Дело № 2-4232/2018

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Pоссийской Федеpации

26 ноября 2018 года 

Бийский городской суд Алтайского кpая в составе: 

председательствующего Иванниковой О.И., 

пpи секpетаpе Каковиной А.Н., 

с участием истца ФИО1, представителя ответчика ФИО2, 

pассмотpев в откpытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству внутренних дел Российской Федерации в лице ГУ МВД России по Алтайскому краю, Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Алтайскому краю, МУ МВД России «Бийское» о компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания под стражей,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству внутренних дел Российской Федерации в лице ГУ МВД России по Алтайскому краю, Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Алтайскому краю, МУ МВД России «Бийское» в котором просит взыскать компенсацию морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания под стражей, в сумме 60000 рублей.

В обоснование заявленных требований указывает, что в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он содержался под стражей в изоляторе временного содержания (далее по тексту – ИВС) МУ МВД России «Бийское», впоследствии до конца 2014 года он неоднократно этапировался в ИВС для участия в следственных действиях. Условия содержания в ИВС унижали его достоинство, в связи с чем он претерпевал нравственные страдания. 

Так, в период пребывания в ИВС ему не выдавались постельные принадлежности, предметы личной гигиены, матрасы на день забирали, в связи с чем спать приходилось на досках, от чего болела спина. 

В период его содержания нарушались нормы санитарной площади на одного человека. 

При содержании истца под стражей были нарушены условия приватности, поскольку санузел не был отгорожен от основного пространства камеры, в связи с чем в ней стоял неприятный запах. В таких условиях ФИО1 приходилось принимать пищу, что ущемляло его чувство собственного достоинства. 

В камере не работала вентиляция, постоянно было душно и сыро. 

Освещение помещения было недостаточным, свет от лампочки был тусклым, из-за этого болели и слезились глаза. 

Уборочный инвентарь не выдавался, в связи с этим в камере было грязно и пыльно. 

Мероприятия по дезинфекции и кварцеванию не проводились.

Еда была холодная и несоленая, из-за этого есть было невозможно. 

В связи с изложенным ФИО1 полагает, что сотрудниками ИВС МУ МВД России «Бийское» в период его содержания были нарушены требования по содержанию под стражей, связанные с применением недозволительных мер содержания, унижающих честь и достоинство истца, что является основанием для взыскания компенсации морального вреда в заявленной сумме. 

В судебном заседании, проведенном с использованием системы видеоконференц-связи, истец ФИО1 поддержал исковые требования в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Дополнительно пояснил, что содержался в ИВС в камере №, какова площадь помещения, он не знает, однако при содержании 4 человек в ней было тесно. В период содержания экран, огораживающий помещение сан. узла от остального помещения камеры, установлен не был. В связи с недостаточным освещением у ФИО3 стали болеть глаза, у него упало зрение до -1. В связи с тем, что пища была несоленая, он просил предоставить соль, однако просьбы ФИО1 не выполнялись. С жалобами на ненадлежащие условия содержания он не обращался, поскольку смысла в этом не видел. Возражал против удовлетворения ходатайства ответчиков о применении к спорным правоотношениям последствий пропуска срока исковой давности, полагая, что таковой не пропущен. 

Представитель Министерства финансов Российской Федерации и Управления Федерального казначейства по Алтайскому краю по доверенности ФИО2 требования истца не признала, ссылаясь на основания, изложенные в отзыве на иск (л.д. 42-46).

В обоснование возражений по спору просила учесть, что истцом не доказаны виновные действия со стороны сотрудников МУ МВД России «Бийское», а именно, то, что имели место нарушения при размещении содержащихся под стражей лиц. Истец содержался в ИВС МУ МВД России «Бийское» в 2014 году, а в суд за защитой нарушенных прав обратился только в 2018 году. Данное обстоятельство свидетельствует о незначительности возможных морально-нравственных страданий. Министерство финансов Российской Федерации, Управление Федерального казначейства по Алтайскому краю являются надлежащими ответчиком по делу, поскольку действующим законодательством эта обязанность возложена на другой орган.

