УИД 38RS0011-01-2025-000078-28 Дело № 2-49/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

(мотивированное)

18 августа 2025 года с. Ербогачён Катангского района

Катангский районный суд Иркутской области в составе:

председательствующего Кийко Т.А.,

при секретаре Юрьевой Т.Ю.,

с участием: заместителя прокурора Катангского района Шаныгиной О.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-49/2025 по иску прокурора Катангского района, действующего в интересах ФИО1, к акционерному обществу «Самотлорнефтепромхим» о взыскании компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

Прокурор Катангского района, действуя в интересах ФИО1, обратился в суд с иском к АО «Самотлорнефтепромхим» (далее по тексту - АО «СНПХ») о взыскании с ответчика в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере 300 000 руб.

В обоснование заявленных требований прокурор указал, что 09.10.2024 помощник бурильщика АО «СНПХ» ФИО1, выполняя производственное задание в составе сменной бригады № на кустовой площадке № 

<

данные изъяты>, получил производственную травму в виде: ОЧМТ. Сотрясение головного мозга. Ушибленная рана лобной области справа. Закрытый перелом скуловой кости. Ушиб глазного яблока. Указанные повреждения относятся к категории тяжелой.

В соответствии с актом о расследовании несчастного случая, его причиной явилось использование оборудования, инструмента и материалов, не соответствующих технологии и виду выполняемых работ, а также необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работ, соблюдением трудовой дисциплины. 

Лицом, ответственными за допущенные нарушения, указан мастер ФИО4

Травма, полученная ФИО1 на рабочем месте, непосредственно связана с выполнением им трудовых обязанностей. Причиной несчастного случая явилась неудовлетворительная организация производства работ, в том числе необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работ. 

По мнению прокурора, в указанном случае имеется прямая причинная связь между бездействием ответчика по необеспечению безопасности истца при выполнении трудовых обязанностей и причинением вреда здоровью ФИО1

После полученной травмы ФИО1 проходил лечение с 09.10.2024 по 23.10.2024, в связи с чем, не мог обеспечивать семью. Полученные травмы привели к значительному ухудшению здоровья, до настоящего времени он испытывает головные боли, ухудшилось зрение. Размер денежной компенсации морального вреда, причиненного ФИО1, оценен им в 300 000 руб.

Заявленные исковые требования прокурор обосновал положениями Конституции Российской Федерации, Трудового кодекса Российской Федерации, Гражданского кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»

В судебном заседании заместитель прокурора Шаныгина О.С. поддержала заявленные исковые требования по доводам и основаниям, изложенным в иске. Просила суд удовлетворить исковые требования в полном объеме.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, будучи надлежащим образом извещенным о времени и месте судебного разбирательства, поддержав исковые требования, в представленном суду заявлении просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Представитель ответчика АО «СНПХ» в судебное заседание не явился, будучи надлежащим образом извещенным о времени и месте судебного разбирательства, сведений о причинах неявки суду не сообщил, о рассмотрении дела в его отсутствие не просил, представил письменные возражения на исковые требования прокурора, в которых не согласился с суммой взыскиваемой компенсации морального вреда. В обоснование возражений указал, актом Н-1 от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что ФИО1 получил травму в результате нарушения им требований охраны труда. Ответчик обеспечил условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Работнику выданы в соответствии с нормами бесплатной выдачи специальной одежды, обуви и других средств индивидуальной защиты (СИЗ). В АО «СНПХ» разработано и введено Положение по организации работ повышенной опасности с реестром основных операционных рисков от ДД.ММ.ГГГГ, с которым истец ознакомлен. Работодателем проведена специальная оценка условий труда (класс условий труда – 2), также перед началом работ проведены инструктажи и обучения по охране труда: вводный инструктаж, инструктаж на рабочем месте, противопожарный инструктаж, стажировка, обучение по охране труда по профессии или виду работы, при выполнении которой произошел несчастный случай, проведены медицинские осмотры и освидетельствования. Представитель ответчика также указал, что истец ранее не обращался к работодателю за возмещением морального вреда, в связи с чем, у ответчика отсутствовала возможность урегулировать спор в добровольном порядке. С учетом степени разумности, с целью соблюдения баланса интересов сторон, просил уменьшить компенсацию морального вреда до 30 000,00 руб.

