Дело №

24RS0№-52

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

09 июля 2019 года г.Красноярск 

Железнодорожный районный суд г.Красноярска в составе:

председательствующего судьи Шамовой О.А.,

при секретаре Житникове Д.И.,

с участием представителя ответчиков ГУФСИН России по Красноярскому краю, ФКУ ИК-5 ОИК-36 ГУФСИН России по Красноярскому краю, ФСИН России ФИО8,

третьего лица ФИО9,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО10 к ГУФСИН России по Красноярскому краю, ФСИН России, ФКУ ИК-5 ОИК-36 ГУФСИН России по Красноярскому краю о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО10 обратился в суд с иском к ГУФСИН России по Красноярскому краю о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда. Требования мотивированы тем, что истец отбывает наказание в ФКУ ИК-5 ОИК-36 ГУФСИН России по Красноярскому краю. В период нахождения в исправительном учреждении истец признан инвалидом 

<

данные изъяты> по заболеванию эпилепсия со стабильной ежемесячной пенсией в размере 4 943 рубля, которую истец расходует на свои нужды в магазине ОИК-36 ИК-5. В апреле 2018 года истцом в магазине исправительного учреждения были приобретены 2 пластиковых таза по 140 рублей, которые истец хранил в расположении отряда №. 16.10.2018 года тазы были изъяты начальником отряда № лейтенантом внутренней службы ФИО9 из секции №, а 17.10.2018 года тазы были уничтожены как запрещенные предметы. Не был составлен акт об изъятии имущества истца (2-х тазов) и акт уничтожения имущества истца (2-х тазов). При обращении к начальнику отряда ФИО9 истец был выгнан ФИО9 из его кабинета, что умаляет авторитет, честь и достоинство истца.

С уточнением исковых требований просил взыскать с ГУФСИН России по Красноярскому краю в свою пользу материальный ущерб в сумме 280 рублей, компенсацию морального вреда в размере 15 000 рублей.

Определением Железнодорожного районного суда г.Красноярска от 22.05.2019 года к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ФКУ ИК-5 ОИК-36 ГУФСИН России по Красноярскому краю, ФСИН России.

Истец ФИО10 в зал судебного заседания не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен своевременно и надлежащим образом, что подтверждается распиской, 23.06.2019 года освобожден из мест лишения свободы по отбытии срока, просил рассмотреть дело в свое отсутствие. До судебного заседания истец ФИО10 представил письменные пояснения к исковому заявлению, согласно которым само поведение начальника отряда ФИО9 было демонстративно-аморальным, в те моменты, когда он вынуждал истца унижаться перед ним, прося вернуть тазы, при этом ФИО9 всем своим поведением демонстрировал свою власть и полную безнаказанность, высокомерно и пренебрежительно разговаривая с истцом, всячески подчеркивая низкое процессуальное положения истца. То обстоятельство, что сотрудник администрации вместо того, чтобы позаботиться о надлежащем оснащении отряда элементарными гигиеническими принадлежностями, взял и присвоил эти предметы, которые истец приобрел самостоятельно, вызвало у истца глубокое чувство несправедливости и оскорбления. Администрация исправительного учреждения будет ссылаться, что на территории ФКУ ИК-5 ОИК-36 ГУФСИН России по Красноярскому краю находится банно-прачечный комбинат, где осужденные могут стирать свои постельные принадлежности. Один раз в неделю осужденные сдают свои постельные принадлежности, и все это стирается в общей массе. Качество стирки оставляет желать лучшего. Многие осужденные вещи в банно-прачечный комбинат не сдают, а стараются стирать белье самостоятельно. Личные вещи там не принимают. Поэтому осужденные и покупают тазы для стирки в магазине учреждения, так как администрация тазами осужденных в отрядах не обеспечивает. Перепутать магазинные тазы с чем-либо другим начальник отряда не мог. Купив два пластиковых таза в магазине учреждения, истец стал независим от других осужденных, у которых до этого просил, а иногда выпрашивал разрешение воспользоваться их тазом. Предметы личной гигиены, к которым относятся тазы, предназначены для того, чтобы пользоваться ими лично. Истец по своей натуре является чистоплотным человеком и, лишившись своих тазов для стирки, вынужден был как раньше стирать свое нижнее белье в раковине для умывания, что создавало конфликтные ситуации с другими заключенными. Для многих осужденных было неприятно видеть, как истец стирает свое нижнее белье в раковинах, где они умываются и чистят зубы. Возникающие инциденты причиняли истцу душевные страдания и чувство беспокойства, о чем начальнику отряда ФИО9 было известно. Необходимость поддержания своей личной гигиены вынуждала истца обращаться за тазами к другим осужденным, что ставило истца в униженное и зависимое положение перед ними, и подвергало его здоровье угрозе заражения кожными и другими инфекционными заболеваниями. Причем необходимость обращения к другим осужденным возникала часто, и в большинстве случаев истцу приходилось уговаривать и долго упрашивать дать ему таз для стирки.