Представители Министерства внутренних дел Российской Федерации и ГУ МВД России по Алтайскому краю в судебное заседание не явились, о времени и месте его проведения были извещены надлежащим образом, в представленных возражениях по сути спора (л.д. №) содержится ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие их представителя, что суд находит возможным. 

По сути спора представитель Министерства внутренних дел Российской Федерации и ГУ МВД России по Алтайскому краю по доверенности ФИО4 просит учесть, что в нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ) истец доказательств нарушения его прав в период содержания под стражей не представил. Отбывание уголовного наказания не может не сопровождаться определенными ограничениями, и их наличие не является безусловным основанием ко взысканию компенсации морального вреда. ФИО1 не указывает, какие конкретно нравственные страдания он претерпел, находясь в ИВС, в чем они выражались, не указывает на наличие причинно-следственной связи между нравственными страданиями и полученным истцом моральным вредом. Истец фактически оспаривает действия должностных лиц ИВС по ненадлежащему его содержанию в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по истечении трехмесячного срока с того момента, когда ему стало известно о нарушении права. Пропуск срока для обращения в суд с настоящим иском является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении требований истца. 

Ответчик МУ МВД России «Бийское» о времени и месте судебного разбирательства извещено надлежащим образом, представитель в судебное заседание не явился, обратился с заявлением о рассмотрении дела в его отсутствие, что суд находит возможным. 

В ходе предварительного судебного заседания представитель ответчика по доверенности ФИО5 не признала исковые требования ФИО1 по основаниям, приведенным в возражениях на иск (л.д. 14-18).

В частности, просила учесть, что истцом не оспорены действия должностных лиц-сотрудников ИВС, сроки для обращения с требованиями о признании их действий незаконными истекли. ФИО1 содержался в ИВС с 18.00 часов ДД.ММ.ГГГГ до 10.45 часов ДД.ММ.ГГГГ. До ДД.ММ.ГГГГ года в ИВС МУ МВД России «Бийское» имелось 15 камер для содержания лиц, заключенных под стражу. Предоставить сведения о камере, в которой содержался ФИО1, не представляется возможным, поскольку ведение журнала учета покамерного содержания спецконтингента в ИВС нормативными актами не предусмотрено. Однако согласно акту обследования технической укрепленности ИВС за 2009 год здание ИВС имеет 15 камер, лимит наполняемости - 42 места, общая площадь камер 171,1 кв.м., а потому норма санитарной площади составляет 4,07 кв.м. на одного человека. Довод истца об отсутствии зоны приватности опровергается постановлением судебного пристава-исполнителя от ДД.ММ.ГГГГ об окончании исполнительного производства, согласно которому все камеры ИВС были оборудованы с соблюдением условий приватности. Из акта по результатам мероприятий по контролю от ДД.ММ.ГГГГ Центра Госсанэпиднадзора ФКУЗ «МСЧ МВД России по Алтайскому краю» (далее по тексту - акт по результатам мероприятий по контролю от ДД.ММ.ГГГГ) следует, что на дату проведения проверки санитарное состояние ИВС удовлетворительное. Влажная уборка проводится ежедневно с применением дезинфицирующих средств. Постельными принадлежностями обеспечены в полном объеме. Приточно-вытяжная вентиляция в рабочем состоянии, включается по мере необходимости.

Изучив материалы гражданского дела, материалы уголовного дела №, выслушав участников процесса, суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении требований истца в связи с нижеследующим.

В соответствии со ст. 3 Конвенции от 04 ноября 1950 года «О защите прав человека и основных свобод» и ч. 2 ст. 21 Конституции Российской Федерации достоинство личности охраняется государством; никто не должен подвергаться пыткам, насилию, бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Ст.53 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

От имени казны в этом случае выступают соответствующие финансовые органы (ст. 1071 ГК РФ).

В ст. 151 ГК РФ установлено, что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии со ст.ст. 12,56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ) гражданское судопроизводство осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон; каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. 

