Санкт-Петербургский городской суд

УИД: 78RS0010-01-2024-000265-56

Рег. №: 33-3206/2026 Судья: Амосова К.П.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда в составе:

председательствующего

Байковой В.А.,

судей

ФИО1, ФИО2,

при помощнике судьи

ФИО3

рассмотрела в открытом судебном заседании 29 января 2026 года апелляционную жалобу ФИО4 на решение Кронштадтского районного суда Санкт-Петербурга от 09 апреля 2025 года по иску ФИО4 к ФИО5 о признании права собственности,

заслушав доклад судьи Байковой В.А., выслушав объяснения представителя истца ФИО6, представителя ответчика ФИО7, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда,

У С Т А Н О В И Л А:

ФИО4 обратилась в суд с исковым заявлением к ФИО5 о признании права собственности на квартиру, общей площадью 31,9 кв.м., расположенной по адресу: 

<

адрес> кадастровый №... в соответствии с договором дарения от 11.06.2023, заключенным между ФИО8 и ФИО4.

В обоснование требований истец указывала, что 11.06.2023 с ФИО8 был заключен договор дарения квартиры, согласно которому ФИО8 передал ей квартиру, общей площадью 31,9 кв.м., расположенную по адресу: 

<

адрес>, кадастровый №.... Вышеуказанное имущество принадлежало умершему ФИО8 на основании договора купли-продажи квартиры от 17.06.2011, ФИО8 умер 

<

дата>, в связи с чем, сделка не была зарегистрирована, но была исполнена сторонами, поскольку дар был передан. Считает, что у неё право на квартиру возникло ранее прав наследников, регистрация права не была проведена по причинам независящим от сторон сделки.

Решением Кронштадтского районного суда Санкт-Петербурга от 09 апреля 2025 года в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с решением суда, ФИО4 подала апелляционную жалобу, в которой просит об отмене решения суда, как постановленного при неправильном применении норм материального и процессуального права, вынести новое решение об удовлетворении исковых требований в полном объеме.

На рассмотрение апелляционной жалобы истец ФИО4, ответчик ФИО9, третье лицо нотариус ФИО10, представитель третьего лица Управления Росреестра по Санкт-Петербургу не явились, извещены судом о времени и месте судебного разбирательства в соответствии с требованиями статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ходатайств и заявлений об отложении судебного разбирательства, документов, подтверждающих уважительность причин своей неявки, в судебную коллегию не представили.

Судебная коллегия на основании п. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

В соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции проверяет решение суда в пределах доводов апелляционной жалобы, возражений.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав позицию стороны истца и стороны ответчика, проверив законность и обоснованность решения суда в пределах доводов жалобы в соответствии со статьей 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 

<

дата> умер ФИО8, что подтверждается свидетельством о смерти №...

После смерти ФИО8 нотариусом открыто наследственное дело. С заявлением о принятии наследства по завещанию от 02.01.1998 обратилась ФИО9, а также ФИО4 как супруга умершего имеющая право на обязательную долю в наследстве.

На момент смерти ФИО8 на праве собственности на основании договора купли-продажи от 17.06.2011 принадлежала квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>

09.02.2024 ФИО9 выдано свидетельство о праве на наследство по завещанию на ? долю в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>

Обращаясь в суд с настоящим иском ФИО4 указывала, что ФИО8 был оформлен договор дарения от 11.06.2023, согласно которому ФИО8 безвозмездно передал ей в дар квартиру площадью 31,9 кв.м., расположенную по адресу: 

<

адрес>, кадастровый №....

Ответчик, возражая против требований истца, высказывала сомнения в том, что подпись на договоре дарения выполнена ФИО8

Определением Кронштадтского районного суда Санкт-Петербурга от 30.10.2024 по делу была назначена судебная почерковедческая экспертиза.

Определением Кронштадтского районного суда Санкт-Петербурга от 10.02.2025 по делу была назначена дополнительная судебная почерковедческая экспертиза.

Согласно заключению эксперта №... от 

<

дата> две исследуемые подписи от имени ФИО8, расположенные на оборотной стороне в графе «ДАРИТЕЛЬ» договора дарения квартиры от 11.06.2023 (экземпляры № 1 и № 2), изготовлены с единого образца (сводный образец подписи ФИО8, расположенный в доверенности на бланке серии №... от 06.07.2009) и выполнены с предварительной технической подготовкой способом копирования. В связи с вышеизложенным провести идентификационное почерковедческое исследование данных подписных объектов с представленными образцами подписей и почерка ФИО8 не представляется возможным.