Ранее в судебном заседании путем использования видеоконференцсвязи истец ФИО10 исковые требования по изложенным в иске основаниям поддержал в полном объеме, пояснил, что документов, подтверждающих приобретение тазов, он представить суду не может, поскольку в магазине ФКУ ИК-5 ОИК-36 ГУФСИН России по Красноярскому краю не выдают чеки. Факт приобретения тазов могут подтвердить осужденные с которыми он отбывал наказание в отряде. Другие осужденные также пользовались тазами. 13.10.2018 года он переехал в здание бывшего особого отряда. 18.10.2018 года была дисциплинарная комиссия, на которой присутствовал он и начальник отряда ФИО9, затем его поместили в ШИЗО. По выходу из ШИЗО он не обнаружил своих тазов, при этом другие осужденные ему сказали, что тазы забрал ФИО9. Не возражал против дальнейшего рассмотрения дела в свое отсутствие.

Представитель ответчиков ГУФСИН России по Красноярскому краю, ФКУ ИК-5 ОИК-36 ГУФСИН России по Красноярскому краю, ФСИН России ФИО8, действующая на основании доверенностей (доверенности в материалах дела), в судебном заседании исковые требования не признала в полном объеме и просила в их удовлетворении отказать по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление, дополнении к отзыву на исковое заявление, согласно которым истец отбывал наказание в ФКУ ИК-5 ОИК-36 ГУФСИН России по Красноярскому краю с 22.03.2017 года, в период с 18.04.2018 года по 11.05.2018 года истец находился в ФИО7. Минимальные нормы материально-бытового обеспечения осужденных устанавливаются Правительством РФ. Осужденные, не работающие по независящим от них причинам, осужденные, не получающие пенсии, обеспечиваются предметами первой необходимости за счет государства. Минимальная норма материально-бытового обеспечения осужденных к лишению свободы утверждена Постановлением Правительства РФ от 11.04.2005 года №205, согласно которой на 1 человека (мужчину) выдается в месяц: хозяйственное мыло 200 гр.; туалетное мыло 50 гр.; зубная паста (порошок) 30 гр., зубная щетка (на 6 месяцев) 1 шт.; одноразовая бритва 6 шт.; туалетная бумага 25 м.. Указанными предметами первой необходимости истец обеспечивался в полном объеме, что подтверждается ведомостями выдачи материальных ценностей. 16.10.2018 года в отряде № ФКУ ИК-5 ОИК-36 ГУФСИН России по Красноярскому краю сотрудниками отдела безопасности был проведен обыск, запрещенных вещей и предметов к хранению и использованию в ходе проведения обыска не обнаружено. 16.10.2018 года начальников отряда воспитательной работы с осужденными ФИО9 у истца тазы не изымались. Осужденные, проживающие в отряде №, обеспечены тазами, в соответствии с нормами обеспечения мебелью, инвентарем и предметами хозяйственного обихода для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, уголовно-исправительной системы, утвержденные приказом ФСИН России от 27.07.2006 года №. Стирка белья осужденных регламентируется инструкцией Минюста России по организации государственного санитарно-эпидемиологического надзора за банно-прачечным обеспечением осужденных от 08.11.2011 года №. Помывка осужденных определяется графиком и осуществляется не менее двух раз в семь дней с обязательной еженедельной и одновременной сменой полного комплекта нательного и постельного белья. В ФКУ ОИК-36 ГУФСИН России по Красноярскому краю помывка и стирка белья организована на основании графика в помещении для стирки белья, предусмотренном в здании «Банно-прачечного комплекса» и оборудованном стиральными машинами, центрифугами, катками гладильными. Кроме того, пунктом 24 таблицы 14.3 свода правил, утвержденных приказом Минстроя России от 20.10.2017 года №/пр предусмотрено помещение постирочной с сушилкой только в колонии-поселении. Пунктом 27 таблицы 13 ранее действовавшей инструкции по проектированию исправительных учреждений и специализированных учреждений приказом Минюста России от 02.06.2003 года №-дсп наличие помещения постирочной с сушилкой предусмотрено только в общежитиях на неохраняемой территории. Истцом не представлено каких-либо доказательств в обоснование своих требований, исходя из которых можно сделать вывод о причинении ему морального вреда в результате действий (бездействий) ответчика, наличия причинной связи между действиями и моральным вредом, а также вины ответчика. 

