2017 года признать за ФИО1 право на реабилитацию.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 401.13, 401.14 УПК РФ, президиум Красноярского краевого суда

П О С Т А Н О В И Л :

Кассационную жалобу осужденного ФИО1 удовлетворить.

Приговор Ленинского районного суда г.Красноярска от 01 июня 2017 года и апелляционное постановление Красноярского краевого суда от 05 октября 2017 года в отношении ФИО1 отменить.

Уголовное дело по обвинению ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч.2 ст.306 УК РФ, прекратить на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с истечением срока давности уголовного преследования.

Из-под стражи ФИО1 не освобождать в связи с отбыванием им наказания в виде 3 лет 6 месяцев лишения свободы, назначенного по приговору Ленинского районного суда г.Красноярска от 19 ноября 2014 года.

Признать за ФИО1 право на реабилитацию, предусмотренное ст.ст. 133, 134 УПК РФ.

Председательствующий Н.В. Фуга