В связи с этим обязанность доказать факт причинения вреда личным неимущественным правам и другим нематериальным благам, а также незаконность действий (бездействия) органа государственной власти либо его должностного лица в рассматриваемом случае возлагается на истца. Кроме того, истец должен доказать наличие причинно-следственной связи между незаконными действиями (бездействием) и возникновением у него морального вреда.

Содержание лица под стражей законодательно урегулировано, осуществляется на основании нормативно-правовых актов, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

При таких обстоятельствах само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у него право на компенсацию морального вреда.

Юридически значимым и подлежащим доказыванию обстоятельством по делу о такой компенсации является факт причинения истцу физических и нравственных страданий.

В случаях причинения лицу вреда в результате действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, а также их должностных лиц гражданин имеет право на подачу иска о возмещении вреда за счет казны Российской Федерации по правилам ст.ст. 16,1064 и 1069 ГК РФ.

Ст.1069 ГК РФ установлено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно ст. 1071 ГК РФ в случаях, когда причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, субъекта Российской Федерации или муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с п. 3 ст. 125 ГК РФ эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

Из разъяснений, приведенных в п.15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ», следует, что в соответствии со ст. 16 ГК РФ публично-правовое образование (Российская Федерация, субъект Российской Федерации или муниципальное образование) является ответчиком в случае предъявления гражданином или юридическим лицом требования о возмещении убытков, причиненных в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов. Такое требование подлежит рассмотрению в порядке искового производства.

Предъявление гражданином или юридическим лицом иска непосредственно к государственному органу или к органу местного самоуправления, допустившему нарушение, или только к финансовому органу само по себе не может служить основанием к отказу в удовлетворении такого иска. В этом случае суд привлекает в качестве ответчика по делу соответствующее публично-правовое образование и одновременно определяет, какие органы будут представлять его интересы в суде.

Как следует из вышеуказанных норм материального права и разъяснений Верховного Суда РФ по их применению, в данном случае обязанность по определению надлежащего ответчика лежит на суде.

П. 12.1 п. 1 ст.158 Бюджетного кодекса Российской Федерации предусматривает, что главный распорядитель средств федерального бюджета отвечает соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств.

В данном случае главным распорядителем средств федерального бюджета является Министерство внутренних дел Российской Федерации, которое и является надлежащим ответчиком по настоящему спору.

В период содержания истца в ИВС МУ МВД России «Бийское» в 2014 году порядок и условия содержания под стражей лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступления, регулировались нормами Федерального закона от 15 июля 1995 года № 103 «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», а также Правилами внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденными Приказом МВД России от 22 ноября 2005 года № 950 (далее по тексту – Правила внутреннего распорядка ИВС).

В соответствии со ст. 4 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (далее – подозреваемые и обвиняемые).

Согласно ст. 7 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» местами содержания под стражей подозреваемых и обвиняемых являются: следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции, следственные изоляторы органов федеральной службы безопасности; изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел; изоляторы временного содержания подозреваемых и обвиняемых пограничных войск федеральной службы безопасности.

В соответствии со ст. 15 указанного Федерального закона в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых, обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а так же выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность.

Согласно требованиям ст.23 вышеназванного закона подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности. Подозреваемым и обвиняемым предоставляется индивидуальное спальное место. Подозреваемым и обвиняемым бесплатно выдаются постельные принадлежности, посуда и столовые приборы, туалетная бумага, а также по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин), средства личной гигиены (для женщин). Все камеры обеспечиваются средствами радиовещания, а по возможности телевизорами, холодильниками и вентиляционным оборудованием. По заявлению подозреваемых и обвиняемых радиовещание в камере может быть приостановлено либо установлен график прослушивания радиопередач. В камеры выдаются литература и издания периодической печати из библиотеки места содержания под стражей либо приобретенные через администрацию места содержания под стражей в торговой сети, а также настольные игры. Норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

Администрация мест содержания под стражей обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых (ст. 24 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений»).

