Мотивированное 

решение

 составлено 13.11.2024.

№ 2-2526/2024

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

30 октября 2024 года

Верхнепышминский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Шелеповой Е.А.,

при секретаре Балалихиной В.С.,

с участием помощника прокурора Пигалицыной М.С.,

с участием истца ФИО2, представителя истца ФИО3, представителя ответчика ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к ООО «УГМК-Телеком» о признании незаконным и отмене приказа, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

установил:

истец ФИО2 обратилась в суд с иском к ООО «УГМК-Телеком» о признании незаконным и отмене приказа, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных исковых требований истцом указано, что 23.04.2024 года между ООО «УГМК-Телеком» и ФИО2 был заключен трудовой договор №, в соответствии с котором истец принята на работу в ООО «УГМК-Телеком» на должность ведущего экономиста в отдел бюджетирования и экономического анализа. Трудовой договор был расторгнут на основании приказа № от 19.07.2024 года. Основанием увольнения в данном приказе указан п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации – увольнение по инициативе работника. Истец считает данный приказ незаконным, написанным под давлением и прямым понуждением к увольнению со стороны работодателя. Начальник отдела бюджетирования и экономического анализа ФИО4 в присутствии коллег неоднократно позволяла себе в грубой форме высказывания в адрес истца, говоря о том, что истец некомпетентный и невнимательный сотрудник, а также ряд других высказываний. ФИО4 неоднократно предлагала истцу завершить работу в ООО «УГМК-Телеком» и работать в другой компании, говорила, что в ООО «УГМК-Телеком» истцу нет места, также с ее стороны поступали угрозы, что в случае если истец не напишет заявление по собственному желанию, будут предписания и справки о не прохождении испытательного срока, негативные записи в трудовой книжке, что подтверждается аудиозаписями разговоров. Ее слова оказывали на истца подавляющее воздействие. После ответов истца, на ее утверждения и попыток конструктивно решить вопрос, ФИО4 обозначила, что решение уволить истца окончательное, и оно не изменится. В ходе разговора ФИО4 подтвердила, что претензий к качеству работы истца нет, блок ТО, который по ее изначальному утверждению повлиял на позицию к истцу, в итоге ни оказал никакого влияния. Также повторно добавила, что дальше мы вместе с компанией не пойдем, повторно угрожала внесением в трудовую книжку негативной записи, снова предложила написать заявление на увольнение по собственному желанию и при этом оказывала давление, чтобы истец написала заявление в день разговора. Предлагала сделать увольнение быстрым – в заявлении поставить дату последнего рабочего дня 10.07.2024 года. Сущность ее претензий заключалась не в том, что истец не выполняет свою трудовую функцию, а в том, что истец только заканчивает университет, и с ее слов нельзя так сразу устраиваться на должность ведущего экономиста, на такой размер заработной платы, а нужно начинать с более низкой должности, как было у нее. В конце разговора, после непрекращающихся попыток истца решить вопрос, она повторно сказала, что направит истцу заявление на увольнение по собственному желанию, пригрозила негативной записью в трудовой книжке, проблемами с другими работодателями и повторно заявила, что ее решение окончательное, и оно не изменится. После разговора, на корпоративном портале 

