Дело № 2-1857/2017 

РЕШЕНИЕ

 

Именем Российской Федерации

Киселёвский городской суд Кемеровской области

в составе: председательствующего – судьи Улитиной Е.Ю., 

при секретаре – Степановой О.И.,

с участием истца – ФИО1,

представителя истца– Темниковой Л.Г., допущенной к участию в деле по устному ходатайству,

представителя ответчика – Общества с ограниченной ответственностью «Горные технологии» – ФИО2, действующего на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ., сроком действия до ДД.ММ.ГГГГ.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Киселёвске 

«26» октября 2017 года

гражданское дело по иску

ФИО1

к Обществу с ограниченной ответственностью «Горные технологии»

о взыскании единовременного вознаграждения в размере 15% среднемесячного заработка за каждый год работы в организациях угольной промышленности Российской Федерации, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в Киселёвский городской суд с иском к ответчику – Обществу с ограниченной ответственностью «Горные технологии» (далее по тексту – ООО «Горные технологии») о взыскании единовременного вознаграждения в размере 15% среднемесячного заработка за каждый год работы в организациях угольной промышленности. Иск мотивирован следующим.

Истец работал у ответчика с 01.02.2017г. 

<

данные изъяты>, 19.07.2017г. уволен в связи с выходом на пенсию.

17.07.2017г., то есть в период работы у ответчика, истец получил право на пенсионное обеспечение. 

Считает, что имеет право на получение вознаграждения, выплата которого предусмотрена п.5.3 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности на период с 01.04.2013г. по 31.03.2016г., действие которого продлено до 31.12.2018г., а именно – единовременного вознаграждения в размере не менее 15% среднемесячного заработка за каждый год работы в угольной промышленности Российской Федерации (с учётом стажа работы в угольной промышленности СССР). 

При увольнении, а именно – 19.07.2017г. истец обратился к ответчику с письменным заявлением о выплате данного вознаграждения, однако, ответа на заявление не получил, вознаграждение до настоящего времени ему не выплачено.

Исходя из стажа работы на предприятиях угольной промышленности - полных 14 лет, и среднего заработка в размере 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копеек, размер единовременного вознаграждения составит 46841 рубль 90 копеек.

Неправомерным бездействием ответчика, выразившегося в невыплате спорного вознаграждения, истцу причинен моральный вред, компенсацию которого он оценивает в 10000 рублей.

На основании изложенного, просит взыскать с ответчика единовременное вознаграждение в размере 46841 рубль 90 копеек, компенсацию морального вреда в размере 10000 рублей и судебные расходы в размере 15000 рублей.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал по изложенным в иске доводам. Пояснил, что при увольнении он написал заявление на имя директора ООО «Горные технологии» о выплате спорного вознаграждения. Обратился к директору, тот подписал заявление, затем отнес это заявление в бухгалтерию, но оттуда его направили в отдел кадров для подсчета стажа работы в угольной промышленности. Сотрудник отдела кадров подсчитала ему такой стаж, который составил 13 лет 08 месяцев 03 дня, написала этот стаж на заявлении, после чего он вновь отнес заявление в бухгалтерию, где ему насчитали размер вознаграждения и велели ждать выплаты. С ним был Г., они одновременно увольнялись с предприятия. В дальнейшем выплаты вознаграждения не последовало. В устной форме заместитель директора по экономической безопасности ему сообщил, что ответчик не является предприятием угольной промышленности и выплачивать данное вознаграждение не будет.

Представитель истца ФИО3 в судебном заседании уточнила стаж работы истца в угольной промышленности – полных 12 лет, исключив из ранее заявленного стажа период работы истца в ООО «

<

данные изъяты>» с 20.02.2006г. по 02.10.2006г. и в ООО «

<

данные изъяты>» с 08.12.2006г. по 04.09.2007г. В связи с уточнением стажа работы, уточнен и размер исковых требований в части спорного вознаграждения, размер которого составит 40167 рублей 35 копеек. Доводы представителя ответчика о том, что на ООО «Горные технологии» не распространяется действие Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности, считает необоснованными. Ответчик относится к предприятиям угольной промышленности и обязан выплатить спорное вознаграждение. 