В соответствии с разделом 5 Правил внутреннего распорядка ИВС подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, пожарной безопасности, нормам санитарной площади в камере на одного человека, установленным Федеральным законом. Подозреваемые и обвиняемые обеспечиваются для индивидуального пользования: спальным местом; постельными принадлежностями: матрацем, подушкой, одеялом; постельным бельем: двумя простынями, наволочкой; полотенцем; столовой посудой и столовыми приборами на время приема пищи: миской, кружкой, ложкой. Указанное имущество выдается бесплатно во временное пользование. Бритвенные принадлежности (безопасные бритвы либо станки одноразового пользования, электрические или механические бритвы) выдаются подозреваемым и обвиняемым по их просьбе с разрешения начальника ИВС в установленное время не реже двух раз в неделю. Пользование этими приборами осуществляется этими лицами под контролем сотрудников ИВС. Для общего пользования в камеры в соответствии с установленными нормами и в расчете на количество содержащихся в них лиц выдаются: мыло хозяйственное; бумага для гигиенических целей; настольные игры (шашки, шахматы, домино, нарды); издания периодической печати, приобретаемые администрацией ИВС в пределах имеющихся средств; предметы для уборки камеры; уборочный инвентарь для поддержания чистоты в камере; швейные иглы, ножницы, ножи для резки продуктов питания (могут быть выданы подозреваемым и обвиняемым в кратковременное пользование с учетом их личности и под контролем сотрудников ИВС). Камеры ИВС оборудуются: индивидуальными нарами или кроватями; столом и скамейками по лимиту мест в камере; шкафом для хранения индивидуальных принадлежностей и продуктов; санитарным узлом с соблюдением необходимых требований приватности; краном с водопроводной водой; вешалкой для верхней одежды; полкой для туалетных принадлежностей; бачком для питьевой воды; радиодинамиком для вещания общегосударственной программы; кнопкой для вызова дежурного; урной для мусора; светильниками дневного и ночного освещения закрытого типа; приточной и/или вытяжной вентиляцией; детскими кроватями в камерах, где содержатся женщины с детьми; тазами для гигиенических целей и стирки одежды. 

Не реже одного раза в неделю подозреваемые и обвиняемые проходят санитарную обработку, им предоставляется возможность помывки в душе продолжительностью не менее 15 минут. Смена постельного белья осуществляется еженедельно после помывки в душе. При отсутствии в камере системы подачи горячей водопроводной воды горячая вода (температурой не более +50 °С), а также кипяченая вода для питья выдаются ежедневно с учетом потребности.

Обращаясь в суд с иском о взыскании компенсации морального вреда, ФИО1 указывает, что содержался под стражей в ИВС МУ МВД России «Бийское» в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, впоследствии неоднократно этапировался в ИВС для участия в следственных действиях. 

Действительно, как следует из копии извлечений журнала регистрации камерных карточек (л.д. №), ФИО1 содержался в ИВС МУ МВД России «Бийское» с 18 часов 00 минут ДД.ММ.ГГГГ по 10 часов 45 минут ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно протоколу задержания подозреваемого от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 был задержан в порядке ст.ст. 91 и 92 Уголовного процессуального кодекса Российской Федерации по подозрению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее по тексту – УК РФ) по факту обнаружения трупа ФИО7 с признаками насильственной смерти в виде колото-резаных ранений и направлен для содержания в ИВС МУ МВД России «Бийское».

На основании постановления Бийского городского суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, обвиняемому в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 105 УКМРФ, была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу с содержанием в учреждении ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по 

<

адрес>. 

Впоследствии ФИО1 неоднократно доставлялся в ИВС МУ МВД России «Бийское» для участия в следственных действиях. 

Так, ДД.ММ.ГГГГ в помещении ИВС он был ознакомлен с постановлениями о назначении судебных экспертиз, ДД.ММ.ГГГГ – с заключениями экспертов, ДД.ММ.ГГГГ – с материалами уголовного дела. 

