Дело № 2-1404/2018 

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации 

Кетовский районный суд Курганской области

в составе председательствующего судьи Тренихиной Т.В.,

при секретаре Мининой Е.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании 22 ноября 2018 г. в с. Кетово Кетовского района Курганской области гражданское дело по иску конкурсного управляющего ЗАО «Гостиница «Москва» ФИО1 к ФИО2, финансовому управляющему ФИО2 ФИО3, ФИО4, ФИО5 о признании договоров дарения земельного участка и жилого дома недействительными, 

УСТАНОВИЛ:

Конкурсный управляющий ЗАО «Гостиница «Москва» ФИО1 обратился в суд с иском (с учётом уточненных требований) к ФИО2, финансовому управляющему ФИО2 ФИО3, ФИО4, ФИО5 о признании договоров дарения земельного участка и жилого дома недействительными. В обоснование требований указал, что ЗАО «Гостиница «Москва» является кредитором ФИО2, которая признана банкротом решением Арбитражного суда Курганской области от 27.12.2017, требования ЗАО «Гостиница «Москва» определением Арбитражного суда Курганской области от 28.04.2018 в размере 6 546 511 руб. 57 коп. включены в реестр требований кредиторов ФИО2 Задолженность ФИО2 представляет собой убытки, причинённые ею, будучи директором Общества. В настоящее время в деле о банкротстве ФИО2 рассматривается ходатайство о завершении процедуры банкротства в связи с отсутствием у неё каких-либо активов и с намерением получить освобождение от неисполненных обязательств перед ЗАО «Гостиница «Москва». ЗАО «Гостиница «Москва» было выявлено, что ФИО2 принадлежал земельный участок с кадастровым номером № расположенный по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес> с находящимся на нём имуществом, 2010 г. постройки (принадлежность к земельному участку, как к главной вещи), которое в дальнейшем было зарегистрировано в качестве жилого дома с кадастровым номером №. Данные объекты недвижимости были отчуждены ФИО2 07.05.2013 в пользу сына – ФИО4, который в дальнейшем 14.01.2015 передал данное имущество в пользу своего сына – ФИО6 Сделку, совершённую ФИО2 по отчуждению указанного имущества в пользу ФИО4 считают ничтожной в силу её мнимости, совершённой с целью увода имущества и нежеланием отвечать по обязательствам перед ЗАО «Гостиница «Москва» за причинённые убытки, которые были на протяжении длительного времени. Так, в 2011 г. к ФИО2 обратились акционеры ЗАО «Гостиница «Москва» с требованиями о взыскании убытков, причиненных в результате ненадлежащего исполнения ею обязанностей генерального директора ЗАО «Гостиница «Москва» в размере 32 207 722 руб. 72 коп. В июне 2013 г. акционер ЗАО «Гостиница «Москва» ФИО7 обратилась с иском о взыскании убытков с ФИО2 в сумме 520 000 руб., который удовлетворён в полном объёме. Основанием для взыскания убытков явилось привлечение ЗАО «Гостиница «Москва» к дисциплинарной ответственности за нарушение прав акционеров на получение информации о деятельности Общества. Таким образом, ФИО2, понимая, что уже первой инстанцией 05.04.2013 был взыскан штраф в размере 100 000 руб. с ЗАО «Гостиница «Москва», что по своей природе является убытками Общества, причинённые ФИО2, как директором Общества, предприняла действия по отчуждению имеющегося у неё имущества. Более того, начиная с 2011 г. появились основания для взыскания убытков с ФИО2, которые в последующем явились основанием её банкротства в связи с совершением налоговых правонарушений ЗАО «Гостиница «Москва» в виде начисления налога на прибыль организаций, неправомерного списания дебиторской задолженности в размере 33 000 000 руб. без уплаты налога на прибыль, что установлено решением Арбитражного суда Курганской области от 23.09.2016. Учитывая вышеуказанные судебные споры, считает, что опасения у ФИО2 потерять своё имущество имело место быть, следовательно, спорная сделка совершена ею при злоупотреблении правом с её стороны, о чём её сын ФИО4 не мог не знать в силу родства и в силу того, что он также являлся акционером ЗАО «Гостиница «Москва» и членом Совета директоров Общества. Последующая сделка по отчуждению спорного имущества, совершённая ФИО4 в пользу ФИО6 заключена в отсутствии прав у дарителя на распоряжение имуществом ввиду мнимости первичной сделки. Как следствие, сделка между ФИО4 и ФИО6 является недействительной на основании ст.ст. 168, 209 ГК РФ, как сделка, совершённая в нарушение требований закона ввиду распоряжения имуществом лицом, которое собственником не являлось. Поскольку совершённые спорные сделки нарушают права кредитора ЗАО «Гостиница «Москва» на получение убытков за счёт обращения взыскания на имущество ФИО2, что особенно актуально при банкротстве самого Общества, просит признать недействительным договор дарения от 26.12.2014 земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес> и жилого дома с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес>, заключённый между ФИО4 и ФИО6 с применением последствий в виде возложения обязанности на ФИО6 возвратить указанное имущество ФИО8; признать недействительным договор дарения от 25.04.2013 земельного участка с кадастровым номером №, с расположенным на нём имуществом, в дальнейшем зарегистрированного в качестве жилого дома с кадастровым номером №, расположенного по адресу: 