<

данные изъяты>, ФИО4 прислала истцу шаблон заявления на увольнение по собственному желанию, неоднократно подходила и оказывала давление, чтобы истец подписала заявление. Не смотря на прямое оказание давления, истец приняла решение продолжать работать, о чем сообщила своему непосредственному руководителю в мессенджере WhatsApp 06.07.2024 года. 08.07.2024 года, истец, понимая, что ей одной трудно противостоять вышестоящему должностному лицу, приняла решение обратиться за помощью к заместителю генерального директора по блоку экономики ФИО5, который является непосредственным руководителем ФИО4, однако разговор не дал результата. ФИО5 сказал, что вмешиваться не будет из-за того, что истец с ФИО4 просто не сработались. ФИО5 не отрицал, что ошибка компании в том, что они не смогли надлежащим образом провести адаптацию и обучение для истца, как для нового сотрудника. Также ФИО5 дал понять, что есть разные пути расставания работодателя с работником, что можно уволиться либо по собственному желанию без негативных последствий, либо за не прохождение испытательного срока, которое несет более негативные последствия для работника, утверждал, что истцу нужно сказать спасибо работодателю за опыт и двигаться дальше, что подтверждается аудиозаписью разговора. 11.07.2024 года истца пригласила на разговор ФИО6, которая дала понять, что в курсе конфликтной ситуации и знала, что конфликтная ситуация связана именно с руководителем, а не с качеством работы. В разговоре ФИО6 подтвердила, что для истца, как нового сотрудника, компанией не была проведена надлежащая адаптация. Также подтвердила, что истцу целенаправленно создают сложную психологическую атмосферу, чтобы вынудить уволиться. Далее истец сказала, что в связи с этой ситуацией у нее ухудшается здоровье и нельзя нервничать, что ФИО6 расценила как сообщение о беременности и сразу же добавила, что если истец беременна, то со стороны работодателя все нападки на нее тут же прекратятся, а если не беременна, то ФИО6 рекомендовала бы уйти из компании только потому, что работать под таким прессингом тяжело. На недолгое время, не выдержав давление, не понимая и не осознавая, что делать дальше, а также чувствуя всю несправедливость ситуации, истец предложила уволить ее по соглашению сторон. ФИО6 в ответ на это подменила понятие увольнение по соглашению сторон на увольнение по собственному желанию, предложив соглашение без выплат, что в свою очередь не отличается от увольнения по собственному желанию. Далее ФИО6 угрожала, что если истец будет отстаивать свою позицию, то перечеркнет себе будущее и с поиском работы для истца все будет плохо. Кроме того, говорила, что подведут под увольнение по статье. ФИО6 также открыто заявила, что к ней, как к специалисту в области трудовых правоотношений, обратилось непосредственное руководство истца с запросом на увольнение. ФИО6 отметила, что уволить истца, как не выдержавшую испытательный срок, не могут, так как истец соблюдала все процессы и процедуры, которые приняты в компании, поэтому предложила искать решение какое-то другое. Утверждением о соблюдении истцом процессов и процедур компании, ФИО6 подтвердила, что к качеству работы истца претензий у работодателя нет. 12.07.2024 года истец заметила, что у ее непосредственного руководителя ФИО4 в календаре мероприятие запланировано совещание «Обсуждение дальнейших трудовых взаимодействий с сотрудником блока экономики и финансов», в этом же промежутке у сотрудников, которые участвовали в действиях, направленных на увольнение истца, также стояло совещание в это же время. В совокупности с другими обстоятельствами это оказало на истца подавляющее воздействие, истцу стало страшно и напряженно, что ее действительно необоснованно подведут под увольнение по негативной статье, и в результате она была вынуждена подать заявление на увольнение. В данном случае подача заявления на увольнение не была добровольной, а подача заявления произошла под давлением работодателя. В связи с чем, истец просит признать незаконным и отменить приказ № от 19.07.2024 года. Восстановить истца в должности ведущего экономиста в ООО «УГМК-Телеком». Взыскать компенсацию вынужденного прогула с ООО «УГМК-Телеком» за период с 20.07.2024 года по день фактического восстановления в должности из расчета среднедневного дохода равного 4 570 рублей 74 копейки. Взыскать компенсацию морального вреда с ООО «УГМК-Телеком» в размере 100 000 рублей.

Истец ФИО2, представитель истца ФИО3 в судебном заседании на исковых требованиях настаивали.

Представитель ответчика ООО «УГМК-Телеком» по доверенности ФИО7 в судебном заседании исковые требования не признала, просила в удовлетворении исковых требований отказать.

