Дело № 1-42/2018

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

с. Выльгорт 11 июля 2018 года

Сыктывдинский районный суд Республики Коми в составе:

председательствующего судьи Самарина А.И.,

при секретаре судебного заседания Саакян А.Г.,

с участием: государственного обвинителя – заместителя прокурора Сыктывдинского района Республики Коми Данилова Д.В.,

потерпевшего М.

представителя обвиняемого ФИО1,

защитника – адвоката Темнова А.Г., 

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении 

В., 

<

данные изъяты>, судимости не имеющего, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК РФ), 

У С Т А Н О В И Л:

В. совершил нарушение лицом, управляющим автомобилем, находящимся в состоянии опьянения, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, при следующих обстоятельствах. 

В период времени с 21:00 до 21:25 19.08.2017 В. управляя автомобилем «ВАЗ 21043», государственный регистрационный знак «№ в состоянии алкогольного опьянения, проявляя преступную небрежность, не предвидел возможности наступления общественно опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть эти последствия, грубо нарушая п.п. 1.3, 1.5, 2.7, 9.1, 9.4, 9.7, 10.1 Правил дорожного движения Российской Федерации, утвержденных Постановлением Совета Министров - Правительства Российской Федерации от 23.10.1993 № 1090, не выполнил и не учел весь комплекс факторов, влияющих на безопасность дорожного движения, а так же не учел дорожные условия, двигался со скоростью, не обеспечивающей постоянного контроля за движением транспортного средства, выехал и в последующем двигался по полосе, предназначенной для встречного движения, в результате чего допустил столкновение с автомобилем марки 

<

данные изъяты> движущимся во встречном направлении, под управлением К.., причинив по неосторожности своему пассажиру М.. телесные повреждения в виде 

<

данные изъяты>, которые в сочетании причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Представитель обвиняемого ФИО1 возражала против прекращения настоящего уголовного дела в отношении её сына по не реабилитирующим основаниям. Охарактеризовав В.. с положительной стороны, сообщила, что сын имел водительское удостоверение и управлял автотранспортным средством спокойно и аккуратно. О произошедшем 19 августа 2017 года ДТП и смерти в нем своего сына узнала от знакомых, от них же ей стало известно, что автомашина «ВАЗ 21043» до столкновения ехала из стороны в сторону.

Оценивая показания представителя обвиняемого относительно траектории движения автотранспортного средства «ВАЗ 21043», суд не может принять их во внимание, поскольку она не являлась непосредственным очевидцем дорожно-транспортного происшествия.

Потерпевший М.. суду показал, что 19.08.2017, около 18 часов он, находясь на автобусной остановке на трассе Чебоксары-Сыктывкар, по направлению в г. Сыктывкар, остановил автомобиль «ВАЗ 21043», которым управлял В., и который согласился его подвезти до г. Сыктывкара Республики Коми. Потерпевший сел в автомобиль «ВАЗ 21043» на переднее пассажирское сиденье и пристегнулся ремнем безопасности. В. не был пристегнут ремнем безопасности и во время движения не пристегивался. По внешнему виду В. был сильно уставший, вел себя вяло, сказал, что едет с рыбалки, и что всю ночь не спал. В. двигался на автомобиле со скоростью примерно 100 км/ч. В машине В., на заднем сиденье, находилась бутылка пива «Охота крепкое», объемом 1,5 литра, которая была наполовину пустая. После того, как В. выкурил очередную сигарету, потерпевший стал замечать, что В. стал пьянеть, ему было тяжело ехать. Доехав до с. Лозым Сыктывдинского района Республики Коми, на перекрестке В. развернулся, сказав, что ему нужно заехать в с. Пажга. После этого они поехали в обратном направлении. В районе с. Пажга Сыктывдинского района, когда они двигались по указанной автодороге в направлении г. Чебоксары, потерпевший заметил, как их автомобиль стал выезжать на полосу встречного движения, в виду того, что В. начал засыпать. Далее М. заметил свет фар во встречном направлении, после чего сразу произошло столкновение, и потерпевший потерял сознание. При этом их автомобиль во время ДТП никого не обгонял. На их полосу никто не выезжал, помех для движения для их автомобиля никто не создавал. М. не успел среагировать, чтобы разбудить В., так как все произошло мгновенно. Во время движения, потерпевший в отношении В. противоправных действий не совершал. 