<

адрес> и применить последствия в виде возложении обязанности на ФИО4 возвратить указанное имущество ФИО2

В судебное заседание истец не явился, извещён о времени и месте рассмотрения дела своевременно и надлежащим образом, о причинах неявки не сообщил, об отложении рассмотрения дела не просил. Его интересы в судебном заседании представляли, действующие по доверенностям представители ФИО9 и ФИО10, которые исковые требования поддержали по доводам иска. Считают, что для квалификации сделки в качестве мнимой достаточно представить доказательства наличия мотивов совершения таких сделок. Считают, что доказательствами мнимости сделок является внесение ФИО2 членских взносов за земельный участок, т.е. продолжение фактически пользования данными объектами недвижимости. Срок исковой давности по оспариванию сделок считают не пропущенным, поскольку ЗАО «Гостиница «Москва» не имело возможности оспаривать данные сделки в период руководства ФИО2 Кроме того, у ФИО7 (акционера, взыскивавшего убытки) отсутствовала информация об оспариваемых сделках, т.к. сведения о содержании правоустанавливающих документов, обобщённые сведения о правах отдельного лица на имеющиеся или имевшиеся у него объекты недвижимости, предоставляются только ограниченному кругу лиц, к которым она не относится. В свою очередь, судебные приставы-исполнители запрашивают в рамках исполнительного производства только актуальную информацию о наличии зарегистрированных объектов за должником, что исключает возможность получения данной информации. Возможность получения информации об оспариваемых сделках появилась только при банкротстве ФИО2, следовательно, срок исковой давности не пропущен. По поводу оспаривания правомерности отчуждения ФИО4 жилого дома пояснили, что в силу мнимости первичной сделки у него не возникло прав на земельный участок, следовательно, не возникло прав и на иное имущество, расположенное на данном земельном участке. Регистрация права собственности на жилой дом осуществлена на основании представленной ФИО4 декларации. В данной декларации указан год постройки жилого дома 2010, площадь жилого дома 36 кв.м., что соответствует его площади на момент регистрации права собственности на дом. Следовательно, дом в указанной площади не менялся и передавался без изменения. Возврат только земельного участка нарушает ст. 35 ЗК РФ и не соответствует возврату положения, существовавшему до совершения сделок. 

