ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

31 марта 2017 года город Самара

Самарский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего - Голенко М.Е., при секретаре Филиной Н.А., с участием государственных обвинителей - помощников военного прокурора Самарского гарнизона майора юстиции ФИО1 и старшего лейтенанта юстиции ФИО2,защитника - адвоката Макаревича А.Н., представителя потерпевшего - Г.Е.В., рассмотрев уголовное дело в открытом судебном заседании в отношении 

<

данные изъяты>

ФИО3, 

<

данные изъяты>,

обвиняемого в совершении двух преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее - УК Российской Федерации),

установил:

ФИО3, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, находясь в служебной командировке в 

<

адрес>, решил путём обмана похитить денежные средства, предназначенные ему для возмещения командировочных расходов. С этой целью ФИО3 получил от гражданина Ш., проживающего в 

<

адрес>, оправдательные документы, в которых были указаны не соответствующие действительности сведения о проживании ФИО3 гостинице 

<

данные изъяты>, расположенной по адресу: 

<

адрес>, и о понесённых им на эти цели расходах в размере 

<

данные изъяты> рублей в сутки, а всего на общую сумму 

<

данные изъяты> рублей. При этом в период командировки, ФИО3 фактически проживал на съёмной квартире по адресу: 

<

адрес>, за проживание в которой платил меньшую сумму.

По прибытию из командировки ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ, путём обмана, действуя из корыстных побуждений, 

<

адрес>, реализуя умысел на хищение, принадлежащих потерпевшему, денежных средств, составил авансовый отчёт, который представил в финансово-экономическую службу филиала 

<

данные изъяты>, вместе с приложенными к нему заведомо подложными документами, полученными от 

<

данные изъяты>, подтверждающими его якобы проживание в гостинице 

<

данные изъяты> и оплату денежных средств из расчёта 

<

данные изъяты> рублей в сутки.

При этом в соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации от 21 июня 2010 № 467 «О возмещении расходов по бронированию и найму жилого помещения, связанных со служебными командировками на территории Российской Федерации, военнослужащим и сотрудникам некоторых федеральных органов исполнительной власти за счёт средств федерального бюджета» при отсутствии подтверждающих документов расходы по найму жилого помещения возмещаются в размере 30 процентов установленной нормы суточных за каждый день нахождения в служебной командировке, то есть в размере 90 рублей в сутки. 

После изучения указанных документов, ДД.ММ.ГГГГ финансово-экономическая служба филиала 

<

данные изъяты>, дополнительно перечислила ФИО3, с учётом ранее выданного аванса, денежные средства в размере 

<

данные изъяты> рублей, а всего им были получены денежные средства в сумме 

<

данные изъяты> рублей.

Таким образом, в результате указанных действий, ФИО3, незаконно были получены денежные средства в размере 

<

данные изъяты> рублей, которыми он распорядился по своему усмотрению.

Он же, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, находясь в служебной командировке в 

<

адрес> края, решил путём обмана похитить денежные средства, предназначенные ему для возмещения командировочных расходов. С этой целью ФИО3 получил от гражданина 

<

данные изъяты>, проживающего в 

<

адрес>, оправдательные документы, в которых были указаны не соответствующие действительности сведения о его проживании в гостинице 

<

данные изъяты>, расположенной по адресу: 

<

адрес>, и о понесённых им на эти цели расходах в размере 

<

данные изъяты> рублей в сутки, а всего на общую сумму 

<

данные изъяты> рублей. При этом в период командировки, ФИО3 фактически проживал на съёмной квартире по адресу: 

<

адрес>, за проживание в которой платил меньшую сумму.

По прибытию из командировки ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ, путём обмана, действуя из корыстных побуждений, 

<

адрес>, реализуя умысел на хищение, принадлежащих потерпевшему, денежных средств, составил авансовый отчёт, который представил в финансово-экономическую службу 

<

данные изъяты>, вместе с приложенными к нему заведомо подложными документами, полученными от 

<

данные изъяты>, подтверждающими его якобы проживание в гостинице 

<

данные изъяты> и оплату денежных средств из расчёта 

<

данные изъяты> рублей в сутки, а также внёс остаток неизрасходованных денежных средств в размере 

<

данные изъяты> рублей, от полученных в качестве аванса денежных средств в размере 

<

данные изъяты> рублей.