Свидетель К.. дала показания о том, что 

<

данные изъяты>

Свидетели Т. и Г.., допрошенные в судебном заседании дали аналогичные показания, показаниям свидетеля К. 

Свидетель Е. допрошенная в судебном заседании показала, что 

<

данные изъяты> 

Свидетель П.., допрошенный в судебном заседании дал аналогичные показания, показаниям свидетеля Е. показав также, что 

<

данные изъяты> 

Сомневаться в достоверности показаний потерпевшего и данных свидетелей у суда оснований не имеется, поскольку их показания последовательные, согласуются между собой, соответствуют обстоятельствам и материалам дела. А поэтому, суд признает их правдивыми, и кладет их в основу пригвоора, не усматривая оснований для оговора потерпевшим и свидетелями В.

В судебном заседании установлено, что неприязненных отношений между обвиняемым и данными свидетелями и потерпевшим до случившегося не было, ссор, конфликтов не возникало, родственных отношений не имеется, ранее были не знакомы. Нарушений норм УПК РФ при сборе доказательств не установлено. 

Показания названых лиц согласуются также и с заключением судебной автотехнической экспертизы, согласно которому место столкновения автомобилей «ВАЗ-21043» и «Шевроле Кобальт» расположено в районе окончания следов торможения автомобиля «Шевроле Кобальт», то есть на стороне проезжей части по направлению в г.Сыктывкар /т.1 л.д.212-216/.

Указанное заключение дано в соответствии с требованиями закона квалифицированным, компетентным специалистом в области автотехники. Выводы эксперта мотивированные, соответствуют совокупности собранных по делу доказательств, фактическим обстоятельствам дела и сомнений в достоверности и объективности не вызывают.

Из составленных сотрудниками полиции 19 августа 2017 года протокола осмотра и схем места дорожно-транспортного происшествия (с фототаблицей) следует, что проезжая часть участка дороги, на котором произошло дорожно-транспортное происшествие (в направлении 754 км на 753 км автодороги «Чебоксары-Сыктывкар») асфальтированная, горизонтального профиля, состояние дорожного покрытия мокрое, предназначено для двух направлений движения транспорта, шириной 8,1 м. На проезжей части нанесены линии дорожной разметки 1.6, 1.2.1 Приложения 2 к ПДД РФ. Место происшествия находится в зоне действия знаков «главная дорога» Приложения 1 к ПДД РФ. К проезжей части примыкает обочина справа и слева. По краям обочины металлические бордюрные отбойники. На момент осмотра видимость составляла с включенным светом фар 150 м, с дальним светом фар 300 м. На месте происшествия находился автомобиль «Шевроле Кобальт» государственный регистрационный знак «№», который расположен на левой полосе проезжей части в направлении г. Сыктывкара, задней частью упирается в металлический отбойник. Так же на месте происшествия находился автомобиль «ВАЗ 21043», государственный регистрационный знак «№ передней частью (передними колесами) упирается в переднюю часть автомобиля «Шевроле Кобальт», на дорожном покрытии которого имелись следы торможения, длиной 9,8 метров. На месте происшествия обнаружен труп В. /т. 1 л.д. 13-15, 17-30, 35/.

Согласно справки по дорожно-транспортному происшествию, 19 августа 2017 года в 21:23 на 753 км автодороги «Чебоксары-Сыктывкар» водитель В.., управляя автомашиной «ВАЗ 21043», государственный регистрационный знак «№» выехал на полосу встречного движения, где совершил столкновение со встречной автомашиной «Шевроле Кобальт» государственный регистрационный знак «№», находящейся под управлением водителя К.. /т. 1 л.д. 12/

Как следует из карточки происшествий, 19.08.2017 в 21:25 поступило сообщение от Е. произошедшем дорожно-транспортном происшествии в районе с. Пажга Сыктывдинского района Республики Коми /т. 1 л.д. 4/

Из рапортов оперативного дежурного ОМВД России по Сыктывдинскому району следует, что 19.08.2017 в результате дорожно-транспортного происшествия скончался В.., 

<

данные изъяты>, а также, что в Коми республиканскую больницу госпитализирован мужчина с диагнозом: 

<

данные изъяты>. /т. 1 л.д. 5, 11/.