Заслушав истца ФИО2, представителя истца ФИО3, представителя ответчика ФИО7, допросив свидетелей ФИО9, ФИО10, ФИО4, заслушав заключение помощника прокурора, полагавшей, что требования о восстановлении на работе подлежат удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, сопоставив в совокупности все представленные по делу доказательства, суд пришел к следующему.

В силу ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений.

Согласно ст. 65 Трудового кодекса Российской Федерации, при заключении трудового договора лицо, поступающее на работу, предъявляет работодателю документы, одним из которых является документ об образовании, квалификации или наличии специальных знаний - при поступлении на работу, требующую специальных знаний или специальной подготовки.

Из смысла указанной нормы следует, что работодатель при заключении трудового договора, при предоставлении работником документов обязан устанавливать соответствие работника и его образования требованиям о работе по обусловленной трудовой функции.

Согласно п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации к основаниям прекращения трудового договора относится расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 настоящего Кодекса).

Порядок расторжения трудового договора по инициативе работника (по собственному желанию) определен статьей 80 Трудового кодекса Российской Федерации.

Частью 1 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен данным кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (часть 2 статьи 80 ТК РФ).

До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с данным кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора (часть 4 статьи 80 Трудового кодекса Российской Федерации).

В подпункте «а» пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Из приведенных правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что федеральный законодатель создал правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, который предусматривает в том числе возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен Трудовым кодексом Российской Федерации или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом. Для защиты интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении за работником закреплено право отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении (если только на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора). Обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника, являются: наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию.

По данному делу юридически значимыми и подлежащими определению и установлению с учетом исковых требований ФИО2 и их обоснования, возражений ответчика относительно иска и регулирующих спорные отношения норм Трудового кодекса Российской Федерации являлись следующие обстоятельства: были ли действия ФИО2 при подписании 12.07.2024 года заявления об увольнении по собственному желанию добровольными и осознанными с учетом того, что в собственноручном заявлении ФИО2 указала, что заявление об увольнении ею написано в связи с тем, что начальником Отдела бюджетирования и экономического анализа ФИО4 и другими должностными лицами на протяжении длительного периода времени принимаются меры, направление на принуждение ее к увольнению, а именно, целенаправленно создаются напряженные условия труда, выражающиеся в оказании психологического давления, угроз об увольнении по порочащим основаниям и дачи негативных характеристик для будущих работодателей; выяснялись ли руководством общества причины подачи ФИО2 заявления об увольнении по собственному желанию; разъяснялись ли ФИО2 работодателем последствия написания ею заявления об увольнении по инициативе работника и право отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию; оказывалось ли на истца психологическое давление со стороны представителей работодателя, как на молодого специалиста (который после института не может занять такую должность и получать такую заработную плату), которое, по мнению истца, оказывалось на нее с целью принуждения к подписанию заявления об увольнении.

Суд установил и подтверждается письменными материалами дела, что 23.04.2024 года между ООО «УГМК-Телеком» и ФИО2 был заключен трудовой договор №, в соответствии с котором истец принята на работу в ООО «УГМК-Телеком» на должность ведущего экономиста в отдел бюджетирования и экономического анализа. 

Трудовой договор был расторгнут на основании приказа № от 19.07.2024 года. Основанием увольнения в данном приказе указан п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации – увольнение по инициативе работника.

Руководствуясь положениями пункта 3 части 1 статьи 77, части 1 статьи 80, статьи 84.1 Трудового кодекса Российской Федерации, а также разъяснениями, изложенными в пункте 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», суд исходит из того, что заявление о расторжении трудового договора по собственному желанию написано истцом ФИО2 вынуждено, под психологическим давлением руководителя, истец намерений расторгнуть трудовой договор не имела, желала как молодой специалист продолжить трудовую деятельность в престижной компании, иной повод к увольнению, кроме создания работодателем искусственных сложностей в исполнении трудовых обязанностей, отсутствовал.