При этом в соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации от 21 июня 2010 № 467 «О возмещении расходов по бронированию и найму жилого помещения, связанных со служебными командировками на территории Российской Федерации, военнослужащим и сотрудникам некоторых федеральных органов исполнительной власти за счёт средств федерального бюджета» при отсутствии подтверждающих документов расходы по найму жилого помещения возмещаются в размере 30 процентов установленной нормы суточных за каждый день нахождения в служебной командировке, то есть в размере 90 рублей в сутки. 

После изучения указанных документов, ДД.ММ.ГГГГ финансово-экономическая служба филиала 

<

данные изъяты>, приняла указанный авансовый отчёт, а ФИО3, получил возможность распоряжаться не сданными денежными средствами в размере 

<

данные изъяты> рублей, что он и сделал.

В судебном заседании подсудимый ФИО3 вину в инкриминируемых преступлениях не признал, при этом пояснив, что в период нахождения в указанных командировках проживал в квартирах с другими военнослужащими, также находящимися в командировке, в 2014 году по адресу: 

<

адрес> в 2015 году по адресу: 

<

адрес>, которые, как он думал, относятся к гостиничному комплексу 

<

данные изъяты>, а стоимость проживания составляла 

<

данные изъяты> рублей в сутки с каждого. 

Виновность подсудимого ФИО3, несмотря на отрицание им своей вины, установлена следующими доказательствами, исследованными в ходе судебного следствия. 

Свидетель В.С.А., допрошенный в соответствии со ст. 278.1 УПК Российской Федерации, показал, что он арендуя квартиру по адресу: 

<

адрес> Б.В.О., занимался сдачей её в найм другим лицам. В середине июня 2014 года к нему обратились военнослужащие, прибывшие в командировку из 

<

адрес>, в том числе и ФИО3, с просьбой сдать им данную квартиру для проживания. После чего он сдал им указанную квартиру по стоимости 

<

данные изъяты> рублей в сутки с человека, а спустя 3 дня снизил стоимость проживания до 

<

данные изъяты> рублей в сутки с человека. Также В.С.А. пояснил, что эта квартира находится в собственности Б.В.О., к гостиничному комплексу 

<

данные изъяты> она не относится, и никогда не относилась, а о существовании такого комплекса ему не известно, какую-либо отчётную документацию военнослужащим он не предоставлял.

Из исследованной в судебном заседании копии договора купли-продажи квартиры усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ Б.В.О. приобрёл квартиру по адресу: 

<

адрес> П.Э.Е., что было удостоверено нотариусом 

<

адрес>.

Согласно договору найма жилого помещения от ДД.ММ.ГГГГ, исследованному в судебном заседании, Б.В.О., на основании правоустанавливающих документов, предоставил в пользование В.С.А. квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>.

Исходя из чего, суд приходит к выводу, что квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес> не является гостиницей и не относится к гостиничному комплексу 

<

данные изъяты>.

Из исследованного в судебном заседании командировочного удостоверения от ДД.ММ.ГГГГ № усматривается, что ФИО3 командирован в 

<

данные изъяты>, расположенный в 

<

адрес>, на 30 суток с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. 

Как видно из авансового отчёта от ДД.ММ.ГГГГ №, утверждённого начальником 

<

данные изъяты>, в перечень оправдательных документов о произведённых командировочных расходах, ФИО3 включён счёт на проживание в гостинице 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ серии АА № на сумму 

<

данные изъяты> рублей.

Допрошенный в соответствии со ст. 278.1 УПК Российской Федерации, Свидетель Ш. показал, что приезжал на указанную квартиру, где по просьбе проживающих там военнослужащих, в том числе и ФИО3, предоставил документы о якобы их проживании в гостинице 

<

данные изъяты>, которая в тот момент находилась на ремонте и была не пригодна для проживания, о том, что указанная квартира относится к гостинице 

<

данные изъяты>, он не сообщал.

В судебном заседании подсудимый не смог пояснить суду, при каких обстоятельствах им были получены документы о проживании в гостинице 

<

данные изъяты>, расположенной по адресу: 

<

адрес>.