Согласно извещению о раненном в дорожно-транспортном происшествии следует, что оказана медицинская помощь мужчине, установлен диагноз: автотравма (лобовое столкновение) 

<

данные изъяты>. /т.1 л.д. 65/

Из извещения о скончавшемся после дорожно-транспортного происшествия следует, что до приезда скорой помощи в результате ДТП 19.08.2017 скончался В.. /т. 1 л.д. 67/.

Согласно протокола осмотра предметов от 14.11.2017 следует, что осмотрена видеозапись с видеорегистратора, установленного на автомобиле «Шевроле Кобальт». В ходе осмотра установлен выезд встречного автомобиля на полосу движения автомобиля «Шевроле Кобальт», после чего произошло дорожно-транспортное происшествие. /т. 1 л.д. 135-139/.

Данное обстоятельство подтверждается CD-диском, признанным вещественным доказательством по делу, просмотренным в ходе предварительного расследования и в судебном заседании, который содержит видеозапись дорожно-транспортного происшествия. /т. 1 л.д. 140/.

Из протокола осмотра предметов от 05.02.2018 следует, что в ходе осмотра изъятой из автомобиля «ВАЗ-21043» полимерной бутылки с жидкостью, установлен запах спирта. /т. 3 л.д.40/. 

Согласно заключению эксперта № от 25.09.2017 следует, что у М.. обнаружена 

<

данные изъяты> совокупности по признаку опасности для жизни квалифицируются как тяжкий вред здоровью. /т. 1 л.д. 196-197/.

Согласно заключению эксперта № от 08.12.2017, смерть В. наступила в результате 

<

данные изъяты> При проведении судебно-химического исследования в крови из синусов твёрдой мозговой оболочки и моче трупа В. обнаружен этиловый спирт в концентрации 3,0 г/л и 3,5 г/л соответственно, что при жизни свидетельствует о сильном алкогольном опьянении. /т.2 л.д. 4-8/.

Сомневаться в правильности и объективности выводов проведенной экспертизы, суд оснований не находит, поскольку данное заключение выполнено экспертом имеющим большой стаж работы, оформлено надлежащим образом, научно-обосновано, его выводы представляются суду ясными и понятными, соответствуют обстоятельствам и материалам дела, согласуется с протоколами следственных действий и иными документами.

Допрошенный по ходатайству защитника в судебном заседании эксперт 

<

данные изъяты> показал, что он проводил судебно-медицинскую экспертизу в отношении трупа В.. Все обнаруженные в ходе проведения экспертизы повреждения на трупе образовались в результате дорожно-транспортного происшествия. Иных повреждений, кроме тех, которые отражены в заключении, в ходе проведения экспертизы обнаружено не было. 

В судебном заседании государственный обвинитель, полагая вину В. в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 264 УК РФ установленной, просил на основании п. 4 ч. 1 ст.24 УПК РФ прекратить уголовное дело, в связи со смертью обвиняемого.

Представитель обвиняемого и защитник возражали против прекращения уголовного дела по данным обстоятельствам, считая, что вина В.. в совершении преступления предусмотренного ч. 2 ст. 264 УК РФ не доказана и не установлена.