Таким образом, ФИО1 содержался в ИВС МУ МВД России «Бийское» менее 2 суток, а впоследствии трижды доставлялся для участия в следственных действиях по уголовному делу №.

Истец указывает, что в период пребывания в ИВС ему не выдавались постельные принадлежности, предметы личной гигиены, матрасы на день забирали, в связи с чем спать приходилось на досках, от чего болела спина. 

Согласно акту по результатам мероприятий по контролю от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. №) постельными принадлежностями обеспечены все содержащиеся в полном объеме. 

Вопреки доводам истца ФИО1 выдавались постельные принадлежности, указанное обстоятельство подтверждается копиями извлечений из журнала учета выдачи постельных принадлежностей (л.д. 19-20). Доказательств тому, что постельные принадлежности у истца изымались, материалы дела не содержат. 

Согласно ст. 23 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» подозреваемым и обвиняемым по их просьбе в случае отсутствия на их лицевых счетах необходимых средств индивидуальные средства гигиены (как минимум мыло, зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), одноразовая бритва (для мужчин).

Как следует из Правил внутреннего распорядка ИВС бритвенные принадлежности выдаются подозреваемым и обвиняемым по их просьбе с разрешения начальника ИВС в установленное время не реже двух раз в неделю. 

Доказательств тому обстоятельству, что истец обращался к сотрудникам ИВС с просьбой предоставить бритвенные принадлежности, материалы дела не содержат. Кроме того, ФИО1 содержался в ИВС менее 2 суток, а потому доводы о необеспечении его средствами гигиены, в число которых входят бритвенные принадлежности, суд находит не основанными на законе. 

Согласно Правилам внутреннего распорядка ИВС для общего пользования в камеры в соответствии с установленными нормами и в расчете на количество содержащихся в них лиц выдаются: мыло хозяйственное; бумага для гигиенических целей.

То обстоятельство, что указанная обязанность в период содержания ФИО1 в ИВС не исполнялась администрацией ИВС, материалы дела не содержат. При этом, фиксация выдачи ФИО6 мыла и бумаги для гигиенических целей не могла быть произведена, поскольку указанные предметы выдавались для общего пользования в камеры. Доказательств обращения с просьбой обеспечить истца индивидуальными средствами гигиены (зубная щетка, зубная паста (зубной порошок), а также с жалобами на отказ в удовлетворении просьбы материалы дела не содержат.

Истец указывает, что в период его содержания нарушались нормы санитарной площади на одного человека. 

В силу требований ст. 23 Федерального закона «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров.

В судебном заседании истец пояснил, что содержался в ИВС в камере №, какова площадь помещения, он не знает, однако при содержании 4 человек в ней было тесно.

Согласно возражениям ответчика МУ МВД России «Бийское» сообщить сведения о камере, в которой содержался ФИО1 в 2014 году и о фактическом количестве лиц, содержащихся в камере, не представляется возможным, поскольку покамерный учет спецконтингента не предусмотрен. 

Между тем, как следует из акта технической укрепленности ИВС за 2009 год (л.д. №) здание ИВС имеет 15 камер, лимит наполняемости - 42 места, общая площадь камер 171,1 кв.м., таким образом, норма санитарной площади составляет 4,07 кв.м. на одного человека, а потому доводы истца в указанной части суд находит не нашедшими подтверждения в ходе судебного разбирательства. 

ФИО1 указывает, что при содержании его под стражей были нарушены условия приватности, поскольку санузел не был отгорожен от основного пространства камеры, в связи с чем в камере стоял неприятный запах. В таких условиях истцу приходилось принимать пищу, что ущемляло его чувство собственного достоинства. 

Вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ решением Бийского городского суда Алтайского края от ДД.ММ.ГГГГ по делу № по иску прокурора 

<

адрес> к МУ МВД РФ «Бийское» о понуждении к совершению действий установлено, что на момент рассмотрения дела в суде камеры ИВС, расположенного по 

<

адрес>, в 

<

адрес>, не были оборудованы санитарными узлами с соблюдением условий приватности.