Представитель ответчика ООО «Горные технологии» ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признал, представил письменные возражения и объяснения в порядке ст.35 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, которые приобщены к материалам дела (л.д.33, 62-64). Ссылается на то, что истцом не представлено доказательств обращения к ответчику с письменным заявлением о выплате спорного вознаграждения, в представленной суду выписке из журнала регистрации входящих документов за указанную истцом дату (19.07.2017г.) заявление истца не зарегистрировано. Соответственно, на момент обращения в суд не существовало нарушенных прав истца, которые нуждались бы в судебной защите. Указывает, что ответчик не относится к предприятиям угольной промышленности, содержащиеся в ЕГРЮЛ виды экономической деятельности такими доказательствами не являются, поскольку они не являются обязательными к выполнению. В соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ по состоянию на 25.10.2017г. основным видом деятельности ответчика является подготовка строительной площадки. Ответчик не имеет лицензии на право пользования недрами, добычу полезных ископаемых, в том числе угля. Также ссылается на то, что действующее Федеральное отраслевое соглашение по угольной промышленности не распространяет свое действие на ответчика, поскольку ответчик не имел и не имеет членства в Общероссийском отраслевом объединении работодателей угольной промышленности, не присоединялся к указанному соглашению и не имел возможности направить письменный отказ от присоединения к соглашению в установленный законом срок - до 12.03.2016г., так как в качестве юридического лица ответчик зарегистрирован 25.08.2016г. Считает, что истцом не представлены доказательства, подтверждающие стаж его работы на угольных предприятиях. Сведения, содержащиеся в трудовой книжке, в том числе фирменные наименования юридических лиц, не являются достаточными и надлежащими доказательствами принадлежности организаций, в которых работал истец, к предприятиям угольной промышленности. Также представитель ответчика указывает на то, что профессия истца в период работы у ответчика (сторож) не наделяет истца правом требовать выплаты спорного вознаграждения, поскольку Федеральное отраслевое соглашение по угольной промышленности призвано защищать интересы работников, непосредственно занятых на работах по добыче и переработке угля, напрямую задействованных в выполнении производственных планов и программ. По мнению ответчика, требование истца о взыскании компенсации морального вреда не доказано, размер компенсации морального вреда завышен. Расходы на представителя должным образом не подтверждены, поскольку к договору не приобщена квитанция, расписка или любой иной документ, подтверждающий передачу денежных средств; размер расходов на представителя является завышенным.

Суд, заслушав истца и его представителя, представителя ответчика, допросив свидетеля, исследовав материалы дела, находит исковые требования обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению, исходя из следующего.

Согласно статье 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

В соответствии со статьями 12, 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст.45 Трудового кодекса Российской Федерации, соглашение – это правовой акт, регулирующий социально-трудовые отношения и устанавливающий общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений, заключаемый между полномочными представителями работников и работодателей на федеральном, межрегиональном, региональном, отраслевом (межотраслевом) и территориальном уровнях социального партнерства в пределах их компетенции.

Отраслевое (межотраслевое) соглашение устанавливает общие условия оплаты труда, гарантии, компенсации и льготы работникам отрасли (отраслей). Отраслевое (межотраслевое) соглашение может заключаться на федеральном, межрегиональном, региональном, территориальном уровнях социального партнерства.

В соответствии с п.5.3 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности РФ на период с 1 апреля 2013г. по 31 марта 2016г., действие которого продлено до 31 декабря 2018г. (далее - ФОС), в целях достижения максимальной финансовой устойчивости, повышения экономической результативности Организации, закрепления высококвалифицированных кадров, мотивации наиболее профессиональной части персонала к продолжению работы для выполнения производственных планов, программ, повышения производительности труда и, как результат, обеспечения стабильной и эффективной работы, Работодатель обеспечивает Работникам, уполномочившим Профсоюз представлять их интересы в установленном порядке, получившим право на пенсионное обеспечение (право выхода на пенсию в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации), имеющим стаж работы в угольной промышленности не менее 10 лет, выплату единовременного вознаграждения в размере 15 % среднемесячного заработка за каждый полный год работы в угольной промышленности Российской Федерации (с учетом стажа работы в угольной промышленности СССР).

В случае, если работник не воспользовался вышеуказанным правом, работодатель обеспечивает выплату вознаграждения работникам, получившим право на пенсионное обеспечение (право выхода на пенсию в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации), имеющим стаж работы в угольной промышленности не менее 10 лет, при прекращении трудовых отношений с работодателем в связи с выходом на пенсию.

Выплата единовременного вознаграждения в размере 15% среднемесячного заработка за каждый полный год работы в угольной промышленности Российской Федерации (с учётом стажа работы в угольной промышленности СССР) в соответствии с частями 1 и 2 настоящего пункта осуществляется:

- один раз за весь период работы в угольной промышленности;

- на основании письменного заявления Работника;

- в сроки и порядке, определенном в соответствии с Положением, разработанным совместно с соответствующим органом профсоюза и работодателем.

В коллективных договорах организаций может предусматриваться порядок и условия реализации указанных социальных гарантий и иным категориям работников.