Суд, оценив собранные по делу доказательства, которые являются относимыми, допустимыми, достоверными, а в совокупности достаточными для разрешения настоящего уголовного дела, находит вину В. в нарушении им при управлении автомобилем правил дорожного движения, что повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека, установленной и доказанной, что дает основания квалифицировать его действия по ч. 2 ст. 264 УК РФ, поскольку В. находясь в состоянии алкогольного опьянения, 19 августа 2017 года, примерно в 21:23, управляя технически исправным автомобилем с пассажиром М. необходимых мер предосторожности не соблюдал, внимательным к дорожной обстановке и предупредительным к другим участникам движения не был, скорость выбрал без учета дорожных и метеорологических условий, характера и организации движения транспорта на данном участке дороги, которая не обеспечивала ему возможности постоянного контроля за движением транспортного средства, выехал и в последующем двигался по полосе, предназначенной для встречного движения, при возникновении опасности для движения, которую он мог обнаружить, возможных мер к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства своевременно не принял, чем нарушил требования пунктов 1.3, 1.5, 2.7, 9.1, 9.4, 9.7 и 10.1 Правил дорожного движения РФ, заведомо поставив себя в условия, при которых не был в состоянии обеспечить безопасность движения, в результате чего совершил столкновение с автомобилем марки «Шевроле Кобальт», причинив по неосторожности своему пассажиру М. телесные повреждения, которые в сочетании причинили тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Довод стороны защиты о том, что В.. правил дорожного движения не нарушал, не имел физической и технической возможности избежать столкновения, а также, что В.. выехал на полосу встречного движения в результате совершенных противоправных действий в отношении него потерпевшим М. суд считает несостоятельным и полагает, что он опровергается представленными и исследованными судом доказательствами, в том числе, показаниями потерпевшего М. свидетелей К.., Т.., Г.., Е.. и П.., эксперта 

<

данные изъяты> которые свидетельствуют о том, что между действиями В. связанными с нарушением им правил дорожного движения и наступлением тяжкого вреда здоровью М.. имеется прямая причинная связь. Кроме того, эксперт 

<

данные изъяты>. показал, что все повреждения на трупе В. образовались в результате дорожно-транспортного происшествия, иных повреждений, кроме тех, которые отражены в заключении, в ходе проведения экспертизы обнаружено не было.

Довод стороны защиты о том, что потерпевший не был пристегнут ремнем безопасности, в результате чего и образовались обнаруженные у него телесные повреждения, суд также считает несостоятельным, поскольку он опровергается показаниями потерпевшего М.., свидетеля К.., согласно которым потерпевший был пристегнут ремнем безопасности. Каких-либо доводов, которые бы ставили под сомнение допустимость и достоверность показаний потерпевшего и свидетеля, в ходе судебного следствия не установлено. 

Версия стороны защиты о непризнании вины по факту нахождения В.. в состоянии алкогольного опьянения опровергается результатами судебно-медицинской экспертизы, согласно которой в твердой мозговой оболочке и моче обвиняемого обнаружен этиловый спирт в концентрации 3,0 г/л и 3,5 г/л соответственно, что при жизни свидетельствует о сильном алкогольном опьянении, показаниями эксперта 

<

данные изъяты> подтвердившего данное им заключение, показаниями свидетеля Р.., согласно которым нарушений норм уголовно-процессуального закона в ходе предварительного следствия допущено не было. 

Таким образом, учитывая, что вина В.. в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 264 УК РФ установлена в ходе судебного следствия, оснований для возвращения уголовного дела прокурору для производства предварительного расследования не имеется, 19 августа 2017 года В.. скончался, оснований для реабилитации В. суд не находит, в связи с чем полагает необходимым прекратить уголовное дело в отношении В. в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 264 УК РФ.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в постановлении от 14 июля 2011 года N 16-П, если при продолжении производства предварительного расследования будут установлены основания для принятия решения о реабилитации умершего, уголовное дело подлежит прекращению по реабилитирующим основаниям, если же нет - оно передается в суд для рассмотрения в общем порядке. При этом в рамках судебного разбирательства должны быть установлены обстоятельства происшедшего, дана их правовая оценка, а также выяснена действительная степень вины (или невиновность) лица в совершении инкриминируемого ему деяния. Рассмотрев уголовное дело по существу в обычном порядке (с учетом особенностей, обусловленных физическим отсутствием такого участника судебного разбирательства, как подсудимый), суд должен либо, придя к выводу о невиновности умершего лица, вынести оправдательный приговор, либо, не найдя оснований для его реабилитации, прекратить уголовное дело на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 и п. 1 ст. 254 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь п.4 ч.1 ст.24 УПК РФ, ч.1 ст.254 УПК РФ,

ПОСТАНОВИЛ:

Прекратить уголовное дело в отношении В., обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 264 УК РФ, на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ и ч. 1 ст. 254 УПК РФ в связи со смертью В.

Вещественные доказательства: 

<

данные изъяты>

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Коми через Сыктывдинский районный суд Республики Коми в течение 10 суток со дня его вынесения. 

Председательствующий А.И. Самарин