В связи с этим на МУ МВД России «Бийское» была возложена обязанность оборудовать все камеры ИВС, расположенного по адресу: 

<

адрес>, санитарными узлами с соблюдением требований приватности.

На основании исполнительного листа, выданного в соответствии с указанным судебным постановлением, ОСП г. Бийска по исполнению актов судов и иных органов в отношении должников – юридических лиц ДД.ММ.ГГГГ было возбуждено исполнительное производство №, которое окончено на основании постановления от ДД.ММ.ГГГГ в связи с фактическим исполнением. В материалах исполнительного производства имеется акт совершения исполнительных действий от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому установлено, что все камеры ИВС оборудованы санитарными узлами с соблюдением условий приватности. О соблюдении правил приватности в период пребывания истца в ИВС в 2014 году свидетельствует акт по результатам мероприятий по контролю от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому во всех камерах ИВС соблюдаются условия приватности. 

При изложенных обстоятельствах доводы истца о нарушении условий его содержания в ИВС в указанной части судом отклоняются, как не нашедшие подтверждения в судебном заседании. 

ФИО1 в обоснование требования о компенсации морального вреда указывает, что в камере не работала вентиляция, постоянно было душно и сыро. 

Между тем, как следует из акта по результатам мероприятий по контролю от ДД.ММ.ГГГГ вентиляция в ИВС приточно-вытяжная в исправном состоянии. Следовательно, доводы истца о нарушении его прав в указанной части суд находит не нашедшими подтверждения в ходе судебного разбирательства.

ФИО1 указывает, что освещение камеры было недостаточным, свет от лампочки был тусклым, из-за этого болели и слезились глаза. В настоящем судебном заседании истец пояснил, что в связи с недостаточным освещением у ФИО3 стали болеть глаза, у него упало зрение до -1.

Согласно акту по результатам мероприятий по контролю от ДД.ММ.ГГГГ искусственное освещение на дату проведения проверки, действительно, было недостаточное. Между тем, впоследствии указанное нарушение было устранено, что подтверждается копией санитарного паспорта, утвержденного ЦГСЭН МЧС ГУ МВД России по Алтайскому краю ДД.ММ.ГГГГ (далее по тексту – санитарный паспорт), согласно которому в ноябре 2013 года была произведена замена электропроводки, электролампочек в камерах на более мощные. 

При указанных обстоятельствах суд находит необоснованными доводы истца, содержавшегося под стражей в ИВС МУ МВД России «Бийское» в сентябре 2014 года, о нарушении его прав в указанной части. Кроме того, истцом не представлено доказательств ухудшения зрения, а также причины ухудшения зрения.

ФИО1 указывает, что уборочный инвентарь не выдавался, в связи с этим в камере было грязно и пыльно. 

Однако как следует из акта по результатам мероприятий по контролю от ДД.ММ.ГГГГ санитарное состояние ИВС удовлетворительное. Уборка помещений проводится ежедневно с применением мыло-моющих дез. средств. Генеральная уборка проводится ежемесячно согласно утвержденному графику. Уборочный инвентарь в наличии, промаркирован, хранение упорядочено. 

О наличии уборочного инвентаря и его достаточности свидетельствует также информация, содержащаяся в п. 2.4 санитарного паспорта ИВС МУ МВД России «Бийское». 

При изложенных обстоятельствах суд не соглашается с доводами истца о нарушении его прав в период содержания в ИВС в указанной части.

ФИО1 в обоснование требования о взыскании компенсации морального вреда указывает, что мероприятия по дезинфекции и кварцеванию в период содержания его в ИВС МУ МВД России «Бийское» не проводились.

Вопреки доводам истца при водворении ФИО1 в ИВС ДД.ММ.ГГГГ согласно сведениям, содержащимся в журнале регистрации (дезинфекции) одежды и постельных принадлежностей в дезинфекционной камере ИВС (л.д. №), истцом была пройдена помывка и санитарная обработка в санпропускнике ИВС.