Локальным нормативным актом, принятым по согласованию с соответствующим органом Профсоюза, может быть предусмотрена выплата данного вознаграждения как непосредственно работодателем, так и через негосударственные пенсионные фонды и (или) страховые компании.

Пунктом 1.1 ФОС предусмотрено, что оно является правовым актом, регулирующим социально-трудовые отношения и устанавливающим общие принципы регулирования связанных с ними экономических отношений в организациях угольной промышленности, а также в иных организациях, присоединившихся к Соглашению, независимо от их организационно-правовых форм и видов собственности, заключенным в соответствии с Конституцией Российской Федерации, федеральным законодательством, а также Конвенциями МОТ, действующими в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Положения Соглашения обязательны при заключении коллективных договоров (соглашений), а также при разрешении коллективных и индивидуальных трудовых споров. Условия трудовых договоров, заключаемых с работниками организаций, не должны противоречить положениям настоящего Соглашения (пункт 1.5).

Представитель ответчика оспаривает, что ФОС распространяет свое действие на ответчика. При этом ссылается на то, что основным видом деятельности Общества является подготовка строительной площадки (выписка из ЕГРЮЛ по состоянию на 25.10.2017г. - л.д.65-72), что ответчик не имел и не имеет членства в Общероссийском отраслевом объединении работодателей угольной промышленности, не присоединялся к ФОС и не имел возможности направить письменный отказ от присоединения к ФОС в установленный законом срок - до 12.03.2016г., так как в качестве юридического лица ответчик зарегистрирован 25.08.2016г.

Указанные доводы основаны на неверном толковании норм права.

Примечанием к п.1.1 Федерального отраслевого соглашения установлено, что понятие «угольная промышленность» включает в себя, в том числе, «организации, технологически связанные с организациями по добыче и переработке угля…».

В судебном заседании установлено и не оспаривается представителем ответчика, что ООО «Горные технологии» является организацией, технологически связанной с организациями по добыче и переработке угля, поскольку ответчик выполняет по договорам подряда с такими организациями работы по перевозке горной массы и эскалации горной массы. В эксплуатации у ответчика имеются экскаваторы, бульдозеры и другая техника, принадлежащая субподрядным организациям. 

Свидетель Г. в судебном заседании пояснил, что работал у ответчика машинистом бульдозера, занимался перевозкой горной массы с забоя в отвал, а угля - на угольные склады. В ООО «Горные технологии» свидетель, равно как и истец, были переведены из ООО «

<

данные изъяты>», где выполняли те же самые трудовые функции, поменялось лишь наименование предприятия.

Среди дополнительных видов деятельности ООО «Горные технологии» значатся: добыча и обогащение угля и антрацита; предоставление услуг в других областях добычи полезных ископаемых; агломерация угля (л.д.67).

Согласно п.2.2. Устава ООО «Горные технологии», к основным видам деятельности общества относятся: добыча каменного угля открытым и/или подземным способами; оптовая торговля топливом; обогащение каменного угля; агломерация каменного угля; добыча полезных ископаемых; предоставление услуг и т.д. (л.д.38).

Анализируя в совокупности вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что ООО «Горные технологии» является организацией, технологически связанной с организациями по добыче и переработке угля и, в силу прямого указания на это в примечании к п.1.1 ФОС, относится к предприятию угольной промышленности. 

Отсутствие у ответчика лицензии на право пользования недрами, на добычу полезных ископаемых, в том числе добычу угля открытым способом, не является препятствием для отнесения ответчика к предприятию угольной промышленности по смыслу действующего ФОС.

ФОС распространяет свое действие на все организации угольной промышленности, подписавшие либо присоединившиеся к нему после заключения, о чём прямо сказано в п.1.1 Соглашения, то есть распространяет своё действие и на ответчика, несмотря на регистрацию ответчика в качестве юридического лица только 25.08.2016г. (л.д.49). Доказательств отказа от присоединения к ФОС стороной ответчика не представлено.

Как установлено в судебном заседании и подтверждено показаниями представителя ответчика, коллективный договор в ООО «Горные технологии» не принимался. Между тем, это обстоятельство не является основанием к отказу в иске и не может нарушать право истца получить пособие, предусмотренное Федеральным отраслевым соглашением.

Судом установлено и сторонами не оспаривается, что истец ФИО1 01.02.2017г. был принят в ООО «Горные технологии» переводом из ООО «

<

данные изъяты>» в отдел 

<

данные изъяты>. 19.07.2017г. трудовой договор между сторонами спора был расторгнут по инициативе работника, в связи с выходом на пенсию, по п.3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации (л.д.12). 