Таким образом, в суде достоверно установлено, что в период командировки в 2014 году ФИО3 проживал на съёмной квартире, а представленные им документы в финансовую службу филиала 

<

данные изъяты>, о его якобы проживании в гостинице 

<

данные изъяты> являются фиктивными.

Свидетель Ш., допрошенный в соответствии со ст. 278.1 УПК Российской Федерации, показал, что осенью 2015 года сдавал квартиру, расположенную по адресу: 

<

адрес>, военнослужащим, приезжающим в командировку из 

<

адрес>, в том числе и ФИО3, о том, что указанная квартира относится к гостинице 

<

данные изъяты>, он не сообщал. Также Ш. пояснил, что указанная квартира к его гостиничному комплексу 

<

данные изъяты>, который в указанный период находился на ремонте и был не пригоден для проживания, расположенному по адресу: 

<

адрес> не относится, а принадлежит на праве собственности Ш.Л.Я. 

При этом Ш. пояснил, что стоимость проживания в указанной квартире составляла 

<

данные изъяты> рублей в сутки, вместе с ФИО3 проживали ещё 3 военнослужащих, а подложные документы с завышенной суммой стоимости проживания в размере 

<

данные изъяты> рублей в сутки, были изготовлены им по их просьбе.

Как усматривается из копии свидетельства о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ, исследованной в судебном заседании, квартира по адресу: 

<

адрес>, находится в собственности Ш.Л.Я. 

Исходя из чего, суд приходит к выводу, что квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес> не является гостиницей и не может относиться к гостиничному комплексу 

<

данные изъяты>.

Таким образом, в суде достоверно установлено, что в период командировки в 2015 году ФИО3 проживал на съёмной квартире, а представленные им документы в финансовую службу филиала 

<

данные изъяты>, о его якобы проживании в гостинице 

<

данные изъяты> являются фиктивными.

Из исследованного в судебном заседании командировочного удостоверения от ДД.ММ.ГГГГ № усматривается, что ФИО3 командирован в 

<

данные изъяты>, расположенный в 

<

адрес>, на 30 суток с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. 

Как видно из авансового отчёта от ДД.ММ.ГГГГ №, утверждённого начальником 

<

данные изъяты>, в перечень оправдательных документов о произведённых командировочных расходах, ФИО3 включены счёта на проживание в гостинице 

<

данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ серии АА № на сумму 

<

данные изъяты> рублей и от ДД.ММ.ГГГГ серии АА № на сумму 

<

данные изъяты> рублей.

Так, свидетель С.С.П., допрошенный в судебном заседании, показал, что перед убытием в командировку все военнослужащие, в том числе и ФИО3, проходили инструктаж, в ходе которого им разъяснялся порядок возмещения командировочных расходов и запрет на проживание вне гостиниц. Также С.С.П. известно, что в ходе прокурорской проверки были выявлены подложные документы, которые имели отношение к проживанию в гостинице военнослужащих 

<

данные изъяты> в период их нахождения в командировке в 

<

адрес>. В ходе указанной проверки военнослужащие 

<

данные изъяты>, в том числе и ФИО3, обращались в финансово-экономическую службу для возмещения командировочных расходов.

Из заключения эксперта от ДД.ММ.ГГГГ №, усматривается, что рукописный текст и подписи в авансовых отчётах от ДД.ММ.ГГГГ № и от ДД.ММ.ГГГГ № выполнены ФИО3, что не отрицал и сам подсудимый.

Согласно заключению эксперта от ДД.ММ.ГГГГ проведённого по материалам уголовного дела №, в результате действий ФИО3 в 2014 году, потерпевшему причинён ущерб в размере 

<

данные изъяты> рублей, а в результате его действий в 2015 году, потерпевшему ущерб в размере 

<

данные изъяты> рублей.

Допрошенная в судебном заседании свидетель Т.Н.В. показала, что ДД.ММ.ГГГГ к ней с рапортом на имя начальника филиала 

<

данные изъяты> пришёл ФИО3 и добровольно внёс денежные средства в размере 

<

данные изъяты> рублей и 

<

данные изъяты> рублей в качестве восстановления командировочных расходов за командировки в 

<

адрес> в 2014 и 2015 годах, что также подтверждается, исследованными в судебном заседании, приходными кассовыми ордерами от ДД.ММ.ГГГГ № и №, соответственно.