Ответчики в судебное заседание не явились, извещены о времени и месте рассмотрения дела своевременно и надлежащим образом, о причинах неявки не сообщили, об отложении рассмотрения дела не просили. Представитель ответчиков ФИО2 и ФИО4, действующая по доверенности ФИО11, в судебном заседании против исковых требований возражала, пояснив, что отчуждение имущества по договору дарения близким родственникам не свидетельствует о мнимости сделок, а является нормальной ситуацией в гражданских правоотношениях. В момент отчуждения земельного участка, у ФИО2 отсутствовали долги, она не признавалась банкротом, поэтому оснований отчуждать имущество с какой-либо противоправной целью, у неё не было. То обстоятельство, что она до настоящего времени уплачивает членские взносы, не свидетельствует о мнимости сделок, т.к. все ответчики между собой являются близкими родственниками, пользуются земельным участком и домом, поэтому ФИО2 вправе нести любые расходы в отношении данного недвижимого имущества, как самостоятельно, так и по просьбе своих близких родственников. По договору от 25.04.2013 ФИО2 отчуждался только земельный участок. Данный земельный участок был исполнен сторонами договора реально, т.е. земельный участок был передан ФИО2 её сыну ФИО4 и последним принят в свою собственность. Впоследствии, ФИО4 возвёл на данном земельном участке жилой дом и декларативно зарегистрировал право собственности на него за собой. Указание в декларации на 2010 год постройки жилого дома не свидетельствует, что дом в 2010 году был построен в том виде, в каком производилась регистрация ФИО4 права собственности на него. В 2015 г. ФИО4 подарил земельный участок вместе с жилым домом своему сыну ФИО6 Данная сделка также исполнена сторонами реально: с передачей и приёмом имущества от дарителя к одаряемому. Долги у ФИО2 появились гораздо позже совершённых сделок. Также считает, что у истца пропущен срок исковой давности по оспариванию сделок, поскольку они оспариваются по основанию их ничтожности, следовательно, срок исковой давности составляет 3 года со дня исполнения, который на момент подачи истцом искового заявления истёк. То обстоятельство, что ЗАО «Гостиница «Москва» не является стороной сделок, не препятствовало наложить арест на имущество и выявить имущество в рамках рассмотрения дела о взыскании с ФИО2 убытков и в рамках исполнительного производства, где ЗАО «Гостиница «Москва» являлось взыскателем. Просила в иске отказать.

С учётом мнения лиц, участвующих в деле, суд определил, рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, в соответствии со ст. 167 Гражданского процессуального кодекса российской Федерации (далее – ГПК РФ).

Заслушав лиц, участвующих в деле, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Установлено из выписки из Единого государственного реестра недвижимости (далее – выписка из ЕГРН) от 31.08.2018 № 99/2018/157347287, что ФИО2 принадлежал на праве собственности земельный участок с кадастровым номером № расположенный по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес> С 07.05.2013 данный земельный участок зарегистрирован на праве собственности за ФИО4, с 14.01.2015 – за ФИО6.

ФИО12 является сыном ФИО2; ФИО6 – сыном ФИО4, что подтверждено соответствующими актовыми записями о рождении.

25.04.2013 между ФИО2 (Даритель) и ФИО4 (Одаряемый) заключён договор дарения, в соответствии с которым Даритель подарил, а Одаряемый принял в дар земельный участок с кадастровым номером №, площадью 903 кв.м., расположенный на землях сельскохозяйственного назначения, предназначенный для садоводства, находящийся по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес> 

В пункте 2 данного Договора указано, что указанный земельный участок принадлежит Дарителю на праве собственности на основании: Договора купли-продажи от 01.07.1992; свидетельства на право собственности на землю, бессрочного (постоянного) пользования землёй КН-08 № от 14.12.1992.

Право собственности на земельный участок приобретается Одаряемым с момента государственной регистрации перехода права собственности в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Курганской области (п. 3 Договора).