Право выхода на пенсию в соответствии с законодательством Российской Федерации у истца возникло 17.07.2017г., то есть в период работы в ООО «Горные технологии», что подтверждается копией пенсионного удостоверения (л.д.14).

Поскольку выплата спорного пособия носит заявительный характер, при увольнении истец обратился к ответчику с письменным заявлением о выплате единовременного пособия, однако, указанное заявление не было зарегистрировано в журнале регистрации входящих документов (л.д.34). Между тем, доводы истца об обращении к директору предприятия с соответствующим заявлением, подписании данного заявления руководителем, указании на заявлении стажа работы сотрудником отдела кадров, сдаче заявления в бухгалтерию, подтверждены в судебном заседании показаниями свидетеля Г., не доверять показаниям которого у суда оснований не имеется.

Следует также отметить, что отсутствие письменного заявления истца о выплате спорного вознаграждения не препятствует ответчику произвести выплату данного вознаграждения на основании требований, изложенных в исковом заявлении.

Общий стаж работы истца в организациях угольной промышленности, согласно данным трудовой книжки, составляет полных 12 лет.

При этом суд не может согласиться с доводами представителя ответчика о том, что истцом такой стаж не подтвержден. 

По данным трудовой книжки (л.д.4-13, 141-149), истец работал в следующих организациях угольной промышленности:

- с 01.08.1975г. по 01.04.1976г. - 

<

данные изъяты>»;

- с 31.03.1992г. по 06.09.1993г. - 

<

данные изъяты>»;

- с 12.09.2002г. по 27.11.2005г. - 

<

данные изъяты>»;

- с 05.12.2009г. по 03.06.2010г., с 04.06.2010г. по 31.10.2012г., с 04.11.2012г. по 18.08.2014г. - 

<

данные изъяты>»;

- с 19.08.2014г. по 31.01.2017г. - 

<

данные изъяты>»;

- с 01.02.2017г. по 19.07.2017г. - ООО «Горные технологии».

У суда не возникло сомнений в том, что все из перечисленных предприятий относятся к предприятиям угольной промышленности. Доказательств обратного ответчиком не представлено.

Доводы ответчика о том, что профессия истца не дает ему право требовать выплаты спорного вознаграждения, суд находит несостоятельными. ФОС не ставит выплату спорного вознаграждения в зависимость от наименования профессии, характера и вида выполняемой работником трудовой функции на предприятии угольной промышленности. 

Отказ в выплате истцу спорного вознаграждения по мотиву принадлежности к той или иной профессии, поставит истца, без объективно значимых обстоятельств, в неравное положение с другими лицами, осуществляющими трудовую деятельность в иной профессии на предприятии ответчика или иных предприятиях угольной промышленности, что противоречит конституционному принципу справедливости и равенства всех перед законом, предусмотренному ст.19 Конституции Российской Федерации.

По мнению суда, имеется достаточно доказательств того, что у истца имеется право на получение пособия, предусмотренного п.5.3 Федерального отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на период с 1 апреля 2013г. по 31 марта 2016г. Истец имеет стаж работы в угольной промышленности полных 12 лет (то есть условие ФОС о наличии не менее 10 лет стажа соблюдено), а также обладает правом на пенсионное обеспечение.

Среднемесячный заработок истца за период его работы на предприятии ответчика составляет 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копеек, что подтверждается справкой (л.д.22).

Размер единовременного пособия составит 40167 рублей 35 копеек, исходя из следующего расчёта:

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копеек х 15% х 12 лет = 40167 рублей 35 копеек;

где 

<

данные изъяты> рублей 

<

данные изъяты> копеек – среднемесячный заработок истца за период его работы на предприятии ответчика;

12 лет – стаж работы истца в угольной промышленности Российской Федерации.

Указанная сумма единовременного вознаграждения подлежит взысканию с ответчика в пользу истца.

Статья 237 Трудового кодекса Российской Федерации устанавливает, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

Данная норма закона не указывает на конкретные виды правонарушений, поэтому право на возмещение морального вреда работник имеет во всех случаях нарушения его трудовых прав, сопровождающихся нравственными или физическими страданиями.

Со стороны ответчика имело место нарушение трудовых прав истца, выразившееся в невыплате единовременного вознаграждения, предусмотренного ФОС. В соответствии со ст.22 Трудового Кодекса Российской Федерации работодатель обязан исполнять обязанности, предусмотренные коллективным договором и соглашениями, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными актами.

Как отмечено в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», поскольку Трудовой кодекс Российской Федерации не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда в случае нарушения трудовых прав работников, суд в силу ст.ст.21 (абз.14 ч.1) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (абзац 2 п.63 Постановления).