В судебном заседании представитель потерпевшего Г.Е.В. показала, что в мае 2016 года, в ходе прокурорской проверки, проводимой в 

<

данные изъяты>, ФИО3 добровольно возместил в полном объёме имущественный вред, причинённый потерпевшему, в связи с чем, каких-либо материальных претензий в настоящее время к нему не имеется.

Из рапортов ФИО3 от ДД.ММ.ГГГГ, усматривается, что он обратился на имя начальника филиала 

<

данные изъяты> за разрешением на добровольное внесение денежных средств излишне полученных им за проживание в гостинице 

<

данные изъяты>, в периоды нахождения в служебных командировках в 

<

адрес>, а именно в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ и в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

В судебном заседании ФИО3 отказался пояснить причину возмещения им командировочных расходов, сославшись на то, что так делали все, а также в связи с приказом командования и в целях избежания наступления негативных последствий по службе.

Допрошенный в суде свидетель 

<

данные изъяты> Ц.А.С. - командир 

<

данные изъяты> показал, что в июне 2014 года перед убытием в служебную командировку в 

<

адрес> все военнослужащие 

<

данные изъяты> были проинструктированы о правилах возмещения командировочных расходов. При этом, до всех была доведена телеграмма вышестоящего командования о запрете возмещения расходов, связанных с проживанием в период служебной командировки вне гостиниц, с целью исключения случаев представления фиктивных оправдательных документов. В период служебной командировки никто из военнослужащих, в том числе и ФИО3, никаких жалоб и просьб относительно условий проживания и питания не предъявлял. Также Ц.А.С. пояснил, что каких-либо приказов о сдаче денежных средств в кассу он не отдавал ни в устной, ни в письменной форме.

Оценив собранные по делу и проверенные в судебном заседании доказательства в их совокупности, военный суд находит их достоверными и достаточными для обоснования виновности подсудимого в содеянном.

Давая оценку заявлению защитника-адвоката Макаревича о том, что в нарушение требований УПК Российской Федерации, срок дознания по данному уголовному делу составил свыше 6 месяцев без наличия к тому оснований, а именно единственного возможного случая продления дознания свыше указанного срока - исполнением запроса об оказании правовой помощи, суд исходит из следующего.

В ходе судебного заседания данный вопрос выносился на обсуждение сторон, а также был исследован запрос о правовой помощи и допрошен 

<

данные изъяты> М.А.Н., который показал, что при принятии решения о продлении срока дознания по данному уголовному делу свыше 6 месяцев, ему был представлен запрос о правовой помощи, который был направлен в порядке, предусмотренном ст. 453 УПК Российской Федерации. 

Учитывая изложенное, суд не усмотрел существенных нарушений уголовно-процессуального закона, которое могло бы исключить возможность постановления приговора на основе данного обвинительного акта, а данное заявление Макаревича находит необоснованным.

Доводы подсудимого ФИО3, о том, что он, вместе с другими военнослужащими, проживал в квартирах, относящейся к гостиничному комплексу 

<

данные изъяты>, суд признает несостоятельным, так как они опровергаются исследованными в суде доказательствами, а именно показаниями свидетеля В.С.А., который показал, что собственником квартиры по адресу: 

<

адрес>, является Б.В.О., а о существовании гостиничного комплекса 

<

данные изъяты> ему не известно, и показаниями свидетеля Ш., который показал, что гостиничный комплекс 

<

данные изъяты> расположен по адресу: 

<

адрес>, осенью 2015 года был непригоден для проживания, так как в нем производился ремонт. Показания свидетелей В.С.А. и Ш. согласуются с другими исследованными в судебном заседании доказательствами, в том числе договором купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ между П.Э.Е. и Б.В.О. и свидетельством о государственной регистрации права на квартиру расположенную по адресу: 

<

адрес>, согласно которому собственником указанной квартиры является Ш.Л.Я.