Согласно акту по результатам мероприятий по контролю от ДД.ММ.ГГГГ санитарная обработка доставляемых проводится в санпропускнике, оборудованном двумя душевыми сетками и дез. камерой, поточность соблюдается. 

Как следует из санитарного паспорта, мероприятия по дезинфекционной обработке проводятся.

Правилами внутреннего распорядка ИВС кварцевание камер изолятора не предусмотрено, в связи с чем кварцевание не осуществлялось и не осуществляется, на данное обстоятельство обращено внимание в ответе МУ МВД России «Бийское» от ДД.ММ.ГГГГ.

Следовательно, довод истца о нарушении его прав в указанной части судом отклоняется ввиду необоснованности.

ФИО1 в обоснование заявленного требования указывает, что в период его содержания в ИВС еда была холодная и несоленая, из-за этого принимать пищу было невозможно. 

Согласно акту по результатам мероприятий по контролю от ДД.ММ.ГГГГ в ИВС питание трехразовое горячее, на завтрак булочка и чай с сахаром, из расчета в среднем 110 рублей на человека в сутки по договору со столовой ИП ФИО8. Выделены новые термосы для доставки готовых блюд, промаркированы. Бракеражный журнал в наличии, отметка проводится. Столовой посудой обеспечены согласно нормам положенности. В комнату для подогрева и раздачи пищи приобретен электропоттер.

При таких обстоятельствах доводы истца о нарушении его прав в части организации питания суд отклоняет, поскольку данные доводы являются голословными, 

В соответствии со ст.12,56 ГПК РФ обязанность доказать факт причинения вреда личным неимущественным правам и другим нематериальным благам, а также незаконность действий (бездействия) органа государственной власти либо его должностного лица, причинную связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями возлагается на истца. Ответчики должны доказать отсутствие своей вины.

Между тем, анализируя исследованные доказательства в их совокупности по правилам ст.67 ГПК РФ, суд приходит к выводу о том, что доводы истца о ненадлежащих условиях содержания под стражей опровергаются исследованными в ходе судебного разбирательства доказательствами, в том числе результатами мероприятий по контролю, проведенных в 2013 году.

Доказательств обращения истца с жалобами к администрации ИВС, в прокуратуру и иные надзорные органы на ненадлежащие условия содержания, а также результатов рассмотрения данных жалоб ФИО1 не представлено. В судебном заседании истец пояснил, что с такими жалобами он не обращался, изложенное также подтверждается копиями извлечений из журнала учета предложений, заявлений и жалоб подозреваемых и обвиняемых. 

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении требований истца в полном объеме.

При этом, суд не может согласиться с доводами стороны ответчика о пропуске ФИО1 трехмесячного срока, установленного для оспаривания действий (бездействия) органа государственной власти и должностных лиц (ст. 256 ГПК РФ, ст. 219 Кодекса Российской Федерации об административном судопроизводстве (далее по тексту – КАС РФ)). 

Указанные правовые нормы регламентируют сроки на обращение в суд с заявлением (административным исковым заявлением) об оспаривании решения, действия (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, должностного лица, государственного или муниципального служащего.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО1 просит о взыскании компенсации морального вреда в связи с ненадлежащими условиями содержания под стражей, на данные правоотношения срок, установленный ст. 256 ГПК РФ, ст. 219 КАС РФ не распространяется (ст. 208 ГК РФ).

В соответствии с требованиями ст. 98 ГПК РФ со ФИО1 в доход городского округа муниципального образования г. Бийск подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 300 рублей, в оплате которой истцу предоставлялась отсрочка на основании определения от ДД.ММ.ГГГГ. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Министерству внутренних дел Российской Федерации в лице ГУ МВД России по Алтайскому краю, Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Алтайскому краю, МУ МВД России «Бийское» о компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащими условиями содержания под стражей, отказать в полном объеме.

Взыскать со ФИО1 в доход городского округа муниципального образования г. Бийск государственную пошлину в сумме 300 рублей.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня составления судом решения в окончательной форме в Алтайский краевой суд через Бийский городской суд Алтайского края.

Судья Иванникова О.И.