Таким образом, необоснованный отказ работодателя в выплате спорного вознаграждения, может являться основанием для взыскания компенсации морального вреда на основании ст.237 Трудового Кодекса Российской Федерации.

Судом установлено, что истец при увольнении обратился к работодателю с письменным заявлением о выплате спорного вознаграждения, однако, работодатель указанное заявление оставил без ответа, в добровольном порядке законные требования истца не удовлетворил. Истец рассчитывал на своевременное, при увольнении, получение вознаграждения за годы работы в угольной промышленности. Невыплата ответчиком данного вознаграждения повлекла причинение истцу нравственных страданий.

Согласно ст.1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. 

В связи с тем, что ответчиком были нарушены трудовые права истца, в связи с чем истец испытал переживания, чувство обиды, нравственные страдания, суд полагает необходимым взыскать в пользу истца компенсацию морального вреда, определив её размер, с учётом фактических обстоятельств дела, характера допущенного ответчиком нарушения, а также требований разумности и справедливости, в сумме 2000 рублей. В удовлетворении остальной части исковых требований о взыскании компенсации морального вреда следует отказать, признав заявленную ко взысканию сумму (10000 рублей) чрезмерно завышенной.

Согласно ст.94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в числе прочего, расходы на оплату услуг представителя.

В соответствии со ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах. 

В подтверждение понесенных расходов на представителя в сумме 15000 рублей истцом представлен договор на оказание юридических услуг от 22.09.2017г. (л.д.61). 

Пунктом 3 указанного договора предусмотрено: «Стоимость услуг по договору определяется в сумме 15000 рублей. Данная сумма оплачивается клиентом наличными денежными средствами при подписании настоящего договора. Подписание настоящего договора исполнителем является доказательством того, что клиент произвел оплату его услуг в сумме 15000 рублей».

Расходы на оплату услуг представителя истец вправе подтвердить любыми имеющимися у него документами. В частности, к таким документам может быть отнесен и договор на оказание юридических услуг. Поскольку договором на оказание юридических услуг от 22.09.2017г. не предусмотрено обязательное составление акта выполненных работ, либо составление отдельного документа, подтверждающего оплату, а п.3 договора прямо предусмотрено, что подписание договора и является доказательством оплаты, суд, исходя из буквального толкования условий договора, не имеет оснований сомневаться в том, что истец оплатил представителю вознаграждение в сумме 15000 рублей. Кроме того, истец подтвердил указанные обстоятельства в судебном заседании.

При определении подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца суммы расходов на представителя, суд учитывает сложность и характер дела, объём выполненной представителем работы, количество судебных заседаний, мнение представителя ответчика, а также требования разумности и справедливости, в связи с чем считает необходимым требования в этой части удовлетворить частично, взыскав с ответчика в пользу истца расходы по оплате услуг представителя в размере 8000 рублей.

Согласно ч.1 ст.103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации. 

Истец ФИО1 при подаче иска был освобожден от уплаты государственной пошлины. 

Таким образом, исходя из размера удовлетворенных требований, размер государственной пошлины составит 1405 рублей 02 копейки по имущественному требованию (из расчета: 800 + 3% от суммы, превышающей 20000 рублей = 800 + (40167,35-20000) х 3% = 800 + 605,02 = 1405 рублей 02 копейки), а также 300 рублей по требованию о взыскании компенсации морального вреда, а всего – 1705 рублей 02 копейки. Указанная сумма государственной пошлины подлежит взысканию с ответчика в доход местного бюджета. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.194-198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Горные технологии» в пользу ФИО1 единовременное вознаграждение в размере 15% среднемесячного заработка за каждый год работы в организациях угольной промышленности Российской Федерации, в размере 40167 рублей 35 копеек, компенсацию морального вреда в размере 2000 рублей и расходы по оплате услуг представителя в размере 8000 рублей, а всего – 50167 (пятьдесят тысяч сто шестьдесят семь) рублей 35 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований о взыскании компенсации морального вреда (в размере 8000 рублей) и расходов на представителя (в размере 7000 рублей) – отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Горные технологии»государственную пошлину в доход местного бюджета в размере 1705 (одна тысяча семьсот пять) рублей 02 копейки.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский областной суд, путем подачи апелляционной жалобы через суд, принявший решение, в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

В окончательной форме решение изготовлено 30 октября 2017 года.

Председательствующий - Е.Ю.Улитина

Решение в законную силу не вступило.

В случае обжалования судебного решения сведения об обжаловании и о результатах обжалования будут размещены в сети «Интернет» в установленном порядке.