Заявление защитника-адвоката Макаревича о том, что в смс - переписке ФИО3 с Ш., содержатся сведения о признании Ш. после допроса в суде достоверности сумм в квитанциях, то суд к названному заявлению стороны защиты относится критически, поскольку данные сведения не отвечают требованиям статей 75, 79 и 86 УПК Российской Федерации, предъявляемым к доказательствам. 

Не может повлиять на выводы суда и утверждение стороны защиты о том, что уголовное дело по части 1 статьи 159 УК Российской Федерации в отношении его подзащитного не возбуждалось, а также, что по возбужденному в отношении ФИО3 уголовному делу по части 1 статьи 159.2 УК Российской Федерации какого-либо решения принято не было, поскольку как усматривается из материалов уголовного дела ДД.ММ.ГГГГорганами предварительного расследования по факту хищения денежных средств, принадлежащих потерпевшему, в отношении ФИО3 было вынесено постановление о возбуждении уголовного дела по части 1 статьи 159.2 УК Российской Федерации. При этом, по мнению суда, необходимости в вынесении дополнительного постановления о возбуждении уголовного дела по части 1 статьи 159 УК Российской Федерации, а также решения по уголовному преследованию (прекращение) по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 159.2 УК Российской Федерации, согласно действующему законодательству, не требуется.

Давая оценку заявлению защитника-адвоката Макаревича о том, что ФИО3 не должен был знать Приказ Минкультуры России от 11 июля 2014 года № 1215 «Об утверждении порядка классификации объектов туристской индустрии, включающих гостиницы и иные средства размещения, горнолыжные трассы и пляжи, осуществляемой аккредитованными организациями», о чем делает вывод эксперт в своём заключении от ДД.ММ.ГГГГ по материалам уголовного дела № и самого подсудимого о том, что ему не были известны положения статьи 51 Конституции Российской Федерации, а также Постановление Правительства Российской Федерации от 21 июня 2010 года № 467 «О возмещении расходов по бронированию и найму жилого помещения, связанных со служебными командировками на территории Российской Федерации, военнослужащим и сотрудникам некоторых федеральных органов исполнительной власти за счёт средств федерального бюджета», в том числе, приказы вышестоящего командования о порядке возмещения военнослужащим расходов по найму жилых помещений в командировках, то суд исходит из следующего.

Согласно пункту 2 статьи 15 Конституции Российской Федерации органы государственной власти, органы местного самоуправления, должностные лица, граждане и их объединения обязаны соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы.

Из статьи 115 Конституции Российской Федерации усматривается, что на основании и во исполнение Конституции Российской Федерации, федеральных законов, нормативных указов Президента Российской Федерации Правительство Российской Федерации издаёт постановления и распоряжения, обеспечивает их исполнение. Постановления и распоряжения Правительства Российской Федерации обязательны к исполнению в Российской Федерации.

Статей 1 Дисциплинарного устава Вооружённых Сил Российской Федерации, утверждённого Указом Президента Российской Федерации от 10 ноября 2007 года № 1495 «Об утверждении Общевоинских уставов Вооружённых Сил Российской Федерации» установлено, что воинская дисциплина есть строгое и точное соблюдение всеми военнослужащими порядка и правил, установленных федеральными конституционными законами, федеральными законами, общевоинскими уставами Вооружённых Сил Российской Федерации, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и приказами (приказаниями) командиров (начальников).

Таким образом, знание и соблюдение военнослужащими нормативных актовв части, их касающейся, является их прямой обязанностью, исходя из чего, суд приходит к выводу, что данные заявления Макаревича и подсудимого являются надуманными.

Довод защитника-адвоката Макаревича о том, что в своём заключении от ДД.ММ.ГГГГ №, эксперт высказал предположение о заполнении Ш. квитанций от ДД.ММ.ГГГГ серии АА №, от ДД.ММ.ГГГГ серии АА № и от ДД.ММ.ГГГГ серии АА №, а также, что для проведения экспертизы не изымались образцы подчерка Ш., суд признает несостоятельными, так как они опровергаются показаниями самого Ш., данных им в ходе судебного заседания, а именно о том, что последний самостоятельно заполнял указанную квитанцию, после того как ФИО3 обратился к нему с просьбой и предъявил документ удостоверяющий личность, а также самостоятельно ставил подпись, но старался исполнить её максимально не похожей на свою.