Согласно п. 4 данного Договора на момент совершения настоящего договора указанный земельный участок никому не продан, не подарен, не заложен, в споре и под запрещением (арестом) не состоит, свободен от любых прав третьих лиц, о которых в момент заключения настоящего договора стороны не могли знать. 

В соответствии с п. 6 указанного Договора передача земельного участка Дарителем и принятие его одаряемым осуществляется без составления передаточного акта.

07.05.2013 произведена государственная регистрация права собственности Управлением Росреестра по Курганской области, № регистрации 45-№, что также подтверждено выпиской из ЕГРН от 31.08.2018 № 99/2018/157347287.

26.12.2014 между ФИО4 (Даритель) и ФИО6 (Одаряемый) заключён договор дарения, в соответствии с которым Даритель подарил, а Одаряемый принял в дар дом, находящийся по адресу: 

<

адрес>, 

<

адрес> общей площадью 36 кв.м., этажность 1, назначение: жилое, и земельный участок, общей площадью 903 кв.м., категория земель: земли населённых пунктов – для садоводства, кадастровый №, находящийся по адресу: 

<

адрес>

В пункте 2 данного Договора указано, что указанный дом принадлежит Дарителю на основании: Договора дарения от 25.04.2013, Декларации об объекте недвижимого имущества от 24.09.2014. Земельный участок принадлежит Дарителю на основании: Договора дарения от 25.04.2013.

Право собственности на указанные дом и земельный участок приобретается Одаряемым с момента подписания настоящего договора (п. 3 Договора).

Согласно п.п. 4, 5 данного Договора указанные дом и земельный участок предметом залога не являются. На момент совершения настоящего договора указанные дом и земельный участок никому не проданы, не подарены, не заложены, в споре и под запрещением (арестом) не состоят, свободны от любых прав третьих лиц, о которых в момент заключения настоящего договора стороны не могли знать. 

В соответствии с п. 6 указанного Договора передача дома и земельного участка Дарителем и принятие их одаряемым осуществляется без составления передаточного акта.

14.01.2015 произведена государственная регистрация права собственности Управлением Росреестра по Курганской области, № регистрации 45-№, что также подтверждено выписками из ЕГРН от 31.08.2018 №№ 99/2018/157347287, 99/2018/157329695 и от 12.09.2018 № 99/2018/169252218.

В соответствии с п. 2 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с правилами статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе и иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Требования к форме договора дарения установлены статьей 574 ГК РФ��������������?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�?�

Согласно пункту 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу статьи 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (ч. 1).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (ч. 2).

В силу ч. 1 ст. 177 ГК РФ мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 86 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (п. 1 ст. 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

По смыслу приведенных норм права, для признания договора дарения мнимой сделкой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.

Как установлено судом, договор дарения, заключенный между ФИО2 и ФИО4, исполнен сторонами, о чем свидетельствует выписка из реестра от 31 августа 2018 г., согласно которой правообладателем спорного земельного участка стал ФИО4

Таким образом, оспариваемая сделка от 25.04.2013 повлекла соответствующие ей правовые последствия в виде регистрации за ФИО4 права собственности на спорный земельный участок, а впоследствии и распоряжение указанным земельным участком по договору дарения от 26.12.2014 своему сыну ФИО6

На реальность осуществления сделки по дарению земельного участка от 25.04.2013 указывает и то обстоятельство, что после перехода права собственности на земельный участок от ФИО2 к ФИО4, последним была осуществлена также регистрация права собственности и на жилой дом, расположенный на данном земельном участке по представленной им же 24.09.2014 декларации, что подтверждено, как представленной декларацией, так и выпиской из ЕГРН от 12.09.2018 № 99/2018/169252218.

Таким образом, договор дарения от 25 апреля 2013 г. заключен в письменной форме, соответствует требованиям статей 572, 574 ГК РФ и иным требованиям, предъявляемым к форме и содержанию договора, подписан сторонами, при его исполнении стороны достигли правового результата, характерного для данной сделки, а именно: ФИО2 по своей воле передала в дар, принадлежащий ей земельный участок 

<

адрес> а ФИО4 его принял.