В соответствии с положениями ч. 4 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, дело рассмотрено в отсутствие лица, в интересах которого действует прокурор, и в отсутствие представителя ответчика.

Выслушав доводы прокурора, изучив письменные материалы дела, предмет и основание заявленного иска, исследовав и оценив все представленные по делу доказательства, суд пришел к следующему. 

Трудовое законодательство предусматривает в качестве основной обязанности работодателя обеспечивать безопасность труда и условия, отвечающие требованиями охраны и гигиены труда, то есть создавать такие условия труда, при которых исключалось бы причинение вреда жизни и здоровью работника.

В силу ст. 21 ТК РФ работник имеет право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном названным Кодексом, иными федеральными законами.

Статьей 22 ТК РФ определены основные права и обязанности работодателя, к которым, в числе прочих, отнесена обязанность по возмещению вреда, причиненного работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также по компенсации морального вреда в порядке и на условиях, которые установлены ТК РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Согласно ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В силу п. 3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» возмещение застрахованному лицу морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Статьей 1064 ГК РФ определено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (п. 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п. 2).

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 и ст. 151 ГК РФ (ст. 1099 ГК РФ). 

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).

В силу ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (п. 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2).

При разрешении данного спора суд учитывает правовую позицию Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенную в его постановлении от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», согласно которой под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции). Отсутствие заболевания или иного повреждения здоровья, находящегося в причинно-следственной связи с физическими или нравственными страданиями потерпевшего, само по себе не является основанием для отказа в иске о компенсации морального вреда (п. 14).

Причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда (п. 15).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (п. 25).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п. 26).

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (п. 27).

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе, если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (п. 46).

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае (п. 47).

Копиями приказа о приеме работника на работу №-к от ДД.ММ.ГГГГ, срочного трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ подтверждается, что ФИО1 с 05.09.2024 по 31.12.2025 состоял в трудовых отношениях с ответчиком в качестве помощника бурильщика в цехе текущего капитального ремонта скважин № по основному месту работы. Работа осуществлялась вахтовым методом для выполнения обязательств АО «СНПХ» перед 

<

данные изъяты> по договору подряда, в связи с чем, местом работы работника считаются объекты (участки), на которых осуществляется непосредственная трудовая деятельность.

Из материалов расследования тяжелого несчастного случая на производстве, произошедшего 09.10.2024 с помощником бурильщика капитального ремонта скважин 4 разряда АО «СНПХ» ФИО1 следует, что 09.10.2024 при непосредственном выполнении трудовых обязанностей с ФИО1 произошел несчастный случай при следующих обстоятельствах.

09.10.2024 в 08:02 часов на кустовой площадке № 

<

данные изъяты>, после прохождения инструктажа, дневная смена бригады № в составе: бурильщика ФИО7, помощников бурильщика ФИО6, ФИО8 и ФИО1, получив от мастера КРС ФИО4 задание на подъем фрезерующего инструмента для очистки колонны скважины (пико-долото) на СБТ (глубина 1680 м) с применением спайдера с жестким клиновым захватом, визуально осмотрев рабочий инструмент и не выявив поломок, приступили к работе. В 10:59 часов работники бригады № раскрепили резьбовое замковое соединение трубы при помощи УМК, вывели и убрали верхний ключ УМК из рабочей зоны, уложили трубу на приемные стеллажи и приступили к откреплению нижнего ключа УМК. При его раскреплении произошло заклинивание челюстей ключа УМК. В связи с чем, было принято решение по расклиниванию ключа при помощи патрубка и кувалды. При этом ФИО1, пытаясь открыть ключ, держал патрубок, поместив его между ручками ключа УМК, а ФИО6 наносил удары кувалдой по замку УМК. В момент очередного удара кувалдой, произошло резкое расклинивание челюстей ключа УМК с неконтролируемым движением вверх, в результате чего патрубок вылетел из рук ФИО1, из ручки УМК и отлетел в пострадавшего, ударив его по голове, от чего ФИО1 упал на рабочую площадку и потерял сознание. Через несколько минут пострадавший пришел в себя, ФИО6 и ФИО7 унесли его в вагон-сушилку, оказали первую доврачебную помощь, ФИО8 сообщил о произошедшем мастеру КРС ФИО9, который вызвал бригаду скорой помощи. В 13:30 ФИО1 был доставлен в здравпункт вахтового жилого поселка 