Заявление Макаревича о том, что к показаниям свидетеля Ш., суду следует отнестись критически, поскольку не подтверждаются материалами уголовного дела, а также о том, что Ш. не смог, по его мнению, достоверно пояснить цель выписывания подложных документов ФИО3, суд также находит несостоятельным, поскольку, Ш. в ходе его допроса, показал, что указанные документы он выписывал по просьбе приехавших военнослужащих, в том числе и ФИО3, а оснований не доверять показаниям Ш. у суда не имеется, так как он их последовательно давал на протяжении всего предварительного расследования и в суде, и они полностью согласуются с совокупностью исследованных доказательств.

Давая оценку заявлению Макаревича о том, что при проведении отдельных процессуальных действий следователем нарушались требования УПК Российской Федерации, суд исходит из того, что данные действия следователя не обжаловались ни руководителю военного следственного отдела, ни в суд, а также не включены в основу обвинения, и таким образом, не могут повлиять на выводы суда о доказанности вины подсудимого.

Также суд признает несостоятельным и довод Макаревича о том, что в качестве доказательств не могут быть приняты протоколы осмотра документов - объяснений Г.Е.В., Б.Д.В., Ш.А.В., К.Ю.А. и ФИО3, данных ими в ходе прокурорской проверки и предварительного расследования, так как при производстве данных следственных действий были нарушены нормы УПК Российской Федерации, поскольку данные документы в основу обвинения не включены, а выводы суда о виновности подсудимого подтверждаются совокупностью показаний участников судебного заседания и содержанием иных документов. 

Довод Макаревича о том, что сумма ущерба должна быть снижена исходя из того, что за проживание ФИО3 платил 

<

данные изъяты> рублей в сутки, суд находит несостоятельным, поскольку как установлено в судебном заседании, и не оспаривалось подсудимым, в период нахождения в командировках в 

<

адрес> в 2014 и 2015 годах, он проживал в квартирах, которые, по его мнению, относились к гостиничному комплексу 

<

данные изъяты>, а согласно Постановлению Правительства Российской Федерации от 21 июня 2010 № 467 «О возмещении расходов по бронированию и найму жилого помещения, связанных со служебными командировками на территории Российской Федерации, военнослужащим и сотрудникам некоторых федеральных органов исполнительной власти за счёт средств федерального бюджета» при отсутствии подтверждающих документов (в случае непредоставления места в гостинице) расходы по найму жилого помещения возмещаются в размере 30 процентов установленной нормы суточных за каждый день нахождения в служебной командировке, то есть в размере 90 рублей в сутки. Следовательно, размер ущерба, по мнению суда определён верно.

Таким образом, поскольку в суде установлено, что ФИО3 при обстоятельствах, изложенных в описательной части приговора, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, из корыстных побуждений, путём обмана совершил хищение чужого имущества - денежных средств в размере 

<

данные изъяты> рублей, представив в финансовую службу филиала 

<

данные изъяты> недостоверные сведения о понесённых им расходах за проживание в гостинице, в которой в действительности он не проживал, то суд квалифицирует его действия по ч. 1 ст. 159 УК РФ как мошенничество, то есть тайное хищение чужого имущества путём обмана.

Судом также установлено, что ФИО3 при обстоятельствах, изложенных в описательной части приговора, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, из корыстных побуждений, путём обмана совершил хищение чужого имущества - денежных средств в размере 

<

данные изъяты> рублей, представив в финансовую службу филиала 

<

данные изъяты> недостоверные сведения о понесённых им расходах за проживание в гостинице, в которой в действительности он не проживал, то суд квалифицирует его действия по ч. 1 ст. 159 УК РФ как мошенничество, то есть тайное хищение чужого имущества путём обмана.

Учитывая квалификацию содеянного ФИО3, по эпизоду совершенному в ДД.ММ.ГГГГ, и категорию преступления предусмотренного ч. 1 ст. 159 УК Российской Федерации, суд приходит к выводу о том, что на момент рассмотрения дела в суде истёк установленный п. «а» ч. 1 ст. 78 УК Российской Федерации срок привлечения ФИО3 к уголовной ответственности, что на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 и п. 2 ч. 1 ст. 27 УПК Российской Федерации является основанием для прекращения уголовного дела и уголовного преследования.