Третье лицо ФИО9 в судебном заседании просил в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме, указав, что в октябре 2018 года тазы у истца не изымал, каких-либо действий в отношении истца, умаляющих его человеческое достоинство, не совершал.

Суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Выслушав участников процесса, исследовав материалы дела, представленные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд приходит к следующим выводам. 

В соответствии со ст.2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина – обязанность государства.

В силу ст.3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В соответствии со ст.13 указанной Конвенции каждый, чьи права и свободы, признанные в настоящей Конвенции, нарушены, имеет право на эффективное средство правовой защиты в государственном органе, даже если это нарушение было совершено лицами, действовавшими в официальном качестве.

Согласно ст.17 Конституции РФ признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией. Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения.

В силу ст.53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Согласно ч.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Статьей 1069 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

Как установлено судом и следует из материалов дела, что осужденный ФИО10 отбывал наказание в ФКУ ИК-5 ОИК-36 ГУФСИН России по Красноярскому краю. 

Согласно справке по личному делу осужденный ФИО10 с 30.12.2015 года отбывал наказание в 

<

данные изъяты>, с 04.09.2016 года – в 

<

данные изъяты>, с 07.10.2016 года – в 

<

данные изъяты>, с 13.12.2016 года – в 

<

данные изъяты>, с 15.02.2017 года – в 

<

данные изъяты>, с 22.03.2017 года – в 

<

данные изъяты>, с 18.04.2018 года – в 

<

данные изъяты>, с 11.05.2018 года – в 

<

данные изъяты>. Начало течение срока 24.12.2015 года, окончание срока 23.06.2019 года.

Из акта от 26.01.2019 года следует, что осужденные ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 отбывают наказание в ФКУ ИК-5 ОИК-36 ГУФСИН России по Красноярскому краю и подтверждают, что осужденный ФИО10, проживающий в отряде №, приобрел в магазине учреждения два пластиковых таза для стирки и мытья. Истцом к исковому заявлению приложены письменные пояснения осужденных ФИО6, ФИО2, ФИО3 о том, что истец приобретал тазы, давал ими пользоваться другим осужденным, а впоследствии данные тазы были изъяты начальником отряда ФИО9. Между тем, указанные документы не могут быть признаны допустимыми доказательствами по делу, поскольку подлинность подписей перечисленных лиц не заверена в установленном порядке.

Согласно ведомостям выдачи материальных ценностей на нужды учреждения ФКУ ИК-5 ОИК-36 ГУФСИН России по Красноярскому краю за январь-март, июнь-август 2018 года, ФИО10 получены материальные ценности выданные на нужды учреждения, что подтверждается ФИО10 подписями в ведомостях. 

В соответствии с приложением Б (справочное) таблицы 1 в наборы дорожные, используемые для личной гигиены (КМ 1, КМ 1-1) входят: хозяйственное мыло 200 гр.; туалетное мыло 50 гр.; зубная паста (порошок) 30 гр.; одноразовая бритва 6 шт.; туалетная бумага 25+1,5 м..

Из описи материальных ценностей от 01.01.2019 года следует, что в бытовой комнате отряда № ФКУ ИК-5 ОИК-36 ГУФСИН России по Красноярскому краю находятся: вешалка для сушки белья – 1 шт., гардина - 1 шт., плафон – 1 шт., гладильная доска – 1 шт., таз – 4 шт..

Согласно описи материальных ценностей от 01.01.2018 года в бытовой комнате отряда № ФКУ ИК-5 ОИК-36 ГУФСИН России по Красноярскому краю находятся: вешалка для сушки белья – 1 шт., гардина - 1 шт., плафон – 1 шт., гладильная доска – 1 шт..