<

данные изъяты> в 16:40 - санавиацией медицины катастроф в 

<

данные изъяты>

Дополнительно в ходе расследования установлено, что ФИО1 был установлен сменный режим работы с суммированным учетом рабочего времени, учетный период продолжительностью 1 (один) год, в соответствии с ч.2 ст.104 ТК РФ и Положением о вахтовом методе. Несчастный случай произошел с ФИО1 на рабочей смете в соответствии с графиком работ, во время выполнения работ. 

Из медицинского заключения 

<

данные изъяты> от 11.10.2024 следует, ФИО1 поступил в хирургическое отделение данного медицинского учреждения 11.10.2024, ему был установлен диагноз и код диагноза по МКБ-10 – Т02.0: Сочетанные диагнозы: ОЧМТ. Сотрясение головного мозга. (S06.0). Ушибленная рана лобной области справа. Закрытый перелом правой скуловой кости. Ушиб глазного яблока. Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, указанное повреждение относится к категории тяжелых.

В связи с произошедшим с ФИО1 несчастным случаем работодателем была создана комиссия и проведено расследование данного несчастного случая на производстве, по результатам которого составлен акт № о несчастном случае на производстве по форме Н-1, утвержденный ДД.ММ.ГГГГ (л.д.15- 20).

При расследовании произошедшего с ФИО1 несчастного случая, в качестве основной причины, вызвавшей несчастный случай, комиссией было установлено использование оборудования, инструмента и материалов, не соответствующих технологии и виду выполняемых работ. 

Сопутствующей причиной установлено необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работ, соблюдением трудовой дисциплины, выразившееся в неудовлетворительной организация производства работ, а именно недостаточный контроль мастера КРС ФИО4 за безопасным проведением работ, соблюдением рабочими требований правил и инструкций по безопасному ведению работ и применением безопасных приемов работ: - нарушение положений ст. 214 ТК РФ, обязывающих руководителя обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также эксплуатации применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; - нарушение требования Инструктивной карты № в части применения во время подъема и развинчивания замковых резьбовых соединений бурильных труб при помощи УСК с использованием элеваторов.

Лицом, ответственным за допущенные нарушения, указан мастер КРС ФИО4

На основании материалов расследования, учитывая все факты произошедшего несчастного случая с ФИО1, комиссия, проводившая расследование, определила мероприятия и сроки по устранению причин, способствующих наступлению несчастного случая: - обстоятельства и причины несчастного случая донести до сведения всех работников АО «СНПХ» до ДД.ММ.ГГГГ, с учетом смены вахт; - актуализировать Реестр рисков АО «СНПХ» в части действий работников бригады КРС в случае заклинивания челюстей УМК во время раскрепления замковых резьбовых соединений труб; - включить в программу инструктажей по охране труда и промышленной безопасности при эксплуатации машинных ключей (УМК, КМТ) АО «СНПХ», доведение информации по Инструктивным картам и актуализированному Реестру рисков.

Анализируя исследованные в судебном заседании доказательства, суд находит достоверно установленным, что ФИО1 состоит в трудовых отношениях с ответчиком. 09.10.2024 при выполнении ФИО1 трудовых обязанностей с ним произошел несчастный случай на производстве, в результате которого истцу причинен вред здоровью. Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве, полученное истцом повреждение здоровья относится к категории тяжелых.

Изложенные обстоятельства не являются предметом спора между сторонами, ими признаны, письменные доказательства, подтверждающие данные обстоятельства, представлены суду и сторонами не оспариваются.