Доказательств, подтверждающих, что воля сторон была направлена на создание иных правовых последствий, а также, что оспариваемая сделка от 25.04.2013 совершена с целью воспрепятствования обращения взыскания на данное имущество по долгам ФИО2, в материалы дела не представлено.

Так, в обоснование требований о признании данной сделки недействительной, истцом представлены судебные акты Арбитражного суда, которые, по его мнению, свидетельствуют о том, что у ФИО2 с 2011 г. был мотив для отчуждения своего имущества, поскольку с 2011 г. между акционерами ЗАО «Гостиница «Москва» был корпоративный спор и ФИО2, являясь на тот момент руководителем ЗАО «Гостиница «Москва», должна была знать о том, что убытки, понесенные Обществом в период её руководства, должны быть гарантированно взысканы с неё.

Вместе с тем, из представленного определения Арбитражного суда Курганской области от 07.11.2011 (Дело № А34-3895/2011) следует, что ФИО13 и ФИО7 обратились в суд с иском к ФИО2 о взыскании убытков, причинённых в результате ненадлежащего исполнения ответчиком своих обязанностей генерального директора ЗАО «Гостиница «Москва» в размере 32 207 722 руб. 72 коп.

Согласно спискам зарегистрированных лиц в реестре владельцев ценных бумаг ЗАО «Гостиница «Москва» ФИО13, ФИО7, ФИО2 и ФИО4 являлись акционерами данного Общества.

В ЗАО «Гостиница «Москва» с 2011 г. возник корпоративный конфликт, в этот период (до 19.05.2015) ФИО2 являлась генеральным директором ЗАО «Гостиница «Москва», что не отрицалось лицами, участвующими в деле, подтверждено протоколом собрания акционеров от 19.06.2012, фактически следует из решения Арбитражного суда Курганской области от 23.09.2016 по делу № А34-1732/2016 и постановления Восемнадцатого Арбитражного апелляционного суда от 06.10.2016 (Дело № А34-2086/2015), из которого также следует, что до 09.04.2015 контроль над органами управления Общества (более 50% голосующих акций на собрании акционеров и 3 члена из пяти в Совете директоров) осуществляла семья М-ных.

Из указанного выше определения Арбитражного суда Курганской области от 07.11.2011 (Дело № А34-3895/2011) следует, что параллельно со спором между Л-выми и ФИО2 по поводу причинённых убытков, в Арбитражном суде Курганской области рассматривалось дело по иску Л-вых в ОАО «Гостиница «Москва», ФИО14 о признании сделки (договора купли-продажи нежилых помещений от 25.03.2011) недействительной и применении последствий недействительности сделки, до рассмотрения которого приостанавливалось дело по иску Л-вых к ФИО2 о взыскании убытков. Впоследствии, определением Арбитражного суда Курганской области от 07.11.2011 (Дело № А34-3895/2011) дело по иску Л-вых к ФИО2 о взыскании убытков оставлено без рассмотрения в связи с неявкой сторон.

Из постановления Восемнадцатого Арбитражного апелляционного суда от 06.10.2016 (Дело № А34-2086/2015) следует, что апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Курганского областного суда от 12.11.2013 по делу № 33-3239/2013 в рамках применения последствий недействительности договора купли-продажи нежилых помещений от 25.03.2011, с ФИО14 взыскана стоимость отчуждённого имущества – 32 098 000 руб.

Таким образом, вышеназванными судебными актами с ФИО2 не производилось взыскания денежных средств.

Также, решением Арбитражного суда Курганской области от 05.04.2013 по делу № А34-6103/2012 признано незаконным и изменено постановление Регионального отделения Федеральной службы по финансовым рынкам в Уральском федеральном округе в части назначения наказания, ЗАО «Гостиница «Москва» назначено наказание в виде административного штрафа в сумме 100 000 руб. 