Согласно правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 25 постановления от 27 июня 2013 года № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности» в случае, если во время судебного разбирательства будет установлено обстоятельство, указанное в пункте 3 части 1 статьи 24 УПК Российской Федерации, суд прекращает уголовное дело и (или) уголовное преследование только при условии согласия на это подсудимого.

Однако поскольку ФИО3, в судебном заседании, отказался от прекращения уголовного дела по основанию, предусмотренному п. 1 ст. 254 УПК Российской Федерации, то в соответствии с ч. 2 ст. 27 УПК Российской Федерации, производство по уголовному делу продолжено в обычном порядке, а в соответствии с ч. 8 ст. 302 УПК Российской Федерации в отношении подсудимого должен быть вынесен приговор с освобождением осуждённого от наказания.

При назначении наказания подсудимому, суд принимает во внимание характер и степень общественной опасности содеянного ФИО3.

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание суд признает, наличие на иждивении у ФИО3 

<

данные изъяты> и добровольное возмещение им имущественного вреда, причинённого преступлением. 

Кроме того, суд принимает во внимание материальное, семейное положение, возраст подсудимого и условия жизни его семьи, что ранее к уголовной ответственности он не привлекался, ни в чём предосудительном замечен не был, его жена находиться на 4 месяце беременности, за период прохождения военной службы характеризуется положительно, является ветераном боевых действий,принимал участие в выполнении специальных задач на территории 

<

данные изъяты>, награждён ведомственными наградами, а также учитывает мнение представителя потерпевшего, который претензий к подсудимому не имеет.

С учётом изложенных обстоятельств, суд полагает возможным назначить подсудимому, за каждое из совершенных им преступлений, наиболее мягкое наказание, предусмотренное санкцией части 1 статьи 159 УК Российской Федерации, в виде штрафа. 

Вместе с тем, поскольку преступление совершенное ДД.ММ.ГГГГ, предусмотренное ч. 1 ст. 159 УК Российской Федерации, в совершении которого виновен подсудимый, согласно ст. 15 УК Российской Федерации, относится к категории преступлений небольшой тяжести, а срок давности привлечения к уголовной ответственности, предусмотренный ст. 78 УК Российской Федерации истёк в августе 2016 года, то ФИО3 на основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК Российской Федерации, подлежит освобождению от наказания за указанное преступление за истечением сроков давности уголовного преследования.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 302-304, 307- 309 УПК Российской Федерации, военный суд,

приговорил:

ФИО3 признать виновным в совершении двух преступлений, предусмотренных частью 1 статьи 159 Уголовного кодекса Российской Федерации, назначить ему наказание за совершение каждого из этих преступлений в виде штрафа, по эпизоду ДД.ММ.ГГГГ в размере 80000 (восемьдесят тысяч) рублей, по эпизоду ДД.ММ.ГГГГ - 60000 (шестьдесят тысяч) рублей. 

На основании п. 3 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации освободить ФИО3 от назначенного уголовного наказания в виде штрафа по эпизоду 

<

данные изъяты> в размере 80000 (восемьдесят тысяч) рублей, в связи истечением сроков давности уголовного преследования.

Меру пресечения ФИО3 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, до вступления приговора в законную силу, оставить без изменения. 

По вступлению приговора в законную силу вещественные доказательства по делу, перечисленные в томе 5 на 124-127 листах хранить при уголовном деле. 

Процессуальные издержки по делу в сумме 550 (пятьсот пятьдесят) рублей, связанные с оплатой услуг защитника - адвоката Кирюхиной О.В. за оказание юридической помощи ФИО3 на предварительном следствии, взыскать с осуждённого ФИО3.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в судебную коллегию по уголовным делам Приволжского окружного военного суда через Самарский гарнизонный военный суд в течение 10 суток со дня его постановления.

В случае направления уголовного дела в судебную коллегию по уголовным делам Приволжского окружного военного суда для рассмотрения в апелляционном порядке, осужденный вправе ходатайствовать о своём участии в заседании суда апелляционной инстанции, поручить осуществление своей защиты избранному им защитнику, отказаться от защитника либо ходатайствовать перед судом апелляционной инстанции о назначении ему защитника.