Из письма ФСИН России от 28.05.2015 года следует, что срок хранения информации с персональных видеорегистраторов, а также видеокамер, установленных на объектах, требующих особого контроля (ЕПКТ, ПКТ, ШИЗО, ОСУОН и др.) составляет 30 суток.

Согласно вкладышу к лицевому счету ФИО10 отсутствуют сведения о расходах в апреле 2018 года в размере 280 рублей на приобретение двух тазов для стирки, поскольку в нем указаны только общие суммы потраченных денежных средств, но конкретные приобретенные товары не перечислены.

В соответствии с графиком помывки осужденных в бане ФКУ ИК-5 ОИК-36 ГУФСИН России по Красноярскому краю от 10.01.2018 года помывка осужденных осуществляется два раза в неделю в бане ФКУ ИК-5 ОИК-36 ГУФСИН России по Красноярскому краю.

Из свидетельств о государственной регистрации права от 29.07.2010 года следует, что в оперативном управлении ФКУ ОИК-36 ГУФСИН России по Красноярскому краю находится банно-прачечный комплекс, назначение нежилое, двухэтажный, общей площадью 

<

данные изъяты> кв.м., расположенный по адресу: 

<

адрес>. 

Согласно техническому паспорту нежилого здания «Банно-прачечный комплекс» по адресу: 

<

адрес>, банно-прачечный комплекс оборудован оборудование для стирки и сушки белья, а также местами для помывки осужденных. 

В соответствии со справкой ФКУ ОИК ГУФСИН России по Красноярскому краю от 08.07.2019 года №/то/47/13-210 осужденный ФИО10 согласно приказу ФКУ ОИК-36 ГУФСИН России по Красноярскому краю № от 06.04.2018 года «О создании отрядов в исправительной колонии № ОИК-36» проживал в отряде №, расположенном на четвертом этаже общежития № (

<

адрес>). В октябре 2018 года приказа о переезде отряда № в другое общежитие не издавалось.

Из акта от 16.10.2018 года следует, что в каптерке, комнате приема пищи отряда № ФКУ ОИК-36 ГУФСИН России по Красноярскому краю сотрудниками исправительного учреждения 16.10.2018 года был проведен обыск, в ходе которого запрещенных предметов не обнаружено, ничего не изымалось.

Оценивая имеющиеся в деле доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд полагает необходимым отказать ФИО10 в удовлетворении заявленных требований по следующим основаниям.

В соответствии с ч.3 ст.99 УИК РФ минимальные нормы питания и материально-бытового обеспечения осужденных устанавливаются Правительством РФ. Осужденные, не работающие по не зависящим от них причинам, осужденные, не получающие пенсии, обеспечиваются питанием и предметами первой необходимости за счет государства.

Согласно Постановлению правительства РФ от 11.04.2005 года №205 (ред. от 18.04.2018 года) «О минимальных нормах питания и материально-бытового обеспечения осужденных к лишению свободы, а также о нормах питания и материально-бытового обеспечения подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, находящихся в следственных изоляторах Федеральной службы исполнения наказаний, в изоляторах временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел Российской Федерации и пограничных органов федеральной службы безопасности, лиц, подвергнутых административному аресту, задержанных лиц в территориальных органах Министерства внутренних дел Российской Федерации на мирное время» на одного осужденного мужчину в месяц выдается: хозяйственное мыло 200 гр.; туалетное мыло 50 гр.; зубная паста (порошок) 30 гр., зубная щетка (на 6 месяцев) 1 шт.; одноразовая бритва 6 шт.; туалетная бумага 25 м..

В соответствии с ч.5 ст.82 УИК РФ осужденные, а также помещения, в которых они проживают, могут подвергаться обыску, а вещи осужденных - досмотру. Личный обыск проводится лицами одного пола с осужденными. Обыск жилых помещений при наличии в них осужденных допускается в случаях, не терпящих отлагательства.

Согласно приказу ФСИН России от 27.07.2006 года № «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы» осужденные, отбывающие наказание в виде лишения свободы, обеспечиваются тазами в соответствии с нормами обеспечения мебелью, инвентарем и предметами хозяйственного обихода для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, уголовно-исполнительной системы.