Из материалов расследования тяжелого несчастного случая на производстве следует, что несчастный случай с истцом произошел в результате использования оборудования, инструмента и материалов, не соответствующих технологии и виду выполняемых работ, а также в результате необеспечение контроля со стороны руководителей и специалистов подразделения за ходом выполнения работы, соблюдением трудовой дисциплины.

Оценив исследованные в судебном заседании доказательства в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ, исходя из установленных по делу обстоятельств, суд пришел к выводу о том, что несчастный случай произошел по вине работодателя АО «СНПХ», не принявшего меры по обеспечению и контролю за ходом выполнения работ, соблюдением трудовой дисциплины, в связи с чем, ответчик не может быть освобожден от гражданско-правовой ответственности за наступившие последствия, поскольку доказательств отсутствия его вины в получении травм ФИО1 в материалах дела не имеется.

Совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, подтверждается факт того, что в результате произошедшего несчастного случая на производстве истец испытал нравственные и физические страдания в виде болевых ощущений, был вынужден проходить лечение.

Действующее законодательство предусматривает единственный способ компенсации морального вреда - выплату денежных средств.

При определении размера компенсации морального вреда суд исходит из установленных конкретных обстоятельств дела, учитывает объем и характер причиненных работнику нравственных и физических страданий, индивидуальные особенности потерпевшего, конкретные обстоятельства, при которых был причинен вред здоровью, наступившие последствия, вид и характер телесных повреждений, продолжительность лечения. 

С учетом всех заслуживающих внимание обстоятельств, суд находит размер компенсации морального вреда в сумме 300 000 руб. разумным и справедливым, обоснованным и соразмерным тем физическим и нравственным страданиям, которые испытал истец. При этом суд исходит из того, что компенсация морального вреда по смыслу ст.ст. 151, 1101 ГК РФ не должна носить формальный характер, и ее целью является реальная компенсация причиненных страданий. По мнению суда, компенсировать полученный истцом моральный вред меньшей суммой, невозможно.

Таким образом, в пользу ФИО1 с ответчика подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 300 000 руб. 

В соответствии со ст. 88 ГПК РФ, судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (ч. 1). Размер и порядок уплаты государственной пошлины устанавливаются федеральными законами о налогах и сборах (ч. 2).

В силу ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае государственная пошлина зачисляется в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации определено, что от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым в соответствии с гражданским процессуальным законодательством Российской Федерации, судами общей юрисдикции, освобождаются, в том числе истцы - по искам о возмещении вреда, причиненного увечьем или иным повреждением здоровья (пп. 3 п. 1); прокуроры - по заявлениям в защиту прав, свобод и законных интересов граждан (пп. 9 п. 1).

Таким образом, при обращении с рассматриваемым иском в суд и прокурор, и истец в силу пп. 3, 9 п. 1 ст. 333.36 НК РФ освобождены от уплаты государственной пошлины.

Вместе с тем, для ответчика АО «СНПХ» льготы по уплате государственной пошлины по рассматриваемому гражданскому делу законодательством Российской Федерации о налогах и сборах не установлены.

Поскольку в рамках рассмотрения данного спора суд пришел к выводу об удовлетворении исковых требований прокурора Катангского района, действующего в интересах ФИО1, с ответчика АО «СНПХ» в доход бюджета муниципального образования «Катангский район» подлежит взысканию государственная пошлина в размере 3 000 руб., исчисленном в соответствии с требованиями ст. 333.19 НК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194- 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования прокурора Катангского района, действующего в интересах ФИО1, удовлетворить.

Взыскать с акционерного общества «Самотлорнефтепромхим» (ОГРН №, ИНН №) в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес> (паспорт: №, выдан 

<

данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ, код подразделения №) компенсацию морального вреда в размере 300 000 (триста тысяч) рублей.

Взыскать с акционерного общества «Самотлорнефтепромхим» в доход бюджета муниципального образования «Катангский район» государственную пошлину в размере 3 000 (три тысячи) рублей.

Решение может быть обжаловано лицами, участвующими в деле, прокурором может быть принесено представление в Иркутский областной суд через Катангский районный суд Иркутской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Т.А.Кийко

Решение в окончательной форме принято 20 августа 2025 года.