Из данного решения следует, что постановлением Регионального отделения Федеральной службы по финансовым рынкам в Уральском федеральном округе от 24.10.2012 № 62-12-379/пн на ЗАО «Гостиница «Москва» наложен административный штраф в размере 520 000 руб. на основании ч. 1 ст. 15.19 КоАП РФ. При этом Общество было привлечено к административной ответственности в связи с его отказом в ознакомлении с документами и предоставлении копий документов акционеру Общества ФИО7, владеющей 25% обыкновенных акций. 

Впоследствии, постановлением Восемнадцатого Арбитражного апелляционного суда от 20.05.2013 № 18АП-4512/2013 решение Арбитражного суда Курганской области от 05.04.2013 по делу № А34-6103/2012 отменено. В удовлетворении требований ЗАО «Гостиница «Москва» о признании незаконным и отмене постановления Регионального отделения Федеральной службы по финансовым рынкам в Уральском федеральном округе от 24.20.2012 № 62-12-379/пн, отказано.

Решением Арбитражного суда Курганской области от 10.09.2013 по делу № А34-3684/2013 с ФИО2 в пользу ЗАО «Гостиница «Москва» взыскано в возмещение убытков 520 000 руб. в связи с привлечением Общества к административной ответственности.

Таким образом, на момент совершения сделки по дарению земельного участка ФИО2 своему сыну ФИО4 по договору от 25.04.2013, никакой задолженности у неё не существовало.

Доводы представителей истца о том, что ФИО2 в связи с корпоративным спором должна была знать о взыскании с неё убытков в будущем и возможности впоследствии обращения взыскания на её имущество по данным долгам, являются лишь их предположениями.

Так, в соответствии с Федеральным законом от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах" члены совета директоров избираются общим собранием акционеров (пункт 1 статьи 66). Статус члена совета директоров, единоличного исполнительного органа общества (директора, генерального директора) предполагает возникновение у гражданина, как прав, так и обязанностей, а также возможность привлечения его к ответственности за убытки, причиненные его виновными действиями (бездействием), при их доказанности, согласно статье 71 указанного Федерального закона, а также ч. 1 ст. 53.1 ГК РФ.

В соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации таким основанием возникновения гражданских прав и обязанностей в случаях, установленных законом, являются судебные решения (подп. 3 п. 1 ст. 8). 

При этом были ли действия такого гражданина (директора, генерального директора, члена Совета директоров) виновными и подлежат ли взысканию в связи с указанными действиями убытки Общества, устанавливает суд, что также следует из Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица".

Таким образом, доводы представителей истца о том, что ФИО2 на момент заключения договора дарения от 25.04.2013 должна была знать о том, что с неё гарантированно будут взысканы убытки из-за привлечения Общества к административной ответственности, не являются обоснованными. Такие убытки с неё могли быть взысканы судом только при доказанности виновности её действия (бездействия).

Решением Арбитражного суда Курганской области от 23.09.2016 с ФИО2 в пользу ЗАО «Гостиница «Москва» также взысканы убытки в размере 5 059 220 руб. 03 коп. в виде штрафов и пеней, начисленных в связи с привлечением ЗАО «Гостиница «Москва» к ответственности за совершение налогового правонарушения на основании решения № 14-25/01/23 от 31.03.2015. 

Данное решение также вынесено после совершения оспариваемого договора дарения земельного участка от 25.04.2013.

Таким образом, суд не находит оснований для признания договора дарения от 25.04.2013 мнимой сделкой, совершённой с целью исключения имущества из состава имущества, на которое возможно обратить взыскание по долгам ФИО2

При таких обстоятельствах, ввиду того, что иск об оспаривании второй сделки по отчуждению жилого дома и земельного участка, совершённой между ФИО4 и ФИО6 26.12.2014 заявлен, как производный от удовлетворения исковых требований о признании договора дарения земельного участка от 25.04.2013 недействительным, следовательно, данный иск также удовлетворению не подлежит.