Из анализа статей 1064 и 1069 ГК РФ следует, что основанием для возмещения морального вреда и вреда здоровью является одновременное наличие следующих факторов: 1) наличие вреда (физических и нравственных страданий, возникновение заболевания, несение расходов на лечение, приобретение лекарств), 2) вина причинителя вреда, 3) прямая причинно-следственная связь между вредом и виновными действиями (бездействиями) ответчиков, 4) противоправность деяния причинителя вреда, которое определено в ст.1069 ГК РФ как «незаконные действия (бездействия)» государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов.

Общим основанием ответственности за вред по смыслу п.2 ст.1064 ГК РФ является вина причинителя, который освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Кроме того, исходя из положений этой статьи, на потерпевшем лежит обязанность доказать факт наступления тех или иных негативных последствий, признаваемых вредом, их объем, а также причинную связь между действиями причинителя вреда и этими последствиями. 

В соответствии со ст.1099 ГК РФ основания и размер компенсации морального вреда определяются правилами, предусмотренными Главой 59 ГК РФ и ст.151 ГК РФ.

Следовательно, на правоотношения, возникающие вследствие причинения морального вреда, полностью распространяются общие правила параграфа 1 главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, и для возложения ответственности за причинение морального вреда необходимо установление состава правонарушения за исключением случаев, предусмотренных законом (ст.1100 ГК РФ).

Согласно ст.151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Согласно ст.1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

В силу ч.1 ст.1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Статьей 1069 ГК РФ предусмотрено, что вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Факт причинения материального ущерба истец связывает с тем, что в период отбывания наказания в ФКУ ИК-5 ОИК-36 ГУФСИН России по Красноярскому краю в октябре 2018 года начальником отряда отдела воспитательной работы с осужденными ФИО9 были изъяты без составления актов об изъятии и уничтожении два таза, приобретенных истцом в апреле 2018 года для личных целей за 280 рублей. Факт причинения морального вреда истец связывает с вызывающим поведением начальника отряда отдела воспитательной работы с осужденными ФИО9, выгнавшим истца из своего кабинета после обращения к нему истца с целью выяснить, почему были изъяты приобретенные истцом тазы, а также вынуждавшего истца, выпрашивать его вернуть истцу тазы. Кроме того, ФИО9 как сотрудник администрации исправительного учреждения вместо того, чтобы позаботиться о надлежащем оснащении отряда гигиеническими принадлежностями, взял и присвоил приобретенные истцом тазы, что вызвало у истца глубокое чувство несправедливости и оскорбления.

Как пояснил в судебном заседании третье лицо ФИО9, он в октябре 2018 года тазы у истца не изымал, каких-либо действий в отношении истца, умаляющих его человеческое достоинство, не совершал.

В соответствии со ст.56 ГПК РФ, п.3 ст.123 Конституции РФ и ст.12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Истцом в нарушение ст.56 ГПК РФ не представлено суду никаких доказательств, свидетельствующих о приобретении истцом в апреле 2018 года за счет личных денежных средств двух тазов на сумму 280 рублей, а также об изъятии у истца в октябре 2018 года начальником отряда отдела воспитательной работы с осужденными ФИО9 приобретенных истцом в апреле 2018 года двух тазов, и как следствие о причинении истцу материального ущерба и морального вреда незаконными действиями сотрудников исправительного учреждения.

На основании изложенного суд приходит к выводу о том, что истцом не представлено доказательств, свидетельствующих как о приобретении им в апреле 2018 года двух тазов за счет личных денежных средств, так и об изъятии этих тазов, и как следствие о причинении ему материального ущерба и морального вреда незаконными действиями сотрудников исправительного учреждения.

Из представленных стороной ответчика документов следует, что истец не был лишен возможности осуществлять стирку своих личных вещей посредством банно-прачечного комбината, на что указывает сам истец в пояснениях к исковому заявлению. Кроме того, истец был обеспечен минимальными нормами материально-бытового обеспечения, предусмотренными для осужденных к лишению свободы.

При таких обстоятельствах не могут быть признаны состоятельными за недоказанностью доводы истца о том, что в период содержания в ФКУ ИК-5 ОИК-36 ГУФСИН России по Красноярскому краю его не обеспечивали минимально необходимыми средствами личной гигиены, в связи с чем он был вынужден приобретать средства личной гигиены за счет личных денежных средств, а также просить других осужденных предоставить ему таз для помывки личного белья, поскольку качество стирки белья посредством банно-прачечного комбината исправительного учреждения неудовлетворительное, в связи с чем испытывал моральные и нравственные страдания.