Из заключения эксперта №... от 

<

дата> следует, что две исследуемые подписи от имени ФИО8, расположенные на оборотной стороне в графе «ДАРИТЕЛЬ» договора дарения квартиры от 11.06.2023 (экземпляры № 1 и № 2), изготовлены с единого образца (свободный образец подписи ФИО8, расположенный в доверенности на бланке серии №... от 

<

дата>) и выполнены с предварительной технической подготовкой способом копирования. В связи с вышеизложенным провести идентификационное почерковедческое исследование двух данных объектов с представленными образцами подписей и почерка ФИО8 не представляется возможным. Объясняется это тем, что техническая подделка подписи представляет собой исполнение подписи от имени другого лица с использованием разнообразных способов и технических приспособлений, позволяющих достичь большего сходства с подписью оригиналом, а объект, выполненный с использование средств технической подготовки, не являются объектом почерковедческого исследования. Такого рода объекты подлежат технико-криминалистическому исследованию, которое заключается в установлении факта технической подделки подписи и способа ее выполнения.

В суде первой инстанции была допрошена эксперт ФИО11, которая пояснила, что представленные на исследование подписи ФИО8 в договоре дарения выполнены способом технической подделки, поэтому не могут являться объектами для почерковедческого исследования.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, руководствуясь нормами статей 153, 154, 160, 420, 572, 574 Гражданского кодекса Российской Федерации, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований.

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил из того, что умерший ФИО8 не подписывал договор дарения квартиры от 11.06.2023, в связи с чем пришел к выводу, что договор дарения между ФИО8 и ФИО4 заключен не был.

Также, суд первой инстанции обратил внимание на то, что договор дарения датирован 11.06.2023, даритель ФИО8 умер 

<

дата>, то есть почти через два месяца после составления договора дарения, при этом доказательств того, что даритель в указанный период времени предпринимал действия по регистрации перехода права собственности на основании договора дарения, не представлено, что, по мнению суда первой инстанции, также свидетельствует о том, что договор дарения заключен не был.

В апелляционной жалобе истец фактически выражает несогласие с выводами суда первой инстанции относительно отсутствия оснований для удовлетворения исковых требований, заявляя доводы, которые по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда.

Судебная коллегия, соглашаясь с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для удовлетворения иска, учитывает следующее.

Согласно пункту 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

В случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

Наследование осуществляется по завещанию и по закону. Наследование по закону имеет место, когда и поскольку оно не изменено завещанием, а также в иных случаях, установленных настоящим Кодексом. В состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности. Наследство открывается со смертью гражданина (статьи 1111, 1112, 1113 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Из содержания приведенной нормы следует, что безвозмездность передачи имущества является признаком договора дарения, но не единственным. Обязательным квалифицирующим признаком договора дарения является вытекающее из соглашения сторон очевидное намерение дарителя передать имущество в качестве дара.

Таким образом, дарение имущества предполагает наличие волеизъявления дарителя, намеревающегося безвозмездно передать принадлежащее ему имущество иному лицу именно в качестве дара (с намерением облагодетельствовать одаряемого), а не по какому-либо другому основанию, вытекающему из экономических отношений сторон сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В соответствии с пунктом 1 статьи 131 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.

В случае, когда одна из сторон договора купли-продажи уклоняется от государственной регистрации перехода права собственности на недвижимость, суд вправе по требованию другой стороны вынести решение о государственной регистрации перехода права собственности (статья 6, пункт 3 статьи 551 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 62 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", на основании статей 58, 1110 и 1112 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанности продавца по договору купли-продажи переходят к его универсальным правопреемникам. Поэтому покупатель недвижимого имущества вправе обратиться с иском о государственной регистрации перехода права собственности (статья 551 Гражданского кодекса Российской Федерации) к наследникам или иным универсальным правопреемникам продавца. При отсутствии наследников продавца либо при ликвидации продавца - юридического лица судам необходимо учитывать, что покупатель недвижимого имущества, которому было передано владение во исполнение договора купли-продажи, вправе обратиться за регистрацией перехода права собственности. Рассматривая такое требование покупателя, суд проверяет исполнение продавцом обязанности по передаче и исполнение покупателем обязанности по оплате. Если единственным препятствием для регистрации перехода права собственности к покупателю является отсутствие продавца, суд удовлетворяет соответствующее требование покупателя.

Согласно доводам истца, договор дарения квартиры с ФИО8 был заключен в простой письменной форме, но переход права собственности не зарегистрирован в связи со смертью дарителя.

Ответчик, возражая против требований истца, указывала, что подпись в договоре дарения от имени ФИО8 последнему не принадлежит.

В силу п. 1 ст. 160 ГК РФ сделка в письменной форме должна быть совершена путем составления документа, выражающего ее содержание и подписанного лицом или лицами, совершающими сделку, либо должным образом уполномоченными ими лицами.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.

Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях.

В соответствии со ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25

"О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

Из разъяснений, содержащихся в абз. 2 п. 74 Постановления Пленума ВС РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на права и охраняемые законом интересы третьих лиц, является ничтожной, если, вне зависимости от указанных обстоятельств, законом не установлено, что такая сделка оспорима, а не ничтожна, или к ней должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2 ст. 168 ГК РФ). Договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность.

Исходя из вышеуказанных правовых норм следует, что оспаривание подписи в договоре дарения, в случае установления обстоятельств непринадлежности подписи стороне договора, фактически влечет за собой применение правовых последствий в виде недействительности договора.

Как было указано ранее на основании определения суда первой инстанции по делу была назначена судебная экспертиза, согласно которой подписи ФИО8 в договоре дарения выполнены с предварительной технической подготовкой способом копирования с доверенности.

В соответствии со статьей 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы.

Согласно части 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 указанного Кодекса.

Экспертное заключение оценивается судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами.

Судебная коллегия отмечает, что заключения судебных экспертиз соответствует требованиям статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», дано в письменной форме, содержит подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, результаты исследования, является последовательным, не допускает неоднозначного толкования. Компетентность экспертов, проводивших исследование, подтверждается имеющимися в деле документами.

Указание истца на недостатки экспертного заключения, не опровергают выводов экспертного заключения и по сути сводятся к субъективному мнению истца, не подтвержденному достоверными и достаточными доказательствами.

Каких-либо заслуживающих внимания доводов о недостатках проведенного исследования, свидетельствующих о его неправильности либо необоснованности, истцом в апелляционной жалобе не приведено, как не было их изложено и в заседании суда первой инстанции.

При таком положении судебная коллегия исходит из того, что никаких объективных доказательств, которые вступали бы в противоречие с заключением экспертов и давали бы основания для сомнения в изложенных в нем выводах, суду в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом не представлено.

Само по себе то обстоятельство, что экспертами не был дан ответ выполнена ли подпись в договоре дарения ФИО8 или иным лицом, в данном случае не имеет правового значения, поскольку экспертами установлено, что подпись от имени ФИО8 была выполнена путем копирования с подписи ФИО8 в доверенности, что свидетельствует о технической подделке подписи ФИО8 в договоре дарения и опровергает доводы истца о подписании договора дарения от 11.06.2023 от имени ФИО8 самим ФИО8

Учитывая, что подпись в договоре дарения от имени ФИО8 выполнена путем технической подделки, то есть подпись ФИО8 не принадлежит, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии волеизъявления ФИО8 безвозмездно передать в собственность ФИО4 квартиру по адресу: 

<

адрес>

При таких обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу о том, что данная сделка нарушает запрет, установленный п. 1 ст. 10 ГК РФ, положения п. 2 ст. 209, п. 2 ст. 218, п. 1 ст. 572 ГК РФ, противоречит существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, а также посягает на права и охраняемые законом интересы ответчика, как наследника ФИО8, в связи с чем квалифицирует данную сделку как ничтожную на основании п. 1 ст. 10, п. 1 ст. 166, п. 2 ст. 168 ГК РФ.

Соответственно сделка не влечет юридических последствий в виде перехода права собственности на квартиру к ФИО4

При таком положении выводы суда об отсутствии оснований для признания права собственности ФИО4 на квартиру по адресу: 

<

адрес> на основании договора дарения от 11.06.2023 являются верными.

Вывод суда о незаключенности договора дарения при том, что установленные по делу обстоятельства свидетельствует о его ничтожности не повлияло на верный вывод суда об отказе в удовлетворении требований истца.

Доводы апелляционной жалобы истца о том, что её обращение с заявлением о принятии обязательной доли в наследстве не свидетельствует о признании ею спорного имущества собственностью наследодателя, судебная коллегия отклоняет, поскольку данные доводы не имеют правового значения, учитывая установленные обстоятельства ничтожности договора дарения.

Указания на то, что ФИО8 при жизни выразил свою волю на передачу квартиры в дар, указанный договор дарения не оспаривал, не могут быть приняты во внимание, поскольку, как было установлено на основании судебной экспертизы ФИО8 договор не подписывал.

Иных доводов, которые имели бы существенное значение для рассмотрения дела, влияли бы на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергали изложенные в нем выводы, в апелляционной жалобе не содержится.

Оснований, предусмотренных статьей 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, к отмене состоявшегося судебного решения не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Санкт-Петербургского городского суда

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Кронштадтского районного суда Санкт-Петербурга от 09 апреля 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 27 февраля 2026 года.