То обстоятельство, что согласно информации председателя 

<

данные изъяты> ФИО15 от 31.08.2019 ФИО2 до настоящего времени уплачивает членские взносы за земельный участок 

<

адрес>, само по себе не свидетельствует о мнимости совершенной 25.04.2013 сделки по дарению земельного участка, расположенного в данном садоводстве, поскольку обе оспариваемые сделки совершены между близкими родственниками, что не исключает, как совместного пользования имуществом, так и совместного несения расходов.

На момент совершения регистрационных действий по оспариваемым сделкам, отчуждаемые объекты недвижимости не имели обременений в виде прав третьих лиц или наложенных арестом ограничений.

Суд считает, что нельзя признать злоупотреблением право действия собственника имущества по его владению и распоряжению, которое ничем не ограничено. Наличие родственных связей между дарителем и одаряемым, не лишает граждан правоспособности и не ограничивает совершение гражданско-правовых сделок.

Представителем ответчиков ФИО11 в ходе рассмотрения дела заявлено о пропуске срока исковой давности по оспариванию сделок.

Согласно п. 2 ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом.

В пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" также разъяснено, что ничтожная сделка является недействительной независимо от признания ее таковой судом (пункт 1 статьи 166 Кодекса). Учитывая, что Кодекс не исключает возможность предъявления исков о признании недействительной ничтожной сделки, споры по таким требованиям подлежат разрешению судом в общем порядке по заявлению любого заинтересованного лица. При этом следует учитывать, что такие требования могут быть предъявлены в суд в сроки, установленные пунктом 1 статьи 181 Кодекса.

Согласно ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Решением Арбитражного суда Курганской области от 27.12.2017 № А34-12050/2017 ФИО16 признана банкротом, в отношении неё введена процедура реализации имущества сроком на 6 месяцев.

Определением Арбитражного суда Курганской области от 28.04.2018 № А34-12050/2017 признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов ФИО2 в третью очередь требования ЗАО «Гостиница «Москва» в размере 6 546 511 руб. 57 коп. убытков, подтверждённых решениями Арбитражного суда Курганской области от 05.10.2016 № А34-7881/2015 на сумму 1 546 818 руб. 88 коп. и от 23.09.2016 № А34-1732/2016 на сумму 5 024 941 руб. 40 коп.

Поскольку истец оспаривает сделку от 25.04.2013 по основаниям ст. 170 ГК РФ, полагая, что данный договор дарения является мнимым, а, следовательно, в силу закона - ничтожным, в соответствии со ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки составляет три года. Течение срока по указанному, требованию начинается со дня, когда началось исполнение этой сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае, не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

ЗАО «Гостиница «Москва» не является стороной спорных сделок, указывает, что о наличии оспариваемых сделок Общество в лице конкурсного управляющего узнало с момента введения в отношении ФИО2 процедуры банкротства, т.е. 21.12.2017, что в суде противоположной стороной не опровергнуто.

Таким образом, начало течения срока исковой давности по оспариваемым сделкам для истца исчисляется с 21.12.2017.

Исковые требования конкурсным управляющим ЗАО «Гостиница «Москва» по оспариванию данных сделок предъявлены 13.09.2018, следовательно, срок исковой давности по их оспариванию не пропущен.

Вместе с тем, данное обстоятельство не влечёт признание исковых требований обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим ЗАО «Гостиница «Москва» ФИО1 исковых требований, следует отказать.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований конкурсного управляющего ЗАО «Гостиница «Москва» ФИО1 к ФИО2, ФИО4, ФИО6 о признании договоров дарения земельного участка и жилого дома недействительными, отказать.

Решение может быть обжаловано в Курганский областной суд в срок 1 месяц через Кетовский районный суд с момента вынесения полного текста решения.

Судья Т.В. Тренихина