Как следует из пояснений истца, должны быть учтены обстоятельства предшествующие написанию ею заявления об увольнении по собственному желанию, изложенные в иске.

Доводы истца о понуждении ее к увольнению со стороны представителей работодателя (непосредственного руководителя и других должностных лиц) подтверждены истцом представленными суду аудиозаписями разговоров.

О вынужденном характере увольнения свидетельствует сам текст заявления об увольнении, в котором истцом указана причина увольнения в том, что «начальником Отдела бюджетирования и экономического анализа ФИО4 и другими должностными лицами на протяжении длительного периода времени принимаются меры, направление на принуждение ее к увольнению, а именно, целенаправленно создаются напряженные условия труда, выражающиеся в оказании психологического давления, угроз об увольнении по порочащим основаниям и дачи негативных характеристик для будущих работодателей».

Оценивая показания свидетелей ФИО9, ФИО11, ФИО4, суд приходит к выводу о том, что они подтверждают тот факт, что со стороны работодателя на истца оказывалось давление и понуждение к увольнению по собственному желанию.

Допрошенная свидетель ФИО9 суду пояснила, что она является заместителем начальника отдела бюджетирования в ООО «УГМК-Телеком», являлась наставником ФИО2 В первый месяц работы истца сидели вместе, нареканий не было, истец была активным сотрудником. Вопросы появились, когда истец самостоятельно занялась бизнес блоком, в работу не вникала. По мнению свидетеля, испытательный срок истцом был провален.

Допрошенная свидетель ФИО10 суду пояснила, что работает в ООО «УГМК-Телеком», с ФИО2 взаимодействовала не много. Каких-либо конфликтов она не видела. В работе истца были ошибки.

Допрошенная свидетель ФИО4 суду пояснила, что она работает начальником отдела бюджетирования и экономического анализа в ООО «УГМК-Телеком». ФИО2 находилась у нее в подчинении. Наставник ФИО9 обращала внимание на ошибки истца в работе. Первый месяц вопросов не было. Потом появились вопросы к качеству отчета, появилась негативная обратная связь от смежных подразделений. Истец всегда была спокойна, ссор и криков не было. Свидетель пояснила, что она понимала, что истец не сможет пройти испытательный срок. На этапе испытательного срока истцу была передана только часть задач, а есть более сложный дополнительный функционал. Истец говорила, что старается, что хочет работать. Свидетель говорила истцу, что дальнейшая история отношений – это расставание. Говорилось о том, что возможно увольнение в связи с не прохождением испытательного срока или по собственному желанию. Не хотела, чтобы в трудовую книжку истца была внесена запись о не прохождении испытательного срока. Истец не давала обратную связь. Предлагалось для увольнения 10 или 11 число. Свидетель также пояснила, что пересылала истцу заявление на увольнение, на что истец ответила, что подумает, сегодня писать не хочет. На вопрос суда свидетель пояснила, что истец сама об увольнении никогда не спрашивала. Но она для себя решила, что ФИО1 не подходит. То, что люди после института не начинают работать ведущим экономистом – это личное мнение свидетеля. Есть в ООО «УГМК-Телеком» и просто должность экономиста. Письменные объяснения по факту информации, указанной в заявлении истца на увольнении, работодатель у нее не истребовал.

При этом все свидетели пояснили, что ими в работе также допускаются ошибки.

Причины написания истцом подобного заявления об увольнении работодателем не выяснены. У истца объяснения по поводу формулировки заявления об увольнении не запрошены даже в день увольнения. Направленное работодателем истцу письмо получено ею уже после увольнения.

Установленные судом обстоятельства не подтверждают ни добровольность подачи заявления, ни осознанность его написания.

Таким образом, судом не был установлен сам факт достижения между работником ФИО2 и работодателем соглашения о расторжении трудового договора при добровольном и осознанном волеизъявлении работника прекратить трудовые отношения по собственной инициативе.