Сам по себе факт отбывания истцом наказания в местах лишения свободы, осуществляемый на законных основаниях, не порождают у него право на компенсацию морального вреда.

Обеспеченные в соответствии с требованиями закона условия содержания под стражей нельзя рассматривать как бесчеловечные или унижающие достоинство, поскольку условия содержания под стражей продиктованы прежде всего требованиями обеспечения безопасности лиц, содержащихся под стражей, конвоя, а также иных лиц, и не носят цели нарушить гражданские и иные права истца.

Действующий механизм защиты личных неимущественных прав, установленный в ГК РФ, предоставляет лицам возможность самостоятельно выбирать адекватные способы судебной защиты нарушенных прав, не освобождая их от бремени доказывания самого факта причинения морального вреда и обоснования размера денежной компенсации.

По смыслу постановления Пленума Верховного суда РФ от 20.12.1994 года № «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.», или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Институт компенсации морального вреда играет важную роль не только в регулировании гражданско-правовых отношений, но и в обеспечении гарантий конституционных прав и свобод личности. 

В соответствии с п.8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994 года № «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

Из приведенных правовых норм и акта их толкования следует, что сами по себе нарушения личных неимущественных прав потерпевшего или посягательство на нематериальные блага не являются безусловными основаниями для удовлетворения требований о компенсации морального вреда. Обязательным условием удовлетворения названных требований является факт причинения потерпевшему физических и нравственных страданий.

Процесс содержания лица под стражей или отбывания им наказания законодательно урегулирован, осуществляется на основании нормативно-правовых актов и соответствующих актов Министерства юстиции Российской Федерации, которыми регламентированы условия содержания, права и обязанности лиц, содержащихся под стражей или отбывающих наказание, а также права и обязанности лиц, ответственных за их содержание.

Содержание на законных основаниях лица под стражей или отбывание им наказания в местах, соответствующих установленным государством нормативам, заведомо не может причинить физические и нравственные страдания, поскольку такие нормативы создавались именно с целью обеспечить не только содержание в местах лишения свободы или под стражей, но и обеспечить при этом соблюдение прав лиц, оказавшихся в них вследствие реализации механизма государственного принуждения.

При таких обстоятельствах само по себе содержание лица под стражей или отбывание им наказания в местах лишения свободы, осуществляемые на законных основаниях, не порождают у него право на компенсацию морального вреда.

Юридически значимым и подлежащим доказыванию обстоятельством по делу о такой компенсации является факт причинения физических и нравственных страданий.

Как неоднократно указывал Конституционный Суд РФ, применение к лицу, совершившему преступление, наказания в виде лишения свободы, имея целью защиту интересов государства, общества и его членов, предполагает изменение привычного уклада жизни осужденного, его отношений с окружающими и оказание на него определенного морально-психологического воздействия, чем затрагиваются его права и свободы как гражданина и изменяется его статус как личности; в любом случае лицо, совершающее умышленное преступление, должно предполагать, что в результате оно может быть лишено свободы и ограничено в правах и свободах.

Таким образом, суд не усматривает законных оснований для удовлетворения исковых требований о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда, поскольку истцом не представлено суду достоверных, допустимых и достаточных доказательств, свидетельствующих о причинении ему ответчиками материального ущерба, а также о нарушении ответчиками его личных неимущественных прав и личных нематериальных благ, причинения ему морального вреда действиями должностных лиц и причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступлением морального вреда.

При указанных выше обстоятельствах суд находит требования истца необоснованными за недоказанностью и отказывает ФИО10 в удовлетворении исковых требований в полном объеме. 

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ,

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ФИО10 к ГУФСИН России по Красноярскому краю, ФСИН России, ФКУ ИК-5 ОИК-36 ГУФСИН России по Красноярскому краю о взыскании материального ущерба и компенсации морального вреда – отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Красноярский краевой суд в течение месяца с момента его изготовления в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Железнодорожный районный суд г.Красноярска.

Судья О.А. Шамова

Мотивированное решение составлено 17.07.2019 года.