Доводы представителя ответчика о том, что увольнение истца произведено по собственному желанию истца, процедура увольнения не нарушена, подписав заявление на увольнение по собственному желанию, истец выразила волеизъявление на увольнение, впоследствии поставила подписи во всех документах, которые прекращают отношения сторон трудового договора, являлись предметом рассмотрения суда и отклоняются судом применительно к установленным по делу обстоятельствам.

Несостоятельными являются утверждения ответчика, что желание работника расторгнуть трудовой договор по собственной инициативе, а не быть уволенным по отрицательному мотиву, не свидетельствует о вынужденности прекращения трудовых отношений. Доводам истца об отсутствии у нее намерения увольняться суд дал оценку, как свидетельствующим об отсутствии намерения прекратить трудовые отношения. В частности, дана оценка объяснениям истца и представителя ответчика, показаниям свидетелей, представленной аудиозаписи, переписке, и с учетом того, что наличие спора между работником и работодателем по поводу состоявшегося увольнения, свидетельствует об отсутствии у истца добровольного волеизъявления на увольнение по собственному желанию, наличия порока воли истца при написании заявления от 12.07.2024 года в связи с психологическим давлением со стороны работодателя.

Работник является экономически более слабой стороной в трудовом правоотношении, учитывая не только экономическую (материальную), но и организационную зависимость работника от работодателя.

В связи с чем, суд приходит к выводу о том, что увольнение истца на основании приказа от 19.07.2024 года № является незаконным, истец подлежит восстановлению на работе в прежней должности с 20.07.2024 года, со взысканием среднего заработка за время вынужденного прогула. С ответчика в пользу истца подлежит взысканию средний заработок за время вынужденного прогула в размере 326 080 рублей 78 копеек, с удержанием обязательных платежей (согласно расчетным листкам в апреле 2024 года истец отработала 5 дней, в мае 2024 года – 18 дней, в июне 2024 года – 11 дней, в июле 2024 года – 10 дней (всего 44 дня). Согласно справке 2-НДФЛ начисленная заработная плата истца составила 196 541 рубль 88 копеек. 196541,88:44=4466,86 руб.- среднедневной заработок. В июле с момента восстановления для истца 8 рабочих дней, в августе – 22 дня, в сентябре – 21 день, в октябре – 22 дня (всего 73 дня), 4466,86*73=326080,78 руб.).

Установив нарушение трудовых прав, суд, руководствуясь статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, а также разъяснениями, изложенными в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» (пункт 63), и от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (пункт 46), учел характер нравственных страданий работника и степень вины работодателя, принципы разумности и справедливости, приходит к выводу о взыскании с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда в размере 30 000 рублей.

Учитывая изложенное, исковые требования ФИО2 к ООО «УГМК-Телеком» о признании незаконным и отмене приказа, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, подлежат удовлетворению в части.

Руководствуясь ст. ст. 12, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО2 к ООО «УГМК-Телеком» о признании незаконным и отмене приказа, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, удовлетворить в части.

Признать незаконным и отменить приказ № от 19.07.2024 года о прекращении (расторжении) трудового договора с работником в отношении ФИО2.

Восстановить ФИО2 на работе в должности ведущего экономиста Отдела бюджетирования и экономического анализа в ООО «УГМК-Телеком».

Привести настоящее решение в части восстановления на работе к немедленному исполнению.

Взыскать с ООО «УГМК-Телеком» в пользу ФИО2 заработную плату за время вынужденного прогула в размере 326 080 рублей 78 копеек, с удержанием обязательных платежей.

Взыскать с ООО «УГМК-Телеком» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 30 000 рублей 00 копеек.

В удовлетворении оставшейся части требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд с подачей апелляционной жалобы через Верхнепышминский городской суд Свердловской области в течение месяца с момента изготовления решения в окончательной форме. 

Судья Е.А. Шелепова.